Текст книги "Рунный Страж (СИ)"

Автор книги: Ринат Тактарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Я решил проверить ещё раз, забежал в сарай, открыл шкаф, дверца была на месте.

А может стоит туда ноутбук со свитками прятать, не просто же так это делала бабушка? Ладно, если соберусь куда надолго, обязательно воспользуюсь.

Сразу вспомнилась легенда про девственника, чьё сердце принадлежит двум мирам. Я нервно рассмеялся и вышел из сарая, меня ждала работа.

За вторую половину дня я очистил большую часть загона, судя по довольной физиономии деда Василия, работаю я теперь правильно. Если подумать, то можно прийти к выводу, зарплата, скорее всего, небольшая, я, наверное, сильно разочаруюсь в пятницу. Потому старичок и переживает, получу расчёт, а в понедельник не выйду.

По ходу размышлений вышел из свинарника, свежим воздухом подышать.

Зря он так думает, я один хочу пожить, точнее, самостоятельно, прошло целых два дня и меня, пока всё устраивает. Хотя бы потому, что нет постоянного зудежа: «Антон, пора спать! Антон, иди прогуляйся, хватит постоянно за компом сидеть! Антон, подумай о работе!» А я уже работаю, пусть даже за копейки, и мне нравится, – эта мысль заставила улыбнуться, рядом как раз проходила Елизавета Николаевна и улыбнулась в ответ.

– Ты такой интересный, когда улыбаешься, – она подошла ближе.

Настолько близко, что я почувствовал аромат её духов. Это меня немного смутило, даже захотелось сделать шаг назад. Но представив, как тупо это будет выглядеть, остался на месте.

– А у тебя есть девушка? – протянула она вопрос.

Хотелось ответить: у меня же есть Маша, она сидела на моих коленях, мы целовались.

– Да, с соседкой встречаюсь, – меня почему-то раздирали противоречивые чувства, неудобство оттого признался именно Елизавете и гордость.

– С Машкой, что ли? Так она же с Павлом⁈ Он сам мне говорил, – Елизавета выглядела озадаченной.

Мне тоже это не нравилось, но нужно было внести ясность, не хотелось выглядеть лохом. Пашка с Машкой, Пашка с Варькой, Пашка ещё с кем-то. Я начал ощущать себя героем маминых сериалов.

– Нет, Пашка теперь с Риткой…

– А-а? – женщина раскрыла рот. – А Андрей знает? Это её парень!

Я уже пожалел, что раскрыл рот, вдруг это тайна, а теперь из-за меня, может случиться драка.

– Вот это новость! Я так и знала, Ритка Андрюху бросит, он же лопух и у него маленький… ой, – Елизавета прикрыла рот ладошкой.

Я сделал вид, что не понял, повернулся к ней боком и взялся за телефон.

– А знаешь, – она провела рукой по моему рукаву, словно поправляя. – Опыт многое решает… а я очень опытная.

Я сам не понял, как моя рука оказалась на упругой заднице Елизаветы, несмотря на то что мы находились на открытом пространстве, мне не хотелось её убирать. Она начала показывать свой опыт, схватившись за мою промежность. Я едва не взвыл от неожиданного удовольствия.

Не знаю, чем бы это закончилось, но из ворот свинарника выскочил раскрасневшийся Валёк. Он пробежал мимо, а Елизавета, буквально оттолкнув меня, поскакала за ним.

– Валентин, ну ты куда? Ты неправильно понял…

Глава 10

Мне показалось, что Валентин плачет, расслышал какие-то невнятные звуки. Стало неудобно, я вернулся в свинарник.

Для меня многое было впервой, красавица Маша, Елизавета, которая старше, и точно опытная. Впечатления остались непонятные, а ещё было неудобно перед Машей. Ей об этом случае лучше не рассказывать. И вообще, нужно держать язык за зубами, сегодняшний день тому подтверждение.

Перед тем как вернуться домой, мне пришлось идти в магазин, закончился хлеб, кетчуп и лимонад. Продавщица в этот раз не стала приставать с вопросами, выглядела загруженной, будто решала глобальные вопросы. На выходе столкнулся с симпатичной девушкой лет, может, двадцати, улыбчивая брюнетка в теле, такие Кольку нравятся. Стрельнула глазками и поспешила войти в магазин.

– Рита! Где тебя носит? – подала голос продавщицы. Услышав знакомое имя, невольно обернулся. – Мне бежать уже, а она еле телится!

– Ну мам, задержалась немного…

Деревенька не очень большая, и вряд ли это совпадение – я сейчас видел Пашкину пассию. И скажу, что вкус у него отменный. Несмотря на полноту, девушка притягивала взор, таких обычно хочется проводить взглядом.

Вернувшись домой… я стал привыкать, называю бабушкин дом своим, первым делом сунулся к раковине. Грязная посуда никуда не делась, я даже разочаровался, получается никакого волшебства нет.

Похоже, папа говорил правду, детство закончилось, сын, пора взрослеть.

Усмехнувшись, я взялся за посуду, приведя кухню в порядок, поставил на плиту кастрюлю с водой. Сегодня у меня на ужин пельмени, может, и завтра тоже, неважно. Нужно было что-то сделать с остатками куриной лапши, для этого я вышел на улицу. Ещё в день приезда, я заметил у старой собачьей будки, не менее древнюю железную тарелку. Должно быть, от старой собаки ещё осталась, хотя не помнил, чтобы бабушка упоминала о псе.

Вытряхнув из миски мусор и камни, слил туда остатки супа. Здесь частенько бывает соседская собака, так что не пропадёт.

По возвращении в дом услышал трель смартфона, звонила сестрёнка. Я ждал её звонка ещё позавчера, она не могла оставить такое событие без внимания. Всё-таки старший брат не ночует дома, надо поспрашивать, постебаться.

– Дарья⁈ – спросил я нарочито строго, так обычно папа говорит.

– Тьфу на тебя, плохой старший брат! Оставил меня одну, со стариками!

– Даша, следи за языком! – послышался голос мамы.

– Ладно, я прикалываюсь, – сестрёнка хихикнула. – Рада за тебя, наконец поддался взрослым флюидам, оторвался от мамкиной сиськи, – последние пару слов, она произнесла шёпотом.

– Теперь у тебя будут обе две, смотри не растолстей, – парировал я, Дашка опять захихикала. – Дома всё хорошо?

– Да, брат Антоний, с тех пор как ты нас покинул, эксцессов не возникало, если не считать постоянного бубнёжа папы.

– О чём ты? – мне стало интересно.

– Ну, кто-то там в дереве на крутую работу устроился, айтишники отдыхают, вот папа и успокаивал маму. Типа, пусть немного поработает, притрётся, ум сам придёт, он же весь в меня, это папа так говорил.

Для меня поведение отца не выглядело чем-то из ряда вон, он всегда радел за мою самостоятельность, это мама берегла. Но всё равно, слышать такое было приятно, отец меня поддерживал, вернее, ждал момента, чтобы применить свой авторитет, и вот он настал.

– Ты реально на свиноферме работаешь? – удивлённо спросила Дашка. – Среди свиней?

– Ага, я тут недавно роды принимал, восемнадцать поросят, представляешь⁈ Так я там три часа…

– Фу-фу, плохой брат Антоний, не надо мне подробностей, я ещё не ужинала… Ты лучше про Машу расскажи. Она правда такая классная? Или папа приукрасил?

– Лучше, – с сестрёнкой у нас были доверительные отношения, ни разу меня родителям не сдавала, поприкалываться могла, но не более. – У нас почти дошло до секса.

– Серьёзно? Она тебе пирсинг на пупке показала, и ты понял, что почти свершилось⁉

– Нет у неё пирсинга, – полной уверенности у меня не было, но ведь мы в деревне, здесь люди проще, не до глупостей им.

– Даже так⁉ Ну тогда поздравляю, ты почти отправил своего…

– Даша, тебе ещё рано об этом говорить, – пресёк я дальнейшее словоблудие. – Хотел тебе рассказать про Елизавету, но уже нет желания.

– Постой, братец, прости маленькую дуру, я больше не буду… Кто такая Елизавета, мы же про Машу говорили? Или у неё прозвище такое?

Мне нужно было с кем-то поделиться, младшая сестрёнка, лучший вариант, она у нас не по годам разумная, бывает, дельные советы подкидывает. Я рассказал всё как было, с самой первой встречи с Елизаветой.

– Ну братец, здесь хорошо и плохо, – сделала вывод Дашка. – Хорошо, потому что ты наконец-то можешь лишиться девственности, с опытной женщиной. А плохо, потому что она шлюха и сплетница, – её слова почему-то резанули слух, не понравилось мне, как сестрёнка называла Елизавету.

А та и не думала замолкать.

…– Если не хочешь, чтобы вся деревня наперебой рассказывала Маше, как ты кувыркался с Лизкой, то держись от неё подальше. Скажи ей, что ты импотент или гей… хотя нет, не стоит, она, скорее всего, захочет тебя излечить и вернуть в стойло к нормальным кобелям…

– Что за слова, Дарья? – я подрожал голосу папы.

– Слова правды, мой глупый брат Антоний. Но хочу обрадовать, ты не безнадёжен. Думаю, желающих заполучить твою тощую тушку в свою тёплую постельку только прибавится, так что не зевай и пользуйся контрацептивами.

Я посмеялся в трубку, а у самого возникло двоякое чувство. Мне понравилось то, что сказала не по годам мудрая сестрёнка, а с другой стороны, что мне с ними делать с девушками? И вообще, мне уже другое интересно.

Перед тем как попрощаться с сестрой, я передал привет родителям, чтобы она успокоила по-своему, всё у Антона хорошо. Работает и ест от пуза, три раза в день.

Вода в кастрюле закипела, я закинул пельмени и кинулся к компу, навёл курсор мыши на иконку игры и завис.

У меня возникли вопросы после бабушкиного письма… Этернис, руны. Да, поначалу я отнёсся к строкам с недоверием, мне просто нужно было переварить информацию, поспать и проснуться уже с усвоенными данными. Их надо было дополнить.

Если есть проход между мирами, о нём должен кто-то знать, значит, информация могла просочиться в сеть, да по-любому просочилась. Бабушке вон сколько лет, а она давно про Этернис знает.

Почему я вдруг поверил? Не совсем так, я не поверил, просто увидел несколько совпадений. И тут ещё Машина просьба, сходить туда, не зная, куда, принеси то, что может найти только муж, не познавший женщины… как-то так звучало. Тупо, конечно, по-старому, так даже бабушка не говорила, на то она и легенда. А ещё там были слова про сердце, принадлежащее двум мирам, что перекликается с письмом.

За травкой я схожу, уже решил, но почему бы не сделать два дела сразу, проверить ту местность. Три дерева, похожие на кресты – место должно быть заметным. Опять же, я не уверен, что вход именно там. Это со слов Пашки известно, что опасно, люди пропадают. Хотя и Машка говорила про этот ориентир.

Вернувшись на кухню, помешал пельмени, убавил газ, мысли так и возвращались к проходу между мирами.

Если он существует, то это круто, я смогу прогуляться в чужой мир, – представил, чтобы на это сказала сестра, и посмеялся. Да, я романтик, хочется верить во что-то волшебное…

Дождавшись готовности пельменей, по-быстрому их выловил, затем залил блюдо кетчупом с майонезом и вернулся к ноутбуку.

Для начала решил поискать информацию по рунам, хотелось знать, что это.

Принялся копаться в поисковике, и, конечно же, все отсылки шли к играм, книгам и фильмам. Почти все.

«В реальных мифологиях (например, скандинавской) руны считались не просто алфавитом, а сакральными знаками с магической силой – их использовали для гаданий, защиты, проклятий и связи с богами».

Но то в скандинавской, а у нас что?

Снова принялся лопатить сайты, остановился, не знаю на каком десятке, со счёта сбился, только мифология, игровой контент и мутные темы с картами.

Зато нашлось понятное пояснение, я, в общем-то, и так понимал о чём речь, здесь систематизировано.

'Руны не просто письмена, а активные энергетические конструкции. Каждая руна кодирует определённое действие: от бытового (освещение, обогрев) до боевого (разрушение, иллюзии).

Каждая руна, это «программа» с чётко заданным алгоритмом: например, руна света не просто создаёт свет, а организует поток фотонов по определённым параметрам (яркость, цвет, радиус действия)'.

Это был форум рунологов, только кастрированный какой-то, один вопрос и два ответа, от одного и того же персонажа с ником Аватар Крома. Дата последнего комментария, июнь позапрошлого года.

Раз ты такой умный, мог бы и побольше написать, – мне надоело искать руны, взялся за название мира.

'Не просто игра – целое измерение. Этернис ждёт тебя!

Игрок попадает не в набор локаций, а в живой, многослойный мир со своей историей, законами и тайнами. Это не «ещё одна RPG», а погружение в иную реальность…'

Круто, конечно, даже поиграться захотелось, но не моё, я шутеры больше люблю.

Я ещё долго копался, перерыл десятки сайтов и форумом, в итоге решил, что неправильно ищу, и решил закругляться, глаза начали слипаться. Привычный к активности по ночам, я не имел опыта в работе днём, как оказалось, организм тоже имеет свой ресурс и в данный момент, он почти исчерпался. Я с грустью посмотрел на время, всего-то полночь, хотелось погонять зомбарей, а завтра надо было рано вставать.

Во мне боролось два Антона, первый, беззаботный прожигатель времени, подумаешь, проспал, всё равно на парах ничего интересного. Второй только начал вставать на ноги, и чёткий образ длинноногой красотки по имени Маша, не давал ему упасть обратно на задницу.

Второй победил, я сложил посуду в раковину, какое-то время раздумывал, затем всё-таки её перемыл. Зная свой характер, утром поленюсь или вообще просплю, посуда начнёт копиться – принял правильное решение. Почистил зубы и завалился спать.

Взрослая жизнь скучна, но вырисовывающиеся перспективы меня привлекали.

* * *

В пятницу вечером Маша ждала меня у калитки бабушкиного дома, в руке пакет, на личике приятная улыбка. Я вздохнул в предвкушении, хотелось её обнять и поцеловать.

А может всё-таки обнаглеть?

Я приблизился, намереваясь привлечь её к себе, очень надеялся, что руки в последний момент не откажут, ведь решительности у меня хватало. Но всё же проявил инициативу, поцелуй получился смазанным, девушка со смешком выскользнула из рук и побежала в дом. Мне ничего не оставалось делать, как последовать за ней.

Оказавшись внутри, я почувствовал себя увереннее, пошёл на кухню ставить чайник. Девушка положила свёрнутый пакет на стол и с удивлением уставилась на ноутбук, но ничего не сказала.

– Лимонад, или чай? – спросил я.

– Чай с травками, – я беззвучно хмыкнул, услышав про травки.

Мне сегодня за травками идти, – когда думал об этом несколько дней назад, казалось, легко справлюсь, а сейчас появились сомнения.

С комнаты донеслась знакомая музыка, реклама какого-то банка, Маша включила телевизор. Через несколько минут я поставил на стол небольшой поднос с двумя кружками чая и упаковкой овсяного печения.

– Ой, как вкусно пахнет, люблю такой чай, – девушка подарила мне улыбку.

– Обмоем мою первую зарплату, – произнёс я, усаживаясь напротив.

– Как-то ты не очень рад, – с улыбкой заметила девушка.

Я подозревал, что получают на ферме немного, но всё равно был неприятно разочарован. К концу смены ко мне подошёл дед Василий, попросил не спешить домой, загляни, говорит, к Елизавете, получи зарплату. Оставалось не больше получаса, так я всё это время изнывал от нетерпения. А когда оставалась пара минут, едва ли не вприпрыжку побежал. У кабинета выстроилась очередь из трёх человек: мужчина и две женщины, все со мной поздоровались, здесь так принято, так же как и разглядывать без стеснения. Впрочем, ждать пришлось недолго.

Елизавета Николаевна, которую я уже привык называть Лизкой, встретила меня с томной улыбкой. Её взгляд всё ещё приглашал меня починить замок или смазать щели. Я старался смотреть на неё нейтрально, уж не знаю, как получилось.

Она выдала мне тонкую стопочку разноцветных денежных знаков и попросила расписаться. Тысяча шестьсот пятьдесят рублей, то есть по пятьсот пятьдесят за день – подсобники здесь не жируют.

– Думал, будет немного больше, – признался я Маше, а та заговорила по-взрослому, примерно как мама.

– А ты смотри на это с другой стороны, у тебя есть крыша над головой, целый дом, – она обвела руками пространство. – За жильё платить не надо, не нужно проситься к родственникам или друзьям на постой. Нужно всего лишь платить за свет, газ и воду, даже с интернетом, выйдет немного. Так что для начала, совсем неплохо, ты же не собираешься всю жизнь работать подсобником?

Я замотал головой, этого я точно не хотел.

Умница Маша, разложила всё по полочкам, и жить стало проще, – я посмотрел на неё другими глазами.

– И потом, ты всегда можешь вернуться в город, – продолжила она. – Родители точно не выгонят.

Об этом я даже не задумывался, нет, принять-то примут, даже папа возмущаться не будет. А что потом, устраиваться в жилконтору и жить с родителями? Единственный плюс, получать буду раза в два больше. Нет уж, в свинарнике лучше.

Маша, видимо, прочла мои мысли по лицу, потому заметила.

– Ну вот видишь, всё не так плохо, – она улыбнулась и поднялась со стула.

Девушка подошла ко мне сзади, положила руки на плечи, я замер, чувствуя теплоту её тела, она прижалась ко мне и вдруг заплакала. Я не мог просто сидеть и ничего не делать, подскочил с места, обнял её.

– Что случилось? – в это момент, я был готов на любой геройский поступок, даже Вовандер с Сявой не страшны.

– Да ничего, – она попыталась отстраниться, я не отпустил. – Так, просто минутка слабости, иногда хочется почувствовать себя маленькой, чтобы заботились.

Мне хотелось говорить всякую дичь, типа я буду заботиться, только скажи, но я сдержал порыв, хоть и очень сожалел об этом.

– Знаешь, мои родители не просто за дедушкой присматривать отправили, они сплавили меня, я тут прописана, – Маша хлюпала носом, уперевшись личиком мне в грудь. – Это теперь мой дом, а городская квартира останется младшему братишке, так мачеха решила, а папа не может ей ничего сказать, он даже звонить перестал.

Я представил себя на месте Маши, и мне стало тоскливо, я прижал её к себе ещё крепче.

– Дедушка меня любит, он теперь единственный родственник, – она всхлипнула, я почувствовал, как намокла моя футболка, а на душе стало теплее. – Мне очень нужно это лекарство, понимаешь? – Маша подняла голову, уставившись мне в глаза.

– Да, понимаю, я же не против. Последний девственник готов тебе помочь! – я улыбнулся, хотя стрёмно было признаваться.

Девушка рассмеялась и начала вытирать личико платком.

– Я думала, Лизка тебя уже совратила, она такая, пока не получит, не отступит.

Вообще, я считал Машу своей девушкой, потому её откровение мне не понравилось.

– Она старая и ей без разницы с кем, – ответил я.

– Насчёт старой, ты преувеличил, а со вторым утверждением согласится вся деревня… Не было и хорошо, значит, ты сильнее Пашки, он не устоял.

Я вспомнил про мысли, когда держал Елизавету за ягодицу, сомневаюсь, что смог бы устоять, будь мы в подходящем для уединения месте. Улыбнулся. Маша, похоже, поняла ход моих мыслей, потому что изобразила нарочито серьёзное лицо.

– А что в пакете? – я кивнул на стол.

Девушка, к моему великому сожалению, отстранилась, подошла к столу.

– Пирожки с картошкой любишь? – я кивнул. – А с луком и яйцом?

– Всё люблю, главное, чтобы не сладкие.

Девушка выложила пакет с печёностями, затем достала фонарь и небольшой туристический топорик. Я смотрел на это с недоумением.

Фонарь понятно, но зачем топор, дрова рубить?

– На всякий случай, мало ли! Вдруг лиса бешеная попадётся, или барсук какой-нибудь, злой, будет чем отбиться. Ружья у меня нет, так что от волков и медведей лучше беги.

– В лесу есть дикие звери? – для меня это было сюрпризом, неприятным.

– Конечно, есть! Лютой зимой волки в деревню приходят, подкармливаться, поэтому почти у каждого в хозяйстве есть двустволка… Я петарды прихватила, они отпугнут, – успокоила меня Маша.

Надо ли говорить, что прогулка в лес перестала быть привлекательной. Девушка поняла, что я колеблюсь, потому добавила:

– Никто на тебя не нападёт, и по ночам не шарахаются, за редким исключением, ты же сову не боишься?

Я представил как бегаю зайцем по лесу, картинка не вдохновляла.

– Нет, это же птица… Ладно, давай свои пирожки, пойду травку искать, – мне не понравилось выглядеть трусом, решил форсировать события.

– Не спеши, герой, в лес нужно ночью идти, облаков пока нет, так что будет проще, луна дорогу покажет. Провожать тебя не буду, мне за дедушкой присматривать нужно… Про дорогу понял? – я кивнул, чего уж непонятного, если что в телефон загляну.

Девушка обняла меня, обхватив за шею, и впилась мне в губы горячим поцелуем. Всё как в прошлый раз, я так долго ждал этого момента. Прижал её к себе за талию, руки сами по себе поползли ниже, обхватили мягкие девичьи булочки. Маша не противилась этому, даже напротив, выгнулась вроде кошки, прижавшись ко мне полной грудью.

Кровь пульсировала, отдаваясь в голове приятной болью, мне казалось, я задохнусь от возбуждения, и в этот момент, Маша отстранилась. Я потянулся к ней вновь. А она погрозила пальчиком.

– Нет, кобель, а вдруг легенда не врёт, и нужен девственник⁈ И тогда плакали наши лунные слёзы, – поняв, что сказала, девушка хихикнула и облизала губы. – Сладко целуешься…

– Так, может, продолжим? Просто поцелуи…

– Нет, Антон, так не бывает, мы не дети, поцелуи заканчиваются постелью. Я завтра приду, вечером, надеюсь, к тому времени ты вернёшься. Удачи тебе, мужчина!

Последнее слово она произнесла по-особому, тепло и с чувством. Маша уже ушла, а я всё смаковал сказанное ей слово, стоя перед зеркалом, это занятие помогло унять возбуждения. Такого у меня ещё не было, как же хотелось продолжения. Даже если не получится довести дело до конца в первый раз, ничего страшного, так даже лучше. Я буду пытаться ещё, до тех пор, пока не добьюсь своего.