Текст книги "Надэя. Незаконнорожденная (СИ)"

Автор книги: Раяна Спорт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 9

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Юраккеш. Новый дом

Довольный совершенной сделкой юракшенец взглянул на Дарка и проговорил:

– Поднимайся, бери девочку на руки. Идите за мной, не отставая, иначе здесь можно заплутать.

В сопровождении охраны мы двинулись за удаляющейся спиной. Вот бы казалось, этот мужчина только что расстался с деньгами, а так беспечно относится к своей дорогой покупке. Но это было не так, за нами пристально наблюдали из толпы людей двое довольно крепких мужчин, которые нет-нет, да и мелькали рядом.

Устроившись поудобнее на руках у Дарка, я вытерла с лица пот. Было невыносимо жарко в приталенном платье из плотного сукна, но иной одежды у меня не было. Оглянувшись назад, заметила, как Тальян с сожалением смотрит на золото в своих руках.

«Так тебе и надо!» – мысленно возликовала, понимая, от какой незавидной участи я только что спаслась. Понимала и то, что юракшенец не тот человек, что станет принуждать ребенка к близости, скорее защитит его от похотливых рук извращенцев. Да и Дагда наконец был спокоен и расслаблен. Видимо и он не чувствовал опасности от моего нового хозяина.

Мое копошение не понравилось Дарку. Интерпретировав его по-своему, он решил поговорить со мной и успокоить.

– Тебе нечего больше бояться, моя маленькая госпожа. Он хороший человек, я сумел прочесть это по его глазам.

– Ты тоже обладаешь магией? – шепотом спросила, не веря своим ушам. За столько месяцев нашего тесного общения я ни разу не замечала за ним магических возможностей.

– Я чувствую людей, моя маленькая Надэя. Могу прочесть их истинные мотивы, но только в том случае, если они намеренно не скрывают их от окружающих. Юракшенец привезет тебя в свой дом, к своей жене. Там ты будешь в полной безопасности, даже если она тебя не сможет полюбить.

– А ты?

– Я буду работать на него, пока не возмещу его убытки. Ты вырастишь, окрепнешь, и только потом мы сможем отправиться в Вилонию, чтобы разыскать родных твоей матери.

– Я все еще рабыня? – не удержалась и задала мучавший меня вопрос.

Едва три золотые оказались в руках у Тальяна, купивший мужчина немедленно снял с моей шею тяжелый рабский ошейник и откинул его в сторону. Более того, он не стал прижигать на моей ладони клеймо, которое ставили недалеко от того места, где мы сидели.

Тихий смех заставил меня недоуменно взглянуть в глаза своего охранника.

– У юракшенцев больше нет рабов, моя маленькая госпожа. Можешь считать, что ты свободна с той минуты, когда он уплатил Тальяну золотые монеты.

Я задумалась над своей судьбой. Пока ничего страшного не происходило, а ведь Наара предрекала Надэи тяжелые испытания, с которыми она бы не смогла справиться.

Дарк усмехнулся и неожиданно засмеялся.

– Не думаю, что леди Антая мечтала о такой судьбе для тебя. Во мне снова воскресает вера в то, что боги этого мира заботятся о твоей безопасности, подсылая тебе в помощь своих преданных детей.

На такое заявление, я лишь неопределенно пожала плечами. Как знать, как знать…

Мы шли за купившим меня мужчиной по улицам Бадеи, и, если бы Дарк не был таким рослым и крепким, ему бы было нелегко угнаться за ним. Тот словно уж лавировал среди людского потока, не обращая на нас никакого внимания.

Наконец наше путь подошел к концу. Стоило только юракшенцу войти в небольшой двухэтажный дом с палисадником, стоявший на окраине города, как к нам подошли двое сопровождавших нас охранников и молча кивнули на приоткрытую дверь.

Едва мой нянь переступил порог, как к нам на встречу тут же подбежали две служанки и сопроводили в большой зал, где уже за одним из столов дожидался нашего прихода юракшенец. Дарк спустил меня с рук и ободряюще сжал мою ладошку.

– Присаживайтесь, не стесняйтесь, – сказал он, едва мы дошли до накрытого скатертью стола, а потом взглянул на служанок. – Принесите воды, вина и тушеного мяса, – негромко распорядился он.

Вскоре принесли требуемое и я с жадностью накинулась на мясо, запивая его подслащенной водой. Вина, слава всем богам, мне не стали предлагать. Пока ела, двое мужчин, сидящих рядом со мной, о чем-то тихо разговаривали на непонятном мне языке. Я не вмешивалась в их разговор, требуя от Дарка немедленно перевести разговор. Он сам расскажет, когда посчитает нужным.

Простое тушеное мясо с овощами было невероятно вкусным. За эти дни я уже настолько устала от сухомятки и разбавленного вина, что с наслаждением принялась опустошать тарелку, не забывая, впрочем, о правилах поведения в общественных местах.

– Кто она? – не удержался юракшенец и задал вопрос на родном для Надэи языке, глядя на то, как я уверенно орудую столовыми приборами. – Девочка не похожа на простушку. Ее манеры и умение держать себя достойны похвалы.

– Она дочь Кандена Сан-Данар, графа де Вимаро, подданного соседнего государства Саркот.

– Теперь мне все стало ясно, вилониец. Надеюсь, девочка сможет полюбить мой дом также, как и дом своего отца.

После его слов, впервые за столь длительное время, когда я оказалась в этом мире, я почувствовала себя в безопасности. Надэя очень любила своего отца, и большую часть ее жизни Канден баловал ее, как мог. Но то была любовь истиной хозяйки маленького тела, а не моя.

Увы, но после его женитьбы на леди Антаи все изменилось. Замечая плохо скрываемую неприязнь молодой жены к Надэи, граф де Вимаро старался утешить молодую жену, уделяя ей больше внимания, чем дочери. Он надеялся, что если Антая поверит в силу его любви к ней, то станет меньше завидовать падчерице.

Надэи была еще слишком мала и испугалась этой внезапной перемены, произошедшей в ее отношениях с отцом. И вот теперь мне предлагали новую отцовскую любовь, взамен той, утраченной.

Заглянув в лицо юракшенца, я вытерла белоснежной салфеткой губы и встала со своего места. Подойдя к мужчине, осторожно коснулась его щеки и провела пальчиками по густой бороде. Улыбнулась, отчего мужчина, увидев это, затаил дыхание от радости.

– Меня зовут Юсуф Каден ибн Сахиб, милое дитя, – тихо произнес он, боясь меня напугать своим напором.

– Надэи, – с улыбкой произнесла, склонив голову в поклоне и прикоснувшись раскрытой ладонью к своему сердцу.

Мой жест понравился моему новоиспеченному отцу. Видимо я не прогадала, поняв, что нравы в Юраккеше были чем-то схожи с нравами восточных стран моего мира.

– Ты не по годам умна, моя девочка. В твоих глазах я вижу мудрость прожитых лет, – неожиданно произнес юракшенец, чем заставил меня насторожиться.

Неопределенно пожав плечами, я села на свое место и вгрызлась в сочный и сладкий фрукт, который принесли нам в качестве десерта. Тем временем Юсуф Каден ибн Сахиб продолжил посвящать нас в свои планы:

– Завтра утром мы отправимся в Шоркат. Там, в укромной долине между реками Юрзей и Соорат, по соседству с неприступными скалами и диким лесом находится мой дом.

Ранним утром мы покинули Бадеи и направились в сторону нашего нового дома, до которого было добрых три дня пути. Мы двигались на северо-восток, пересекая долины песка и небольшие оазисы, вокруг которых кипела жизнь. Погода стояла хорошая и не столь удушающая как в первый день нашего прибытия в эту страну. К тому же мой названный отец позаботился о моей одежде, купив удобные шаровары, свободную тунику. Сам повязал мне на голову платок, скрыв от палящего солнца мои ярко-оранжевые волосы.

За все время пути я старательно запоминала новые для себя слова, прося названного отца раз за разом повторить их в слух, вслушивалась в описание нового дома, поняв, что если очень сильно захотеть, то новый дом окажется для меня оплотом спокойствия на долгие годы вперед.

Было ли это магией или просто желание принять желаемое за действительное, я не знаю. Прижавшись спиной к юракшенцу, запрокинула голову и взглянула в его почти черные глаза. интуитивно почувствовала, что этот человек будет любить ее настоящей отцовской любовью, а также то, что вопреки судьбе, я смогла найти в этом мире безопасный приют.

– Вы действительно хотите стать мне отцом? – тихо спросила его, еще не веря своему счастью.

Юсуф Каден ибн Сахиб ласково улыбнулся и торжественно кивнул.

– Да, Надэи.

– Но я ведь не смогу забыть своих истинных родных, – предупредила его.

– И не нужно. Я не хочу, чтобы ты из забывала.

Мудрость этого человека меня поразила до глубины души. Не выдержав, я развернулась в его руках и прижалась к его груди.

– Думаю, вы будете мне хорошим отцом. Таким, которого я никогда не забуду и всегда буду гордиться.

На четвертый день пути, ближе к полудню мы добрались до описываемой Юсуфом долины. Она была огромной и очень красивой. Поистине сказочное место, затерянное в песках и скалах Юраккеша. Море зелени после песка казалось чем-то нереальным. Ее сочно зеленый цвет ярко контрастировал с желтым песком и голубыми лентами двух небольших рек.

А запах! Он сочетал в себе несочетаемое! Аромат меда, корицы, сандала, спелого разнотравья и терпкого запаха древесной коры. К тому же до долины доносился и запах соленного моря, что оказался не так далеко, как я вначале думала.

Долина была хорошо защищена от проникновения врагов. С одной стороны ее защищали непреступные скалы, с другой– крутой обрыв, на добрую сотню метров уходящую вниз к морю, с третей – неприступный густой лес, кишащий дикими и свирепыми животными, а с четвертой – пустыней, пройти которую без опытного проводника, прожившего всю жизнь в долине, не возможно.

– Это поистине дивное творение богов! – воскликнула я, поражаясь открывшейся картине.

– Добро пожаловать домой, Надэи, – ласково произнес названный отец и пришпорил уставшего коня.

Посланный вперед гонец должен был предупредить Лэйлу-хатун о возвращении ее господина. Я внутренне сжалась от неизвестности. Примет ли меня эта женщина или как мачеха Надэи будет изводить меня каждый день? Сможет ли полюбить чужого ребенка, которого ее супруг привез домой в качестве утешения?

Едва мы достигли большого белоснежного каменного строения, как из него выскочила миниатюрная женщина, облаченная в длинное до пят светлое платье. Ее волосы, как и волосы Надэи, сверкали огненными бликами, а кожа казалась настолько белой, словно фарфоровой.

Серые глаза ее расширились от удивления, когда она увидела меня в седле перед своим мужем. А потом глаза ее наполнились слезами, потому что Юсуф обычно возил в своем седле Эдит. Об этом я узнала от шаловливого ветерка, что был очень рад моему приезду и от леса, что шептал слова одобрения.

Я видела, как Лэйла-хатун усилием воли отогнала печаль. Не годилось встречать мужа плачем и причитаниями. Сильная духом женщина в столь хрупком теле. Она перевела взгляд на огромного незнакомца, который ехал рядом с ее мужем и в ее глазах я заметила непонимание и настороженность.

– Добро пожаловать в Шорхат, – мягко произнесла она.

Ее голос звоном тысячи колокольчиков отразились в моей душе, смывая настороженность и страх перед неизвестностью. Ну не может обладательница столь мягкого голоса быть жестокой женщиной, да и весь ее вид кричал о том, что она истосковалась по дочерней любви. Выдохнув, я расслабилась и скатилась с седла прямо в заботливые руки незнакомой мне пока женщины.

Глава 10

*** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** *** ***

Шорхат

Мне выделили небольшую, но очень уютную комнату. Пожилая служанка, одетая во все черное, мягко подтолкнула меня в спину, приглашая войти в выделенные мне апартаменты. Я успела заметить, что здесь, в отличие от родного замка Надэи, у господ не было жеманства, и слуги числились скорее как родственники, а не наемные рабочие.

Переступив порог комнаты, я замерла в нерешительности. Комната, которая на первый взгляд казалась небольшой, поразила меня своими габаритами. Даже в родном доме у бывшей хозяйки этого тела не было столь большого будуара, не говоря уже обо мне! Это была отдельная квартира в доме, а не комнатушка, на которую я рассчитывала! Да и комната оказалась не комнатой, а лишь одной ее частью!

– Это гостиная, где вы сможете принимать своих гостей, – ласково произнесла приставленная ко мне служанка.

Я оглянулась. Открывшийся вид меня порадовал своей изысканностью и лаконичностью. Не было ничего вычурного и кричащего, наоборот, все богатство скрывалось в небольших деталях, которые делали помещение живым и легким.

Небольшой полукруглый диван, обитый молочного цвета тканью, множество подушек, разбросанных на нем хаотично, рядом стояли два глубоких кресла подстать своему собрату и небольшой деревянный столик с резьбой. Пол был устлан ковром темно-кремового цвета, по которому мне тут же захотелось пройтись без обуви, что, впрочем, я и сделала, вмиг скинув с ног ботинки и сняв чулки.

Только потом, когда мои ступни утонули в густом и мягком ворсе ковра, я осознала содеянное. Сжалась и оглянулась на стоявшую рядом женщину. Но вопреки моим ожиданиям, она с улыбкой смотрела на меня. В ее глазах я не заметила недовольства или осуждения.

Улыбнувшись, принялась осматриваться дальше. Огромные панорамные окна в пол были зашторены легкой струящейся тканью, сквозь которую проникали солнечные лучи. Подойдя к ним ближе, я отметила, что окна выходят во внутренний дворик, за которым явно тщательно следили. Ухоженные клумбы и кустарники, вымощенные камнем дорожки. Сбоку, в тени, стоял столик и пару стульев, за которым явно часто кто-то любит проводить свое время. В качестве доказательства своим наблюдениям я заметила корзину с шитьем, которую оставили прямо на столе.

Задернув тюль, перевела взгляд на стены. Пару добротных стеллажей, которые пока были пусты, книжный шкаф с небольшой стопкой книг, ниши с цветами. Справа заметила еще одну дверь, ведущую в соседнее помещение. Любопытство во мне взыграло не на шутку, и я решила его как можно скорее удовлетворить.

Я оказалась права – это была спальня. Моя личная спальня! Не коморка с деревянной кроватью и соломенной подстилкой, на которую я совсем недавно рассчитывала, а добротная кровать с мягкой пуховой периной, подушками и одеялом. Сверху над кроватью крепилась прозрачная ткань нежно-голубого цвета, видимо выполняющая функцию балдахина. Увы, но узнать об этом я смогу лишь к вечеру, ведь ткань была аккуратно сложена и закреплена у его основания.

Помимо кровати в спальне имелся расписанный позолоченный краской небольшой будуар белого цвета с зеркалом, пуфик, прикрытый ажурной тканью. Чуть слева стоял привычный моему взору письменный стол, ряд стульев с хитроумной спинкой.

Окна в комнате были распахнуты настежь, чем воспользовался озорной ветерок, который то и дело играл в прятки с тончайшей тканью. Подойдя ближе, с удивлением обнаружила, что ошиблась. Это было не просто окно, а своеобразная дверь, этакий отдельный выход на террасу.

Шагнув через порог, я оказалась на балконе, увитым растением, похожим на наш плющ. Он не только скрывал от палящего летнего солнца, даря тень и прохладу, но и дарил уединение. Сам балкон был небольшим, но очень уютным. Окрашенные в бежевый цвет кирпичи, деревянный пол и два плетенных кресла, на которых лежали стопкой тонкие одеяла.

Единственным минус, который я нашла во всех своих комнатах – это камин. Нет, я не против посидеть около него вечером и насладиться исходящим от него теплом, но вот в качестве постоянного источника тепла он меня совсем не привлекает.

Я мерзлячка по натуре, и, даже попав в новый для себя мир, ею и осталась. И пусть в Шоркате намного теплее, чем на родине Надэи, но не на столько, чтобы я не могла не думать о предстоящей зиме.

Вернувшись в комнату, я поспешила к еще одной двери, в надежде, что хоть в этом доме гигиеническая комната хоть немного, но будет похожа на ту, к которой я привыкла. Увы, но перед моим взором открылась все та же бадья и ночное ведро с крышкой. Видимо в этом мире пока никому не пришла в голову идея придумать стандартный унитаз со сливным бочком.

По молодости мне приходилось не один раз самостоятельно ремонтировать сливной механизм сея устройства, а значит, у меня не возникнет проблем с его воспроизведением в реалиях нового мира. По крайне мере, я на это очень надеюсь. Да и от привычной ванной я бы не отказалась.… Ну это потом, а пока пора привести себя в порядок и переодеться в свое единственное чистое платье, которое у меня осталось.

Пока я боролась со своей одеждой, пожилая служанка успела натаскать в бочку теплой воды, благо она была не глубокой. Хотела было помочь, но меня мягко оттолкнули в сторону и попросили не мешать. Перечить не стала, я здесь новенькая и пока не знаю порядки этого дома. Вот немного обживусь и привыкну, тогда и стану потихоньку менять устои и порядки, принятые здесь хозяевами и их слугами.

Сняв с себя платье и сорочку, с наслаждением опустилась в воду. Как бы не сложилась моя судьба в дальнейшем, не стоит забывать о насущных потребностях. После долгого пути от меня наверняка разило, поэтому пренебречь купанием я просто не могла.

Пожилая женщина помогла мне промыть волосы и ополоснуться. Завернув меня в огромный кусок ткани, заменяющий здесь полотенце, она просушила мне волосы и расчесала их. К моменту выхода из ванной комнаты на столе уже стоял небольшой перекус в виде теплого чая и маковой булочки.

Пока я насыщалась этим нехитрым перекусом, женщина успела не только привести ванную комнату в порядок, но и подготовить для меня наряд – тунику до колен с рукавами три четверти, шаровары и мягкие тряпичные тапочки.

Возражать не стала, мне самой до оскомины надоели все эти шнурки, воланчики и рюши. К тому же я так и не смогла привыкнуть к длинному подолу, который то и дело путался в ногах, норовя меня свалить на пол. Один-два раза одеть – не проблема, но не каждый же божий день! Иное дело брюки. Их я носила с удовольствием всегда и везде. И пусть здешний фасон существенно отличается от того, к которому я привыкла, но все же это были брюки, а не длинная юбка!

Облачившись в новую одежду, я выдохнула с облегчением. Мягкая ткань не сковывала движений, давала мне возможность не только спокойно двигаться, но и дышать. Служанка заплела мои подсушенные волосы в простую косу и обернула ее вокруг голову, закрепив шпильками.

Взглянув на себя в зеркало, я осталась очень довольной. Видимо не зря эту пожилую служанку приставили ко мне, маленькой девочке. Судя по ее реакции и движениям, она часто прислуживала детям, а может и вовсе была личной служанкой покойной дочери моего названного отца – Юсуфа Кадена ибн Сахиба и его супруги – Лэйлы-хатун.

Спустившись на первый этаж, я невольно задержалась у лестницы. Служанка, помогавшая мне, по моей просьбе осталась в комнате, а спросить, куда мне идти, увы, я у нее не удосужилась.

«Черт, черт, черт!» – поругала себя за беспечность и самостоятельность. – «Вот нельзя что ли положиться на окружающих! Нет ведь, решила поиграть во взрослую личность!»

Благо мои терзания не продлились долго. Справой стороны от лестницы я услышала знакомые голоса и поспешила к ним. Только вот переступить порог гостиной я так и не решилась, подслушав начатый взрослыми разговор, благо он велся на всеобщем языке, который Надэя хорошо понимала.

Заглянув в приоткрытую дверь, увидела хозяев поместья, сидящих на низком диване и своего няньку и телохранителя в одном лице.

– Кто это милое дитя, что привез ты с собой? – спросила Лэйла-хатун у своего супруга.

– Я купил ее у работорговца, который хотел увезти ее в Антею и продать какому-то развратнику! Я не смог оставить ее в беде! Мне пришлось вмешаться, дорогая и привезти ее к нам домой.

– Бедный ребенок! – всплеснула руками женщина, – Ты поступил правильно, муж мой! С нами малышке ничего не будет угрожать. Но кто еще с тобой приехал? Судя по одежде, он не юраккешец, да и не похож на человека, которого легко обидеть.

Названный отец громко рассмеялся.

– Это Дарк, охранник этой девочки. С сегодняшнего дня он будет служить нам верой и правдой, пока Надэя живет в нашем доме. К тому же я решил взять над ней опеку и подарить семью, надеюсь, и ты не окажешь в этом малышке.

Лэйла-хатун слегка вздрогнула, и ее бледное лицо побелело еще сильнее. На мгновение она зажмурилась, а когда открыла глаза, я смогла прочесть в них знакомую боль. Дрожащим голосом она ответила:

– Она не сможет заменить Эллию, мой господин. Надеюсь, ты не настолько черств, чтобы поверить в это.

– Конечно, не сможет, любовь моя. Я не настолько бесчувственный, чтобы пытаться заменить одного ребенка другим. Но наша дочь умерла и больше не нуждается в нас, Лэйла, а этой девочке мы очень нужны. Господь послал нам другого ребенка не для того, чтобы заменить Эллию, но для того, чтобы эта девочка заняла свое собственное место в нашей жизни. Этой малютке пришлось страдать так же, как и тебе. У нее никого нет в этом мире, не считая вилонийца.

– Я не против этой девочки в нашем доме, господин, – тихо произнесла она в ответ. – Но не торопите меня с чувствами. Я стану ей матерью, подругой, но не сию минуту.

– Вот и замечательно! – воскликнул мой названный отец, а Дарк произнес с явным облегчением:

– Ваша супруга – добрая женщина. Моя маленькая госпожа будет в безопасности в вашем доме, и я в долгу перед вами, Юсуф Каден ибн Сахиб. Отныне я ваш преданный слуга.

Дарк поклонился и выпрямился. А затем неожиданно обернулся и сказал с улыбкой на устах:

– Входи, Надэя.

Я покраснела, но ослушаться не смогла. К тому же живот принялся завывать с удвоенной силой, требуя срочно подкрепиться.

– Первым делом, – встал на мою сторону названный отец, – мы все вместе пойдем в зал и пообедаем. Что же до тебя, вилониец, то здесь, в Шоркате, человеку с такими талантами, как у тебя, найдется много дел.

Отец подошел ко мне и приветливо склонился надо мной.

– Ну, пойдем обедать?

Я кивнула головой и впервые за все это время облегченно выдохнула. Меня приняли в этот дом и в эту семью.