Текст книги "Защитник дворянок. Том II (СИ)"

Автор книги: Сентай Хорнин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 16 страниц)

В конце-концов Мария, одетая в привлекательную черную ночнушку бросилась мне в объятья, попутно почти сбив с ног. Одним только чудом можно объяснить то, что я не упал. Чувства это хорошо, но не когда они грозят физическим насилием.

– Ты где была?! – Тут же пошла Мария в атаку – Я все поместье проверила, слуг извела, даже к брату обратилась! Чтобы найти на столе записку от Беляны, что тебе срочно требуется операция, так что она тебя забирает. Все ли с тобой хорошо? Как все прошло?

Я обязательно убью Беляну с особой жестокостью. Эта девушка мне готова отдать свой первый раз хоть здесь, а у меня мало что теперь с этим сложности, так она еще и решила даже не пытаться утаивать шило в мешке, сказав про некую «операцию». Вот как мне объяснить то, что теперь у меня между ног? Что я постиг путь самурая и достаю свой клинок лишь когда битва неизбежна?

Насилу отговорившись и хоть как-то ее успокоив, сослался на то, что день был для меня крайне выматывающий, что было чистейшей правдой. К чести Марии она даже не думала как-то давить а спокойно позволила развалиться в своей постели. Раздевался я предусмотрительно спиной к ней. У меня еще целая ночь, чтобы достать свой «клинок» к утру. По одной простой причине из всех людей на свете именно перед Марией не хотелось представать в своем новом «спокойном» состоянии.

Потому что она, как мне кажется, этому изменению вполне может и обрадоваться.

Глава 27 (52). Мария

Иногда тяжело сосредоточиться на конкретном деле. Особенно когда ты делаешь что-то максимально необычное для себя. А еще больший разлад вносят упирающиеся в спину два немаленьких упругих холма.

Будто бы прочитав что-то по моему поведению, Мария вплотную обняла меня со спины, пытаясь передать таким образом что-то вроде поддержки. Но в данный момент это раздражало, ведь физиологической реакции, которая была бы в таком случае, не было, лишь еще больше раззадоривая меня в своих казалось бы бесплодных попытках.

Девушка предприняла несколько безуспешных попыток разговорить меня, но, не заимев особого успеха, вскоре спокойно засопела, когда окончательно обняла меня подобно мягкой игрушке. Она жаждала чувства близости. Не знаю как ей, а я от этого ощущал лишь ее слишком горячее тело, что грозило тем, что я скоро насмерть пропотею пижаму.

Немного горячее дыхание девушки щекотало ухо, которое безжалостно атаковали раз в пару секунд. В любое другое время мое отношение ко всему этому было бы минимум нейтральным. Но сейчас меня лучше бы лишний раз не трогать и не тревожить. Хотелось просто выбраться из кровати да спокойно заниматься своим измененным телом посреди ночной тиши. В месте где можно побыть наедине с самим собой…

И, будто отвечая на мою немую просьбу, уснувшая Мария вскоре сама отстранилась от меня, перевалившись на спину. Видимо, ей и самой стало жарко. Долго же она грелась, моя спина уже чувствовала себя так, будто ее поместили в сауну. Так что стараясь не разбудить девушку, которой совершенно не хотел ничего объяснять, я постепенно, по паре миллиметров в секунду, выполз из постели и буквально на цыпочках шел в сторону огромной ванной комнаты. Нужно было поближе оценить что теперь у меня снаружи, возможно это даст еще больше мотивации прекратить это как можно скорее.

* * *

Казимир был настолько сосредоточен на себе, что даже не заметил, что Мария всего лишь притворялась спящей. Девушка в этом деле весьма умела, ведь даже до событий с пробуждением арги она обожала сидеть ночами за книгами, активно портя глаза. А для этого нужно было весьма и весьма хорошо притвориться перед присматривающей за ней личной горничной.

В общем, умение никуда не делось.

Мария задавила мимолетный порыв пройти за Мирой и проследить. Вряд ли она сможет быть достаточно незаметной. Да и должна же Мира иметь право на секреты? Должна же?

Девушка сложно себя чувствовала по этому поводу. Мира, пусть и не сразу, ей рассказала все о себе. Что было бы, если бы она сделала это сразу? Вряд ли бы между двумя девушками установились те теплые отношения, что есть сейчас.

Мария еле слышно хихикнула. Даже сейчас после всех раскрытых тайн она предпочитала думать о своей соседке именно так. Как о подруге, на которую можно положиться и с которой можно поделать различные пошлые глупости. И лишняя для нормальной девушки часть тела лишь была плюсом, пусть и странным.

Неизвестно, сколько Мария пролежала одна под одеялом, но, в конце концов, не выдержала. Девичье любопытство, активно подавляемое, все же выбралось наружу. Мира сама виновата, что не вернулась до сих пор, я просто беспокоюсь, вдруг с ней что-то случилось! – тут же оправдалась девушка перед самой собой.

Осторожно выскользнув из постели, Мария на цыпочках подобралась к двери ванной комнаты, подобно терпеливому хищнику, загнавшему добычу в угол. Она прижалась ухом к двери, услышав отдаленный бубнеж. Звукоизоляция в комнате была весьма хороша, так что девушка смогла различить лишь бросаемые изредка обрывки фраз, половина из которых не были цензурными.

Какая некультурная у меня горничная, подумала Мария, слабо усмехнувшись. Будь здесь главный дворецкий, он бы быстро вымыл ей рот с мылом и не посмотрел, что она уже почти взрослая.

И девушке стало лишь еще любопытнее, что же вызвало такую реакцию. Что там такого сделала Беляна, что Мира никак не может остановиться?

Дверь мягко отворилась, не издав ни единого резкого звука и из-за нее показалась любопытная мордочка Марии, оценивающей обстановку. В глазах так и блестело огромнейшее, уже точно ничем не замутненное любопытство. Сейчас бы даже самый умелый оратор не убедил бы ее не идти дальше и оставить Миру наедине со своими тайнами.

Девушка сняла свой полупрозрачный шелковый пеньюар, не собираясь мочить такую деликатную вещь и осталась лишь в одних трусиках. Подумав немного, она сняла и их. Раз уж она пришла в ванную, то не уйдет же она, не понежившись в теплой, наполненной пеной воде хотя бы полчасика, чтобы сон лучше шел? И она абсолютно точно не сделает все возможное, чтобы затащить с собой Миру!

Потратив пару секунд на то, чтобы показать язык своему отражению в зеркале, Мария вернулась к роли пробиравшегося к своей цели агента спецслужб. Вновь с максимально возможной скрытностью она легонько потянула следующую дверь на себя и осторожно огляделась, заметив выглядывающую из-за бортика огромной ванной макушку Миры. Ее волосы аж блестели от пота, но при этом не было видно, чем же она таким занимается.

Мария, что-то для себя решив, сделала пару осторожных постукиваний по двери, чтобы привлечь внимание и дать Мире возможность самой объясниться. Но в ответ на такое, по ее мнению, великое благородство, она получила лишь полный игнор. Девушка мило надула щеки и без тени стеснения пошла, подобно ледоколу, напролом.

Вот только плитка ее скорость не оценила. Едва влажная поверхность не простила самоуверенный почти чеканящий шаг девушки, от чего она, с трудом не издав взволнованный вскрик, в попытке не упасть села практически на шпагат.

Это был провал. Как бы ей сейчас хотелось переиграть последнюю минуту жизни. От обиды в глазах начали понемногу собираться слезы. Но они быстро исчезли, как по мановению волшебной палочки, когда Мария поняла, что Мира так ничего и не заметила.

Она там что, в какой-нибудь глубокой медитации засела? Я же достаточно нашумела! – подумала про себя девушка. Впрочем, если жизнь дает еще один шанс, кто она такая, чтобы не уцепиться за него? Осторожно опираясь на руки, она с трудом вытаскивала себя из не самого удобного положения. Отзывавшиеся с небольшой болью связки и мышцы намекали, что Мария определенно вскоре пожалеет о своем великолепном маневре. Но сейчас это было не важно.

Впрочем, игнорирование со стороны Миры начало уже бесить девушку. Так что она, наконец подобравшись вплотную, присела на колени, как следует прочистила горло а потом с радостным криком «Угадай кто!» закрыла глаза своей бедной жертве и вжала ее голову в свою немаленькую грудь.

А дальше события понеслись вскачь. Застанная врасплох Мира начала пытаться вырваться из этого неожиданного плена, а Мария, с лицом, полным довольства и превосходства, не давала это сделать, пока не получит ответ на свой вопрос.

Но все же девушка явно переоценила разницу в их физической силе без использования арги, так что удержать свою паникующую горничную она не смогла, кубарем нырнув вместе с ней в жерло наполовину полной ванны.

Глубина была маленькая, так что захлебнуться здесь было очень и очень сложно. Так что когда первые секунды страха прошли, Мария звонко и от души рассмеялась. Ее прилипшие к коже волосы и скатывающиеся по изгибам тела капли воды будто старались еще больше подчеркнуть ее природную красоту, придавая ей ауру мифической сирены.

Да, Мария видела, как на нее сейчас смотрят и наслаждалась этим. Подобно опытному стратегу она посеяла хаос а потом выставила приманку для Миры. Ведь так она выиграла себе достаточно времени, чтобы заметить кое-чье отсутствие.

По многочисленным оговоркам, Мария примерно знала, куда нужно смотреть. Глаза немного сощурились, на губах сама собой появилась улыбка. Перед ней сейчас стояло два пути. Но она думала лишь об одном: полапать слабую в отношении женских чувств Миру а потом хоть камни с неба!

Заметивший направление взгляда «парень» лишь стыдливо прикрылся, буркнув в сторону: «Не смотри, и так тошно».

Ему наверное было невдомек, насколько женственно он сейчас выглядел. А вот Мария, увидевшая это, чуть ли не готова была пищать от милоты, что она увидела. Единственное что отделяло сейчас Миру от настоящей девушки это полное игнорирование своей груди. Наоборот, то, как она прикрыла руками промежность умудрилось даже подчеркнуть эту почти плоскость. Марии захотелось срочно сходить за формулой, чтобы усилить эффект еще больше, но вряд ли сейчас подходящее для этого время.

Молчание затягивалось. Мария понимала, что если она хочет, чтобы что-то случилось, то ей нужно брать все в свои руки. К тому же Мира потихоньку начала отступать, не собираясь тратить ни слова на объяснение того, что случилось.

Впрочем, интуиция девушки сигналила, что это точно не то, что стоит спрашивать, особенно сейчас. И она была склонна ей доверять. Впрочем, сиюминутным порывам она тоже сопротивлялась очень и очень редко. Так что она, поднявшись из ванны, схватила уходящую Миру за руку, развернула к себе и впилась в такие мягкие губы.

Поначалу на старания Марии не отвечали, но это не остановило поцелуй, вовсе нет. Девушка наоборот начала напирать еще активнее, будто пытаясь найти в чужом рту переключатель на обычное состояние ее дорогой подруги.

Грудь Марии уперлась в чужую мягким и теплым прессом. Ее руки поглаживали гладкую спину, иногда заходя на изгиб талии, будто она пыталась таким образом разогреть человека перед ней.

И это понемногу работало. Подобно айсбергу, от которого откалывались различные части, Мира начинала все больше показывать, что она не замкнувшееся в себе бревно. Робкие попытки ее языка вступить в противостояние с захватившим все поле боя врагом все больше наращивали темп и силу противодействия. Осторожно помещенные на попку Марии руки утопали в мягкой плоти, пытаясь выплеснуть через это действие весь накопившийся стресс. Вскоре Мира отдалась поцелую настолько, что не заметила, как руки Марии оказались точно там же, исследуя мало чем уступавший по мягкости персик.

Два поглощенных страстью человека прижимались друг к другу все сильнее, будто стараясь стать одним целым. Проникающая от Марии любовь и похоть, подобно болезни, поражала все, до чего могла дотянуться. Эти чувства стремились успокоить, будто Мария всеми силами пыталась передать чувство того, что все будет хорошо.

Проверяя границы дозволенного, девушка приперла Миру к стенке и потянулась коленкой к ее промежности, готовясь в любой момент отступить.

Не понадобилось. Ее там встретила теплая влажность. Как же сильно ты завелась – промелькнула одинокая мысль в голове Марии, впрочем быстро смытая первобытными чувствами, для которых мысли лишь помеха.

На смену ноге, лишь проверяющей насколько далеко можно зайти, пришла рука, начавшая делать простенькие движения, не пересекая впрочем определенной границы. Будто выражая все еще остававшийся внутри нее небольшой протест, Мира немного прикусила ее язык, впрочем, тут же продолжив борьбу по-честному. И на этом все ее сопротивление иссякало. Будто каждое прикосновение в новом для нее месте все больше выбивало из нее любые мысли.

Впрочем, Мария вскоре почувствовало, как уже в ее промежность начали настойчиво стучаться. Она непринужденно сама насадилась на пальцы, одновременно проникая своими. Мира от такого немного затряслась полностью растворяясь в чувствах, что не мог испытывать ни один парень на свете.

По комнате с хорошей акустикой разносились звуки, что с каждой секундой были все пошлее и пошлее. Отражаясь от стен и возвращаясь обратно к тем, кто их издавал, они будто старались усилить то, что казалось, усилить невозможно. Полностью поглощенные друг другом девушка и «парень» пребывали в своем собственном мире, наполненном чувствами, первобытным желанием и подростковой любовью.

Они пытались продлить эти мгновения всеми силами, ни в коем случае не собираясь прерываться. Сколько раз каждый из них кончил? Это был вопрос без ответа. Сами они были настолько выносливы или же неосознанно использовали силу, что разделяли меж собой, это ничего не изменит. Но даже так, они подходили к пределу.

И, не сговариваясь, они пытались завершить это на самой высокой ноте, на которую только способны. Их руки ускорялись, языки сплетались в самые замысловатые узлы, груди терлись друг об друга в странном узоре.

В разных участках их тел загоралось пламя, фиолетовые всполохи, возникающие то тут то там оттеняли собой желтые, которые тоже начали бесконтрольно вспыхивать по всему телу.

Такие разные арги сплетались вокруг друг друга в спираль, не смея соприкоснуться, но все же стараясь быть друг к другу как можно ближе.

Они могли бы ужаснуться, если бы увидели то, что происходит вокруг них. Но сейчас этой паре не нужно было зрение, оно лишь мешало безграничному наслаждению, каждый кусочек которого они старались ощутить и навсегда сохранить в своем сердце.

Все, что копилось такое долгое время, ознаменовало конец взрывом сверхновой в одной отдельной ванной комнате. Арга разрядилась друг об друга, рождая дождь из пламени, что пожирало другое пламя. Тела Марии и Миры тряслись в сильнейшем оргазме, что они испытывали в своей жизни. Их ноги уже не могли держать их тела, так что они просто сползли, опираясь на стенку.

Они не могли сказать ни единого слова после того, как все-таки разъединились. Лишь тяжело дыша, смотрели затуманенным зрением на зрелище невиданной красоты. Их тела продолжали неконтролируемо подрагивать, пока их настигали все расходящиеся и расходящиеся по ним волны.

Мария лежала сбоку от Миры, по-свойски закинув на нее свою ногу, будто стараясь сказать какому угодно наблюдателю лишь одно слово: «Мое!» Ее рука бесцельно гуляла по чужой груди, делая круговые движения возле сосков, не отказывая в себе в удовольствии еще немного подразнить свою горничную.

Но, все же ей было немного жалко «лишнюю часть» Миры. Они почти ничего не успели с ней сделать, а ведь у Марии были определенные планы! Очень и очень много!

Правда было немного страшно, что Мира, обладая частью ее силы, все же сможет ее обрюхатить несмотря на то, как работает этот мир. Впрочем, девушка была не против такого развития событий, вряд ли у нее будет так уж много шансов подарить этому миру новую жизнь.

Стоило только подумать об этом, как под ногой, что бесцеремонно лежала на чужом лобке, началось движение. Мария даже почти очнулась от послеоргазменной неги после такого. Там, где еще недавно все было как у обычной девушки, возвышался немного подрагивающий Колосс, переполненный и силой и желанием.

– Эмм… Мира? А он всегда был таким большим? – немного испугавшаяся Мария начала задавать довольно глупые вопросы.

Но Мире не было до этого дела. В ее глазах будто стало в десять раз больше жизни, чем было всегда, а лицо стало таким довольным, что Мария аж ущипнула ее. Она подарила ей столько чувств, а все это затмила одна заново выросшая палка! Это несправедливо!

– Эй, только не там! – быстро вернулась с небес на землю Мира.

– Скажи что тебе понравилось то что мы делали и прекращу!

– Да понравилось, понравилось!

– А что именно понравилось?

– Н-ну когда ты меня там ну это… – внезапно засмущалась Мира, пытаясь сказать что-то заплетающимся языком. Но, впрочем, Марии, чьи заслуги признали, этого было достаточно. И она с улыбкой произнесла предложение, от которого мало кто в этой жизни откажется.

– Проверим, как тебе приятнее? – сказала она, ухватившись за Колосса, который, будто обладая своим разумом, радостно дернулся в ответ на внимание к нему.

Сегодня они точно уже спать не пойдут, хи-хи! – подумала напоследок Мария.

Глава 28 (53). Снова в школу

С тех событий прошел почти месяц, а они все еще грели душу и одновременно заставляли заливаться краской. Нет, когда на свет божий показался мой старый друг стыдиться стало нечего, но вот то что было до этого…

И ведь, что характерно, хотелось еще! Да только решил держать себя в руках. Только нормальный здоровый секс теми органами, которые даны природой с самого начала. А то так легко можно окончательно свихнуться и позабыть что я вообще то парень.

И, что характерно, самостоятельно достать его не получалось. Будто кто-то поставил там засов, который нужно сломать, что по сути случайно и сделала тогда Мария. Вот только он снова встал на свое место, стоило всему закончиться.

И пусть я был окружен обстоятельствами, сломленным себя совершенно не считал. Через абсолютно все можно прорваться и я буду к этому стремиться всеми правдами и неправдами.

Мышцы спины болезненно потянуло. На сегодня с медитацией стоит закончить. А ведь мог бы и дальше продолжать, если бы не лишнее мясо в районе груди, делавшее ее опасно близкой к четвертому размеру.

По уставу академии операции на теле, пусть даже и сведенные в этом мире до уровня укола, крайне не поощрялись. Особенно в дворянской среде. Так что за неделю до отправки на учебу, как раз чтобы дать время груди сдуться обратно, Мария уговорила меня на «еще один укольчик».

К ее чести она даже не пыталась домогаться, лишь благородно спрашивала на это разрешение при каждом удобном случае и каждый раз получала на это твердое «нет». Не совсем понимал чего она пытается этим добиться, но в наших отношениях определенно произошли перестановки после тогдашней ночи в ванной. Будто теперь Мария пыталась всеми правдами и неправдами затащить меня на «темную сторону».

Не понимаю правда куда она так спешит. Учитывая то, как до этого проходили наши дела, не удивлюсь паре моментов, когда мне нужно будет пользоваться ее силой и еще больше округлиться.

И чтобы хоть как-то снизить будущий урон, я проводил все свободное время в медитациях с практикой и Марию тоже заставлял. Быстрее уже освой свою силу, мне хочется обрести хоть какую-то стабильность! Стоит хоть немного начать привыкать и смиряться с тем, что у меня есть, как обязательно по закону Мерфи судьба сложится так, что станет все хуже.

А вот в учебное время Мария отыгрывалась по полной. Мне нужно было знать на зубок слишком много бесполезных вещей, что девушка знала с детства. И самое печальное, что это включает в себя не только дворянские заморочки с этикетом. Но еще и женственность! Я уже начал думать что проще пройти на общих основаниях, жить с простыми людьми, стремящимися к силе и славе, учиться в их классах…

Правда, изучив вопрос поподробнее, решил, что строить из себя благородного павлина намного проще для кошелька, хоть моя психика была с этим крайне не согласна. Стипендия, полный пансион, неограниченный доступ ко всем ресурсам академии. Нет, конечно же были обыватели, пришедшие по программе так называемой «Императорской милости» но сомневаюсь что ради меня одного, которого вымарали из всех отчетов о том уже полузабывшемся балу, неуклюжая государственная машина бы расщедрилась.

Так что у меня другой экзамен. Экзамен благородства и порядочности. Дворяне плевать на это все хотели, но они могут себе это позволить так как родились у нужных родителей. Я же должен буду выдавать себя за утонченную леди и никак иначе. По крайней мере первое время, когда эта бочка с гремучими змеями под названием дворянские дети будет крайне пристально за мной наблюдать первые несколько недель, чтобы придраться по любому поводу. Так называемое «Посвящение»

– Мира, хватит сидеть с ногами нараспашку! Трусы же видно!

– Мира, поправляй вовремя юбку!

– Мира, натягивай колготки как следует!

И находилась еще тысяча и одна причина придирки от Марии. Тренировались мы уже в школьной форме, так что заодно объяснялись все нюансы ее ношения. Которых было слишком много и половину из них я честно старался игнорировать потому что они казались мне попросту глупыми. Но я все чаще стал замечать что число придирок от Марии как-то подозрительно уменьшается…

Ну хоть львиная часть придирок по поводу груди сойдет на нет. На будущее Мария посвящала заодно в теорию и практику обладания размеров выше среднего, что встречало внутреннее сопротивление. Не понадобится, точно говорю!

У меня-то прогресс был, хоть иногда и неприятный мне самому. А вот с Марией все плохо. Пока я сам не стану сильнее, тренироваться ей бессмысленно. Ну вот что она может освоить за те жалкие пять минут, когда она может метаться желтыми огоньками, полученными от меня? Да, время мы смогли нарастить до этого потрясающего значения, чтобы потом мы уперлись в потолок. Эдак проще мне обрести силу фиолетового пламени, чем заставить Марию с ней освоиться. Но несмотря ни на что, я не сдавался и продолжал каждый божий день хоть немного, но сдвигать мертвую точку, в которой мы с ней сидели.

Где-то там на фоне братья делили за что теперь в делах Трапимировичей будет отвечать каждый из них, даже не думая приближаться к нашему домику, что будто выпал из времени и пространства. Впрочем, и мы не стремились идти с ними на контакт. А потому момент, когда они покинули поместье, мы попросту пропустили. Видимо поехали организовывать все на местах, подтверждать старые клятвы, договариваться с тем, с кем им надо. Мария не стремилась к власти, чтобы особо интересоваться что же происходит, а до меня доходило еще меньше информации.

И все же как же красиво бы было, если бы Мария стала главой а я автоматически запустил деньги в эту огромную копившуюся веками кубышку а потом бы сбежал. Такие мысли и сейчас проскакивали в моей голове, все же от моего положения и изменений внутри пока было гораздо больше проблем для головы, чем пользы.

И возможно я уже потихоньку схожу с ума, но казалось, что мне этого просто не дадут сделать. И я даже не про братьев Марии и ее самой. Просто было такое ощущение в сердце, что стоит сделать такой шаг, как я с размаху наступлю на противопехотную мину. Я думал что эти странности сошли на нет после первого дня в этом мире, но похоже я просто все до этого делал примерно в нужном ключе, чтобы этого не возникало. А то что оно вернулось явно не несло ничего хорошего…

Дверь калитки тренировочной площадки немного скрипнула, прервав мои мысли, чем заставила обратить туда внимание. Одна из горничных, с которыми я даже словом обмолвиться не успел, принесла пышущий паром самовар и различные легкие и не очень закуски. Вид был просто потрясный!

Сладкоежка Мария с небольшим радостным криком побежала к ней, совершенно забив на тренировку, а собранные в конский хвост волосы крутились так, будто старались передать все чувства Марии по поводу полдника.

Да, я все же немного лукавил, говоря что у девушки нет прогресса. Мы выложились на полную, и количество просачивающейся вовне силы свелось к минимуму практически полностью. Я сам для себя неожиданно сделал грудь колесом от гордости за свои достижения, все же тоже активно работал, чтобы такая картина, что разворачивалась передо мной, все больше и больше становилась реальностью.

– Госпожа, сегодня чай из кизила а так же легкие тарты. – Пусть это не нуждалось в объявлении, но звонкий но при этом спокойный голосок девушки с немного резкими чертами лица и вечным лицом игрока в покер, развеял бесконечные «ваа!», «ваа!» что доносились от Марии, старавшейся забрать себе все сладкое прежде чем я опомнюсь.

Мне оставалось лишь усмехнуться. Сейчас мне точно не заставить девушку продолжать медитировать, да и у меня затекла не только спина. Отдых с горячим чаем совершенно не помешает. Хех, все меньше и меньше работаю как горничная, а больше как няня для до сих пор не выпавшей из детства девушки. Впрочем, тут еще нужно поспорить, какая работа сложнее.

Горничная изящно откланялась и спокойно ушла с территории особняка Марии. Теперь в нем намного больше жизни, персонал пусть и робкими шажками, но начал заново осваивать территорию, отобрав у меня парочку весьма действенных наказаний для девушки, как например уборку в комнате. Но я был рад видеть расцветающую день ото дня Марию, пытавшуюся до последнего насладиться этой изменившейся атмосферой места, которое вновь становилось ей домом а не странной формой изоляции.

– Как-то даже и не хочется никуда уезжать. – Тихо начала говорить мария, гипнотизируя чашку чая – Я ждала момента, когда покину этот дом весь последний год, но теперь я даже не знаю. Может никуда не поедем? На дворянские выплаты и твою пенсию от будущей императрицы вполне можно прожить!

На это я лишь легонько стукнул ее по голове а потом погладил, будто несмышленого ребенка.

– Если ты собираешься сделать так, что я зря каждый день выслушивала от тебя упреки в женственности, то просто не жди от меня пощады – И сказал ей это слова ласково-ласково, совершенно не стремясь запугать.

– Да я просто гипотетически! – Тут же дала Мария заднюю.

Вообще, в отрыве от морализаторства и прочей лабуды, я был бы и не против продолжения такой жизни. Будь у меня мое изначальное тело раз и чтобы Мария полностью владела своей силой два. Ну и если бы это не было обязательным для всех дворянских детей, но проигнорировать законы, которые даже дворян заставляют подчиняться, на фоне первых двух пунктов кажется полнейшей легкотней.

– Мира, а вот ты чем хочешь заняться после академии? – Задала Мария неожиданный вопрос, прожевав тарт с ежевикой.

– Не рановато о таком думать? – Ответил вопросом на вопрос, иронично приподняв бровь.

– У меня был целый год без дворянских заморочек, чтобы подумать об этом – Нахмурила она лицо, явно не оставшись довольной моим уходом от ответа. – Просто он был, как мне кажется, самым свободным в моей жизни, если сейчас, перед самой академией, взять да оглянуться назад. Я так хотела вернуть все обратно, так ждала воссоединения с другими детьми, что я видела на балах и встречах. Но встретив тебя, которая этой жизни не знала, что наоборот, противится ей, мне стало интересно, а о чем думаешь ты.

– Я думаю о том как бы вернуть свое старое тело – Не стал я врать ей. Мы знаем друг друга уже слишком хорошо, чтобы я мог сказать ей в лицо какую-нибудь чушь. – О том, чтобы купить домик где-нибудь подальше от дворян и больше никогда в жизни не лезть в это болото.

Девушку явно расстроил мой ответ. Она немного покусала губы и потыкала пальцами друг в друга, предварительно отставив чашку подальше. Она явно на что-то решалась, хотела что-то сказать, украдкой поглядывала мне в глаза. Но так и не набралась смелости, пытаясь заесть свое малодушие еще одним тартом. Мне даже стало интересно, что же она хотела сказать в ответ. Но как-то чувствовалось, что раз она не стала это произносить, то мне бы это очень и очень сильно не понравилось.

* * *

– Мира мы опоздаем, опоздаем! – Кричала обеспокоенная Мария, натягивая на себя школьную блузку. Это было первым, что я услышал в первый день осени.

– Давай ты просто успокоишься, наденешь блузку нужной стороной и объяснишь, как мы умудримся опоздать? – Я был довольно вялым после этого внезапного пробуждения, но на удивление быстро пришел в себя, смотря на цирк во главе с клоуном, которого окружает гора одежды. – У нас же в запасе еще три часа – На всякий случай проверил я надежный механический будильник, чей звон может поднять даже мертвого.

– Нам может не хватить! – Говорила она это так, будто считала искренней правдой. – Помоги рассортировать мне то, что я возьму с собой а потом и я тебе помогу!

– Слушай, мне для жизни хватит семи комплектов нижнего белья и пары комплектов формы, к тому же они у меня давно собраны.

На меня посмотрели так пристально, будто проверяя, я сейчас серьезно или придуриваюсь.

– А в чем ходить в свободное время?

– В школьной форме? – Из-за ее напористости я даже не смог ответить утвердительно.

– Так нельзя!!! – Было мне ответом от скалолаза, вновь бросившегося на пик из одежды и постоянно бормотавшей себе плюсы и минусы той или иной вещи.

Пусть делает что хочет, но через час я е оттуда выдерну со всем, что она успеет набрать. Пока что занялся своими делами, которые включали в себя параллельный просмотр бесплатного цирка.

– Не-ет, я еще столько не выбрала! – Упиралась девушка. Было сложно ее тащить, учитывая что одна из рук была занята и моими и ее вещами. И да, я проверил ее сумку и под ее стыдливым взглядом выбросил заныканный туда шприц с грудной формулой. «Оставь, она же тебе так идет, ты еще благодарна мне будешь!» – стоял примерно такой шум. Иногда эта девчонка наедине со мной просто невыносима.

Она все еще дулась на меня в машине. Знает что на мне это не работает, но все равно делает. А беляна, сидящая на традиционном водительском месте, лишь иногда тихонько посмеивалась. Зеркало заднего вида иногда ловило ее предовольную ухмылку. Я с ней так и не поговорил с тех пор. Все же мой прибор прибавил пару сантиметров. Правда это все бессмысленно, ведь пробиваться к нему это отдельная задача.

Академия была как на ладони. Легче всего ее было назвать городом в городе. Настолько огромной по площади она была. Несколько стадионов и два парка подобно ожерелью опоясывали главное здание, раскинувшееся изящной но при этом гипертрофированной буквой «Ф». Отлично просматривались две отдельных спарринг площадки, размещавшихся в «пустотах» этой буквы Ф.

Было весьма и весьма людно. И сразу было видно, кто же тут король жизни, два социальных класса не перемешивались друг с другом от слова совсем. И, разумеется, дворяне были заметным, но не слишком меньшинством.