Текст книги "Артефакты моих страхов (СИ)"

Автор книги: Рия Маркез

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

Глава 13

Хлоя Карго.

Приятный мужчина. Ровесник господину Ярису, но отлично выглядит. А самое главное через дней десять он уедет на родину. Главное, чтобы получилось. Но хоть он и притягательный, и симпатичный, я все еще медлю и не приглашаю его к себе.

А сегодня и вовсе эта магическая атака. Странная какая-то, да и стражи выглядели больше удивленными, чем готовыми к защите.

– Все с ним будет хорошо, леди Карго. – Произнес Мак, один из стражников, не отпуская мой локоть всю дорогу, как будто я могла выпрыгнуть.

– Что это, вообще, было?

– Мы разбираемся.

И так это произнес, что сразу стало понятно, разбираться не в чем. Они все поняли с самого начала. Да я бы это и атакой не назвала. Просто мощное магическое давление, которое похоже шарахнуло концентрированно только по Тайрису…

Харз, он замечательный кандидат! И господин Ярис, хоть и качал неодобрительно головой на мой план, но за Тайриса поручился. Они всю Академию вместе прошли! Маркус доверял Тайрису, как делец может доверять дельцу, а это о чем-то да говорит! И тут вдруг это…

Магическая защита вдруг задрожала, выбивая все мысли о шанхарце и будущем, и я потянулась к опоясывающей поместье защитной паутине. И уже спустя несколько мгновений чуть не выпала в осадок, ощущая, как моя собственная защитная сеть, как живое существо с каким-то наслаждением пропитывается чужой силой. Миг, и передо мной, прямо на кухне, открывается портал, каким-то образом просочившийся через мою защиту!

Кесарь спокойно шагнул на кухню и как-то по-звериному опустил голову к плечу. Вся рубашка пропитана кровью, взгляд безумный.

Я попятилась:

– Что произошло?

Мне хотелось знать, что с лордом, и как он попал в мой дом, но получилось только тихо вытолкнуть из себя эти два слова.

– Моя сила признала тебя.

Голос хриплый, надрывный.

По моему телу прошла дрожь, от чего-то стало не хватать воздуха.

– Что это значит?

– Слияние сил. В некоторых древних родах все еще проявляется. Не знал, что мне это присуще.

И шаг в мою сторону.

Стол.

Ожидаемо.

Столько пятиться – значит непременно во что-то упереться.

Сжимаю столешницу руками, а сердце, кажется, пропускает удар.

Ведь он наступает медленно, но неустанно. Знает, стервец, что никуда я от него не денусь. Зачем ему какие-то «нет» с моей стороны? Он в силу своего происхождения и положения знает иное…

Слышит и стук моего сердца, видит расширенный зрачок, дрожь рук и судорожный вдох… И при этом хочет верить, что это не от страха.

Мне бы самой не мешало понять от чего так.

Каков мой выбор?

Его рука касается моей щеки и, кажется, я задерживаю дыхание.

– Упрямая девчонка… – Его шепот вызывает бег мурашек. – Если это страх, то это поистине оскорбительно!

А это, действительно страх. Страх самой себя.

Его вторая рука сжимает мою талию, как будто боясь, что исчезну, каким-то образом просочусь через кухонный стол и ему снова придется достигать меня, тянуться…

– Нет. – Тихо произношу я, когда его губы оказываются в нескольких сантиметрах от моих. – Нет.

Распахиваются окна, поднимается ветер такой силы, что я зажмуриваю глаза. Когда открываю их – на кухне никого.

Этого ли ты хотела?

В руках и ногах дрожь, воздуха все еще не хватает, поэтому я хватаю его ртом и тихо оседаю на пол, понимая, что это начало истерики.

Я хотела, чтобы он меня поцеловал! Я так сильно этого желала!

Но я не могу позволить ему разрушить свою жизнь. А то, что все закончится моим разбитым сердцем и ежу понятно. Поэтому нужно встать, выпить, наконец, чего-нибудь и разобраться, что такое «слияние сил».

Поднялась, взмахнула рукой, магией закрывая окна, налила себе чая, молча, прямо там, где его налила, выпила, не почувствовав толком вкуса и пошла к «сердцу» поместья осматривать защитный артефакт. Должны же были остаться следы чужой магии…

Следующий день не задался. Во-первых, я совершенно не выспалась, долго ища влияние силы Кесаря на свою защиту. Потерпела неудачу, безостановочно психуя от того, что защита и впрямь как будто слилась с чужим воздействием. Смещалась, как банальная краска на палитре. Во-вторых, потратила почти весь день на библиотеку, ища подобное явление в книгах о древних родах.

И ничего не нашла.

Так и не решилась ответить на предложение Тайриса поужинать. Уговаривала себя, что решение принято, и нужно лишь пригласить его. Просто пригласить и улыбаться. Еще вчера он был мне симпатичен. Но еще, вчера я хотела другого.

Плюнула на все: время еще есть, и поехала в мастерскую.

Даже доехала до нее, но не дошла…

Активация всех артефактов произошла как будто интуитивно. Сознание раздвоилось: вот я плету защитную сетку для себя и тех, кто за моей спиной, а вот те, кто передо мной уже теряют опору из-под ног. Но не их одних сносит странной магической волной, смердящей чем-то ужасающим – я отлетаю вместе с ними.

Смердящей…

Ритуальный артефакт.

Темный артефакт.

Поднимаюсь на колени, так и не выпустив защитную сеть и модифицирую ее, вплетаю в нее слепок своей ауры, повторяю то, что делала для Императора… И никак не ожидаю, что услышу страшный булькающий звук.

Как в трансе оборачиваюсь и вижу перерезанное горло одного из своих охранников. Мужчина медленно оседает на землю, а его убийца активирует что-то на своем запястье и пробует приблизиться ко мне.

Раздвоенное сознание при этом отлично управляет телом и каким-то диким, рожденным для выживания, инстинктом, я не отшатываюсь от убийцы. Рывок и я на ногах в плотную к тому, кого даже за человека не считаю. Испытываю злорадное удовлетворение от шока мужчины, и резко выбрасываю кисть вперед, чувствуя, как магия преобразовала одно из колец в спицу.

Он хрипит и зажимает горло. Надеюсь, я попала в крупные артерии, и он быстро истечет кровью.

Пусть им всем воздастся…

Но меня уже кто-то хватает за руку. Мимолетно удивляюсь, что артефакт сработал, но не принес результата и замечаю перчатку из незнакомого мне материала с вкраплениями камней.

Они подготовились…

Атакующее заклинание мнется под действиями чужого артефакта, и пока я запускаю следующее, мужчина решает, что держать за руку не так результативно. Он умудряется ударить меня по лицу, и пока я моргаю, пытаясь прогнать искры из глаз, хватает меня за волосы. Двумя рывками меня оттаскивают от сражающихся охранников. А я чувствую подступающую панику: почти все мои артефакты уже разряжены, а чужие все еще отлично встречают мои удары.

Думай же!

Но мне не приходится.

Теперь я знаю, чья магия ударила по шанхарцу. Теперь эту силу я узнаю всегда.

Мужчина падает на колени и я, наконец, вырываю свои волосы из его хватки и от всей души начинаю бить его ногами, хоть и понимаю что артефакты сдерживают силу моих и так невыдающихся ударов.

– Хлоя!

Меня оттаскивают от ренегата, стискивают за плечи и до боли знакомые, с золотистыми крапинками глаза осматривают меня на предмет повреждений.

А он напуган…

– Ты цела? Где болит, Хлоя!?

Щупает меня руками, хватает за щеки, поворачивает, и только потом выдыхает и крепко обнимает.

А я, еще не осознавшая, что все закончилась, утыкаюсь в его рубашку и чувствую единственное: как трясется моя нижняя губа.

А-н нет… Вот и слезы потекли.

– В департамент их. – Голос хриплый, прямо, как вчера.

Даже не сразу понимаю, что мы провалились в портал. Резко исчезли все звуки, кроме сердцебиения Кесаря. Послушав это с минуту, решаюсь поднять глаза.

Лорд, не отрывая от меня взгляда, явно, пытается успокоится.

Я же отвожу глаза и осматриваюсь вокруг. Высокий купол темного строения, с огромными колоннами. Солнце почти село, никак не помогая мне понять, где именно мы оказались. Запах жженых трав щекочет нос, заставляя ассоциировать это место с… храмом.

– Надо же… Сам Кесарь… – Голос странный. Ни мужской, ни женский. Невероятно, но одновременно детский и старческий. – И опять не уважительно – порталом «к сердцу».

Наконец перед нами появляется невысокая фигурка в темном балахоне. Капюшон скрывает лицо, а рассмотреть можно только руки, действительно, похожие на детские.

– Наполни чашу.

Голос Кесаря почему-то заставил вздрогнуть. Казалось, он не только не успокоился, но и в принципе был на взводе.

– Прошу.

Взмах рукой странного существа и прямо перед нашими глазами материализуется камень, похожий на алтарь, вместе с огромной чашей на нем, из странного, не виданного мною раннее камня.

Кесарь, так и не выпустив меня из рук, подталкивает вперед. Почему-то послушно шагаю и с любопытством заглядываю внутрь чаши – прозрачная жидкость. И при этом не замечаю, как лорд достал кинжал и молниеносно провел им сначала по моей руке, заставив ахнуть, а потом и по своей. Не успела даже дернуться, как он сцепил наши окровавленные ладони и окунул их в чашу.

Миг, и огромный золотистый столб бьет из чаши в потолок, заставляя зажмурится и отпрянуть. Но Кесарь удерживает, так и не позволяя вытащить руки из воды.

Золотистый столб все еще продолжает пылать, как я начинаю ощущать жар на своем запястье. Вновь пытаюсь выдернуть руку, отстранится. Но куда мне тягаться с этим мужчиной!? Когда уже хочется закричать от боли, сияние пропадает. Как и жидкость в чаше…

А я ошалело смотрю на наши руки, обвитые странной татуировкой с завитушками, и кажется какими-то рунами.

– Хм… – Снова это странное существо. – Смотри-ка одобрила. Лет пятнадцать уже так не делала.

А Кесарь, так и не проронив не слова, в очередной раз прижимает меня к себе и открывает портал.

Все еще в прострации, понимаю, где мы оказались лишь, когда перед глазами появляется Карьята.

Она улыбается, даже делает шаг, видимо, чтобы нас обнять, но ее взгляд падает на наши руки, и она замирает, потеряв свою улыбку.

– Это что, брачная вязь Атнары – Странницы?

Брачная вязь?

Медленно поднимаю взгляд на Кесаря и…

Решимость, страх, надежда…

Целая гамма эмоций, проскакивает на его лице. Мне даже не нужно обладать его даром, чтобы понять, что Карьята не ошиблась. Но я все же выдавливаю из себя:

– Это правда?

– Да.

А я, наконец, вырываю свою руку из его хватки. И мне кажется, что я сейчас упаду. Упаду от опустошения, от раздирающих меня странных чувств.

Брак? Брак аристократа?

Нет!

Едва он делает шаг ко мне, я отшатываюсь. Краем сознания успеваю заметить его болезненный взгляд, как он сжимает кулаки и то, как шумно выдохнув, открывает портал. А из меня, как будто все косточки удалили. Как-то драматично оседаю на пол, не обращая внимания на приблизившуюся Карьяту.

Мне физически больно. Боль рождается где-то в области солнечного сплетения и ползет выше, царапая, выворачивая что-то с корнем, подступает к горлу, заставляя выступить слезы из глаз.

Дура.

Наивная идиотка…

Мечтала о том, что он не женится и подарит мне свое свободное время… Перестарок прошлого мира, забывшая, или не хотевшая принимать, что свободные отношения в этом мире не котируются.

Я все-таки мечтала о нем!

Даже приняв решение завести ребенка, я все равно продолжала надеется на то, что мы сможем найти выход и быть вместе…

Но только не так!

Только не брак с аристократом! Не с родственником Императора! Не с тем, за кем власть!

Да, благодаря влиянию Карьяты Адэйр многое изменил в правовом аспекте, но поможет ли мне это?

– Как расторгнуть этот брак? – Хриплю я, и, кажется, от звуков моего голоса Карьята вздрагивает.

– Никак.

– Что? – Наконец, поднимаю взгляд.

– Это брак, признанный Богиней, Хлоя. Его не расторгнуть.

– Как это? – Кажется, я начинаю задыхаться…

Это что, паническая атака?

– Вставай, Хлоя! – Она тянет меня за руку. – Тебе нужно лечь…

– Нет! – Хриплю, пытаясь сделать вдох.

– Хотя бы выпить что-то…

Каким-то образом, она даже затаскивает меня в кресло и наливает воды. Зубы, раздражающе бьются о стекло, и я отставляю стакан.

– … да послаще. И побыстрее.

Успеваю заметить, что Карьята дала какие-то указания Мелиссе. И когда успела вызвать?

– Ты что вообще не уделяла внимания религии в Академии? – Она садится в кресло напротив.

– Мне нужны были деньги, Карьята. Все свое свободное время я тратила на артефакторию и работу с пригодными для этого материалами…

– Каких Богов ты знаешь?

И то, как серьезно она задает вопрос, отбивает все мое желание вернуться к другой, более важной теме.

– Ларанту, ее антагониста Беридиана… Их парочку детей… К чему все это, Карьята?

– Ты попала в другой мир, мир с магией, но умудрилась пропустить мимо ушей Богов!? Хлоя!

– Да при чем тут Боги!?

– При том, что в этом мире они в буквальном смысле влияют на судьбы людей! Как например на твою! Откуда, по-твоему, эта вязь появилась на твоей руке?

– Магия…

– Чья?

– Того существа в капюшоне со странным голосом?

– Это жрец Странницы, Хлоя. По приданиям в жрецах хранится частичка их Бога. Но как точно проходит этот ритуал, только они и знают.

– Странница?

– Атнара. Сестра Ларанты.

Я лишь закатила глаза. Все это неважно! Важно лишь то, как от этого избавиться!

– Атнара – Странница, или Путешественница, или Авантюристка… У нее вообще много… подобных сравнений. И она реже всех, Хлоя, благословляет на брак. Я даже представить не могу, почему Шан привел тебя именно к ней в Храм.

– Как это изменить? – Почти по слогам выговариваю я, опять начав закипать от имени Кесаря.

– Никак. Такие союзы не расторжимы.

– Почему?

– Эту вязь дала Богиня. Только она и сможет ее снять.

– Брак не консумирован, согласия я не давала, я могу пойти в Храм…

– Нет. Во-первых, это оскорбление Богини – оспаривать ее решение. Надеюсь, у тебя хватит ума не ссориться с самой Странницей. Во-вторых, в благословлённых Богами браках не нужно согласие. Считается, что Боги и так видят, что на душе у человека.

– Ты хочешь сказать…

– Что на самом деле, Шан тебе нравится.

Сказать я ничего не смогла, открылась дверь, и Мелисса подала мне что-то похожее на глинтвейн. С радостью в него вцепилась – мне, действительно, нужно было что-то, что поможет взять себя в руки.

– Но это не имеет значения, Карьята… – Произнесла я, когда за Мелиссой закрылась дверь. – Я только-только встала на ноги. Я не хочу все это потерять! Я не хочу быть женой в этом мире! К тому же женой аристократа! Он отберет у меня все! – Слезы вновь потекли, и я лишь отнесла от лица глинтвейн, чтобы слезы не падали в бокал. – Я ни на что не буду иметь права…

– Хлоя… – Она слетела с кресла и опустилась на колени передо мной, отобрала бокал и сжала мои ладошки. – Ты напридумывала какой-то жути! Шан никогда не совершит чего-то, что сделает тебя несчастной!

– Тогда что же происходит сейчас? Зачем он вообще это сделал?

– Что произошло до того, как вы оказались в Храме?

– На меня напали люди Темного артефактора.

Карьята тяжело вздохнула и покачала головой.

– Вот и ответ на вопрос. Он испугался. Испугался, что потеряет тебя.

– Но не до брака же со мной!

– А почему нет? Что я, что Дэр сразу поняли, что ты довольно быстро поселилась в его сердце.

А слезы все продолжали течь по моим щекам. Схватила глинтвейн и допила его залпом.

– Можно я прилягу?

– Конечно. Думаю, Мелисса уже перестелила белье.

В этот раз я отказалась от услуг Мелиссы и долго стояла под душем. Точнее ревела под душем…

Истерика, действительно, выходила из меня долго. У меня столько эмоций и волнений не было даже когда я в этом мире глаза открыла. Просто смирилась с тем, что да, вот так вот вышло. И приняла все быстро, ведь это второй мой шанс. И знала в каком направлении двигаться…

А сейчас… У нас ведь уже брак, даже брачный договор не составить. Предположим, ему мое поместье и комнаты не нужны, а мастерские?

Проблема была в том, что я уже не представляла этого мужчину, отбирающего у меня что-то. В моей голове он был обнимающим, уберегающим от опасности… И мне приходилось прилагать титанические усилия, чтобы напоминать себе о том, что этот мужчина – Кесарь. Что он не за красивые глазки это звание получил. Что люди лгут… Напоминать себе о том, что он мог закрыть меня в Шаласси вести хозяйство или… Мысли буксовали.

Страх мешал дышать. Казалось, я уже лишилась всего и вся. И своей свободы, и своих задумок, которые мне могут не разрешить реализовать, и страшило даже то, что меня могут принудить к… близости.

Но также во мне очень громко и назойливо пищало что-то о том, что все может быть иначе. Что мы взрослые люди, что сумеем договориться… Не зря же в его воспитании принимала участие Карьята, верно? А она женщина разумная и адекватная. И если один из ее воспитанников всю правовую систему перекроил, то неужели второй, который, к тому же, каким-то образом пробрался в мое сердце, не сможет наладить свою семейную жизнь так, чтобы и его жена была счастливой?

Но корежило и то, что у меня не было возможности «подстелить соломки». Наверное, именно, это и заставляло мою рациональность плавиться на раскаленных углях. Если бы я знала, что смогу жить и дальше сама по себе, если ничего не выйдет… Но у меня не было никаких гарантий. И женщину двадцать первого века техногенного мира это просто-напросто убивало.

Глава 14

Шанар ван Алфасси.

Я разнес едва восстановленный кабинет в своих комнатах во дворце, боясь, что сила сорвется на людях.

Ее взгляд…

Страх, неверие, ужас, какая-то безнадёжность…

«– Это правда?»

Голос дрожит, она все еще надеется, что это не так. Что мы не женаты.

И это больно.

Больно, что та, кого я выбрал, почти ненавидит тебя.

Бросил взгляд на часы. Прошло уже несколько часов с того момента, как сбежал от нее в портал.

Но одно я отчетливо понимал: сейчас нужно поговорить с Карьятой. Если кто и может помочь то, только она.

Портал и я в поместье.

Карьята сидела в темноте у камина и лишь отблески огня помогали разглядеть ее хмурое, задумчивое лицо. Глинтвейн дымился в ее руках, почему-то навевая воспоминания из детства, когда она также сидела у старого очага в маленьком, покосившемся домике, где мы учились жить дальше.

– Почему Атнара, Шан?

Она даже не повернула головы, все еще продолжая глядеть на огонь.

– Не знаю. Целый день тянуло в Храм. Ночью он даже приснился.

– Хочешь сказать сама Богиня направляла тебя? – Она, наконец, повернула голову. Правая бровь женщины взлетела вверх, заставляя признать, что за эти годы она почти не изменилась.

– Я не знаю, Карьята. Просто, когда увидел, как ее тащат за волосы… – Тяжело вздохнул и провел пятерней по волосам по привычке. – Когда осознал, что она в порядке, даже не понял, как открыл портал в Храм. А там торопился, как ненормальный, боясь, что она убежит. Я даже не задумался о том, что Атнара уже лет пятнадцать благословления не давала…

– Ну что ж, теперь дала.

Она вновь посмотрела на огонь. А я отчетливо ощущал ее недовольство.

– Как она?

– А как сам думаешь? – Она сделала глоток напитка. – Ты знаешь ее отношение к аристократии. Но, вероятно, не знаешь, что четыре года назад она потеряла память.

– Знаю. – Сел в кресло рядом с ней.

– Тогда должен знать и то, что она очнулась, не понимая, кто она и где она. И первое, что узнала – это, что муж даже не соизволил вызвать лекаря.

Я сжал кулаки, давя всплеск силы и злости. Да, я знал, что у Хлои была травма. Об этом упоминалось в материалах, собранных на нее. Кажется, именно отношение супруга к молодой жене и позволило дельцу Ярису выиграть дело, да так, чтобы бывший муж выплачивал компенсацию. Но на тот момент, меня больше интересовала учеба и достижения девушки. И то, что помогло бы на нее влиять…

– За последние четыре года она приобрела не так много знаний о мире вокруг, Шан. Ты, кажется, не понимаешь, что ей пришлось начать все с чистого листа. Она вгрызалась в эту жизнь, считая, что ей дан второй шанс. Шанс без матери, которая продала ее из-за поместья, шанс без мужа, который бил ее. Она выкладывалась все эти четыре года, работая поваром, учась и создавая стиралки, балансируя на грани! И вот, когда она всего добилась, ее жизнью завладел аристократ, приближенный к власти, чей брак нерасторжим!

– Но мне не нужны ее магазины и…

– А ты разве дал ей это понять? Все это время она отбивалась от брака и от дальних родственничков де Карго, с чего ей считать, что ты чем-то отличаешься от них всех, если даже ваше знакомство произошло именно из-за того, что она имела отношение к универсальным артефактам?

– Я составлю брачный договор, что не претендую ни на что…

– Составь. Прямо сейчас разбуди своего дельца и составь. Атнара, конечно, подтвердила чувства между вами, но эти недопонимания могут их уничтожить. И нормально, Шан, словами через рот, – Она вновь повернула голову и посмотрела мне в глаза. – Объясни, что испугался. Объясни, что хотел бы попробовать создать нормальную семью. Донеси до нее, что все проблемы можно решить, если вы доверитесь друг другу. – Встала и уверенной походкой вышла из комнаты, всем своим видом показав, что нерадивого воспитанника дождалась, лекцию прочитала, жизни научила.

Но на душе и правда стало легче. Ведь если получится разобраться со страхами Хлои… мы сможем стать счастливыми.

Разбуженный императорский делец, окутанный клятвами, как иной страж щитами, матерился взглядом, но документы составлял. Как и разбуженные до него люди, поднявшие все бумаги на Хлою Карго.

Когда я вошел в комнату к своей… жене, она, свернувшись калачиком спала на краю постели. Предутренние часы позволили рассмотреть рыжеватые волосы, разметавшиеся по подушке, небольшой синяк на скуле, видимо вчера ей все-таки попало в пылу сражения, и воспаленные веки.

Она плакала. Сильно и долго, раз следы все еще видны.

Сел в кресло, стоящее рядом с кроватью, так и продолжая держать скрученные документы и листы брачного договора.

О, Странница, просто подари нам шанс на счастливую жизнь…

– А что я, по-твоему, уже сделала?

Отголоски толи мысли, толи голоса резанули по сознанию, и я сцепил зубы, пытаясь не издать ни звука. Кровь хлынула из носа, и я моментально прижал платок, уже понимая, что магически кровотечение не остановить. Божественное ментальное воздействие – как бы не загнуться от такой благодати?

Прошло меньше часа, когда Хлоя вдруг медленно открыла глаза и посмотрела прямо на меня.

Мимолетно порадовался, что кровь остановилась, и я не задремал. Хоть и не спал вот уже больше суток, да и видок у меня наверное… Рубашка в крови, волосы взлохмачены, глаза, с синяками под ними, безумные…

Она аккуратно села, медленно выверяя каждое свое движение.

Как перед диким зверем…

Прижала одеяло к груди, показавшись мне такой маленькой и хрупкой. А ведь тоже растрепанная и синяки под глазами не меньше, чем у меня. Бледная, глаза покрасневшие.

Великолепная пара.

Зажег небольшой светляк и протянул ей бумаги.

Секунда сомнений, и она берет документы. Взгляд падает на брачный договор и ее глаза расширяются.

Да, смотри девочка. Мне ничего не нужно, кроме тебя самой. Ни мастерские, ни магазины, ни прибыль от них. Ни секретов артефактории, ни прошлых, ни будущих. Никакого твоего имущества.

Лишь шанс на то, что мы сможем стать семьей.

Так и заставил прописать дельца этот пункт.

Дальше шли бумаги на то, что она приобретала став моей женой. Она, конечно, может это расценить, как подачку с моей стороны, но что уж поделать – так в аристократических семьях принято. Это, между прочим, ее детям достанется. Она должна это понимать.

Но Хлоя лишь опустила документы на кровать, кажется, этого не осознав. Подняла на меня глаза, в которых стояли слезы. Надо же, не все за ночь выплакала. Губа нижняя затряслась. Как бы она не пыталась это скрыть, я не удержался и улыбнулся. Ну, что я мог поделать, если она прямо, как Шер?

– Я просто испугался, что могу тебя потерять. А так-то я хотел нормально ухаживать… С цветами там, конфетами. Я, к слову, никогда ни за кем не ухаживал, и толком не знаю, как это делать. Разрешение на брак у Дэра получил, когда тебя с шанхарцем увидел. Я все правильно хотел сделать, но… когда увидел, что ты вырваться не можешь…

Голос осип, и я замолчал. Как донести до нее, что я тогда на грани был? Что дар не только из-под контроля вышел, позволяя мне ощущать каждого, как себя, а что сила могла каждого кто там был, кроме нее, начать душить своей самой яркой эмоцией. Вот чувствует человек злость – так этой злостью буквально и захлебнется…

Такое не объяснишь…

Я медленно встал с кресла и присел перед ней на корточки, боясь взять ее за руку. Вдруг отпрянет, как когда узнала, что мы женаты.

– Я хочу попробовать… Попробовать свое долго и счастливо с тобой. Я никогда и ни к кому не испытывал таких чувств, Хлоя. Что скажешь?

Она прикусила трясущуюся губу и прикрыла глаза, будто на что-то решаясь. А потом поддалась вперед, обняв меня за плечи, чуть не повалив на пол, и разрыдалась.

Прижал к себе, крепко, все еще опасаясь, что она передумает и начнет вырываться. Поднялся, и так и не разрывая объятий лег с ней в постель, гладя ее по спине и нашептывая, что все будет хорошо…

Но камень с души упал. Шанс и правда появился.

Глядишь, даже выспаться попробую…

Хлоя ван Алфасси.

Просыпаться в обнимку с мужчиной оказалось в новинку. У меня и в прошлой то жизни такой привычки не имелось, не говоря уж об этой. А тут рука к теплой груди прижимает, и кто-то в макушку сопит. И странно так от этого…

И вся вчерашняя истерика кажется полной ерундой.

Солнечные лучи режут комнату золотистыми полосками из-за не плотно закрытых штор, за окном слышится стрекотание маленьких смешных птичек с забавными хохолками, название которых я так и не узнала, а на душе разливается умиротворение.

Нужно будет и вправду расширить кругозор: и про богов почитать, и про птиц в саду… И много чего решить, многое обсудить.

Но самое главное, как дурочка не улыбаться.

Ведь он выбрал меня!

Не артефакты, а меня! Он от всего отказался. И нет, я не хочу верить в то, что это какая-то уловка Кесаря! Нет! Это чувства… Шанара. Да. Нужно привыкать так его называть.

– Спишь? – Втянул воздух… Шан, и притиснул меня к себе еще сильнее.

– Нет.

Ты собиралась так не лыбиться! Соберись!

Медленно развернулась в кольце его рук и посмотрела в золотистые глаза.

Нервничает. Вон взгляд мечется, ищет следы недовольства.

– Расскажешь… расскажешь, как ты видишь наше будущее?

– Расскажу. – Аккуратно выдыхает он, и, кажется, отпускает страх, что вновь оттолкну.

– Попросим завтрак сюда? – Все-таки улыбаюсь.

А как не улыбаться? До меня медленно начало доходить, что мечты стали возможными. Что все страхи, после вчерашних документов, напрасны. Он выбрал меня. Он смог добиться брака. Мне не нужно переживать, что когда-то меня бросят, потому что ему прикажут жениться. И даже мечты о дочке… У нас может быть дочка! Его дочь…

– Ты чего? – Он нахмурился, увидев слезы на в моих глазах.

И как ему объяснить, что меня захватила сентиментальность?

– Страшно…

– Мне тоже. – Хмыкнул он, и поспешил вытереть мои слезы.

– Неужели великий лорд Командующий чего-то боится?

– О многого… Например, что ты вновь оттолкнешь меня, когда я попытаюсь тебя поцеловать.

– Все может быть…

Прошептала, а сама замерла словно зверек перед гипнотизирующей его змеей. Когда его губы коснулись моих, на мгновение от страха перехватило дыхание. Но вот он напирает, умудряясь это делать нежно, и почти сразу я забываю о тревогах и смущении. Сама цепляюсь за него, как будто могу упасть, зарываю пальцы в его волосы, краем сознания понимая, что давно хотела это сделать. Но как только он проводит ладонью по моему бедру, теряюсь от противоречивых чувств, ведь так хочется выгнуться ему навстречу, но в тоже время, я пока не готова к большему, как бы мне не нравился этот мужчина.

Дай мне время…

И он чувствует, отстраняется, наконец, довольно улыбается – я не отпрянула, доверилась.

Мелисса приносит завтрак минут через пятнадцать. Точнее не завтрак, а настоящий обед из смены нескольких блюд. А также чистую рубашку для Шанара.

Садимся за небольшой круглый столик близко друг к другу и, кажется, оба пытаемся не улыбаться, как ненормальные.

– Шеридан будет просто счастлив, когда ты появишься в Шаласси. – Он накалывает кусочек прожаренной свинины на вилку, а глаза просто излучают довольство.

– Он еще не знает?

– Кроме Карьяты еще никто не знает. Ну, разве, что Дэр уже в курсе. Он, обычно, в курсе всего происходящего, работа у него такая.

– Как и у тебя.

– Так и выживаем.

– Думаешь, Шер, нормально отреагирует? Одно дело быть другом, а другое… мачехой.

– Он обожает тебя. В его комнате висит несколько твоих портретов. Ты, конечно, там мало на себя похожа, – Он усмехнулся. – Художник из него, явно, не выйдет. А еще он спит с твоим дракончиком.

– Он же металлический…

– Это часть тебя, Хлоя.

– Ладно. Сошью ему плюшевого дракончика.

– Я так и не уволил его гувернантку, потому что не нашел замену. У меня и времени то не было. Да и сегодня нужно в допросные… Харз! Послушай, я понимаю, для тебя это очень быстро, но родовая защита ван Алфасси в Шаласси очень сильная. Да весь замок один сплошной артефакт!

– Замок?

– Ну, эту груду камней поместьем сложно назвать. Да, там не делался ремонт еще со времен моего деда, наверное… Я провел только канализацию, но эта лучшая защита на данный момент! Когда поймаю Темного артефактора мы сможем купить любое поместье какое вы с Шером захотите…

– А мое поместье?

– Как захочешь, Хлоя. Может ты и Шаласси решишь преобразить…

– То есть, ты разрешишь мне переделать родовой замок?

– Разумеется. Теперь ты его хозяйка.

Кажется, только сейчас до меня стало доходить, что я стала герцогиней…

– Так ты согласна?

– На ремонт?

– Пожить в Шаласси?

– Да. – Выдохнула я, еще не осознав, что моя жизнь вновь кардинально меняется. – Пока ловишь артефактора, превращу Шаласси в конфетку, создам артефакт для поиска темных эманаций и наделаю игрушек Шеру. Но иногда ты все-таки будешь переправлять меня в мастерские и магазины! И я соскучилась по Марите…

Он же подскочил со стула, схватил меня и поцеловал. Засмеялась прямо ему в губы, обнимая за шею, и млея от нашего общего счастья.

Где-то через час мы попрощались с Карьятой, которая довольно смотрела на нас и иногда закатывала глаза, когда мы с Шаном ловили взгляды друг друга и выпадали из разговора. Каждый из нас все еще не мог до конца поверить, что мы вместе.

Портал открыли в мое поместье, и я кинулась собирать вещи. Все наработки из кабинета, одежда, артефакты и предметы первой необходимости. Даже умудрилась удивить Шанара рекордно короткими сборами. Ну, а что? Не набирать же мне постельное белье, столовые наборы и сервизы. Все это должно быть в Шаласси.

Шан специально открыл портал в мой новый дом во внутренний двор. И пока я хлопала ртом от открывшегося вида, отдавал, выбежавшему слуге распоряжения. И я даже не слышала какие. Оказалось, Шаласси тоже стоял на берегу моря. Вот только «берег» оказался утесом, ограждённым гранитным парапетом, под которым в метрах десяти вниз плескались волны.