Текст книги "Личное счастье декана Дем Эрдхаргана (СИ)"

Автор книги: Ольга Токарева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 22 страниц)

Демон поймал губами сорвавшийся с губ Сари сладостный крик наслаждения. В последнем толчке услады Саверлах отдал ей свою демоническую силу. Сквозь чуть приоткрытые ресницы он увидел вокруг их сплетенных тел взрыв ведьминской силы. Чувство, как зеленоватого цвета магия насыщается его магий, были странными, но не вызывали отторжения, а наоборот, хотелось отдать больше, насыть взбалмошную проказницу до полного изобилия, но нельзя.

В ожидании замерла магия огня. Накалилась до предела. Манила вспышками алых всполохов.

С неохотой покинув разгоряченное лоно любимой, Саверлах вновь принялся дарить ласки жене. Утопая в наслаждении от робких движений ее пальчиков рук по его груди.

– Сари-и-и, – малышка моя, – прошептал ненаследный. Обхватив рукой затылок ведьмочки, прикусил с рыком ее губу и тут же обласкал ее языком.

Первые мгновения от ласковых прикосновений мужа ведьмочка терялась в своей беспомощности и чувства, что уступает его страстному напору. Волнующие тело ощущения были странными, кидали в пучину познать их, и она, уже не стыдясь, захлебывалась в этой сладостной пытке натиска.

Саверлах легонько прикусывал поочередно ее губы, затем, словно извиняясь, нежно скользил по ним языком, вызывая в теле сладостную дрожь. Сари и сама не поняла, как стала отвечать на его страстные, дурманящие разум поцелуи. Все сильней прижималась к нему своим телом, наслаждалась от ощущения его твердой плоти, упирающейся ей в живот, и изнывала в ожидании близости.

Словно почувствовав ее нетерпение, демон завис над ней, прошептав:

– Сари… Ведьмочка моя желанная. Примешь?

– Приму, – шепнула она в ответ.

И вновь сплелись два тела в танце любви, разжигая внутреннее пламя, стремясь друг к другу.

Она – для того, чтобы насытиться.

Он – для того, чтобы отдать.

Взревел магический огонь на обоюдном пике удовольствия. Устремился к желанной огненной силе. Соединившись с ней, потек по телу Сари кипящей лавой, наполняя ее ненасытное пламя.

Мало огненной магии ведьмочки демонической силы Саверлаха, просит еще, но не может он отдать и искры.

Заждалась. Трепещет в ожидании магия желания просится на волю, упрашивает демона дать ей силу, чтобы выполнить волю хозяйки.

Отвечает рыком согласия демоническая ипостась. Зависает мужское тело над изнеженным телом любимой. Спрашивает ненаследный с хрипотцой в голосе:

– Сари, красавица моя. Люблю тебя. Примешь?

– Приму, – шепчет рыжеволосое счастье Дем Эрдхаргана и сладостно вскрикивает от резкого толчка в нее твердой мужской плоти.

Прижимается ведьмочка к разгоряченной груди мужа. Растворяется в сладостной неге его движений в ней, жадно хватает его демоническую силу на пике удовольствия, но тут же ее теряет. Насытившись, магия желания устремляется вперед, несется фиолетовой бурей по бескрайним пескам, врывается разрядами молний в один из барханов, разрывает его, отшвыривает в стороны многолетние песчаные залежи. Впивается серебряным светящимся копьем в тело Хранителя источника.

Вздрагивает василиск, открывает тяжелые веки, настороженно смотрит на кружащуюся фиолетово-серебряную магию в его магическом колодце. Велика сила. Но не дрогнуло застывшее сердце магического существа. Тяжелеют его веки. Тяжко вздохнув, он вновь погружается в сон.

Только очередная лавина магии не дают предаться вечному сну. Углубляется в его тело, окутывает желанием жизни застывшее сердце, ударясь в него всей своей силой жажды пробуждения. Уступают холодные ледники, окутавшие большое сердце василиска, тая, с жадностью пьют растекающиеся серебро магии желания.

Но как же мало этих ласковых фиолетовых языков.

Просит еще душа Хранителя источника живительной силы. Выгибается от вновь вонзившейся в него молнии. Вздрагивает от первого удара своего сердца, со слезами на глазах слушает, как учащается его ритм, как пробуждается окаменевшее тело.

Вдыхает с наслаждением василиск полной грудью кружащую необыкновенную магию. Пошевелив лапами, поднимает голову, устремляет взор на зависшее над его колодцем ночное светило. В стремлении насытить свою чешую дивным желтым сиянием делает первый робкий шаг.

Но как же мало сил.

Срываются острые когти с твердого песчаного кольца колодца. С тоской смотрят глаза магического существа на светлоликую. Горит в груди огонь отчаянья, вырывается из горла василиска умоляющий жалобный стон, просит не дать ему опять уснуть.

И разрывает темноту над многовековыми песками фиолетового цвета волна. Пенится на ее грене серебро, обрушивается всей силой своей мощи на ослабевшее тело Хранителя источника. Пробегает рябью насыщения по его телу. Утомляет ненадолго его голод. Цепляясь острыми когтями за выступы, медленно переставляя лапы, василиск спешит покинуть пустой колодец. Хоть ненадолго насладиться Миром вокруг. От чувства вновь накатившей слабости издает мысленный зов. Молит еще дать ему время вкусить жизнь.

Гонит песчаную пыль горная фиолетового цвета река, пенятся в ней серебряные барашки. Подхватывают ослабевшее тело Хранителя, окутывают своей живительной силой, стекают остатками ручейков в песчаный колодец.

Вдыхает полной грудью василиск, прокатывается по телу рябь насыщения. Медленно ощупывает пространство вокруг своим раздвоенным языком.

Но как соблазнительна необыкновенная магия.

И упрашивает могущественный Хранитель еще раз насладиться вкусом чудодейственной силы.

И она стремится к нему навстречу серебряно-фиолетовым ручейком, журчит, несет по бескрайним пескам с собой шепот:

– Больше жизни люблю тебя. Ты – моя нежность и счастье. Моя боль и радость. Моя сладость и горечь. Моя истинная половинка души. Только не умирай… Живи… Умоляю – живи….

Окутывает журчащий магический ручей тело василиска. Погружает его в свои воды, впивается в золотистую чешую, проникая, растворяется силой жизни в мощном теле. Стекают оставшиеся ручейки слезами в холодный песок, стремятся наполнить ненасытную чашу колодца. Распирает Хранителя от сладостного шепота человеческого признания и вкуса магии.

Но как же мало этой магии.

Дрожит могучее тело василиска. Изнывает в единственном желании вновь вкусить сладостную негу.

И не верит своим глазам могущественный Хранитель. Смотрит, как стремительно к нему приближается цунами, сотканное из радужного сияния магий четырех стихий. Медленно поднимается василиск навстречу им, в нетерпении бьет хвостом по песку.

Налетают шквальным огнем магические потоки, пронизывают насквозь извивающееся тело магического существа. Стекают с глаз василиска слезы благодарности от едва уловимого женского шепота проскальзывающего в вспышках зеленоватого цвета магии:

– Живи. Живи, храбрый Хранитель…

Купается василиск в словах любви к нему. Сползает с могучего тела старая шкура. Сверкает новая чешуя то серебром, то золотом под тусклым свечением ночного светила. Радуется, словно ребенок, могучий Хранитель. Поднимается над вековыми песками и падает на них, поднимая столбы песчаной пыли. Катается от счастья жизни. Купается в словах любви мужчины к своей любимой, стелящихся по пустынным барханам едва уловимой дымкой тумана и шепота в нем:

– Сари… Люблю тебя, моя девочка. Моя маленькая глупенькая ведьмочка. Люблю…

Вдыхает с наслаждением василиск признание любви. Устремляет благодарный взгляд на уходящее за горизонт ночное светило. Взлетает в ночное небо извивающийся могущественный змей, кружит, кличет своих магических собратьев разделить с ним радость жизни!

Слышат Хранители источников зов одного из древнейших магических существ. Прислушиваются в неверии и тут же срываются в полет.

Слетаются к нему со всех сторон.

Расправляет крылья Золотой дракон, оповещает ревом радостную весть о пробуждении Василиска. Срывается с его крыльев золотое сияние, обрушивается лавой в чуть наполненный магический источник.

Радостным клекотом отвечает ему феникс. Расправив крылья, кружит в танце любви с василиском. Срываются с ее оперения огненные ручьи, извиваясь, текут по пескам к колодцу.

Разрывают белоснежные крылья единорога ночную мглу. Присоединяется он к танцу магических существ Мира Эйхарон. Радуясь вместе с ними, сбрасывает с оперения свою магическую силу. Устремляются световые разряды к источнику василиска. Вливаются магической силой в его радужные переливы, наполняя до краев источник силы Хранителя пустынных владений.

Покружив еще некоторое время в танце, так и не дождавшись еще двух своих собратьев, Хранители источников разлетелись в разные стороны.

Проводив их счастливым взглядом, заскользил василиск по песку к своему жилищу. Нырнув в него, в неверии зачерпнул лапой магическую силу. Выпустив ее бережно, подплыл к верхнему кольцу колодца, положив на него голову, закрыл глаза. Прислушался Хранитель к жизни в его песчаных владениях. Но в ту же минуту хмурится его взгляд.

И взлетает один из сильнейших и могущественных Хранителей магических источников Мира Эйхарон. Летит полюбоваться на тех, кто пробудил его своей волшебной магией, на тех, в ком горит огонь любви, на тех, кто ценой собственной жизни дал ему жизнь!..

* * *

Стоя у окна, Вириди поглядывала на ночную красавицу. По ее восхождению к ночному небу можно было определить какую часть инициации проходят ведьмочки. Но почему-то тревожность за их малышку только усиливалась.

Подойдя к жене, Аронд обхватил руками ее талию, прижав к себе, шепнул:

– Что волнует мою красавицу?

Вириди резко повернулась, с мольбой в глазах посмотрела на мужа.

– Страшно мне. И на душе неспокойно.

Как не успокаивал себя ведьмак, но тревогу жены разделял.

– Сейчас задействую артефакт, и мы перенесемся поближе к их замку. Полюбуемся ночной красотой и вернемся.

Аронд мысленно представил один из барханов, расположенных перед замком зятя и задействовал артефакт. Их тела мгновенно подхватила портальная магия, и они почему-то вывались из него на песок.

Бархан, облюбованный ведьмаком, отсутствовал. Вокруг творилось невообразимое. Их едва не зацепило несшейся по пескам, бурлящей магической волной фиолетового цвета.

Обхватив жену руками, Аронд вовремя успел уклониться от движущейся силы.

Поднявшись на ноги, они проследили за извилистым хвостом реки, сотканной из магии и сметающей все на своем пути.

– Что происходит⁈ – крикнула Вириди, с ужасом смотря на неизвестное магическое действо.

– Не знаю, – и ведьмак действительно пока не понимал, свидетелями чего они стали.

И только увидев, откуда сорвался очередной горный магический поток. Они в страхе замерли. Вновь проследили за нитью извилистого хвоста фиолетовой магии.

– Доченька! – отмерев, крикнула Вириди, бросилась к замку.

Ее обхватили сильные руки мужа. Повалив жену на песок, ведьмак навалился на нее всем телом, пытаясь успокоить ее от безумного поступка. Вскоре его любимая ведьмочка устала бороться в крепком захвате мужских рук, обмякла, закрыв лицо руками, безудержно завыла.

Сев на песок, Аронд прижал ее к себе, с болью в глазах смотря за очередным маленьким магическим ручейком, бегущим по песчаной глади.

Почувствовав волну жара, Вириди отпрянула от широкой груди мужа, с ужасом в глазах наблюдала за цунами, сотканным из радужного перелива магических стихий.

– Моя девочка, – прошептали материнские губы.

Выхватив взглядом зеленоватый отсвет ведьминой силы в удаляющемся потоке, Вириди обмякла в руках мужа.

Положив на песок любимую ведьмочку, Аронд, встав на колени, вытащил из ножен клинок, провел лезвием по ладони, окропил кровью пустынные залежи. Воткнув клинок в песок, пропитанный его кровью, хрипя, проговорил:

– Боги Мира Эйхарон! Услышьте мольбу отца, терявшего не раз свое дитя. Прошу Вас, смилуйтесь над судьбой нашей дочери.

Отозвались две Богини на его призыв. Проявились перед рыдающим ведьмаком. Соскользнули с их бледных щек слезы, осыпались в пески россыпью лазурных крохотных бриллиантов.

– Мы не можем помочь малышке. У твоей дочери нет нити судьбы. Мы не в силах изменить того, чего нет, – вымолвила черноволосая красавица. Ее тело пошло рябью и вскоре растворилось среди ночной темноты.

– Прости. Но даже Боги порой бывают бессильны, – с грустью в голосе вымолвила Ирида и последовала за сестрой.

У нее не было сил смотреть, как каменеет лицо одного из храбрейших мужчин их Мира.

Впившись скрюченными пальцами в волосы, уронив голову на колени, ведьмак заорал от бессилия. Но вскоре вскочил. Прикрыл глаза рукой от разливающего во все стороны яркого света, исходящего от золотого дракона, летящего среди ночной темноты.

Хранитель источника, плавно взмахивая крыльями, облетел замок Эрдхарган. Устремил свой взор и полет к вспышкам магии, выделяющимся ярким светом в черноте горизонта.

С надеждой в глазах Аронд проводил Хранителя источника. Присев на песок рядом с женой, подхватил ее и, прижав к себе, стал шептать слова утешения. Еще не понимая, что же натворила их маленькая малышка, но в душе у него все больше растекалась вера, что их рыжеволосое счастье останется с ними, а не уйдет за грань…

– Ты только посмотри на эту проказницу, – вымолвил дух Рахта Акронского. И тут же резко отвернулся, пытаясь скрыть от Сегеля выступившую на глаза пелену слез. Обездвиженные, практически мертвые тела праправнучки и ее мужа вызвали в груди волну раздираемой боли. Отчаянье захлестнуло с головой. Рвало душу духа на части. А вид полуживой тагрицы, лежащей рядом со своей хозяйкой, только добавлял муки горя.

– Вот тебе и магиня желания. Что натворила глупышка, – родовой дух Куранских не скрывал своих слез. Хотя первые мгновения он не понимал, что плачет. Духи бестелесны, откуда взяться соленой жидкости. Но когда кричит душа от душащей ее боли, и у духов, оказывается, выступают горькие слезы.

Яркий свет осветил балкон, на котором разговаривали духи двух родов.

Рахт протянул руку, любуясь, как сквозь его бестелесное тело скользят золотые чешуйки. Плавно летя, они устремились к лежащей на ложе паре.

Первородная демоническая ипостась, отдав свою силу, в последнем порыве закрыла крылом истинную пару, согревая и защищая ее от всего Мира.

Поблескивая в ночной темноте, магические чешуйки закружились, образуя вихрь, и тут же разделились на двух золотых драконов. Покружив над обессиленными телами, они плавно опустились на их спины. Расправив крылья по девичьим и мужским плечам, они остались до конца дней стражами у супружеской пары, отдавшей все свои магические силы на спасение одного из Хранителей Мира Эйхарон.

Постепенно золото с чешуек у стражей исчезало. Не спеша, магические драконы делились своей магией с человеческими существами, наполняли силой их опустевшие магические стихии.

Саверлах, обхватив рукой жену, прижал к себе сильней. Даже находясь в забытье, боялся расстаться со своей малышкой. Страшился не уловить ее дыхания и не услышать стука сердца. Коснувшись холодных губ жены своими губами, провалился в сон…

Сняв с плеч камзол, не выпуская из рук жену, Аронд укрыл им Вириди, находящуюся до сих пор в обмороке, а сам с тревогой во взгляде стал наблюдать за горизонтом.

Глубоко вдохнул и выдохнул с облегчением в душе от вида Хранителя, возвращающегося к своему источнику.

Разрезавшее ночную темноту летящее магическое существо ведьмак признал сразу. Мгновенно наклонился над Вириди, защищая своим телом ее от не менее могущественного, чем дракон, существа.

Но василиск не обратил на него никакого внимания. Извиваясь, разрезал своим телом пространство, летел к горному плато, на котором многие века стоял старинный замок.

Василиск завис напротив балкона. Уменьшившись в размере, проник головой между каменных колонн, разогнав вновь слетевшихся к цветкам бабочек.

Осмотрев спящую пару, вернувшую его к жизни, Хранитель пустыни выдохнул на них два серебряных кольца. Упав на тела, кольца ожили. Разорвав свои круги, скользнули по коже, обвив мужское и девичье запястья, замерли сторожевыми змеями, готовые в любой момент броситься на врага их хозяев.

Вторым дыханием василиск отдал спасителям их магическую силу. Ему не жалко. Колодец свой перенесет поближе к источнику любви и будет насыщаться их страстью и любовью. Не мог вернуть василиск лишь одну магию. Ту, что вернула его к жизни. Растворилась она в нем, впиталась в каждую ожившую клеточку, растеклась магией жизни по телу.

Вильнув хвостом, Хранитель отлетел от балкона, с наслаждением нырнул в песчаные барханы, вынырнув, извиваясь, заскользил по своим владениям, пробуждающимся от сияния восходящего дневного светила…

– Уф! – отлипнув от стены, только и смог вымолвить Рахт.

– Я думал, умру. Боялся пошевелиться, – вымолвил Сегель, вытирая трясущейся рукой проступивший на своем лбу пот.

– Так вот кого пробудила наша рыжеволосая малышка, – качая головой, дух Акронского с жалостью посматривал на праправнучку.

– Да… Василиск – это тебе не водная саламандра и даже не грифон, – поддержал разговор дух Куранского.

– Не будем мешать чете Дем Эрдхарган. Пусть поспят. Сил наберутся. А нам нужно Аронда с Вириди найти. Рассказать все, что увидели.

Сегель махнул головой в согласии.

Два духа мгновенно растворились в воздухе. Проявившись перед главой семейства Ир Куранских, расплылись в счастливых улыбках.

– Оба живы. Спят. Бери свою ведьмочку и возвращайтесь домой. Собирай всю свою большую семью, а мы расскажем свидетелями чего стали…

От чувства, что она сейчас поджарится, Сари вынырнула из оков сна. Открыв глаза, засмотрелась на изможденное лицо Саверлаха. Мгновенно вспоминала инициацию. «Какая я ж дурочка! Чуть у мужа Айки змия не усмирила».

От воспоминаний ласковых рук демона волна сладостной истомы разлилась по телу ведьмочки. Убрав черную мокрую прядь волос с его лица, она потянулась к чувствительным губам. Едва коснувшись их, тяжко вздохнув, отпрянула.

Резко распахнув глаза, ненаследный любовался чуть смущенным взглядом жены.

Защищая истинную пару, его первородная демоническая ипостась, спасая их жизни, отдала ведьмочке свои силы. А затем слила воедино четыре силы и, выдернув их из магических потоков, швырнула ненасытному магическому существу. Его сильный демон в тот момент посчитал – лучше жизнь без магии, чем смерть. Чтобы магические потоки не вытянули из них жизненные силы, закрыл их.

Лишившись магической силы, Сари провалилась в беспамятство, а его сил хватило лишь на то, чтобы обнять ее крылом. Уплывая в не забытье, он чувствовал полное опустошение и сейчас не совсем понимал свое состояние. По магическим потокам плавно текла магия и не только демоническая. Какая? Потом разберется. Впереди целая жизнь. А сейчас его больше волновала жена.

Всматриваясь в магические потоки ведьмочки, был шокирован. Ведьмина сила, пройдя инициацию, слепила силой. Магия огня, словно сытый кот, довольно бежала по магическому каналу. Как бы ни напрягал магическое зрение Саверлах, магию желания так и не смог разглядеть.

Не знал он, что скрылась шкодница от людских глаз, тоненьким волоском зависла между двумя магическими силами, захочешь увидеть, не увидишь.

Чувство дикого голода накатило волной на демона. Скрутило в спазме пустой желудок.

– Что-то я безумно проголодался. Интересно, сколько мы спали?

– Не знаю. Но сначала я хочу вымыться.

Отстранившись от Саверлаха, Сари встала. Наклонившись, подхватила покрывало и, завернувшись в него, пошла исследовать семейные покои.

Демон проводил жадным взглядом ее тонкий гибкий стан. Полюбовался проявившейся брачной вязью, вившейся по ее руке. Узор на спине и плечах не успел рассмотреть, пока любовался стройными ножками, жена укрылась покрывалом. С тоской провожая ведьмочку, ненаследный думал о том, что она стала другой. Ушла из глаз задорная веселость. С лица стерлись черты детской наивности. Да и признак взбалмошного характера не наблюдается. Его малышка сейчас со стыда бы сгорела, но не предстала бы перед ним полностью обнаженной.

Почувствовав волнение и страх своей истинной пары, соскочив с ложа, демон бросился к ней.

Всего несколько минут назад, прикрыв тело покрывалом, Сари быстро повернулась к мужу спиной, чтобы он не увидел ее бордовых щек. Ступая босыми ногами по полу, пытаясь успокоить свое сердцебиение. Округлив глаза от стыда, она недоумевала и размышляла: «И чего так стыдно? Ночью вот совсем не думала о том, что голая перед ним лежу. Да и думать некогда было».

Ведьмочка остановилась, поплотней затянула покрывало на груди и, осмотрев семейные покои, подошла к огромной кровати.

– Хм… Пожалуй, вчетвером мы здесь поместимся. Правда, Айна⁈

Фамильяр вынырнула из пространства, ткнулась уставшей мордочкой в руку хозяйки и тут же исчезла. Сари только протянула ладонь, чтобы погладить тагрицу, да так и замерла.

На ее левой руке преспокойно спала змея. Гибкое тело, покрытое серебряными чешуйками с золотой полосой посередине, огибало запястье, обвивало руку до самого локтевого сгиба, на котором покоился хвост. Голова змеи с чуть приоткрытыми красными глазками нежилась на хрупкой девичьей кисти.

Страх перекрыл дыхание, сковал тело ведьмочки, сорвавшийся крик ужаса так и не вылетел из-за спазма в горле.

Сари отмерла лишь тогда, когда Саверлах схватив ее за плечи, встряхнул, как следует.

Покрывало, плавно соскользнув с красивых покатых плеч жены, упало к их ногам, предоставив ему обзор обнаженного тела.

При других обстоятельствах Саверлах, не раздумывая, уволок бы жену в постель. Но в данный момент, после такой бурной ночи во всех ее проявлениях, давал ей время отдохнуть.

Вид змейки на руке любимой привел в не меньший шок, чем у нее, но, быстро совладав с собой, демон, схватив руку Сари, замер. На его левой руке покоилась в точности такая же змея, разве только размерами чуть больше. Догадка, от какого магического существа они получили такой подарок, обожгла грудь жаром.

– Только не бойся, – с лаской в голосе проговорил демон. Подхватив ведьмочку на руки, присел с ней на кровать. Обвив ее крыльями, чтобы она чувствовала себя в безопасности, он подхватил ее руку, прошелся пальчиками по серебристой чешуе оберега.

– Вот смотри, ничего не случилось.

Подхватив рукой подбородок жены, ненаследный захватил ее красиво очерченные губы губами, с наслаждением смял их, теряя разум от прикуса его нижней губы острыми зубками ведьмочки, сжал руками ее упругую попку. Заскользив по спине ладонями, опрокинулся спиной на кровать, увлекая с собой Сари, но услышав урчание в ее животе, с неохотой разорвал поцелуй. С нежностью убрал с лица любимой золотистые пряди.

– Отправляемся в ванную, а потом к твоим родителям. Слуг у нас пока нет, готовить долго. Да и заждались, наверно, все тебя.

Купание в ванне преподнесло им еще один сюрприз. Водя мыльной мочалкой по спине жены, Саверлах с изумлением обнаружил на ней еще один оберег в виде золотого дракона. Говорить ничего не стал, решил рассказать ей при удобном случае. Но утаивать ничего не пришлось. Сари решила тоже его помыть. Увидев на спине мужа золотого дракона, вскрикнула:

– Это ведь Хранитель Ривского государства! Саверлах, у тебя на спине золотой дракон. Откуда он у тебя⁈

Повернувшись, демон бережно прижал к себе свое сокровище, коснулся губами волос цвета сияния дневного светила.

– У тебя тоже на спине золотой дракон. Я просто не стал тебе говорить.

Распахнув глаза, Сари с изумлением смотрела на мужа, но не стала нестись сломя голову, чтобы рассмотреть хранителя, решила сделать это потом.

Подхватив притихшую жену на руки, ненаследный вынес ее из ванны, накинув легкую простынь, укутав, вынес в покои.

Посадив ведьмочку на кровать, мысленно накинул на свое тело брюки, чтобы не смущать малышку своей мужской плотью, рвущейся доставить ей наслаждение.

Направив поток теплого ветерка, высушил рыжие волосы, полюбовался взлетающими золотыми завитушками.

– Практически все твои платья в гардеробной. Тебе помочь одеться?

– Я сама, – сделав непринужденное лицо, Сари встала с кровати, направилась к резным дверям гардеробной…

Пока жена одевалась, Саверлах облачился в рубашку голубого цвета. Обуваясь в легкие туфли, чуть не забыл про носки, слишком был погружен в мыслп о произошедшей инициации.

Развеяла его думы представшая пред ним Сари, которой очень шло легкое, воздушно-голубого цвета платье и белые туфли-лодочки.

Улыбнувшись тому, что они, не сговариваясь, выбрали похожие наряды, демон подошел к жене. Посмотрев на копну волос на ее голове, покачал головой. Видно, у малышки не получилось с первого раза уложить волосы в прическу.

– Не переживай. Наймем тебе служанку, она будет по утрам укладывать твои волшебные волосы.

Сари ничего не ответила в ответ, только сильней нахмурилась.

Не поняв настроения ведьмочки, Саверлах обнял ее тонкий стан и через мгновение они стояли посередине большой столовой залы замка Ир Куранских.

Вся большая семья была в сборе и уже вторые сутки переживала за молодую чету. Хотя, что душой кривить, больше всего за их рыжеволосую малышку.

Вириди со слезами на глазах бросилась к дочери, за ней последовали братья и сестры. И лишь Аронд стоял в сторонке, дожидаясь своей очереди. В знак благодарности за дочь хлопнул свой тяжелой ладонью зятя по плечу.

К внутреннему удовольствию ведьмака устоял демонюка, даже не шелохнулся.

– Спасибо, – тяжко вздохнув, вымолвил глава семейства. – А ну, дайте мне нашу проказницу на руках подержать.

Подойдя к жене, он сгреб дочь ручищами, подкинув, сразу поймал и, уловив задорный смех в ее глазах, прижал к своей груди.

– Доченька, – едва слышно прошептал он, гладя ладонью худенькую спину. – Наша маленькая Сари… Мы ведь чуть вновь не потеряли тебя… Обещай, что не будешь творить глупостей.

Отстранив от себя дочь, Аронд с болью в глазах смотрел на нее в ожидании.

– Не буду, – едва слышно шепнула девушка. Я не знала, что так будет. Обняв руками шею отца, она положила голову ему на плечо, наслаждаясь близостью с родным сердцу человеком.

Услышав жалобное урчание в животе дочери, ведьмак со смешинками в глазах опустил ее на пол.

– Кто-нибудь покормит эту очаровательную малышку и ее мужа?

В зале раздался веселый смех. Большое семейство Ир Куранских поспешило занять свои места за длинным обеденным столом, едва помещающимся за ним. После небольшого перекуса и тихих шепотков разговор плавно перешел в недавние события. Услышав, что это Хранитель Пустынного государства наделил их стражниками из змеек, Сари разрыдалась от счастья…

Вот уже и две недели пролетели их семейной жизни с Саверлахом. Больше всего ведьмочку радовали занятия по приготовлению зелий. Все адептки поглядывали на нее с завистью. Магия сияет, еще и муж красивейший из мужчин. А некоторые не верили, подходили и спрашивали, правда, что зам ректора ее муж? Приходилось показывать им брачную вязь и с гордо поднятой головой, хмыкая, уходить.

Все бы ничего, и семейная жизнь Сари нравилась, но разбросанные по покоям носки Саверлаха уже довели до белого коленья. Уже с неделю она вынимает и собирает их по разным местам. Приготавливая постель ко сну, откинув одеяло, ведьмочка от гнева стала хватать ртом воздух. Подхватив носок, переводя дыхание, заорала на всю комнату:

– Саверлах!.. Мать твою за ногу!

Дверь ванной комнаты тут же открылась, и из нее вышел демон. Как всегда вокруг его бедер было замотано полотенце, сегодня отчего-то откровенно приспущенное. Облокотившись об косяк, с невозмутимым видом он посматривал на разъяренную жену.

«Есть!» – мысленно ликовал ненаследный. Со всей силы сдерживая рвущейся наружу смех, но удержать крылья носа не мог – они то и дело широко раздувались от его глубокого дыхания.

Если бы Сари не была так взвинчена, то поняла, что муж над ней решил подшутить, но гнев застилал глаза и ее понесло.

– Ты что, демонюка проклятый, решил меня угробить своими носками⁈

Держа носок в руке, ведьмочка потряхивала им и наступала на демона разъяренной тигрицей.

Этого уже Саверлах выдержать не мог. Рванул к жене, подхватив ее на руки, закружил, смеясь.

Получив по лицу пару раз носком, опустил жену на пол, согнувшись, зашелся в веселом смехе. Отсмеявшись, вытер выступившие от смеха слезы. Подхватив на руки свою драчунью, перенесся с ней на кровать.

– Ты ко мне вернулась, – с нежностью обняв ее крыльями, демон прижал к себе свое рыжеволосое сокровище. – Мне было страшно смотреть на тебя и не видеть того задора и блеска в глазах, который был так присущ моей проказнице.

Подняв голову, Сари посмотрела на него с недоумением.

– Но я ведь твоя жена. Должна вести себя согласно статусу и положению в обществе.

– Ты никому ничего не должна. Ты моя… Слышишь… Моя маленькая самая лучшая ведьмочка. Не спеши взрослеть, оставайся той прежней, моей взбалмошной малышкой. Ты еще так молода. Не губи свои лучшие годы, подстраиваясь под угоду кому-то. Придет время, и ты уже сама поймешь, что ты стала другой. А я буду любить тебя любой. Сквозь годы и время мы пронесем любовь друг к другу. И на смертном одре я прикоснусь к тебе своими губами и прежде чем уйти за грань успею шепнуть – я люблю тебя, моя малышка…