Текст книги "Боскан (СИ)"

Автор книги: Рейнгард Чепур

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 19 страниц)

Астерия думала не долго, из темноты вышли три фигуры, один орк увешанный какими то висюльками, и два хумана. Они как и полукровка, стоявший до этого в стороне, преклонили колени.

– Господин, прими нашу службу, – вымолвили они в унисон.

– Принимаю, – помолчав и прикрыв глаза произнёс Дениус, и повернулся к Астерии. – Держи, – маг перекинул через костерок небольшой медальон, вполне изящный, на тонкой серебристой цепочке. – Ни при каких обстоятельствах не снимай его, если не хочешь что бы ещё кто-то читал твои мысли! Если хоть раз его снимешь, я вряд ли смогу тебе помочь против воли лодочника. И запомни, в приоритете все доступные знания по перемещению в пространстве. Не все древние ушли за черту, может кому то удалось покинуть эту дыру.

– Ты боишься, что мои коллеги стуканут тем, кто охотится за вашим отцом? Чтож вполне оправданные опасения, я думаю информация о вас всё же дойдёт до них со временем. Я им конечно сейчас отправлю послание, объяснив наше с Азирисом исчезновение, но о вас информацию не сдержать, слишком многие в королевстве в курсе. И если охота за вами затянется, а я почти уверена, что не обойдётся без жертв с их стороны, вот тут они и начнут искать контакты которые были у Азириса, и поверь мне, они их найдут. Так что вы постарайтесь им не попадаться, и как можно меньше жертв в пантеоне, а на своих шестёрок им плевать.

– Не дурак, сам догадываюсь. Ладно ночь заканчивается, днём за черту отправлять на порядок сложнее, так что раздевайся и ложись на лапник, – увидев как богиня начинает стягивать костюм, Дениус хмыкнул. – Шутка, просто подойди и закрой глаза.

Встав сзади богини Дениус положил обе руки ей на виски и зашептал на каком то шипящем языке слова, но по мгновенно побледневшему лицу богини было ясно, что она узнала язык, и это её серьёзно напугало.

– Не бойся, ты сейчас испытаешь самое высшее наслаждение в своей жизни, – Астерия слегка расслабилась и на её лице появилась сначала недоверчивая улыбка, а затем вожделенное, и слегка надменное выражение лица, сменилось гримасой вечной муки. – Какие же вы доверчивые, смертные, даже те, кто возомнил себя богами.

Исчезающий призрак бывшей богини ещё не успел растаять, как маг вытащив из кармана небольшую многолучевою звезду, и сжал её в кулаке. На песок у ручья упало несколько капель крови, раздались очередные слова древнего языка. Стоящие неподалёку бывшие слуги богини, упали ниц и их лица исказил непреодолимый ужас. Перед Дениусом сгустился воздух, и из колышущегося марева появилась зыбкая фигура уродливого гиганта облачённого в нелепо смотрящуюся на нём королевскую мантию.

– Я получил твой подарок, – пророкотал лодочник, а это был именно он. – Я доволен, ты даже превзошёл мои ожидания, прислал мне саму Астерию, эта наложница протянет дольше остальных. Ну будь здоров.

И марево постепенно стало таять.

– Эй уважаемый, а ты ничего не забыл? – Дениус чуть сильнее сжал звезду, и картинка опять стала чётче.

– Ну почему же, я всё помню. Я оказал тебе услугу, ты мне. Мы квиты, – на лице лодочника появилась ехидная улыбка. – Я получил то, что хотел, теперь буду ждать тебя у себя в гостях, и если хочешь, от меня в будущем лояльного отношения, ведь всяко может случится и ты раньше времени можешь ко мне попасть, то будь добр переправь мне в ближайшие пол года ещё одну наложницу, и так каждый год.

На лице лодочника улыбка с каждым мгновеньем становилась всё шире, и уже представляла нечто вроде оскала.

– А теперь послушай меня внимательно гондольер хренов, – в таком тоне с лодочником не говорили уже тысячи лет, и он даже слегка вздрогнул вспомнив того кто последний раз с ним таким образом общался. – Для начала посмотри повнимательнее на её колечко, и прикинь кто его мог сделать. Так вот, во мне течёт его кровь, и если даже сейчас я не могу до тебя добраться, ты должен видеть перспективу, если мне удастся протянуть пару веков, а может и на много меньше, я же вернусь специально, чтоб надрать тебе зад. Я человек не злопамятный, просто злой и память у меня хорошая. А прямо сейчас, я могу в любой момент лишить тебя такой долгожданной игрушки. Ты похоже забыл, кто поставил тебя переправлять души через Стикс, я могу тебе это напомнить, хотя не так скоро. Я понимаю, что у меня мало шансов дожить до того времени, но я постараюсь. И если я вернусь и отправлю тебя к твоим клиентам по ту сторону Стикса, только уже в другом качестве не как сейчас. Я думаю, у них много вопросов накопилось к тебе, ты же у нас такой скучающий забавник.

Во время этого монолога лицо лодочника менялось, сначала самодовольная улыбка сменилась, на издевательски ироничный взгляд, затем когда он понял что его могут лишить Астерии, сменилось на крайне недовольное с оттенком бешенства, под конец когда лодочник более внимательно пригляделся к кольцу, его глаза увеличились, и даже через столь плохую видимость как дрожащее марево, было видно как он побледнел.

– Если даже твой папка и был “скользящим”, это ещё не значит, что ты им станешь. У тебя шансов один на миллион. И даже если ты им станешь, тебе понадобится ещё гораздо больше времени и везения, чтоб выжить и достичь того могущества, что-бы как то изменить мой статус. Даже твоему отцу похоже до этого ещё далеко. И как я понимаю, его уже нет в нашем мире, иначе мы бы с тобой не разговаривали. А раз так, у тебя гораздо больше шансов попасть ко мне как ты говоришь в клиенты, чем свалить из этого мира.

– Может ты и прав, шансы действительно мизерные, но они есть, – уже спокойнее произнёс Дениус. – Но если ты мне поможешь они возрастут. Ведь я вижу, что ты не в восторге от своего положения, и тебе ох как хочется выбраться из той задници куда тебя засунули. И ты должен понимать, что если я войду в полную силу, я смогу вытащить тебя во внешний мир, и дать тебе другую личину, чтоб до тебя не добрались твои хозяева.

Лодочник надолго задумался, на его лице пронеслась буря эмоций. Наконец что-то решив он хмуро глянул на мага.

– Ты должен дать клятву, что вытащишь меня отсюда, как только это будет в твоих силах, а поменять личину я и сам смогу всё-таки не последний человек в этом мире был.

– Клянусь, – просто сказал Дениус, и взмахнул в сторону лодочника рукой зажимавшей звезду, несколько капель его крови сорвалось с руки, и пройдя сквозь марево попали на ловко подставленную ладонь лодочника. Тот хлопнул в ладоши и его руки на мгновенье окутались ярким свечением. – Я рад что ты принял правильное решение. Ты же понимаешь, что теперь в наших общих интересах, что-бы я вошёл в полную силу как можно быстрее, до появления твоих хозяев.

– Хватит втирать мне очевидные вещи, пока держи вот это, – через марево портала, словно через воду медленно плыли два небольших предмета. Они не смогли преодолеть портал так же быстро как кровь Дениуса, ведь в нём была кровь скользящего, понял маг, просто протянув руку и выдернув предметы из марева. – Через месяц заглянешь, я потрясу своих клиентов, может ещё что из них вытрясу. А на счёт новеньких наложниц ты всё же подумай.

– Если появятся такие же стервы, обязательно тебе пришлю, но ты же понимаешь как тяжело найти действительно сильную магиню, да ещё и заслужившую такое наказание.

– Сильную не обязательно, если есть хоть минимальный дар, хоть сколько ни будь у меня да протянет. А я тебе должок потом верну, ты уж не сумнивайся. Кстати, а кто такой гондольер?

– Сам не знаю, как то из подсознания выскочило, видать от стрессового состояния, наверное опять голос крови.

– А ну тады бывай, у меня там свидание, первое за пару тысяч лет, терпежу уж нет, сам понимаешь.

Марево портала исчезло, а на руке Дениуса остались две скрижали, и по цвету и насыщенности мерцания символов нанесённых на одной из них, заклинание вложенное в неё было ох какое непростое.

** *

Алекс сидел за большим валуном, и изредка вскидывал лук, пуская очередную стрелу, лишь на миг показываясь из-за камня. Но в последнее время таких моментов становилось всё меньше и меньше, потому как орки не подставлялись, разойдясь веером на сколько позволяло узкое ущелье, медленно, но верно под прикрытием своих лучников поддавливали последних оставшихся в живых рейнджеров. Все те немногие заклинания, что он успел выучить за последнее время в данной ситуации были бесполезны, да и шаман пришедший с отрядом был опытный, и контролировал ситуацию. Он чувствовал, что цель их перед ними и уже некуда не денется. Единственное, что могло спасти их, это заклинание используемое им у реки, но он чувствовал, что внутренний сосуд с его потенциалом ещё не совсем восстановилась после событий у брода. И даже если у него получится, то ему хана, он просто выгорит изнутри, и даже если останется жив, что маловероятно, то магией всерьёз заниматься уже не сможет. Это понимание, было как что-то очевидное, и противилось принятому им решению воспользоваться последним шансом. Но он понимал, что орки пришли именно за ним, и если они возьмут его живым, нечего хорошего от этого ждать не приходится. А так имелся шанс, что даже если после его заклинания кто-то из них выживет, они не бросятся в след ушедшему каравану гражданских, так как цель их похода мёртвая или на половину мёртвая окажется у них в руках.

Наконец решившись, Алекс для большей уверенности вскинул перед собой руки, и начал плести заклинание. Дюк всё это время сидевший за соседним валуном, увидев действия юного мага и поняв по его лицу, что сейчас должно произойти, грязно выругался и рванулся к Алексу, чтобы сбить тому концентрацию и сорвать плетение, но словно споткнувшись нелепо упал в паре шагов от Алекса, вращая бешено глазами и силясь что-то сказать. Алекс же в этот момент почувствовал чьё-то присутствие, и его руки бессильно опустились, а мысли слегка поплыли, и уже начавшее было формироваться плетение стало постепенно развеиваться.

Сначала Алекс подумал, что шаман всё же достал его и накрыл каким-то площадным заклинанием. Но потом он обратил внимание, что лежащие рейнджеры все без сознания, А Дюк лишь парализован, сам же он мог спокойно двигаться, но путавшиеся мысли мешали что-либо сделать в магическом плане. Из этого выходило, что заклинание не одно, а несколько, и для шамана какой бы он сильный не был, это уже чересчур. А его заклинание поиска, которым он следил за передвижением орков, хоть и уменьшилось почти до двухсот шагов, но ещё державшееся, показывало, что они перестали двигаться вперёд, а одна группа, в которой судя по всему был шаман, даже чуть сдвинулась назад, видимо он почувствовав проявление чужеродной магии.

– Вот скажи мне пацан, тяжело быть идиотом? – раздался раздражённый голосоткуда-то слева.

Алекс повернул голову, и обнаружил сидящего рядом молодого парня, на вид лет двадцати не больше. То, что он не отображался на его поисковой сети, говорило лишь об одном, дергаться не стоит, да и всё происходящее вокруг похоже было его рук дело.

– А ты кретин какого дёргаешься, когда уже поздняк метаться? – зло глянул на Дюка субьект и щёлкнул пальцами. Того выгнуло дугой, а глаза чуть не вылезли из орбит. – Ты же вроде не идиот как этот молокосос, и должен знать, что будет если прервать мага в момент плетения заклинания, тем более такого мощного. Или у тебя было в планах превратить предгорья в такие же пустоши как на западе?

– Ну у брода, вроде всё не так страшно было, – вырвалось у Алекса автоматически.

Незнакомец закатил обречённо глаза, и даже немного успокоился.

– Вот из-за таких неучей и образуются потом города призраки, да всякие аномальные местечки. Потому и запрещено практически во всех мало-мальски цивилизованных землях практиковать волшебство без разрешения от властей. Потому, что прежде чем это делать надо пройти обучение, хотя бы у какого ни будь сведущего мага. Он бы тебе на первом же занятии объяснил, что не до конца сформированное заклинание или прерванное в связи с потерей концентрации магом, грозит ему и его окружению большими неприятностями, а если в этот момент маг ещё и погибает, то заклинание усиливается как по площади, так и по воздействию. Если бы ты к примеру шарахнул сейчас своим заклинанием по этим тупым обезьянам ползущим сей час снизу по ущелью, и остался бы жив, как я и планировал, то в виду твоей не до конца восстановившейся силы тебя бы как раз хватило на волну в пару тройку вёрст. Я бы не дал тебе сдохнуть, орки бы превратились в пыль, а тебя все считали бы снова героем. А вот если бы я тебя не страховал, тогда бы ты сдох, и своей жертвой, сопровождавшейся выбросом дополнительной магической энергии, твоя волна накрыла бы вёрст на тридцать вниз, к тому же первые вёрст пять превратились бы в выжженную пустыню. Но это ерунда по сравнению с тем, что бы произошло, если бы этот кретин сбил бы тебе концентрацию. Во первых, моментально твоё заклинание выйдя из под контроля рвануло бы не направленной волной, а по всему радиусу, во вторых из за выхода из под контроля оно бы усилилось в пять раз как минимум, а после того как ты бы сдох, оно бы с помощью твоей тупой жертвы ещё усилилось раз в десять, и того мы имеем почти сто миль в радиусе без единого живого организма, с центром в двадцать-тридцать, миль мёртвой пустыни без единой травинки. И все включая караван гражданских, пара посёлков на востоке, и отряд конницы высланный вам в подмогу из замка Ларго превратилось в прах. Ну как тебе герой такая перспектива? А ведь как не хотелось светится! – сокрушённо покачал головой пришлый. – Ну вот скажи неужели было сложно увести преследователей по лесистым предгорьям на юг. Вас бы с этим шустриком они бы не загнали, а гражданские им нахрен не нужны.

– А это ещё кто? – Алекс только сейчас услышал непонятный металлический шелест, и обратил внимание на свою поисковую сеть, из-за границы которой, по тропе снизу поднималось множество разумных и судя по сигналу очень опасных существ.

Орков второго отряда было ещё больше четырёхсот, и выглянувший из-за камня Алекс увидел, как по тропе рассекая оторопевших клыкастых первого отряда, примерно на равные половины, поднимается как чёрная змея, строй гигантов, закованных в отливающие антрацитом доспехи. Их было не больше двухсот. Но то, как они, словно не замечая веса своего внушительного облачения, с лёгкостью прыгали с камня на камень, преодолевая почти семидесятиградусный подъём, при этом практически не создавая того шума, который должен был быть, говорило о многом. Алекс ни когда до этого не видел Майрунов, но сразу узнал их, так как отец часто пересказывал ему те события, которые происходили после его рождения. Хотя ещё недавно Алекс был готов отдать свою жизнь, после увиденного у него ослабли ноги и он прислонился к камню чтобы не упасть, продолжая наблюдать за подъёмом этих легендарных бойцов.

– Ты думаешь это по твою душу, – с усмешкой промолвил незнакомец, и расхохотался. – Не смеши меня мальчик, много чести. Это отряд зачистки, не могу же я оставить столько свидетелей своего вмешательства, да и твою задницу надо прикрыть, зря я что ли столько времени на тебя убил.

В это время Майруны почти достигшие их убежища, как по команде перекинув из за спины свои огромные ростовые щиты, извлекли такие же чёрные огромные клинки и синхронно разделившись на две части разошлись по сторонам от тропы, и занялись уничтожением орков с немыслимой скоростью. От зрелища летящих частей тела и разлетавшейся веером в немыслимых количествах крови, у юного мага окончательно отказали ноги, и он сполз за камень с бледным как мел лицом.

– Да, картинка так себе, – вымолвил незнакомец мельком взглянув на происходящее. – Ну ничего не поделаешь, издержки профессии так сказать.

– Так ты и есть Зиг, не то вопросительно, не то обреченно простонал Алекс, а Дюк, недавно только полностью парализованный, начал дёргаться с вытаращенными из орбит глазами, видимо пытаясь отползти, что то при этом нечленораздельно мыча.

– Да, – как то печально глядя на приятелей произнёс парень. – И ваша реакция тоже издержки её самой. Бу! – Внезапно сказал Зиг слегка нагнувшись над Дюком, и заржал как конь увидев как намокли у того штаны.

У Алекса от этой выходки Зига словно пелена с глаз упала, а от кольца по телу проскочил болевой шок, восстанавливая кристальность мыслей и возвращая телу былую лёгкость. Меч молниеносно оказался в руке и вспорол пространство где только что находился Зиг.

– Ты это полегче малыш, я же вроде как вам жизнь недавно спас, – раздался голос откуда-то сбоку, и на Алекса снова навалилась апатия, и руки сами собой опустились.

“Да как же так”, – пришло в голову юному магу, – “кольцо ведь делал один из величайших магов этого мира, и оно его защищало от других заклятий, а этот со мной делает что хочет”.

– Ну не совсем, что хочет, – как будто прочитав мысли Алекса заговорил Зиг. – Я ведь не на прямую на тебя воздействую, ну это не важно. Дело в том что даже я не сразу с твоим кольцом разобрался, знаешь сколько лет я его взломать пытался? Лет десять. Тем более это было кольцо ученика, которое твой отец подарил практически в последний момент своей любовнице. У твоего братца колечко покруче будет.

– Это ж когда ты за мной следить то начал?

– А то сам не догадываешься? Как только ты своей кровью моего Вархола угостил. Теперь даже не знаю, кому из нас он служит, этот хмырь стал гораздо сильнее, со старшими стражами не считается, я потому и заинтересовался причинами. Хотя надо было обратить внимание, когда несколько майрунов потерял у твоего посёлка. Ведь не зря папаша туда своего сильнейшего шамана отправил, кстати, ты действительно везунчик, как раз тогда мой батя в запой и ушёл, до сих пор ни как не просохнет, хотя из-за тебя то и ушёл. Тут ведь какая штука. Ты сын его друга, как и Дениус, и он хотел вас прикрыть после того, как папку твоего здесь чуть не прищучили. Вернее, сначала только Дениуса, и твою мамку. Про тебя он не знал, как и твой батя, впрочем, пока ты не родился. Всего рассказать я тебе не могу, так как у тебя есть шанс попасть в руки тех самых плохих дядек, и они из тебя всё вытрясут, ты уж поверь. Но могу сказать следующее. Мой батя пожертвовал колечком, подарком твоего отца, ради твоей мамки, так что в этом мире её уже нет, и не ищи. Правда, после этого у меня возникли кое какие проблемки по перемещению в этом мире, но я их оперативно решил. К сожалению, мой отец, не может в открытую тебе помочь, так как есть шанс привлечь к тебе внимание тех самых личностей, что охотятся за твоим батей.

– Ты можешь по нормальному объяснить, что за личности, и при чём тут я и запой твоего отца.

– Тут в двух словах всё не объяснить. Да и уши лишние вон у тебя из под рубахи торчат, ты бы не таскал постоянно на себе всякие левые безделушки, думаешь он тебе по доброте душевной его впарил? Этот Мирка ещё тот жук, он через этот медальон всё слышит, и даже мысли твои читает, и ваше общение с братом контролирует.

– Не Мирка, а Мириториус, я всётаки постарше тебя буду. Да и амулет какой был такой и дал. Кстати Алекс, я рад, что ты наконец таки познакомился со своим куратором. И тебе полезно будет знать, что-то колечко, он тебе через мага подбросил тоже не так просто как кажется. Ведь это наверняка он того мага к тебе подвёл, чтоб колечко к тебе попало.

– Ну подвёл, ну и что, сам я в нём не до конца разобрался, но удалось к нему подвесить следящее заклинание, кстати, ты его почувствовал тогда у реки, но до конца не вскрыл. Да и этот засранец ситуацию контролировал, зря я что ли его к тебе приставил. Вставай уже хватит валятся и пойди портки смени, в приличном обществе всё же находишься.

Дюк слегка пошатываясь привстал на одно колено, низко склонил голову, и неуверено пятясь исчез из виду.

– Так он служит тебе? – Алекс как то сник и даже выпустил меч глухо упавший между камней.

– Не, ну ты странный, я что, должен был пустить всё на самотёк, когда такой шанс выпал, – Зиг вытащил из-за пазухи небольшой кожаный мешочек, и кинул его Алексу. – Спрячь пока свой амулет в него, и старайся вытаскивать только в крайнем случае.

– Да Алекс если будет безвыходная ситуация ты всегда можешь обратится ко мне… – Голос прервался как только амулет оказался в мешочке.

– Ну а теперь пообщаемся без свидетелей. Я понимаю, что у тебя множество вопросов, давай я тебе кое-что расскажу для начала, что снимет большинство из них. Прежде всего я должен тебе объяснить кто твой отец. Сам я не полностью посвящён в эту тему, но по словам, своего бати, вернее по его не членораздельному мычанию, в особо критичные моменты, когда он уже почти отключался, от принятого на грудь алкоголя, я смог кое-что почерпнуть. Ты некогда не задумывался почему, имеется разделение магов по стихиям, даже те кто считают себя богами у нас на олимпе, предпочитают ту или иную магию. И только древние судя по легендам обладали мощью за счёт своей псевдо универсальности.

– Что значит псевдо, и как это относится ко мне. Я академий не кончал, ты по человечески объясняй.

– Похоже это будет тяжелей чем я себе представлял, – Зиг тяжело вздохнул и продолжил. – Псевдо, это значит не до конца универсальны, кто-то имел склонность к двум стихиям, а некоторые даже к трём, и во многом зависит от величины внутреннего резерва мага. Это очень, и очень редкий дар. Да и силы, таких магов увеличиваются кратно их предрасположенности. Потому в своё время горстка древних чуть не зачистила Олимп в своё время, поспешили идиоты, ещё бы пару, тройку веков для верности выждали бы, и было бы, у нас пять шесть богов вместо трёх десятков. Хотя до войны древних их и так было больше полусотни. А ведь их Мирка предупреждал, но возгордились, почувствовали силу, идиоты. Хотя если бы Мирка с ними пошёл на Олимп, было бы у нас не тридцать богов сейчас, а не больше дюжины, это точно. Он единственный был, у кого была склонность к магии сознания. Кстати на всякий случай, он ещё маг земли и воздушник. Даже я с ним бы не хотел иметь противоречия.

– Если не секрет ты то чем владеешь.

– Вообще-то секрет, но даже ты можешь понять, что магия сознания мне не чужда. Но это всё благодаря отцу. Мирка самый сильный маг этого мира, не считая конечно моего батю и единого, ты даже не представляешь сколько ему лет. Он старше этих придурков на Олимпе. И знаешь почему он ещё не среди них?

– Потому, что он умнее их.

– Да ты растёшь в моих глазах. Теперь я понимаю, что не зря потратил на тебя своё время. Азирис был главой пантеона, лишь потому, что он не сильно превосходил каждого из этой своры. Та же Астерия могла его подвинуть в любой момент. Но зачем создавать себе проблемы.

– Что значит был и могла? Азирис уже не глава пантеона?

– Это ещё один повод почему я сейчас с тобой разговариваю. Азириса больше нет, по крайней мере с нами, лодочник уже принял его себе под опись, хотя и не сразу, – Зиг хохотнул и даже слегка хрюкнул в сторону.

– Это как, это кто же его? – растеряно спросил Алекс.

– Кто, кто твой друг король, правда и сам он уже того… Ну не перебивай, дослушай, а потом будешь вопросы задавать. Тем более это не самая большая твоя проблема. Короче, чтоб ты не задавал глупых вопросов, твоего друга короля теперь нет, но ты не переживай, его наследники уже почти вступили в право властвования. И теперь есть кому позаботится о государстве. Блин, короче государство, это тоже самое, что и королевство, только … Короче не вникай. Тебе о своей шкуре надо позаботится. Твой братан кстати пару оров назад удалил вашу главную проблему Астерию, и сплавил её к лодочнику, – Зиг залился безудержным смехом, и стал вытирать рукавом выступившие слёзы. – Ой извини, просто сказал, а потом только понял как я метко это описал!

– Я чёт не совсем правильно понял может быть, но ты сказал, что Дениус отправил Астерию на ту сторону Стикса?

Зиг совсем уже сложился пополам и стал задыхается от смеха.

– Подожди дай отдышатся, ну не совсем на ту сторону. Теперь он будет её катать туда сюда на своей гондоле, пока не заездит в конец. В смысле лодочник а не твой брат.

И Зиг сложившись пополам начал всхлипывать, и кататься по земле. Алекс непонимающе на него глядел и его мировосприятие слегка пошатнулось, от лицезрения катающегося у его ног и хохочущего навзрыд одного из ужаснейших, и могущественных богов мира.

– Ты извини пацан, – Зиг слегка отдышался и сел вытирая слёзы. – Просто всё так в тему совпало, короче, не Астерии, не Азириса теперь нет. Но это не решает твоей с братом проблемы. И сейчас постараюсь ещё раз объяснить почему. Только ты не перебивай, своими вопросами, ну или по крайней мере постарайся этого не делать. На чём я остановился, а вспомнил, на том, что маги бывают не только какой-то определённой стихии но и универсалы. Но если в нашем мире самый сильный маг, я не имею в виду себя, является адептом двух стихий и ему не чужда магия разума, то представь какой шанс появления мага, которому подвластны все четыре стихии, и магия сознания. Я тебе могу сказать, что я слышал только об одном таком маге, и это был твой отец. Хотя никто не знал, что он был адептом всех стихий, все думали, что он просто сильнейший маг разума. Хотя “просто” и сильнейший маг разума, немного несовместимо. И всё же я подхожу к главному. Твой батя, впрочем, как и мой, не являются частью этого мира. Но твой в отличии от моего может скользить между мирами, и не только сам, но и таскать за собой кое какой груз, в том числе и разумный.

Алекс сидел и смотрел на самого ужасного бога своего мира, и глупо улыбался.

– Только не говори мне, что я сейчас щелчком пальцев могу отправить тебя куда ни будь на Олимп к примеру или, я не знаю в другой мир что ли.

– Слушай, я думал будет хуже, но ты меня не перестаёшь удивлять, что-то подобное я и пытаюсь тебе сказать. Только не обольщайся, ты не сможешь меня отправить даже на соседний холм, по крайней мере не в ближайшие годы. Но ход мыслей твой правильный. Ты вообще задумывался как я сюда попал?

– И как же? Просто находился рядом в невидимости?

– Ты меня расстраиваешь, включи мозги, под невидимостью мог находиться Мирка в своих пустошах когда вы к нему припёрлись. А мне за тобой ходить под инвизом больше десяти лет как то не с руки.

– Под чем?

– Ну, это так мой батя невидимость называет. Нахватался он разных словечек в других мирах.

– Ты хочешь сказать, что ты переместился сюда из другого места?

– Я хочу сказать, что я переместился сюда не просто из другого места, я сорвался сюда с самого Олимпа. Чтобы спасти твою шкуру. И помогла мне в этом вот эта безделушка.

Зиг вытащил из-за ворота небольшой медальон, совершенно неброский, похожий на какой-то полупрозрачный минерал кое-как обработанный, внутри которого пульсировала слегка искрящаяся рубиновая капля.

– И знаешь, что самое интересное. Капля, что находится внутри этой стекляшки, является концентратом крови такого как ты. Поэтому такие как вы Скользящие так же редки, как фонтан холодной воды посреди бескрайней выжженной пустыни.

Дернувшуюся к мечу руку придавило словно скалой, а сознание только и успело зацепится за образ скривившегося в усмешке лица бога.