Текст книги "Радужный слон (или как довести начальника...) (СИ)"
Автор книги: Полина Ветер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 8 страниц)
В глазах напротив сверкают влажные блики.
Снова прислоняюсь лбом к её лбу. Пальцами сжимаю талию.
– Полин, давай попробуем ещё раз. Здесь, в «Радужном Слоне», в моей квартире, у тебя… Я обещаю, что больше не обижу. Согласен на все твои условия, кроме тех, что про личные отношения. Потому что с этим я точно не смогу смириться.
Платонова закусывает губу и опускает взгляд.
– Ну скажи уже что-нибудь! – Моё нетерпение рвётся испортить всё.
Она поднимает глаза, полные влаги и руками обхватывает мои предплечья.
– Как я могу верить тебе, после того, что ты сделал?
Вопрос резонный. Справедливый.
Я отстраняюсь.
Отхожу на шаг.
Мы прерываем наш контакт, и это ощущается, как перекрытие кислорода.
– Я понимаю. – Даю ей возможность самой решить. – Просто позволь мне ухаживать за тобой и вычеркни шестой пункт из списка. Это всё, о чём я прошу.
Смотрю прямо.
– Вот и все мои условия.
Если бы я хотел просто трахнуть её снова, этого разговора бы не случилось.
Но мне хреново без неё.
Это факт.
Некоторое время, молчание – это единственное, что нас связывает.
– Хорошо, я подумаю.
Полина разворачивается и выходит из моего кабинета.
Оставляет меня в подвешенном состоянии, в неведении, но я ощущаю облегчение почему-то.
Наверное, от того, что не оттолкнула и не сказала категоричное «нет».
Я же знаю, что нравлюсь ей так же, ка она мне.
И, если для того, чтобы завоевать её доверие, мне придётся изображать из себя девственника, я согласен.
Но недолго.
Хотя, уверен, Платонова и сама долго не выдержит.
Глава 22
Полина
– Нет, вы только посмотрите на неё!
Тётя Света измеряет площадь кухни широкими резкими шагами.
– Работу бросила… мужика бросила… да ещё все деньги просвистела за неделю, у тебя вообще голова есть?
Многозначительно молчу. Кажется, последняя точно отъехала, если я позволила Слону снова целовать себя в его кабинете.
Все мои мысли сейчас только об этом, и я пропускаю мимо ушей половину тирады любимой родственницы.
– Так. – Упирает руки в бока, становясь напротив меня. – Теперь точно решено: ты возвращаешься к нам, а квартиру бабкину сдавать будем. Так и быть, ремонт беру на себя. Вадик!
– Теть Свет, успокойся. – Возражаю против такой перспективы. – Я никуда не перееду. У меня всё под контролем, тем более, я собираюсь вернуться в «Радужный Слон».
– Вот ещё! Хочешь снова быть девочкой на побегушках? Зачем было учиться столько лет, чтобы потом письма рассылать, да кофе приносить?
– Мне обещали повысить зарплату и сделать нормальный график работы.
– Кто обещал? – Тётя всё не унимается. – Этот холёный?
Она явно чувствует неладное, у моей родственницы врожденное чутьё на такие вещи.
Мы сражаемся взглядами.
– Милая моя, такие, как он, никогда не женятся на простых девочках типа тебя. Он тебя пережуёт и выплюнет, и даже не поморщится!
Сама нас наедине оставила, даже не моргнула. Света – гуру женской логики.
– Я за него замуж не собираюсь. – Пытаюсь возразить. – Это всего лишь работа. Может даже временная, пока не найду что получше.
На кухню заходит дядя Вадик.
– Вы чего тут шумите? – Почёсывает объёмный живот. – Светик, ты что так разволновалась?
– Я просто не знаю, как объяснить ей очевидные вещи. – Тётя присаживается на край стула с красивой резной спинкой.
Вся мебель в их доме выполнена в классическом стиле, светлая и очень дорогая. Света любит, чтобы её окружало всё красивое.
– Я всего лишь хотела рассказать вам о своей поездке. Зачем из этого делать трагедию?
Я и сама понимаю, что она во многом права.
Евгений Дмитриевич уже «пережевал» меня один раз, ничто не помешает ему сделать это снова.
Не знаю, зачем ему эти игры, но уже не могу остановить себя, чтобы не принять их правила.
Слишком меня тянет к нему. Слишком хорошо было с ним.
За три минуты удовольствия готова отдать что угодно. Потому что, за двадцать три года жизни впервые такое ощутила.
Потому что не знала, что может быть так хорошо во всём: лежать в обнимку, под монотонное урчание телевизора, обедать вместе, наблюдать, как сосредоточенно ведёт машину, держать за руку, и заниматься любовью.
Узнавать его с разных сторон и удивляться вновь открывшимся знаниям.
Я уже даже не пытаюсь уменьшить его значимость в моей жизни, признавая, что влюблена по уши.
– Ну, показывай фотографии. – Дядя Вадик кивает на телефон, лежащий на столе. – Как там Питер, стоит?
– Это потрясающий город! – Тут же уплываю в воспоминания о поездке.
Мужчина напяливает на нос очки и рассматривает многочисленные фото, сделанные мной. Тётя фыркает и поднимается, чтобы начать перебирать специи в кухонном шкафу.
– Ну, конечно. – Бухтит себе под нос. – Никому здесь не интересно моё мнение. А я ведь, как лучше хочу!
– Ну не ворчи, Светик. – Дядя отдаёт мне телефон и подходит к жене. Чмокает ту в плечо. – Ты у меня вообще самая умная.
На моей памяти, в этой семье дядя никогда ничего не решал. Он позволяет супруге рулить семейным бюджетом, полагается на её продвинутое мнение во всём, предпочитая тихо обеспечивать её всем необходимым, не вступая в бессмысленные споры.
Когда я выхожу от них и вдыхаю морозный воздух, чувствую облегчение. Мне ещё надо подготовиться к первому рабочему дню: собраться с духом, порепетировать перед зеркалом отстранённо вежливое выражение лица, хоть и знаю, что вряд ли смогу долго продержаться. При виде начальника вся моя уверенность улетучивается и остаётся только глупая влюблённость.
Уже в квартире, ворочаясь на диване, представляю, как будут проходить новые рабочие дни.
«Позволь мне ухаживать за тобой…»
Что он имел ввиду своими словами?
Турецкий сериал – сто тридцать восьмая серия…
Хочу убедить себя, что Слон просто играет со мной, но почему-то не получается. Его слова звучали искренне, и надежда внутри меня раздувается до невероятных размеров.
Мой второй по счёту «первый рабочий день» в типографии «Радужный Слон» начинается под стать вдохновляющему названию.
Конечно, я встала пораньше, навела марафет, позавтракала даже плотно, чтобы живот от волнения не сводило, но всё равно в груди замирает, когда переступаю порог фирмы.
Я вновь на работе в числе первых, не считая охранника, скоро подтянется Сева, потом девчонки, Евгений Дмитриевич придёт минут за десять-пятнадцать до начала трудового дня, озаряя пространство своей потрясающей улыбкой.
Ощущение дежавю окутывает меня и усиливается, когда подхожу к знакомой до боли стойке администратора, пуще прежнего заваленной всяким рабочим хламом. Пора бы уже навести тут порядок, больше нет смысла бесить начальство, а в таком хаосе я долго находиться не смогу.
Здесь всё такое родное: ручки в зелёной офисной подставке, папки, подписанные разными почерками, яркие стикеры с напоминаниями, тёмно-серый, видавший виды, стул на колёсиках…
Чего в этом беспорядке быть точно не должно, так это красивого букета из китайских роз, и коробки с тортом, украшенным свежими фруктами.
– Торт – инициатива девчонок, они так рады вашему возвращению. А букет – лично от меня, Полина Сергеевна.
Сначала появляется голос, потом его обладатель, как всегда излучая харизму и отменный вкус. А ещё мы оба в голубых рубашках, и это кажется мне символичным. Дрожь пробегает по всему телу, когда Слон подходит ближе.
– Спасибо. – Могу только выдавить я. – Вы сегодня рано.
Эмоции бьют через край, никогда не подозревала, что меня так легко подкупить обычными сладостями и цветами.
– Надеялся застать вас до того, как вы приступите к непосредственным обязанностям. – Мы снова в привычном положении, между нами стойка, с которой всё и началось. – Прекрасно выглядите.
Я смущаюсь от простого комплимента, и зачем-то поправляю волосы, которые сегодня полтора часа укладывала в красивые локоны. На мне строгий костюм и обычная рубашка с мелкими пуговицами, но над макияжем и причёской я поработала тщательно.
– Спасибо, вы тоже. – Возвращаю комплимент начальнику, но тот не обращает внимания.
– Знаете, Полина Сергеевна, вам очень идёт это место. В хорошем смысле. Я, если честно, никого не вижу в этой роли, кроме вас.
– Сомнительное предположение, конечно. – Пытаюсь делать вид, что меня это не задевает. – Не думала, что предел моих мечтаний – стойка заваленная хламом.
Улыбаюсь, чтобы не закапать случайно слюной какие-нибудь важные документы.
– Уверен, вы с этим разберётесь. – Тоже улыбается. – Оставите мне маленький кусочек торта? Удачного вам дня.
Он подмигивает и разворачивается в сторону своего кабинета.
– Мы позовём вас, когда будем пить чай! – Бросаю ему в спину, лыбясь, как довольная кошка.
Это он имел ввиду, когда говорил об ухаживаниях?
Втягиваю носом нежный запах прекрасных роз. Признаюсь, мне никто ещё ни разу не дарил цветы, хоть я и была два года в отношениях.
Это, капец, как приятно, особенно получить их от такого мужчины…
Ну всё, розовые единороги… а, нет… маленькие радужные слоники скачут вокруг меня, посыпая пыльцой благоговения.
И как вот тут настроиться на работу? Ума не приложу.
Улыбка не сходит с лица. Девчонки обнимают меня по очереди и все сразу.
– Я знала, что ты вернёшься! – Валя, дизайнер, больше всех выражает радость по поводу моего возвращения, видимо, ей чаще всех пришлось заменять меня на этом месте.
Кристи и Соня тоже с энтузиазмом встречают и обещают рассказать все последние новости во время общего чаепития.
Только Сева ограничивается обычным «Привет, Ляль», но, говорят, у него сейчас какие-то разборки с женой, что в общем-то неудивительно.
День проходит стремительно.
В обед мы все вместе режем торт и пьём чай, и, конечно, в присутствии шефа никаких грандиозных секретов мне никто не рассказывает. Все только многозначительно переглядываются. Но для меня шок уже то, что Соня беременна, и скоро уйдёт в декретный отпуск. Искренне рада, думаю, из неё получится отличная мама.
К вечеру кое-как удаётся разгрести завалы и упорядочить часть документов. Девчонкам явно было не до этого, обстановка ещё хуже, чем до моего ухода. Но меня это не пугает, постепенно, шаг за шагом, я добьюсь нужного мне порядка и системы, хоть до этого ещё далеко.
– Полина Сергеевна, вы ещё не закончили?
Евгений Дмитриевич почти не напрягал меня сегодня, позволив заняться разбором рабочего места.
– Почти. – Улыбаюсь устало. Все же, насыщенный эмоциями день меня вымотал. – Завтра продолжу, срочное вроде всё переделала.
– Хорошо. – Кивает. – Вас подвезти?
Вот это, наверное, лишнее.
Я сейчас в таком состоянии, что не могу мыслить трезво.
– На улице метель, как бы ваши цветы не пострадали.
Очень хитрый ход, Слон. Просто браво.
– Что, и правда метель? – Пытаюсь всмотреться в темноту за окном. – Даже не знаю.
– Я от чистого сердца предлагаю. – Не сдаётся. Мы снова практически одни в этом офисе. Так уж повелось, что уходим почти всегда последними. – У вас был насыщенный день, доедете с комфортом, и не нужно трястись в автобусе.
В его машине знакомы запах.
Я сижу и слушаю негромкую музыку, пока шеф пытается щёткой очистить авто от сугроба, который намело за несколько часов.
Тридцать два процента – пытаюсь напомнить себе.
Ничтожно низкая совместимость, два человека из разных миров.
Но почему тогда такими родными кажутся все его движения? Когда садится в машину, дёргает плечами… дует на ладони, чтоб согреть, бросает короткий взгляд на меня и поворачивается, чтобы выехать с парковки.
Будто мы делали так тысячу раз, и это лишь один из вечеров, который пройдёт по-домашнему уютно и спокойно, с ощущением защищённости, нужности, а не гулкого холодного одиночества, к которому я так привыкла.
Чуть больше суток длился наш роман, но такое ощущение, что этой пропасти не было, и мы по-прежнему вместе, хоть он и обращается ко мне по имени-отчеству, как я и просила.
В его машине уютно.
С ним рядом уютно и тепло, и мне не хочется сейчас расставаться.
А наверху сегодня явно слышат все мои запросы.
Весь город встал из-за погодных условий, на дорогах заторы, мы продвигаемся в час по чайной ложке.
Но я с ним. На моих коленях цветы. В ногах приятная усталость, в животе томление.
И вряд ли можно найти более счастливого человека.
Глава 23
Евгений
Никогда в жизни я так не радовался пробкам.
Честно, до сих пор удивлён, что Полина согласилась поехать со мной. Думал, будет гордо покорять недра автобуса, лишь бы показать свою независимость.
Но она снова меня удивляет.
Тем, что улыбается мне, а не строит из себя «загадочную стерву».
Она поставила мой букет в красный угол и весь день сдувала с него пылинки (я исподтишка наблюдал…), даже сейчас держит, будто это какое-то сокровище. Обычные цветы. Простой знак внимания превратила в целое событие. Такое ощущение, что этот букет – первый в её жизни.
Мы двигаемся медленно, снег валит, как безумный, так, что дворники еле справляются. А я искренне жалею, что сегодня не пятница, ведь в таком случае я нашёл бы способ заманить её к себе.
– Похоже, ехать будем долго. – Тихо говорю ей, наблюдая боковым зрением.
Полина сегодня очень красива, ей идут распущенные волосы и этот неброский макияж, даже светло-голубая рубашка, в тон совпавшая с моей, подчеркивает цвет её прекрасных глаз. И это пальто с широким поясом, и вязаная шапка – вроде незамысловато, но в то же время элегантно. Или просто я научился читать её красоту «между строк», после того, как больше суток изучал прекрасное молодое тело вдоль и поперёк.
– Сегодня все домой попадут поздно. – Ещё тише отвечает Полина.
– Если хочешь, можешь опустить сидение.
– Мне и так хорошо.
Я весь день держал дистанцию и «соблюдал корпоративную этику». Сейчас мы уже не на работе, и это дико радует.
– Устала?
– Конечно. – Откидывает голову и поворачивается ко мне. – Столько эмоций… Не думала, что все будут так рады моему появлению.
– Я же говорил. Все без ума от тебя.
Включая меня.
Снова укромно улыбается, прячась в объёмный шарф.
– Есть хочу. – Признаётся.
– Тебе ещё ужин готовить?
– Дома есть суп. Но до него ещё надо добраться.
– Сто лет не ел суп.
Говорю это, потому что на самом деле, готовлю обычно что-то мясное, с гарниром, чтобы пузо отвалилось, как говорится. И то, только по выходным обычно.
– Слава богу для кота придумали сухой корм, иначе он давно ноги бы протянул с моей любовью к кухне.
Она снова смеётся, никак не комментируя моё заявление.
– Как там Василёк? – Переводит тему на кота. – Вы помирились окончательно?
– Похоже на то. По крайней мере, теперь я сплю не боясь, что он выцарапает мне глаза.
– Ты что! – Возражает. – Он же и мухи не обидит! Такой прекрасный пушистик, ему просто не хватает внимания. Ты всё время на работе, он скучает, вот и стал проявлять характер.
Мы уже во всю на «ты», и это не может не радовать. Наивная Поля, решила, что, расставив между нами границы, отдалит меня от себя. Или наоборот. К ни го ед . нет
Но я намерен эти границы стереть.
– Расскажи мне о своей поездке.
Платонова поворачивается, видимо гадая, откуда я знаю об этом.
– Слышал сегодня, как вы с девчонками обсуждали. Мне интересно. Ты впервые в Питере была?
– Да. – Мечтательно отводит взгляд. – Мне очень понравилось. Знаешь, я вообще нигде не бывала за пределами нашего города раньше, но, думаю, моё мнение бы не изменилось, если бы я даже объехала полмира.
– Согласен. Есть такие места, в которые влюбляешься сразу.
– И у тебя есть такое место?
– Конечно.
– И где? – Она с нетерпением смотрит. Ждёт чего-то особенного.
– Если в России, то Байкал. А в мире… есть местечко в Румынии, несколько раз пришлось побывать.
– Ого…
– Нужно увидеть, чтобы понять. – Мне вдруг искренне хочется поделиться с ней этими эмоциями. – Я много где бывал, но не везде мне понравилось. Хотя, сами по себе путешествия – уже впечатления.
– Завидую. – Как-то грустно произносит. – Надеюсь, я тоже когда-нибудь посмотрю весь мир.
Мне хочется сказать, что для нас нет ничего невозможного, но боюсь её реакции, ведь уже два раза чуть всё не испортил.
– Если ты чего-то очень сильно хочешь, это обязательно исполнится.
– Да, я знаю.
Какое-то время мы молчим. Пробка немного рассасывается, движение становится интенсивнее.
Полина смотрит в окно, опустив голову на сидение, я не трогаю её, просто наслаждаясь такой близостью и тихой музыкой, разбавляющей наше уединение.
Когда мы доползаем до её дома, я ощущаю огорчение. Или разочарование. От самого себя, что так и не смог придумать причину, почему мы не можем сегодня ночевать вместе и вообще не расставаться, а только лишь изобразил из себя хренова джентельмена.
– Спасибо, что подвезли. – Снова переходит на официальный тон, что ещё хуже, чем если бы просто послала.
– Не за что.
Пока она отстёгивает ремень, я тянусь к бардачку, и девушка замирает на месте.
В моей руке её шапка, та самая, которую она оставила мне вместе с разбитыми ожиданиями. Я протягиваю её Полине.
– Ты забыла в прошлый раз.
Сейчас она уйдёт домой, и я потащусь обратно, к себе в квартиру, созидать одиночество.
Из неё вырывается выдох со стоном.
Что это, я не могу понять.
Поднимаю глаза, и мы встречаемся взглядами.
Может, я зря всё это делаю…
Может, не нужно так напирать, стоит дать ей время, отпустить ситуацию…
Подождать, в конце концов.
Я же могу подождать, правда?
– Хочешь суп? – Шепчет она одними губами.
Да не может быть…
Выдыхаю, упираясь лбом в её плечо.
Господи, за что ты послал мне эту девушку?
Обещаю, я буду вести себя, как примерный мальчик, и даже перестану гнобить кота!
– Хочу, конечно.
Полина почему-то смеётся.
– Не можем мы по нормальному, да?
Поднимаю свое перекошенное лицо и обхватываю голову Поли рукой.
– Не обещаю, что завтра у твоей машины останутся все колёса. – Предупреждает она. – У нас неблагоприятный район.
Мне просто хочется целовать её.
И я делаю это, уже не боясь негативной реакции, ведь только что получил зелёный свет.
– Я люблю тебя. – Шепчу ей, не обращая внимания на то, что мы всё ещё в машине, что между нами букет колючих роз, что надо бы сделать это как-то поромантичней.
Из меня просто вырывается признание само собой.
И плевать, что прошло мало времени.
Что у нас типа там несовместимость по психологическим портретам.
Я так чувствую.
И прямо говорю.
– Я тоже. – Тихо шепчет Полина.
И нам бы трахаться до посинения. Никто не мешает.
Но мы всё сидим в моей машине. И боимся отпустить друг друга.
Ведь самое главное, что мы рядом. Что она мне верит.
Потому что это на самом деле так.
Я люблю Полину Платонову.
Мой кот это подтвердит.
Эпилог
Полина
– Вы с шефом мутите?
Сонин вопрос застаёт врасплох, и я давлюсь чаем.
Девчонки устремляют на меня свои взоры, и мне ничего не остаётся, кроме как пропищать:
– Это так заметно?
Не то, чтобы наши отношения с Женей великая тайна, но я попросила его пока не афишировать, сама не знаю, почему. Наверное, из-за того, всё-таки, что он мой начальник. И я не знаю, как отреагируют наши родные и друзья на то, что мы официально вместе.
Я до сих пор в это не верю, ещё неделю назад мне казалось, что такое невозможно. А теперь сижу под шквалом пытливых взглядов и не знаю, куда бы провалиться.
– Ты смеёшься? – Подхватывает Валя. – Только слепой не увидит, какие между вами искры летают. А Крис вообще видела, как он тебя в коридоре зажимал.
Господи, как стыдно…
Почему мне одной отдуваться приходится?
– Просто мы не хотели выставлять всё напоказ, слишком мало времени вместе…
– Ну это понятно. – Соня жалобно смотрит в Валин стакан с чёрным кофе. – Счастье любит тишину – не зря же говорят.
– О, милая, ты здесь? – Слон заходит на кухню неожиданно, абсолютно бесцеремонно подходит и смачно целует меня в губы.
Девчонки сначала ошарашенно замолкают.
Как и я.
– Ого… вот это страсть! – Валя оживает первой, уставившись во все глаза на довольного шефа.
– Что это значит? – Шиплю я, приходя в себя.
– Это значит, что мы выходим на новый уровень. – Объясняет он. – Я только что сообщил родителям.
– Что??? – Вытаращиваю на него глаза, пытаясь подавить зарождающуюся панику. – Ты с ума сошёл?
– Пойдёмте, девушки. – Соня призывает всех оставить нас наедине. – Голубкам поворковать нужно.
Я уже не обращаю на них внимания. Тут проблема посерьёзнее нарисовалась.
– Почему ты не предупредил меня?
– Что в этом страшного, Поль? – Не понимает он. – Я хочу, чтобы все знали, что ты – моя девушка. Мы взрослые люди, к чему прятаться?
– Дарья тоже уже знает?
В ответ красноречивое молчание.
– И что они сказали?
Лучше мне этого не знать, вряд ли я вынесу такие психологические потрясения.
– Мама пригласила нас на ужин. Ну если мы согласимся, Дашка с Валентином тоже, конечно же, приедут.
Слон – не простой человек.
Он привык действовать прямолинейно, и всегда думает, что прав.
Мы неделю не можем договориться о моём переезде к нему, точнее, я прошу его не спешить, а он меня – не заставлять его ждать.
Мы ссоримся из-за пустяков почти каждый день, но это настолько круто – ощущать себя частью его жизни, что готова бодаться с ним хоть каждую минуту.
– Такие вещи нужно решать вместе.
– Вот я тебе и говорю, чтобы посоветоваться. – Убеждает. – А девчонки уже давно всё просекли. Соня меня ещё в понедельник спросила, почему я не объявил им, что мы вместе.
Вот ведь…
Кого я тут обмануть пытаюсь?
Может они и мой маскарад тоже раскусили сразу?
– Тогда зачем мы якобы скрываем? К чему этот цирк?
– Ну ты просила не афишировать…
– Господи! Ты невыносимый… – Рычу и отворачиваюсь, потому что иначе просто его убью.
День проходит нервно. Я не могу сосредоточиться на делах, потому что всё время думаю о предстоящем ужине. Как мне себя вести? Что им говорить?
Явно же Дарья с Елизаветой Степановной не собираются помогать мне влиться в семью Слона, после того, что произошло.
Они фанаты Наденьки.
Но в любом случае, если моему мужчине это важно, я, конечно же, переживу званое сборище, отыграюсь потом на нём, когда будем рассказывать обо всём тёте Свете.
– Не переживай ты так. – У Жени приподнятое настроение. – Всего лишь ужин.
Мы едем к его родителям загород, потому что оказалось, что ужин уже сегодня.
Молчу.
Меня распирает от негодования и злости на него, за то, что я не успела привести себя в порядок и подготовиться морально, как следует.
Конечно! О чем можно беспокоиться, он же всегда выглядит на все сто, и спокоен, как исполинский дуб!
Отчаянно хочется выпить, хоть и не имею такой пагубной привычки.
– Поль, не дуйся. Всё будет хорошо. – Берёт меня за руку и пожимает её. – Я рядом с тобой, и в обиду не дам.
– Зачем мы вообще едем туда, где меня может кто-то обидеть?
– Это мои родственники. – Поясняет, как ребёнку. – Я хочу, чтобы они знали, что у нас с тобой всё серьёзно, и перестали придумывать новые способы пристроить меня.
– Ну, понятно. Очень удобно использовать меня для отвода глаз…
Я от нервов леплю всякую чепуху. Это сразу видно по его взгляду.
– Я просто волнуюсь. – Оправдываюсь тут же. – И не могу это остановить.
В ответ Слон чуть сильнее сжимает мою ладонь и прикладывает её к своим губам.
Конечно я таю от таких действий. Всё тело покрывается мурашками.
Мы добираемся до места назначения спустя минут сорок.
Паркуемся у небольшого симпатичного дома, который виднеется за коричневым забором. Не слишком помпезно, но и не дёшево выглядит жилище родителей Жени, чуть скромнее, чем у Дарьи.
Я держу в руках торт, который мы купили по пути, будто пытаясь им закрыться.
Переживательно это всё.
С последней нашей встречи прошло около месяца, но воспоминания того самого вечера больно ударяют под рёбра, заставляя выдохнуть с шумом.
– Пойдём. – Женя берёт меня за руку, уверенно шагая к двери, а я семеню за ним, предвкушая укоризненные взгляды и осуждающие жесты.
– Приехали! – Раздаётся громкий голос Дарьи, и сердце ухает в пятки.
Я трусиха.
И хочу сбежать отсюда, но не имею такой возможности.
Торт и крепкая хватка Слона препятствуют этому, руша последние надежды.
При нашем появлении все присутствующие в этом доме вываливают в прихожую.
– Полечка! Мы так рады!
И тут я понимаю, что не зря волновалась.
Тётя Света с дядей Вадиком, оказывается, тоже приглашены.
– Полина!
– Платонова, остановись!
– Поль, ну ты чего?
– Полин, стой!
– Заклинаю, остановись, у меня уже ноги отмёрзли, я же в тапочках!
– Вот и не ходи за мной!
Выплёвываю, глотая слёзы и ускоряя шаг.
В этот самый момент его рука ловит меня и разворачивает.
– Платонова, ты, конечно, странная девушка, ну это уже слишком.
Слон часто и тяжело дышит, после пробежки за мной в тапочках по сугробам.
Я молча всхлипываю и трясусь. Плохо… от того, что он рядом стоит. И не понимает, почему я так стартанула.
– Ну хорошо. Что случилось?
Женя переминается с ноги на ногу, руками берёт меня за плечи.
По-прежнему молчу.
– Давай вернёмся в дом и спокойно поговорим. Ты замёрзла, трясёшься вся.
Мне-то не холодно.
Мне просто плохо.
– В прошлый раз… на таком вот ужине… ты бросил меня…
Мой голос дрожит. Пытаюсь не расплакаться окончательно.
– Чего ожидать сейчас?
Он всматривается в моё лицо под светом фонаря.
– Я не собираюсь тебя бросать. Я же люблю тебя.
– Ты должен был сказать, что пригласил мою тётю. – Игнорирую это признание. – Ты не знаешь, какие у нас отношения! Ты вообще мало чего обо мне знаешь! И я не вещь, чтобы просто использовать меня в удобном случае!
Всё это вырывается из меня само.
Я себя не контролирую.
Просто так обидно, что я готова менять ради него всё, а он по-прежнему живёт так, как хочет.
– Хорошо. Ты права. – Соглашается.
– Конечно. Я права!
– Только я тебя не использую. – Тут же возражает. – И вообще-то, приготовил сюрприз, но ты так быстро сбежала, что я только успел эти тапочки напялить.
Перебирает ногами на холодном снегу.
– Спасибо. Сюрприз удался.
Вдруг как-то становится легче. Грустно, но легче.
Наверное, мы на самом деле не подходим друг другу. Проценты не врут.
– Как ты можешь о нём судить, если ещё не видела?
Тут вот непонятно. Кто там ещё может быть? Наденька? Илья?
Нет, я не выдержу.
– Пойдём в дом, пожалуйста. – Умоляюще смотрит в глаза. – Я тебе там всё объясню и покажу. Надеюсь, тебе понравится.
Я ещё сомневаюсь.
Но ведь он не поступит со мной так снова?
– Ладно.
Возвращаемся.
В прихожей собралась вся семья Слона и мои тётя с дядей. Никаких Надь и Ильи тут нет, уже радует.
Все выжидающе смотрят и ждут пояснений.
Женя становится позади меня и берёт руками за плечи.
– Знакомьтесь: это Полина, моя девушка. – Звучит его голос над ухом громко и уверенно. – Она волнуется и переживает, что вы её не примете. Но вам придётся, хотите вы этого или нет, потому что я собираюсь на ней жениться.
Чтоооо?
Поворачиваюсь в пол оборота.
– Что? – Голос теряется.
Вокруг нас шум и вздохи, но я сосредоточена на его лице.
– Поль, мы с Василевсом уже определились. Ты нам подходишь по всем параметрам. Мы тебя любим, и хотим, чтобы ты была рядом. Поэтому решать только тебе. Выйдешь за меня?
Я просто в шоке, и молча разглядываю его, будто впервые увидела.
– Слон! А кольцо где? – Это Дарья оживает, отойдя от ступора.
– Господи! Счастье-то какое! Полечка, соглашайся скорее! – Это тётя, уже примеряется, почём сдавать бабулину квартиру.
– Вот это поворот… – Тихий вздох от Валентина.
Родители Слона, наверное, пока вообще не осознали, что тут происходит.
Во время наших переглядок Женя достаёт коробочку с кольцом и ловким движением её открывает.
– Но мы же всего неделю вместе… – Лепечу я, не веря своим глазам и ушам.
Может мне снится всё это? В реальности же такого не бывает?
– И как нам это может помешать? – Резонно заявляет он. – Если хочешь, можем расписаться летом. Просто сейчас ответь согласием. И я буду самым счастливым человеком на земле.
– Ладно.
– Ладно?
– Ну да.
– Платонова, я тебе предложение делаю, а ты говоришь «ладно»?
Мои щёки начинают дико гореть. И я всё ещё в пуховике, на пороге дома четы Слонов.
Абсурд какой-то!
– Согласна! Я выйду за тебя, Евгений Дмитриевич Слон!
– Ну слава богу! Я думала, не дождёмся! – Дарья снова разряжает обстановку. – Несу шампанское! А вы раздевайтесь, а то спарились уже в куртках!
Вокруг начинается возня.
Все подходят, поздравляют нас, помогают раздеться, заставляя смущаться и краснеть.
Только после того, как мы проходим в комнату, Женя наконец-то надевает мне на палец кольцо.
Он целует меня в щёку, будто тоже смущается при родственниках. Но обнимает так, что внутри всё переворачивается.
– Ты сошёл с ума. – Шепчу ему на ухо, пока никто не слышит.
– Да. – Отвечает так же тихо. – Это всё твой крокодиловый пиджак. Наденешь его сегодня для меня… прямо на голое тело…
Внизу тут же отзывается теплом и мучительной тяжестью.
Хоть я и знаю, что последнее, что его возбуждает, это тётин костюм.
Просто мы сумасшедшие.
А в бабулином шкафу ещё столько сногсшибательных нарядов!
Мне точно всегда будет чем его удивить.
