Текст книги "Жемчужная принцесса, рубиновый король. Дилогия (СИ)"
Автор книги: Ольга Иванова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Глава 23
Фу, какая гадость! Я от нетерпения помогала служанкам стягивать с себя платье и кривилась каждый раз, когда пальцы касались липкой слизи, вонь которой усиливалась с каждой минутой.
– Похоже, госпожа, платье безнадежно испорчено, его не спасти, – с сочувствием проговорила Мари. – Испражнения уругула не выведешь ни чем.
Так это еще и испражнения того чудовища? То-то разит от них как от… Нет, даже думать об этом не буду. К горлу снова подступила тошнота, и я с шумом стала вдыхать воздух.
– Ванну мне, – простонала я.
– Уже готова, – из купальни выглянула Крис. – Я добавила туда все имеющиеся у нас масла: розы, лилии, лаванды, пиона…
– Ты золото, Крис, – я бегом бросилась в купальню. – Спасибо, ближайшие полчаса меня не беспокоить, – и быстро захлопнула за собой дверь.
Я долго намыливала себя и терла губкой, пока не перестала ощущать мерзкий запах. Линэль, которая в этот момент пребывала на работе (уточню: «моей работе»), общаться долго не могла, но бросить пару насмешливых фраз по поводу моего положения успела. Потом она поспешила на «шоу», где уже, похоже, совсем освоилась, и оставила меня наедине с собой. Странное дело… Еще не так давно я безумно ревновала Линэль к моей работе и прежней жизни в целом, сейчас же, когда я думала о своем мире, внутри меня ничего не екало и не сжималось, а мысли занимали совсем иные события и люди.
– Снова красное, – я усмехнулась, когда увидела, какое платье для приближающегося ужина приготовила мне Мари.
– Император любит красное, – заговорщицким шепотом сообщила служанка и тоже улыбнулась. – И это красиво.
– Ну раз красиво… Тогда сделайте и меня красивой, – я села в кресло у зеркало.
– Самой красивой из невест? – Крис уже оказалась тут как тут.
– Самой-самой, – подтвердила я с улыбкой.
– С удовольствием, – Крис тоже улыбнулась и принялась расчесывать мои волосы.
Когда я спустилась, остальные девушки еще не вернулись со своей воздушной «прогулки», не было видно их и в небе. Не зная чем себя занять, я немного прошлась по дорожке сада, затем спряталась под мощным, размашистым деревом. Его ветки тесно переплетались друг с другом, образуя тенистый купол, сквозь который почти не пробивалось солнце. Недалеко от него находилась большая беседка, где слуги накрывали стол к нашему ужину. Я прижалась спиной к стволу и стала наблюдать за приготовлениями.
Вдруг на дорожке показался Император, и я спешно отпрянула дерева, расправляя плечи и приседая в реверансе.
– Вы тоже не знаете чем себя занять? – он остановился и улыбнулся, открыто и непринужденно, будто старой знакомой, а затем направился прямо ко мне, под дерево.
– У меня нет других вариантов, вы же знаете, Ваше Величество, – я тоже чуть улыбнулась. – Остается просто томиться в ожидании. Но я не жалуюсь: погода сегодня хорошая, нежарко, как это было в Турмалине… Да и сад здесь прекрасный.
– Сад небольшой и старый, – отозвался Император, тоже прислоняясь к дереву, – это не дворцовый парк в Турмалине.
– Зато в нем есть свое очарование, – возразила я. – И здесь спокойно…
– Не могу не согласиться, – Аллен Варрлей усмехнулся.
– Простите за вопрос, Ваше Величество, а вы не… – я показала глазами на небо. – Просто я думала, что вы тоже отправились с другими сентами на прогулку….
– К сожалению, я в этот раз пропускаю, – на мгновение на лицо Императора набежала тень, но после он уже снова улыбался. – Мой последний полет был не совсем удачным. Думаю, вы понимаете, о чем я.
– Скорее всего, да, – я тоже с улыбкой кивнула и опустила взгляд. – Надеюсь, вы скоро поправитесь.
– Спасибо.
Повисла некоторая пауза, во время которой я с повышенным интересом разглядывала травинки у себя под ногами. Первым снова заговорил Император:
– Ужасное сегодня было испытание.
Я посмотрела на него с сомнением: к чему это он? Шутит или проверяет?
– Я бы, наверное, его не прошел, – добавил он следом, улыбаясь.
– Мне бы тоже не хотелось повторить его, – отозвалась я с облегченной усмешкой.
– Признаться честно, я говорил Мелани, что это похоже на издевательство, а не испытание, и лучше придумать что-то другое, более лояльное, но ее переубедить невозможно, для моей тетушки традиции превыше всего, – Император будто пытался извиниться за свою родственницу. – Мне жаль, что вам пришлось пережить столь неприятные моменты…
– Ничего страшного, это было не смертельно, – ответила я с полуулыбкой.
– С детства ненавижу уругулов, – Император поморщился.
– Не самые приятные существа, согласна… – кивнула я. – И этот его запах…
– Отвратителен, – со смехом подхватил Его Величество.
– Думаю, теперь мне придется пополнить запасы моих ароматических масел, иначе сегодня я извела все, что у меня было, – пошутила я.
– Так вот откуда такой насыщенный аромат духов, – я не успела опомниться, как Император стоял уже совсем близко, почти вплотную ко мне. Его губы иронично изогнулись, я же стушевалась: и кто меня тянул за язык? Зачем завела тему про запах этих слизняков? Совсем разучилась общаться с мужчинами! Лучше бы проявила кокетство, а не несла всякую позорящую ерунду! Теперь Император будет думать, что от меня до сих пор разит как от уругула. А ведь у грионов еще и обоняние излишне чувствительное. Ужаснувшись этим предположениям, я слегка попятилась, желая тем самым увеличить между нами расстояние, но Его Величество снова усмехнулся: – Не пугайтесь, я пошутил. Ваш аромат прекрасный. Мне очень нравится… – его рука внезапно потянулась к моим волосам, и я едва сдержалась, чтобы не отшатнуться. Замерла, не понимая его намерений. Но потом он показал мне лепесток какого-то цветка: – Запутался в вашей прическе…
Сказать в ответ я ничего не успела: прямо над головой раскатисто пророкотал гром.
– Кажется, погода меняется, – Император бросил взгляд на небо, которое стремительно серело от набегающих туч. – Неужели будет дождь?
– Не хотелось бы, – тихо отозвалась я. Мои губы онемели, а сердце захлестнула волна страха. – Дождь сейчас будет некстати…
– Боитесь намокнуть? – Его Величеству, в отличие от меня, было весело. – Уверен, он будет теплым…
Хлопот крыльев вновь отвлек нас от беседы. На этот раз в небе стали появляться силуэты драконов. Белоснежный, с серебристым отливом – это явно была принцесса Грэйс. Медно-оранжевый – похоже, Мишель. Песочно-бежевый, с шоколадными шипами и несколько крупнее других – Дороти? Тогда кто же вон тот серо-зеленый дракон? Это не может быть Тайра, ведь она брид, змея. Или и бриды могут летать? Словно в ответ на мой вопрос с другой стороны беседки показалась Тайра в привычном глухом темном одеянии. Значит, все же не она.
Драконы между тем начали планировать. Чем ниже они спускались, тем невероятней казались их размеры. Огромные и одновременно величественные, как некое совершенное творение природы. Лапы первого, белого, дракона коснулись земли, яркая вспышка – и на его месте стоит принцесса Грэйс в бледно-розовом платье. Дороти и Мишель приземлились почти одновременно. Аллен Варрлей направился было навстречу им, но потом остановился и оглянулся на меня:
– Идемте же, сента Мэриндж, ужин, как я вижу, уже накрыт. И все в сборе.
– Да, сейчас, Ваше Величество, – я с опаской глянула на набухающее влагой небо.
Дождь не заставил себя ждать. Он хлынул резко и неотвратимо, я едва успела отскочить назад под спасительную крону дерева. Страх завладел всем моим естеством, тело словно окаменело. Стук в ушах смешивался с шумом дождя и веселым визгом девушек, бегущих под крышу беседки. Я же оставалась стоять на месте, отрезанная ото всех стеной воды.
– Сента Мэриндж? – донесся до меня взволнованный голос Императора. – В чем дело?
– Я не могу, не могу, – прошептала я, но, конечно же, он не услышал меня.
Тогда Его Величество сам двинулся обратно ко мне, не обращая внимания на ливень.
– Нет, не надо, – я в отчаянии замотала головой.
Глаза наполнились слезами, а в горле запершило. Мне хотелось провалиться сквозь землю, раствориться, исчезнуть и до того момента, как он снова окажется рядом.
Я вздрогнула, когда мне на голову и плечи легла, окутывая, плотная тяжелая ткань.
– Как удачно я прихватил свой второй плащ, правда? – раздался сзади голос Изумрудного Короля.
Я обернулась и встретилась с его смеющимся взглядом.
– Спасибо… – только и смогла произнести я.
– Сента Мэриндж? – теперь меня окликнул Император.
Он уже тоже стоял в шаге от меня, промокший до нитки.
– Вы в порядке? – он спрашивал меня, а сам сверлил глазами брата.
– Да, простите за беспокойство, Ваше Величество, – я все еще не могла поверить, что спасена. И снова благодаря Кайлу, точнее, Бертону Кайлу Варрлею.
– Похоже, сента боится просудиться, – Изумрудный Король в ответ на немой вопрос брата беспечно развел руками. – Я просто случайно оказался рядом. Надеюсь, ты не ревнуешь? – он хитро прищурился, мне же стало вовсе неудобно.
Скорей бы эта неловка ситуация разрешилась!
– Ты всегда берешь плащ, когда собираешься полетать? – проигнорировав последний выпад брата, сухо уточнил Император.
Полетать?.. Кажется, теперь понятно, кем был тот четвертый зеленый дракон…
– Я просто немного опередил дождь и успел заглянуть к себе в покои. Так что…
Император, недослушав брата, перевел взгляд на меня:
– Теперь вы можете идти?
– Конечно, – я плотнее закуталась в плащ. – Еще раз простите за случившееся, Ваше Величество, но я действительно не очень люблю дождь… Вот только теперь вы намокли, а я…
– Я буду в порядке, – Аллен Варрлей мягко улыбнулся и приобнял меня за плечи, чем вновь заставил мое сердце пуститься галопом. – Идемте…
– Я могу тоже намокнуть за компанию, – Бертон, смеясь, выскочил под дождь.
– Шут, – раздраженно бросил ему Император.
Похоже, мое нежелание выходить под дождь остальные невесты трактовали как хитро спланированный ход по привлечению внимания Императора, а то и вовсе обоих Величеств. Мишель при нашем появлении даже демонстративно отвернулась, Грэйс смерила меня замораживающим взглядом, а Тайра фыркнула и надменно вскинула бровь. И только Дороти оставалась спокойной и улыбчивой, жестом предложив сесть с ней рядом.
– Благодаря тебе мы можем лицезреть прекрасные мышцы Его Величества, – шепнула она мне с задорными искорками в глазах. – Посмотри, как мокрая рубашка облегает его тело… М-м-м, загляденье! Кстати, Изумрудный Король тоже весьма привлекательно смотрится в мокром виде…
– Дороти, прекрати, – шикнула на нее я, но сама не сдержала улыбку.
Шутливое замечание графини немного подняла мое настроение и убавила напряжение. Впрочем, в ее словах было немало истины: Император с потемневшими от влаги волосами и в мокрой, липнущей к телу, рубашке смотрелся очень даже сексуально. А еще напоминал о том дне, когда я спасла его…
Но любоваться рельефом мышц обоих королей пришлось недолго: слуги принесли сушильный порошок. Только тот почему-то оказался красноватого оттенка, а не молочно-белого как у меня. Может, порошок для грионов и порошок для марег, то есть русалок, отличаются в своем действии? В таком случае, мне нужно будет беречь от чужого взгляда не только маскирующий эликсир, но еще и средство для сушки.
Остаток вечера прошел без приключений. Даже солнце выглянуло незадолго до заката. Похоже, свой лимит опасностей и риска я на сегодня исчерпала весь.
И все же, какой это был длинный и полный переживаний день! Надеюсь, завтра не преподнесет мне новых неприятных сюрпризов. Так хочется получить хоть небольшую передышку…
Глава 24
Прогулка в город – желанная передышка или очередное замаскированное испытание? Именно это мы обсуждали с Дороти, пока наши экипажи резво катили в сторону центра Алпанита. Об этом мероприятии нам, как всегда, сообщили за завтраком, однако вместо искренней радости нас одолели сомнения и неуверенность: от тети Императора можно было ожидать любого подвоха.
– Ты обратила внимание, как нас уже мало осталось? – спросила задумчиво Дороти.
– Да, всего пятеро, – я украдкой покосилась на Мишель, которая никак не участвовала в нашем разговоре, а лишь делала вид, что увлечена пейзажем за окном.
Со вчерашнего дня она избегала общения со мной и игнорировала любые мои попытки втянуть ее в беседу. Похоже, герцогиня Тард все-таки не простила мне повышенного внимания Императора на совместном ужине. Не могу сказать, что я очень из-за этого переживала, но осадок все же имелся. Просто не люблю конфликты и стараюсь по возможности их сторониться, однако, надо признать, в ситуации, когда на сердце одного мужчины претендует несколько женщин, они неизбежны, и ты, волей-неволей, окажешься в них втянутой.
И вот сегодня, по воле случая, нам пришлось вновь делить с ней экипаж, к счастью, еще и с Дороти, вторую же карету заняли Сапфировая принцесса Грэйс, племянница монархов Черного Опала Тайра и ре-сента Мелани.
– Так быстро все происходит, – со вздохом заметила Дороти. – Я думала Отбор растянется на месяц, не меньше, а тут… Даже половины этого срока не прошло…
– Вчера просто ушли сразу две сестры, – напомнила я, – поэтому так и получилось…
– Кстати, видела, как еще до завтрака Патрисия с Хелен уехали. Похоже, наш второй жених, Его Величество Бертон, их тоже не пожелал рассматривать в качестве невест, – продолжала сплетничать моя спутница. – Смотрю, он тоже какой-то разборчивый, хотя внешне так не скажешь…
– Внешне? Это как? – усмехнулась я.
– Ну, он такой веселый, без всякого гонора, пофлиртовать не прочь… Вон, тем же близняшкам все комплименты отвешивал, а тут вдруг отправил их тоже домой. И тебе вот вчера с плащиком подсуетился. Можно было бы подумать, что он к тебе испытывает определенные симпатии и выделяет среди прочих невест, но теперь я уже ни в чем не уверена.
– Думаю, здесь дело лишь в воспитании, а не симпатиях, – быстро отозвалась я.
Разговор повернул несколько не туда, куда следовало, делая почву под моими ногами зыбкой. Не хватало, чтобы еще Императора вспомнили, особенно причину, из-за которой он промок под дождем. Но Дороти, к облегчению, принялась развивать тему с Изумрудным Королем.
– Знаешь, – она понизила голос до шепота, – а мне Его Величество Бертон нравится чуточку больше Его Величества Аллена. И я, пожалуй, куда сильнее расстроюсь его отказу, чем Императора.
– Тогда, может, уйдешь сама? – заговорила вдруг Мишель, сверля Дороти неприветливым взглядом. – Если тебя Император не интересует. Оставь его тем, кому он действительно нужен.
– Я не сказала, что мне не нужен Император, – осадила ее та сразу. – А тебе бы не помешала сдержанность в чувствах и словах, Мишель. Это когда-нибудь сыграет для тебя дурную службу.
– Позволь мне самой решать, что чувствовать и что говорить, – холодным тоном парировала Мишель, но по тому, как сузились ее глаза, а крылья носа раздулись, было видно, что совет Дороти ее задел.
На главной площади Алпанита кипела жизнь. Наши экипажи до нее не доехали, мы высадились чуть раньше, в менее людном месте, чтобы не так привлекать к себе внимания. Погода стояла солнечная, прогноз королевских «метеорологов» тоже не обещал дождей, но некоторое беспокойство все же бродило во мне, и я, как параноик, постоянно поглядывала на чистое голубое небо, чтобы не пропустить момент, когда редкие ватные облачка сменят тяжелые тучи. Сперва я хотела прихватить с собой плащ Кайла-Бертона, но потом все же оставила его в замке: мало того, что его неудобно было постоянно носить в руках, еще и после вчерашнего инцидента могли возникнуть ненужные подозрения, ведь второй плащ, которым укрыл меня накануне Изумрудный Король, являлась точной копией того, что хранился у меня в комнате. В общем, я вновь ощущала себя балансирующей по острию ножа.
Городская ратуша, театр с помпезным фасадом, пару магазинчиков с дорогими вещицами и кондитерская, витрины которой ломились от немыслимых по форме и цвету сладостей, – все они располагались по периметру главной площади, образуя форму ровного пятиугольника. В центре расположился фонтан, вокруг которого можно было посидеть на скамеечках. Однако мы здесь задерживаться не стали, направились дальше, к набережной, где оказались торговые ряды со всякой всячиной. Лавки с морепродуктами и рыбой мы торопливо обошли стороной, морща носы и пытаясь задержать дыхание, зато потом попали в настоящий рай всяких восхитительных безделушек, милых женскому сердцу.
– В Алпаните изготавливают самые лучшие веера, – рекомендовала на Мелани. – Даже я при случае заглядываю сюда, чтобы подыскать себе что-нибудь симпатичное, поскольку даже под заказ не всегда можно получить то, что хочется… А вон в том магазинчике Мариэтты Руж можно приобрести перчатки из кожи байлака тончайшей выделки… А цвета… Просто глаза разбегаются! В прошлом году я купила перчатки потрясающего лилового цвета. Неплохая здесь ювелирная лавка, иногда встречаются любопытные вещицы. Конечно, не сравниться с «Рубиновой Розой» в Турмалине, но все же… Можно посмотреть меха, но пока еще не сезон, поэтому выбор будет небольшой…
На этой улице было еще оживленней, чем в центре, и вокруг нас постоянно крутилась детвора, пытаясь продать какую-нибудь мелочевку, как то булавки, ленты, пуговицы. Встречались продавцы с корзинками ароматной выпечки, и лоточницы со свежесрезанными розами. Везде царил шум, гам, суета.
Потом мы очутились еще на одной площади, где шло какое-то представление: играли музыканты, пела миловидная девушка, а рядом с ней несколько молодых танцоров демонстрировали свою пластику и мастерство акробатики. Зрелище завораживало, им мы тоже решили ненадолго задержаться и посмотреть на их танцы. Парни были хороши как на подбор: стройные, высокие, с красивыми рельефными торсами, не прикрытыми даже клочком ткани – поэтому неудивительно, что вокруг них собрались в основном представительницы прекрасного пола. Быстрая мелодия сменилась неторопливой и лирической, и танцоры, оставив свои акробатические трюки, вдруг переключили свое внимание на зрительниц, одарив их улыбками, а затем неожиданно направились в нашу сторону. Сперва один из них, милашка-блондин, попытался вовлечь в танец ледышку Грэйс, но она смерила его таким убийственным взглядом, что тот сразу переметнулся к Дороти. Она похихикала, но тоже отказалась. Между тем шатен с невероятно сексуальной улыбкой пытался очаровать Мишель, правда, тоже безуспешно: та набычилась и едва ли не заплакала. Тайра же и вовсе шмыгнула за спину Мелани, пытаясь спрятаться от ненужного внимания. Я тоже отступила в сторону, не желая стать очередным объектом для развлечения толпы, как вдруг… В первую секунду я подумала, что у меня галлюцинации и даже сморгнула несколько раз, прогоняя их, но видение никуда не исчезало: на противоположной стороне площади стояла моя мама. Да, она была одета и причесана как все местные женщины, но все же спутать с кем-то другим ее было невозможно. Более того, мама тоже смотрела на меня.
– Сента, станцуйте с нами, – отвлек меня бархатный мужской голос, а затем меня взяли за руку.
– Да отстаньте вы! – в сердцах воскликнула я, выдергивая ладонь.
Кажется, я даже оттолкнула прилипчивого танцора, затем стала пробиваться сквозь толпу в сторону, где только что видела женщину, похожую на мою маму. Но когда добежала до того места, там уже никого не было. Сердце отчаянно сжалось, а на глаза навернулись слезы, будоража воспоминания о дне ее гибели. Я сделала глубокий вдох, пытаясь вернуть себе трезвость рассудка.
– Это не могла быть она, успокойся, – сказала себе потом. – Не могла. Мама умерла, ты видела это своими глазами.
Все-таки просто показалось. Или эта женщина всего лишь на нее похожа. Как я, например, на Линэль…
«На Линэль?» – как тревожный звоночек прозвучало у меня в голове. И тут я вспомнила, что никогда не слышала о матери нашей принцессы. У Жемчужного короля вовсе не имелось никакой жены, зато было пять дочерей…
На обратном пути я вся пребывала в нетерпении, хотелось поскорее оказаться в своей комнате и связаться с Линэль. Острота эмоций после встречи с незнакомкой, так похожей на маму, слегка притупилась, но мысли о ней все же будоражили и не давали покоя.
Линэль отозвалась без особого энтузиазма. Последние дни она не очень-то рвалась делиться новостями о своей жизни: бросит пару словечек и сворачивает разговор. Мои дела и проблемы ее тоже не интересовали. По правде говоря, пока меня это даже устраивало, но только не сегодня.
– Линэль, где твоя мама? – прямо спросила я. – Она жива?
– Что за вопросы? – принцесса сразу насторожилась. – Зачем тебе это?
– Просто вдруг вспомнила, что ничего не знаю о ней. С отцом твоим знакома, сестрами тоже, а вот о матери ты никогда не заговаривала, – ответила я.
– Я не знаю, жива она или нет, – после некоторой паузы отозвалась Линэль. – Отец изгнал ее из Жемчужных Волн, когда мне было три года…
– Это значит, что твои младшие сестры…
– … родные мне только по отцу, да, – подтвердила принцесса. – Впрочем, как и старшие. У моего папаши было три жены, и ни одной уже рядом нет, – она мрачно усмехнулась.
– А почему он изгнал твою мать? – мой интерес только возрос. – И что стало с остальными женами?
– Первая, мать Теоры и Касси, изменила папочке, и он ее, того, чуть не казнил, но потом отправил в ссылку, в ущелье Аспидов, там она так до сих пор и находится. Третья, была слаба здоровьем, вот и померла почти сразу после родов Пенелопы. Если бы Халлот был у нас, то могла бы и выздороветь, а так сгорела за несколько дней, никакие знахарки не помогли, даже ведьма оказалась бессильной. Моя же мать не сошлась с папашей в политических вопросах, – Линэль натужно хохотнула. – Она не поддерживала его агрессии в отношении грионов, и в частности, Рубинового Короля, тогда еще Оскара, советовала папаше пойти мирным путем, попытаться договориться, ради страны, ради возвращения Халлота. Вот такая сумасшедшая она была. О ней так до сих пор и вспоминают, как о выжившей из ума. Ну а папочка не простил ей такого вольнодумия, казнить тоже не казнил, но выгнал прочь из Жемчужных Волн, лишил всех прав, запретил даже приближаться к нашим водам.
– То есть он выгнал ее на сушу? – ужаснулась я.
– Именно, – теперь голос Линэль звучал спокойно и безразлично. – Сказал: «Раз ты так защищаешь грионов, так и живи среди них. Живи и мучайся. Посмотрим, как долго ты протянешь среди них. Как скоро они обнаружат твою истинную сущность и расправятся с тобой». Эти слова, конечно, мне потом передали… Пока была маленькой, я считала, что мама просто умерла. Оказалось, ее сделали государственной изменницей. Но не думаю, что она еще жива… Она не смогла бы так долго прятаться, отец прав. Это почти невозможно…
– И все же вдруг она жива? – спросила я в замешательстве. – Дело в том, что сегодня в Алпаните я видела женщину, очень похожую на свою маму. И подумала, раз мы с тобой похожи, то, возможно, и наши матери…
– Бред! – перебила меня Линэль. – Тебе показалось. Это не могла быть она, даже если бы и была похожа на твою мать. И если бы до сих пор была живой. Она, будучи изгнанной, не смогла бы жить около моря, сошла бы с ума, не имея возможности войти в него. Скорей всего отправилась бы вглубь страны, к озеру какому или реке… Во всяком случае, я бы на ее месте так и сделала.
– И все же, посмотри, у меня на книжной полке, над кроватью есть альбом, там фотографии, мамины тоже есть, – попросила я. – Просто скажи, похожи или нет?
– Это портреты на бумажках? – Линэль вздохнула. – Щас…
Она на несколько минут затихла, затем раздался какой-то шелест.
– Ну да, что-то есть общее, – наконец признала Линэль нехотя.
Я же возликовала:
– Так значит, это все-таки может быть она! Неужели ты бы не обрадовалась, если бы она оказалась жива?
– Мне все равно, – прозвучал неожиданный ответ. – Не хочу ни знать о ней что-либо, ни тем более встречаться с ней… Для меня она умерла.
* * *
Аллен почти никогда не ссорился с братом, крайне редко злился и то недолго, будучи старшим, всегда снисходительно относился к его выходкам. Он был привязан к Бертону, считал его лучшим другом. Сколько они вместе всего пережили, в какие приключения только не впутывались по юности, а смерть отца сблизила и еще больше. Во всяком случае, именно так казалось Аллену. И даже тяготы правления, которые легли на их плечи практически в один день, они делили на двоих. Так что же происходило сейчас? Теперь почти каждый раз при виде брата Аллен испытывал раздражение, больше не мог с ним спокойно общаться. В каждом его взгляде, в каждом поступке видел подвох.
Ревность… Аллен думал, что это чувство ему чуждо, и уж точно не предполагал, что его виновником станет Бертон. Им никогда не приходилось бороться за внимание женщин: его хватало на каждого и с лихвой. Теперь же в душе Аллена поселился страх, он впервые увидел в брате соперника. Судьба сыграла злую шутку: их сердца потянулись к одной и той же девушке. Было трудно не заметить, как Бертон смотрит на Линэль Мэриндж, как выделяет ее среди прочих невест. И как ждет, что Император откажется от нее, чтобы потом сделать своей. Безусловно, преимущество было на стороне Аллена, это его Отбор и его выбор, так предопределено богами и никто не в силах нарушить этого права. Но как быть с чувствами самой Линэль? Он мог завладеть ее телом, привязать к себе узами брака, но сердце… Ему нужно было ее сердце, чтобы она принадлежала ему без остатка. Однако Аллен пока не был уверен в ее взаимности, особенно когда рядом все время крутился Бертон. Раньше умение брата искусно флиртовать и очаровывать женщин развлекало Аллена, теперь же его передергивало каждый раз, когда улыбка или взгляд Бертона были направлены в сторону Линэль. И эта его услужливость и обходительность!.. Как же она сейчас бесила! Сам Аллен не мог позволить себе подобного, ни в силу более сдержанного характера, ни из-за нынешнего положения. А вот Линэль благосклонно принимала знаки внимания Бертона, конечно, не позволяла себе ничего выше рамок приличия и этикета, но все же… Когда она общалась с ним, в ее глазах не было равнодушия, они излучали тепло и симпатию. И в такие моменты у Аллена появлялось желание растерзать брата. Вот, например, как вчера в саду, во время дождя…
– Ты знаешь, милый, – Мелани как всегда вошла в покои племянника без стука, – я приятно удивлена…
– Вы уже вернулись с прогулки? – поинтересовался Аллен, все еще частично пребывая в своих мыслях.
– Да. И ты не хочешь узнать, как я сегодня испытывала твоих невест? – глаза Мелани поблескивали с озорством.
– Опять испытание? Не слишком ли часто они проходят? – усмехнулся Император. – Чувствую, такими темпами моя свадьба состоится раньше, чем планировалась.
– А чего тянуть? – тетушка опустилась в кресло и воззрилась на него в ожидании. – И? Ты не спросишь, что это было за испытание?
– И что это было за испытание? – повторил Аллен, делая лицо нарочито серьезным.
– О, я проверила, легко ли им вскружить голову. Тебе ведь не нужна жена, которая может увлечься каким-нибудь юным симпатичным слугой и наставить тебе рога?
– И? – Аллен внезапно занервничал.
– Танцоры, которых я наняла, прекрасно справились со своими ролями, – Мелани улыбалась. – Хочешь знать, кто не прошел это испытание на прочность, не устоял против соблазна?
– Говори же! – нетерпеливо потребовал Император.
Он страшился услышать только одно имя, на остальных ему было плевать.
– Никто, – улыбка Мелани стала шире. – Оставшиеся невесты – просто кремень, скажу я тебе. А сента Мэриндж и вовсе сбежала от своего искусителя…
– Сбежала? – сердце Аллена ликующе встрепенулось.
– Вообще, забавно было смотреть на реакцию сент со стороны, – Мелани продолжала усмехаться. – Например, принцесса Грэйс…
Но Аллен уже не слышал ее. Внутри внезапно полыхнуло знакомым огнем, и в следующую секунду тот заструился по венам. Его Дракон вернулся, сомнений не было. И это долгожданное событие на время вытеснило все остальные мысли и волнения.
– Что случилось, милый? Тебе снова нехорошо? – тетушка прервала свой рассказ и обеспокоенно посмотрела на Аллена.
– Нет, все в порядке, просто задумался, – он решил пока не говорить ей: мало ли, вдруг он рано радуется? Сообщить такую новость всегда успеет.
Аллен едва дождался заката. Когда за окном сгустились сумерки, а в замке стихли голоса слуг, он, стараясь оставаться незамеченным, направился в западную башню, где наверху была просторная смотровая площадка. Он остановился на самом краю и прикрыл глаза. Дракон откликнулся на его зов в тот же миг. Зашевелился, поднимая голову и расправляя крылья, а следом крылья взметнулись и за спиной самого Аллена. Глубокий вдох, наполненный свободой и силой, огонь, вспыхнувший в груди, взмах крыльев, толчок – и сумасшедшее, пьянящее чувство полета…
«А я уже и забыл, как близко может быть небо», – счастливо подумал Аллен, взмывая к ночным облакам.
