Текст книги "Ковыряла 2 (СИ)"
Автор книги: Павел Иевлев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)
– И я, и владетели, которых представляет Грерат, заинтересованы в том, чтобы внешники, управляющие городом сейчас, не достигли своих целей. Причины для этого у нас разные и в методах есть разногласия, но общий момент состоит в том, что нужно присутствие Дома Креона. Не Шони, как назначенного представителя, а кровного, как Калидия, или хотя бы официального, как Берана.
– Так Калидия или Берана?
– Думаешь, у тебя будет выбор?
– Ну, вдруг. Если я привезу Калидию, когда Грерат требовал Берану, мне снесут башку мечом?
– Он будет недоволен.
– Это значит «да»?
– Только если Калидия ему позволит. Как житель Города, ты в её власти.
– Звучит как говно, уж простите. А если ей будет на меня насрать? Вершки не славятся заботой о низовых, а у Калидии репутация вообще так себе. Говорят, она и владетелей изрядно проредила.
– У неё были на это причины, – уклончиво ответил Никлай, – хотя ты прав, характер тяжёлый. С таким-то отцом не удивительно. Тем не менее, договориться с ней можно, Шоня тому пример.
– Так мне привезти Калидию?
– Привези кого угодно. Важно, чтобы Дом Креона снова взял власть в городе и официально обратился к владетелям, сняв с них клятву не вмешиваться. Берана с их точки зрения более договороспособна, Калидию они просто боятся, но задача может быть решена обоими способами. В любом случае ты слишком мелкая фигура, чтобы кто-то стал мстить персонально. Привези, и проблемы будут решаться на уровне владетелей.
– А лично вы, Никлай, предпочли бы кого?
– Я, Тиган, предпочёл бы Креона, – неожиданно резко сказал учитель. – Но, как у нас говорят: «За неимением горничной пользуем конюха».
* * *
Гарт пришёл с комм-тестером, подключился к силовой установке машины.
– Обновлю драйвера, – сказал он. – Удалось оптимизировать немного. Процентов пять экономии даст, но, может, именно они-то тебе и пригодятся.
– Спасибо, – сказал я. – Ты тоже заинтересован в возвращении Калидии?
– Нет, меня Седьмая попросила, на самом деле, – признался он. – У неё… Не важно, наши проблемы. Я с владетельницей не знаком, меня из разработки выкинули сразу, как она Креона грохнула. Как по мне, это худшее, что девчонка могла сделать для Города, так что лояльность к ней во мне не пылает.
– А что насчёт Бераны?
– Я с ней работал. Потом. Недолго. Я разработчик «Скорлупы», а она нашла под проект ресурсы. В итоге вышло совсем не то, что я хотел, но так обычно и бывает.
– То есть ты за Берану? Что про неё скажешь?
– Очень умная и решительная, но совершенно безжалостная. Натурализовавшаяся внешница, долгоживущая, бывшего мужа терпеть не могла. И да, это большой секрет – пострендница.
– У неё имплосет? – удивился я. – Но ведь вершки…
– Лично Креон распорядился. Не спрашивай. Сет эксклюзивный, скрытый, на основе топового мапского, но с форсажными группами, как у… неважно у кого. В общем, имей в виду, Берана может удивить даже силовика. Один раз и ненадолго, но может.
– У меня есть пистолет.
– Лучше до этого не доводить, но, если что, постарайся не промахнуться.
* * *
– Ковыряла! – окликнула меня в коридоре Седьмая. – Подожди минутку.
– Да, конечно.
Я почему-то её немного робею. Красивая, но странная и, пожалуй, очень холодная девушка. Спокойная, постоянно собранная, всегда идеальная. Слишком идеальная. При этом от неё парадоксально веет напряжённой силой, как от сжатой пружины в затворе. У меня мурашки каждый раз по спине бегут.
– Калидия, – сказала Седьмая. – Если она откажется. Покажи ей это.
Мой комм дрогнул входящим сообщением. Посмотрел – просто фото. Фото самой Седьмой. Нейтральный фон, обычное платье.
– В чём прикол? – спросил я осторожно.
– Мы некоторым образом связаны, и… возможно, фотография повлияет на её решение. Но я тебя прошу, Тиган, только в самом крайнем случае. Если иначе никак. Последствия могут быть… самые разные. Для нас обеих. И ещё, не говори Гарту. Он не знает.
– Э… Ну ладно. Как скажете. Может, и не понадобится. Надеюсь, Владетельнице за два года достаточно надоело сидеть в развалинах Второго Города, и она бегом побежит в свою Башню. Пожрать нормально, принять ванну…
* * *
Шоня вышла со мной на крышу. Ей нравится смотреть на Город с высоты, а ещё она считает, что тут внешники не могут её прослушивать.
– Когда мы расстались, – сказала она, – Берана была под контролем Калидии. Буквально как рендовая. Между ними было всё плохо. Док, наш тогдашний прем, говорил, что Владетельница долгое время была не в себе, но к тому моменту вроде бы оклемалась и отдавала себе отчёт, что делает. Её решение назначить меня Верховной было спонтанным, но осознанным. Берана хотела уничтожить Город, Калидия пыталась его спасти, у обеих не вышло, а куда их потом понесло и зачем, я даже представить себе не могу. Координаты здания, где мы с ними расстались, Лендик тебе скинул из логов коптера, но оно не выглядело как место, где хочется провести два года. Я реально не знаю, что тебя там ждёт, попытка от отчаяния. Ты можешь отказаться.
– Я не против скататься. Надо же что-то делать? Если ты считаешь, что Калидия поможет, то пусть будет Калидия. Или Берана. Или дух Креона. Да кто угодно! Всё лучше, чем сидеть на жопе ровно и ждать, пока всё рухнет.
– Девяносто процентов жителей города с тобой бы не согласились, – засмеялась рыжая. – Ничего не делать, сидеть и ныть – вот их выбор. Даже моя корпа… впрочем, сам видишь. Так что, Тиган, постарайся хотя бы вернуться. С Калидией или без. Если пропадёшь, твоя чёрная подружка, боюсь, побредёт за тобой пешком через Пустоши, предварительно залив мне всю Башню слезами.
– Хорошо, Шоня, я постараюсь.
* * *
Город кончился удивительно быстро. Когда едешь на машине, Окраина кажется огромной, а на коптере мы через несколько минут уже в Пустошах. Сверху очень заметно, что Город всего лишь небольшой островок жизни. Может быть, центр мира, но далеко не весь мир. Это мне как-то пытался спьяну втолковать Шкворень, но я тогда не понял, а теперь сам вижу.
Лендик пилотирует молча, разговаривать нам особо не о чем, всё оговорено до вылета. Я ему не нравлюсь, хотя с тех пор, как мы перестали трахаться с Шоней, парня слегка отпустило. В корпе, разумеется, все всё знают, как ни шифруйся.
Коптер летит над Пустошами прямо, как по линейке, которая где-то там за горизонтом упирается во Второй Город. В какой-то момент под нами пропылил поперёк курса какой-то клан, но я не разглядел подробностей, а они нас и вовсе не заметили – зачем им смотреть в небо? Там обычно нет ничего интересного. Скорее всего, это «непримиримые», мы достаточно далеко от города. Но может быть и клан Шкворня, болтающийся между теми и другими.
Оказывается, если смотреть сверху, то Пустоши не так пусты, как кажется. Внизу следы дорог и обломки сооружений. Мы, например, летим вдоль чего-то вроде прямого широкого шоссе, которое совершенно незаметно на поверхности, но выделяется при взгляде с высоты. Словно тень под песком, ровная полоса, рассекающая местность. Наверное, когда-то эта дорога соединяла два Города, наш и Второй. А может, тогда Вторым был наш?
По сторонам бывшей трассы выделяются прямоугольники, ограниченные огрызками стен – здесь когда-то были дома. Руины стёрло ветром и песком до уровня земли, но с воздуха всё ещё виден контур.
Чуть дальше и левее большой тенью в песке огромный силуэт чего-то объёмного, и там видно движение: стоят машины и мобильные модули, двигаются люди в «Скорлупе», торчат по периметру охранники из Горфронта. Они нас замечают и наводят оружие, но не стреляют. Шонина леталка прописана в протоколах безопасности. Не знаю, достали бы они нас на такой высоте, но проверять совершенно не хочется.
Ещё несколько раз видим следы кланов – многочисленные колёса оставляют колею, которая держится несколько дней или до первого сильного ветра. Нам везёт – воздух спокоен, коптеру не надо тратить лишнюю энергию. Под конец полёта Лендик отворачивает от заметённого песком шоссе и несколько минут движется в сторону заката. В свете садящегося светила низовой свет рисует конур чего-то большого, лежащего на земле. Когда мы садимся рядом, вижу, что это тоже коптер, только здоровенный, раза в четыре больше нашего, и сильно повреждённый жёсткой посадкой.
– Вот, аккурат половина заряда, – сообщает мне Лендик. – Как раз осталось, чтобы вернуться. Выгружайся, это будет точка встречи. Всё не на песке сидеть меня ждать, когда вернёшься. Если вернёшься.
– Что это за аппарат?
– Коптер, на котором Дом Креона возил детей. У него очень крутые батареи, позволяли долететь до Второго Города. Были. Те, что при падении не побились, потом клановые спёрли.
– А что с ним случилось?
– Сбили. Каким-то оружием, которое Берана купила у внешников и через Каролину передала отморозкам из кланов.
– Нафига?
– Чтобы плата не поступила вовремя. Чтобы город остался без источника энергии. Чтобы случился локаут и все сдохли. У неё почти получилось.
– Какая приятная женщина, – сказал я, выгружая припасы.
Большая часть из них останется здесь ожидать моего возвращения. Вода, сухие продукты, кибсмесь. Теоретически, я могу дотянуть отсюда до города, даже если коптер за мной не прилетит. Но не наверняка, а если буду не один, точно нет. Так что это запас для ожидания. Вернувшись, я активирую радиомаяк, но до Города он не добивает. Лендик будет с определённой периодичностью вылетать в эту сторону, проверяя, сработал тот или нет.
– Активируй сейчас, – напоминает он. – Я на обратном пути засеку, где пропадёт сигнал. Перед выездом не забудь выключить.
– Конечно.
Удачи желать не стал, взлетел, обдав на прощание сухим песком, и скрылся в темнеющем ночном небе.
Сдутый винтами песок обозначил неподалёку могилу. На вбитом в грунт куске обшивки нацарапано: «Дети. Много». И подпись: «Костлявая».
Внутри коптера видны следы тщательного технического грабежа с демонтажом всего, что может пригодиться и что не очень сложно открутить. Это не мешает мне найти ровный кусок пола и, завернувшись в одеяло, уснуть.
* * *
Выезжаю после полуночи. Ждать утра незачем – имплуха позволяет сносно видеть в темноте, Кози, которую жалко мучить, со мной теперь нет, а отдыхать лучше днём, совмещая сон с подзарядкой буферной батареи. В таком режиме часть запасённой энергии пускается в тягу, немного разгружая миоблоки силовой установки, что даёт ещё десяток процентов экономии кибконцентрата. Концентрата много, я загрузился в основном им, продуктов с собой почти нет. Надеюсь, найдутся там, куда я еду, потому что Калидия вряд ли может питаться раствором для кибов. А я вот могу. Удовольствия меньше, чем ноль, но если отключить вкус и нюх, то как бы и ничего. Зато энергетическая плотность уникальная, на день при физической активности «сидеть и держаться за руль» хватает литра. Если чуть посуетиться – полутора. Ну и чистой воды иногда придётся добавлять в себя, потому что жарко, сухо и ветер, много теряется с потом.
Вернулся на заметённое шоссе и поехал по нему. Даже если его не видно, поверхность существенно ровнее. Те, кто прокладывал его когда-то, не пожалели сил, срезая холмы, это, если приглядеться, до сих пор заметно по их неровной форме. Раз кто-то так заморочился, то, наверное, ездили по этой дороге много и часто. Не могу даже представить зачем. Жизнь во то время, надо думать, очень сильно отличалась от нынешней.
Ближе к полудню встал на привал. Можно было бы проехать ещё, но подвернулась развалина: две невысоких обгрызенных ветром стены углом. Удобно натянуть тент, от ветра закрывает, к тому же видно машину не так далеко и только с одного ракурса. Жарко, конечно, ночью спать куда комфортнее, но имплуха позволяет частично отключить раздражающие факторы, превратив их в сухие цифры на смарт-слое. «Перегрев и обезвоживание, переместитесь в помещение с меньшей температурой воздуха и восполните запас жидкости». «Кибство» как оно есть, но удобно же!
Раскинул складные солнечные панели, залез под тент, три часа поспал. Не выспался, но ничего страшного, доберу вечером. Потом снова в дорогу и так далее. Питание кибконцентратом экономит много времени: готовить не надо, и даже по нужде ходишь только поссать, да и то редко. Привалы нужны, чтобы башка не отключилась, да и миоблокам силовой установки лучше давать отдых. Гарт объяснял, что на ходу метаболиты не выводятся полностью, синтомышцы могут словить токсический шок. Постояв несколько часов, установка польёт песок небольшим количеством дичайше вонючей жидкости, и готово, как новенькая! Ресурс такой системы конечен, но мне хватит с большим запасом.
В дороге времени на подумать полно, и я фантазирую, как перевёл бы городские системы с электричества на мускульную тягу. Пусть канальные вентиляторы и водяные насосы вращают не электромоторы, а синтомышечные! Подвести трубки питания, каналы отвода метаболитов… Обдумав, понял, что идея дурная. Так-то, если верить Ередиму, невостребованной имплухи сейчас полно, но это если брать миоблоки. А питать их как? Лабораторных модулей, как у меня, всего, может, штук пять и было. В результате окажется проще к каждому вентилятору прикрутить ручку и посадить имплантированного, чтобы он её крутил. Может, ещё придём к этому… Я тут же представил, как вместо машин и мотов по улицам бегают рендовые с тележками… А что, технически реализуемо. Если внешники свалят, они ведь, наверное, и электричество с собой заберут? И что тогда? Только пердячим паром всё и двигать. Хорошо, что я не на Шонином месте. Как представлю, каково это, всё разруливать… Нет, глупость тот внешник сказал. Не хочу быть Верховным Тиганом. Рыжая хоть в рекламе прикольно смотрится: все так пырятся на её сиськи, что забывают, что она говорила. У меня так не получится.
Через несколько дней втянулся в режим. Еду-сплю. Сплю-еду. Пока сплю, батареи заряжаются, а миоблоки отдыхают. Поспал, всадил, зажмурившись, стакан концентрата, сел за руль, качусь дальше. Постепенно приспособился ехать почти на автопилоте – имплооптика к имплорукам, мозг в полудрёме. Всё равно ничего интересного по пути нет. Даже самые дурные из непримиримых кланов в такую даль не попрутся, им тупо незачем, так что и бояться нечего. Несколько раз удачно останавливался в руинах, но по большей части обходился просто тентом. Кожа на руках под воздействием ветра, солнца и песка превратилась в сущий ужас, что там на роже – представить страшно, но зеркала у меня нет. Воды, чтобы мыться, тоже нет, одежда стоит колом от соли, воняю, надо думать, как дохлая пегля. Слава имплухе, позволяющей отключить всё лишнее восприятие, но дискомфорт накопился дичайший.
В какой-то момент спутанным сознанием отметил, что руины стали встречаться всё чаще, а заодно понял, что оно спутанное. Сосредоточиться на чём-то всё сложнее, просто рулю и ни о чём не думаю. Если верить смарт-слою, состояние организма приемлемое, нет ни истощения, ни интоксикации, так что это просто накопившаяся усталость в мозгах. От бесконечного однообразия Пустошей, по которым я еду день за днём, сидя в одной позе и созерцая одно и то же ничего. Неужели, работая без ренда, люди вот так же убиваются?
На этот случай у меня есть бонус-пакет, и я достаю оттуда банку тёплой и противной, но сладкой и тонизирующей газировки со стимом. На контрасте с кибконцентратом кайф такой, что оргазм отдыхает. Мозг вздёрнуло сахаром и стимуляторами, и он осознал изменения обстановки.
А ведь, Креон меня забодай, я таки доехал!
Глава 20
Второй Город
От легендарного Второго Города осталось не очень много. Я даже не сразу понимаю, что машина уже катится по улице. Постепенно обломки стен всё выше, центр пострадал меньше окраин. Становится видно, что он не был похож на наш. Ни башен, ни низов, ни Средки: широкие улицы и невысокие дома. Наверное, здесь не было Чёрного Тумана и высотки не лезли вверх, опираясь на крыши низовых кондоминиумов.
Продвижение сильно замедлилось, потому что проезды завалены обломками, присыпанными песком. Я опасаюсь повредить колесо, ищу обходные пути, выписывая причудливые петли и теряя время. На ночь пришлось остановиться в руинах, потому что ночное зрение не справляется в каменном хаосе, а фары только усугубляют это пляской ломаных теней. Ещё один лишний день. Я дичайше вымотался в дороге, и, хотя имплуха бережёт от самых неприятных ощущений, чувствую себя удивительно погано. Особенно тут. Мёртвый город словно давит на голову, в Пустошах так тяжело не было. Может быть, дело в том, что руины закрывают обзор, не видна перспектива, кругом косые углы и неровные линии. Я даже заснуть толком не могу, все время дёргаюсь, просыпаюсь от каждого шороха, в котором мерещится не то чей-то зловещий шёпот, не то тихая, на грани слышимости музыка, как будто где-то вдалеке включена видеостена с рекламой. Несколько раз прибавлял чувствительности аудиоимплам, но становилось только хуже, и я снова выключал усилитель.
Утром встал совершенно разбитый, не выспавшийся, с больной головой. Кажется, даже видеть стал хуже, ноги подгибаются, руки ослабли, наверное, если б не имплы, пальцы бы дрожали. Смарт-слой показывает, что я здоров, уровень питательных веществ в норме, обезвоживания нет, повреждения кожных покровов от солнца и песка несущественные, почему же мне так плохо?
Несколько часов осторожного петляния по улицам привели меня к цели. Единственное целое… Здание? Нет, скорее, объект. Он не выглядит как что-то, построенное людьми. Чёрный каменный куб с высотой ребра в несколько этажей, которому ничуть не повредило время. Шоня говорила, что тут их встретили здешние владетели. Жуткие и, скорее всего, на глушняк рехнувшиеся люди в оболочках. Но меня внутрь никто не приглашает, и я вхожу сам, закатив машину в широкий коридор без дверей. Здесь сумрачно, но не темно, не жарко, но и не холодно, гладкие стены и ровный пол. Жить тут два года? Я бы свихнулся нафиг. Надеюсь, Калидия более устойчива. Или настолько безумна, что терять ей нечего.
Всё оказалось печальнее – внутри просто никого нет. Некоторые помещения имеют вид жилых, но и в них всё покрыто толстым слоем пыли. Не знаю, сколько времени пустуют, но поставил бы на то, что как раз те самые два года. Как Шоня с корпой свалили, так и остальные не стали задерживаться. Я бы точно не стал.
Еды нет, воды тоже, никаких записок вида «Если вам срочно нужна Калидия, то ищите там-то» тоже не обнаружилось. Пока всё выглядит так, будто я просто зря прокатился. Печально, но не смертельно. Поеду, значит, обратно ни с чем. Но сначала передохну. Полежу. Посплю. Что-то совсем придавило усталостью, а тут так тихо… Вот и кровать даже есть. Мягкая. С одеялом. Ничего, что пыльная, зато песка за шиворот не наметёт.
* * *
Проснулся от аварийного сигнала прошивки. В смарт-слое пылают красные значки опасности. «Низкий уровень…», «низкий уровень…», «низкий уровень…» Чего именно? Кажется, всего. Не могу понять. Не могу встать. Ноги не слушаются, тело еле шевелится. Работают руки, точнее, имплы, словно бы напрямую, сами по себе.
Бутыль с кибконцентратом у постели, я обливаю им себя, одежду и кровать. Обоняние и вкус, как назло, почему-то включились, но рот открывается и руки льют туда плотную вонючую маслянистую жижу. Чудовищная дрянь. Постепенно число красных строк сокращается. Делаю усилие, концентрируюсь, пытаюсь понять, что случилось. Не понимаю. Похоже, что организм свалился в состояние крайнего истощения, и, если бы не импловое сердце, я бы умер во сне. К счастью, прошивка имплухи забила тревогу и сумела меня разбудить, но как так вышло? Без понятия.
Постепенно тело оживает. Я, преодолевая чудовищную слабость, сажусь на кровати, а затем и встаю. Обнаруживаю на постели жёлтое пятно. Да, именно там. Я не только обоссался и лежал в луже, но ещё и провалялся достаточно долго, чтобы бельё высохло. Хорошо, что перед сном снял штаны, трусы-то у меня чистые есть. Помыться бы… Воды ещё немного осталось, но переводить её на мытьё жалко, мне назад ехать через Пустоши. Может, здесь есть что-нибудь типа водопровода? Жили же тут люди когда-то… Пока бродил, трубы мне попадались, надо проверить, вдруг с водой? Что-то тут неладно, надо валить. Но сперва всё же помыться, потому что восприятие запахов почему-то не выключается, а несёт от меня… Дичайше несёт. Может, и хорошо, что тут никого нет, повезло им. Сколько я проспал? Не пойму. Часы в смарт-слое моргают прочерками вместо цифр, логи пестрят ошибками. Нет, точно место дурное. Голова мутная, вспомнить, где видел трубы, не могу, бреду вдоль стены, держась за неё рукой, по первому попавшемуся коридору. Тут всё одинаковое. Кажется, что я хожу по кругу, но нет, трассировка в смарт-слое показывает, что иду прямо. Видимо, не туда, потому что выпираюсь в помещение, где раньше не был. Хотя перед сном обошёл всё. Впрочем, труба тут есть. Сразу вижу, что не водяная, больше похоже на систему пневмодоставки к пищематам, только сделано непривычно. Вот этот стеклянный отсек, видимо, приёмный, сюда должна прилетать капсула со жратвой. Мне бы пригодилась жратва. А лучше стим. И побольше. Или газировки сладкой. Хотя и несладкая сойдёт… Вот, стати, и сама капсула торчит. Как это открывается? Дёргаю за рычаг, коротко шипит воздух, и серый прозрачный цилиндр улетает в трубу.
Не доставка. Отправка. Жаль. И воды тут нет. Ничего тут нет. И никого. Надо сделать так, чтобы и меня не было. Зря я сюда приехал вообще, дурное место.
* * *
Машина не стартует. Силовая установка не запускается. Сканер показывает полный ноль электрических процессов везде. Когда я доехал, аккумулятор был заряжен на две трети, сейчас пуст. Нет заряда во встроенной батарее перепрошитого комм-тестера, который используется как управляющий модуль. Сдохли даже микроисточники в управляющих платах миоблоков. Сами миоблоки на вид целы, кибконцентрата ещё много, но запустить их нечем. Нужен осциллятор, подающий управляющие импульсы. Он потребляет сущую ерунду, но даже такого крошечного заряда нет. Не понимаю, как это возможно.
Но солнце-то снаружи светит, верно? Зря я машину загнал внутрь, на свету она бы подзаряжалась от небольшой батареи на крыше. Ничего, сейчас выкачу. Таратайка нетяжёлая, пол ровный, справлюсь. Там разложу все панели, сколько-то заряда батарея наберёт быстро, мне лишь бы миоблоки запустить, а там генератором наберу. И валить, валить, валить отсюда! У меня уже и сканер, кажется, начал поглючивать, а список ошибок имплухи даже не читаю, чтобы не расстраиваться. Вот сейчас откажут имплоруки, и что тогда?
Упёрся плечом, навалился – еле сдвинул, с хрустом и скрипом, как будто она тут годы стояла. Креонова жопа, да у неё даже на колёсах вмятины внизу! Промялись в тех местах, где упирались в пол! Ничего, внутренняя ячеистая структура покрышки постепенно восстановит геометрию, а пока немного попрыгаем на некруглых. Чуть-чуть энергии, завести силовую установку и валить-валить-валить. Дурное место.
* * *
Солнца снаружи нет. Не в смысле «зашло за облако» или «ночь настала». Его просто нет. Нет солнца, неба, облаков, звёзд, луны и всего такого. Есть тусклый серый свет без источника… Нет, не свет даже, а просто темнота тоже отсутствует. Этой серостью батареи не зарядишь.
И ехать некуда.
Вместо заметённых песком развалин Второго Города вокруг раскинулся город совершенно другой. Наверное, Третий. Или Сотый какой-нибудь. Город белых башен, связанных на высоте переходами. Наверное, он когда-то был красивым, но чёрные пятна мёртвых деревьев в сером отсутствии света всё портят. Тут было много зелени. Наверное. В нашем городе растения только внутри холлов в кадках, в гостиных у вершков, ну и на Средке ещё были до локаута небольшие кусты на насыпных газонах. Предмет роскоши, можно сказать. А здесь на каждой ровной площадке торчали. И сейчас торчат, только мёртвые. Чёрные корявые палки, бурые сухие листья. Жуткое место. Валить-валить-валить… Но куда? В какой стороне Пустоши? Где наш город? Есть ли он тут вообще? Наверное, это что-то вроде того самого «внешнего» мира? Тогда неудивительно, что «внешники» лезут к нам. Я бы отсюда куда угодно лез.
– Кто ты и что здесь делаешь? – раздался за моей спиной ровный синтетический голос.
Обернувшись, вижу женщину в эксокибрисе – оболочке владетелей. Глазищи эти круглые, широко расставленные, чёрные щитки полугибкой брони, выступающие впереди двумя полушариями. Женский вариант. Говорят, в этих штуках владетели могут силового киба на куски порвать.
– Я Тиган Ковыряла.
– Я должна тебя знать?
– Нет. И я не в курсе, что тут делаю. И даже где это «тут».
– Вижу. Пошли.
– Куда?
– Туда, где ты сдохнешь не так быстро.
* * *
Интерьер напоминает что-то из Креоновой башни. Из тех комнат, которые обставили ещё до Тумана. То есть на самом деле совсем не похоже, но я не знаю с чем ещё сравнить. Не с модулем кондоминиума же.
Никакого неона, никакой особой роскоши, просто жильё. Но хорошее. Пара спален, санмодуль… нет, это называется «ванная комната», мне Калидия сказала. Кухня ещё есть. Это место, где «готовят еду». Наверное, лапшу кипятком заливают или как-то так. Пищемата, чтобы выдавать готовую, тут нет.
В «ванной комнате» есть ванна. Туда можно налить горячую воду и лечь в неё. Очень поправляет, если ты тащился днями по Пустошам, а потом уснул и обоссался. Калидия разрешила лить воду, сколько хочу, лимита нет. Правда, она понятия не имеет, откуда та берётся и что её греет. Просто открываешь кран, и течёт.
Тут есть электричество, по крайней мере, горят лампы. Я сразу предложил приволочь батарею с таратайки, но Калидия сказала, что «это так не работает». Мол, даже если я сумею зарядить, то заряд исчезнет, как только вытащу наружу. Откуда подаётся электричество, она тоже не знает. Сканер показывает скудную проводку под напряжением: переменный ток, только лампы, несколько розеток непривычного формата, плита с простейшим резистивным нагревом на кухне. На ней сейчас закипает «чайник», похожий на тот, что я видел у Скриптора. Провода кончаются в стене, словно оборванные, но при этом электричество в них есть. С водяными трубами, похоже, та ж фигня, а сети нет вовсе. Калидия не может объяснить, что это за место. Она вообще почти ничего не может объяснить.
– Они не очень много успели рассказать, – поделилась девушка.
– Кто?
– Владетели Второго Города.
– Почему?
– Я их быстро убила, – отвечает она равнодушно.
Калидия красивая, выглядит лет на двадцать – двадцать пять, сидит в кресле. Черноволосая, темноглазая, с отличной фигурой. Эксокибрис валяется в углу бесформенной грудой. В руке у девушки странная прозрачная посудина из тонкого стекла на длинной ножке, внутри тёмно-красный, как венозная кровь, напиток.
– Вино. Хочешь попробовать?
Оказалось – слабый алкоголь с резким, очень сильным, кисловато-терпким, с нотками сладости вкусом. Мне не очень.
– Я пробовала раньше. В… другом месте. Сперва тоже не пошло, но потом понравилось. Теперь пью и вспоминаю то время, как странный хороший сон. Солнце, море в котором можно купаться, ежедневная радость жизни, любовь. Время, когда я ничего была не должна. Здесь нет других напитков, кроме вина, зато оно никогда не кончается. Возвращаешься, а бар снова полный.
– И еда тоже?
Я хлебаю из миски что-то вроде супа. Он не похож на лапшу, но его тоже заливают кипятком. Очень сильный и непривычный вкус, но есть можно.
– Да. Тут много еды. Тебе мало что понравится, но я такую ела и раньше. Она не сделана на фабрике.
– Внешниковская жратва?
– Да, наверное. Не знаю, откуда берётся. Может быть, ниоткуда, просто я, возвращаясь, оказываюсь в моменте до того, как её съела. Время тут не то очень странное, не то его вовсе нет.
– Стоп, но если ты ешь эту еду до того, как съела в прошлый раз, то тогда в том, прошлом разе, её бы не было! Ведь ты её съела в следующем…
Я помотал головой пытаясь вообразить обратную последовательность питания, но не преуспел.
– Одна здешняя женщина мне сказала, что мы говорим и думаем на языке, не позволяющем осознать концепцию нелинейности времени. Это, мол, было сделано специально, чтобы мы ничего в нём не поломали. Но мы поломали всё равно.
– И где эта женщина?
– Я её убила.
– Почему?
– Они хотели… Впрочем, долго объяснять. Но иначе остановить не получалось. Но и я не искала других путей. Мало знаю, но хорошо владею мечом.
Меч стоит в углу возле лежащей на полу оболочки, я не стану проверять, успеет ли Калидия до него дотянуться.
– А что это за место?
– Не знаю. Не уверена, что это вообще место.
– А что? – озадачился я.
– Время. Кусок времени.
– Время бывает кусками?
– Конечно. И очень разными. Пара кубиков времени – и Город не нуждается в электричестве, например. Но я не тот человек, который знает, как это работает. Что-то прочитала в отцовских файлах, что-то мне рассказали Владетели Второго Города.
– До того, как ты их убила?
– Кто-то до. Кто-то после. По-разному.
– Креонова перхоть! Это как?
– У отца нет перхоти. Он лысый.
– Ой, прости… Забыл, что ты его дочь.
– Ничего, все всегда ругались и клялись его именем. Традиция. Я могу бесконечно рассказывать тебе даже то немногое, что узнала, но лучше ты скажи, зачем приехал на той смешной штуке.
– Меня Шоня послала.
– Шоня… Шоня… Что-то знакомое…
– Рыжая девчонка из корпы «Шуздры». Ты её ещё Верховной назначила, если не врёт.
– А, да, точно. Не врёт. Это не было обдуманным решением, но почему бы и нет? Она была смешная. И красивая. Вся в порыве, так мило. Кто-то ведь должен сидеть в Башне, воображая, что всё под контролем? Не я же.
– А почему не ты?
– А я узнала, как всё на самом деле устроено.
– То есть ты не вернёшься?
– Тебя за этим послали… Как, говоришь, зовут?
– Тиган Ковыряла.
– Ломщик, что ли?
– Техн. Пострендовый. Но да, был ломщиком.
– Понятно. Я Калидия из Дома Креона, но ты и так знаешь.
– Верховная Владетельница, ага. Я тебя в интере в рекламе видел, но ты всегда была в той штуке, – я показал в угол, на оболочку.
– Да, я её не снимала тогда почти, хотя понятия не имела, зачем на самом деле нужны эксокибрисы. Впрочем, это, кажется, все к тому времени забыли. Кроме отца, может быть.
– Разве не для того, чтобы быть сильными, быстрыми и крепкими, рубая всех мечом?
– Нет, это случайный вторичный эффект. Шоня отправила тебя за мной? Почему? Я думала, ей понравится быть Верховной.
– Ну, так-то да, ей идёт. Отлично смотрится в рекламе. Но внешники отжали у неё руль, Город катится в мрачную жопу, рыжая не знает, что с этим делать, и паникует. Сперва послала меня за своим прошлым премом…
– За Доком? – удивилась Калидия.
– Вы знакомы?
– Он дважды спас мне жизнь.
– Ого, похоже, Шоня не преувеличивала его крутизну, а скорее преуменьшала…
