Текст книги "Книга откровений. По следам Одолень-травы"

Автор книги: Рим Ахмедов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 28 страниц)

И я сдался. Перед глазами во всех драматических красках живо предстала вся картина. Попросил его прийти часа через два. Сразу начал хвататься за травы, соображая, что дать в первую очередь. Сильные боли, спазмы, кровотечение... Можно, конечно, ограничиться, самым малым – допустим, для начала водяным перцем. Он быстро избавляет от боли, на себе испытано. Так же быстро останавливает кровотечение. Но входящий в состав травы сесквитерпеновый альдегид, обладающий противоопухолевым действием, проявит себя не скоро. Одного водяного перца мало. Это как от головной боли анальгин предложить – даст кратковременное облегчение, а может, и вовсе не даст. Нет, здесь каждая минута дорога. Раковые клетки, в отличие от нормальных, растут быстро, в геометрической прогрессии. У меня даже мысли не возникало об излечении матери Рушана. Большим достижением для себя я посчитал бы добиться временного облегчения, когда больная смогла бы встать с кушетки, набраться сил, чтобы проехать триста километров до родной деревни. А для этого одной травинки мало. Надо составить полный комплекс. Причём, ударный.

Подумав, пришёл к выводу, что болиголов в данном случае будет слабоват. Будь что будет, решил назначить настойку из цветущих верхушек борца высокого. И принимать не один, а три раза в день, начиная с одной капли утром, днём и вечером, доведя до десяти и в дальнейшем не сбавлять. Сосновый мёд с цветками сосны употреблять по чайной ложке так же три раза в день. Через полчаса – настой листьев чёрной ольхи, заваривая одну столовую ложку в стакане кипятка. Пить по трети стакана с чайной ложкой желудочного бальзама. В его состав вошли 100 мл настойки почек чёрного тополя, 100 мл настойки кровохлебки, 100 мл настойки корней сабельника, 100 мл настойки травы водяного перца, 50 мл корня молочая прутьевидного, 30 мл настойки белены, 20 мл настойки цветков конопли. После еды (хотя бы условно, по времени) выпить настой травы чернобыльника с половиной чайной ложки настойки травы будры. Вечером, а можно и в любое время, когда захочется, пить чай из цветков калины с чайной ложечкой мёда.

Рушан не ожидал увидеть такое количество лекарств. «У меня, наверное, денег не хватит на всё», – растерянно пробормотал он и достал из кармана две зелёные купюры по сто долларов. В те годы только они считались надёжными деньгами. «У тебя много таких зелёненьких?» – поинтересовался я, вспомнив красочные телевизионные картинки с роскошным дворцом первого президента Туркмении, объявившего себя Туркмен-баши, то есть отцом нации, и поставленный в его честь золотой памятник. Щедрой позолотой сияло всё, что находилось на площади перед дворцом, – отделка фонтанов, скамейки, ажурные светильники и все остальные, по-восточному витиеватые, украшения на карнизах дворца, вплоть до крыши. «У меня это всё, что осталось после поездки, – покраснел Рушан, протягивая мне доллары. – Я знаю, этого мало, но я потом расплачусь с вами полностью, поверьте! Никого в жизни не обманывал». Глядя на него (у нас некоторые бомжи приличней выглядят), я отказался от денег. Спросил: «А сейчас на что живёшь?» Он, с трудом преодолевая врождённую гордость, ещё не привыкший к плохо надетой маске самоуничижения (её теперь вынужденно придётся носить в чужом, неприветливом мире, где нет ни одного близкого человека, которому можно довериться и раскрыть перед ним душу), неохотно, сбивчиво рассказал, что у него осталось от размена долларов немного российских денег, поэтому приходится беречь каждый рубль, ведь впереди неизвестность, пустота. Спит он в коридоре, сидя на полу, положив голову на край кушетки в ногах у матери. Вернее, почти не спит, карауля каждый её приступ, подавая ей воду смочить губы. Она стонет тихо, опасаясь нарушить ночную тишину, а в минуты забытья и ему иногда удаётся вздремнуть. Санитарки тайком приносят больничную еду. Мать уже пятый день ничего не ест, лишь иногда выпьет несколько глотков фруктового сока, но желудок и его отторгает. А он привык и к пустому супу, и к сваренной на воде жидкой каше. Налегает на завернутые в бумажную салфетку ломтики хлеба из больничной столовой. Врачи уже не гонят, проходят мимо, как бы не замечая их. Выжидают, чем всё это закончится.

Я объяснил Рушану порядок приёма лекарств. Даже если вырвет, дать лекарство снова. Настойчиво, хотя бы что-то должно попасть в желудок. Сказал, что через несколько дней кровотечение прекратится, мать начнёт понемножку есть. Конечно, не больничную кашу, а надо купить ей для начала баночки с детским питанием. Я заранее припас два десятка таких баночек с фруктовыми пюре, с кашами, с протертыми овощами. Дал ему вместе с лекарствами. Заодно подарил «Одолень-траву» с автографом.

Через несколько дней Рушан примчался сияющий. Сообщил, что в самом деле матери стало лучше, кровотечения прекратились, а вчера смогла съесть две баночки с овощами и кашей. Лекарства принимает послушно. Иногда приходится повторять несколько раз, не всегда и не всё желудок может освоить, но вроде бы начинает привыкать. Не протестует, особенно когда временно утихают боли. Я тоже испытывал удовлетворение. Стало быть, не ошибся при подборе лекарств. Прежде всего с борцом высоким. Внутрь я назначал его очень редко, с опаской. По сумме ядовитых алкалоидов он раз в десять сильнее настойки болиголова. Особенно ядовиты корни и стебли при созревании семян. Меньше всего яда в цветках. Так что применение цветущих верхушек в минимальных дозах вполне допустимо и моя настойка никакого вреда организму не причинит, даже при длительном пользовании. О водяном перце я уже говорил. Как болеутоляющее, кровоостанавливающее средство он незаменим при многих женских заболеваниях, хотя немалую ценность представляет и для желудка с кишечником. О сабельнике много будет сказано впереди, особенно в главе о лечении суставов, но в последнее время подтвердилась его огромная польза при раке желудка. К основному комплексу в первые же дни я добавил бальзам «Нежность». В него вошли 250 мл настойки синюхи, 200 мл настойки мелиссы и 50 мл валерианы. Количество синюхи я увеличил не только ради его успокаивающего действия, но и дополнительно как средство для лечения рака желудка. Оказывается, синюха тоже способна подавлять рост опухоли.

Рушан с матерью прожили в больничном коридоре больше месяца. Привезли больного мужчину из Аскинского района, и водителя, собравшегося в обратный путь, уговорили бесплатно прихватить с собой непрошеных туркменских постояльцев. Мне пришлось в срочном порядке приготовить сразу три месячных лечебных курса про запас. Неизменной оставил настойку борца. Отдал все дожившие до весны остатки соснового мёда с цветками сосны. Набралось его почти полтора литра. В первом курсе назначил до еды настой цветущей травы вероники лекарственной с бальзамом прежнего состава, после еды – настой травы хвоща, опасаясь метастазы в печень. Не забыл о бальзаме «Нежность». Во второй курс вошли до еды зверобойное масло, настой травы очитка пурпурного с моим лечебным противоопухолевым бальзамом для желудка: 150 мл настойки дурнишника, 100 мл настойки марьиного корня, 100 мл настойки календулы, 100 мл настойки хмеля, 50 мл настойки молочая прутьевидного, 50 мл настойки белены. После еды – настой травы чистотела с чайной ложкой сока чистотела, три раза в день. В промежутках между приёмами пищи пользоваться отваром из семени льна. Если возникнет необходимость в слабительном – отваривать в стакане воды столовую ложку ягод жостера. Здесь из новых включений было зверобойное масло. Цветущими верхушками зверобоя я заполнял рыхло, до горлышка, стеклянную банку, заливал качественным, изготовленным в пос. Чишмы нерафинированным душистым подсолнечным маслом и настаивал не меньше сорока дней, иногда месяца два или три, забывая про него. Получалось ценнейшее лекарство красного цвета, применяемое и внутрь и наружно, незаменимое при ожогах, желудочных заболеваниях, в том числе при раке. Я назвал его «Первенцем», потому что он готовился из одного зверобоя. Позже, при более удобном случае, я расскажу о других своих травяных маслах.

Что касается чистотела, он известен издревле как лекарство от многих болезней, в том числе и от рака. Не надо только забывать про его ядовитость, известны смертельные случаи при отравлении завышенными дозами. Я посоветовал заваривать в стакане кипятка одну чайную ложку травы, через час процедить и давать матери по трети стакана, вливая в него заспиртованный сок. Я несколько переиначил привычный рецепт, решил применить одновременно и настой травы, и спиртовую вытяжку из неё, так как некоторые полезные вещества нерастворимы в спирте и извлечь их можно только водой, а другие, наоборот, извлекаются только спиртом. В итоге получаешь более полноценное лекарство. А чёрные сочные ягоды жостера осенью я собираю с кустов крушины слабительной (не путать с крушиной ломкой, у которой берут только кору). Научил Рушана готовить лекарство из подорожника. Собрав рано утром в чистом месте умытые росой листья, слоями складывать в банке вместе с сахаром. Слой листьев на толщину пальца, сверху такой же слой сахарного песка, снова листья и опять сахар. Когда банка наполнится, последним должен быть слой сахара, полностью закрывающий листья подорожника. Настаивать до тех пор, пока не растворится весь сахар, образуя прозрачный зеленоватый сок. Принимать его надо по столовой ложке три раза в день. Когда зацветут бузина, калина – высушить цветы и заваривать из них чай. В сельской местности Рушан может сам заготовить многие лекарства. А я дам ему всё остальное, самое необходимое, и научу правильно составлять комплексы, чтобы не валить в одну кучу все противоопухолевые травы: и горячие, и холодные.

Дорога до Уфы не близкая. Автобус ходит каждый день, но Рушану о нём и мечтать не приходится. Билеты такие дорогие, что на деньги только от одной поездки он может полмесяца прожить. И всё-таки в середине лета он ухитрился приехать на попутных машинах, пересаживаясь с одной на другую, иногда пешком от одной деревни до другой.

Ко мне он явился за очередными лечебными комплексами. Из тех, что он увозил с собой, два курса закончились, перешли к третьему. Неизвестно, когда ещё удастся ему приехать, не помешало бы иметь запас. Живут они с матерью у одинокой старушки, она предоставила им половину избы. От своего родного дома и следа не осталось, растащили по брёвнышку. В сельской администрации Рушану выделили пустующий, заброшенный дом с заколоченными окнами. Работы в нём непочатый край. Надо заново сложить печку, перестелить полы, заменив подгнившие доски, подлатать крышу, вставить в окна стёкла. На жизнь мелочами подрабатывает: кому изгородь поправит, кому колодец почистит. Платят картошкой, хлебом, молоком. Деньгами – очень редко, люди сами живут на пособия для детей, на стариковские пенсии. Колхоз, на удивление, сохранился, но никакой работы в нём нет. Мать сейчас легла в больницу. Лечить не лечат, но кормят. Главврач из жалости держит её. И очень интересуется, какими травами она лечится, удивляется тому, как ей удалось выкарабкаться. Всё-таки цепляется за жизнь, температура нормальная, анализы раз от раза лучше, боли давно прошли. Кушает всё что дают. Про меня врач слышал, хотел бы познакомиться.

Я собрал Рушану три комплекса из того, что имел. Дал с запасом настойку борца. Мёд сварил новый, сосна недавно цвела. Ещё один вид лечебного мёда приготовил. Измолол листья крапивы в порошок, смешал с пчелиным мёдом поровну, стакан на стакан. По три раза в день принимать столовыми ложками, пока не съест всю литровую банку. Больше пока нельзя, на два месяца сделать перерыв. Весной отжал сок из медуницы. Насушил немало майских трав. Успели настояться и два вида масла под названием «Три богатыря» и «Пять олигархов». «Богатырями» стали взятые в равном количестве корни девясила, цветки красной бузины и трава вьюнка полевого. Неделю настаивал в темноте, затем три недели на свету, выставляя под горячие лучи солнца. А «пятью олигархами» я назвал настоянные поровну цветки кипрея, цветки подмаренника настоящего, корни лопуха, листья земляники и траву медуницы. Каждое из масел, чтобы не было привыкания, желательно применять не больше двух месяцев. Настаиваются на растительном масле только измельченные свежие растения. По лечебному действию они нисколько не уступают отварам, взварам, спиртовым настойкам. Если не полениться, то можно приготовить их за лето десятки разновидностей. Между прочим, Авиценна имел в своём арсенале больше семидесяти видов лекарственных масел. В холодильнике они не теряют свойства до двух-трёх лет.

Короче, Рушан уехал не с пустыми руками. Очередной курс выглядел так. Утро начать с настойки борца, травяного масла, соснового мёда с цветками сосны. До завтрака выпить стакан горячего чая, заварив в стакане крутого кипятка на двадцать минут одну столовую ложку травы герани луговой. Точно такой же чай выпить за час до обеда, не позже. А пока, до завтрака, в течение одного часа заваривается трава гравилата городского. Её пьют после процеживания, треть стакана с чайной ложкой противоопухолевого бальзама. В его состав входят 150 мл настойки почек чёрного тополя, 100 мл настойки марьиного корня, 100 мл настойки бодяка овощного, 100 мл настойки цветков лопуха и 50 мл настойки водяного перца. То же самое принять перед обедом и ужином. В течение дня пить чай из клевера лугового с чайной ложкой мёда, смешанного с порошком крапивы. Произвольно, так же три раза в день принимать по чайной ложке сока медуницы. Перед сном выпить чайную ложку бальзама «Нежность» на рюмку воды.

Следующий курс, как обычно, начать с капель борца, соснового мёда с цветками сосны и чайной ложки порошка лисичек. До еды – настой цветков хмеля, как обычно, с лечебным бальзамом. В его составе такие настойки: 150 мл софоры японской, 100 мл берёзовых почек, 100 мл корня девясила, 50 мл коры барбариса, 50 мл корня молочая Палласа.

После еды – настой травы чернобыльника по трети стакана с чайной ложкой сока будры. Этим настоем (или по желанию водой) запить порошок из корня гравилата городского. Пить сколько захочется, по желанию, чай из цветов калины с порошком корня лопуха, смешанного пополам с пчелиным мёдом. Продолжить принимать произвольно в течение дня по чайной ложке сок травы медуницы три раза в день. Перед сном принять бальзам «Нежность» на воде.

Дальнейший курс начать с продолжения настойки борца (напомню: по десять капель три раза в день постоянно). Немного погодя – чайную ложку зверобойного масла, три раза в день до еды. Порошок из лисичек (грибы можно использовать длительно, без малейшего вреда для организма) запить водой. Так же до еды настой травы буквицы: одну столовую ложку на полтора стакана кипятка, настоять два часа. Пить по полстакана три раза в день с чайной ложкой бальзама. В нём: 150 мл настойки чёрного тополя, 100 мл настойки софоры японской, 100 мл настойки календулы, 100 мл настойки маральего корня, 50 мл настойки белены. После еды – настой травы дурнишника: одна столовая ложка на стакан кипятка, настоять один час, пить по трети стакана с чайной ложкой бальзама. Продолжить пить чай из цветов калины (или клевера лугового – по желанию) с чайной ложкой порошка из корня девясила, смешанного с пчелиным мёдом пополам. Произвольно три раза в день – по чайной ложке сока медуницы. Перед сном – чайная ложка бальзама «Нежность».

Из новых включений можно отметить гравилат городской. Богатый дубильными, смолистыми и горькими веществами, в эфирном масле он содержит эвгенол, флавоновый гликозид-геин, обладающие болеутоляющим, противовоспалительным, заживляющим действием. Корни и корневища гравилата городского применяют прежде всего при воспалительных заболеваниях желудочно-кишечного тракта, не является он лишним и при раке желудка. Остальные компоненты комплекса известны по прежним описаниям.

Кому-то может показаться, что я ограничиваюсь довольно узким подбором растений, по необходимости чередуя их. Меня самого иногда подмывало блеснуть разнообразием, ведь выбор большой. Почему бы не включить в работу белозор болотный, назначаемый при раке желудка? Но он обладает и другими свойствами, которые мне не нужны. Он хорош при гипертонии, а я имею картину обратную – больная крайне истощена, давление у неё крайне низкое. Имеется у меня и воронец колосовидный, он тоже назначается конкретно при раке желудка. Но тоже понижает давление, не подходит в данном случае и по другим параметрам. Я ведь не название болезни лечу, а человека с кахексией, анемией, с низким давлением, постоянными болями в области желудка. Никакой истории болезни на руках нет, гистология неизвестна, даже больную я не видел, и могу делать некоторые выводы лишь со слов её сына. Вот почему я главный упор сделал на настойку борца, рискованно поступил, но иного выхода не было. Его убийственную мощь смягчал и корректировал другими травами, и они все вместе как бы создавали единый ансамбль. Моим желанием было остановить хотя бы на миг, как коня на скаку, стремительный бег геометрически умножающихся клеток рака. А потом методично добивать опухоль с разных сторон. Для неё, беспрепятственно разгулявшейся и не встречающей сопротивления, даже безобидная нежная медуница оказалась неожиданным ударом, так как трава, обладая полным набором кроветворных микроэлементов, в сочетании с богатейшим содержанием аскорбиновой кислоты успешно боролась с анемией, восстанавливая после желудочных кровотечений необходимый гемоглобин в содружестве с таким же необходимым при анемии порошком крапивы, при поддержке других трав, тоже враждебно настроенных против рака. Сначала у меня не было даже мысли о том, что смогу спасти от рака умирающую женщину. Хотел просто хоть как-то помочь попавшим в беду людям. Большим своим достижением считал даже то, что сумел поднять её с постели, дал возможность покинуть больничный коридор и уехать в родную деревню. Признаться, только истовая, самоотверженная любовь сына к матери толкала меня на поиски верного пути в выборе лечебных трав.

Необходимые выводы о принципах лечения рака желудка, кому это вдруг потребуется, можно сделать из подробного описания применённых основных лечебных комплексов. А рассказывать детально о всех восемнадцати проведённых курсах, наверное, нет никакой необходимости. Здесь не может быть общего для всех трафарета, так как всякий раз мне приходилось исходить из необходимости учитывать индивидуальные особенности моей подопечной. Допустим, кто-то может принимать зверобойное масло месяцами, что очень ценно при лечении желудка, а больную от него стало сильно слабить. Масло пришлось временно отменить, а в курс я ввёл змеевик – горец змеиный: чайную ложку корня на стакан воды, кипятить три минуты и двадцать минут настаивать. Принимать по чайной, иногда и по столовой ложке три раза в день, пока желудок не окрепнет. А иногда оставлял и на весь курс, чуть позже вернувшись к прерванному приёму зверобойного масла. Кстати, сам змеевик тоже обладает сильным противоопухолевым действием. Поэтому, вернувшись к зверобойному маслу, давал и порошок из корня горца змеиного – по одной трети чайной ложки три раза в день, в дополнение к основному комплексу. Я ведь представления не имел о сопутствующих заболеваниях Сании. Неожиданно нарушилась работа почек. Можно было, конечно, обойтись любой мочегонной травой, но я подбирал только противораковые растения, поэтому ввёл в комплекс листья толокнянки. До еды, к примеру, назначен настой листьев чёрной ольхи с бальзамом, а после еды – настой листьев толокнянки. Лучше подходит в данном случае холодный настой из двух чайных ложек толокнянки на два стакана кипячёной воды комнатной температуры. Настоять четыре часа и принимать по полстакана три раза в день с чайной ложкой противоопухолевого бальзама. Холодный настой, в отличие от традиционного кипячения и упаривания на одну треть, можно спокойно принимать на протяжении всего курса, тем более что он обладает противоопухолевой активностью. В тибетской медицине трава толокнянки назначается при раке. В других случаях, особенно для защиты печени от метастазирования, её можно заменить хвощом полевым.

Разумеется, я не ограничивался только ранее упомянутыми растениями. Назначал до еды настой травы зопника клубненосного. Растение обычное для разнотравных лугов. У него крупные зубчатые листья и полый стебель с отличительным фиолетовым цветом – издали виден. Цветки розовые, с лиловым оттенком, расположены в конце длинного соцветия. Обычно заваривают одну столовую ложку в стакане кипятка, настаивают четыре часа. Сание назначил по одной трети стакана три раза в день с моим противоопухолевым бальзамом. Желательно принимать два месяца подряд, без перерывов. До еды. В одном из очередных курсов воспользовался даже пастушьей сумкой. Она тоже имеет прямое отношение к раку желудка. Заваривать одну чайную ложку в стакане кипятка, настоять два часа, принимать по трети стакана с чайной ложкой бальзама три раза в день после еды. Вот вам и основа для одного курса, без учета борца и других дополнительных трав. Не стоит забывать и про цветки картофеля, хмеля и всех остальных противораковых растениях. В начале зимы я посоветовал Рушану давать матери перед едой столовую ложку сока квашеной капусты, потому что при раке желудка обычно больные страдают от нехватки желудочного сока. Об обязательном применении овощных соков я не говорил только исходя из того, что не все и не всегда могут позволить их себе. Нет слов, они очень полезны, но следует помнить, что при выборе соков следует быть очень осторожным и назначать их только в тех случаях, когда больной ощущает острую потребность в них.

Методов лечения рака очень много, и я не имею права указывать, какой из них лучше. Каждый волен выбирать себе то, что покажется ему самым подходящим. И свои методы я никому не навязываю. Одно лишь хочу сказать. Во-первых, во всех случаях необходим хорошо продуманный комплекс. Не единичный, как водка с маслом – по методу Шевченко, не урина, не керосин и тем более не длительное голодание. Во-вторых, не забывайте про горячие и холодные травы. При их выборе путаница не исключена. В одной из книг о восточной медицине полынь была причислена к холодным травам, в другом источнике, которому доверяю больше, полынь отнесена к горячим, как и чернобыльник. Возможно, имелись в виду разные виды полыни. Не стану сопоставлять противоречия в отношении других популярных растений, оставим решать эту проблему специалистам, а со своей стороны я опять посоветую готовить настои только из отдельной травы. И если случится так, что до еды будет принят настой из горячей травы, а после еды из холодной – между ними останется достаточный разрыв во времени, не наносящий организму никакого вреда. Два хулигана способны устроить драку только в близком контакте, хватая друг друга за грудки, но при всём желании не смогут они подраться, находясь в разных концах улицы. Так приходится разделять и травы.

Восемнадцать месяцев лечилась травами Сания, восемнадцать комплексов пришлось мне готовить, пока главврач поселковой больницы не признал её избавившейся от рака желудка. Возможности районной больницы, разумеется, ограничены, однако он несколько раз посылал в Уфу всё необходимое для проведения гистологического анализа. Отсутствие злокачественных клеток подтвердилось. Рушан добросовестно записывал все комплексы в обычную школьную тетрадку, коротко излагая после каждого проведённого курса свои наблюдения. С ней он приехал в Уфу, зашел к заместителю главного врача, упорно выгонявшему его из клиники полтора года назад, в первый же день приезда из Туркменистана, с торжествующим видом победителя бросил тетрадь на стол и произнёс заранее приготовленную, не раз отрепетированную фразу: «Многоуважаемый Александр Сергеевич! Помните истекающую кровью, умирающую от рака желудка женщину из Туркмении? Вы категорически отказались оказать ей помощь, ни одного обезболивающего укола не сделали, никакого снисхождения не проявили, кроме угрозы выкинуть на улицу. Так вот, её вылечили не онкологи, а просто добрый человек, далёкий от медицины, не дававший клятву Гиппократа. Он вылечил ещё много других больных, от которых отказались ваши опытные врачи. В этой тетради изложен весь курс лечения. Если вам самому неинтересно, так дайте другим врачам, пусть поучатся. Тогда, может быть, поменьше станет покойников у вас. Я не с упрёками пришёл. Напротив, выразить свою благодарность за то, что не вызвали милицию, чтобы выкинуть маму на улицу. Терпели наше присутствие. Спасибо за всё. Прощайте!»

Врач молча выслушал длинную тираду, ни слова не сказал в ответ и даже не попрощался, когда Рушан, не оглядываясь, вышел из кабинета.

В середине лета, заранее предупредив, он привез свою мать к нам в гости. И я увидел невысокую, миниатюрную женщину с маленькими покатыми плечиками, с круглым, полудетским личиком, с отражёнными в карих глазах робостью, нерешительностью, будто вопрошающих, как ей вести себя дальше. И даже выбивающиеся из-под белого платочка седые волосы не говорили о возрасте, всё равно её общий облик оставлял впечатление какой-то детской незащищённости. Даже не верилось, что у неё такой взрослый сын, статный, чуть ли не вдвое выше ростом. Она жалась к нему, а он, взяв её за плечи, подвёл к накрытому столу с дымящимися тарелками горячего супа с домашней лапшой и бараниной, усадил на стул и сам сел рядом, положил из салатницы в её тарелочку овощи, придвинул суп, подал салфетку, продолжая без умолку рассказывать то о жизни в деревне, то о санитарках из онкологической больницы, к которым заходил вместе с матерью отблагодарить их за прежнее бескорыстное участие и доброту в самое трудное время. После обеда Сания развернула свёрток и протянула мне плотный серый свитер, сказав: «Я сама пряла и вязала его всю зиму для вас. В каждую стёжку вкладывала слова из Корана и молила Аллаха дать вам много земного счастья и долгих лет жизни за неоценимую помощь нам, простым людям».

Осенью Рушан уехал в Ашхабад. «Через месяц вернусь», – пообещал он. В Ашхабаде осталась без присмотра двухкомнатная квартира. Он не успел даже уволиться с работы. Вернулся он в Уфу только через год. Что задержало его там? Не знаю. Возможно, дела сердечные. Я никогда не спрашивал его о личной жизни. Мне сказал, что его охотно взяли обратно на работу. Не сидеть же без денег, да и накопить их надо было хотя бы на первые месяцы жизни после возвращения в деревню, к матери. Много времени заняли хлопоты с распродажей вещей, книг – их у него было почти две тысячи. Но труднее всего было продать квартиру, охотников поселиться рядом с золотым памятником Туркмен-баши было мало.

После приезда не прошло двух дней, как Рушан пришёл ко мне опечаленный, лица на нём нет. «Мама болеет, – сообщил он. – Признают рак печени. Ведь всё было хорошо до моего отъезда. Я оставил ей много лекарств. Ещё недавно писала, что всё у неё хорошо. А лекарства стоят нетронутые. Без меня не пила их. Никогда себе не прощу, что оставил её одну. Теперь опять вся надежда на вас и ваши волшебные травы. Я за всё расплачусь, только спасите её!»

Не стал я упрекать молодого человека за долгое отсутствие, бесполезно, только соль на рану сыпать. Хотя предупреждал его, что рано праздновать победу. С рецидивами рака я не раз сталкивался. От него, как и от гриппа с ангиной, на всю жизнь не застрахуешься.

Поэтому мой совет: если человек хоть раз, заболев раком, благополучно избавился от него, то всегда должен помнить – вся его остальная жизнь находится под дамокловым мечом. Даже по прошествии многих лет не успокаивайтесь, постоянно следите за собой и принимайте профилактические меры, продолжайте лечение. Лишь при этом условии у вас имеется шанс дожить до глубокой старости.

Когда сын оставил мать одну, причём надолго, это был для неё первый стресс. Когда внезапно умерла старушка, у которой жила Сания (свой дом до конца не был готов), это явилось новым, ещё более сильным стрессом. Полное одиночество, беспомощность, тоска по сыну терзали, разъедали душу. В результате болезнь могла возникнуть самостоятельно, не как метастазы от вылеченного рака желудка. С метастазами легче справиться, чем с новым, повторным злокачественным заболеванием, когда рак оказывается стремительным и более агрессивным. Так оно и оказалось. Спасти женщину во второй раз не удалось.