Текст книги "Кровавая стая (СИ)"

Автор книги: Павел Смородин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

«Не факт, что нам повезет», – сказал он Ведьме перед уходом и без лишнего зазрения совести соврал. Скажи он ей правду, и она соберется так быстро как только сможет и уедет к чертовой бабушке.

«А врач в роте становится теперь все нужнее и нужнее».

Вот потому он и соврал ей, ведь факт в том, что «Корпусу» тут скорее не повезет. Для равного боя с «Огневиками» у них просто ничего нет. Вот ровно ноль позиций на складе МТС – Шарль лично сам все проверял раз в неделю и обновлял данные в расходной ведомости. Ну, а то, что можно было быстро и не очень дорого переделать старый Даанан выдавал невероятно редко. Происходило это, как правило, после очередного громкого скандала со взаимным бросанием тяжелых предметов в окна, стены и, разумеется, друг друга, а также сопровождавшееся обещанием главного механика лично вырвать старому скупердяю остатки его редких желтых пеньков во рту.

«Если это ребята Кроули, то предыдущие полгода с медленным продвижением, совершенно не страшными ошибками в командовании и прочими мелкими трудностями натурально покажутся настоящим раем на земле».

Никак уж не меньше.

А еще, если это ребята Кроули, то Кэт точно сейчас в самой большой опасности из всех возможных. Да даже сунь она руку под гидравлический молот, или в валковую дробилку, то была бы в большей безопасности, чем сейчас в лесу с толпой этих недоносков.

Глава 7

– Отступаем! – Кэт орала что есть сил в микрофон. – Отходим!

Тяжелые шаги становились все легче и легче, она постепенно ускорилась. Боль все еще никуда не делась, но одурманенный обезболивающим мозг уже воспринимал ее, как незначительную помеху.

– Справа, – голос Анны вновь возник из ниоткуда. Кэт быстро прыгнула уходя от очереди в спину.

Пули подняли целую стену грязных брызг, через которые «Красотка» просто пролетела.

– Кто это говорит? – произнесла Кэт после очередного кувырка.

– Капитан? – в канале послышался знакомый голос. Это был Декланд – самый старый и опытный штурмовик во всем ее взводе, перешедший на службу после взвода отца.

Старый верный Декс. Хорошо, что он выжил.

– Капитан, мы прикрываем, отходите к нам, – голос мужчины был не на шутку взволнован. Это было слышно даже не смотря на шум и звуки близких разрывов.

Несколько коротких очередей прошлись рядом с ней и сняли близко подобравшегося «огневика». Не понятно, на что он рассчитывал, возможно, хотел броситься ей в ноги или повалить в прыжке, но Декс попал в него на самом старте, и пули хорошенько скорректировали траекторию. Тело в легкой броне полетело в грязь и уже на вряд ли поднимется. Выстрелы перебили ему обе ноги, так что он буквально «клюнул» рожей вперед. Кэт быстро оглянулась на подранка и добила одним коротким выстрелом в шарнир, державший забрало. Металл звякнул о металл.

Вольфрамовые патроны никогда не подводят.

– Кто-то еще остался?

– Только мы четверо, капитан.

– Декс, бери всех и отходи в лес, – от бега и десятков самых невозможных уворотов Кэт уж задыхалась. Поврежденные ребра не давали вздохнуть нормально, так что она просто начала хрипеть.

– Капитан.

– Я сказала всем отходить, чтоб вас. Это приказ. Я иду замыкающей, черт тебя дери.

– Есть, – коротко отозвался мужчина и в последний раз выпустил очередь по противникам.

Позади послышались хлопки вылетающих гранат. Теперь парзанцы занялись ландшафтным дизайном. И делали они это куда эффективнее: асфальт впереди буквально вылетел на добрый десяток метров вверх, оставив после себя только воронку в земле, которую тут же принялся заполнять дождь.

Кэт ускорилась. Если она хочет жить, то надо за эту жизнь бороться. Хотя бы убежать сейчас.

Тактическая карта быстро подсветила координаты оставшихся во взводе солдат и указала место до них. Они опережают ее всего на пару минут, не более.

Нужно рвать когти.

Кэт на мгновение прикрыла глаза, вспоминая последние мгновения жизни своего сержанта и лучшей подруги. Сердце вновь сдавила скорбь, но теперь в ней было что-то большее – теперь в нем еще больше ярости. И теперь она точно знает, что готова положить жизнь, но отомстить Джеймсу Кроули.

Кроули был в ярости.

Он буквально закипал от гнева и злости. Этим чертовым сандарским ублюдкам удалось сбежать. Он быстро нашарил загнутую ручку и открыл рывком эвакуационный люк. Толстые пластины защиты груди разъехались в разные стороны, и Брюхо «Левиафана» раскрылось. Глава «Парзанских огневиков» осторожно ступил на мокрую от дождя землю. Тяжелые ботинки громко и отчетливо чавкнули в местной грязи, но Кроули было на это плевать.

Казалось, что капли дождя не успевают на него упасть, а вместо этого испаряются в метре выше. Ему до зубовного скрежета хотелось убить кого-то. Как они смогли упустить целую группу солдат в броневой пехоты? Создатель словно испытывает его терпение на прочность посылая одно испытание за другим.

Кроули осмотрелся. Сейчас, в окружении своих ребят, он чувствовал себя еще увереннее. Что может помешать ему? Сандарцы? Один взвод он уже раскидал, при этом, чуть ли не в кратчайшие сроки. Едва ли не личный рекорд – размазать по асфальту тонким слоем хорошо подготовленный взвод сандарской бронированной пехоты.

Желание убивать не пропало, но стало меньше.

Новый интендант встал услужливо по правую руку. Сержант Херриет – несмотря на свой молодой возраст уже успел зарекомендовать себя неплохо. Он решал проблемы и иногда приносил весьма весомые плюсы от своей службы. Вот и сейчас мальчишка не подвел. Нужно это отметить.

– Херриет, – обратился он, не поворачивая головы.

– Да, господин полковник.

– Отлично сработано. Молодец.

– Рад служить.

– Твой человек оказался весьма полезен. Передай, что за новую информацию мы готовы платить.

– Мы готовы?

– Пусть он так думает. Даже можешь дать ему аванс.

– Он еще просил место капитана в нашей роте. – Кроули взглянул на интенданта весьма выразительным взглядом, так что Херриет быстро понял какую глупость сморозил.

– Сандарец на капитанском посту? У меня?

– Виноват, господин полковник.

– Запомни, Сэм, один раз предатель – всегда предатель. С ними нельзя договариваться, торговаться, а уж тем более полагаться в бою. Мы поняли друг друга?

– Да, господин полковник.

– Свободен. У меня еще тут дела.

В этот самый момент к ним направился капитан взвода легкой пехоты Лемар. В бою он показал себя вполне неплохо, о чем свидетельствовали глубокие борозды на его броне. Длинные цветки царапин расползались по грудной пластине и левому наплечнику. Рука была явно не рабочей.

Лемар Джеймсу откровенно не нравился. Он был отличным офицером для какой-нибудь курьерской службы конгресса, или штабным офицером. Но боевой офицер из него выходил трусоватый. Кроули чувствовал эту слабость во всем: голосе, позе, командах. В своей легкой броне Лемар был почти на голову выше самого полковника, но все равно смотрел на него снизу вверх. Вот и сейчас, он подошел крадущейся походкой и встал словно цапля.

– Господин полковник, – капитан Лемар быстро поднял забрало и вытянулся струной. Он мог бы показаться идеальным офицером с плаката, если бы не насмерть перепуганное лицо и пробитое плечо.

– Господин капитан, наши потери?

– Хм...

– Господин капитан? – в голосе Кроули послышался едва заметный нажим, от которого Лемар откровенно поплыл.

– Семнадцать убитыми, пять тяжелых, господин полковник.

– Плохо, господин капитан, очень плохо, – на этих словах капитана Лемара пробил холодный пот. Тон, с которым это было сказано не сулили ничего хорошего. – Сколько у этих тварей из «Корпуса»?

– Шестнадцать, господин полковник.

Людоед тяжело вздохнул.

– Почти полный взвод. Жаль... Живые есть?

– Трое крайне тяжелых, господин полковник. Ваш сын, то есть капитан Кроули, уже занимается их допросом.

– Хорошо. Всех раненных на сантранспорт. Тела тоже. У вас минут тридцать, не более. Остальным держать оборону и ждать. Выполняйте.

– Есть, господин полковник.

Джеймс не удостоил своего капитана ответом, он просто пошел в направлении, где последний раз видел силуэт машины Маркуса.

– Э... – голос Лемара был нерешительным, словно он собирался оттаскать тигра за хвост. – господин полковник...

– Да?

– Господин полковник, что делать с телами сандарцев.

– Сжечь... хотя... – он на мгновение задумался. Решив что-то для себя, Кроули улыбнулся самой мерзкой ухмылкой, от вида которой Лемар внутренне сжался. – Сжечь, но ту черную суку оставить.

– Есть. А раненные?

– У вас через десять минут не будет этой проблемы, господин капитан.

Сын сидел на корточках возле раненого и проводил допрос. Рука его была крепко перевязана, а сверху была наложена шина. Джеймс не видел, что случилось в горячке боя, но похоже его младшенький переоценил свои силы. Что же... Джеймс тоже этим грешил по молодости, а затем ему сильно поправили лицо, а вместе с ним и мировоззрение. Рано или поздно, но мальчишка точно откусит кусок больше, чем сможет проглотить.

Полковник наблюдал за тем, как ее младший старательно пытается казаться грозным и воинственным, вот только получалось не особенно хорошо. С миловидным и почти девчачьим лицом трудно казаться угрожающим, даже если у тебя в руках не самый короткий нож.

При виде отца Маркус не подал вида, хотя на самом деле он внутри сильно напрягся. Хотелось произвести на отца впечатление, вот только этот сандарский пес был крепче, чем казался.

– Не помешаю, господин капитан? – с легкой издевкой в голосе проговорил отец и встал чуть поодаль.

– Нет, господин полковник. Пытаюсь разговорить этого вот, – младший Кроули кивком указал на лежавшего и истекающего кровью солдата.

– И как получается?

– Э...

– У него повреждена гортань, господин капитан. Он вам ни на один вопрос не ответит, если вы конечно, не подождете пару-тройку недель, пока он хоть дышать нормально сможет.

«Черт, – Маркус почувствовал себя дураком. – Опять он это сделал».

Сначала та черная сука походя вытерла им асфальт и вывихнула руку. Теперь вот это... А отец словно специально вытаскивает все его ошибки на всеобщее обозрение.

– Вы позволите, господин капитан? – полковник кивнул в направлении лежавших рядом пленных.

– Конечно.

– Ничего не забыли?

– Конечно, господин полковник.

Маркус отошел от тела своего пленного, позволяя отцу подойти. Полковник на ходу вытащил пистолет из наплечной кобуры, а затем одним плавным движением он снял с предохранителя и тут же и всадил не глядя три пули в пленного. Две в тело, последняя в голову.

«Всегда делай контрольный в голову, – внезапно вспомнилось Маркусу одно из наставлений отца, – иначе в один прекрасный момент за спиной у тебя окажется один очень крепкий и очень злой сукины сын».

Людоед медленно присел на корточки перед связанными пленными и улыбнулся одной из своих хорошо отрепетированных улыбок. Ребята пытались храбриться, вот только едва заметная тень ужаса промелькнула в глазах у обоих. Как раз то, что ему и нужно для начала «разговора». Кроули по очереди заглянул в глаза обоим, сидевшим бок о бок, и после достаточно заметной паузы произнес своим самым спокойным голосом:

– Привет ребята.

В ответ не последовало ни звука, сандарцы делали вид, что не боятся его. Зря. Если они в этом переусердствуют, то Создатель свидетель – он точно заставит их об этом пожалеть так быстро, как только это возможно.

– Думаю, что нам надо познакомиться, – произнес полковник на сандарьи с легким рычащим акцентом северных окраин. – Вы, конечно, обо мне слышали, только не думали, что я – это он. Но да, я – это именно он. Меня зовут полковник Джеймс Натаниэл Кроули старший, но вы меня больше знаете по моему прозвищу. Я прав?

Один из связанных одними только губами проговорил ругательство.

– О, я прав. Прямо на лицах ваших вижу, что не ошибся, – Людоед оскалился целой половиной лица в улыбке, а затем, когда пленные и эту его гримасу прочувствовали, продолжил: – Вы обо мне слышали, и готов поставить сто марок против гнилого огурца, что слышали только плохое. Так вот, то, что вы услышали обо мне – наглая и отвратительная ложь. Могу вас заверить, – здесь Кроули выдержал небольшую паузу, подбавив напряжения, – я еще хуже. Хотите сыграть со мной, капитан?

– Э...

Последние слова, как и все предыдущие, полковник произнес на сандарьи, так что сын просто хлопал глазами в ответ. «А как этот дебил собирался вести допрос, если не говорит на их языке»?

– Ладно, не бери в голову, – быстро осадил Джеймс сына, а затем продолжил с пленными: – Итак, ребятки, мы с вами сыграем в небольшую викторину, тот, кто первый произносит ответ на мой вопрос остается с призом. Правила просты – вы и сами поймете, когда попробуете.

Он быстро и ловко стянул с ног пленных сапоги, после чего вытащил из небольшой портупеи острый охотничий нож

– Я начну с самого простого. Ставка – палец на левой ноге ноге. Имя. Вашего. Капитана?

Они оторвались. Кэт не знала этого наверняка, но чувствовала, что сейчас ей ничто не угрожает. Все активные системы поиска молчали.

– Привал, – приказала она в гарнитуру и сбавила темп бега.

– Есть, – прозвучал голос Декса. Затем отзыв повторился еще три раза.

Кэт остановилась в паре шагов от оставшихся подчиненных.

Четверо.

Только сейчас она поняла масштаб случившейся с ними катастрофы. Их осталось всего четверо. Кроули превратил ее отличное слаженное подразделение в один огромный клубок из умирающих людей. Да тут при всем желании называться десятым взводом они тупо не смогут.

Кэт сглупила и тем самым угробила четыре пятых взвода. Гребанные восемьдесят процентов личного состава. Ребята, с которыми она прошла через такое, о чем не говорят в приличом обществе, теперь мертвы.

Ей подурнело.

Кэт согнулась пополам, и едва успела поднять забрало. Ее вырвало кровью и желчью.

– Капитан, вы как? – Декс осторожно подошел сзади и встал рядом закрывая ее спину.

– Отлично, – прохрипела Кэт, когда все закончилось. – Просто великолепно. Докладывай.

– Уцелели: я, Жак, Саньи и Марко.

На каждом имени Декс указывал на пилота.

– Все целы?

– Только легкие ранения, капитан.

– Что с амуницией?

– Продержимся пару суток без проблем. Есть сухпай, но надолго не хватит...

– Хорошо. Вода?

– В норме. Ждем приказаний.

Вот только дождутся ли они этих самых приказаний? Кэт решительно не понимала, что делать. По логике вещей и самой ситуации, они должны пробиваться в направлении основных сил, при этом оставляя наибольший ущерб. Вот только этот ход предсказуемый, а у Кэт уже выработался здоровенный скепсис в отношении предсказуемых действий.

– Двигаемся по большой дуге для соединения с основными силами. Проверяем связь и пытаемся предупредить Мангуста и всех остальных ребят. Что поменяется в процессе – будем смотреть. Возражения?

Никто не поднял руку, и только голос Анны в наушнике тихо проговорил:

– Не представляется возможным.

– Все хорошо, капитан? – Декс словно уловил что-то во взгляде Кэт.

– Да, все хорошо.

– Не говори в ответ, думай в ответ, – произнесла эта Анна в голове у Кэт.

«Так»? – мысленно ответила Кэт.

«Да», – подтвердил голос.

«Ты кто на хер такой»? – орать на голос в голове было полной глупостью, но скрыть негатив было для Кэт просто невозможно.

«Эвристический вычислитель четвертого класса для боевого доспеха „Авангард“ за номером 41-101/3, также снабженный расширенной искусственной личностью. Можете звать меня „вычислитель“ или Ева», – прозвучало следом.

«Искин? Такого не бывает», – Кэт была абсолютно в этом уверена. Дед, конечно, был неплох в механерии, но написать действующий искин четвертого класса было для него точно не по силам.

«Вы правы, я, действительно, ограниченный искин четвертого класса функциональности, – подтвердил голос, но затем продолжил с легкой обидой в голосе: – только сомнения в моем существовании беспочвенны, вы, разумеется, правы в том, что сейчас подобная мне технология практически невозможна. Но я – продукт из другой эпохи, так что это противоречие лишено смысла и является когнитивной ошибкой. Сам факт нашего разговора уже говорит о моем существовании... Или вы слишком сильно ударились головой».

Да эта сука просто стебется над Кэт.

Кэт помнила еще на уроках в академии, как о чем-то подобном говорили преподаватели. В империи перед войной разрабатывали вариант высоко функциональной самообучаемой нейронной сети, способной снимать с пилота часть функций. Система называлась «Второй пилот», и про нее ходило просто невероятное количество слухов. Больше слухов ходила про «Черного принца», который якобы учился в академии и успел заделать себе наследника, и к потомкам которого то и дело причисляли особенно выдающихся студентов.

Стоило хотя бы одному пилоту отчебучить что-то совершенно невероятное, как тут же сочинялась легенда, как этот самый пилот обзаводился чудесной броней с экспериментальным вычислителем, который каким-то чудом был установлен на машину. То, что иногда в самых тихих водоемах иногда водятся черти, и любой человек в минуты опасности способен на настоящее чудо, толпа фантазеров словно не знала.

Тогда эти сказочки бесили Кэт, словно люди разом отупели и искали собственной слабости оправдания, вот только сейчас она впервые поняла, что сказки могли иметь под собой какую-то почву, нежели обычная зависть.

Кэт оказалась внутри чертовой сказки. Осталось понять, что именно она теперь может, и в чем именно загвоздка. Система не пошла в серийное производство, а значит что-то с ней было не так. И потому нужно как следует понять, стоит ли игра свеч?

«Какого черта тебе надо»? – мысленно проговорила Кэт не понимая, что теперь делать.

«Основная моя задача, – заученно произнес голос, словно вы – обеспечить выживание и функциональность пилота во всех возможных обстоятельствах, а также обеспечить подобный исход и для себя».

«Как паразит», – при мысли о том, что она станет бесправным приложением к костюму, по спине Кэт пробежал холодок.

Но в ответ Ева только заметила: «Симбиоз – будет точнее, если подобное взаимодействие вообще имеет аналогии. Фактически, мы с вами весьма близкие попутчики, объединенные общей целью. Как я уже сказала, моя задача – обеспечить ваше выживание».

«Как именно»? – Кэт все еще не доверяла заявлениям голоса в голове.

«При полной адаптации к пилоту я способна выполнять часть высокоточных операций путем частичного перехвата контроля, или активным сопровождением. К сожалению, но на данный момент процесс ко-ассимиляции выполняется на начальной стадии, так что доступные для использования функции весьма ограничены. По мере развития процесса функции будут расширяться», – машинный голос быстро выпалил кусок явно справочного текста.

«Прокачка»? – быстро сообразила девушка.

«Уместная аналогия», – голос вычислителя в голосе стал чуть более теплым, словно хваля пилота за догадливость.

«Перечисли доступные варианты содействия»? – что же, если есть что-то полезное, то она будет полной дурой, не воспользовавшись помощью.

«Пассивный поиск и обработка угроз, – принялась перечислять Ева, – активное подавление противника в ближнем бою, содействие на средних дистанциях».

«Перехват контроля над моим телом»? – в голосе Кэт появилась тревога.

«Согласно директиве номер четыре, – снова началась механическая читка текста, – все мои воздействия на оператора ограничены и допустимы с вашего личного разрешения и только во время активного пилотирования. Так что ваши страх беспочвенны. Я не смогу контролировать ваше тело за пределами брони».

Последняя фраза была весьма зловещей, хотя если это был предсерийный образец, то подобные оговорки должны были быть весьма обыденным делом. Так или иначе, но внезапный союзник в лице собственной автоброни сейчас точно был не лишним.

– Капитан, все нормально, вы как будто выпали из реальности.

– Да... просто задумалась. Еще пара минут отдыха, а затем выдвигаемся.

Глава 8

Кроули недовольно вытер нож о рукав пилотского комбинезона пленного и крепко задумался. Вопросы у него все еще оставались. Целая уйма вопросов, если уж быть самим с собой до конца честным, вот только этот пес уже пару секунд как перестал дышать. Ему досталась самая глупая смерть, если подумать, самое то для настоящего героя – от остановки сердца и болевого шока. Выглядел он, конечно, крепким, хоть и раненым, но вот только продержался всего пару раундов. Выдержал отрезанный палец на ноге, выдержал проворачивание ножа в брюхе, а вот дальше «моторчик стукнул», и все... Уноси!

Сломался на первом глазу, хоть и выглядел закаленным ветераном...

«На глазу они всегда ломаются», – подумал про себя полковник и взглянул на младшего сына.

Суммарно, первый и второй допросы заняли не больше пяти минут, но вот парнишка был явно не в своей тарелке. Хотя он и пытался выглядеть так, будто сам готов что-то подобное повторить. Вот только ни черта он не готов. Джеймс отлично знал, что Маркус – больше сын своей матери, нежели его. Он был похож на нее внешне: те же большие и выразительные глаза, то же кукольное лицо, что и у нее, подходящее больше манекеньщику в глянцевом журнале, а не солдату.

«А еще у него такой же мягкий характер, что и у Беатриссы», – подумал Кроули с горечью. Мысли о жене навевали на него невольную печаль, а потму Джеймс старался о своей покойной жене не думать. Не на работе. Мысли сами собой вернулись к его не путевому младшему сыну, который теперь отирается на должности капитана в роте.

Парнишка едва тянул – полковник это понимал, но осталось только убедить в этом самого Маркуса. Пожалуй, упрямство – единственная черта у пацана, которую он точно получил от отца. Все семейство отличалось невозможной упертостью. граничащей с откровенным идиотизмом. А вот с остальными частями характера Маркусу не повезло для его жизни и родословной.

Вот нет в нем того, что делает Джеймса Кроули Людоедом, хоть убивай, но Джеймс ничего особенного в сыне не видел. Самый обычный и скучный, но еще и с непомерными амбициями. Вот только за спиной у мальчишки нет двадцати гребанных лет выживания во всех возможных мясорубках, у него нет полного взвода дохлых друзей, от которых даже точных координат с местом захоронения не осталось. Ему не зашивали рваную рану брюха грязными грубыми нитками в насквозь простреливаемом саманной лачуге старого лавочника, где в качестве анестезии был только отборный солдатский мат, крепкие руки и кусок кожаного ремня, сложенный вдвое. У Маркуса нет шести «Золотых сердец», уложенных рядком в самый дальний и темный ящик стола. А еще у него нет обожжённой рожи, которую полковник Кроули вынужден видеть каждое гребанное утро.

Вот старший сын получился весь в него... Из Джими мог бы получиться отличный солдат и командир, не прибери его к себе создатель. Он уж точно не дал бы какой-то сандарской бабе сломать себе руку.

Людоед вытер нож начисто и убрал его в чехол. Пальцевой упор с глухим стуком ударился об ограничитель, отчего Маркус вздрогнул. Движение почти незаметное, но опытный отец легко такое подметит. «Парню не хватает стержня», – промелькнуло в голове у Людоеда, а через секунду он поймал себя на мысли, что и сам слышал подобное. Именно эти слова сказал отец про тогда еще малого Джима, когда порядком подустал от ежедневных его избиений. Воспитательные методы у него были весьма типичны – лупить за любую провинность и учить жизни через собственный дурной пример. До разговора по-душам мозги старого вояки так и не додумались, но вот запихнуть его в чертово кадетское училище отец сообразил.

Джим ненавидел то место.

Джим ненавидел отца, который его туда запихнул.

Джим ненавидел мать, не сумевшую этого злобного ублюдка остановить.

Джим ненавидел весь этот гребанный мир, но двенадцать лет спустя он повторил историю отца и отправил Маркуса в ту же учебку. Вот только яблоко смогло упасть очень далеко.

Сопляк хочет походить на своего сумасшедшего отца, но не понимает, что у него ничего из этого нету. Нет опыта, который день за днем вылепливал из образцового кадета Джима Кроули то чудовище, которым немногие живые матери из Соленгена и Браствика будут пугать своих детей.

А те – своих.

У мальчишки нет опыта, но, как хороший отец, Джеймс ему этот опыт даст.

– Капитан.

– Да, господин полковник, – бледность уже уходила с лица сына, так что он вновь старался показать себя образцовым военным.

– Вы все поняли из нашего разговора с этими джентльменами?

– Э... виноват, не все.

Полковник тяжело вздохнул.

– Это был авангард «Шестого корпуса». Их десятый взвод, если точнее. Обычно они более крепкие, я пару раз с ними пересекался, так что мы с ними друг друга не любим. Очень сильно не любим.

Маркус внимательно слушал и не сводил глаз с отца. На мгновение Кроули показалось, что его младшенький дышать перестал и вот-вот грохнется в обморок.

– Они нас не ждут, – продолжил Людоед: – и я хочу это так и оставить, но это все может обосрать та девчонка в капитанской броне и остатки ее не добитого взвода. Так что вы, господин капитан, со своим взводом отправляетесь в погоню за нашими «новыми друзьями». Они почти все наглухо отбитые, а еще умеют воевать. У них фора, они устали и в отчаянии, так что имейте в виду: просто и легко не будет.

– С сандарцами? – на взгляд Джима, ответ звучал уж слишком беспечно.

– Да ты, я вижу, ни хера не понял, Маркус, – в голосе отца сквозил металл. – Тогда вот тебе пища для размышления, нас они не ждали, иначе так легко бы бой не дался. Мы нанесли удар быстро и неожиданно, большим числом солдат, с перевесом в калибре, но все равно разменялись один к одному. Так что не нужно недооценивать противника. Это чертовы штурмовики, а не горстка дурачков в броне.

– Виноват, господин полковник.

– Хорошо. Задача – догнать недобитков и не дать соединиться с основными силами. Скорее всего, девчонка умная и пойдет лесом. Она не может дать нам нормальный бой, на открытой местности у вас перевес в живой силе и огневой мощи, она не может это не понимать после всего вот этого. – Кроули старший покрутил пальцем, обводя округу. – Так что капитан Йест будет избегать боя и двигаться к своей норе. Она – хитрая, умная и изворотливая, так что будет гадить.

– Я понял, – после полученной взбучки Маркус виновато опустил глаза и попытался изобразить чувство вины.

– Вот и хорошо. Найти и гнать до Дарстфура. Там вас уже должен ждать капитан Даллан со своими стрелками.

– Господин полковник, разрешите спросить?

– Да.

– Что делать, когда я их поймаю?

– Если, – отец выделил это слово голосом, – вы их поймаете, капитан, то можете сами решить. Мне без разницы. Они не должны сообщить ничего о нас – вот главная задача.

– Я понял, – мальчишка кивнул в знак подтверждения.

– Вот и славно. Я с основными силами отхожу обратно, так что это задание целиком на вас. Все понятно?

– Да, господин полковник.

– Тогда выполнять.

– Есть.

Маркус буквально сорвался с места и побежал в направлении оставленной брони. Слова отца придали сил, так что он не бежал, а летел. И пуская ноги скользили по грязи, но окрыленный он отлично держал равновесие, так что даже умудрился не махать при этом руками. Он буквально впрыгнул в броню. Проблемы возникли только с вывихом, рука все еще побаливала, но Маркусу удалось запихнуть ее в рукав автоброни.

Капитан Кроули быстро захлопнул забрало шлема и готовился выдвигаться,когда до него донеслось громко: «Не подведите меня, господин капитан». Его ждала первая в жизни самостоятельная погоня. Он чувствовал в себе столько сил, что смог бы в одиночку повалить кусок той скалы, на которой залегли эти ушлепки, которых они так легко раскидали.

Отец может думать, что угодно, держать его за маленького, или дурака, но поспорить с тем, что он – отличный солдат, когда Маркус принесет бошку этой суки в капитанской броне, не сможет даже отец. Осталось только эту голову как-то найти.

Они углублялись в лес, постепенно уходя от дороги все дальше и дальше. Лес становился все гуще и гуще, пока, наконец, окончательно не превратился в не хоженый дикий бурелом. Остатки десятого взвода двигались не останавливаясь, изредка кто-то что-то слышал, или замечал. В этот же момент все пятеро бойцов вставали кругом и готовились к обороне.

Пока, к счастью, все тревоги были ложные.

«Внимание, капитан», – прозвучал голос Евы в голове у Киски.

«Что случилось»? – Ева уже довольно долго молчала, так что ее возвращение взволновала Кэт.

«Показатели биохимии в вашей крови очень сильно отличаются от нормы, – абсолютно машинным голосом ответил искин, а затем продолжил. – Уровень моноцитов повышен, нейтрофилы и лейкоциты на критических значениях, данные показатели свидетельствуют о сильном воспалительном процессе, или мощном боевом шоке».

«Рекомендации»? – без особенного интереса подумала Кэт в ответ.

«Постельный режим, курс противовоспалительных, повышение уровня кальция», – все так же бесстрастно продолжал голос Анны в голове.

«Не смешно», – подумала Кэт, а через секунду Ева отозвалась нормальным голосом.

«Прошу прощения, капитан, – прозвучал „обычный“ голос Евы, – в меня заложены несколько автономных систем, в том числе и медицинских. Их запуск прописан в структуре, а они лишены блоков настройки под личность».

«Что за блоки»? – попросила пояснить Кэт.

«Адаптация под пилота, – начала Ева, – его личность, характер и темперамент. В меня встроен модуль оценки рисков, и несколько других психофизических нейросетей, которые оценивают пилота».

«Оценивают»? – заявление Кэт не понравилось, показалось, словно он не женщина, а кусок мяса в пилотском костюме.

«Да, – продолжал самозабвенно говорить вычислитель, – я провожу комплексный анализ всех показателей, после чего свожу все показатели в совмещенный динамический график».

«Твои ограничения функциональности связаны с моей низкой оценкой»? – в мысленном голосе Киски прозвучала обида.

«В том числе, – подтвердила Ева, а затем продолжила, – если пилот не проявляет стремления развиваться, то трата на него ресурсов невыгодна. Кроме того, асоциальное поведение при полной боевой функциональности – весьма глупое решение».

«Звучит, как тренинг личностного роста», – не забыла съязвить Кэт.

«Метод кнута и пряника являлся и остается самым действенным», – в ответ огрызнулась Ева.

«Ну, – произнесла Кэт заинтересованно, – в чем я облажалась, и как мне это исправить»?

«Наибольший вклад в снижение общей оценки внесло ваше психофизиологическое состояние, – голос Евы стал практически извиняющимся, – ваши действия вначале операции были нелогичны, а также опасны для всего отряда. Я не смогла вычислить уровень противника, а потому предложила самое действенное решение».

«Избегание», – подумала Кэт и вспомнила эту надпись на экране.

«Да, – подтвердил искин, – наиболее рационально было незаметно отступить, а после сообщить руководству».