Текст книги "Личное счастье декана Дем Эрдхаргана (СИ)"

Автор книги: Ольга Токарева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)

Глава 9
Поиск истинной пары

Войдя в свои покои, демон положил фолиант на столик. Подойдя к окну, он бросил взгляд на бесконечные песчаные барханы. Смотря на раскаленное марево, задумался, пытаясь собрать в голове мозаику произошедших с ним событий. Удивительным было то, что это ему удалось.

Выходило, что всё случилось чуть больше двух лет назад. А началось с исчезновения брата и его свиты. Затем кто-то свалился ему на голову, и он потерял сознание. Когда очнулся, не успел рассмотреть в лесном сумраке лежавшую на нём девчушку со светлой копной волос. «Хоть что-то», – хмыкнул Саверлах, радуясь тому, что, наконец, воссоздалась картина провалов в памяти.

Запах человеческой крови так резко ударил в ноздри, что принц с изумлением ощутил её вкус у себя во рту. Мгновенно проявилась частичная ипостась. Она выражалась в появлении рогов на голове, когтей и хвоста с шаловливой кисточкой на конце. Пуховка обшарила всё вокруг и, не найдя ничего интересного, обвилась вокруг его торса.

– Выходит, это ты тогда заигрывала с лисуньей, а я думал, её друг, – вымолвил ненаследный и посмотрел на хвост с болтающейся на его конце кисточкой, по виду чем-то сильно удручённой. – Выходит, и крылья были моими. Саверлах закрыл глаза, отдавшись во власть воспоминаниям, ощущаемые им настолько явно, словно он вновь находился в незнакомом лесу и, прижимая к себе с нежным трепетом незнакомую девчушку, шептал ей слова брачного обряда.

– Сархам драв орнах менжар. С тобою на века, – повторил демон, и грудь обдало жгучей тоской по их паре. Это чувство было новым и не поддавалось никакому объяснению. Все его попытки отмахнуться от истинной сейчас выглядели жалкими и смешными. Вспомнив и повторив слова обряда его первородной ипостаси, он словно нырнул в пучину её одиночества.

– Я найду её… Верь, – прошептал Саверлах. И резко повернулся, услышав монотонный звук вестника, присущего академии Игнарон.

Быстрым шагом демон пересёк покои. Подойдя к ломберному столику, взял сложенный пополам лист и, развернув его, пробежался глазами по написанным строкам:

'Декан Саверлах Эрдхарган, в связи с неожиданным обстоятельством, прошу Вас срочно явиться в академию Игнарон.

Ректор Лагирис Жанье'.

– Вот тебе и занялся поисками истинной пары. Чего еще у них могло случиться? – с недовольством вымолвил Саверлах, ступая в открывшийся портал.

Очутившись в кабинете ректора, он с раздражением посмотрел на него, но, увидев отчаянье на мужском лице, смягчился.

– Надеюсь, у вас весомая причина, из-за которой вы раньше времени вызвали меня из отпуска?

Жанье впервые видел декана демонов таким раздражённым и злым.

– Простите… но, если честно, то только вы можете помочь мне в этом вопросе.

– Не тяните кота за хвост, – опустившись в кресло, Саверлах откинулся на его спинку и посмотрел с ожиданием на ректора.

– Орки, – прошептал Лагирис и с жалостью в глазах посмотрел на Эрдхаргана.

– Что «орки»? – нахмурившись, ненаследный потянулся, подхватил со стола ректора тонкий стержень для письма и стал крутить его в руках, обдумывая, как подать Жанье информацию об орках. Если честно, то он совсем забыл о них. А для того, чтобы не вызвать подозрительности у Его Величества Сиантеля Азвариона шестнадцатого, по общей договорённости трёх правителей орки должны поступить в академию на третий год. «Выходит, Сиантель, дал согласие…».

Вскинув взгляд на ректора, Саверлах начал ему излагать и без того признанные известные истины о старейшей расе.

– Орки могут похвастаться ничуть не меньшей древностью, чем я, вы, да и эльфы в том числе. Мы одновременно заселили мир Эйхарон и их раса по численности наравне с другими. Пожалуй, людей с тех пор стало намного больше, хотя они и живут меньше, но зато размножаются раза в три плодотворней. Не так уж и сильно орки выделяются из других рас. Разве только другим цветом кожи и клыками, выпирающими наружу. Опять же, отличительных черт во внешности нет только у людей. А что до магии, то орки ею владеют, но не в том понимании, что мы с вами знаем. Собственная техника магии – шаманизм…

– Вы рассказываете о прописанных истинах. Открой любой исторический фолиант и в нём найдешь всю информацию, – не вытерпев, Лагирис вскочил с кресла, заходил нервной походкой по кабинету. – Мне что делать с их шаманизмом⁈ Я о нём совершенно ничего не знаю!

Нервно выкрикнув, Жанье остановился, смотря на Саверлаха в изумлении.

Плечи демона дёрнулись от смешка.

– Вот вы и пришли к тому моменту, что, вероятней всего, так тревожит вашего правителя. Как говорят, вдруг война, а вы ничего не знаете о противнике.

Ненаследный решил сыграть в открытую. Рассказать, что так тревожило правителей трёх государств и, посмотрев на реакцию декана, выяснить, знает ли он о ней или нет. Но, смотря на застывшего посредине кабинета Жанье, понял, что тот, вероятней всего, не в курсе о маге, знающем заклинание мгновенного перемещения.

– Какая война? – отмер Лагирис и, едва ступая по полу, доплёлся до ректорского кресла. Упав в него, с побледневшим лицом смотрел на Саверлаха.

Вернув стержень на стол, демон вновь откинулся на спинку. Переплетя пальцы рук, с прищуром смотря на Лагириса, решил выяснить всё до конца, не забыв задействовать заклинание правды.

– Обыкновенная война. И признаки её проявления мы увидели два года назад во время военных действий между расами орков и демонов. Я был свидетелем того, что к нам в часть была перемещена группа орков в не совсем опрятном виде… – замолчав, принц обдумывал, как преподнести информацию известную лишь немногим. Решив, что правильней будет рассказать всю правду, продолжил:

– Группа воинов численностью двенадцать орковчан стояла посреди нашего лагеря и, извиняюсь за выражение, с припущенными от испражнений штанами.

В глазах Жанье заплясали искры смеха.

– Скажу честно, я бы тоже рад посмеяться вместе с вами, но дело в том, что в тоже мгновение с нашего лагеря исчезли двенадцать демонов, а вместе с ними наследный принц Гарвах государства Дарман.

Наблюдая за реакцией Лагириса и увидев его взлетевшие в изумлении брови, Саверлах уже понимал, что тот ничего не знает об изворотливом маге.

– Задействовав заклинание, я нашёл своих воинов в одном из лесов государства Ирнавск, – продолжил ненаследный, отметив про себя, что ректор напрягся об упоминании его государства. – Демонов я увидел ещё в большем неприглядном виде, чем орков… мои воины были совершенно голые. Как потом выяснил, с ними случилась такая же оказия, как и с орками. Но мои соотечественники не растерялись и решили покупаться в речушке, оказавшейся на их пути. Правда, до сих пор умалчивают, почему побросали одежду и оказались посреди леса. Мне пришлось накинуть на моих воинов ловчую магическую сеть и закинуть их в портал, тем самым оградив их от боевых действий с местным населением, настроенным к ним не очень дружелюбно.

– Как такое возможно⁈ Мгновенное перемещение… – не скрывал своего изумления Жанье.

Саверлах чувствовал, как в груди расползается досадное чувство. «Ректор академии Игнарон ничего не знает о подобном воздействии магии и это подтвердило заклинание правды». Потупив взор, ненаследный обдумывал, с чего теперь начинать поиск.

– Это какой магической силой должен обладать маг? – всё ещё находясь под впечатлением услышанного, прошептал Лагирис.

– Не буду скрывать, я почему-то думал, что данный маг – человек.

– Человек⁈ – вскинув голову, с недоумением промолвил ректор. – Шутите… Сейчас среди людей встречаются одарённые маги лишь пяти направленностей. Травниц я в счёт не держу. Они больше по наитию собирают травы, и среди них практически нет магинь. Если и бывает, то с уровнем от единицы до трёх. А тут магия высшего порядка, встречающаяся у первородных рас. Сейчас мы можем лишь представлять, какая она была.

– А какие виды магии вы знаете?

В памяти всплыли строки признания короля Дем Даменхара Эрдхаргана, и Саверлах стал слушать дальше пламенную речь Жанье.

– Если честно, то очень мало. До наших дней сохранилось совсем немного фолиантов с описанием других видов магии. Думаю, во многих древних свитках упоминались ведьмы и по этой причине они не дожили до наших дней. В королевской библиотеке мне довелось читать старо-древние тома о магии денег, сновидений, иллюзии, портала, пророчества, звука и стихии. Вот, пожалуй, и все, – с сожалением в голосе вымолвил Лагирис.

Дем Эрдхарган отметил, что ему была приятна правда ректора. Солги он сейчас или увильни от ответа, и Саверлах понял бы, что ему пришлось тяжело работать рядом с таким человеком. И он решил: честность за честность. Встав с кресла, ненаследный скрылся в портале и вернулся из него со свитком в руках. Развернув фолиант на столе перед ректором, принц посмотрел на его недоумённое лицо.

– Читайте, но, прошу вас, не трогайте руками, это кожа моего предка, – едва слышно проговорил принц.

Жанье дёрнулся, вскинул настороженный взгляд на декана демонов. Опустив голову, он положил руки по краям фолианта, опасаясь его задеть, и приступил к чтению…

Оторвав взгляд от последних строк, ректор сидел некоторое время в задумчивости. Устремив взгляд на Саверлаха, коротко выразил слова благодарности:

– Спасибо… ваше доверие много стоит. Выходит, в нашей копилке ещё два вида магического дара, магия времени и ведьмина сила, – Лагирис поднял восторженный взгляд на принца. – Представляете, какой магической силой обладали наши предки!

– Да уж… но из всех перечисленных видов магии не один не подходит к нашему случаю. Из этого следует, что, вероятней всего, мы не знаем и половины видов магии, – ненаследный задумчиво посмотрел на ректора.

– Простите, если покажусь вам бестактным, но, как же ваша демоническая первородная ипостась, неужели то, что описал ваш предок, правда?

Саверлах с прищуром посмотрел на сидевшего перед ним мужчину. «Вероятней всего, что Жанье доложит о сегодняшнем разговоре королю, поэтому приукрашу их переписку. Да и не нужно отрицать возможность того, что ректор может быть не в курсе задумок своего правителя». Ненаследный призвал свою первородную ипостась и с удовольствием наблюдал, как с лица Лагириса сходит цвет, и он неосознанно старается вжаться в кресло.

Налюбовавшись испугом ректора, Саверлах возвратил свой первоначальный вид и с ухмылкой на лице замер в ожидании того, что скажет Жанье.

– Скажу честно, вы чудовищно красивы и одновременно страшны. Завораживающая мощь и магическая сила. Теперь понятен ваш портальный переход без привлечения заклинания. Я рад за вас, – высказал Лагирис и замолчал ненадолго. Но, что-то вспомнив, подскочил с кресла, смотря на Саверлаха, заговорил восторженно:

– Выходит, появление на нашем материке Сари сняло с вашего рода проклятье.

– Да, благодаря ей мир вокруг нас меняется… И ещё, тот самый фамильяр неотступно следует за ней, поэтому прошу не выгонять его из комнаты ведьмочки, – с грустной улыбкой на лице вымолвил демон и, подхватив фолиант, скрылся в портале. Вернулся он через пару минут для того, чтобы решить вопрос, из-за которого его раньше времени выдернули из отпуска.

– Теперь возвратимся к вопросу обучения орков в академии Игнарон, –расположившись вновь в кресле, Саверлах приступил к обсуждению данного вопроса…

Пять дней ушло у декана Эрдхаргана на размещение орков в общежитии и их ознакомление с порядком и правилами проживания в академии.

– Твердолобые быки, – скрипя зубами от злости, выговаривал ненаследный, идя быстрым шагом по одной из мощёной дорожке академии. Внутри всё клокотало от воспоминания орков в душевой.

Вид идущей ему навстречу девушки выбил почву из-под ног. Саверлах резко остановился. Обвёл взглядом её ладную фигурку, скрытую длинным платьем, сшитым из лёгкой материи светло-зелёного цвета в мелкий красный цветочек. Сияющие счастьем глаза ведьмочки вызвали трепет в груди и желание впиться в её красиво очерченные соблазнительные губы. Поборов искушение у всех на глазах заключить девушку в объятия, ненаследному осталось лишь улыбнуться.

– Сари… тебя не узнать, ты так расцвела. Выглядишь очаровательно, и тебе очень идёт это платье, – сжав руки в кулаки, Саверлах утихомиривал первородную ипостась. Ибо та рвалась наружу в желании схватить ведьмочку, унести её в пещеру и лицезреть красавицу без платья. Демон едва не поддался соблазну, но вид юной ведьмочки и её звонкий голос утихомирили желания.

– Декан Саверлах Эрдхарган, я так рада вас видеть. Мне тоже это платье нравится. Мне его Эдион купил на шестнадцатилетие, – Сари покрутилась, показывая, как красиво движется юбка её платья в такт движениям. – А я в академию на пару дней раньше приехала. И уже столько новостей узнала.

– Ты об орках? – губы Саверлаха разошлись в радушной улыбке.

– О них, зелёных, – со счастьем в глазах махнула девушка рукой.

– Не боишься? – продолжая улыбаться, демон не сводил взора с сияющих счастьем черных глаз девчушки.

– Да чего их бояться?

– Правильно, орки – одна из древнейших рас материка Тарнас. И не смотря их внешний вид, вызывающий страх, они дружелюбный народ, – улыбка сошла с лица демона. – Сари… я нашёл ответ на твой вопрос, почему ведьмы замуж не выходят.

Саверлах заметил, как быстро переменилось лицо ведьмочки, она чуть с испугом в глазах смотрела на него в ожидании ответа.

Выдохнув накопившееся напряжение, декан демонов предложил адептке Шторм прогуляться к озеру. Идя не спеша по каменно-мощеной дорожке, он начал свой рассказ и закончил его, сидя с девушкой на той самой лавочке, на которой он нашёл её зимой. Смотря, как на берег тихо набегают волны озера, закончив свой пересказ, Саверлах замолк, в душе переживая, как отнесётся ведьмочка к исповеди Даменхара.

Вид одинокой слезы, скатившейся по её бледной щеке, возымел мгновенную реакцию. Накинув полог невидимости от посторонних глаз, подхватив девушку, демон посадил её к себе на колени и, прижав к себе, стал шептать.

– Не плачь, моя маленькая. Твои слёзы ранят моё сердце, словно сотня Зиганских мечей. Прости… но я не в силах повернуть время вспять. Не в силах изменить прошлое.

Что ещё можно было сказать в утешение всхлипывающей девчушке, прижавшейся к его груди? Саверлах осторожно касался губами её рыжей макушки, а его душа и первородная ипостась тонула в нежности и трепетном наслаждении отведённым им минутам близости.

Подняв заплаканное лицо на декана, шмыгнув носом, Сари смотрела на него с грустью в глазах.

– Мне так жалко ведьмочку и её нерождёного ребёночка.

Вцепившись тоненькими пальчиками в рубашку Саверлаха, она вновь расплакалась.

Демон в очередной раз сжал её в своих объятиях, заключая в кокон любви, сожалея о том, что причинил ведьмочке столько душевных страданий, но иначе он не мог. Не в силах больше выносить эту пытку, Саверлах прошептал:

– Прошу, не плачь… – обхватив лицо девушки руками, он стал с нежностью покрывать поцелуями её глаза, собирая губами солёные слезинки. Уловив горячее дыхание, очнулся возле её губ, вдыхал запах их невинности и ожидания и, внутренне ревя, с неохотой отстранился.

Вдохнув полной грудью, успокаивая своё тяжёлое дыхание, он прижал к себе малышку и стал гладить рукой по напряжённой спине девушки, шепча ей на ушко: – Ты обязательно будешь счастливой. Проклятье с рода демонов спало, а это значит, что ты, когда вырастишь, обязательно встретишься с тем, кого полюбишь. И поверь мне, если твоё личико омрачится от разочарования, я его в бараний рог скручу.

Увидев мгновенно выросшие когти на своих руках, Саверлах хищно посмотрел вдаль, словно уже наметил жертву для растерзания. И демоническая ипостась была с ним полностью солидарна, млея в ожидании расправы.

Постепенно наползли вечерние сумерки. Пригревшись в коконе заботливых рук декана, Сари мирно спала, а Саверлах отдался минутам внутреннего спокойствия и счастья. Но всё когда-то заканчивается.

Ведьмочка зашевелилась в обхвате его рук, с недоумением осмотрелась по сторонам и подняла виноватый взгляд на декана.

– Простите… я, кажется, уснула.

– Ничего страшного, расскажи, как поживают твои близкие, – демон решил хоть немного поднять девчушке настроение, а упоминание о родных недолго отодвинет её мысли о судьбе ведьм.

– Мара ждёт доченьку, – лицо Сари вновь озарилось счастьем. – Вы бы видели деда, он словно светится.

– Дети – это счастье, – улыбаясь, Саверлах с неохотой разорвал обхват своих рук и опустил девушку на землю. – Пойдём, провожу тебя к общежитию.

Сари не возражала, в душе ликуя от близости декана. Лёгкая улыбка застыла на её лице. Она украдкой бросала на него взгляды, трепеща в душе от воспоминаний его поцелуев пусть не в губы, но и от их горячего прикосновения сердечко стучало учащённо и в груди отчего-то всё замирало в волнении.

Доведя девушку до парадного входа общежития, Саверлах попрощался с ней и, проследив, как она скрылась за дверьми, отправился в свой домик. Оставалось два дня до начала занятий, за это свободное время нужно успеть обследовать место его первого оборотничества…

На следующий день, встав ранним утром, демон отправился во дворец. С предвкушением начинающегося дня он вошёл в ванную комнату. Включив на всю краны с водой и добавив несколько капель пихтовых масел, стал раздеваться. Убедившись, что воды достаточно, с удовольствием погрузился ванную. Закрыв глаза, наслаждаясь витавшим в воздухе ароматом хвои, Саверлах расслабился в тёплой воде, обдумывая, что после завтрака нужно заскочить к отцу и отдать ему фолиант. Что он и сделал после выхода из ванной комнаты…

Эранхалд встретил его напряжённым взглядом.

– Что за дела не дали тебе явиться во дворец?

– Прибытие орков в академию. Никак забыл о нашем уговоре? – ухмыляясь, сострил Саверлах.

– Забыл… – разведя руки в стороны, с усмешкой произнёс король. Увидев свиток в руках сына, посмотрел на него с родительской болью в глазах. За своего старшенького сына Эранхалд готов глотку любому перегрызть, но, видно, у Богов свои планы на него.

Рассказав в общих чертах свой разговор с Жанье, Саверлах отдал фолиант отцу и, сказав, что отправился на поиски своей истинной пары, скрылся в портале.

Развернув свиток, король Дармании вновь прочитал послание предка и, вызвав к себе писаря, приказал сделать столько копий с фолианта, чтобы хватило на каждый город и деревушку в их государстве. Пора демонам узнать, за какие грехи их лишили первородной ипостаси. Да и не мешало б уберечь горячие головы от необдуманных поступков…

Оказавшись в лесу, ненаследный принц осмотрелся по сторонам. Вскинув голову, постарался вспомнить, под каким деревом он тогда стоял, но память в этот раз услужливо отказала.

Глубоко вдохнув утреннюю свежесть проснувшегося леса, Саверлах бросил взор с холма на поляну в низине, где два года назад ему предстала интереснейшая картина. Улыбнувшись от воспоминаний, принц заспешил вниз. Призывать демоническую ипостась и взлетать над лесом не стал, неизвестно, кто бродит в утреннем лесу, а пугать никого не хотел. И, как оказалось, был прав.

Совсем скоро он догнал двух девчушек лет десяти и шести. Прогибаясь под тяжестью корзины, наполненной грибами, они устало переставляли ноги. Сердце демона сжалось, когда младшенькая, зацепившись ножкой о валяющуюся на пути ветку, чуть не упала. Саверлах взмахом руки послал магический вихрь, успел подхватить им девчушку и осторожно поставил её на землю.

Старшенькая с непониманием смотрела на свою сестру, но, услышав треск сухой ветки, резко повернулась.

Саверлах молча выругался за свою неуклюжесть и постарался предать лицу самое добродушное выражение.

– Какое счастье, что я вас в лесу повстречал. Решил грибов подсобрать, да вот заблудился.

– А где ваша корзинка?

Пропищала мелкая.

– Так плетёнку потерял. Такая оказия со мной впервые приключилась.

Старшенькая хмурилась, видно, не особо верила, поэтому стала допытываться:

– Что-то я вас раньше в нашем селе не видела.

– Так я не из вашего села. Я из Дармании, в нашем государстве таких лесов нет.

– А-а-а, – протянула девчушка, – демон, что ли?

– Демон, – не стал скрывать Саверлах, наблюдая за реакцией сестёр и удивляясь тому, что его совсем не боятся.

– Если леса не знаешь, то лучше в него не заходить. Леший начнёт кругами водить, а потом ещё на болото заведёт. А уж там места гиблые.

– Надо же, а я и не знал. Так поможете мне, красавицы, к людям выйти?

– Отчего не помочь. Только мы потихоньку пойдём, Олея шибко устала, – высказалась девчушка, взглянув с сочувствием в глазах на младшенькую сестру.

– А, так это дело поправимо.

Саверлах подхватил маленькую девочку на руки, разместил её на левой руке, правой взял корзину с грибами.

– Пожалуй, вот так будет лучше, да и быстрее.

Малышка обняла шею демона рукой, с восхищением рассматривая его, не вытерпев, спросила:

– Дядь… а дядь. Тебе не тяжело?

Губы ненаследного принца разошлись в улыбке. Подмигнув курносой девчушке, шепнул:

– Ну, давай, рассказывай, из какой вы деревни?

– Мы в селе Орковка живём…

Дальше Саверлах узнал, что у сестёр есть еще два старших брата, а занимаются они сбором дров на зиму. Две младшие сестрёнки совсем малы, поэтому сидят дома. Отец семейства прошлой зимой отправился в лес за дровами да сгинул. Мать их одна растит. Корова от старости в месяц первой проталины померла. И совсем им жить туго стало, животы от голода сводит. По двору бегают две курицы, да и то такие старые, что яиц уже не несут. Вот они с сестрой и стараются ягодами да грибами запастись. Как белый пух с неба полетит, вот тогда их семье не так тягостно будет пережить скучные холодные месяцы.

От слов девчушки сердце демона горело в огне жалости к детям, оставшимся без кормильца. Он уже надумал, как поможет обедневшей семье.

Поднявшись на холмистую возвышенность, они прошли смешанный лес, состоящий в основном из елей и берёз, и оказалось, что вышли к окраине села.

– А вон наша изба!

Заёрзав на руке Саверлаха, выкрикнула малышка, тыча пальцем в сторону небольшого дома на два окна с почерневшей от времени крышей.

Дорога до избы девчушек забрала немного времени. У перекошенной от времени калитки их дожидалась худощавая миловидная женщина. Старенькое платье, надетое на ней, было чистеньким, но в нескольких местах заштопанное. Её большие серые глаза, казалось, выцвели от внутренней обречённости, а может, и от голода. Волосы цвета травы, выгоревшей от дневного светила, были аккуратно собраны пучком на голове. Поджав бледно-розовые губы, селянка напряжённо смотрела на Саверлаха.

– Мама, а мы демона в лесу повстречали!

Выкрикнула Олея и устремилась к матери.

Ненаследный принц, опуская на землю девчушку, успел заметить, как изменилась в лице женщина. Схватив детей за руки, она настороженно смотрела на него.

– Не беспокойся… я не причиню зла, – поспешил успокоить селянку Саверлах. Поставив корзину на землю, устремил на неё взор. – Отправь детей домой, у меня к тебе разговор есть.

От его слов женщина выдохнула с облегчением, подтолкнула сестёр к дому, приказав:

– Домой ступайте, поешьте. Травница ковригу с крынкой молока принесла.

Глаза девчушек блеснули в предвкушение еды. Оцепив худенькие пальчики от платья матери, побежали наперегонки в дом.

– Так о чём ты хотел со мной поговорить, мил человек?

Видно, селянка особо не видела различия между демонами и людьми. Но принц и не выразил недовольства. Достав из кармана небольшой кисет, набитый золотыми, протянул женщине.

– Твоя младшенькая дочь поведала о вашем горе… возьми, посмотри, хватит на корову. Если нет, то я добавлю.

Селянка настороженно переводила взгляд с сосредоточенного лица демона на его раскрытую ладонь, на которой лежал мешочек с монетами. Тяжело сглотнув, она осторожно протянула руку и взяла кисет. Развязав тесьму, закрученную на горловине, она некоторое время молчаливо смотрела на содержимое мешочка. Замотав в отрицании головой, протянула назад кисет.

– Здесь очень много. Корову можно и за два золотых купить. Вон дед Глуздь телочку стельную продаёт, через пару недель должна отелиться.

В глазах демона плескалась жалость.

– Как зовут тебя?

– Бана.

– Что ж, Бана, – взяв кисет у селянки, Саверлах вернул его в карман. Посмотрел дружелюбно на женщину. – Веди к деду, будем корову покупать, а заодно расскажешь, что ещё тебе в хозяйстве надо. Дочка твоя сильно переживала, что скоро холода, а у вас есть нечего.

Бана некоторое время с непониманием смотрела на красивого мужчину, стоящего перед ней. А когда осознала, что он ей сказал, упала на колени перед ним, схватив его руку, прижала к своим губам и зашлась в рыданиях.

Саверлах первое мгновение опешил и растерялся. Быстро придя в себя, подхватил женщину и, подняв с земли, поставил на ноги. Некоторое время хмурился, не понимая, как её успокоить, а потом прижал к себе, окутал магией, делясь силой.

Из избы выбежали уже знакомые ему сестрёнки, а следом за ними в длинных серого цвета рубаках ещё две малышки. Завидев плачущую мать, они бросились к ней и, облепив со всех сторон, заревели хором. Такого бедствия демоновская душа выдержать не могла.

– Будете реветь – останетесь без коровы.

Саверлах поразился, насколько его слова оказались действенными.

Пять пар глаз мгновенно уставились на него, практически одновременно хлопая мокрыми светлыми ресницами.

– Вот так уже лучше.

Порадовался демон в душе, что может усмирять не только мужской, но и девичий коллектив.

– Бана… веди меня уже к своему деду Глузду.

– Так он не мой, – подхватив на руки самую младшую дочь, промолвила селянка и в ожидании устремила на Саверлаха взгляд своих серых глаз.

Губы демона разошлись в улыбке от вида протянутых к нему двух пар детских ладошек. Подхватив девчушек на руки, ненаследный принц направился за вдовушкой, купаясь от детских прикосновений.

– Дядь… а как тебя зовут?

Всё-таки не вытерпела Олея.

– А зовут меня дядя Саверлах.

– А ты правда будешь нашим дядей?

– Так а куда ж я теперь денусь от таких красавиц? Вот все дела решу и, возможно, поселюсь по соседству с вами.

Замедлив шаг, Бана повернула голову и с удивлением посмотрела на демона. Заметив смешинки в его глазах, заспешила дальше.

Ненаследному принцу впервые пришлось покупать корову. Он сразу согласился купить Зорьку за два золотых. И тут же позавидовал убийственному взгляду вдовушки, направленному в его сторону. Даже у него не получалось так уничтожающе смотреть на провинившихся демонов. Передав бразды правления покупки Бане, он осторожно присел на табурет, боясь, что тот под его весом сломается, но стульчик выдержал. Рассадив сестёр на своих коленях, Саверлах стал свидетелем торга, а затем покупки коровы, десяток курей и мешка зерна, и всё это за два золотых. Отдав деду причитающуюся плату, она договорилась с ним, что за курами и зерном придут сыновья. Демон смотрел на светящиеся счастьем лица матери и её дочерей и не понимал, чему улыбается сам.

Вдовушка, схватившись за верёвку, повела корову домой, с радостью в глазах поглядывая на кормилицу. Оставив Зорьку в довольно-таки неплохом хлеву, Бана бросила на Саверлаха расстроенный взгляд. И было понятно, почему. Женщина сожалела, что отдала кисет с золотыми. Войдя в азарт после первых покупок, уже прикинула, куда могла потратить так недостающие ей монеты.

– Не переживай, красавица, что душа пожелает, то и покупай, а я расплачиваться только буду.

Бана зарделась от его слов, смахнула с ресниц благодарную слезу.

– На рынок пошли… детки совсем обносились, – виновато вымолвила она.

– Ну что, красавицы, пойдём за нарядами? – широко улыбаясь, демон вновь подхватил сестёр на руки и последовал за вдовушкой.

Оказалось, покупать одежду, необходимую утварь и продукты – дело приятное, но хлопотливое. С улыбкой на лице Саверлах расплачивался за купленный Баной товар, ловя на себе заинтересованные женские взгляды и настороженные мужские.

Все дела они справили лишь к обеду. Сидя в доме вдовушки, демон, попивая парное молоко из кружки и откусывая от краюхи душистого хлеба, со смешинками в глазах посматривал на самую маленькую девчушку большого семейства. Сидя на полу, пыхтя, она пыталась натянуть на свою ногу валенок размером чуть меньше её самой.

Уставшая и немного осоловевшая от свалившегося на голову счастья, Бана смотрела на сытых детей, примеряющих обновки.

– Не знаю, чем я такое заслужила?

Посмотрела она на Саверлаха, ища у него ответ на свой вопрос.

Положив на стол кисет с оставшимися золотыми, демон глубоко вдохнул.

– Видно, Боги дороги переплели, мою да твоих дочерей.

– Наверно, вы правы. Только вот не пойму, чего ищите в нашем селе?

Ненаследный поразился прозорливости вдовушки.

– Ты права. А ищу я одну светловолосую девушку, годков от тринадцати до семнадцати.

Не помня возраст девчушки, свалившейся ему на голову, Саверлах решил захватить побольше возрастной разбег.

– Не знаешь, сколько ей лет⁈

– Не знаю, и лица не помню, но она очень мне дорога, вот и ищу её. Не подскажешь, как мне поделикатней повстречаться с девушками?

– Так как же ты её узнаешь, если лица не помнишь? – продолжала любопытствовать Бана.

– Об этом не беспокойся. Моя демоническая ипостась сразу её признает.

– Понятно…

Призадумалась вдовушка. А потом с огоньками задора посмотрела на Саверлаха.

– Отведу-ка я тебя к Водырю. Он у нас староста, за золотой быстро сообразит, как девок села тебе предоставить.

Бросив взгляд на лежащий на столе кисет, вдовушка подхватила его, но ненаследный её остановил.

– Эти деньги себе оставь, мало ли чего не докупили. А со старостой я сам поговорю и рассчитаюсь. Ты уж будь добра, отведи меня к его дому.

Орковка гудела, как весенний улей. Ещё бы такого события в их селе ещё не было. Незнакомец почитай весь рынок скупил, да не кому-нибудь, а вдовушке Бане. Новость обмусоливали, приукрашивали до той минуты, пока вновь не увидели красавца.

«Явно демон», – осматривая с ног до головы незнакомца оценивающим взглядом, с волнением мыслила женская половина Орковки.

И также его осматривала мужская половина населения, но уже настороженно, обдумывая: «Чего этому демонюге у нас надо?»

У тех и у других быстро возникли в памяти события двухлетней давности.

Почесав ручищей трёхдневную щетину, Прозор перегородил дорогу вдовушке. Трактирщика до сих пор нет, да и посмотрит на жену с ревностью. После лесной стычки с молодыми демонами Гата с месяц в кровати ночами ворочалась.

– Бана… куда путь держишь?

Губы вдовушки разошлись в улыбке. «Ещё б с таким завораживающей красоты мужчиной по селу ходить. Бабы вон глазами демона поедают, а мужики уже в оборону встали. Глупые и те и другие. Такие мужчины уж если выбрали себе по сердцу зазнобу, то и на других не смотрят. А этот не ведает, как выглядит его избранница, но уже тоска в сердце по ней. Мужика, который любит, за версту видно».