Текст книги "Невеста на одну ночь"
Автор книги: Розмари Роджерс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
– Не время заниматься пустяками, – хрипло произнесла Талия.
Габриэл нехотя поднял голову, в глазах читалась досада.
– Ничего, скоро это время придёт, – многообещающим тоном произнёс он. – Очень скоро.
Следующие несколько часов оказались для Габриэла сплошным мучением.
Мало того что пришлось продираться сквозь дремучие заросли, находясь в полностью возбуждённом состоянии и страдая от неудовлетворённого желания. Каждый шаг превращался в пытку, заставляя Габриэла поражаться собственной глупости: ну зачем было прижимать Талию к себе?
Но хуже всего были неотступные опасения, что ночью в чаще леса им грозит гораздо большая опасность, нежели от Жака Жерара и его людей.
Необходимо найти укрытие, где можно отдохнуть и дождаться рассвета. Тогда Габриэл без труда определит, где именно они находятся, и быстро выведет Талию к яхте.
Но оказалось, проще сказать, чем сделать. Как прикажете искать укрытие посреди вражеской территории?
Уже почти рассвело, когда Габриэл и Талия наконец вышли из-под сени деревьев и увидели ферму на берегу широкого протока.
Даже издалека было видно, что дом сожжён, уцелели только обугленные кирпичные стены. К счастью, большой амбар с другой стороны двора остался почти нетронутым.
Остановившись, Габриэл положил руки на плечи Талии. При виде её усталых глаз и утомлённо поникших плеч сжималось сердце. Кудри спутались, разорванное платье было безнадёжно испорчено.
Талия едва держалась на ногах, но ни разу не пожаловалась и не требовала, чтобы он нёс её на руках хотя бы через самые трудные участки пути. Впрочем, чему удивляться? Эта женщина сбежала через окно и в одиночку атаковала здоровенного французского солдата, чтобы вызволить своего мужа.
Габриэлу до сих пор не приходилось встречать таких храбрых женщин. Тем более в обществе.
Вообразить страшно, что бы началось, окажись в подобной ситуации матушка или ещё кто-нибудь из знакомых дам. Истерики, обмороки, требования немедленно доставить их домой – очевидно, при помощи магии…
Габриэл невольно улыбнулся, ощутив гордость за жену. Какая ирония!
Всего месяц назад он был убеждён, что она недостойна стать его женой. А теперь вынужден признать, что Талия намного превосходит тех, в чьих жилах течет благородная кровь.
У этой женщины прекрасная душа, а не просто красивая оболочка.
– Ждите здесь, – велел Габриэл.
Талия насторожилась:
– Куда вы?
Габриэл указал на ферму.
– Вы едва ноги переставляете. Надо немного передохнуть.
– Скоро Жак обнаружит, что мы сбежали, – заспорила Талия. – Нас начнут искать.
Габриэл заправил ей за ухо выбившуюся прядь, обратив внимание на синяки под глазами.
– Жак не знает, в какую сторону мы направились, – успокаивающе произнёс он. – А если свалимся от изнеможения посреди дороги, нас уж точно поймают.
Талия закатила глаза.
– Вы всегда всё делаете по-своему?
– Разумеется, я же граф, – шутливо приосанившись, произнёс Габриэл. Талия улыбнулась, щёки чуть разрумянились. – Мой удел – распоряжаться простыми смертными. Кроме того, я всегда прав, а значит, все должны склоняться передо мной…
Талия прижала ладонь к его губам.
– Прошу вас, не продолжайте. Слушать противно.
Взяв руку Талии в свою, Габриэл поцеловал её пальцы и посмотрел в сторону фермы.
– Отдохните пока. Я сейчас.
Талия закусила губу. В глазах читалось беспокойство.
– Габриэл…
– Не волнуйтесь, – произнёс он. – Только проверю, нет ли кого поблизости. Не успеете оглянуться, я уже вернусь.
– А вдруг в вас выстрелят?
– Не надейтесь, что сможете так просто от меня избавиться, – улыбнулся Габриэл, но, взглянув на неё, тут же посерьёзнел. – Пока не вернусь, не сходите с места.
Талия устало отмахнулась:
– Даже если бы захотела, не смогла бы.
– Вот и замечательно. Услышал Господь мои молитвы, – пробормотал Габриэл, развернувшись и зашагав по росистому лугу.
Мельком осмотрев сгоревший дом, Габриэл подошёл к каменному амбару. От пожара пострадала только черепичная крыша, и то несильно. Он распахнул массивную деревянную дверь и самым тщательным образом осмотрел оба этажа, прежде чем направился к другим хозяйственным постройкам.
Только убедившись, что никакой угрозы нет, Габриэл вернулся к Талии. Больно было видеть, как она сидит прямо на голой земле, бессильно склонив голову.
Чёрт возьми, он же её муж и должен о ней заботиться.
Графиня Эшкомбская не должна подвергаться опасности. Или терпеть тяжёлые условия жизни.
Это совершенно неприемлемо.
Впредь он её за порог одну не выпустит.
Решив даже не думать, что по этому поводу сказала бы Талия, Габриэл наклонился и подхватил её на руки. Чувствуя, как доверчиво она прижалась к его груди, Габриэл ещё больше утвердился в своём намерении защищать её. Несмотря на пышные формы, Талия оказалась лёгкой как пёрышко.
Теперь нужно следить, чтобы она ела как следует, подумал Габриэл. А то начнут говорить, будто он свою жену держит впроголодь.
Габриэл нёс Талию через луг, и тут она открыла глаза.
– Что вы делаете?
– Пора уложить вас в постель.
– Не говорите глупостей, – жалобно произнесла она. От усталости слова звучали невнятно. – Откуда здесь постель? Что угодно бы отдала за мягкую перину…
Габриэл улыбнулся. Сейчас он бы и сам от постели не отказался… Но только вместе с Талией.
Как давно он этого желал!
Габриэл изобразил улыбку.
– А хорошая жена сказала бы, что с мужем ей везде хорошо.
– Ну и дура эта ваша хорошая жена, – заплетающимся языком выговорила Талия, однако с готовностью прислонила голову к его плечу. – А я хочу мягкий матрас, перьевую подушку и льняные простыни.
Габриэл только покачал головой. Даже в таком состоянии она продолжала с ним спорить.
– Что же мне с вами делать?
– Что хотите.
– Опасное предложение.
Взгляды их встретились. В глазах обоих читалось страстное обещание. Талия чуть напряглась, но тут же снова опустила ресницы.
Однако Габриэл уже всё понял.
Да, его супруга из скромной серой мышки превратилась в строптивую и своенравную особу, однако она испытывала к нему те же чувства, что и он к ней.
Обнадёженный, Габриэл вошёл в амбар и пересёк дощатый пол, направляясь в дальний угол, где была свалена охапка сена.
Воздух внутри был затхлый, свежего дыхания рассвета здесь совсем не ощущалось. Розоватый свет проникал лишь через щели в ставнях. На чердаке копошились мыши. Но, по крайней мере, здесь было относительно чисто.
Вдоль одной стены был аккуратно расставлен фермерский инвентарь, рядом лежали несколько предметов домашней утвари – очевидно, то немногое, что удалось вынести из огня. Скорее всего, по окончании войны хозяева намеревались вернуться.
– Вот так, – проговорил Габриэл, укладывая Талию на сено. – Конечно, не слишком комфортно, но всё же лучше, чем на голой земле. Ну-ка, дайте ваши вещи.
Габриэл подложил под голову Талии узелок. Затем, стянув узкий сюртук, заботливо набросил его жене на плечи. Только убедившись, что обеспечил Талии максимально возможный комфорт, лёг рядом и прижал её к себе.
Талия застыла.
– Габриэл…
– Тсс. – Он прижал палец к её губам. – У нас всего несколько часов. Закрывайте глаза и засыпайте.
Уже приготовившись, что Талия, как всегда, начнёт спорить, Габриэл удивился, когда она послушно прильнула к нему и с тихим вздохом закрыла глаза. Не прошло и пары минут, как Талия погрузилась в глубокий сон.
Едва осмеливаясь дышать, Габриэл убрал тёмные кудри с её щеки и коснулся губами лба, наслаждаясь приятным ароматом сирени. Долгое время он просто любовался её прекрасным бледным лицом, ощущая, как понемногу отступает страх, преследующий его со дня исчезновения Талии.
Затем, чувствуя себя до смешного счастливым, Габриэл поцеловал Талию в шею и только после этого позволил себе погрузиться в крепкий, здоровый сон.
Около девяти часов Габриэл проснулся от боли в онемевшей шее и урчания пустого желудка. За то время, пока они спали, небо затянули свинцовые тучи.
Стараясь не разбудить жену, Габриэл тихонько вышел из амбара, чтобы размять затёкшие мышцы. Кроме того, необходимо было обследовать местность. Конечно, амбар находится достаточно далеко от замка Жака, однако нельзя забывать, что они до сих пор на вражеской территории. Габриэл не собирался терять бдительность, пока не ступит на родную девонширскую землю.
Через полчаса Габриэл удостоверился, что поблизости никто не прячется. Ещё полчаса ушло на то, чтобы искупаться в протекающей поблизости реке. Габриэл нашёл три ведра, два наполнил водой, в третье же сложил собранные в саду яблоки.
Когда Габриэл шагал обратно к амбару, с неба закапали первые капли дождя. Габриэл захлопнул дверь, чтобы внутрь не проникала сырость. Кроме того, он хотел заглушить далёкие раскаты грома. Помещение погрузилось в наполненный запахом сена полумрак.
С удивлением Габриэл осознал, что отсутствие всяких удобств почему-то его не смущает.
Необычно для человека, с детства привыкшего к неге и роскоши.
Возможно, объяснялось это просто – в первый раз с тех пор, как к Габриэлу перешёл отцовский титул, секретари не осаждали его отчётами о состоянии дел в многочисленных имениях. Сюда не приходили ни письма от поверенного, ни нескончаемые счета. Не говоря уже об обязанностях, накладываемых членством в палате лордов. Вокруг не суетились слуги. Не нужно было выслушивать ни постоянные жалобы матери, ни эгоистичные требования брата.
Здесь Габриэл был наедине со своей женой.
Кто бы мог подумать, что это такое блаженство?
Встав на колени рядом с Талией, Габриэл опустил тщательно вымытый черпак в одно из вёдер с водой и разложил несколько яблок на собственном платке. Завтрак, конечно, скромный, но придётся обходиться чем есть.
Талия зашевелилась, и Габриэл с улыбкой повернулся к ней. В полусне жена инстинктивно протянула руку туда, где раньше лежал он, а когда нащупала пустое место, тут же открыла глаза.
– Габриэл!
– Я здесь, моя строптивая жёнушка, – успокаивающе произнёс он. – Заметьте, я пришёл к вам не с пустыми руками.
Сонно моргая, Талия села. При виде яблок глаза её округлились.
– Где вы их раздобыли?
– Нарвал в саду. А ещё принёс воды.
Талия повернулась к Габриэлу. Вид у него был, мягко говоря, непрезентабельный, и он сам это понимал. Волосы ещё не высохли после купания и от влажности начали завиваться, к тому же причесаться было нечем, и Габриэл пригладил их как мог. Подбородок небритый, тонкая льняная рубашка совершенно неприличным образом распахнута на груди.
Должно быть, в таком виде граф Эшкомбский походил на лесного разбойника, однако зрачки Талии расширились, а дыхание участилось.
Тело Габриэла мгновенно откликнулось на её реакцию. Боже! Как эта цыганка смогла пленить его за столь короткий срок? Ни одной другой женщины Габриэл не желал так сильно.
Накаляющаяся атмосфера смутила Талию, и она робко кашлянула:
– Вы что, в воду свалились?
Габриэл рассмеялся и, сев рядом, начал ловко расстёгивать пуговки из слоновой кости на её платье.
– Думаю, помыться необходимо нам обоим, однако полагаю, вы вряд ли захотите делать это на улице.
Габриэл спустил её корсаж, и Талия судорожно вздохнула:
– Что вы делаете?
– Помогаю жене совершать утренний туалет. – Наклонив голову, Габриэл стал жадно целовать её шею. – Разве не в этом состоит долг хорошего мужа?
– Нет, конечно. Мужу надлежит стоять у двери и следить, чтобы никто не…
Не договорив, Талия тихо застонала от наслаждения, когда Габриэл расшнуровал корсет, отбросил его в сторону и начал ласкать грудь сквозь полупрозрачную ткань сорочки.
– Вам нравится? – прошептал Габриэл, обводя большими пальцами её напрягшиеся соски. – Или предпочитаете вот так?
Габриэл распустил ленты сорочки и стянул её с Талии, затем коснулся атласной кожи обнажённой груди.
Талия невольно подалась ему навстречу, трепеща от нескромных ласк.
– Габриэл, мы в амбаре, – заспорила было она.
Габриэл поцеловал её шею, ощутив быстро бьющийся пульс, затем осыпал поцелуями плечи.
– Помню.
– Как же так, посреди дня…
Габриэл гладил её тело, снимая предметы одежды, мешавшие продвижению его рук.
– Ну и пусть.
Неожиданно Габриэл перевернул её на бок и уложил на солому. Талия ахнула от испуга, вдруг ощутив, что она совершенно обнажена.
– Нас разыскивают целые отряды французских солдат, – хрипло выдавила Талия.
Габриэл стащил сапоги, затем сдёрнул рубашку и отшвырнул в сторону.
– На этот счёт можете не опасаться. Начался ливень с грозой, – сообщил он, стягивая бриджи, затем лёг рядом с Талией, перебирая пальцами её прекрасные шелковистые волосы. – Никуда они не пойдут, а если и пойдут, то в грязи увязнут.
– Но…
Однако Габриэл не стал слушать, заглушив её слова страстным поцелуем.
Ощутив сладкий вкус губ Талии, Габриэл испытал истинный восторг. Руки его исследовали великолепные пышные формы.
– Талия, мы в надёжном укрытии. Давай пока обо всём забудем, – прошептал Габриэл. – Хотя бы ненадолго.
В ответ Талия робко обняла его за шею, и Габриэл застонал, лаская языком розовый сосок. Спина Талии выгнулась, она запустила пальцы ему в волосы.
– Да, – прошептала Талия.
Сжимая сосок губами, Габриэл гладил её спину и аппетитные ягодицы. Затем одна рука его сместилась к бедру, и Габриэл ощутил, как нарастает желание. Он понял, что мог бы провести так весь день – ласкать её всю, от спутанных кудрей до пальчиков ног.
А может, и нет, подумал Габриэл, когда Талия пошевельнулась, случайно задев его напряжённое мужское естество.
Медленные ласки могут подождать, а пока нужно удовлетворить пламенную жажду.
Лучше всего – несколько раз.
– Дотроньтесь до меня, – чуть смущаясь, попросил Габриэл, гладя внутреннюю поверхность её бёдер.
Несколько секунд Талия колебалась, но затем, поборов стеснительность, нерешительно провела пальцами по его спине. Габриэл застонал, сам удивляясь, какое наслаждение доставила ему эта робкая ласка. Удивляло и то, что неопытная девушка способна пробудить в нём такую страсть, однако чары Талии были неотразимы.
Требовательным поцелуем Габриэл заставил Талию разомкнуть губы и испытал величайшее удовольствие, когда языки их соприкоснулись.
Габриэл понял, что Талия стала для него воплощением всего хорошего и порядочного. Он хотел, чтобы её частичка передалась и ему, будто таким способом можно исцелить зачерствевшую душу.
Рука Талии скользнула по рёбрам Габриэла, коснулась мышц груди, и по всему его телу пробежала дрожь. Габриэл почти не слышал, как по крыше барабанят крупные дождевые капли, и не замечал, как щели в ставнях озаряют вспышки молний. Он позволил себе полностью отдаться блаженству.
Стараясь не испугать Талию, Габриэл медленно ласкал её бёдра, поднимаясь всё выше.
– Доверьтесь мне, Талия, – прошептал он, страстно целуя её лицо.
– Да.
Одно это слово тронуло Габриэла до глубины души. Он сам толком не осознавал почему.
Габриэл покачал головой, дивясь ни с того ни с сего нахлынувшей сентиментальности, и продолжил ласкать жену, доводя ту до страстного исступления.
Поцелуи Габриэла становились более жаркими, от щеки он проложил пламенную дорожку к шее. Затем начал ласкать губами и языком её грудь, спустился к животу…
Габриэл поднял голову, заметил её страстный взгляд и совершив неуловимое движение оказался между ног Талии, пальцы нежно проникли в её лоно.
– Ах, – выдохнула Талия, щёки её порозовели от наслаждения.
Радостно рассмеявшись, Габриэл заменил пальцы языком. Закрыв глаза, Талия вскрикнула и застонала, приходя в экстаз.
Ничего подобного ей до сих пор испытывать не приходилось.
Снова и снова лаская её тайный бугорок, Габриэл почти заставил её достичь пика, но в последний момент отстранился.
Талия распахнула глаза. В них плескалось отчаянное желание.
– Габриэл… Умоляю…
– Сейчас, – пробормотал он, не в силах больше ждать.
Заключив Талию в объятия, Габриэл перекатился на спину так, что она оказалась сверху. На лице Талии отразился испуг. Опершись руками о его грудь, она озадаченно смотрела на мужа.
– Так вам будет удобнее, – пояснил тот, не в силах говорить внятно. Её ноги и бёдра находились в самом идеальном положении…
Талия закусила нижнюю губу.
– А что нужно делать?..
У Габриэла защемило сердце. Как она была прекрасна – волосы рассыпались по обнажённым плечам, тело пылает от страсти…
– Сейчас покажу, – заверил Габриэл, направляя её руку к своему мужскому органу.
У Габриэла перехватило дыхание, когда Талия осторожно обхватила его. О боже! Ведь он опытный любовник, а не озабоченный школьник.
– Так правильно? – спросила Талия.
– Совершенно правильно, – простонал Габриэл. – Теперь направьте внутрь себя.
У Талии получилось не сразу, и, пока она пыталась, он стискивал зубы, сдерживаясь, чтобы самым позорным образом не достичь кульминации раньше времени. Затем испустил низкий стон, когда Талии наконец удалось это сделать.
– Габриэл, – простонала она, царапая его грудь.
Габриэл сжал её бёдра и приподнял, двигаясь в восхитительно медленном темпе.
– Талия, – отозвался он, сгорая от экстаза. – Моя милая тигрица.
Она чуть приоткрыла рот и запрокинула голову, повторяя ритм его движений, пока Габриэл не ощутил, что развязка близка. Слишком рано. Тихонько выругавшись, подался навстречу ей. Оба двигались всё быстрее.
С губ Талии слетали невнятные слова, она сильно зажмурилась, выгибая спину, и полностью отдалась высшему удовольствию. Габриэл с восхищением наблюдал, радуясь, что смог доставить ей столько блаженства, но тут понял, что и сам не в состоянии больше сдерживаться, и вскрикнул от глубочайшего наслаждения.
Талия бессильно упала ему на грудь. Тщетно пытаясь перевести дыхание, Габриэл обнял её трепещущее тело.
Казалось, сейчас ничто другое просто не имеет значения.
Глава 12
София сидела у туалетного столика, лениво расчёсывая влажные после мытья волосы, когда дверь в её спальню резко распахнулась, с грохотом ударившись о стену.
София и бровью не повела.
Несмотря на мучившие её с самого утра опасения, София заставила себя следовать обычному распорядку. Выпила чашечку кофе, прочла письмо от парижской приятельницы. Велела горничной погладить платье, понежилась в горячей ванне, накинула лёгкий халат и начала неспеша приводить себя в порядок.
Всё это время София мысленно готовилась к неизбежной конфронтации.
Только поэтому она смогла с абсолютно невозмутимым видом отложить щётку для волос, когда в комнату с перекошенным от ярости лицом ворвался Жак.
– Думали, я не узнаю? – с порога завопил он.
София медленно, элегантно встала. Рассеянно отметила, как хорошо на любимом сидят чёрный сюртук и идеально приталенный серый жилет. Бёдра облегали чёрные панталоны, высокие сапоги из кожи высшего сорта так и сверкали. Как всегда, Жак был весьма хорош собой.
– Non, – ответила София. Волнение выдавал только чуть охрипший голос. – Я и не собиралась держать в тайне, что нанесла визит графу Эшкомбскому.
– Нет, вы не просто нанесли визит. – Жак подошёл так близко, что София ощутила запах его одеколона. – Вы помогли ему бежать.
София издала резкий смешок.
– К сожалению, сие доблестное деяние – не моя заслуга. Тут отличилась ваша драгоценная Талия.
Жак застыл, бросив на Софию удивлённый взгляд.
– Вы что же, ревнуете?
Дурачок. Неужели сам не понимает, какие муки она вынесла?
– Naturellement [12]12
Естественно ( фр.).
[Закрыть].
София стремительно пересекла савонский ковёр, такой же светло-фиолетовый, как и атласные панели на стенах, а также шёлковые занавески, обрамлявшие высокие окна. В центре комнаты стояла большая ореховая кровать, рядом – резной комод и туалетный столик. София остановилась около овального столика, на котором была выставлена коллекция миниатюр, и устремила рассеянный взгляд на херувима с небесно-голубыми глазами и наивной улыбкой. Рука невольно скользнула к животу. Увы, познать радости материнства Софии так и не довелось.
– Молодая, красивая, смелая женщина, вдобавок нуждающаяся в помощи, – произнесла она. – Мужчины за такую женщину жизнь отдать готовы.
– Увы, её супруг расставаться с жизнью не намерен, – мрачно пошутил Жак.
– Его смерть вам не поможет.
– Ошибаетесь. Сплю и вижу, чтобы Талия осталась вдовой. Тогда она будет свободна.
София прижала ладонь к ноющему сердцу и встретилась глазами с упрямым взглядом Жака.
– Я видела графа и графиню вместе.
Жак пожал плечами:
– И что?
– Она просто без ума от него.
В глазах Жака мелькнуло раздражение.
– Невозможно. Этот негодяй бросил её сразу же после свадьбы. Талия слишком умна, чтобы испытывать симпатию к этой высокомерной свинье.
София насмешливо улыбнулась:
– Женщины славятся тем, что выбирают самых неподходящих мужчин.
– Но граф презирает её! С ним Талия никогда не будет счастливой.
– Заблуждаетесь, – мягко произнесла София. – Я видела, какими глазами граф Эшкомбский смотрит на жену. Он ею очарован. – Софию невольно передёрнуло от болезненного укола ревности. – Впрочем, не он один.
За её горькими словами последовала пауза. Жак медленно приблизился к Софии.
– Стало быть, вы позволили им сбежать?
У Софии упало сердце. Merde. Как можно было вести себя так неосмотрительно и поддаться минутному порыву? Зачем было говорить, что видела графа и Талию вместе? До встречи с Жаком Софии удавалось проворачивать ещё и не такие интриги. А теперь…
Теперь София чувствовала себя уязвимой и ранимой, словно лишилась главного оружия.
– Они мне угрожали, – наконец пробормотала София.
Жак схватил её за плечи и впился ей в лицо суровым взглядом.
– Чёрт возьми, за них можно было выручить целое состояние! Сами знаете, как мы нуждаемся в деньгах.
– Ещё неизвестно, удалось бы получить выкуп за графа, – возразила София, решившая защищаться до конца. – Как известно, он занимает важное положение при дворе, к нему прислушивается сам принц. Скорее всего, сюда бы выслали отряд британских солдат, и мы оказались бы в осаде.
Жак прищурился.
– А как же Талия?
– Она только отвлекала вас от важных дел.
– А под важными делами вы подразумеваете себя?
– Нет, службу Наполеону.
На лице Жака отразились потрясение и ярость.
– После такого предательства вы ещё осмеливаетесь читать мораль, напоминать о преданности императору?
– Лично я не считаю предательством элементарные меры предосторожности.
– А как насчёт кражи предметов, гарантировавших молчание мистера Ричардсона?
София вздрогнула и поспешно опустила голову, пряча виноватый румянец. Она не думала, что Жак так скоро обнаружит пропажу.
– Чего вы от меня хотите?
Жак взял её за подбородок, заставив поднять голову, и устремил на Софию немигающий взгляд:
– Услышать правду.
– Всё очень просто – я хотела, чтобы графиня Эшкомбская покинула Францию, и не нашла лучшего способа, чем выпустить на свободу её мужа. – Прямота Софии оказалась неожиданностью для них обоих. – Теперь довольны?
На какую-то секунду лицо Жака смягчилось, и в сердце Софии забрезжила робкая надежда. Казалось, она может прочесть в его чарующих глазах слабый след былой симпатии. И чувство вины за то, что причинил ей боль.
Но в ту же секунду гнев заполыхал с новой силой. Жак резко отпрянул.
– Non, – резко бросил он. – Я более чем недоволен. Из-за вашего эгоизма под угрозой оказалось самое важное звено в моей цепи – Гарри Ричардсон! Нет, до Англии граф Эшкомбский не доберётся! Надо остановить его любыми средствами!
Сердце Софии сдавило от тяжёлого разочарования.
– Какое же Гарри Ричардсон важное звено? Ведь сейчас он скрывается во Франции. – Голос Софии звучал глухо. С ужасом она осознала, что пошла ва-банк и потеряла всё. – Наоборот, Ричардсон превратился в обузу.
Жак пожал плечами:
– Как только изловлю его братца, Гарри сможет спокойно вернуться в Лондон и найти для меня нового шпиона в министерстве внутренних дел.
– Британскому правительству уже известно, что в их рядах скрываются предатели. – София обхватила себя руками. Несмотря на долетавшее от окна тёплое дуновение летнего ветерка, её вдруг пробрала дрожь. – Если Гарри неожиданно объявится в Лондоне, в то время как брат его исчезнет, это неизбежно вызовет подозрения.
– Сочиним какую-нибудь правдоподобную историю. А потом получим информацию, благодаря которой Франция одержит долгожданную победу.
София отрицательно покачала головой:
– Слишком поздно. Граф Эшкомбский сбежал уже давно.
София не смогла выговорить имя Талии и не стала упоминать о том, что стремление Жака поймать беглецов скорее объясняется желанием вернуть графиню Эшкомбскую, нежели отправить Гарри в Лондон. София ощущала, как между ней и Жаком быстро вырастает стена.
– Догнать графа не получится.
– Я и не собираюсь. Он сам прибежит ко мне. – Жак бросил взгляд на озадаченное лицо Софии. – Благодаря вам, та belle.
Растерявшаяся София почуяла недоброе.
– Comment? [13]13
Как? ( фр.)
[Закрыть]
– Готов биться об заклад, вы не только поведали о миссии Гарри, но и упомянули, что сейчас он в Кале, – протянул Жак.
София изобразила горделивое равнодушие, хотя на самом деле внутри всё кипело.
– Допустим, и что из того?
– Наш добропорядочный граф Эшкомбский наверняка помчится спасать брата – так сказать, вырвать несчастного из когтей злобных французов, – ухмыльнулся Жак.
– Лорд Эшкомбский не так глуп, – возразила София. – Полагаю, он сам прекрасно понимает, что спасти Гарри Ричардсона невозможно.
– В таком случае граф захочет свернуть его никчёмную шею, – ответил Жак и, прежде чем удалиться, отвесил крайне неубедительный поклон. – В любом случае он не покинет Францию, пока не разыщет брата. И не угодит прямо в расставленную ловушку.
София так и замерла посреди спальни. В первый раз за тридцать лет по щекам градом катились горячие слёзы.
Талия не знала, как долго провела в объятиях Габриэла – впрочем, она и не пыталась следить за временем. Она будто парила на волшебном облаке, а между тем гроза снаружи утихла и наконец прекратилась.
Талия со вздохом подумала, что впоследствии, вероятнее всего, пожалеет о том, с какой готовностью отдалась Габриэлу. Ведь этот человек оказался плохим мужем – оскорблял её, сослал в деревню, вдобавок относился к супруге безо всякого уважения.
Как бы там ни было, Талия отнюдь не собиралась его прощать.
Но сейчас ей было слишком хорошо, чтобы задумываться о подобных вещах.
Талия поспешно заверила саму себя, что героическая спасительная операция Габриэла вовсе её не впечатлила. Как, впрочем, и его попытки окружить её комфортом, насколько это возможно в убогом амбаре.
Талия отлично понимала – глупо надеяться, будто его поступки продиктованы искренней заботой. Иначе ей грозит жестокое разочарование. Уж чего-чего, а разочарований Талии на всю жизнь хватило.
Однако любая женщина отозвалась бы на искусные ласки опытного любовника. К тому же разве от жены не требуется делить постель с мужем, какие бы чувства она к нему ни испытывала? Так почему бы не извлечь из этой обязанности определённое удовольствие для себя?
Но здравый смысл умолк, стоило чутким пальцам прикоснуться к её коже. Талия затрепетала в предвкушении.
Глядя в серебристые глаза Габриэла, она осознала, что испытывает к нему не только плотское влечение. Нет, от этих чувств следует избавиться, иначе сердце её будет неминуемо разбито.
– Дождь перестал, – выдавила Талия.
Габриэл тихонько рассмеялся и провёл большим пальцем по её соску.
– Неужели?
Талия обернулась к закрытому ставнями окну, пытаясь подавить наслаждение от каждого ласкового прикосновения.
– Да. – Сдержав стон, Талия встретилась с Габриэлом глазами. – Нам разве не пора?
На красивом лице промелькнуло нечто, похожее на тревогу. Затем Габриэл опустил голову и начал целовать её ключицы.
– Пора, – пробормотал он. Дыхание Габриэла приятно щекотало грудь.
Талия запустила пальцы ему в волосы, пытаясь заставить его опомниться, однако тут же отдалась на волю ощущений.
Однако она успела сообразить, что Габриэл что-то от неё скрывает. И это что-то его очень беспокоило.
– Габриэл, – проговорила Талия, а когда тот не отозвался, слегка потянула его за волосы.
– Да?
– В чём дело?
Габриэл провёл по её соску языком.
– Да так, ни в чём…
– Но… – начала было Талия, но тут же запнулась. Приходилось признать неприятную правду – хотя Габриэл с радостью предавался с ней плотской любви, делиться с супругой своими тревогами он был не готов. Видимо, не считал нужным. Впрочем, Габриэл с самого начала дал понять – для него этот брак не более чем досадная необходимость. Талия обругала себя за глупость и сглотнула непрошеный ком в горле.
– Хорошо, можете не отвечать…
Подняв голову, Габриэл настороженно поглядел на неё:
– Женщины всегда так говорят, когда хотят добиться ответа.
Талия застыла, задетая несправедливым обвинением.
– Я в такие игры не играю. Не хотите рассказывать – ваше право.
На щеках Габриэла проступил лёгкий румянец. Талия приготовилась к язвительному ответу, однако он повёл себя неожиданно – вдруг вскочил и нервно взъерошил волосы.
– Вам не приходило в голову, что у меня может возникнуть желание хоть ненадолго избавиться от тяжких мыслей?
Габриэл говорил тихо, но Талия уловила затаённую боль в голосе. Отбросив девичью стыдливость и проигнорировав тот факт, что они оба обнажены, Талия встала и подошла к Габриэлу.
Чуть дотронулась до его руки.
– Разве от мыслей можно избавиться?
Вдруг Габриэл порывисто прижал её к себе.
– Только если знаешь надёжный способ, – хрипло произнёс он.
Губы Габриэла приникли к виску Талии, затем спустились по щеке к уголку рта. И только тут Габриэл заметил, что Талия стоит неподвижно, словно статуя, и упирается руками ему в грудь – вроде бы не отталкивает, но и не поощряет. Подняв голову, Габриэл с досадой поглядел на неё.
– Проклятье! Почему у меня такое чувство, будто вы мной вертите как хотите?
Талия гордо вскинула подбородок.
– Я же сказала, я не…
– Для женщины, которая не играет в игры, вы поразительно хороший игрок, – резко перебил ее Габриэл, но потом заметил, как больно ранили Талию его слова, и со вздохом опустил голову, соприкоснувшись с ней лбами. – Простите, Талия. Вы правы, меня и впрямь кое-что тревожит.
Талия старалась осторожнее подбирать слова, боясь разрушить только что установившееся доверие.
– Боитесь, что нас поймают? – наконец предположила она.
Габриэл усмехнулся:
– Вы меня недооцениваете.
– Отнюдь.
– Вот и прекрасно. Не извольте беспокоиться, ещё до заката мы будем на борту моего корабля, – произнёс Габриэл.
– Тогда что же вас гложет?
Повисла напряжённая пауза. Габриэл боролся с многолетней привычкой самому решать собственные проблемы. Всю жизнь Габриэл брал ответственность на себя, защищая других. Пожалуй, ему всегда будет нелегко делиться заботами.
Талия разумно рассудила, что мужа торопить не следует, иначе тот снова замкнётся в себе.
Наконец Габриэл поднял голову, но из объятий её не выпустил, словно нуждаясь в её тепле.
– Я узнал ужасную новость о брате, с которой никак не могу смириться, – наконец признался Габриэл сдавленным голосом.
