Текст книги "Первый Радиус (СИ)"

Автор книги: Родион Кораблев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)

Глава 4
Подрывник

Планируя свои действия, Алекс очень надеялся, что его наблюдения точны, и матка принципиально отличается от дворцов пространства. Потому что, если бы Питомник создавали адепты, они бы точно предусмотрели систему безопасности на случай неожиданной атаки врагов, катаклизмов и прочих неприятностей. Однако Вселенная такой ерундой не занималась. Она действовала более прямолинейно – есть проблема, надо ее устранить. Но не раньше. И только если ситуация повторялась снова и снова, то вносились поправки.

В общем, Алексу предстояло выяснить, первый ли он адепт, который додумался заминировать и взорвать Питомник. Впрочем, взрыв был не самым точным определением. Нужно было не взорвать, а скорее размыть пограничную зону из мембран и аномалий между ними. Как вода размывает дамбу.

Тогда хочешь не хочешь, но Бездне придется заполнить Питомник. К счастью, пространство внутри аномалией не являлось – в этом заключалось главное отличие Питомника от дворцов пространства.

В качестве «мин» Алекс собирался использовать Зародыши, набранные в большом количестве в Ваантане. Он прекрасно помнил, насколько это были полезные артефакты и сколько вариантов использования у них имелось в Квазаре.

Да, в мире адептов четвертой и пятой стадий Зародыши уже не были ультимативным оружием, как до этого. Скорее они просто помогали в бою и при передвижении, причем их нужно было беречь и от Бесформенности, и от вибраций адептов, включая самого владельца.

Но и это иногда решало ход боя. Так или иначе, в Квазаре Зародышей не хватало, поэтому второй раз подобной ошибки Алекс совершать не собирался.

Правда, сейчас все шло к тому, что он потратит солидную часть запаса, если не весь.

«Полумерами тут не обойтись», – подумал он, разглядывая Питомник снаружи.

Со стороны Бездны логово матки казалось исполинским серым шаром. Конечно, в масштабах кластера это была крохотная точка, но для одного «минера» – огромное поле для деятельности и куча работы. Огромный запас Зародышей уже не казался огромным. Тут и миллионы артефактов не были бы лишними. Однако Алекс взял с собой «всего» несколько десятков тысяч Зародышей.

В конце концов, он не перевозчик и не торговец. Тем более слишком много артефактов любого типа – это якорь, мешающий передвигаться по Бездне. Да и не думал он, что придется вот так, в самом начале, потратить запас. Но и экономить не имело смысла. Иначе вся миссия сорвется, а артефакты все равно потеряются.

«Оставлю немного, а остальное пущу в дело, – решил он. – Эх! Где же мой монолит. Удобный был корабль…»

Алекс по-прежнему не хотел себя выдавать раньше времени, поэтому начал с осмотра. Однако ничего подозрительного или примечательного они с Мирам не обнаружили – вокруг расстилалась все та же глубокая, бесконечная и крайне опасная тьма. Разве что плотность и количество энергетических потоков вокруг Питомника удивляли. Впрочем, их можно было объяснить заботой Вселенной о своем творении.

Хотя главным блюдом для матки все-таки оставались адепты. Очевидно, их энергия была для планеты-из-плоти самой подходящей и питательной пищей…

Закончив с осмотром, Алекс пытался разглядеть капилляры, по которым сюда попадали мертвецы. В этом смысле Питомник был уникальным местом, потому что соединялся с кучей кластеров тысячами нитей разом. Значит, если научиться их определять, то Кишку-то Алекс точно найдет. А по ней добраться до Первого Радиуса будет не в пример проще.

Он распределил внимание и начал осмотр. Мирам занялась тем же…

Поначалу ничего не происходило, сколько бы Алекс ни вглядывался во тьму. Не помогали ни прямое сканирование, ни Контакт, ни энергетическое зрение. Но вдруг он «услышал» тонкое биение. В нем ощущалось нечто знакомое. Быстро выяснилось, что это вибрации матки. Оказывается, их можно было различить даже снаружи Питомника.

Алекс немедленно подлетел к одной из таких вибрирующих линий и попытался забраться внутрь. Ничего не вышло. Даже маскировка под труп не помогла. И талант Без границ почему-то не сработал.

– Не выходит. Хм… интересно? – пробормотал он.

– Может, ты не прошел проверку свой-чужой, – предположила Мирам.

– Считаешь, что Кишкой кто-то управляет и сознательно не пускает меня?

– Не знаю, – честно призналась спутница. – Но мы же рядом с маткой. И речь не обо всей кишке, а только о капиллярах.

– Чем они отличаются, например, от тел монстров?

– Они могут вообще не иметь защиты.

– Как это?

– Считай их натянутой нитью. На ней надо балансировать, чтобы удержаться. А ты туда ломишься. Вот и слетаешь.

– Да, тут все возможно, – задумчиво протянул Алекс.

Так как он не хотел пока выдавать себя, то бросил попытки взломать капилляр. В любом случае проникнуть в Питомник через мембраны труда не составляло – переходи в любом месте. Вот только он там уже был…

Поэтому Алекс крутился вокруг пульсирующей линии. Это же была не только аномалия нового типа, но и дорога к кластерам!

«А что, если ее перерезать? Тогда кракены не смогут подниматься в Ваантан. Это было бы неплохо, – размышлял он. – Но как сломать этот проклятый лифт?»

К сожалению, капилляры не желали раскрывать своих секретов. Более того, на небольшом удалении от Питомника они обрывались. А как обрезать то, что уже обрезано?

В конце концов, Алекс решил, что его теория сита частично верна. Только ее надо было немного дополнить – «падая» из кластеров, адепты проходили через ряд сит, каждое из которых было отдельным этажом Бездны. При этом между ними не было прямой связи. В смысле, пассажиры Кишки не передвигались по туннелю, как по длинной трубе. Скорее, их перебрасывало скачками между аномалиями-отрезками все ниже и ниже, пока они не оказывались в Первом Радиусе или в Питомнике, если адепт уже умер и потерял большую часть энергии.

Сама же переброска напоминала искру между двумя электродами. Только вместо разницы в напряжении действующей силой тут была Бездна с ее «гравитацией»…

– Нас запутал Червь, – пробормотал Алекс. – Мы привыкли, что океан света – это непрерывное поле, через которое можно ходить в любом направлении. Но Кишка – это набор узловых точек. Между ними можно прыгать в любом порядке. Поэтому адепты могут войти в один проход, а выйти в любом месте.

– Такие теории упоминаются в архивах, – согласилась Мирам. – Но их не смогли доказать.

– И мы ничего не докажем. Однако я вижу, что вот этот капилляр обрывается. Он просто никуда не ведет. Поэтому его не перерезать.

– Если так, то подняться по Кишке до кластера ничуть не проще, чем через Бездну, – заметила Мирам. – Может, даже сложнее. Однако кракенам это удается.

– Вселенная не зря выращивает здесь исключительно монстров пространства. Значит, другим тварям это вообще не под силу. Даже если им будут помогать, – произнес Алекс.

Отношения Вселенной и источников давно его интересовали. Впрочем, это была горячая тема, которую обсуждали с неослабевающим интересом повсеместно. Ведь тот, кто найдет ответ на этот вопрос, поймет, как и кем управляется вся Реальность.

«И управляется ли она вообще», – мысленно усмехнулся он.

Но это явно не входило в его текущие задачи. Хотя в любое другое время Алекс бы с удовольствием взялся за исследование этой загадки.

«Возможно, Трое знают ответ, – вдруг пришла мысль. – И возможно, мне тоже придется его отыскать…»

– С осмотром закончено, – произнес он. – Приступаем к… хм… основной части мероприятия.

– Питомник огромный, – без всякого энтузиазма отозвалась Мирам.

– Значит, придется засучить рукава…

Дальше все было относительно просто – надо было «лишь» облететь Питомник и расставить Зародыши. В качестве связи использовалась аномалии самих артефактов.

Попутно Алекс выяснил точные размеры логова матки. И они впечатляли – если взять поправку на толщину пограничной зоны и расстояние между ней и самой маткой, то получалось, что планета-из-плоти действительно превосходила Землю по объему. Примерно на тридцать процентов!

«Хватит ли у меня зародышей на такую громадину», – думал он, прикидывая, с какой частотой нужно расставлять Зародыши, чтобы от них был хоть какой-то толк.

Чем дальше, тем больше задача казалась невыполнимой – артефакты заканчивались, а их эффективность выяснится лишь в самом конце. Может, он зря потратит драгоценный ресурс.

Но других идей не было, поэтому Алекс терпеливо укладывал «мины», надеясь, что его расчеты верны.

Через сутки Питомник окутывала линия из артефактов. Фактически это была узкая закольцованная аномалия, через которую можно было дотянуться вниманием до любой «мины». В общем, со связью проблем не было, и он мог подорвать все Зародыши одновременно.

Главный вопрос – хватит ли этого для матки…

– Вот и все, – пробормотал он, с сомнением оглядывая огромный шар.

Закольцованная аномалия выглядела настолько тонкой на фоне Питомника, что ее сложно было разглядеть даже создателю. Из плюсов – пока матка никаких действий не предпринимала и вообще не обращала на минера никакого внимания.

– Выглядит не очень впечатляюще, – прокомментировала его усилия Мирам. – Интересно, матка вообще почувствует «взрыв»?

– Скоро узнаем…

Тянуть смысла не было, поэтому Алекс отлетел подальше и послал импульс. Все Зародыши одновременно начали разрушаться, высвобождая скрытую внутри аномалию…

Послать подобный импульс мог только Глас или Свидетель. Адептам с меньшим рангом просто не хватило бы резонанса, чтобы одновременно разрушить кучу артефактов Пространства. Это Алекс знал наверняка, так как в свое время извел кучу ресурсов ради трансформации тела.

Но то были простые артефакты. А Зародыши, между прочим, не каждому мастеру пространства подчинялись. Поэтому древние их специально обрабатывали. Но все равно тут надо было обладать определенным «авторитетом» у Силы. К счастью, Алекс им обладал.

Надо сказать, взрыв не был самым эффективным способом использования Зародышей – высвободившая аномалия перемешивала пространство и все. Попади в нее кракен, с ним ничего не случится. Да и монстров меньшего уровня просто потреплет, побросает из стороны в сторону, но не убьет. Это даже с перекрутом нельзя было сравнить. Тем более, артефакты стояли на слишком большом расстоянии друг от друга.

Так что взрыв точно не был ультимативным оружием.

Однако защищающий матку барьер являлся пространственной структурой. Для него разрушение артефактов приравнивалось к мощному землетрясению. Правда, результат зависел от прочности барьера. Если он ближе к зданию из стекла, то запустится цепная реакция. Если же к бункеру из бетона и стали – барьер устоит…

В первые же мгновения стало понятно, что диверсия не прошла даром – в барьере из мембран образовалась трещина. К сожалению, Алекс никак не мог ускорить процесс – не его масштаб. Сейчас он был простым зрителем.

Казалось, что тонкая трещина ничего не сделает огромному Питомнику. Но вот пограничная зона начала истончаться…

Помп!

Первая мембрана лопнула, словно натянутая на барабан кожа. Вибрация мгновенно прошила Бездну.

– У тебя получилось! – изумилась Мирам.

– Подожди. Еще ничего не понятно, – пробормотал Алекс, не отрывая взгляда от зрелища.

Между тем у Питомника все только начиналось… словно в замедленной съемке, лопнувшая мембрана съеживалась. При этом процесс разрушения остальных продолжался. Хотя пространство немного стабилизировалось. Но каждая последующая мембрана была слабее предыдущей, так что им не требовалось большого «пространствотрясения».

Помп! Помп! Помп…

С такого расстояния Алекс ничего не слышал, но он физически ощущал, как сотрясается пространство. Казалось, что даже Бездна обратила внимание на диверсию. По крайней мере, энергетические потоки вокруг Питомника начали расплетаться и сплетаться в новых сочетаниях.

Хаос нарастал.

Через несколько секунд все мембраны разошлись и стянулись в небольшие островки, словно остатки разорванного воздушного шарика. Получилось два «полюса».

Они не исчезли, но и не восстанавливались.

Так или иначе, Питомник лишился защиты, и больше ничего не удерживало Бездну.

Тьма лениво потекла внутрь…

В этот момент кракены, василиски, живодеры и прочие монстры задергались. Происходящее оказалось для них большим сюрпризом. Даже не сюрпризом, а полной катастрофой. Не осталось равнодушной и матка – по ее поверхности заходили волны, словно она состояла из жидкости.

Рамммммм!

До Алекса донеслись отголоски энергетического всплеска огромной силы.

– Смотри! Она пытается защититься! – воскликнула Мирам.

Однако, кроме как заполнять пространство энергией, матка больше ничего не делала…

Монстры начали отваливаться от планеты-из-плоти. Скорее всего, не по своей воле. Просто их кормилица боролась за выживание, и на «деток» у нее не хватало внимания.

– Да, дела… – восхищенно протянула Мирам. – Целый день бы на это смотрела.

Алекс не отвлекался на разговоры. Он хотел понять, что будет дальше делать Вселенная. От этого многое зависело. Например, успех операции и судьба Ваантана. Однако до внешнего вмешательства «покровительницы» дело не дошло. Как оказалось, матка не просто так выпускала волны энергии – они начали формироваться в новые мембраны.

– Ну уж нет! – зло воскликнул Алекс, ринувшись вперед.

Он надеялся, что в момент формирования мембрана будет крайне неустойчивой. Примерно, как мыльный пузырь. Да, от Бездны ее сейчас защищала стена энергии, выпущенная ранее маткой, но Алекса это скромное препятствие удержать не могло.

Помп!

Взрыв нескольких Зародышей создал дыру в формирующейся мембране. По сравнению с ее размерами дыра казалась крошечной, но ее хватило, чтобы мембрана разорвалась.

– Другое дело, – удовлетворенно пробормотал Алекс.

– Даже не съежилась! – ликующе завопила Мирам. – Они гораздо слабее!

Но тут матка начала формировать новую мембрану…

Противостояние продолжалось несколько часов. По какой-то причине монстры не атаковали Алекса. Возможно потому, что не видели из-за хаоса энергий, или матка их держала рядом с собой.

А может, из-за Бездны, которая в момент разрывов мембран проникала внутрь и «угощала» всех участников сражения своим Дыханием. Из-за него головастики, осьминоги, живодеры и даже часть василисков передохли, словно мелкие рыбешки в аквариуме без кислорода. Сейчас их оплывшие трупы плавали вокруг кормилицы, напоминая всем, что Бездна – страшный противник. Особенно, если ты огромный монстр с большой площадью тела, которую еще надо защитить.

К сожалению, кракены помирать пока не собирались…

В конце концов, до матки дошло, что так дело не пойдет, и она предприняла крайне неожиданный ход… оставшиеся василиски и кракены вдруг начали дергаться. А некоторых бедолаг так вообще выворачивало чуть ли не на изнанку.

– Что это с ними? – удивилась Мирам.

– Не знаю, но это не к добру…

– Монстры дохнут. Как это может быть не к добру?

– Я думаю, что они умирают не просто так…

В итоге Алекс оказался прав – во время смерти чудовища выпускали волны Силы. Которая сформировала огромную аномалию похожую на небольшой океан света. Фактически матка использовала своих детей, как Алекс Зародыши. Только она пыталась не доломать Питомник, а починить.

Под защитой аномалии мембраны возникали одна за другой. А взрывы Зародышей больше не действовали так эффективно. Алексу пришлось отойти…

Матка словно ожила, посылая в пространство волну за волной. Под конец она создала тридцать шесть аномалий.

– В три раза больше прежнего. Твою диверсию оценили по достоинству, – прокомментировала увиденное Мирам.

– Да, матка постаралась, – согласился Алекс. – Этот щит мы уже не пробьем…

Что делать дальше он не знал – во время боя ему удалось подлететь практически вплотную к планете-из-плоти и ударить Конфликтом. Но… она просто впитала энергию.

Матка оказалась настолько прожорливой, что сожрала Конфликт!

«Вот что значит трансформатор энергии!» – с уважением подумал тогда Алекс.

Сожранный Конфликт означал, что никакая энергетическая атака планете-из-плоти не страшна. Она напоминала матрицу Хаоса, который также поглощал навыки врагов, только гораздо сильнее. Возможно, Бездна могла ей навредить. Либо надо было ударить с такой силой, что тут и всего Черного Хирурга со всеми союзниками не хватит.

В общем, победить матку своими силами Алекс не мог.

Тем не менее он был доволен – все кракены и более мелкие монстры передохли, а значит у матки уйдет немало времени, чтобы восстановить их численность.

– Надеюсь, это даст Ваантану передышку, – вздохнул он.

– Таких Питомников может быть несколько.

– Даже если существуют другие матки, они расположены дальше. Переправить оттуда кракенов в Ваантан обойдется дороже.

– Мы говорим о Вселенной, – напомнила Мирам.

– Мы ее так называем, но что это такое – никто не знает. В любом случае мы сделали все, что могли, – спокойно заявил Алекс. – Нас ждет Первый Радиус.

– Гм… и как мы туда доберемся?

– Так же, как до Квазара. Своим ходом.

– В прошлый раз мы летели месяц через Бездну.

– В прошлый раз мы не знали дороги…

Алекс последний раз посмотрел на Питомник – это снова был темный шар, скрывающий планету-из-плоти. Причем защита усилилась и можно ли ее второй раз взорвать Зародышами – большой вопрос.

Отрадно, что вибрации капилляров пока не чувствовались. Это означало, что их тоже придется восстанавливать. Сколько продлятся ремонтные работы, Алекс не знал. Но это точно займет некоторое время. Еще больше времени уйдет на восстановление самой матки, которая потеряла прорву энергии в борьбе с Бездной.

«А потом ей надо вырастить кракенов…»

Алекс отвернулся и полетел в Бездну. В ту сторону, где тьма казалась чуть менее плотной. За дорогу он не волновался. Отыскать Первый Радиус было не в пример проще, чем любой из кластеров. Для этого не надо подниматься на нулевой этаж. Достаточно следовать ощущениям.

А Гласу с Телом Звезды, в отличие от кракенов, Бездна не грозила…

Глава 5
Заркул

Первый Радиус. Астероид Кейлур. Тианис.

Адепт с птичьим хохолком стоял возле каменного круга и с мрачным видом смотрел на трупы Кракенов. К сожалению, в последнее время Тианис редко получал хорошие новости, поэтому часто созерцал диск в ожидании очередных гадостей.

Даже вербовщики привыкли к позе и постоянному мрачному виду представителя Темной Тропы. И совершенно не стеснялись разговаривать в его присутствии. Вот и сейчас рядом болтали два невысоких и одинаково толстых адепта. Различались они количеством глаз – первый был циклопом, зато второй имел сразу аж семь желтых зрачков – три в центре лба и по два на висках.

– Кракенопад начинается, – протянул циклоп.

– Ха! Сразу видно, что ты недавно на Кейлуре, Борж, – с готовностью ответил семиглазый, словно ждал этой реплики. – Да какой это кракенопад? Всего-то семнадцать монстров! Мелочь. Кракенопад нас бы завалил!

– А часто из Кишки сразу семнадцать монстров падает?

– Вообще, это много, – цокнул языком семиглазый. – Обычно меньше или вообще «запчасти». Но семнадцать – это не сотни чудовищ! Так что это не считается.

– Может, еще прилетят, – с надеждой произнес циклоп.

– Тебе-то что, Борж? Ты с этих монстров все равно ничего не получишь. Все достается Темной Тропе. Они управляют Кейлуром.

– Это я понимаю. Но мне интересно, откуда берутся монстры.

– Парень, ты точно тут недавно. Да всем это интересно! Поэтому тут и слоняются десятки инспекторов из разных школ. Ты же их постоянно видишь.

– Да как-то не обращал внимания, – признался циклоп. – А что они говорят? Или это секрет?

– Какой еще секрет? В любой букмекерской конторе ты на этот «секрет» ставку можешь сделать!

– Ставку? А какая самая популярная версия? – заинтересовался Борж.

– Чего они только не говорят. Теорий куча. Но есть несколько популярных… Многие болтают о белом кластере, чьи адепты научились охотиться на кракенов. Хотя я считаю, что это чушь. Думаю, что некая школа пространства или великая гильдия Троп забрались далеко в Галактику и наткнулись там на кракенов.

– А зачем им это?

– Ну ты спросил, Борж! – крякнул от удивления семиглазый – Из-за Квазара, конечно! Совету же надо найти новое место для Большой Гонки.

– Да, точно, – закивал циклоп. – Спасибо за наводку, сделаю сегодня ставку.

– Вот-вот! Я ерунды не посоветую…

Тианис презрительно фыркнул, но не стал комментировать услышанное. Дураков вокруг много, с каждым спорить – себя не уважать. А он себя уважал. Жаль только, что госпожа Руф его не ценила по достоинству, а даже наоборот…

Надо сказать, от будущего Тианис уже не ожидал ничего приятного. Речь шла не о глобальном будущем, типа путешествия во Второй Радиус – так далеко он пока не заглядывал. Его беспокоили дела насущные: положение в школе, должность и другие подобные «мелочи», которые могли скрасить жизнь начинающего мастера Линзы шестнадцатого уровня или превратить ее в кошмар. К сожалению, все шло по второму варианту.

А все из-за кракенов.

«Проклятые монстры!» – мысленно буркнул Тианис.

Дело уже было даже не в том, что ему приходилось возиться с проверяющими… к этому он привык. Проблема лежала гораздо глубже и не имела быстрого решения. Просто расследование кракенопада зашло в тупик.

Естественно, Совету великих школ ситуация не нравилась. Правители Радиуса хотели получить внятный ответ на простой вопрос – является ли кракенопад следствием больших проблем или это локальное происшествие. И казалось бы, при чем тут мелкий адепт шестнадцатого уровня? Собственно, расследованием же занимались приглашенные защитники, мастера, наблюдатели и прочие большие ребята.

Инспекторы, как их назвали вербовщики.

Однако неудовольствие Совета должно было на кого-то вылиться. И оно обрушилось на школу Темная тропа. Опора школы – достопочтенный господин Таркс – потребовал от своих защитников, чтобы они сделали хоть что-то. Защитники начали шевелиться, но в результате свалили все на нижестоящих адептов. Те тоже не хотели ни за что отвечать. Тем более у них имелся ответственный за приемный пункт, в чью смену все и произошло.

В общем, посылка с дерьмом добралась до Тианиса и торжественно вылилась на его голову. В смысле госпожа Руф публично заявила, что во всем виноват менеджер приемного пункта. Мол, любой другой давно бы справился. Для этого у него имелись все ресурсы, приглашенные инспектора и доверие школы. Но он ими плохо распорядился.

Тот, разумеется, посчитал это вселенской несправедливостью, однако переложить ответственность ни на кого другого он не мог. Разве что, можно было обвинить Далавара, но у Тианиса имелось самоуважение, и создавать проблемы старому товарищу, с которым он через многое прошел, Тианис не мог.

От этого настроение портилось еще сильнее, и глупый разговор вербовщиков лишь его ухудшал. Вот о какой добыче болтают эти глупцы? Лично Тианис вообще ничего не получил от кракенов. Только проблемы…

«Тупые вербовщики! Только и могут болтать. Очевидно же, что в этой куче нет врат. Готов поставить на это все свои деньги», – размышлял он.

Ходили слухи, что Кейлур могут отобрать у Темной Тропы. Неудивительно, что руководство так бесилось. Приемный пункт – это деньги, власть, репутация, в конце концов. Поэтому защитники от ленивого созерцания и гадания о причинах кракенопада перешли к активному участию в расследовании.

Впрочем, они ничем не рисковали: удастся найти причину – они станут героями, нет – все равно обвинят Тианиса… Что интересно, на его пост никто не покушался. Очевидно, должность ответственного за приемный пункт сейчас считалась проклятой – кто ее займет, того потом обвинят во всех неудачах.

Такое в школах случалось.

Лично для Тианиса это означало радикальное сокращение ресурсов для развития. В худшем случае его с позором выгонят из Темной Тропы. Но даже не это пугало… в Первом Радиусе сейчас активно искали способ создавать Тела Потенциала. И если у школ что-то получится, это точно станет наградой для лучших мастеров и защитников. Надо ли говорить, что в случае провала Тианису Тело Потенциала не светило.

Ни в Темной Тропе, ни в любой другой школе – школы умели создавать проблемы отступникам. Особенно, если они не гении с кучей врат и высоким рангом.

«Да и кому я буду нужен с такой репутацией?» – мысленно вздохнул он.

Поэтому он решил заняться расследованием сам. Получается же это у Далавара, а чем Тианис хуже? Для этого он начал читать сводки и вскоре обратил внимание на любопытный факт – оказывается, на их пункт слишком редко прибывали адепты из кластера под названием Ваантан.

Точнее, совсем не прибывали.

Кластер был примечателен тем, что его жители говорили на языке, похожем на аккар, который был средством общения по всему Радиусу. Но вот уже несколько лет как ваантанцы куда-то запропастились.

На это долго не обращали внимания, поскольку так бывало, что пассажиропоток с одного кластера по каким-то своим причинам вдруг начинал растекаться по другим приемным пунктам. Однако из-за повышенного внимания к Кейлуру эту теорию проверили и пропажу не нашли.

Ваантанцы вообще не прибывали в Первый Радиус!

Но имело ли это связь с кракенопадом? На этот вопрос аналитики ответа не нашли. Впрочем, мало кто верил, что подобная связь существует – если какой-то кластер вдруг прекращал присылать своих жителей, это лишь означает, что у него начались серьезные проблемы. Хотя они все же могли быть причиной появления кракенов. С другой стороны, ваантанцы перестали прибывать еще до начала большой гонки.

В общем, теория была любопытной. Ею даже госпожа Руф заинтересовалась, когда Тианис рассказал о Ваантане.

– Вот, ты хоть что-то начал делать! – пропищала она тогда. – Займись этим!

«Стерва! Не хочет рисковать своей карьерой», – от воспоминаний о начальнице настроение совсем испортилось.

– Тианис, вот ты где! – вопль Далавара оторвал адепта с хохолком на голове от его печальных размышлений.

– Что же ты так орешь-то? – буркнул тот.

– У меня отличные новости. Сканеры показали…

– Подожди со своими отличными новостями! Давай отойдем, – Тианис покосился на двух вербовщиков, резко заинтересовавшихся речью Далавара.

С недавнего времени руководство Темной Тропы обязало всех своих членов соблюдать режим полной секретности. А с учетом шаткого положения Тианиса, он не мог игнорировать это простое требование.

Вступив на каменный круг, окруженный энергетическим экраном, он создал вокруг себя и товарища еще одну защиту и спросил:

– Что там показали сканеры?

– К нам приближается какой-то объект! – возбужденно прошептал Далавар.

– Какой-то объект? Говори яснее. Это кракены?

– Нет. Это что-то другое.

– И когда это что-то другое появится? – спросил Тианис, поднимая голову.

– По моим расчетам, прямо сейчас…

Далавар оказался пророком – сразу после его слов над Кейлуром сформировался огромный шар серо-стального цвета. Все указывало, что это искусственный объект, созданный руками адептов.

– Ничего себе! – присвистнул Тианис от неожиданности.

Появление огромного рукотворного объекта считалось явлением еще более редким, чем кракенопад. Да, бывало, что адепты из кластеров путешествовали на личных космических дирижаблях и других судах. Но у них редко это удавалось – обычно Кишка просто сжигала такие приспособления. Максимум адептам удавалось защитить самые небольшие суденышки, которые скорее были личным снаряжением наподобие брони, чем средствами передвижения. То есть речь шла просто о небольшом комфорте.

Однако над Кейлуром висел исполинский космический дирижабль. Причем от него несло Пространством и еще чем-то – Тианис пока не разобрался.

– Большая штука! – с восхищением произнес Далавар. – Сколько же там народа?

– Мы должны первыми до него добраться! – напряженным голосом воскликнул Тианис.

– Что⁈ Почему? Тут же есть инспекторы…

– Если мы не проявим активность, то в лучшем случае до конца дней будем работать вербовщиками. Ты этого хочешь?

– Не хочу, но у нас же нет полномочий…

– Формально мы отвечаем за этот приемный пункт!

– А инспекторы?

– Они гости, но не хозяева…

Не дожидаясь ответа напарника, Тианис взлетел вверх. Он боялся, что дирижабль сейчас рванет в сторону и тогда последний шанс себя проявить – исчезнет. Разве что он в одиночку разгадает загадку проклятого кракенопада…

Нет, дирижабль, конечно, отыщут, но это будет уже не он. Кроме того, в Тианисе неожиданно проснулось любопытство. Нечасто становишься свидетелем подобных событий…

* * *

Первый Радиус. Астероид Кейлур. Варб.

Варб не стал дожидаться, когда его попросят выйти, и сам выбрался из Строителя. Рядом с ним тут же возникли два адепта: один с птичьим хохолком на голове и четырехрукий воин с угольной кожей и красными глазами.

Что интересно, оба заметно нервничали. Слово взял птицеголовый:

– Приветствую тебя, брат-адепт. Ты находишься на астероиде Кейлур. Меня зовут Тианис, – официальным тоном представился он. – Это – территория школы Темная Тропа. Ты меня понимаешь?

Неожиданно для себя Варб разобрал речь – птицеголовый говорил на языке, близком к аккаранскому.

– Да, брат-адепт, – осторожно произнес он. – Меня зовут Варб.

– Отлично! А что это за чудесный корабль?

– Он называется Строитель.

– Интересное название… Вы прибыли из Ваантана?

– Э-э-э… – Варб не сразу нашелся что ответить – он не ожидал, что их вот так между делом вычислят.

«Сам виноват, – подумал он. – Надо было говорить на малованском».

Впрочем, ситуация была такой, что лучше как можно быстрее разобраться в ситуации, чем изображать непонимание.

– Да, мы прибыли из Ваантана, – спокойно произнес он, взяв себя в руки.

– О! Я так и думал. А не подскажет ли уважаемый Варб, связан ли Ваантан со всеми этими падающими чудовищами? – Тианис небрежно кивнул на семнадцать кракенов внизу.

– Ты про этих монстров с щупальцами? – невинно спросил Варб.

– Да, именно про них!

– В Ваантане много хороших воинов. Возможно, кто-то из них уничтожил эту ораву…

– А уважаемый отряд Строитель не уничтожал недавно подобных монстров? – не отставал Тианис. – Кстати, они называются кракенами.

– Всего и не упомнишь, – пожал плечами Варб. – Однако у меня тоже есть вопросы, уважаемый Тианис. Какие у вас тут порядки? Куда мы попали? И что должны сделать, чтобы легализоваться?

– Признаюсь честно, уважаемый Варб, – Тианис нервно глянул вниз, где адепты с недовольными лицами смотрели наверх. – У нас мало времени. Не буду утомлять подробностями, но нас тут очень интересует происхождение кракенов. А теперь еще и вы появились. Поэтому…

– Подожди, почему у нас мало времени? – не понял Варб.

– Потому что у нас сложилась очень… гм… сложная политическая обстановка. Так сразу и не расскажешь…

В этот момент один из адептов внизу что-то гневно выкрикнул и взлетел. За ним сразу потянулись остальные. Варб догадался, что им не понравился защитный экран, скрывающий разговор.