Текст книги "Личное счастье декана Дем Эрдхаргана (СИ)"

Автор книги: Ольга Токарева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 22 страниц)

– ПРОКЛИНАЮ! ПРОКЛИНАЮ ВЕСЬ ВАШ ДЕМОНИЧЕСКИЙ РОД!

Меня окатило волной непонятного холода. Прикоснувшись в последний раз к хладным губам любимой, поднялся, отнёс Элладу на кровать и, разжав захват своих рук, выпуская её, как в тумане отступил вглубь комнаты.

Упав на грудь мёртвой дочери, ведьма зашлась в рыданиях.

Я не стал ей мешать оплакивать своё дитя. Я был лишён даже этого. Открыв портал, шагнул в него, навсегда оставив разбитое сердце в небольшом домике для наших встреч. В том месте, где сердце Эллады, не выдержав моей правды, остановилось, моё навсегда покрылось льдом…

Вечером, стоя у окна, я смотрел на вечерний закат в багрово красных тонах, а мыслями был у погребального костра моей любимой и своего нерождённого дитя. Я убийца… и нет мне оправдания, и кровью не смыть вовеки своё злодеяние. Нет тех слов, чтобы оправдать то, что я совершил. И не будет мне покоя ни днём, ни ночью…

Ровно через год после смерти Эллады над материком Тарнас произошло необычное явление. Всю местность заволокло странным туманом. Он стелился не только по земле и пространству, но и проникал во все жилища, окутывал предметы, впитывался в тела всех рас живших на материке. Не тронул он лишь меня. Коснувшись своими щупальцами, резко отползал…

О странном феномене поговорили и вскоре забыли, да и у меня намечалось бракосочетание…

Пролетел ещё один год, но и он не принёс мне душевного спокойствия. Сонное зелье, которое я принимал для усыпления своей внутренней ипостаси, давно должно было развеяться, но дни летели, а моя внутренняя ипостась, казалось, на веки уснула вместе с моей любимой. Мало того, вскоре я понял, что лишился своей первородной ипостаси. И мне пришлось тщательно скрывать своё уродство, ведь демон без её проявления становится словно беззащитный младенец.

Дальше начались ещё большие странности. В один из дней мне понадобился фолиант о расах. Зайдя в дворцовую библиотеку, поразился творившемуся в ней беспорядку. Служитель древлехранилища со слезами на глазах метался среди поваленных книг и кучи пепла. Увидев меня, бросился к ногам, причитая:

– Ваше Высочество! Ваше Высочество… я не понимаю, что происходит. Книги… книги… они в прах превращаются.

Грудь сжало в очередной тоске и нехорошем предчувствии. Окинув настороженным взглядом книжные полки, заметил, что многие книги остались в своем изначальном состоянии и только кое-где лежали кучи пепла. Наклонившись, я поднял один из фолиантов, как ни странно, но это было именно то, за чем я шёл в библиотеку. Открыв увесистый том, стал листать страницы, перевернув очередной лист, успел прочитать «Ведьмы и их магия…». Буквы зашевелились. По ним прошла серая рябь. А затем на моих глазах страницы одна за другой стали скручиваться, словно их сжимала неведомая сила. Фолиант на моих глазах превратился в пепел и осыпался на пол.

– Вот видите, Ваше Высочество, я здесь не причём, – продолжал сыпать извинениями Ольхар.

Но я не обращал на него внимания, уже догадываясь о том, что происходит. Словно раненный зверь, я бросился к стеллажам, стал выхватывать книги, в которых хоть как-то упоминалось о ведьмах, и все фолианты, оказавшись у меня в руках, на моих глазах превратились в прах.

Не помню, сколько времени я простоял, поражённый силе ведьминского заклинания и его действом. Устав от завываний служителя, решил успокоить:

– Не суетись, Ольхар. Твоей вины в порче книг нет. Это ведьмы постарались.

– Ведьмы⁈

Демон не скрывал недоумённого взгляда, и вот тогда я действительно испугался.

Ольхар – один из старейших демонов, служивших в дворцовой библиотеке всю свою жизнь, и не знать о ведьмах в силу опыта и прочитанных книг просто не мог.

– Ведьмы – девушки человеческой расы, наделённые ведьминой магией, – настороженно сказал я ему.

– Простите, Ваше Высочество, но никогда не слышал о таких девушках и их магии, – вымолвил Ольхар после нескольких минут молчания.

– Ничего страшного, Ольхар, – слегка ударив его по плечу для поддержки, я отправился на выход, бросив по пути: – В Ирнавске много книжных лавок и библиотек, куплю там нужные фолианты.

Переход порталом в соседние в государство людей поверг меня не в меньший шок, чем посещение дворцовой библиотеки. Везде творился такой же хаос. Люди в страхе от увиденного действа попрятались по домам. А я стоял в середине дворцовой площади столицы Джейман. Шальной ветер, гуляющий по улочкам города, подхватив пепел, играючи кружил его, а затем швырял мне в лицо, словно хотел сказать: «Это всё твоё злодеяние». И я знал, что это так.

На моём лице давно не отражались какие-либо эмоции, с тех пор, как я выпустил из своих рук мёртвое тело Эллады, сам стал на половину мертвецом. Но где-то в закоулках разума теплилась надежда. Вернувшись во дворец, разослал письма в соседние государства с просьбой выслать мне несколько фолиантов с описанием ведьминой магии. Ответ пришёл буквально сразу. В послании сообщалось о непонятном явлении с книгами. И ещё извинения в том, что никогда не слышали о таком виде магии и ее носительницах. Свиток упал из моих рук. Но верить в очевидность событий не хотелось. Я бросился по дворцу, останавливал попавшихся мне на пути демонов, задавал им один и тот же вопрос: «Слышали о человеческой расе ведьм?». Ответ был один и тот же – нет. Тогда я бросился в отдалённые уголки не только Дармании, но и других государств материка Тарнас, но везде на меня смотрели, как на сумасшедшего. В тот момент, возможно, и выглядел таковым. Через месяц своих скитаний возвратился во дворец, с опустошением понимая, что я одинок в своих знаниях о ведьмах.

Заметил и ещё одну странность: сами носительницы ведьминой силы отсутствовали. Ничего и нигде не напоминало об их жизни когда-либо на Тарнасе. Были и исчезли, не оставив после себя и следа. Единственным, кто о них помнил, был я.

Прошло двести лет, я смирился с тем, что произошло. Да и не в силах был повлиять на события прошлых лет. Только вот они продолжали воздействовать на демонов.

Я уже был не одинок в отсутствии своей боевой ипостаси, её не было у всех новорожденных. Остались лишь демонические признаки: хвост, рога и когти, а сама ипостась никак не проявляла себя. Проклятье уже давно расползлось по Дармании, проникло в каждого демона, и мне захотелось во что бы то ни стало снять его. Но для этого нужны были ведьмы. И я вновь отправился на их поиски.

За прошедшие года ничего не изменилось, о ведьмах так никто и не помнил, фолианты и книги с описанием их магии тоже отсутствовали. Мне осталось пуститься в путь и искать ответы на других материках.

Выйдя из портала в портовом городке Мирск, я огляделся по сторонам. Рыночная площадь, на которой я оказался, меня совершенно не интересовала. Пройдясь по узким улочкам, мой взгляд устремился вдаль на расстилающуюся впереди лазурную ширь океана и тянувшуюся вдоль пирса с причаленными к нему кораблями.

Впервые за последние несколько сот лет моё сердце застучало сильнее в преддверии путешествия и встречи с представительницами ведьминой магии. Но встреча оказалась намного быстрее.

Погрузившись в свои мысли, резко остановился, когда на моём пути встала женщина. Годы сильно изменили её, предо мной стояла седовласая, сгорбленная старуха, но я сразу узнал в ней мать Эллады.

– Как же долго я тебя ждала. Уже и жить устала на этом белом свете, а ты всё никак не покидал стены своего дворца. Наконец, Боги услышали мои молитвы и вот ты предо мной. Далеко ль собрался? А хотя не отвечай, и так знаю. Ведьму отправился искать, которая проклятье с вашего рода снимет. Не ищи… не найдёшь. Наш род навсегда покинул эти места, и все сведенья о нас исчезли, да ты и сам в этом убеждался не раз. Никогда никто не поступал с нами так, как поступил ты.

На общем сходе ведьм мы решили уехать на новое место жительства и принять зелье одиночества. Ни одна из нас больше не свяжет себя узами брака, да и желающих мужчин взять в жёны ведьмочку не найдётся. Мы будем свободны от обязательств. Наши сердца не будут больше страдать от предательств. Будем рожать дочек для себя, передавать им свой дар и жить без любви.

Меня меньше всего интересовала жизнь ведьм, я совершил убийство, пусть и косвенное, и теперь должен был снять проклятье с рода демонов. Как же я был глуп тогда.

– Любая живущая раса в мире Эйхарон падка на золото. Я найду ведьму, которая согласится приехать на материк.

Плечи старухи задёргались в смехе. Отсмеявшись, она впилась в меня холодным злым взглядом.

– А ты, смотрю, свою гордыню так и не поубавил. Каждая ведьма будет принимать клятву не посещать это место. Да и о заклятье, лежащем на этих землях, будут знать. Любая ведьма, ступившая на берег материка Тарнас, будет убита моим фамильяром. Я бы и сама расправилась с нарушительницами клятвы, но сделать уже этого не смогу, потому что мои часы жизни на исходе.

– Вы хотите сказать, что какой-то фамильяр сможет убить здоровую сильную ведьму? – в моём голосе скользили нотки иронии.

– Так сделать ему это довольно-таки легко, он видит то, что не видим мы. Подцепит жизненную нить ведьмы и выпьет без остатка. Смирись со своей участью, сын демонов. Не ищи ответы на чужбине, их ты там не найдёшь. На века будет проклят ваш род, и с твоей смертью ничего не изменится, а лишь усугубится. Пройдёт немало времени, и ты увидишь, как меняется мир вокруг, а виновником всего этого будешь ты. Прощай, проклятый демон, и пусть твоя душа не знает покоя ни в этом, ни в том мире, пока один из вас не смоет кровью проклятье…

Ведьма истерически рассмеялась, отсмеявшись, развернулась и, шаркая ногами, побрела прочь. Меня озадачил появившийся из ниоткуда возле её ног одноухий полосатый кот. Он коснулся ветхого платья старухи и, повернув голову, впился в меня чёрным зрачком своих глаз.

От его взгляда по коже пробежал колкий табун холодных мурашек. Я был слишком молод для того, чтобы верить словам помутившейся разумом старухи.

Через десять лет, привезя на Тарнас очередную ведьму, согласившуюся за золото снять с демонического рода проклятье, убедился в правоте слов матери Эллады. Четвёртая ведьма, с таким трудом найденная мною на материке Аргарон, лежала мёртвой у моих ног.

Разочаровавшись, я решил отложить на время попытки доставить ведьм для снятия проклятья с нашего рода.

Как и обещала ведьма, мир на материке Тарнас стал меняться. Скорей, не мир, а магия. Прошло четыреста лет со дня смерти Эллады, и как-то на заседании магического совета рас стал свидетелем необычного доклада ректора академии Игнарон:

«Ясобрал сведенья за прошедшие сто пятьдесят лет и хочу с прискорбием сообщить, что магия на материке Тарнас медленно исчезает. Не знаю, как на других материках, но мы уже лишились, магов-портальщиков, магов времени и прорицателей…»

Вот и свершается то, о чём говорила ведьма. Я не стал дослушивать доклады магов. Вернувшись во дворец, принял ещё одну попытку по снятию проклятья, но всё оказалось напрасным.

Лишь как только ведьма ступила на землю материка Тарнас, из разреза в пространстве выскочил одноухий кот, впился в неё взглядом и исчез со злобой в глазах, когда девушка пала замертво.

И тогда я понял, что проиграл. Вернувшись во дворец, стал описывать свою жизнь и проклятье, нависшее над родом демонов. Но и тут меня поджил сюрприз. Как только я описывал ведьм и их магию, строчки расползались, и листы под моими руками превращались в пепел. Я был бессилен перед магией ведьм. Попытки оставить послание своим потомкам на других материалах не увенчались успехом. Камень рассыпался мелкой крошкой, железо плавилось, кожа, бумага и ткань превращались в пепел.

Но перед самой своей смертью я решил попробовать последний вариант. Приказал вырезать кожу на моей спине и подвергнуть выделке. Когда моя кожа прошла несколько обработок, мне принесли пергамент. Закрывшись в кабинете, разрезал руку ножом, наполнив чернильницу кровью, взял перо и, обмакнув его в кровь, принялся описывать свою жизнь. Впервые за столько лет слёзы застилали мне глаза. Душевная боль, сидевшая столько времени в моей груди, выплёскивалась и вплеталась в строчки, освобождая меня от тягостной ноши.

Я прерывал свою исповедь, рыдал, вспоминая мою черноокую красавицу, мою Элладу. И вновь брался за перо, радуясь, что папирус не подвергся ведьминому заклятью и есть надежда, что моё покаяние попадёт в руки потомку.

Я понимаю, что мне нет прощения. Да и о каком прощении может идти речь? Я рад, что перед смертью смог исполнить свой последний долг, рассказать демонам о проклятье. Осталось лишь найти место, в котором будет храниться моя исповедь.

Дем Даменхар Эрдхарган – демон, накликавший проклятье на весь демонический род.

Не будьте ко мне строги, потомки, я сам себя не простил…'

Прочитав последние строки, Саверлах обвёл храм взглядом и перед тем, как уйти, отдал фолиант служителю.

Исповедь Даменхара – это частица жизни демонов. Их прошлое, настоящее и будущее – всё переплетается между собой. Невозможно знать, кто и где совершит ошибку вот с такими вытекающими последствиями. Поэтому нужно при любой возможности предотвратить поколения демонов от подобного заблуждения. Демоническая ипостась – это часть нас самих, и не считаться с её выбором – совершить непростительный самообман, прежде всего к самому себе.

Стоя возле храма, слушая жалобный перезвон колокола, Саверлах блаженствовал от прохлады ветра, гуляющего на плоскогорье, насыщенного холодной мрачностью гор и едва уловимым запахом океана.

Выйдя из храма, Каронх взглянул на ненаследного принца любующегося открывающимся видом. Он и сам каждый раз, приходя в храм, не отказывал в себе в удовольствии насладиться простору вокруг.

– Возьмите, Ваше Высочество, – Каронх с грустью в глазах отдал свиток принцу. Покаяние короля произвело на него удручающее впечатление. – Получается, мы навсегда утратили свою демоническую ипостась? И никто больше не принесёт на руках свою пару, к вратам храма трём Богам.

Голос старца был пропитан разочарованием.

Саверлах озадачено посмотрел на служителя.

Каронх не понял, почему у принца такой обескураженный вид.

– Дем Саверлах Эрдхарган, простите меня, если я спросил что-то не позволяющее моему чину.

– А вы разве не слышали новостей о том, что произошло на моём бракосочетании с графиней Демониарн-Кисахли в храме Богине Архи?

– К сожалению, все новости касающиеся государства Дарман мы узнаём раз в году на празднике Последнего Жёлтого Листа. А это будет через четыре месяца.

Прищурившись, с хитринкой в глазах ненаследный принц посмотрел на служителя. Засунув фолиант за пазуху. Саврелах раскинул руки в стороны перед предстоящим действом и призвал свою боевую ипостась. Сверкнув на старца огнём своих глаз, он в несколько шагов пересёк плато и расправ крылья упал вниз со скалистого утёса.

Восторг, упоение, наслаждение испытывала демоническая ипостась от полёта над простирающейся местностью. И Саверлах был полностью с ней солидарен. Ничего подобного в своей жизни он не испытывал и ещё сожалел о том, что так долго не выпускал свою демоническую сущность наружу.

Облетев долину, демон вернулся к застывшему на плате служителю храма с восхищением смотревшего на полёт первородного демона.

Упав на колени, Коранх не сдерживал своих слёз, восхваляя Богов о милости пославшей его народу.

Стараясь не поранить старца своими длинными когтями, Саверлах поднял его с колен.

– Утри слёзы, служитель. Храм не будет пустовать. Вот найду свою пару и вернусь к тебе за отречением.

Конарх прикрыл ладонью вырвавшийся возглас сожаления.

– Как же так, Ваше Высочество⁈

Губы ненаследного принца разошлись в добродушно-хитрой улыбке. Коснувшись плеча старца, Саверлах перенёс его к тому месту, где они встретились.

– Я и без исповеди Даменхара не отказался бы от своей пары. Не знаю, кто она, но найду и обязательно приведу её в храм.

Мысли почему-то преподнесли образ ведьмочки с волосами света дневного светила. Издав вздох сожаления, принц посмотрел на старца, глядевшего на него озадаченно.

– Всё очень просто. Я не помню того момента, когда проснулась моя первородная сущность. И когда она успела спеть песню нашей паре, не могу воспроизвести в памяти. Поэтому в храме Богини Архи был не меньше всех удивлён появлению хвоста и не сразу понял, что он мой.

Саверлах нахмурился, внутри появилась непонятная тревога и понимание, что он упускает какую-то важную деталь своей жизни.

– Простите за откровенность, Ваше Высочество, но вы, наверно, испытываете неимоверную боль при призыве первородной ипостаси?

– Почему вы так решили? – Саверлах не скрывал, что вопрос его озадачил.

– Так это понятно, при первом обороте любой демон испытывает болевое чувство, а вам ведь уже который десяток идёт и вдруг первородная ипостась проснулась, кости, наверно, изрядно ломало?

– Кости?.. – ненаследный поражённо смотрел на служителя. И только сейчас всплыл момент, когда он испытывал неимоверную боль и, кажется, даже терял сознание.

– Простите, Ваше Высочество, я что-то не то сказал? – Конарх испугался от вида окаменевшего лица старшего принца

Саверлах встряхнул голову, приводя мысли в порядок.

– Вы очень мне помогли. Я вспомнил кой-какие моменты своей жизни.

Посмотрев на служителя с благодарностью, Саверлах представил свои покои и через мгновение уже стоял в них. Сразу не осознав, что перенёсся на такое дальнее расстояние. Но, оказывается, в демонической ипостаси портальное перемещение происходит без всяких проблем.

Вынув из-за пазухи свиток и положив его на ломберный столик с фигурными резными ножками, принц отправился в ванную. Открыв краны с горячей и холодной водой, он стал раздеваться, всё время мысленно перебирая события сегодняшнего дня в храме. Погрузившись в воду, демон закрыл глаза и отдался минутам блаженства и расслабления.

Вынырнув из полудрёмы, Саверлах покинул ванну и последовал в гардеробную. Выбрав брюки и рубашку, бросил их на кровать. Осушив тело магическим заклинанием, представил себя в том, что лежало на покрывале. Завершив сборы, надев чёрные туфли из кожи корлков, подхватил свиток и направился к отцу. Определить, в каком месте он находится, не составляло большого труда, как никак родная кровь.

Войдя в королевские покои, Саверлах застал родителей, восседающих в кресле. Хотя отец сидел, а мать устроилась у него на коленях и, перебирая пальцами пряди его волос, что-то шептала ему на ушко с улыбкой на лице.

– Саверлах⁈ – в удивлении сказала она и встала.

– Он… собственной персоной, – не остался в долгу принц.

– Когда ты уже порадуешь нас своей демонессой?

В голосе матери скользила лесть, но Саверлах не обратил на неё внимания.

– Хочу тебя разочаровать мама… – демон выдержал паузу, наслаждаясь недоумением в глазах королевы. – Моя пара человек.

– ЧТО⁈

Ноги демонессы подкосились, и если б не муж, она бы упала на пол.

– Саверлах, думай, что говоришь! – прижав к себе жену, гневно выкрикнул Эранхалд, бросив на сына недовольный взгляд.

Присев на оттоманку, Саверлах протянул фолиант отцу.

Поджав губы, высказав тем самым своё негодование сыну, король взял у него свиток и, развернув его, принялся за чтение. Чем дольше он погружался в исповедь короля Дем Даменхара Эрдхаргана, тем больше его лицо становилось сосредоточенным.

Аленхара вначале с безразличием пробегала глазами по написанному тексту, но вскоре на её лице проступила бледность. Подняв глаза, демонесса рассеянно посмотрела на сына.

– Скажи, почему у всех демониц дети как дети, а ты с самого рождения доставляешь мне одни неприятности?

– Аленхара! – с нотками строгости выкрикнул Эранхалд, сверкнув на неё огнём своих глаз.

– Что Аленхара⁈

Вскочив с колен мужа, королева нервно заходила, перебирая пальцы своих красивых ухоженных рук. Вскинув голову, она с прищуром посмотрела на мужа.

– Ты всё знал.

– Если бы я знал, то не искал больше полугода невестку сына среди демонесс.

– Вы двое всю жизнь что-то от меня скрываете! Видеть вас не хочу!

С отчаяньем в голосе выкрикнула королева и выбежала из семейных покоев.

Вздрогнув от грохота закрывшейся двери, Эранхалд посмотрев на сына, спросил:

– Выходит, ты недавно не зря спрашивал о ведьмах.

– Я и подозревать не мог, что один интересующий меня вопрос откроет тайны народа демонов. – Саверлах встал, скрылся в портале и вернулся из него, держа в руках два бокала и бутылку Суниского. Разлив вино по фужерам, протянул один отцу.

Пригубив сладко-терпкую бордовую жидкость, король посмотрел на сына.

– Ты ведь не просто так на днях спрашивал у меня о ведьмах. Рассказывай.

Откинувшись на спинку оттоманки, Саверлах, держа в руках бокал с вином, поведал отцу cначала о том, как к нему в группу первокурсников привели маленькую испуганную рыжеволосую девчушку и как её вопрос: «Почему ведьмы замуж не выходят?», заставил его чуть ли не перевернуть материк Тарнас в поиске ответа и очутится у дверей храма трём Богам…

Вскинув голову, демон посмотрел на отца с искрами смеха в глазах.

– Знаешь, отец, моя демоническая ипостась трясётся над Сари.

– Ещё бы ей не трепетать, ведьмочка, которая сняла с нашего рода проклятье. Видать, фамильяр ведьмы умер, раз девушка осталась жива.

Чёрные брови Саверлаха на мгновение вспорхнули вверх.

– Нет, не умер. Я его вот так, как тебя, видел. Шипел на меня, бандит одноухий. Всю кухонную дверь своими когтями мне исцарапал. Пришлось задобрить куском мяса.

– Ничего не понимаю… по исповеди Даменхара кот должен был убить ведьму, ступившую на материк, – Эранхалд с недоумением смотрел на сына.

– Возможно, не смог выпить жизненную нить у ребёнка. Сари на Тарнас попала совсем маленькой. Даже фамильярам не чуждо сострадание, – сделав глоток вина, Саверлах поставил бокал на ломберный столик, инструктированный золотом и драгоценными камнями. – Знать бы ещё, кто такие фамильяры и почему они так преданно служат ведьмам?

– Да… дела. Выходит, демониц можно исключить из списка твоей пары. А эта твоя ведьмочка не может быть твоей парой? – король с ожиданием во взгляде посмотрел на старшего сына.

– Сари совсем ещё ребёнок, ей от силы лет шестнадцать. Да и не встречались мы с ней раньше, – губы принца разошлись в улыбке от воспоминания, как девчушка молотила кулачками Зирварха.

– Ведьм исключаем за неимением их больше на материке Тарнас. Выходит, девушка человеческой расы… – в голосе короля слышалось обречённые нотки.

– Не печалься, отец, какая разница, с кем делить годы своей жизни. К отгадке о мгновенном перемещении демонов и орков мы так и не приблизились… – Принца бросило в жар от воспоминания неизвестного мага, знающего заклинание переноса. Саверлах подался вперёд, смотря на отца с нотками победы в глазах. – Через неделю начнутся занятия в академии, а пока я займусь поисками своей пары…