Текст книги "Измена. Отпуск с мачо (СИ)"

Автор книги: Рокси Нокс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)

Глава 16

Отталкиваю от себя Тима, поправляю чашечку купальника и вижу, что возле двери мнется смущенная девушка в форме служащей отеля. Она смотрит в пол, но нетрудно догадаться, что она все-таки видела, чем мы занимались.

Бросаю на Тима гневные взгляды, но он как ни в чем не бывало машет ей рукой:

– Входи, Кала.

Кала заносит огромный поднос с едой. От тарелок исходит умопомрачительный аромат, и я немного оттаиваю.

– Спасибо, Кала.

Девушка складывает вместе ладони и кивает, выдав тираду на незнакомом мне (должно быть, гавайском) языке.

– Почему твоя Кала не постучалась?! – набрасываюсь на Тима, когда она уходит.

– Дверь была открыта. Всё нормально, Ир. Мы же не делали ничего такого.

– Ничего такого?! В последнее время мою голую грудь слишком часто видят посторонние. Хватит уже меня раздевать!

– А я еще не раздевал. Только примерился.

– Ага, – фыркаю.

– Пошли в бассейн, будем плавать и наслаждаться ужином.

Даю утянуть себя в бассейн. Поднос держится на воде, но у меня такое чувство, что он вот-вот пойдет ко дну вместе с едой.

– Да не утонет, не боись, – смеется Тим, рассматривая моё лицо. – Всё сожрём, – подносит к моему рту кусочек багрового тунца на вилочке.

М-м, тает во рту. Чертовски вкусно.

– У тебя в отеле отличный су-шеф.

– Он из местных. Ещё никто не жаловался на еду в Вулкане.

Откидываюсь на бортик бассейна с бокалом шампанского в руке и спрашиваю:

– Ты сам построил этот отель или купил готовый бизнес?

– Мы с отцом строили Вулкан вместе. Я ему помогал с 16 лет.

– А почему именно на Гавайях?

– Не знаю. Папина страсть. Знаешь, что серфинг родился именно здесь? Местные с 3-х лет занимаются им, он даже входит в школьную программу.

– Здорово. А где сейчас твой отец?

– На том свете. Поэтому я не врал, когда говорил, что прожигаю наследство. Я унаследовал этот отель.

– Всё по-честному, ты ведь помогал ему развивать бизнес, – пожимаю плечами.

Тим подплывает ко мне и хватает меня за попу.

– Ты что делаешь? – взвизгиваю и проливаю в воду шампанское.

– Проверяю полушария на упругость.

– И как? Пришлись тебе по душе мои апельсиновые корки?

– Нет там у тебя никаких корок. А есть аппетитные булочки, которые я хочу погрызть.

– Ты не наелся ужином? – киваю на плавающий в бассейне пустой поднос.

– Я не наелся тобою.

Хмыкаю и отбрыкиваюсь от его мокрых поцелуев в шею.

– Когда ты заманивал меня сюда, то не упоминал, что собираешься меня есть.

– А я придумываю развлечения на ходу.

Он тянет завязку на верхе моего купальника. Придерживаю ткань на груди и говорю:

– Тим, Тим.. Перестань, вдруг Кала вернется за подносом.

– Кала работает на меня. Когда позову, тогда и придет. Сюда никто не посмеет войти без приглашения.

– Значит, когда ты набросился на меня, то знал, что она увидит?! – возмущаюсь. – Извращенец!!

– Перестань, плевать мне на Калу, – прижимает меня к своего стояку.

Оох…

Его рука пробирается в мои купальные трусики, и я хватаюсь за его сильные плечи.

– Мокренькая Иришка, – говорит он вполголоса. – Хочешь меня?

– Перестань… Ты спрашиваешь такие вещи… интимные, – облизываю пересохшие губы и тянусь к бокалу с шампанским, чтобы их смочить.

Тим позволяет мне отпить глоток, а потом снова притягивает к себе. Забрасывает мои ноги себе на бедра и вклинивается внушительной твердью в промежность. Делает несколько движений, и я улетаю от трения, которое совершают наши интимные места.

– Давай, скажи это, – требует он, проводя языком по моей ушной раковине.

– Что? – ловлю рой мурашек на коже.

– Что ты меня хочешь.

– Тим…

– Я не трону тебя, пока ты сама не скажешь, что хочешь меня.

Он держит меня за ягодицы, и через ткань я чувствую крупную головку, которая жаждет меня пронзить.

Божеее…

Больше всего на свете я хочу, чтобы он сделал это: отодвинул край моих трусиков и ворвался внутрь. Хочу почувствовать его внутри, и мне не нравится эта сводящая с ума пустота.

– Скажешь, Ира? – его хриплый сводит меня с ума, и я, переборов смущение, отвечаю:

– Я хочу тебя, Тим.

Он развязывает шнурок на своих купальных шортах, и они плывут ко дну. Отодвигает полоску ткани моих трусов, и я чувствую горячую головку у входа. Хныкаю в нетерпении и крепче хватаюсь за его крепкую шею. Прижатие члена к моему входу не приносит долгожданное облегчение моего взбаламученного разума.

Одним движением насаживает меня на себя, и по моей пояснице пробегает дрожь. Меня трясет от дикого желания. Он растягивает меня изнутри, и я запрокидываю голову назад. Двигаемся в едином порыве, в отлаженном водном танце.

–Ты восхитительна, – шепчет он, держась за мои бедра.

А я наслаждаюсь красотой его тела. Как его можно не хотеть? Как можно найти в себе силы отказаться от него?

– Мне нравится тебя трахать, Иришка, – его губы слишком близко к моему уху, и голос звучит как буря в тишине.

Приоткрываю рот от наслаждения, и он касается подушечками пальцев моих губ. Захватываю их и слегка посасываю, смотря в его карие глаза.

– Да, детка. Вот так хорошо, – он двигается в сумасшедшем темпе, и между моих ног происходит нечто невообразимое, похожее на пожар.

Мы близки к разрядке, но что-то происходит с погодой. Резкий порыв ветра опрокидывает поднос, и тарелки сыплются в воду. Но Тим не останавливается, будто ничего не замечает. Небо почернело, чёрт, кажется надвигается буря.

– Тим, остановись! Посмотри вокруг.

– Ох, срочно вылезай из воды, – спохватывается он.

Тим выходит из бассейна и включает какую-то систему, чтобы оградить крышу от ветра и дождя. Я уже поймала пару крупных капель на себе. Он суетится голышом, и я не могу оторвать глаз от его прекрасного тела и еще сохранившейся эрекции.

Бляха-муха, мы занимались этим без презерватива. Какая я идиотка, что даже не вспомнила о защите! Раздвинула ножки и забыла о банальной контрацепции. А если бы не буря, то он бы завершил в меня? Просто жесть, мозг совсем отключился.

На крышу опускается полупрозрачное «покрывало», и очень вовремя. По ней теперь вовсю барабанит дождь.

Становится холодно, и я обнимаю себя за плечи.

– Пойдем отсюда, – тянет меня за руку.

– Куда?

– В мое скромное жилище. Или ты думала, что я Карлсон, на крыше живу?

Глава 17

– Если ты собираешься продолжить начатое, то сначала надень презерватив, – предупреждаю я, отгораживаясь от разгоряченного Тима ладонью.

– Проклятье! – рычит он, – совершенно вылетело из головы. Прости, Иришка, щас всё исправим.

Достает из тумбы упаковку презервативов и бросает её на кровать.

– Иди ко мне, – берет меня за руку и нежно, до мурашек, целует костяшки моих пальцев. – Или ты передумала?

Господи, какой там передумала, когда между ног пожарище? За окном бушует непогода, и мне уютно в сильных объятиях Тима. Провожу пальцами по его бронзовому торсу и закусываю губу. Какой же он мужчина, просто ах, ах!

Тим резко разворачивает меня к себе задом и прижимается к моей попе эрекцией. Мои ноги слабеют и подкашиваются.

– Давай, наконец, избавим тебя от трусиков.

Садится на корточки и тянет зубами завязки по бокам. Мокрая ткань падает на пол, оставляя меня голой и беззащитной.

Схватившись за мои бедра, он властно поворачивает меня к себе передом и прижимается губами к моим нижним губкам. Ахаю и теряю равновесие. Зарываюсь пятерней в его жесткие волосы и тяну на себя. Его языку нет равных!

Тим ставит мою ступню на кровать, открывая себе доступ к моим прелестям. Я в шоке от его напористости и умения. Думала, что меня – взрослую женщину, уже ничем не удивишь, но Тим… Его губы и язык скользят по внутренней стороне бедер, доставляя мне такое наслаждение, что мне хочется плакать, смеяться и кричать одновременно.

Когда Тим опрокинул меня на кровать и впился в мои губы – я ощутила свой собственный вкус. С кончика его члена сочится предэякулят и мажет мне бедро.

– Ты на вкус как рай, – шепчет он.

– Оох, Тим.

Он разрывает зубами фольгу и раскатывает по стволу латекс. Затем широко раздвигает мои ноги и, смотря вниз, медленно погружается в меня. Я окунаюсь в сладкую негу. Движения его неспешные: он смакует, он растягивает удовольствие. В каждом его толчке чувствуется, как ему нравится исследовать изнутри мое мягкое место.

– Ты роскошная женщина, Иришка.

– Ааах, ты делаешь мне очень приятно…

– А так, приятно?

Наблюдая за моей реакцией, Тим кладет мои икры себе на плечи и сводит мои бедра вместе. Я сжимаю его член мышцами ещё сильнее. Мое громкое дыхание перекрывает шум урагана за панорамным окном. Я вижу, как качаются и шелестят пальмы на ветру.

– Чееерт, – мои бедра трясутся, а кончики пальцев ног немеют. – Это просто что-то с чем-то.

По позвоночнику катится электрическая волна, а его погружения становятся всё глубже и отрывистее. Зрение затуманивается, а слух ловит малейшие перемены в его дыхании.

Тим крепко держит мои бедра и бурно кончает.

– Тим, – выдыхаю я его имя, сокращаясь и стекая вокруг его крепкого члена.

Он сцепляет мои пальцы со своими в замок и проникновенно смотрит мне в глаза, не выходя из моего тела.

– Это было великолепно, – говорит он. – Повторим?

Его взгляд такой нежный, что я растекаюсь по постели. Волна удовольствия от близости с ним сводит с ума.

– Дай мне немного прийти в себя, – хихикнув, облизываю сухие губы. – Боже, да что там творится на улице?

– Всего лишь, тайфун. Не переживай, он слабенький. Завтра с утра будет снова светить солнце.

Тим встает с постели, чтобы налить нам сока, и я любуюсь его крепким задом. Он серфер, поэтому у него такое крутое тело. Высокий, стройный, гибкий и мускулистый одновременно. Черт, что он нашел во мне? Я всё время думаю о том, что кричал мне муж вслед. А вдруг это правда? Что я широкая. Кому, как не Егору знать, какая у меня вагина?

Хотя муж уверял, что ни у кого на меня не встанет. А у Тима не только встал, но и… до сих пор стоит.

Подает мне напиток, и я жадно утоляю жажду. Пара капель сока падает на мою грудь, и Тим, наклонившись, слизывает их.

– Что ты делаешь? – хихикаю.

– Пожираю тебя.

– Я не вкусная… и старая, – ложусь на бок, и Тим ложится рядом, прижимаясь к моей заднице пахом.

– А вот сейчас замолчи, – произносит угрожающе и несильно кусает за ушко.

Хочу у него спросить насчет широты, но стесняюсь. Мда-а, бывший муженек поселил во мне неуверенность в себе. Мне никогда ранее не приходило в голову, что моя вагина может быть растянутой, пока он мне на это не указал прямым текстом.

Я родила детей – троих! От него. А это ничтожество еще смеет…. Ух, пошел он, пошел в задницу, козлище бородатое! Я изменила ему сейчас и чувствую себя великолепно. И никаких угрызений совести не испытываю, так и знайте. И вообще Егору до Тима, как до Луны. Совершенно разные мужчины.

– Ты опупительная, Иришка, и на этом закроем тему.

– Как закроем? А комплименты? Хочу много-много комплиментов, – притворно дую губки.

– Вот мой лучший комплимент, – демонстрирует мне внушительную эрекцию. Его прямой член плотно прижат к животу. – Видишь, как стоит для тебя?

Вкладывает мне его в руку, и я хихикаю, как девчонка. Играюсь и сжимаю его пальчиками. Тим откидывается на спину, позволяя мне баловаться с его достоинством.

– Ты тоже хорош, – говорю ему кокетливо.

Тим подает мне фольгированный пакетик и спрашивает:

– Наденешь сама?

Разрываю упаковку и раскатываю по длине ствола защиту. Перекидываю через его бедро ногу и сажусь сверху.

– Жги, Иришка, – улыбается Тим.

Кладу ладони ему на грудь и ЖГУ. Как просил! Он такой большой и твердый у меня внутри… просто огонь! Тим закидывает руки за голову и наблюдает затуманенным взором, как я скачу на нем. Я настолько возбуждена, что мне всё равно, как я выгляжу. Складки на животе? Плевать. Трясутся сиськи? И на это пофиг.

Под взглядом Тима мне кажется, будто я самая сексуальная женщина на планете. Умеет же он выражать эмоции одними только глазами. А всё-таки есть что-то прекрасное в сексе без обязательств.

Глава 18

По мере того, как утихает тайфун, я засыпаю на плече Тимофея. Хотела уйти к себе, но он не пустил. Сказал, что намерен обнимать меня всю ночь, а утром устроить закрепительный секс. Что мы будем закреплять, я не уточнила.

Посреди ночи раздается тревожный звонок. Ищу телефон в темноте, да где же он? На экране высвечивается видео-звонок от Оли. Принимаю вызов и вижу ненавистную НЕБРИТУЮ МОРДУ. Тянусь к кнопке «сбросить вызов», но Егор останавливает:

– Подожди, Ира, не сбрасывай. У нас беда.

– Что случилось? – хмурюсь и отвожу от экрана взгляд. Не могу видеть его РОЖУ.

– Машка заболела температура 38,1. Что делать?

Смотрю на спящего Тима и перечисляю, что давать и в каких пропорциях. А у самой сердце колотится, как ненормальное. Мой ребенок болен, ему плохо, а меня нет рядом. Я трахаюсь тут в свое удовольствие. Так погано стало, что хоть бери чемодан и возвращайся домой.

– Смотри ничего не перепутай, – говорю мужу и случайно роняю телефон на постель. Чертыхаюсь, поднимаю его и вижу, что включена внешняя камера.

Черт, вашу ж мать….

– Ира, чо за голый мужик у тебя там спит? – доносится до меня возмущенный голос Егора.

– Блин, – резко сбрасываю звонок. – Блин, блин.

Тим поднимает голову от подушки и спрашивает:

– Что случилось?

У него на щеке красная полоса, и мне хочется её разгладить.

– Ничего, спи.

Егор принимается делать мне дозвоны, и мне приходится выключить телефон. Сейчас начнется шквал гадких смсок от него! Его номер я заблокировала, поэтому он и звонил с Олиного.

– А ты все-таки мне скажи, – просит мягко.

– Дочка заболела. Мне как-то не по себе теперь.

– Ир, иди сюда, – протягивает руку, и я не заставляю себя долго уговаривать. Юркаю к нему под бочок. – Она что, раньше никогда не болела?

– Конечно, болела.

– Вот и сейчас справится.

– Но меня рядом с ней нет, – говорю с надрывом.

– С ней, как я понял, её отец.

– Да но, он такой тугодум. Может напутать лекарства, дать что-нибудь не то.

– Успокойся, Ир. Они справятся.

Тим успокаивающе гладит меня по голове, и я расслабляюсь. Егор – взрослый человек, который умеет читать. Прочитает, в конце концов, долбанную инструкцию, как давать лекарство и от чего оно. Надо выдыхать и не накручивать себя. Но… уколы совести – вещь жестокая.

– Просто у тебя нет детей, тебе не понять, – отвечаю. – Кстати, почему ты до сих пор не обзавелся потомством? Или обзавелся, но молчишь?

– Нет, у меня нет детей.

– А хотел бы?

– А что, хочешь родить мне?

Приподнимаюсь на локте и смотрю на него – ржет, как обычно. Шутник мой ненаглядный. Ложусь обратно и описываю круги вокруг его соска.

– Для этих целей поищи себе даму помоложе, – отвечаю ему.

– А меня твой возраст устраивает.

– Слишком хорошо, чтобы быть правдой. Ты просто гений флирта, знаешь, что и сказать, в какой момент.

– Иришка, ты преувеличиваешь мои заслуги, – Тим целует меня в макушку. – Я, может, и разбираюсь в женщинах, но мне нет никакого резона им угождать.

– И то верно. От меня ты уже получил, что хотел, поэтому не имеет смысла влюблять меня в себя.

– А что, так можно было? Без твоего желания влюбить в себя? – усмехается.

– Не знаю, никогда с этим не сталкивалась. Кроме мужа ни на кого не смотрела… Потому что считаю, что измена – это фу, фу, фу.

– Согласен с тобой. Изменять любимой женщине – дно.

– Тим, а ты был женат?

– Как-то не приходилось.

– Ну все ясно с тобой, бабник.

– А что сразу бабник? – спрашивает возмущенно.

– Сколько у тебя женщин было, развратник?

– Никогда не считал.

Вот и что набросилась на мужика? Ну, было и было, зачем допрашивать? Сама ведь понимаю, что женщин у него было много. Просто хочется почувствовать себя особенной. Не быть «еще одной в легионе».

– Что притихла? Готов и дальше отвечать на твои вопросы.

– Как-то расхотелось спрашивать.

– Тогда давай спать.

– Если получится уснуть, – отвечаю, взбивая подушку.

Но засыпаю через пять минут. Так он меня вымотал в постели.

Просыпаюсь поздним утром, сажусь в кровати и смотрю по сторонам. Тим ушел на серфинг с утра и меня не разбудил? Ошиблась. Он здесь.

Несет в постель поднос с завтраком и цветочком. И вот этот цветочек меня особенно поразил. Никогда, никогда не получала таких милых романтических сюрпризов от Егора. Его вышка – это купить для меня какой-нибудь дорогущий абсолютно бесполезный подарок. Например, картину на выставке или безрукую скульптуру. Захламил всю квартиру этот «ценитель современного искусства». Лучше б кастрюлю и сковороду купил, дурак. Кофе в постель было много раз, но без души – навел, принес, ушел. А тут целый завтрак!

Я понимаю, что Тимофей не сам готовил еду, но цветочек точно где-то стыбзил. Кажется, я внизу такие видела, в арке. Хотя, конечно, слово «стыбзил» не слишком уместно применять, ведь Тим – хозяин Вулкана. Здесь все принадлежит ему.

С ума сойти! Почему он выбрал меня? До сих пор не пойму.

– Доброе утро, красавица.

– Доброе утро, Фей, – потягиваюсь. Одеяло сползает с меня, обнажая грудь. Смущаюсь, поправляю, но Тим одергивает мои руки.

Сижу под его пристальным взглядом с обнаженным верхом – никак не налюбуется что ли?

– Хочу, чтобы ты завтракала голой, – говорит он, стаскивая с меня одеяло.

– Ну, Тим, мне стыдно.

– Стыдишься своей красоты?

– Да какой там красоты.

– Глупая Иришка. Иметь почти в сорок такую бомбезную грудь это круто.

– Но-но, мне пока только тридцать восемь, не надо накидывать мне лишние годки.

Отпиваю кофе и блаженствую. Настоящий, бразильский, горький и бодрящий.

– Куда сегодня отправимся? – спрашиваю, косясь на свой выключенный телефон. Тяну, не включаю пока, хотя нужно узнать, как там Маша. Я просто уверена, что огребу сейчас тонну оскорблений от муженька. Случайно засветила ему мужика, вот дура.

– Устроим свидание на катере.

– Ого! – оцениваю масштаб его задумки. – Ты умеешь управлять катером?

– У меня есть работник, который умеет. А я буду обнимать тебя на прогулке, а не руль.

– Отлично, только предупреждаю: меня может укачать.

– Ничего. Возьмем с собой мятные пастилки.

Тим убирает поднос подальше и, приобняв за шею, впивается в мои губы. Кажется, у нас сейчас по плану «закрепительный секс» что бы это ни значило.

Глава 19

Включаю телефон и тупо смотрю, как приходят смс одна за одной, начиная от «Немедленно возвращайся домой!» и заканчивая селфи моего мужа со своей любовницей. Мало того, что он написал мне оскорбления с Олиного телефона (шлюха, по рукам пошла, дрянь и прочее), так ещё и прислал фоточку, на которой они засняты в хорошо знакомом мне интерьере – моей квартире!

Зависаю над снимком, рассматривая каждый пиксель. Девушка у моего мужа молодая, красивая, но по глазам видно – не любит его. Да за что любить эту мерзкую похотливую скотину? С души воротит от него.

– Что ты там увидела? – Тим отбирает у меня телефон. Я продолжаю сидеть в прострации.

Если раньше я думала, что Егор хоть немного сожалеет о своем поступке, но теперь знаю точно, что нет – не сожалеет.

Тимофей бегло просматривает переписку, точнее истерику мужа и качает головой:

– Не обращай внимания на этого гондона. Мужик явно не в себе. Того и гляди захлебнется от ревности желчью.

Я молчу, тупо смотря в окно. Как Тимофей и предсказывал, на утро погода наладилась. Светит солнце, и пальмы больше не сотрясаются от ветра.

– Ир, скажи что-нибудь.

– Не хочу ничего говорить.

– Я удалю этот истеричный монолог?

– Удаляй-не удаляй. Мне всё равно.

– Так, Ириска, я не позволю какому-то мудаку портить твой отдых. Встала! – жестко говорит он.

– Что-о? – смотрю на него. – Что за тон?

– Приказной. Ира, соберись! Твоему мудаку только это и нужно – чтобы ты расстроилась и перестала наслаждаться. Ты это понимаешь?

– Понимаю, – нервно сглатываю.

– Тогда вставай, одевайся и поехали.

– Куда?

– Туда, где нет труда, – отвечает язвительно.

– Сейчас, сыну только позвоню.

Кутаясь в одеяло, стою у окна и разговариваю с Робертом. Он дает мне скудные сведения о Машеньке. Вроде как температура упала, но она постоянно спрашивает обо мне. А папа злится и отвечает, что мама на острове с другим дядей.

Вот сволочь!! Какой гадкий и мерзкий поступок выставлять меня плохой матерью. Зачем говорить маленькому ребенку такие вещи? Сначала предал, теперь это. Вот такое вот говно, а не муж.

Ничего, я с ним разберусь, когда приеду. Он за всё передо мной ответит! Но Тимофей прав – для Егора сейчас важно унавозить мой отдых. Поэтому из кожи вон лезет мне насолить.

Прошу у Тима номер его телефона и диктую Роберту, попросив его связываться со мной только в случае крайней необходимости. Свой Самсунг после этого выключаю. Егору не удастся действовать мне на нервы.

Переодеваюсь в своем номере в «морское» платье – в сине-белую полоску, на голову водружаю шляпу с широкими полями. В пляжную сумку собираю необходимые мелочи: купальник, салфетки, очки, масло.

Тимофей ждет меня на веранде с завтраком. Теперь у меня нет вопросов, как ему удается заполучить самое козырное место. Всё просто – на столике стоит табличка «Бронь», пока он не уберет её.

– Прелестно выглядишь, – улыбается он и отодвигает передо мной стул.

– Приятно дружить с хозяином отеля, – шучу я, – и завтракать с видом на океан.

– А мне приятно, что тебе приятно. Как настроение?

– Благодаря тебе я не рыдаю, забившись под стол.

– Не люблю женские истерики.

– Кто ж их любит? Сказать по правде, я их и не устраивала никогда. Повезло моему мужу… бывшему.

– Бывшему? – вздергивает брови Тимофей.

Именно так: в моих мыслях Егор уже бывший супруг. Больше никогда он не приблизится к моему телу.

– Да, – киваю, – я велела своему знакомому адвокату Аните подавать документы на развод от моего имени. Впереди суд, так просто нас не разведут – дети, имущество. Этот гад будет за каждую копейку биться, я уверена, – передергиваю плечами. – И из принципа оспорит решение суда, какое бы оно ни было.

– Не зря говорят: хочешь узнать человека – разведись с ним. А ты ешь давай, тебе понадобятся силы с черепахами плавать.

– С черепахами? Надеюсь, эти столетние красотки не кусаются? – хихикаю.

– У них нет зубов.

– А ну да, им же сто лет – какие зубы, – улыбаюсь.

Как мне приятно, что он открывает для меня новое, неизведанное.

– Не обольщайся, природа предусмотрела, чтобы у них был острый край челюсти. Так что вполне может тебя попробовать, – «кусает» меня пальцами за руку.

– Почему именно меня? А не тебя? – спрашиваю, сощурившись.

– А я живым не дамся. И тебя защищу, так что не боись. Со мной – ты в безопасности.

Вот верю ему на слово. Такой как Тимофей не даст в обиду. Даже с акулами будет биться за меня до последней капли крови. Идеализирую? Возможно.

– Ты почти что местный житель, – говорю. – Завидую тебе.

– Так оставайся здесь. В чем проблема?

– Дети. У меня есть дети, дорогой.

– Вези их сюда – к солнцу.

– Институт, колледж, садик, работа… Все не так просто, – грустно качаю головой. – Так что давай не будем мечтать о нереальном.

– Это тебе только кажется, что нереально, – хмыкает и подливает кофе в мою чашку.

– Всё, Тим. Кстати, Моника вчера поделилась со мной сокровенным желанием, – перевожу тему, – что мечтает родить от тебя ребенка.

– Пусть мечтает на здоровье. Я не могу ей это запретить.

– Что, совсем не волнует?

– А почему меня это должно волновать? Кстати, ты почему не ешь омлет? Ну-ка открывай ротик – ам! – подносит ко мне вилку.

– Перестань, на нас пялятся.

– Какое тебе дело до того, что подумают окружающие, Ир?

– Прости, привычка «носить белое пальто». В Москве я постоянно забочусь о своей репутации. Как бы никто ничего не сказал обо мне мерзкого. Я даже квартиру собралась продавать из-за того, что муж выкрикнул мне на прощание пару «ласковых» слов.

Тимофей демонстрирует фейспалм, а я пожимаю плечами.

После завтрака мы идем на пристань, где нас уже ожидает катер, принадлежащий отелю «Вулкан».

Тим такой ослепительно красивый сегодня: в белой футболке-поло и белых же шортах, на голове кепка с козырьком. Ему так идет белый цвет. Отлично сочетается с его бронзовой кожей.

Забираемся на катер. Я думала, он маленький, что-то типа рыбацкой лодки, но нет – палуба довольно просторная. Здесь стоит столик, накрытый белой скатертью. Супееер!

Отплываем от берега, и у меня начинает кружиться голова.

– Иришка, всё нормуль? – поддерживает меня под локоть.

– Да, я в порядке. Сейчас пройдет.

Тим достает из кармана конфетку и отправляет мне ее в рот.

Мятная пастилка. От укачивания.

– Заботливый ты мой… – глажу его по щеке.