Текст книги "Рокада. Этажи страха (СИ)"

Автор книги: Павел Грегор

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 11 страниц)

– Комментировать не стану, – скривился Батурин. – Просто повезло.

До слуха донеслись щелчки отпираемых затворов и верещание шестерёнок в механических приводах. Тяжёлая дверь только приоткрылась, и чтобы через неё можно было пройти, Пахе пришлось приложить усилия. Он схватился за широкую скобу-ручку и потянул на себя.

– Думаю, сразу лезть туда не стоит, – помогая товарищу, зашептал вояка. – От подземных тварей можно ждать чего угодно...

– Предпочитаю сразу вломиться, – отозвался Паха. – Чтобы сохранить эффект неожиданности.

Он включил фонарь и, выждав несколько секунд, переступил через порог. Над дверью, ритмично мигала зелёная лампа. Явственно чувствовался въедливый запах железа и тлена.

Перед ними лежало огромное, вытянувшееся на сотню метров пространство заставленное промышленным оборудованием.

– Цех какой-то, – заметила Лера. – Иногда не верится, что люди смогли организовать под землёй такой грандиозный производственный комплекс.

Они прошли метров десять, когда Паха заметил висевшую под потолком камеру видеонаблюдения. На её приплюснутом корпусе беспокойно пульсировал красный огонёк.

– Видел? – толкая локтем Батурина, поинтересовался он. – Очередное напоминание о том, что мы влезли не в свою тарелку.

– Это не к добру, – задумчиво отозвался вояка.

Он кивнул на камеру и поёжился.

– Может вернёмся?

– Чего сдулся? – злорадно улыбаясь, процедил Сержант. – Ещё недавно ты говорил по-другому.

3

Батурин держался позади, он постоянно озирался и шумно тянул носом, словно пытаясь почувствовать врага обонянием. Луч его фонаря болтался из стороны в сторону, иногда заползал на потолок и даже мельтешил впереди Пахи. За ним, замыкая шествие несчастных оборванцев, двигалась Лера.

Запах железа усилился настолько, что Сержант ощущал его и языком. Иногда он сплёвывал, но от этого становилось ещё хуже. Вероятно остальные испытывали то же самое.

С каждым шагом Батурин отставал всё больше и больше, пока не остановился совсем.

Паха это заметил и обернулся.

– Чего стал? – спросил он.

– Меня блевать тянет, – проговорил следопыт. – Хорошо ничего не жрал, а то б...

Он сморщился и рефлекторно облизал пересохшие губы.

– Это последствие контузии, – поглядывая на товарища, произнесла Лера. – Возможно у тебя сотрясение мозга.

– Может газ какой-то? – качая головой, отозвался Батурин. – Чувствую себя совсем хреново.

– Ладно. Доберёмся до конца цеха и немного отдохнём, – сказал Паха.

Он посветил вокруг и тяжко вздохнул. «Барахольщик» уже заметил лежавшие у стен человеческие останки. Это открытие неожиданным не стало, ещё у двери он обнаружил несколько бурых пятен и стреляные гильзы.

– И здесь мертвецы, – проговорил он. – Всюду одна и та же картина.

– А ты чего хотел, когда сюда лез? – огрызнулся Батурин. – Думал разживёшься барахлом, и спокойно вернёшься в свой «Распределитель», чтобы потом рассказывать байки о подвигах?

– Именно этого и хотел, – Паха злобно покосился на оппонента. – Это ведь вы существуете и работаете, ради общих целей, а такие как я, брошенные на произвол судьбы, живут только ради себя.

– Успокойтесь, оба! – крикнула Лера. – Не хватало, чтобы вы ещё драку затеяли.

Секунду Паха смотрел на разгневанную женщину, а потом вдруг рассмеялся.

– Представляю, насколько идиотской выглядела бы эта сцена, – пояснил он. – Пару раз я конечно его бы двинул, а потом пришлось минут десять отдыхать.

– Меня и на это не хватит, – выдавливая улыбку, бросил Батурин. – Если сдохну, прикройте какими-нибудь тряпками, чтобы не валялся как эти...

Он немного поколебался потом медленно подошёл к мертвецу лежавшему к нему ближе всего. Останки мумифицировались только частично. Кожа потемнела и покрылась налётом из плесени и пыли. Но трупы, находившиеся в закрытом микроклимате, всё ещё разлагались.

Кем были эти люди догадаться было не сложно.

– Военные, – произнёс Сержант. – Обмундирование, знаки отличия – теперь такое не носят. Значит, эти парни погибли во время «нашествия».

– Их застали врасплох, – подытожила Лера. – Не вижу рядом ни одной стреляной гильзы. Погибли в считанные минуты.

Паха неопределённо пожал плечами и посветил вокруг. Возле мертвеца, на толстом слое пыли виднелись свежие следы.

4

Рваные бороздки, точки, какие-то смазанные линии. Кто мог их оставить Паха не понимал и выяснять вначале не собирался. Но его внимание привлекло приглушённое синее мерцание. Возможно он и не заметил бы его, если б не эти следы.

– Что там? – подал голос Батурин.

– Иди за мной, – приказал Сержант. – Если что, прикроешь спину.

Он выключил фонарь и, убедившись, что сияние не померещилось, включил снова. Источник мерцания находился у самой стены, за двумя рядами промышленных станков. Лучшего места для притаившегося врага, нельзя было и придумать.

Прячась за машинами, Паха осторожно подобрался к стене и, прислушиваясь, замер. Никаких подозрительных звуков он не услышал, где-то капала вода, шуршала на сквозняке отслоившаяся оплётка проводов, потрескивали крепёжные балки.

– Следов много, значит эти существа болтаются здесь постоянно, – прошептал у самого уха Батурин. – Попробуем выманить и прикончить?».

– Не лучшая идея, но...

Паха направил световой луч на стену и поводил им, пытаясь привлечь внимание. Ничего не произошло, но для верности, он проделал эту процедуру несколько раз.

– Не хочешь вылезать, не надо, – процедил Сержант. – Здоровее будешь. Падла!

Он высунулся из-за станка и внимательно осмотрелся. На обшарпанной металлической стене виднелись чёткие царапины, размазанная грязь и неглубокие вмятины. Но Паху привлекло другое, чуть выше пола располагалась прямоугольная вентиляционная отдушина, в которую без труда мог пролезть человек. Решётка с неё была сорвана, на слое пыли, покрывающем жестяную шахту, виднелись грязные потёки. Синий свет мерцал внутри, метрах в трёх от выхода, но с того места где находился Паха, определить, что именно его излучало, было невозможно.

– Вот ведь зараза, – прошептал Сержант. – Попахивает ловушкой для дураков.

Он обернулся к Батурину и жестом приказал оставаться на месте.

В характере Пахи всегда уживались две противоречащие друг другу черты: с одной стороны рационализм, заставлявший просчитывать собственные действия, с другой азартность охотника, напрочь лишающая здравого смысла. Он хорошо осознавал степень риска, но при этом не видел реальной угрозы.

«Побуду дураком, который лезет в ловушку, – подумал он. – А дуракам, как известно, везёт!».

Сержант подобрался к отдушине и, выставив фонарь, заглянул внутрь. Металлические стенки шахты, местами были отшлифованы до серебристого блеска, но всюду виднелись следы нечистот. Грязь и пыль плохо сочетались с этим блеском, а запах вырывавшийся из отдушины вызывал рвотный рефлекс.

Паха брезгливо поморщился, опустился на карачки и медленно вполз в отдушину. Раненой рукой он поддерживал автомат, другой опирался, чтобы не завалиться носом вперёд. Передвигаться по шахте можно было только согнувшись пополам, но из-за ранения и усталости у него это плохо получалось. От напряжения начало болеть плечо, да и общее физическое самочувствие оставляло желать лучшего.

Его взгляд автоматически сфокусировался на предмете, ритмично мигавшим синим светом. Покрытый пылью и лохмами паутины, он напоминал электронный хронометр, у которого была включена подсветка. Рядом валялись какие-то огрызки, измочаленная матерчатая рвань и обломки костей.

«Это логово зверя, – подумал Паха. – Что же тут за сволочь такая обретается?».

Он протянул руку к мигающему гаджету и только тогда заметил, что пластиковый ремешок опоясывает обрывок кожаной перчатки с обрубком гниющей человеческой конечности. Останки были свежими, значит какой-то бедолага наткнулся на вход в подземелье практически одновременно с ними.

«Выходит парня разобрали на запчасти пару дней назад, – подумал он. – Останки завонялись только-только».

И вдруг до слуха донёсся крик Леры. Слов он не разобрал и потому немедленно пополз назад. Как ошпаренный, он выскочил из отдушины и побежал к выходу. Батурин обогнал его шагов на пять.

– Дверь закрывается! – закричала Кремец. – Это дерьмо работает автономно...

Она уже добежала до выхода и ужом протиснулась, в уменьшающийся с каждой секундой проём. Кремец попыталась остановить дверь, вцепившись в неё руками, но простому человеку, а тем более женщине, это было не под силу. Мощные приводы давили на мышцы несколькими тоннами веса.

– Мне не удержать! – закричала она, отдёргивая руки. – Ключ, бросьте мне ключ.

Дверь бесшумно заняла место в проёме, потом щёлкнули замки и лампа под потолком снова замигала красным.

– Ублюдки! – врезаясь в дверь, закричал Батурин. – Сволочи, мрази! Зачем я только сюда полез?

Замедляя бег, Паха остановился от выхода метрах в десяти. Он чётко осознал безнадёжность ситуации, в которой они оказались, но усилием воли подавил панику и заставил себя успокоиться.

– Лера! Попытай счастье со второй дверью! – прильнув к двери, закричал он. – Мы как-нибудь выкрутимся!

Уверенности, что Кремец услышала напутственные слова, у Пахи не было, тем более вскоре по поверхности двери замолотили чем-то железным. Это продолжалось несколько минут, потом по металлу ударили последний раз и шум стих.

– Выдохлась бедняга! – улыбнулся Паха. – На её месте, я бы надолго здесь не задерживался.

– Нам живыми не выбраться, – прислонившись к двери, процедил Батурин. – Проклятый "Лабиринт" никого не отпускает. Все кто сюда приходит становится его добычей.

Они постояли немного бездумно поглядывая на мерцающую лампу, потом Паха достал магнитную ключ-карту и швырнул её на пол. Теперь она была бесполезна.

«Изнутри дверь не открыть, а взрывать её снаружи некому. Даже если Кремец удастся выбраться из бункера, организовывать спасательный отряд никто не станет. Безнадёжно, да и накладно. В общем, мы застряли здесь надолго».

5

Они сидели прислонившись к двери минут двадцать. Лера Кремец вероятно последовала совету Пахи, по крайней мере о её присутствии снаружи ничто больше не напоминало.

– Нас предупреждали, что от этих пещер можно ждать чего угодно, – прошептал Батурин. – Искали добровольцев, хотя не скрою, нам посулили приличную прибавку к содержанию, а кое-кому и внеочередное звание. «Те люди, что построили Лабораторию выращивали в ней не цветочки»: так нам сказал куратор операции.

Сержант приложил палец к губам и внимательно посмотрел на вояку. Он что-то услышал, но именно в тот момент, когда его попутчик так некстати решил высказаться.

Он с трудом поднялся на ноги и посветил фонарём вокруг.

Луч выхватил обширное пространство заставленное металлическими ящиками, сварными каркасами и клетками.

– Если это монтажный цех, значит они сами изготавливали оборудование, – протянул Паха. – Возможно здесь создавали и оружие.

– Почему здесь так воняет железом? – отозвался Батурин. – Как на поле боя с подбитыми танками, где...

Он хотел добавить ещё несколько слов, но запнулся.

– Что же не договорил? – Паха медленно потянул дверь на себя. – Ты хотел сказать воняет железом и разлагающимися трупами?

– Не самый лучший аромат, – процедил Батурин. – Слишком явный намёк на опасность. Но те мертвецы, которых мы нашли в основном мумифицировались и так вонять не могут.

– В той отдушине, куда мы с тобой заглянули, я нашёл человеческую руку. Останкам несколько дней, не больше.

– Хочешь сказать, кто-то спустился в бункер одновременно с нами?

– Именно! Оказалось, что по подземелью бродит куча народа, и каждый что-то ищет, что-то ценное и важное.

Паха посмотрел на Батурина и растянул губы в ехидной улыбке.

– Один я дурак, полез сюда за барахлом.

6

Как он и предполагал это помещение служило высокотехнологичным производственным цехом. Это было не кустарное производство; наличие конвейера и покрасочные боксы, свидетельствовали о массовой сборке каких-то сложных приборов. Клетки и гигантские канны из бронебойного стекла были только побочным продуктом.

– Они создавали здесь оружие, – самоуверенно заявил Паха. – Мощное, разрушительное и необычное.

– Хочешь поискать? – усмехнулся вояка. – Ты уже потерял своих людей? Не надоело судьбу испытывать?

– Ору-у-ужие! – протянул Паха. – Если мы получим исправный образец, сможем побарахтаться. Ни одну сволочь близко не подпустим.

Помещение цеха вытянулось метров на сто, и Паха был уверен, что готовая продукция возвращалась не только на склад, но и перемещалась в другие сектора лаборатории. Это означало, что в пещере должно быть как минимум два выхода.

– Пройдём немного вперёд и выясним, что там в конце, – проговорил он. – Надеюсь у тебя нет возражений?

– Даже если б и возражал, разве существуют другие варианты?

– Абсолютно никаких.

Они шли медленно, остерегаясь нападения или внезапной смены обстановки.

– Я постоянно думаю о том, почему этот бункер не обесточили во время эвакуации, – продолжил «барахольщик». – Значит, где-то стоит автономный источник энергии. Какой-то генератор снабжающий электричеством некоторые помещения комплекса, и всё это способно функционировать даже без людей, но для чего.

– Может для того, чтобы отсюда не вырвалась сила, которую трудно контролировать, – ответил Батурин. – Помнишь как говорил мой куратор!? Они здесь не «цветочки выращивали».

Глава 17

1

Держась открытого пространства, они медленно двигались к противоположному концу пещеры. Здесь скверно пахло, да и звуки, которые Сержант недавно слышал вызывали тревогу и беспокойство, но он надеялся, что на этот раз враг не застанет их врасплох. На этот раз... Сколько он в своей жизни искушал судьбу, пренебрегая чувством меры и правилами безопасности? Но долго так продолжаться не могло и теперь он здесь, в этой тёмной норе, балансирует на грани жизни и смерти.

– Приёмника для ключ-карты здесь нет, значит дверь открывали по необходимости с какого-то КПП, – нарушая молчание, произнёс Сержант.

– Согласен. Иначе как бы они перемещались по локациям бункера, – ответил Батурин. – Должна быть какая-то комната, из которой всё контролировалось: центр безопасности или обыкновенный пропускной пункт.

Луч фонаря хаотично плясал по окружающим предметам. Всюду могли скрываться враги, и больше всего Паха боялся пропустить момент атаки.

Опять усилился запах разложения, и вскоре световой луч выхватил очередное свидетельство разыгравшейся, когда-то трагедии. Труп лежал в стороне.

– Гляди! – толкая локтем компаньона, бросил Паха. – Тоже вояка...

Судя по камуфляжу и типовому снаряжению это был боец какого-то военного подразделения. С ног до головы пятнами и полосами мертвеца покрывал зеленоватый бархатистый налёт.

«Плесень или какие-то грибки, – подумал Паха. – Питательная среда, покой и слабая циркуляция воздуха – больше паразитам ничего не нужно».

2

Они обнаружили четверых. От чего погибли эти несчастные без тщательного обследования определить было невозможно. Но по опыту Сержант знал, что такие находки обнаруживаются чаще всего в тех местах, где врагу оказывалось наибольшее сопротивление.

– Посмотрю, что там, – кивнув в сторону, бросил Батурин. – Уже тошнит от вида этих ребят.

– Далеко не уходи, – отозвался Паха. – И держись в прямой видимости.

– Только загляну и всё. Там что-то вроде конторки за стеклом.

Паха мельком проследил за воякой, и когда луч его фонаря запрыгал среди станков, осторожно двинулся дальше.

Мертвецы лежали в необычных позах, так словно невидимая сила вышибала из людей жизнь и потом просто швыряла их на пол. Но свидетельства скоротечного боя прятала темнота. На одно из них Сержант наткнулся случайно, когда его фонарь высветил обугленное воронкообразное отверстие в железном корпусе автопогрузчика. Края воронки были гладкими и радужными, словно на них воздействовала очень высокая температура.

Он подошёл вплотную и задумчиво потрогал металлические наплывы. О таком оружии можно было только мечтать.

За автопогрузчиком лежал ещё один погибший, и видимо мощный заряд, пробивший насквозь корпус машины, предназначался ему.

«Значит, враг как-то сюда проник, а потом, не оставив особых разрушений, вышел на поверхность, – подумал Паха. – И двери целы и перекрытия. Слишком много странного...»

До слуха донеслось шуршание и возня, а потом он услышал приглушённый крик, который мог принадлежать только Батурину. Что-то мешало ему позвать на помощь в полный голос, и Паха с ужасом осознал, что эту помощь он уже оказать не успеет.

Он бросился к тому месту, где видел его в последний раз. Тусклый свет батуринского фонаря пробивался сквозь зыбкую пелену пыли. Она клубилась и медленно оседала на гладкую поверхность станка.

Паха выставил перед собой автомат и, прислушиваясь к скрежещущим звукам, замедлил шаги. Фонарь валялся на полу, рядом лежал пистолет и потёртый шлем. Он не сразу заметил тёмное, пугающее непроглядной чернотой, отверстие в стене, но именно из него доносился звук, вызвавший в душе ужас. Сержант отчётливо услышал, как по железному настилу волочится что-то тяжёлое и обездвиженное.

– Суки! – процедил он. – Чтоб вы подавились!

Не было такой силы, которая заставила бы его сейчас сунуться в эту дыру. Он не рискнул бы сделать это даже зная, что может спасти Батурина.

Из норы послышалось утробное шипение. Неведомые твари уволокли вояку вместе с дробовиком, и Пахе оставалось уповать только на свой АК да на старенький ТТ в кобуре. Этой огневой мощи было недостаточно.

– Ещё посмотрим, кто кого, – отступая, прошептал он. – Ещё посмотрим...

3

«Лишился последнего союзника, – подумал Паха. – Как же скверно-то. Как же скверно».

Он чётко ощутил собственное бессилие и ему вдруг стало страшно. По настоящему, до дрожи в коленях. Сердце сдавило, захотелось громко, так, чтобы затряслись стены, закричать.

Несколько секунд он стоял не шевелясь, пытаясь справиться с приступом паники и безысходности. Кровь пульсировала в висках, острой болью отдавалась в ранах. Лицо покрыл пот.

– Надо успокоится. Иначе крышка, – прошептал он. – Давай приятель, расслабься, ты же психиатр!

Он жадно втянул ноздрями воздух, потом снял с пояса флягу и сделал несколько глотков. Стало легче.

«Я остался один, но ничего не изменилось. План всё тот же – выбраться из проклятой норы и дойти до «Распределителя».

Сержант посветил вокруг. В том, что здесь логово зверя сомнений не было, но в данный момент эта тварь занята едой и ей не до второй жертвы. Как бы цинично это не звучало, но Батурин выиграл для него время.

«Если выродок попытается напасть, я его прикончу, – сгоняя остатки тревожности, подумал Паха. – Предупреждён – значит вооружён».

Вспомнился мерцающий хронометр. Электронные часы работали от аккумулятора – значит их хозяин лишился жизни несколько дней назад, если бы раньше, то батарея давно бы разрядилась. Возможно в подземелье этот человек проник через вентиляционную шахту, а это шанс спастись.

«По крайней мере следует осмотреть шахту внимательнее. Если выхода нет поищу его в другом месте».

Он отыскал вентиляционную отдушину с гниющей рукой, и немного помедлив, залез внутрь.

4

Паха аккуратно перешагнул через хронометр и брезгливо покосился на человеческие останки.

– Как тебя разделали-то, – прошептал он. – Словно пилой...

Вентиляционные отдушины располагались по всему периметру цеха и объединялись общим каналом, но где-то должны были находится центральные шахты, через которые происходил отток воздуха. Паха хотел найти такую и попытаться выбраться через неё.

Задыхаясь от смрада, постоянно натыкаясь на нечистоты и обглоданные кости, он не мог отделаться от ощущения, что за ним кто-то наблюдает. Был ли это прямой контакт в пределах видимости или какой-то сверхъестественный, он не знал, но ощущение вызывало неконтролируемый тремор.

«Ладно. Как-нибудь справлюсь, – подбодрил он себя. – Ситуация, конечно, хреновая, но пока мне везёт».

Паха преодолел метров двадцать, когда ощутил лёгкий сквозняк. Воздух стал чище и холоднее. Ему даже показалось, что он ощущает на коже крошечную ледяную пыль, приносимую ветром с поверхности. Место, где находился вход в шахту, Паха определил по колышущимся лохмотьям паутины. Шахта располагалась почти вертикально, под небольшим углом, и выходила не только на поверхность, но и пронизывала весь комплекс до самого дна.

«Одно дело спускаться вниз, другое карабкаться наверх, – подумал Паха. – Если этот тип влез сюда с поверхности, значит он должен был позаботиться о том как выбраться назад».

Впрочем, существовал и другой вариант. И хронометр и останки несчастного, в эту дыру могли притащить неведомые хищники.

Паха беспокойно поёжился и вдруг услышал тихое шуршание у себя за спиной.

5

От ужаса у него зашевелились волосы на загривке. Он рефлекторно повернул голову и посмотрел во мрак. Свет разрывал темень, но его мощности не хватало, чтобы полностью осветить пространство позади. И всё же он заметил, что темнота в глубине туннеля шевелится и ворочается, словно в ней перекатывается какой-то ворсистый клубок.

Паху прошиб холодный пот. Маневрировать или обороняться в вентиляционном канале было затруднительно, а бежать некуда. Единственный путь к отступлению находился впереди, в вентиляционной шахте, и Сержант не мешкая ринулся туда. Он отлично понимал, что показывая врагу спину, сразу же становиться для него потенциальной добычей. Любой хищник воспримет бегство противника как сигнал к атаке.

До входа в шахту он добрался в считанные секунды, но никакой верёвки или других приспособлений, которыми бы мог воспользоваться его предшественник Сержант не увидел, – только заросли паутины и пыль.

– Проклятье! – прошептал он. – Может быть это не та шахта...

Из-за спины донёсся приглушённый скрежещущий звук и нетерпеливое повизгивание. Что-то коснулось его ноги. Паха резко обернулся и от ужаса вскрикнул.

Ничто из виденного ранее не вызывало такого сильного отторжение и брезгливости. Ему захотелось куда-нибудь убежать или провалиться сквозь пол, лишь бы в данную минуту оказаться подальше от жуткого создания бездумно, смотревшего на него десятью глазами.

– Что же ты такое? – пытаясь отползти, прошептал Паха.

Слова сработали как детонатор, грузная, заросшая жёсткой шерстью тварь пронзительно заверещала и бросилась на «барахольщика». Из бесформенного туловища к нему потянулись пять крупных крысиных голов. Серая лоснящаяся щетина встала дыбом, несколько лап тут же схватили его за ногу.

Размерами тварь была не меньше человека, и силой тягаться с такой зверюгой было равносильно гибели. Перевернувшись на спину, он ударил мутанта ногой и попытался вытянуть из-за спины автомат.

– Отвали мразь! – прикрываясь рукой, закричал он.

Ему с трудом удалось отпихнуть от своего горла гнусную крысиную башку. Почувствовав живое мясо, тварь жадно захрипела и рыча, начала проворно перебирать лапами, подтягивая Сержанта к себе.

Он слышал как щёлкают огромные острые зубы, ощущал смрад из ненасытных глоток, чувствовал болезненные укусы, – всё это слилось в один поток ощущений, которые затмили разум и превратили его самого в животное. Всё к чему он теперь стремился сводилось к желанию выскользнуть из цепких объятий гнусной твари и броситься в вентиляционную шахту. Любой ценой, даже если внизу его ждала неминуемая гибель. Он даже не заметил, как потерял фаланги на двух пальцах, когда выставил левую руку и яростно ударил ею в злобное рыло. Не почувствовал он и потерю автомата. Отбиваясь чем попало, извиваясь ужом, Паха дополз до входа в вертикальный канал и буквально ввалился в разверзшееся жерло. А дальше последовало неконтролируемое падение вниз.

6

Плечом и головой, он вышиб ржавую решётку и свалился с двухметровой высоты на гравийное дно пещеры. Больше всего он опасался, что «Нечисть» последует за ним и рухнет прямиком на голову. Тогда уж ему не выкрутится. Но к счастью мутант оказался не таким проворным и, судя по всему, просто потерял его след. Некоторое время Сержант слышал отдалённый злобный визг и нетерпеливое рычание, потом все звуки смолкли.

«Как же эта падла меня напугала, – подумал он. – Надо поскорее выбираться из этого гнусного места».

Шок от падения прошёл, и пришла боль. Никогда в жизни Паха не испытывал такой боли. Он быстро обнаружил нанесённые мутантом увечья и, не веря глазам, уставился на обрубленные чуть ли не вдвое пальцы.

– Вот же сука! – стиснув зубы, протянул он. – Хорошо хоть не на правой.

Чтобы остановить кровь он забинтовал ладонь целиком. Укусы и царапины залил спиртом. Поднявшись на ноги он сделал пару шагов и только тогда вспомнил, что из оружия у него осталась только граната и пистолет.

– Проклятье! Теперь мне точно конец!

Ситуация была хуже некуда. Он не знал где находится, не знал как выбраться на поверхность. У него не было даже достаточного количества боеприпасов к пистолету.

«Значит, остались только двое я и Лера Кремец, – мысленно подытожил Паха. – Может ей повезло больше».

7

Когда Паха наконец собрался с мыслями, он заметил, что находится в широком штреке. Он поднял с земли фонарь и посветил вокруг.

«Туннель прокладывали шахтной машиной, – морщась от боли, решил Паха. – Значит, его сделали люди».

Он посмотрел на скопище потревоженных электрическим светом многоножек и с отвращением сплюнул. Чёрные, коричневые и абсолютно белые эти твари сновали по полу и норовили взобраться повыше, выбирая в качестве объекта для исследований ноги «барахольщика».

– Какие шустрые! – процедил Паха, сбрасывая с ботинка огромного альбиноса. – Выродки! Держитесь от меня подальше, пока я не устроил вам давильню.

Прислушиваясь к звукам подземелья, он прошёл шагов десять и заметил, что тьма впереди начинает рассеиваться. Из едва различимого прохода просачивался зеленоватый свет. Паха выключил фонарь и, убедившись, что это не галлюцинация, включил его снова. Но рассеянное таинственное сияние было не единственным признаком очередного открытия, Сержант явственно ощущал прохладные потоки воздуха, которые волнами вырывались из прохода и приятно освежали разгорячённую кожу.

Вскоре слух начал различать равномерный монотонный гул. По опыту Паха знал, что таким «голосом» может обладать только огромная подземная полость, в которой не прекращаясь, циркулируют воздушные массы.

Через минуту он добрался до прохода, за которым виднелось окутанное сизым туманом пространство.

«Самое дно, – подумал Сержант. – Если "бестии" всё ещё там, мне крышка».

Он вышел на узкую террасу, отгороженную от карстовой полости, сетью из стальных тросов. Через равные интервалы, она крепилась к скальной породе железными костылями. С выводами он конечно поторопился и до дна было ещё далеко. Он просунул руку с фонарём в ячейку и посмотрел вниз. Свет разогнал туманную мглу и позволил различить какой-то неподвижный объект расположенный прямо под террасой. Это мог быть строительный кран или конвейер, похожий на тот, по которому они убегали от "бестий".

«До этой штуки метров пять, – решил Сержант. – Но для прыжка надо пробраться за сеть, а без болтореза с проволокой не сладить».

«Барахольщик» подошёл вплотную и, вцепившись в сеть здоровой рукой, несколько раз дёрнул. Плетёные тросы пронзительно зазвенели, с потолка посыпалась каменная крошка и бурые комья мха. Он сразу же заметил, что в нескольких местах костыли расшатались и свободно болтаются в отверстиях. Причиной этого конечно же был недавний взрыв, но именно благодаря его разрушительному воздействию, у Пахи снова появилась надежда выбраться из западни.

8

По другую сторону сети располагался карниз; его ширины вполне было достаточно, чтобы не стесняя движений устроить небольшой променад.

«Попытка только одна, – поглядывая на пятно внизу, подумал Паха. – Хреновый из меня прыгун, да и цепляться за железяки придётся одной рукой».

Потребовалось не меньше получаса, чтобы выбить один из костылей, прикреплявших сеть к полу. Пришлось поработать булыжником. Вначале задача показалась пустяковой, но подлый штырь никак не хотел вылезать из трещины в камне. Однако трудности на этом не закончились: тросы из которых была сплетена сеть, оказались на удивление упругими, и чтобы подползти под нижний край, Сержанту пришлось её приподнять и привязать ремнём к одной из ячеек.

«Не ободрав шкуру, в такую щель не пролезешь», – хмыкнул он.

«Барахольщик» распластался на полу и пополз под сеть, стараясь поскорее попасть на другую сторону. Менее всего хотелось оказаться в ловушке, без каких-либо шансов на спасение, ведь в любой момент сеть могла сорваться с ремня и придавить его к камням пещеры.

«Должно быть выгляжу последним идиотом, – подумал Паха, цепляясь руками за выступы. – Главное не кувыркнуться вниз».

Он подумал о приятелях и вымученно улыбнулся. Несколько дней назад они все были живы и прикрывали спину – теперь он был один с огромным багажом проблем, которые могли привести к гибели.

С трудом приняв вертикальное положение, Сержант осмотрелся по сторонам. Карниз представлял из себя неровный, покрытый трещинами и выбоинами выступ шириной не больше метра, но в его прочности Паха не сомневался. Сомнения возникали по поводу его собственного физического состояния. Бездна у ног, неопределённость и страх перед неудачей, вызывали головокружение и тошноту.

– Беспомощная, хилая сволочь! – ругая себя, процедил Сержант. – Возьми себя в руки. Тряпка!

Только теперь, на краю пропасти Паха осознал, насколько огромны размеры пещеры. Возможно эта карстовая полость превосходила по протяжённости и «Распределитель», и все примыкавшие к нему туннели, вместе взятые.

«Что же это за пещера такая ценная, если учёные добровольно заперлись в "Лабиринте"? – подумал Паха. – Для чего построили электростанцию и проводили генетические эксперименты, а потом решили взорвать здесь всё нахрен?»

Он запрокинул голову и всмотрелся в зеленоватую дымку над головой. Рассеянный мутный свет лился сверху, иногда он затухал и начинал зловеще мерцать.

Глава 18

1

Прижимаясь к стальному плетению, Паха добрался до места, откуда по его мнению было ближе всего к объекту в тумане. Массивная конструкция мутным абрисом вырисовывалась в зыбкой дымке, напоминая стрелу крана или строительную вышку, но чем ближе он к ней подбирался, тем больше сомнений возникало. Для прыжка сил могло и не хватить да и расчёт мог оказаться не верным, – если конструкция окажется метров на пять ниже, он просто расшибётся о железо и, покалечившись свалится вниз. От подобных мыслей по телу пробежала дрожь.

«Этот план не годится, – наконец признал Паха. – Всё равно что поставить на себе жирный крест».

«Барахольщик» остановился и задумчиво осмотрелся. Стальная сеть, закрывающая террасу тянулась ещё на пару метров, а дальше начинался осклизлый от сырости скальный массив. Впрочем выступ, на котором находился Паха уходил дальше, сужаясь до полуметра и круто заворачивая вправо.