Текст книги "Измена. Отпуск с мачо (СИ)"
Автор книги: Рокси Нокс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)
Глава 20
Егор
Я уверен, что этого козла, который лежал в постели, жена подцепила на пляже и показала мне нарочно. Отомстила? Да. Я теперь места себе не нахожу, зная, что моя жена трахается с другим. Не просто с другим – а с мускулистым загорелым мачо! До сих пор перед глазами стоит его накаченное тело.
Наверняка он жиголо. Да, точно. Кто бы еще стал трахаться с ней в здравом уме? Спускает бабки на мужиков, стерва! Пошла в разнос, гадина.
Звонит телефон, и я подпрыгиваю от неожиданности, думая, что звонит Ирка. Она же меня заблокировала.
Нет, не Ирка. Лизка.
– Да, дорогая? – отзываюсь, подлив сиропа в голос.
– Егорушка, мне скучно. Приезжай ко мне.
Скучно ей! Книжку блин почитай, дура! О том, как детей рожать и растить их потом. Залететь много ума не надо, а вот что потом будет делать с ребенком? На меня повесит? Ни за что!
– Не могу, малыш, – отвечаю. – Я же с мелкой сижу. Она приболела.
У Машеньки температура 37,5, но я специально соврал Ирке, что больше. Чтобы она места себе не находила на этих чертовых островах.
– Тогда я еду к тебе, – сообщает Лиза и отключается.
Блин, и приедет. Навязчивая, просто жесть!
Ладно, пусть приезжает. Старших дома не будет до самого вечера. А Машку уложу на дневной сон и позабавлюсь с Лизкой, пока она еще ебабельна. А то скоро живот на нос полезет. Кстати, может быть, ещё удастся ее уговорить избавиться? Надо попробовать. Пообещаю ей тачку купить, наскребу как-нибудь. Иркину если что продам. Пусть на метро ездит женушка, а то катает свою толстую жопку по Москве на дорогой тачке. Ну и что, что она сама на нее заработала? В браке – всё общее.
Когда Лизка приезжает, делаю несколько фотоснимков на нашем диване в гостиной и отправляю Ирке. Получи фашист гранату! Это тебе за любовника.
Машка спать не желает, и поэтому секс с Лизой обламывается. Уныло смотрим все вместе фильм 12+ и жуем попкорн. А мои мысли блуждают где-то далеко… вокруг моей женушки и мачо. Интересно, чем они там занимаются сейчас? Наверняка, трахаются во всех позах, пока у Ирки не кончатся деньги.
***
Ира
– Господи, красота-то какая неземная!!
Высаживаемся на дивном зеленом пляже, и идем по теплому бережку.
– Сейчас я тебя искупаю в драгоценностях! – смеется Тим и валит меня на песок.
– Почему он зеленый? – хохочу под ним, потому что меня щекочет.
– А в нем хризолит. Его ещё называют гавайский бриллиант, полудрагоценный камень. Его вулканом из недр вынесло наружу. Хризолит здесь повсюду.
Тимофей набирает в ладонь оливковый песок и ссыпает его. Я вижу твердые черные частицы лавы и кораллов. Очень необычно. Ложусь в позу звезды, расставив руки и ноги.
– Не фоткай только, – возмущаюсь, увидев, что Тим полез за телефоном.
– Запечатлим тебя для потомков.
Делает несколько кадров и ложится рядом. Смотрим в лазурное небо сквозь солнечные очки. Боже, мне так хорошо, что аж неудобно. По закону жанра я должна страдать и убиваться, а я отлично провожу время. Мой муж сейчас трахает любовницу в нашей спальне? Да плевать! Подозреваю, что он соврал насчет Машки, чтобы мне насолить. Может, она слегка и приболела, у нее бывает на ровном месте 37,5. А он мне навешал лапши с три короба, сволочь.
– Пошли в океан? – предлагает Тим.
Раздеваемся наперегонки и бежим в воду, взявшись за руки. Вода, как обычно, теплая, как парное молоко. Бесимся, брызгаемся, как дети, а потом Тим ныряет и хватает меня за талию. Забрасывает ноги себе на бедра и прижимает к своему члену.
– Та-ак, господин Тархун, только не говори что…
– Да, я собрался тебя сейчас трахнуть в воде, – доканчивает он хриплым голосом.
По моей коже тотчас маршируют мурашки.
– Там люди, – делаю страшные глаза, – вдалеке, но всё же есть.
– Они не догадаются, чем мы занимается.
– Ты сумасшедший, – хихикаю, толкая его в грудь.
Опыт занятия сексом в воде у меня уже есть. И мне понравилось тогда, с мужем, в море (сейчас воспоминания вызывают омерзение). Поэтому переключаюсь на мысли о вчерашнем сексе в бассейне – так-то лучше!
Тимофей отодвигает в сторону полоску трусов и насаживает меня на свой длиннющий член. Ахаю и хватаюсь за его массивную шею. Держу в поле зрения гуляющих по пляжу туристов. Они не показывают на нас пальцем, им вообще нет до нас никакого дела. Ищут что-то в песке, наверное, камешки хризолита.
– Господин Трахун, – выдаю ему.
– Скажи ещё! – требует он, двигаясь во мне рывками.
– Ты мой господин Трахун, – облизываю свои соленые губы.
Он держится за мои ягодицы, и я плавно покачиваюсь на волнах, насаженная на его ствол.
– Так туго идет, обожаю трахаться в воде, – признается Тим.
– Вообще-то это небезопасно. Бактерии, знаешь ли, не дремлют.
– Выключай сучку.
– Чего-о?
– Того, – Тим входит так глубоко, что я распахиваю от изумления рот.
– Ты проткнешь меня, – шиплю.
– Уже.
– Пошляк! – шлепаю его по мокрой загорелой шее. – А куда ты заканчивать будешь? – спохватываюсь.
– Потерплю до катера.
– А что будет на катере?
Впервые в жизни я так много болтаю по время секса. Обычно держу язык за зубами.
– Трахну тебя еще раз, там и закончу.
– Ох-ох… – закусываю губу, отдаваясь во власть наслаждения.
Не знаю, сколько времени он «мучил» меня в воде. Много раз останавливался, чтобы перетерпеть. Но свои оргазмы я считать перестала уже после третьего.
Выбираемся на пляж и откидываемся на песок. Он липнет на наши мокрые тела, и мы становимся зелеными, как два водяных.
Тимофей закапывает меня в песок, оставив только голову, и фоткает в таком виде. Едва выкарабкиваюсь оттуда и тоже самое проделываю с ним. Он освобождается из зеленого плена почти мгновенно, и мы идём смывать с себя колючие песчинки. Чистенькими забираемся на катер и разглядываем оставленный пляж.
Жаль, что нельзя забрать с собой этот необычный песок, который под лучами солнца выглядит салатовым. Здесь повсюду висят таблички-предупреждения, чтоб не трогали.
– У меня есть для тебя подарок, – говорит Тимофей, – на память об этом чудесном дне, – достает из кармана большой камушек на веревочке и вешает мне на шею. – Это и есть тот самый хризолит, только отшлифованный.
– Ух ты! Спасибо! – трогаю гладенький камень, а потом подношу к губам и целую его.
– Эй, Ириска, ты всё перепутала. Меня надо целовать, а не хризолит, – смеется Тим.
– Простите, господин Тархун, сейчас исправлюсь, – встаю на цыпочки и чмокаю его в губы. Ловит меня, прижимает к себе и целует «как надо»: с языком и до того момента, как у меня начнут подгибаться колени.
Принимаем решение пообедать прямо здесь. Помогаю Тиму накрыть на стол. Запасливый мой совершил с утра набег на свою гостиничную кухню и заграбастал немало вкусной еды. Мы голодные, как львы, после секса и плавания. Набрасываемся на мясные и сырные нарезки и восполняем запас калорий.
У него припасена бутылочка шампанского, и он выстреливает пробкой в небо. Хлопаю в ладоши, как девчонка, да что он со мной делает?? Девчонка, блин, с тремя детьми, одна из которых уже совершеннолетняя.
Ну и дела!
– Кстати, а где обещанные черепахи? – рассматривая Тима через призму стеклянного бокала, спрашиваю я.
Глава 21
А черепахи, оказывается, в другом месте нас ожидают. Здоровенные Тортиллы валяются на бережку, нежась на солнышке. На этом пляже обычный золотистый песок и буйные темно-зеленые заросли.
– Черепашек мацать нельзя, – предупреждает Тим, когда мы сходим с катера на берег.
– И в мыслях не было, – кошусь на рептилий, которые не кажутся мне милыми. Уж больно они большие и недоброжелательные. Хотя, на самом деле, просто апатичные ко всему, что происходит вокруг.
– Садиться на них тоже нельзя, – продолжает инструктировать Тимофей.
– А вот это было бы кстати! Панцирь выглядит как скамейка.
– Черепах охраняют волонтеры, так что не получится на них посидеть, – смеется Тим. – Они берегут своих ненаглядных. Даже график составляют, когда тот или иной черепахен соизволит вылезти из воды.
– Капец! – отвечаю со смешком. – Вот им делать нечего.
Фоткаю на телефон «Тортиллу», Машка, я думаю, оценит эту громадину. У нее на панцире расположен чип с номером. Реально ведь охраняют.
– За суп из черепашки дадут пять лет тюрьмы, – веселится Тим.
– Боже, неужели кто-то додумался до такого? Они же неаппетитно выглядят.
– А то! Помнишь, я тебе рассказывал о количестве бомжей на острове? Так вот некоторые из них благополучно отправились за решетку.
– Ой, всё, ты меня разводишь! – толкаю его локтем в бок.
Мы неспешно прогуливаемся вдоль деревьев и смотрим, как растет орех макадамия. Там, где мы сейчас находимся, чересчур много кур. Тимофей говорит, что они дикие и охотиться на них нельзя.
– Значит, куриный суп тоже запрещен, – киваю. – Хорошо, что мы вязли с собой еду, значит, не попадем в тюрьму.
– Ага – мы взяли, – хмыкает Тим.
– Обещаю, в следующий раз я сама позабочусь о нашей еде, – складываю молитвенно руки.
– Я тебе не верю, – отвечает он со смехом.
Ну, извините, у меня нет под рукой своего собственного су-шефа!
Океан сегодня тишайший, и серферы терпеливо сидят на своих досках в ожидании волны. От моего меланхоличного настроения больше ничего не осталось. Я больше не чувствую себя так, будто у меня обрезаны крылья.
Тимофей покупает у продавца кокосы, в которых прямо при нас проделывают дырочку и вставляют трубку. Сразу вспоминаю бразильские сериалы моего детства и юности, там герои на пляже всегда пили кокосовое молоко. Помнится, мне так хотелось попробовать, но в наш провинциальный город, где я родилась, экзотику не завозили. Так что немножечко чувствую себя героиней бразильской «мылодрамы».
Возвращаемся на пляж и наслаждаемся вкусняшками, сидя на берегу. Тим достает из рюкзака почищенные орешки макадамию, деревья которых мы видели, и кормит меня ими. Хорошо, что еда здесь полезная – не разожрусь.
– Пойдем в пальмовую рощу? – играет Тим бровями. – Там безлюдно.
– Э-эм, зачем?
– Идем, покажу, – тянет меня за руку.
Послушно иду за ним, рассматривая его сильную спину и чуть ли не спотыкаясь об собственные ноги, потому что предвкушаю каждой клеточкой тела то, что он замыслил.
Тимофей заводит меня в буйные изумрудные заросли и прижимает к тощей пальме. Беззастенчиво сексуальный – вот он какой. Смотрю на него расширенными глазами и прерывисто дышу. Страшно… а вдруг появятся люди?
Мои шаловливые руки скользят к краю его рубашки. Уже соскучилась по твердым кубикам, которые он от меня спрятал.
Прежде чем скользнуть в мой рот, Тим проводит языком по моей нижней губе. Держусь за край его штанов, как будто боюсь упасть. Лучи солнца падают на темные кончики его волос, и мне хочется провести по ним ладонью. Что я и делаю.
– Приспусти мои шорты, – требовательно просит он. – Не бойся, сюда никто не придет.
– Тимофей, – закусываю губу.
– Твои губки идеально подходят для минета, Иришка.
Так вот куда он клонит!
– У меня постоянно спрашивают, сколько ботокса я в них вколола, – нервно хихикаю. – А у меня все натуральное.
– С того самого момента, когда я встретил тебя в баре, я задумывался над тем, как будут выглядеть твои прелестные губки на моем члене.
– Ох, божечки…
Легонько прикусывает мою нижнюю губу, не забывая прижиматься к моему бедру всей длиной члена.
– Сделаешь это? – почти шепотом спрашивает он, проводя двумя пальцами по моим губам.
Смотрю на него с вызовом и на ощупь приспускаю его шорты. Мужское достоинство, как натянутая пружина покачивается между нами. Обхватываю ствол и двигаю его рукой вверх-вниз.
Тим запрокидывает голову назад, прикрывает веки и вместе с потоком воздуха из него вырывается нечто непотребное и интимное.
– Ты реально думал об этом в первый же день знакомства? – спрашиваю кокетливо.
Мои губы сближаются с его естеством, и я смотрю на Тима снизу вверх.
– Да, Иришка, думал о твоих восхитительных губах, сиськах и попке.
Я втягиваю в рот его член, и Тим выдает лестные гортанные звуки:
– Ты само совершенство.
Стою перед ним на коленях на пальмовых листьях и не чувствую никакого стыда. Потому что вчера он так же беззастенчиво поклонялся мне, как королеве. Почему я не могу ответить ему тем же? Мы – взрослые люди.
– Ох, ох, мгм, – мычит он, толкаясь в мой рот.
Давлюсь его длиной и чуточку отстраняюсь назад. Его распутные глаза встречаются с моими – в них столько страсти, что я улетаю. Его ритм становится горячим и быстрым.
– Я хочу кончить, – признается он. – Можно сделать это в твой рот?
Я киваю, и Тим с рыком опустошает себя. Я знаю, что он долго терпел и ждал этого сладкого момента.
Протягивает мне руку, и я встаю с колен. На них отпечатался пальмовый рисунок – красотища-то какая. Тим наклоняется и стряхивает с моих ног налипший мусор, и мне приятна его забота.
– Я тебе говорила, что ты сумасшедший? – спрашиваю, сощурившись. – Нас могли застукать.
– Такие же развратные парочки, как и мы? – усмехается.
У Тимофея звонит телефон, он отзывается и протягивает трубку мне.
– Да? – отвечаю удивленно и слышу Олин голос:
– Мама! Папа собирается отдать твою машину своей любовнице в обмен на аборт.
– Что-о-о?!
– Лиза согласилась сделать аборт, но взамен хочет твою машину. Папа ей предложил.
– Что, черт возьми, ты говоришь, Оля?!
– Мам, что у тебя с ушами? – злится дочь.
– С моими ушами всё нормально. Просто у меня шок. Да как он… посмел?! Козлина! – судорожно хватаю ртом воздух, и Тим обеспокоенно смотрит на меня.
Кровь прилила к лицу от этой новости. Он хочет отдать мой любимый Пежончик своей бляди?!
– Оля! Скажи ему, чтобы не смел трогать мою машину! Я приеду… я разберусь. Мы что-нибудь придумаем. Пусть решает свои проблемы самостоятельно! Я на эту тачку своим потом заработала. Сука! Слов нет!
– Я-то скажу, только он нас не слушает.
– Ладно, дочь. Держи в курсе.
Отключаюсь и смотрю невидящим взглядом на Тимофея. Он обмахивает мое лицо свежесорванным пальмовым листом.
– Ира! Выдыхай. Что там стряслось?
– Он отдает МОЮ машину своей любовнице. Мой Пежо, почти новый. Ааааа! Меня сейчас хватит удар!
– Но как он может отдать твою машину?
– Я была круглой дурой, – отвечаю убитым голосом. – Он записал её на себя, и я позволила. Егор сказал, что так страховка выйдет дешевле, потому что у меня не было опыта вождения. И штрафы он оплачивал мои исправно, как собственник. У меня и в мыслях не было, что он может меня предать и что-то сделать с моей машиной.
Глава 22
Вот я и получила очередную пощечину от «дорогого супруга». Что-то подсказывает мне, что Лизка его разводит. Какая бы баба согласилась променять малыша на машину? Ну, какая? Конченная мразота? Что если никакой беременности нет? Егор не соображает в «бабских делах» и легко поверит на слово, особенно, если тыкнуть ему в лицо тест, который сделала, к примеру, твоя беременная подруга.
А вот я теперь останусь без машины.
– Ир, тачка – это кусок железа, – говорит Тимофей.
– Я, блин, год пахала на этот кусок железа!
Держусь из последних сил, чтобы не разреветься. Так жалко себя.
– Не надо так убиваться. Будет у тебя другая машина – еще лучше.
– Мне нужна моя, – отчеканиваю. – Мой Пежончик! Французик мой… Ааааа…
Тим прижимает меня к могучей груди и гладит по волосам. Я быстро успокаиваюсь в его руках. Обидно, тяжело, но больше не хочу истерить. Конечно, Егор делает это специально, чтобы меня уязвить еще больше. Хочет наказать меня за разгул.
– Тим! Ира! – слышу противный женский голос за спиной.
Моника, чтоб её!
При её появлении Тимофей не выпустил меня из своих рук, пришлось освобождаться самостоятельно.
– Какая встреча! – радуется американка. – А я сюда туриста привезла, денег хотела немного подзаработать.
Моника смотрит на Тима, как кошка на сметану. Бесит сучка.
– Здравствуй, Моника, – Тим насмешливо её осматривает. Она в короткой юбке и топе – ну вылитая деваха с трассы. Ноги, конечно, длинные у неё, и мне прямо не по себе становится, какие они стройные и загорелые.
– Ты почему от меня прячешься? – спрашивает Мон, ревниво смотря на руку бывшего, которая лежит на моей талии.
– Я не прячусь, я отлично провожу время, – Тим нежно смотрит на меня, давая понять, что это время он проводит со мной.
– Вот как? – поджимает губы американка. – А как же мы?
– Кто мы? Ты и твоё раздутое эго? – смеется Тим.
– Ты и я, – злится Мон.
– Я с Ирой, а ты со своим старым боссом, или с новым туристом. Тебе виднее.
– Ты просто ревнуешь, – заключает Моника, и мне хочется приебать ее кокосом по голове.
– Ты делаешь неправильные выводы, – говорит мужчина. – А теперь нам с Ирой пора.
Тимофей жадно целует меня на глазах у бывшей и потом отводит в сторону.
– Ну и что за спектакль ты устроил? – спрашиваю я.
– Дал ей понять, что всё кончено. Чтобы не надеялась и не выбирала имена нашим детям, – говорит с ухмылкой.
– Ага, и подставил меня. Она же теперь меня достанет.
Оборачиваюсь на американку, и вижу, что она смотрит нам вслед злыми глазами.
– Пусть только попробует помешать твоему отдыху.
– Спасибочки, натравил на меня гадюку.
Всё, настроение моё скатилось к нулю. Тут даже секс не поможет вырулить на прежние эмоции.
– Ир, забей на неё. У Моники не все дома.
– Вот поэтому я не хочу с ней связываться. Она не внимает доводам рассудка, как я успела заметить.
– И где был мой мозг, когда я подцепил её в баре? – бормочет Тим.
– Ах, её ты тоже подцепил в баре?
– А где же еще?
Меня цепляет этот момент, ведь мы тоже познакомились в баре. Какой он неоригинальный, черт возьми.
– Пойдем на катер, – говорит Тим.
– С удовольствием. А лучше всего вообще вернуться в отель.
– Так, что с нашим настроением? – останавливается и заглядывает мне в глаза. – Ира, все живы, здоровы – и это главное. А враги скоро будут повержены, я тебе обещаю.
Да как он может мне это обещать? Тархун здесь, а мой муж в Москве. И когда я вернусь, мне придется схлестнуться с бывшим в неравном бою. Для меня не секрет, какой подленький характер у Егора. Меня всё устраивало, потому что он никогда не обращал на меня свой гнев и месть. Я считала, что у нас любовь. Какая же я дура! Дальше своего носа не видела.
Но теперь Оля поймет, какая сволочь её отец. Перейдет ли она на мою сторону? Неплохо было бы заручиться поддержкой старшей дочери в войне с этим идиотом.
– Шампанского? – спрашивает Тим, подняв бутылку.
– Да, наливай.
Старый добрый алкоголь поможет мне справиться с негативными эмоциями.
Выпиваю залпом, ощущая на себе ироничный взгляд Тимофея:
– Ира, это шипучка, а не водка.
– Жажда напала, – вяло оправдываюсь. – Слушай, а где твой водитель катера? Я вдруг поняла, что он незаметный, как дух. Ни разу его не видела.
– Он просто слишком старый, поэтому спит каждую свободную минуту.
Тим придвигается ближе и гладит меня по бедру.
– Что ты делаешь? – спрашиваю.
– А на что это похоже?
– На приставания.
– Точно. Они и есть, – белозубо улыбается.
– А как же водитель?
– Он дрыхнет, накрыв лицо шляпой.
– Не, не, не… Тим… У меня настроение не то. Как представлю, что мне теперь на работу придется на самокате ездить, так плакать охота.
– На самокате? – его разбирает смех.
– Да, на электросамокате, – отвечаю на полном серьезе.
И шпильки теперь не наденешь, придется брать их с собой в сумке. Роберт предпочитает велосипед. Оля пока на метро ездит, ждет, когда папа купит ей тачку. Ага, купит он, как же! Признаться честно, что я отложила денежки на машину для нее, но теперь не знаю, заслужила ли она такого подарка?
– Ира! Хочешь, я подарю тебе вертолет? На нем будешь добираться на работу.
– А то. У тебя в ангаре, наверное, их несколько стоит? – язвлю.
– Нет, всего один. Но так и быть: готов с ним расстаться, чтобы только ты не печалилась.
– Ой, болтун, – мои губы растягиваются в улыбке.
Вертолет, ну надо же.
Не сопротивляюсь, когда его губы соприкасаются с моими. Гладкий, сладкий, хваткий – вот он какой, мистер Трахун!
– А давай ночью сексом на пляже займемся? – предлагает Тим. – Прямо на песке.
– Как представляю, что песок забьется во всем немыслимые места, так сразу романтический флер исчезает, – смеюсь в ответ.
– Ты будешь сверху, так никуда не забьется.
– Ладно, уговорил, – даю отмашку рукой. – Только налей мне ещё шампанского для храбрости.
– Это легко, у нас его ещё четыре бутылки.
– И ты тоже со мной выпей, – провожу ноготками по его твердому прессу. – За компанию.
Глава 23
Егор
– Оля, зачем ты звонила матери? – спрашиваю строго.
– А зачем ты собрался отдать её машину? – отвечает дочь, скрестив руки на груди.
– Ты же знаешь, какая у меня сложная ситуация. Лиза внепланово забеременела…
– Папа! Ты спал с другой за спиной у мамы! – повышает на меня голос.
– Оля, я мужчина, – говорю жёстко. – Мне было трудно устоять перед молодой красивой девушкой, которая к тому же сама лезла ко мне в штаны.
– Фу, слушать противно, – кривится дочь.
– Если ты будешь на моей стороне, я куплю тебе тачку, – говорю то, зачем её вообще позвал.
– А деньги откуда?
– Мне должны хорошо заплатить за один проект. Робу скажи, что он получит новый велик, скоростной.
– А Машке что пообещаешь? – нехорошо прищуривается Оля.
– Новые игрушки.
– И мы должны быть против мамы?
– Да, я хочу её лишить родительских прав. Твоя мать – алкоголичка, бухает постоянно коньяк со своей подруженцией. Ни дня без алкоголя продержаться не может. Ты просто не замечала. Теперь пошла по мужикам, того и гляди наркоманить начнет…
– Что ты несешь? – закатывает глаза дочь.
Мда-а, не так просто будет очернить жену перед детьми и заставить их свидетельствовать против неё в суде. Они за неё горой встанут, если нужно, хорошую работу проделала с ними Ирочка. Только я тоже не пальцем деланный.
– Я говорю правду, Оля.
– Разбирайтесь сами! А нас оставьте в покое, понятно вам? Я не буду давать показания против мамы. Всё. И Лизку свою сюда больше не приводи.
– Машка сказала?
– Заколку её нашла, – Оля бросает в меня черного краба.
Ловлю и кручу его в руках. Эта женщина опутывает меня сетью, как паук. Постоянно оставляет вещи и волосы повсюду. В принципе, Лиза – баба неплохая. Может, оставить ребенка и жениться на ней? Или с Иркой попробовать помириться? Дилемма.
Вообще меня устраивает вариант – обе сразу. Но жена молчать и терпеть мои похождения не будет – это я уже усвоил, благодаря её стремительному отъезду.
Мне кажется, что Ирка вот-вот вернется и кинется мне в ножки, чтобы простил её отпускную интрижку. Что ж, сделаю царский жест и верну её в семью. А Лизу заставлю молчать. А если Ира не кинется – то об этом пожалеет. Отберу всё – и квартиру, и детей. Я обращусь к самому лучшему адвокату Москвы и оставлю её ни с чем. Будет знать, как трахаться с мужиками.
***
Ира
Включаю ненадолго телефон по работе и ловлю звонок от свекрови.
– Здравствуй, Ирочка, – говорит она елейным голоском, – как тебе там отдыхается?
– Здравствуйте, Антонина Ивановна. Спасибо, хорошо.
Я в своем номере, вырвалась от Тимофея ненадолго. Сижу на кровати и перебираю нижнее бельё, готовясь к ночному свиданию на пляже. Иногда смотрю по сторонам и любуюсь цветами, которыми он заставил всё свободное пространство. Сумасшедший…
– А я вот к вам приехала, – говорит свекровь, – а тебя нет.
– Тогда Вы уже в курсе, что у нас случилось.
– Аа, ты про то, что Егорка завел интрижку на стороне? – спрашивает будничным тоном. – Ирочка, ты – взрослая женщина, должна понимать, что мой сын – мужчина. Даже у моего Димы были любовницы… И я всё…
– Я даже слушать об этом не хочу, – перебиваю свекровушку. Даже думать смешно, что в конфликте она будет за меня, а не за своего ненаглядного сыночка. – Ваш Дмитрий Олегович тоже заимел детей на стороне? – спрашиваю язвительно.
– Конечно, нет!
– А Егор – заимел. С чем Вас и поздравляю, Тонечка, станете бабушкой в четвертый раз. Лиза – девушка юная, сама не справится, ей понадобится Ваша помощь. Так что дерзайте. А мне больше не надо рассказывать про то, какие мужики эгоисты и им НАДО разнообразие.
– Ирочка, – говорит свекровь ядовито, – ты совершаешь большую ошибку.
– Я? Ошибку?! Это Ваш…
– Егор просил передать, что оставит тебя в одних трусах. Он обратится к Жоркину.
– А деньги у него откуда, к Жоркину обращаться?
– Я дам. Так что ты хорошо подумай: либо прямо сейчас выпроваживаешь из постели того своего пляжного мачо, которого ты подцепила, собираешь чемодан и возвращаешься к своему законному мужу с виновным видом и вымаливаешь прощение. Сама знаешь, как вымолить, или подсказать? На Ютубе есть техники минета… могу прислать ссылку.
– Пошла ты нахрен!!! – ору вне себя от ярости.
Такое чувство, что моя голова сейчас взорвется, и из черепушки, как из вулкана повалит дым. Отключаю телефон, подавив в себе желание грохнуть его об стену. Старая дура, что она несла?! Какие, мать её, техники минета этому сучьему потроху??
Мечусь по номеру, как же мне успокоиться? Как идти в таком состоянии на романтическую встречу с Тимофеем? Я же зла и готова убивать. Мужа, потом свекровь, потом любовницу. Нет, любовницу, нет – она ж беременна. Тогда просто этих двоих.
Уууу! За что мне это?
Принимаю душ, вода как обычно успокаивает меня. Облачаюсь в сексуальное нижнее белье, поверх надеваю легкое платье. Руки всё ещё дрожат – так выбесила меня свекруха. Тим меня приголубит, и всё будет хорошо. Всё наладится…
Спускаюсь вниз и натыкаюсь на Монику. Она враждебно смотрит на меня и говорит:
– А я думала, что мы – подруги, Ира. А ты у меня жениха украла.
Да-да, вот сейчас только разборок с Мон мне не хватает! Добейте меня, чо уж.
– У меня есть только одна подруга, – отвечаю, – её Таня зовут, и она в Москве.
– Тим достанется мне, – шипит американка. – Ты уедешь, а я останусь. Он вернется ко мне, и мы проживем долгую и счастливую жизнь.
– Удачи, – киваю. – А теперь дай мне пройти – у нас с Тимом сейчас свидание.
– Я этого так не оставлю, – кричит Моника мне в спину, – он вернется ко мне!
Понимаю, что мне не всё равно, с кем будет Тимофей, когда я уеду. Только бы не с этой мымрой, которая спала с потным толстым гавайцем. Она красивая, но совершенно не подходит ему. С кем угодно, только не с ней!
– Иришка, ты готова? – из машины выходит Тимофей.
Я и не заметила, что он сидел в джипе. Да что там, даже тачку его не заметила, так поглощена своими мыслями.
– По твоему отелю бродит Моника и угрожает тебя вернуть, – показываю пальцем на дверь.
– Да, она сняла номер в Вулкане. Мне администратор полчаса назад сказал. Не переживай, она всего лишь на сутки – дольше не потянет.
– Прелестно! – фыркаю. – Да что за день такой, а?
– Херовый день? – приобнимает.
– Да не то слово.
– Сейчас мы всё исправим. Ты готова? – спрашивает весело, и я ни секундочки не сомневаюсь в том, что он поправит моё настроение.
– Мгм.
– Тогда гоу в джип!
