Текст книги "Бывшие. Я тебя верну (СИ)"

Автор книги: Рита Дорохова

Соавторы: Арина Громова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

Они уходят куда-то вдаль по коридору, вновь отрезая меня от происходящего.

И это так странно. Я привыкла решать все сама, уже много лет, и сейчас, когда за меня это делает кто-то… так необычно. Необычно и приятно.

Действительно, мое место сейчас именно здесь. Рядом со своим ребенком.

– Ты сказал, что… папа Марат открыл тебе какой-то секрет?

Даже произносить это слово мне неприятно, но ведь Миша действительно думает так.

Да, он никогда не жил с нами, да, практически не появлялся и как отец в документах он не записан, но ведь я представляла все так, что именно он отец. Чтобы избежать лишних расспросов слишком любопытных "сочувствующих" и "друзей".

Да, я была недолго в браке. Да, сын Марата. На этом все.

– Так что за секрет?

– Даже не знаю, правда это или нет, – деловито отпивает сок мой внезапно повзрослевший ребенок.

– А ты поделись со мной, решим вместе.

– Он сказал, что никакой он мне не папа.

Я теряю дар речи, но Миша на удивление выглядит совершенно спокойным.

– Правда? – кое-как связываю буквы в слова. – Так и сказал?

– Ну да.

– И ты расстроился?

– Нет! Я даже рад.

– Рад, что не папа?

– Да. Потому что он обижает тебя. И меня он тоже не любит.

К глазам подступают слезы. Слышать подобное от своего сына совсем не просто.

– А еще он сказал, что мой папа дядя Ратмир.

А вот это стало тем, что выбило из-под ног почву.

Какой же он все-таки ублюдок! Манипулировать маленьким ребенком, мстить мне через него…

Чего он хотел этим добиться?

Зачем?

Но врать сейчас, говорить, что это не так, нет никакого смысла. Я все равно хотела рассказать сыну правду. Жаль, что не в то время и не в том месте…

– Это правда, мам? – Миша смотрит на меня по-детски трогательно и по-взрослому серьезно. – Он правда мой папа?

– А ты хотел бы, чтобы это было так?

– Конечно! – неожиданно радостно произносит он, и с моих плеч падает будто монотонный груз. – Он классный, добрый, многое знает. У него крутой ноутбук и он обещал подарить мне такой же! Представляешь? У меня будет свой ноутбук. Если хочешь, я дам тебе в него поиграть, только недолго, а то от экрана зрение портится. И вообще, это же мой. Только вот… – грустнеет, – …мне кажется, что он меня обманул. И дядя Ратмир не мой папа.

– Не обманул, – едва сдерживаю подступающие слезы. – Он сказал правду.

– Да-а? – и без того крупные черные зрачки возбужденно расширяются. – Ура-а! Значит, у меня будет свой ноутбук! И будет настоящий папа!

Спрыгивает на пол и начинает дурачиться, зная, что когда он так делает, я постоянно хохочу. Хохочу я и сейчас, но сквозь слезы. Но то слезы облегчения, радости, какого-то пока невесомого счастья.

Краем глаза замечаю, что Ратмир возвращается к нам. Один. Походка его твердая и уверенная. А лицо озадаченно-хмурое.

– Как ты? Все в порядке? – в попытке улыбнуться, ерошит волосы на макушке Миши.

– Да, полный улет! – показывает "класс", а потом приподнимается на цыпочки к моему уху, и даже прикладывает ладошку для верности, чтобы уж точно ничего не было слышно: – Мам, расскажем ему секрет? Он же, наверное, тоже еще не знает, что он мой папа!

– Конечно, обязательно, – продолжаю улыбаться, но улыбка сползает, когда я вижу вновь хмурое лицо Ратмира.

Что-то не так. Он что-то узнал. Услышал. Что-то рассказал Марат?

– Мне нужно срочно уехать, – оповещает Ратмир. – Я бы остался с вами, Но это действительно важно. Я должен выяснить кое-что прямо сейчас.

– Да-да, конечно, езжай.

– Я договорился, домой вас отвезут, – и только я хочу что-то сказать, останавливает меня движением руки: – Не спорь. Вас отвезут.

– Хорошо, ладно. А… ты приедешь к нам? То я же собирался…

– Я приеду, – произносит он неожиданно твердо, а затем берет мою ладонь в свою и чуть сжимает. – Обязательно. Только сначала кое-что решу.

Часть 40

***

Ратмир был в бешенстве. Конечно, он знал, что его жена способна на подлости и готова идти по головам ради своей цели, но даже представить не мог, что она решится на подобное…

Войдя в дом, сразу же поднялся наверх, к ее комнате. Открыл без стука дверь. Милана вздрогнула, едва не выронив из рук телефон.

– Ты напугал меня! Так и сердечный приступ получить недолго! – коснулась ладонью грудной клетки, а потом заметила, в каком состоянии муж: – Что-то случилось? На тебе просто лица нет.

– Зачем ты это сделала?

– Сделала что?

– Не строй из себя дуру, я все знаю! Ты в своем уме? Подстраивать кражу ребенка…

Кажется, подобного она точно не ожидала и тоже изменилась в лице.

– Я не поняла, какой кражи? Какого ребенка? О чем ты?

– Продолжишь делать вид, что не в курсе?

– Я действительно не в курсе! – честно округлила глаза Милана и, бросив телефон на тумбу, двинулась навстречу мужу, но он остановил ее резким движением руки:

– Хочешь сказать, что это не ты договорилась с Маратом, чтобы он выкрал Мишу?

– Какого Мишу? Кто это?

– Хватит! – Ратмир ударил ладонью по стене, от чего Милана по инерции дернулась словно получив пощечину. – Мне надоел этот цирк. Я знаю, что это ты. Этот ублюдок мне все рассказал!

– Но Ратмир, я…

– Ты ненормальная, неужели ты сама этого не понимаешь? – глаза его пылали гневом. – В попытке добиться своего ты готова перейти любые грани. Но ребенок! Ты совсем не думала о нем в этот момент?

– Но я правда не понимаю… Куда-ты? – рванула за ним, когда он решительно вышел из ее комнаты и пошел в свою. Там достал из шкафа чемодан для командировок и, открыв его, начал складывать туда рубашки, прямо с вешалками, пару пиджаков, носки и нижнее белье.

– Что происходит? Ты куда-то уезжаешь? – запаниковала Милана.

– Давно нужно было это сделать.

– Сделать что?

– Уйти от тебя. Развестись. Разорвать этот порочный круг. Вообще не нужно было жениться. Ведь я знал, что ничего хорошего из этого не выйдет, – положил сверху парк футболок и потянул молнию, закрывая. А потом поднял на нее хмурый взгляд: – Или может быть не было никакого ребенка и там ты тоже все подстроила?

– Ребенок был! Был! Клянусь! Я действительно была беременна от тебя!

– Ну хотя бы здесь ты не обманула, – поставил чемодан на пол и вытащил ручку.

– Подожди! Стой! – схватила его за руку Милана. – Ты на самом деле уходишь? К ней и ее сыночку?

– Ты же сказала, что не знаешь, кто такой Миша, – невесело усмехнулся Ратмир.

– Да, я знаю о нем. Знаю! – набралась решимости она. – И ты не в праве судить меня за то, что я пыталась бороться за наш с тобой брак!

– Бороться посредством кражи ребенка?

– Не преувеличивай, ладно? Кража! Вообще-то до недавних пор мальчишка считал Марата своим законным павшей! Он просто забрал его, как отец мог никого не оповещать.

– Ты точно не в себе, – с презрением посмотрел на нее Ратмир. – До тебя действительно не доходит вся серьезность произошедшего? Его мать чуть с ума не сошла от волнения!

– А ты ее, конечно, утешил. Ну конечно, эта сука сразу же побежала с жалобами к тебе, – и вздрогнула, когда он схватил ее за запястье.

– Не смей говорить о ней в таком тоне, поняла? Ты ногтя ее не стоишь!

– Все потому что она родила тебе сына, а я нет? Поэтому ты так на ней помешался? Хотя ты думал о ней еще до того, как узнал о мальчишке. Что в ней есть такого, чего нет во мне? Я все старалась делать для тебя!

– Ты делала все для себя. И только, – отпустил ее руку, снова подхватил чемодан.

– Подожди, стой! Не уходи! – снова вцепилась в него Милана. – Да, я сглупила! Просто хотела, чтобы она разочаровала тебя, показала себя плохой матерью. Чтобы ты забрал мальчишку себе. И мы зажили мы счастливо втроем. Да, я бы приняла его как родного. Видишь, как я тебя люблю?

– Тебе нужно лечиться, – серьезно произнес Ратмир. – У тебя действительно проблемы с психикой.

– Нет у меня никаких проблем! Я же уже призналась, что это был дурацкий план. Я была не права, прости! Между прочим я уже сказала Елене… – и осеклась, затравленно посмотрев на мужа.

– Продолжай, – не отпуская ее взгляд, проговорил он. – Какой Елене и что ты сказала?

– Никакой! Это так, одна знакомая моя…

– Еленой зовут няню Миши… – и тут он сразу все понял. Отшатнулся от нее, словно получив ожог, и молча пошел вниз по лестнице.

– Ратмир! Пожалуйста, выслушай меня! – побежала за ним Милана. Обогнала его и зашагала впереди, пятясь спиной к входной двери. – Я перегнула, знаю! Клянусь, я даже пройду любое лечение, только не уходи! Пожалуйста! Мы же столько лет вместе, я всю жизнь любила только тебя!

– Дай мне пройти, – сухо произнес он. – Не вынуждай меня применять силу.

– Нет! Я не пущу тебя! – закрыла собой дверь. – Давай поговорим еще, я объясню. Ты все поймешь! Больше никакого Марата, обещаю. И я забуду и об этой девке и о ее сыне. Ты можешь встречаться с ним в любой момент, я не буду против. Он может жить с нами!

– Отойди.

– Но я же борюсь за нас! Неужели ты не видишь? – прокричала она. – Борюсь как умею!

– Нет никаких нас. Нет и никогда не было, – отодвинув ее от двери, вышел из дома. – Заявление о разводе тебе передаст мой адвокат. И запомни – с этого дня ты не посмеешь не то, что подойти к Ане и моему сыну, ты даже не посмотришь в из сторону. Иначе будешь иметь дело со мной. Ты поняла меня?

– Ратмир...

– Ты меня поняла? – позвонил он таким тоном, что у нее на оставалось иного выбора, кроме как ответить единственное:

– Да, поняла.

После этого он ушел, оставив ее на пороге одну.

Часть 41

***

– Ратмир?

Кутаясь в домашний халат, смотрю на нежданного гостя.

– Извини, что поздно.

– Нет-нет, ничего страшного, проходи, – открываю дверь и впускаю его.

– Вы уже спали. Я действительно не подумал.

– Нет, я еще не спала, только собиралась. А Миша да, спит. Сильно устал, вырубился мгновенно, едва только голова подушки коснулась. Я думала, ты уже не приедешь.

– Так вышло.

Он стоит в прихожей и я отчетливо вижу, что он какой-то не такой. Хмурый, немного рассеянный, но в то же время взгляд полон решимости.

– Пойдем на кухню, там поговорим.

Мы тихо следуем вдоль длинного коридора. Ратмир на мгновение останавливается возле приоткрытой двери комнаты Миши и заглядывает внутрь.

Я не знаю, какие мысли крутятся в его голове, но он необычно серьезен и задумчив. А еще почему-то именно сейчас я замечаю, как сильно Миша похож на своего отца в профиль.

И я думала, что смогу скрывать это всегда? Невозможно.

Зайдя на кухню, закрываю за нами дверь и щелкаю кнопкой чайника.

– У нас только черный и, по-моему, закончился сахар…

– Я ушел от Миланы, – вдруг выстреливает он. – И завтра подаю на развод.

Моя рука с чашкой зависает в воздухе.

Не то чтобы я никогда не думала об этом или не хотела когда-нибудь услышать подобное, но чтобы вот так резко, совершенно неожиданно…

– А она в курсе твоих намерений? – стараюсь сохранить самообладание.

– Да, в курсе.

– Ну, это твое решение. Возможно, оно правильное. Ведь ты сам говорил, что ваш брак больше фикция и дань обязательствам.

– Мне стоило сделать это гораздо раньше.

И тут я не могу с ним не согласиться.

– Есть еще кое-что, о чем ты должна знать. И лучше тебе сесть.

– О, Господи, – опускаюсь на стул напротив. – Ты меня пугаешь.

– Боюсь, новости не из приятных.

Когда он рассказал мне о том, что проделывала за нашей спиной эта сумасшедшая, я сначала испытываю дикий шок, что такое вообще возможно. Потом страх – что было бы, откройся бы все чуть позже. Какие бы еще грани она решилась перейти. И в конце настигает гнев…

– Я со свету сживу эту ненормальную! – на месте мне не сиделось весь наш разговор, и я в отчаянии меряю шагами комнату. – Я готова поехать к ней прямо сейчас, чтобы высказать все, что думаю о ней! Эта женщина, лженяня пусть недолго, но находилась в нашем доме. Наедине с нашим сыном! – и тут до меня доходит ужасное: – Это же она накормила его орехами! И определенно она же подменила список. Он был напечатан на компьютере, не от руки, любой дурак мог переписать его и распечатать новый! Она могла убить нашего ребенка, понимаешь? Ее желание мести и что-то доказать мне не имеет границ. Я в порошок ее сотру!

– Успокойся, ладно? Не нервничай так. Я понимаю твои эмоции и разделяю их, и мы обязательно призовем их обоих к ответу, но голова должна быть холодной. Слышишь меня? Я займусь этим завтра же, я все решу.

– Поверить не могу, что все это происходит в моей жизни. Это какой-то кошмар, – закрываю лицо ладонями и чувствую как его руки обвивают мою талию.

Не в попытке соблазнить, его цель – именно утешить. И эффект достигнут, я заметно расслабляюсь, позволяя себе выдохнуть и отпустить тетиву напряжения последних дней.

– Все будет хорошо, наш сын теперь в безопасности, – гладит меня по собранным в хвост волосам.

– Боюсь, пока эта чокнутая крутится где-то рядом, в безопасности мы никогда не будем. А если она подкараулит Мишу возле детского сада? – поднимаю на него встревоженный взгляд. – Если заплатит кому-то?

– Этого не будет.

– А если…

– Просто верь мне. Я знаю, что ты не обязана это делать, я обидел тебя, совершил массу ошибок в прошлом. Но я хочу искупить каждую. И я сделаю это, если ты позволишь.

Он смотрит мне в глаза, и мне так хочется верить ему. Я устала окружать себя шипами, устала взваливать все на свои плечи, устала делать вид, что все давно в прошлом.

Я ничего не забыла. Все эти годы в разлуке я думала о нем.

– Миша знает, что ты его отец, – мы так и стоим посреди кухни не разжимая объятий, которые из утешительных перешли в более интимные. – Марат рассказал ему. Ну а я не стала выкручиваться. Все равно я хотела ему все рассказать.

– И что сказал Миша?

– Ты знаешь, он обрадовался.

– Правда? – и взгляд становится теплее.

– Да.

Какое-то время мы смотрим друг на друга, и я ощущаю то самое притяжение, что связывало нас много лет назад. Только сейчас все иначе. Эти годы в разлуке не прошли для нас зря.

Я ощущаю его запах, тепло его рук и чувствую, как с давно замороженного сердца начинает спадать броня.

– Ты собрал свои вещи? – спрашиваю тихо.

– Да. Они в машине, – в тон мне отвечает он.

– И куда ты поедешь?

– Не знаю. В гостиницу или переночую в кабинете ресторана. Там есть диван.

Снова тишина, но такая громкая. Кажется, я слышу его желания и мысли, и звучат они в унисон с моими.

– Ты можешь остаться здесь. Я постелю тебе в свободной комнате… Если хочешь, конечно.

– Хочу, – выдыхает он и тянется к моим губам.

Я не хотела форсировать, но противостоять этой ласке не в силах. Не могу. Да и не хочу.

Слишком часто я делала что-то для кого-то. Пришло время подумать о себе.

Часть 42

– Мама! Ты спишь? Мам!

Доносится стук в дверь спальни.

Резко распахиваю глаза, сажусь на край кровати и подтягиваю край одеяла к груди.

Сердце колотится как сумасшедшее, еще бы, так неожиданно вырвать из такого сладкого сна.

А снилось мне то, что Ратмир провел эту ночь со мной. И наполнена она была небывалой чувственностью и страстью…

В этом сне я отпустила себя, свои комплексы и страхи и позволила себе стать счастливой. Позволила таять в его руках не думая о морали и последствиях. Не думая о том, что будет утром и вообще потом.

Он был так чуток, так нежен со мной. Словно не было этих лет разлуки. Словно мы те же, молодые и беззаботные, мечтающие о том, что все у нас получится и будет хорошо.

Поворачиваю голову и вижу спящего рядом Ратмира.

Это был не сон.⠀

Все это действительно произошло со мной.

– Ма-ам! – снова стук. – Ты вообще тут?

– Да, я тут, милый, – вскакиваю с постели и мечусь по комнате в поисках одежды. Вчера мы даже не успели толком дойти до постели, страсть захлестнула настолько неожиданно и остро, что я сама не ожидала, что способна на такое. – Я сейчас, минуту!

– А зачем ты вообще закрыла дверь? – ручка несколько раз опускается вниз.

– Это, наверное, случайно вышло. Ты иди пока почисть зубы, хорошо?

– А я уже почистил.

– Тогда… включи мультики.

Господи, да где же этот поясок от халата!

– Ты же не разрешаешь телевизор до завтрака, – справедливо подмечает голосок по ту сторону двери.

– А сегодня можно. Беги, пока не передумала.

Когда слышу радостный топот ног в сторону гостиной, стягиваю одеяло с Ратмира и, стараясь не обращать внимания на то, что он обнажен, трясу его за плечо.

– Ратмир! Просыпайся скорее! Ну же!

– Что случилось? – сонно при открывает он один глаз, а потом неожиданно хватает меня за талию и притягивает к себе. – Уже соскучилась?

– Миша проснулся, его пора кормить завтраком. Скорее вставай и одевайся! Правда я понятия не имею где твоя одежда, – после этих слов слегка краснею. – Свою я едва нашла.

– А в чем причина такой срочности? Почему "скорее"? У тебя выходной, у меня тоже.

– Как это? Ты должен одеться и незаметно уйти. Что я скажу сыну, когда он увидит тебя выходящим из моей спальни? Да, он маленький, но уже все понимает.

– Он уже знает правду, так что вряд ли сильно удивится.

– Одно дело ты его отец, и совсем другое, что уже проводишь здесь ночи. Слишком перемен за короткий срок. Мы долго жили одни и он привык, что мама полностью его. Не хочется, чтобы он начал чувствовать себя хоть в чем-то обделенным, – стараюсь говорить мягко. – Давай дадим ему время привыкнуть к этим переменам, постепенно. Вам нужно познакомиться ближе. К тому же… что я скажу ему, когда ты не останешься здесь сегодня или завтра?

– А кто сказал, что я не останусь? – он садится напротив меня и серьезно смотрит в глаза. – Я же сказал, что уже все решил. Я хочу начать все сначала. Мой сын почти шесть лет рос без меня и это нужно исправить. Почти шесть лет мы с тобой были вдали друг от друга и это тоже большая ошибка.

– Ратмир…

– Я сделаю все, чтобы ты простила меня. Я многое осознал, у меня было для этого достаточно времени. Понимаю, что это не так просто, но если ты дашь мне этот шанс – шанс заслужить твое прощение и доверие, я непременно им воспользуюсь.

Кусая губы, смотрю на наши сплетенные пальцы и ощущаю в глазах жжение.

Я столько лет мечтала когда-нибудь услышать подобное. Хотя даже не мечтала – не позволяла себе, но в глубине души хотела. И вот мы вместе, он просит прощения, он хочет стать настоящим отцом нашему сыну и мне снова кажется, что это сон…

– Нам обоим нужен этот шанс, – произношу, наконец. – Хотя бы ради Миши.

– Он нужен нам ради нас.

Сжимаю его пальцы и не могу скрыть счастливую улыбку.

– Ма-ам! – доносится приглушенное из гостиной. – А что у нас на завтрак?

– Извини, но сейчас тебе действительно лучше незаметно уйти. Мы обязательно все расскажем ему, объясним, но пожалуйста, давай не так резко.

– Хорошо. Я сейчас оденусь и постараюсь незаметно улизнуть.

Когда он наконец-то находит на полу свою одежду, я тихо открываю дверь спальни, в надежде, что Миша в гостиной смотрит мультики и Ратмир сумеет незаметно пробраться в прихожую. Но все мои надежды сыпятся прахом, когда прямо у порога я вижу хитро улыбающегося сына.

Я теряю дар речи, а Ратмир спокойно треплет волосы на и так взъерошенной после сна макушке.

– Доброе утро.⠀

– Привет, – произносит Миша и с любопытством осматривает нас обоих.

Он еще слишком мал, чтобы понимать причину по которой папа ночевал в комнате мамы, но наши улыбки его определенно порадовали.

– Ратмир, он… он только что пришел. Вот буквально минуту назад, – пытаюсь неловко оправдаться.

– Да? Странно. Я видел его обувь у двери уже давно, до того как пошел чистить зубы, – дернул худеньким плечиком и, мгновенно переключившись, берет курс на кухню: – Пойдемте уже поедим.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

– Что ты будешь? Сгущенное молоко или варенье?

Миша незаметно, как ему кажется, косится на тарелку Ратмира и с деловым видом заявляет:

– Я буду мед!

– Мед? Ты же никогда его не ел.

– А теперь решил попробовать.

– Ну хорошо, давай попробуем, – с улыбкой переглядываемся с Ратмиром.

То, что сын хочет брать пример с отца – это нормально, даже в таких мелочах. У Миши никогда не было перед глазами нормального примера порядочного мужчины, и мне приятно, что теперь этот человек появился.

Я боюсь строить какие-то далекоидущие планы и пытаюсь жить моментом, но в глубине души, конечно, хочу верить, что это не последнее наше совместное утро. Что впереди будет много таких же приятных и светлых дней.

Он сказал, что разводится, а значит, скоро будет свободен.

Значит ли для него наша ночь столько же, сколько она значит для меня?

Хочется верить, что это так. Хочется…

– Ты пойдешь с нами на прогулку? – спрашивает Миша, осторожно макая краешек оладушка в цветочный мед. – Мы с мамой всегда гуляем вместе, когда у нее выходной.

– Я бы с удовольствием, но у меня есть срочные дела, – отвечает Ратмир, и улыбка сына гаснет. – Я постараюсь сделать все побыстрее и присоединиться к вам.

– Сегодня ты снова останешься ночевать у нас?

– Если твоя мама не будет против, – и бросает на меня вопросительный взгляд.

Я прекрасно знаю, какие его ждут дела – не откладывая в долгий ящик он хочет подать на развод, а так же разобраться с Еленой, для этого нужно ехать в агентство и решать, что делать с ее лицензией и вообще свободой. Маловероятно, что что-то выгорит, никаких доказательств причинения вреда у нас нет, но я вдруг поймала себя на мысли, что мне уже все равно. Главное, чтобы она, как и сумасшедшая Милана, держались подальше от моей семьи.

– Ты потом будешь жить с нами? – продолжает донимать расспросами сын.

– А ты бы этого хотел? – осторожно спрашивает Ратмир.

Миша думает несколько секунд, наблюдая, как тягучая капля меда стекает на тарелку.

– Ну раз ты мой папа, значит, должен жить с нами.

Он впервые озвучил то, что в курсе, и этот момент довольно волнителен.

– Я буду жить с вами, – твердо произносит Ратмир. – Как только закончу все свои дела, сразу же перееду к вам.

– Хорошо. Как раз научишь меня ездить на велосипеде без рук.

– Если честно, я не умею ездить без рук, но это отличный шанс научиться чему-то вместе.

– Тогда и маму научим! – радостно подключатся Миша. – Она совсем ездить не умеет, как и плавать!

– О, это нам придется лететь куда-нибудь на море.

– На море? – детские глаза загораются. – Я никогда не видел море и очень хочу!

– Тогда мы обязательно туда съездим.

– Все втроем?

– Конечно.

– Ура-а! – завтрак мгновенно забыт, ребенок с головой уходит в мечты. – Я скоро увижу настоящего осьминога!

– Обязательно. А также морских котиков, медуз и даже пингвинов. Ты был в океанариуме?

– Нет. А что это?

Пока Ратмир рассказывает в красках, что такое океанариум, что за обитатели там живут, я думаю лишь о том, как счастлива за своего ребенка. Сколько его ждет открытий, новых свершений и все это он пройдет вместе со своим отцом.

Все так, как и должно быть. Именно так, и не иначе. Каждый ребенок заслуживает иметь нормальную семью.

Удивительно, но Ратмир, прежде хладнокровный и малоэмоциональный рядом с сыном становится другим человеком. Он улыбается, его глаза горят. Он действительно изменился и созрел.

Был ли он готов к семье шесть лет назад? Сейчас я в этом совсем не уверена. Может быть мы должны были пройти через все это чтобы острее ощутить ценность того, что имеем?

Я действительно счастлива. И верю, что все осуществимо.

Звонит телефон, и пока папа и сын строят планы, принимаю вызов от мамы.

– Аня, тебе не звонили с больницы?

– Нет, а что случилось?⠀

– Отцу стало хуже. У него забрали телефон, и он попросил, чтобы ты приехала. И взяла с собой Мишу. Он хочет с ним познакомиться.

Часть 43

***

– А мой дедушка – какой он?

– Ну, он высокий. Немного хмурый. С бородой.

– Ты говорила, что он злой.

– Я не говорила, что он злой. Я сказала, что он может быть строгим.

– Разве это не одно и то же?

– Абсолютно нет. Я тоже могу быть строгой, когда отчитываю тебя за плохое поведение во дворе или детском саду, но я же не злая, правда?

– Ты – нет.

– Ну вот.

Мы с Мишей шагаем по коридору больницы, направляясь к палате отца.

Признаться, я волнуюсь, потому что не имею понятия чем может закончиться эта встреча.

Отец много лет игнорировал существование моего сына, не хотел признавать, что он родился не в браке.

Он еще не знает, что Миша сын Ратмира, но наверняка догадывался.

Как пройдет эта встреча?

Не скажет ли отец что-то лишнее?

Не обидит ли моего мальчика?⠀

Я надеюсь, что мои страхи не имеют под собой почвы. Все-таки как ни крути он дедушка Миши и вряд ли хочет причинить ему вред.

Сейчас он находится в больнице, в такой ситуации люди часто пересматривают свою жизнь. Может быть отец захотел искупить свои грехи?

Лично мне его расположение давно не нужно: я выросла, научилась сама распоряжаться своей жизнью, но мой сын очень нуждается и в отце, и в дедушке.

Пусть все пройдет хорошо.

– Пап? Ты не спишь? – заглядываю в палату.

Отец лежит на кровати, в вену вставлен катетер, по которому мерно поступает в кровь так необходимое ему сейчас лекарство. На тумбочке тихо болтает принесенный кем-то из пациентов телевизор.

– Нет. Подойдите сюда.

Придерживая Мишу за плечики, подвожу сына к кровати дедушки,и чувствую, как оба волнуются.

Конечно, не самое удачное место для первого знакомства, но уже вроде как знаковое – с другим своим дедушкой Миша тоже познакомился здесь же, в больнице. И пусть ему еще предстоит узнать, что "тот дядя" тоже является ему родственником, но думаю, его это только порадует.

Миша добрый мальчик и невероятно открытый. Уверена, он сумеет растопить зачерствевшие сердца двух этих мужчин.

Отец и Миша молча смотрят друг на друга. Отец – изучающе, а Миша – любопытно.

– Привет, – первым нарушает тишину он.

– Привет, – произносит отец. – Ты знаешь кто я?

– Знаю, ты мой дедушка. Мне мама сказала.

– Да, я твой дедушка, – подтверждает он, и снова рассматривает сына.

Его взгляд окутан непривычной теплотой, и я чувствую, как начинает пощипывать веки.

Я уже не верила, что когда-нибудь отец изменится, думала, что наша молчаливая вражда навсегда, но, как оказалось, что даже такие люди как он под влиянием ситуаций может стать добрее.

Здесь, в этих стенах, где люди борются за жизнь, помимо воли начинаешь смотреть на все под другим углом и ценить то, что имеешь.

– А почему мы не встречались с тобой раньше? – продолжает допытываться Миша.

– Так вышло. Но теперь, надеюсь, у нас появится время исправить это упущение, правда?

– Наверное, – дергает плечиком сын и без спроса садится на край застеленной казенной простыней кровати. – А ты умеешь ловить рыбу?

– Ловить рыбу? – удивляется мгновенной перемене темы отец.

– Ну да. У меня в саду есть друг Ваня, так вот они с дедушкой каждое воскресенье ходят на рыбалку. Однажды поймали вот такую акулу, – растягивает руки, показывая внушительный размер хищной рыбины. – Представляешь?

– Фантазер твой друг.

На лице отца расцветает скупая улыбка, и я снова ощущаю в горле ком.

Я знала, что мой сын способен творить чудеса.

Они о чем-то болтают, осторожно знакомятся друг с другом, а я просто радуюсь, что наконец-то произошло то, что должно было произойти. Пусть не сразу, но мы научимся быть семьей. И отец примет Ратмира.

Неожиданно внимание перетягивает болтающий фоном телевизор, настроенный на канал местных новостей нашего городка.

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

«Сегодня утром в районе промзоны школьники обнаружили труп мужчины. Криминалистам удалось быстро идентифицировать личность погибшего – это сын местного предпринимателя Расула Байсарова – Айдар. Пока рано делать выводы о причине смерти, но он определенно был убит».

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

И только я успеваю подумать о том, сколько зла происходит в этом мире, как краска буквально отливает от лица, когда на экране показывают фотографию еще живого парня.

– Это же он, – не осознавая, что делаю это вслух, шокировано шепчу под нос. – Это он…

***

Случайности не случайны?

Или что-то действительно происходит просто так, и мы сами придумываем какую-то мистическую связь?

Весь день я думаю только о том парне с телевизора. Том самом, которому я собственноручно сделала операцию!

Как так вышло, что его убили?

Кто?

Почему?⠀

Неужели это сделал Василий?

Это просто не укладывалось в голове. Зачем он спасал его, если собирался следом убить?

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

«Меня не волнует его дальнейшая жизнь. Он просто должен очнуться и кое-что нам рассказать. Все».

⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀

Это сказал мне Невзоров в день подпольной операции. Выходит, они выяснили, что хотели и…

Я не знаю его, этого Айдара Байсарова, не знаю, что он за человек. Может быть он был бандитом, беспощадным коллектором или убийцей. Вряд ли бы Невзорову нужно было выяснить что-то у милейшего воспитателя детского сада.

Возможно, там были замешаны большие деньги. Но получается, во всем этом косвенно теперь замешана и я. Ведь я, возможно, была последней, кто видел его живым. Даже кто вернул его к жизни…

– Мой дедушка классный. И совсем не строгий, зря ты так сказала, – болтает по пути из больницы Миша, воодушевленный встречей с новым родственником. – Он обещал, когда поправится, сводить меня на рыбалку. Даже купить мне собственный спулинг.

– Спиннинг, – на автомате поправляю я, продолжая размышлять о случившемся.

Это не дает мне покоя. Да, я не виновата в его гибели, но интуиция ли, шестое чувство или осторожность не дают мне выдохнуть свободно.

Нужно узнать, как связан с этой смертью Невзоров и связан ли.

Может быть этого парня отпустили и он сам влез в неприятности?

– Погуляй тут, хорошо? Мне нужно позвонить.

Миша радостно мчится на игровую, что прямо напротив нашего дома, а я сажусь на скамейку, подальше от других мамочек, загруженных колясками, трехколесными велосипедами и самокатами.

Мы обязательно познакомимся ближе, но не сейчас. Слышать им мой разговор не обязательно.

– Василий Александрович, добрый день, это Анна, – озираюсь по сторонам, – Анна Каримова. Та самая, что…

– Конечно, я узнал вас. Здравствуйте. Вы что-то хотели спросить? Может быть про обещанную сумму? Я все перечислил на ваш счет, как и обещал. Я всегда держу свое слово.

– Что? Вы перечислили мне деньги? Я же говорила, что ее надо!

– Деньги нужны всем. Не отказывайтесь.

Мне нужны деньги, да, но не эти… Я обязательно сниму их счета и отвезу дарителю, но сделаю это позже. Сейчас меня волнует другое.

– Василий Александрович, я видела новости, – понижаю тон, хотя рядом никого нет и точно никто ничего не слышит. – Там был этот парень, Айдар. Как так вышло, скажите?

– Вас это не касается, – несколько сухо отрезал он. – Просто забудьте о том, что видели.

– Как я могу забыть? Я, рискуя, возвращала его к жизни не для того, чтобы его безжалостно убили.

– Повторяю еще раз – забудьте. Всего хорошего.

– Василий Александрович, подождите! – выкрикиваю призыв не кидать трубку, но поздно – уже раздались короткие гудки. – Черт!

– Ань, что случилось? – откуда ни возьмись на скамейку рядом садится Ратмир.

– Что? А, нет, ничего такого, не волнуйся.