Текст книги "Рунный Страж (СИ)"

Автор книги: Ринат Тактарин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)

– Антон⁈ Что-то срочное? – в тоне подозрения столько, хоть выжимай, как половую тряпку. На фоне его голоса что-то звенело, жужжало и громко стукало.

– Да пап, я на работу устроился в свинарник, боюсь об этом маме говорить, может соврать? – выпалил как мог быстро.

– Чего-чего, какой ещё свинарник? Это прикол? – на этом фоне что-то грохнуло с такой силой, что я решил, там авария какая. – Петрович, сука! Смотри, куда рулишь, заготовку *** помял! Сейчас перезвоню, сын, – папа отключился.

Я положил телефон на стол, забрался в настройки сети, у бабушки интернета с вайфаем в помине не было. Зато у меня имелся мобильный трафик, тариф не особо дорогой, но кое на какую мелочёвку хватало. Видосики посмотреть, музыку скачать, на это хватало, даже свободные гигабайты оставались, я их всё из месяца в месяц переносил в страхе, что родители сменят мне тариф, вот и накопил малость. На закачку любимой игрушки хватит, а там что-нибудь придумается.

Я успел настроить смартфон на раздачу, подключил ноут к интернету, и тут позвонила мама.

– Алло!

– Антон? Привет, сын, рассказывай, как спалось? Это же свежий воздух, лес рядом, речка, я тебе немного завидую.

– Привет мам, хорошо спалось…

– Так, я не поняла, что с голосом? Что случилось?

Блин, так и знал, чувствует она меня.

– Да хорошо всё, мам, – запикали гудки входящего вызова, скорее всего, папа. – Что ты сразу нападаешь? Я сегодня в полседьмого встал на работу, сейчас пришёл на обед, – в трубке повисла тишина, будто связь оборвалась. – Алло, мам?

– Я здесь, Антон, информацию перевариваю. Суток даже не прошло, а ты работу нашёл, в деревне⁈

– А что, думаешь, тут работы нет?

– Нет, Антон, что ты, знаю, что работы хватает. Лишь бы шея была, а хомут найдётся. – Вопрос в другом Антон, парень ты молодой, бестолковый, уж извини, я мать, мне можно так говорить. Сколько тебе предложили? Оплата какая, сын⁈

Этот вопрос, я даже не обдумывал, причём во всех смыслах, Борькин говорил что-то про пятницу, а я даже не спросил, сколько платят. Блин, надо было сначала с папой поговорить, а что, это идея!

– Мам, мне бежать пора, не хочется в первый же день с обеда опоздать, вечером поговорим…

– Погоди! Так сколько обещали?

– Всё мам, пока, вечером! – я завершил звонок.

Фух, она точно не перезвонит до вечера, с папой уже проверено, – я посмотрел на экран ноутбука, количество делений приёма сети, оставляло желать лучшего. – Ну ничего, к вечеру закачает.

Я метнулся на кухню, открыл холодильник, там стояла кастрюля с лапшой и то, что мы закупили вчера в деревенском магазине. Колбаса, хлеб и майонез, вот что меня интересовало, кетчуп не сейчас, может быть вечером с жареной колбасой. Я потёр в предвкушении грязные ладони, и всё же пошёл к мойке, всплыл образ мамы с гигиеной.

Обратил внимание на кухонный стол, там было чисто. А в раковине почему-то аккуратной стопочкой стояли чистые тарелки, поверх вилки и нож.

Хотя я чётко помнил, как Маша ставила грязную посуду, она в тот момент красиво изогнулась. Я машинально вытащил посуду и в задумчивости стал мыть руки. Опять зазвонил телефон.

Это точно не мама, может папа. Минутку подождёт.

По-быстрому сделав себе царский бутер, я вернулся в комнату, откусил большой кусок и глянул на экран смартфона. Последним звонил папа, решил перезвонить.

– Алло, пап, я не знаю, что говорить маме. Сказал, что устроился на работу.

Я пересказал родителю разговор с мамой, ничего не утаил. Что мне нравилось в общении с папой – простота. Но поговорить вот так, получалось нечасто, да, в общем-то, подобное общение произошло всего один раз, с выбором профессии разбирались. Отец сам подошёл и разложил мне всё по полочкам, без мамы.

«Образования у тебя нет, в колледж смысла идти тоже не вижу», – сказал тогда папа. «Ты лентяй, Антон, трудно тебя с места сдвинуть, может просто мотивация не та. Поработай пока на самой простой должности, а там уже сам решишь». В тот раз мама решила отправить меня на дворника, не грузчиком же сыну идти, у него спина слабая.

– Значит так, сын, – начал папа. – Ситуация простая, врать не нужно, но ты можешь сказать часть правды. А когда мама начнёт наседать, говори про самостоятельность. Хочу, дескать, попробовать сам. Не бей мне по рукам, мама. Придумаешь, что сказать?

– Да, пап, придумаю. Спасибо!

– Не за что, сын. Ещё раз говорю, ситуация простая, а я уж тут со своей стороны поддержу, словечко веское вставлю.

Тепло попрощавшись с отцом, я какое-то время сидел, переваривая информацию. А затем опомнился, нужно, доесть бутер и бежать на ферму.

Глава 7

Странное дело, ещё вчера, я бы доел бутер, а потом сделал бы ещё один уже с кетчупом, запил это дело сладкой колой, и завалился на диван отдохнуть. И это независимо от того работал я или нет, школа для меня тоже была работой. А сегодня, я запихал несчастный бутер в рот и уже бежал в свинарник. Запоздало вспомнил про раздачу, игрушка без телефона не закачается, но здесь уже ничего не поделаешь, не возвращаться же теперь.

Свиньи никуда не делись, как и лопата с тележкой. По загону ходил рыжий мужичок в бейсболке и тельняшке, что-то там делал у кормушек. Я укатил за опилками, а когда вернулся, подошёл ко мне с вопросом.

– Ты, что ли, вместо Пашки? – я пожал плечами. – Валёк я, комбикорм разношу, – он протянул руку, она была грязной, но я всё равно её пожал. – Пашка мне тыщу должен, не знаешь, придёт сегодня? – я подумал, что второй раз пожимать плечами будет тупо, потому предложил.

– Позвони и спроси, – для меня всё выглядело просто.

– А-а, умный нашёлся, а как же излучение? У меня нет телефона, и не было никогда! – с гордостью заявил он. – Это вы все под лучами жаритесь, а у меня вот! – Валёк снял бейсболку, показав мне блеснувшую серебром внутреннюю часть кепки.

– Это что, фольга? – спросил я, хотя уже и сам понял.

– Сам ты фольга, деревня! – он приблизился, пахнуло ядрёной смесью чеснока и чего-то ещё. – Это чистое серебро, нетехническое! – зачем-то уточнил он. – Да я за эту подложку три тыщи отдал, ювелиру! – для значимости Валёк потыкал пальцем воздух, опять завоняло чесноком. К нам подошёл свин и хрюкнул, глядя на Валька, словно подтверждая его слова.

Я отстранился, а тот приблизился вновь, у меня блямкнул телефон и Валёк отпрыгнул словно от прокажённого, при этом судорожно напяливал кепку.

– Излучение! Поражение мозга, – заорал он и убежал.

Странные здесь люди работают. Борькин про любителя свиней рассказывал, – я скривился, жалея, что вспомнил. И этот тоже, с шапочкой из фольги, их же одним словом называют, забыл каким, – размышляя, я высыпал опилки и принялся раскидывать кучу, ровным красивым слоем.

Свиньи хрюкали своё, я работал. Когда вернулся с очередной партией опилок, мимо проходил дед Василий.

– Слышь, Антошка, а ты этого, фольганутого не видал? – он очертил круглый контур над своей головой.

– Туда побежал, – я кивнул в другой конец свинарника.

Дед кивнул, сделал пару шагов в том направлении, затем остановился.

– А у тебя телефон, случаем, не звонил, пока он рядом был?

– Сообщение пришло, да, – я пока не понимал, к чему ведёт дед.

– А-а, ну тогда всё, домой побежал, серебряной водой обливаться, – дед Василий смачно плюнул под ноги, буркнул что-то матерное и пошёл в другую сторону.

Я проводил его взглядом.

– Ты это, Антошка, скорость малость сбавь. Загонишь себя быстрее, а зарплата больше не станет, – озадачил напоследок дед Василий.

Я перестал понимать принцип рабочего процесса, вернее, забуксовал. Разве не нужно сделать больше? А как же принципы капитализма? Прибыль, плюс сверхприбыль! – что-то со школы я всё-таки помню.

Перестав забивать себе голову, я поехал за опилками, а когда вернулся, решил не спешить разгружаться. Вспомнил про сообщение по мессенджеру. Это оказался Колёк, наверное, соскучился.

Антуан:

*Йо, бездельник, как делишки?

Долго ждать не пришлось Колёк явно зависал в соцсетях: сторис листал, в тиктоке залипал, может, ещё в какой‑нибудь онлайн‑игре респавнился.

Колёк:

*Норм, бро, ты чё завис, как лагающий сервер? Деревню там заценил?

Антуан:

*Типа того. Прикинь, тут на работу устроился! Инженер по общим вопросам. А ещё тут реально кайф: речка, воздух, птички поют полный релакс, короч.

Колёк:

*Стоп, что? Инженер? Звучит как «мастер на все руки», но в дипломе. Ты там точно не клубнику собираешь в VR‑симуляторе? Или это новый тренд агро‑стажировки?

Антуан:

*Да не, всё по чесноку! Вчера даже ресурс с соседкой добывали, молоко называется. А ты знал, что молочные пакеты не в маркетплейсе растут, а в коровьей облачной инфраструктуре? – не удержался, чтобы не постебаться.

Колёк:

*О‑О‑О! Ты что, реально офлайн‑лайф запустил? И как уровень, прокачался? А больно было переходить с онлайна на натуральное хозяйство? Ха‑ха!

Антуан:

*Ой, всё, Колёк, иди в бан! У меня перерыв закончился, надо корову в CRM занести.

Я не успел убрать телефон – прилетел ответ, точнее, целый шквал вопросов.

Колёк:

*Она что, не из нулевых? Хотя так даже круче – опытная, мудрая, с историей! Она сильно большая? Килограмм сто? Или это ты от волнения так преувеличиваешь? А твоя мама говорила, у тебя спина больная – колись, сколько раз ты эту «базу данных» переносил? Я же теперь работать не смогу, буду ржать весь день – меня уволят из‑за тебя!

Вот придурок! А я думал, их потом познакомить… Килограмм сто, с историей… Нет, обломается Колёк, моя Маша, – так волнительно было называть девушку своей, я даже оглянулся, но вокруг были только свиньи, и мыслей они не читали.

По моим не очень опытным прикидкам нужно привести тележек пятнадцать, может, семнадцать и должно было хватить, я взялся грузить и возить. Не знаю, что повлияло на мою сегодняшнюю работоспособность, и вообще, в целом, мне больше отдыхать нравится. Может свобода, или утренний заряд, в виде поцелуя красавицы? Наверное, всё вместе.

Я закончил с первым загоном за час до конца смены. Это дед Василий сказал, глядя на меня при этом, как наш препод по физкультуре, когда я даже полраза подтянуться не смог.

– Тебе бы, Антошка отдохнуть надо было, часик другой, – он закурил и осмотрел моё поле боя. – Думай, парень, взрослей. Я уже говорил, больше тебе всё равно не заплатят, – сказал, выпустил облако сизого дыма, покашлял и ушёл.

Вот что значит, взрослей? Усы с бородой, я отрастить не могу, а, наверное, круто смотрелось бы, – я представил, как бы на это отреагировала Маша и рассмеялся.

– Хрю-юх, – в сапог ткнулась свинская морда, заставив меня отшатнуться.

А свин не отставал, пошёл вслед, да так напористо, аж пасть разевал. Во мне опять проснулся страх.

Блин, нормально же весь день было, они ко мне не подходили. Почему опять, может есть хочет? – я ткнул пальцем в сторону кормушки.

– Туда иди, там ням-ням… фас, кыш! – за это, свин опять боднул пятаком.

А потом я вспомнил слова Пашки и взялся за лопату. Никогда не бил животных, но ведь это свинья, и она ко мне пристаёт. Я ударил широкой частью лопаты по жирному боку, несильно, можно сказать, погладил. А та, как завизжит, будто я пенделя с размахом отвесил, и поскакала в сторону противоположного ограждения. Визг подхватили ближайшие свиньи и поступили точно так же.

В итоге мне стало стыдно за содеянное, я предпочёл перебраться через ограждение и постоять там.

Это хорошо, что свиней в загоне мало, могли бы и напасть, – трусливо подумал я.

На визг прибежал Валёк и принялся озираться, словно кого-то выискивал.

– Пашка не появлялся? – я помотал головой. – А чего они тогда боятся? – фольганутый смотрел на меня с вызовом.

А я не знал, что ответить. Сказать правду, что я стукнул свинью, а вдруг он агриться начнёт? Дед Василий о Вальке не очень высокого мнения, а значит, и напасть может.

– Ты тоже, что ли, свиней бьёшь?

– А-а Фалёк… тьфу, прости Господи Валёк! Ты где шлялся? – из-за моей спины появился дед Василий. – Тут молодняк, понимаешь, некормленый, а он шлёндается где-то? – старик пошёл в наступление.

– Ничего не шлёндался, – Валёк и не думал обороняться, а наоборот двинул в контратаку. – Я литературу для нового работника хотел принести, по уходу за поросятами!

– И где она? – дед уставился на Валька недоверчивым взглядом.

– Не нашёл, дядь Вась, вечерком отрою, бабка видать барахло перекладывала, вот и захавала куда-то.

Моё внимание привлёк новый персонаж – женщина немного помладше мамы.

– Антон⁈ – скорее было утверждение, я на автомате кивнул. – Меня Елизавета зовут, Николаевна, она коротко улыбнулась, окинув меня взглядом с ног до головы, чуть задержавшись на лице, будто пытаясь прочесть мои мысли. – Пойдём, мне тебя по бумагам нужно оформить.

Мне ничего не оставалось сделать, кроме как подчиниться. Пошёл за Елизаветой, невольно рассматривая женщину сзади. Приталенный халат опускался чуть ниже колен, мягко облегая фигуру; на ногах резиновые сапожки синего цвета, чуть блестящие от мелких капель воды. Она не была полной, но и худышкой не назовёшь, в движениях чувствовалась спокойная, уверенная сила, особенно заметная в том, как плавно покачивались бёдра. Я, наверное, покраснел, потому что мне нравилось смотреть на зад Елизаветы Николаевны. Половинки двигались красиво, словно манили, задавая какой‑то свой, едва уловимый ритм.

– Аккуратнее с порогом, Антон, – сквозь мысли прорвался её голос.

– А? – сапог зацепился за препятствие, и я полетел мордой вперёд, инстинктивно успев выставить руки перед собой, чтобы смягчить падение. Воздух на мгновение вышибло из лёгких, а в ушах зазвенело от внезапного испуга.

– Ну вот, внимательнее нужно быть, – со смешком произнесла Елизавета. – Не ушибся?

Я поднялся, отряхивая руки, не больно и даже не обидно, скорее смешно, я улыбнулся, а Елизавета Николаевна улыбнулась в ответ.

– Ты, Лизка, поменьше кормой крути, и тогда парни падать не будут, – бросил предложение дед Василий, проходя мимо.

Она на это расхохоталась, да заливисто так, и пошла себе в сторону конторы, а мне вдруг стало стыдно. Поозиравшись, я последовал за ней.

Вопреки местонахождению рабочего места Елизаветы Николаевны, в её кабинете не воняло свиньями. Пахло духами, или каким-то другим парфюмом, приятно пахло, мне даже неудобно стало, почувствовал себя куском земли на белом кафеле.

– Не стесняйся Антон, присаживайся, – Елизавета в очередной раз улыбнулась, указывая на стул.

У меня возникло странное чувство, сравнил хозяйку кабинета с моей Машей и почему-то не заметил разницы. Нет, они, конечно же отличались, Маша стройная и русоволосая. А Елизавета Николаевна – брюнетка, лет на десять постарше, наверное, я в этом не сильно разбирался, и фигура поплотнее. Особенно бёдра привлекали, если учесть талию, фигура сильно напоминала гитару.

А сходство в том, что я чувствую себя рядом с ними одинаково и не могу понять почему. Может, смотрят одинаково? Или родственницы⁈

Хозяйка кабинета принялась перебирать бумаги, а я выискивал семейное сходство. Цвет волос не сходился, форма лица тоже, у Елизаветы круглее, я посмотрел на грудь, она как раз наклонилась над столом, и быстро отвёл глаза.

Я пришёл к выводу, что похожи они только ямочками на щеках. У Маши они поменьше, наверное, потому, что лицо худее.

И зачем я вообще об этом думаю? – задавшись вопросом, я глянул в окно, тонкая тюль не мешала обзору.

Отсюда открывался вид на ворота в свинарник, мимо них я и сновал весь день. Внимание привлёк фольганутый Валёк, странный тип, стоял у левой воротины и не сводил взгляда с окна. Мне показалось, что он смотрит прямо на меня, хотя понимал, что разглядеть что-то сквозь тюль в глубине помещения непросто, нужно подойти вплотную.

– Итак, Фамилия, Имя, Отчество, год рождения, – отвлекла меня Елизавета. – Может у тебя паспорт с собой? – я помотал головой.

Паспорт остался дома, в городе, не думал я в тот момент, что жизнь так круто повернётся.

– А ты надолго к нам? – как бы невзначай поинтересовалась хозяйка кабинета.

Я не знал ответа на этот вопрос, получилось как-то быстро, если говорить маминым языком, спонтанно. Но ответить что-то нужно, потому я пожал плечами и сказал.

– Пока на лето, а там посмотрим, я только школу закончил, – Елизавета понятливо кивнула.

– А ты руками что-нибудь умеешь делать? Ну, у вас же в школе уроки труда были? Научили чему-то? – она захлопала глазками. – Я знаю, что вас, мальчиков, всякому по дому учат, гвоздь забить, дверь поправить, – она сделала паузу, подбирая нужные слова. – Я одна живу, в мужских делах ничего не понимаю, а дверной замок заедает. Вот я и подумала, может, ты умеешь? – Елизавета посмотрела таким взглядом, будто я единственный, кто мог помочь.

И, разумеется, мне захотелось это сделать, вот только не знал, получится ли. Я пару раз помогал папе по дому, в прошлом году мы перестилали линолеум. Моя задача состояла в том, чтобы занести рулон и помочь подвинуть мебель. Всё остальное делал папа, а Дашка резала плинтуса. Во второй раз, уже в этом году, стоял рядом с папой, когда он смазывал замки и петли на входной двери.

– Инструмент у меня есть, – пришла на помощь Елизавета.

Я уже открыл рот, чтобы согласиться, но дверь открылась, вошёл дед Василий, а вместе с ним дымное облако.

– Ну что, закончили? – он посмотрел на меня, глаза почему-то сузились, перевёл взгляд на Елизавету Николаевну. – Лизка, опять ты свою пластинку завела⁈ Ну-ка выйди Антошка, на минутку, – я подчинился, вслед за мной вылетела недокуренная сигарета.

Дверь была закрыта, но я всё равно слышал почти всё. Про несмазанные щели и скрипучие кровати, несчастного Валька, Пашку и ещё каких-то людей. Под конец разговора дед потребовал от молчащей Елизаветы не разводить в его свинарнике ***во, а если очень хочется, можно сходить на конюшню, конюхи завсегда такому рады.

Мне стало неудобно, ведь я причина криков деда, а тот вышел из кабинета и просто махнул рукой, дескать, заходи. Помявшись с минутку, я решился, Елизавета Николаевна, несмотря на полученную отповедь, совершенно не изменилась в лице. Всё та же улыбка пододвинула ко мне бланк договора.

– Не обращай внимания, Антон, у дяди Васи плохое настроение. Вот, прочти и подпиши, – я взялся за ручку, а хозяйка кабинета, видимо, решила пододвинуть её поближе.

Наши руки соприкоснулись, я почувствовал мягкость ладони, женщина ойкнула, подарив мне неловкую улыбку.

– Я на Озёрной живу, большой дом с васильковой крышей, – она почему-то растянула слово большой.

– Угу, – ответил я и почесал затылок.

Через несколько минут я заключил первый в своей жизни трудовой договор и в целом был доволен. Это же я сам сделал, без мамы, правда, про зарплату опять спросить забыл, но это ничего, я не тороплюсь, потом узнаю.

– Чего так долго? – недовольным голосом поинтересовался Валёк, когда я приблизился к воротам.

Мне не понравилось, как он сжал кулаки, будто драться со мной собрался. На всякий случай обошёл раскрасневшегося парня стороной и ничего не ответил. Я уже догадался, что у него с Елизаветой что-то было или есть, не знаю. Но к моему облегчению Валёк не стал продолжать расспросы.

Рабочий день закончился, и я со счастливой улыбкой поспешил на выход. У выхода со свинарника меня ждала Маша.

– Как день прошёл? – девушка выглядела уставшей, в руках пакет, на лице улыбка.

Я пожал плечами.

– Это первый рабочий день. Вроде неплохо, – взгляд девушки метнулся мне за спину, я обернулся.

Этот был тот же Валёк с ещё более недовольной мордой.

– Одним всё, другим ничего, – обиженно буркнул тот, плюнув под ноги, и шустро заковылял по дороге.

– О чём это он? – поинтересовалась Маша.

– Мы с ним про фольгу разговаривали. Вообще, он странный, как бы по голове сзади не стукнул, – я почесал затылок, а девушка захихикала.

– Не рассказывай мне про фольганутого, я его с детства знаю. Пошли уже, есть хочется.

Бывают такие моменты, когда не замечаешь течения времени, примерно как сейчас. Показалось, что я только пару раз глянул на Машу, а мы уже добрались до бабушкиного дома.

– Я деда кормить, позднее заскочу, – пролепетала Маша и побежала к себе. – Чаю завари, я с травками люблю, – бросила она на ходу.

Я хотел спросить, как их заваривать, травки, но решил не смешить, если что в интернете почитаю.

Ввалившись в прихожую, я скинул сапоги и тут же завоняло грязными ногами, вспомнил, что в обед я их не снимал.

Блин, что же делать? Весь дом так провоняет.

В итоге я догадался порыться в сенях, нашёл тазик и набрал тёплой воды из-под крана. Когда помыл ноги, вспомнил, что остальное тело тоже не совсем чистое. Я же день в свинарнике отработал, пока не принюхался, не обращал внимания. А сейчас казалось, что воняю, как кусок навоза.

Вздохнув, глянул на ждущий игровых совершений ноутбук и отправился в сени. С моей стороны было ошибкой не разведать бабушкины владения, уже бы знал, что да как в бане, погуглил бы чего там делать, для нагрева воды.

Небольшое строение находилось чуть дальше памятного сарая, невысокий бревенчатый домик. Настолько старый, что казалось, вот-вот развалится, но это была только видимость. Изнутри санузел выглядел намного приличнее, отделано вагонкой, на полу линолеум, отдельная душевая с нагревательным бочком.

Включил свет и обрадовался, здесь имелись все блага, кроме унитаза, это я как-нибудь переживу. Включил котёл, подождал пока нагреется вода, а затем с большим удовольствием помылся, даже ссадины не помешали. Единственное неудобство, пришлось надевать грязное бельё.

Может маме позвонить, чтобы привезли? – размышлял я, надевая кроссовки на босую ногу. – И что будет дальше? Мама, естественно, решит приехать, заодно и сыночку проверить, но не сегодня и не завтра. Наверное, на выходные. А мне это зачем? Лишний повод забрать меня домой… Не хочу… Блин, мне же ей позвонить нужно и желательно до прихода Маши.

Я засобирался в дом с удвоенной скоростью, во дворе опять гуляла та собака, увидев меня, приветливо завиляла хвостом.

– Не до тебя сейчас, – отмахнулся я, пробегая мимо.