Текст книги "Загораются звезды (СИ)"
Автор книги: Ольга Горошанская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 28 страниц)
Император, решив, инвалид-слуга ему не нужен, так как это уже второе наказание, быстро закончил действие магии.
«Сейчас вспомнит обо мне».
– Севем? Где Линкс?
– Он еще слишком слаб и пока не интересуется ничем, кроме Игрищ, – не поднимаясь, ответил дем Гор, желая спрятать чувства.
От долгого стояния в неудобной позе, затекли ноги, но старался не заострять на этом своего внимания.
– Неправильный ответ, Фаирдепин.
Севем снова максимально расслабился, позволяя магии проходить сквозь него, желая отвлечься от действия заклинания, но это не ослабило боли, так как проклятие накладывалось во второй раз.
– Ладно, – прошипел Император, быстрее снимая магическое воздействие. – Что с девчонкой? Я скоро ее увижу?
– Все свое свободное от проектов время она проводит в Царстве Книг под присмотром Хранителя, да и не очень сильна в магии, – ответил Севем, во второй раз подкрепляя свои слова соответствующим фальсифицированным воспоминанием, которое нужно было повторить точь-в-точь.
Севем старался прорисовать все мелочи – воспоминание должно быть достоверным.
– Но как только я смогу привести ее, чтобы не выдать себя, обязательно это сделаю и уверен, скоро мне это удастся.
– Какая слабенькая стала, – с наигранным сожалением подметил Император, делая знак рукой, и черноволосая колдунья у его ног поднялась бесчувственным комом в воздух и полетела в угол зала.
Посмотрев еще некоторое время на Белладонну, он произнес: «Сессенс». Колдунья, открыв глаза и осмотревшись, где находится, поспешно поднялась.
– Все свободны, – яростно прошипел Император, видя, Вестница хочет что-то сказать. – Белладонна, Севем – останьтесь. Тартенс, Солфри – подождите в соседнем зале, пока вас позовут.
– Мой Император, пророчество, – она протянула лист, убедившись, все вышли.
– Что сейчас было? – грозно потребовал Император, желая знать ответ от своей последовательницы.
Колдунья упала на колени и, склонив голову к полу, тихо ответила:
– Побочный эффект снятия ловушки Оракула. Теперь я иногда буду делать пророчества.
– Ты их помнишь?
– Да, мой Император.
– Ты можешь направлять свои пророчества?
– Да, мой Император. Достаточно присутствие хотя бы одного волшебника, чтобы сделать пророчество, даже косвенно относящееся к нему.
– Хорошо, я подумаю, как это можно будет использовать. Иди, – снисходительно отпустил, задумчиво глядя на стену за спиной своих слуг.
«А вот это мне совсем не нравится – предчувствие. После таких одиноких встреч многие не то что не приходили на следующее собрание, если вообще оставались живы, но и долго еще не могли вернуться домой», – подумал дем Гор, ощущая как его позвоночник обдало холодом – предвестие неприятностей, в то время как тело занемело, продолжая пребывать в неудобной неподвижной позе.
– Севем, ты мне так и не ответил. Подойди ближе, – наколдовав кресло, приказал, ожидая признания.
Главный Защитник поднялся и, медленно пройдя по залу сел в наколдованное для него кресло, рядом появился столик с дорогим коньяком и двумя золотыми кубками.
– Я предлагаю выпить за мое новое открытие, – прищурив глаза, предложил Император.
– Поздравляю, мой Император, – тут же оживился волшебник, наливая красивую, янтарного цвета жидкость.
– Я изобрел новое заклинание, – ответил тот, словно подбодренный похвалой.
«Голову даю на отсечении – новая пытка».
– И что же это за чары? – с заинтригованным видом проговорил Севем, намеренно проявляя любопытство, которого не чувствовал.
– Это проклятие, но вся проблема в том, что я его еще не испытал, поэтому не могу с точностью судить об эффективности.
«Отлично, я теперь подопытный».
– Севем, ты так и не сказал, почему я не наблюдаю у себя в гостях мадемуазель демро Нат.
«Думай, Севем, думай».
– Я не могу отдать ей портал, чтобы не засветиться в Крепости как Жнец, но я над этим работаю. Вторая проблема – вы, мой Император, все время переезжаете с места на место, что усложняет задачу доставки.
– Ох, Севем. Ты всегда хорошо думал, только вот последнее время у тебя в мозгах что-то барахлит. Может, ты решил возродить Магнификантов?
– Вы же знаете, без Души никаких Магнификантов быть не может.
– Насколько я знаю, мадемуазель демро Нат вполне может сойти за новую Душу.
«Она же еще ребенок! Я, конечно, иногда думаю о ней, в качестве одного из Магнификантов, но сделать ее Душой – это было бы, как минимум жестокостью по отношению к ней».
– Я не буду их возрождать, я предан вам, мой Император.
– Знаешь, Севем, а я хочу, чтобы ты их возродил и передал мне в подчинение.
«Они передаются в подчинение вместе с Душой, а ее я тебе ни за что не отдам. Кроме того, неужели ты думаешь, Магнификантами управляет Глава? Ха. Ха. И еще раз ХА! Если бы это было действительно так, то среди нас не было бы ни Сирсилиса, ни Линкса, уж я бы об этом позаботился».
– Да, Глава без Души, что маг без своей волшебной силы. Ты беззащитен сейчас, Севем, и это даже не моя вина. Согласись, – подняв кубок, Император сделал большой глоток коньяка, тщетно показывая свою значимость.
«Тоже мне защитник тьмы и всей ее аристократии – пить коньяк совершенно не умеешь, да и кубки не те, а на счет, будто не твоя вина – вопрос спорный».
– Так вот, Севем. Если до лета не возродишь для меня Магнификантов, не сделаешь из нее Душу или хотя бы не приведешь ко мне – пеняй на себя, а сейчас, я все-таки покажу тебе мое новое изобретение. Плаезо Аангот.
Из широких черных рукавов Императора вырвалась объемная гектограмма небольших размеров и увеличившись, устремилась прямо в грудь Севему.
– Свободен, – вставая с трона и наколдовывая портал, прошипел Император, отправляя своего слугу в лес неподалеку от Башни Мира.
Последним, что увидел дем Гор – это темный капюшон, из-под которого заинтересованно поблескивали непонятного цвета глаза, но их выражение оказалось чем-то знакомым. Еще запомнил собственные руки, на которых начинали открываться множественные глубокие, обильно кровоточащие порезы и ощущение, раны появляются по всему телу не только снаружи, но и внутри.
Севем понял, если сейчас же не остановить действие заклятия или хотя бы кровотечение, то умрет, но каждое движение вызывало боль, превосходящую ощущения под проклятием Фаирдепин.
«От тебя я и не ожидал чего-то полезного. Мерлин, жаль, я не могу позвать Душу ради исцеления. Хотя Шерри и так нашла бы меня».
Он опустил окровавленную руку в карман и щедро начал посыпать золотой порошок из мешочка – его руки не прекращаясь дрожали. Наметив координаты передвижения, желая оказаться у замка алхимиков, активировал магию порошка и расслабившись почувствовал, магия его уносит.
«Шерри, как все нехорошо получилось. Если бы я знал в тот день, чем прогулка в обществе Императора обернется, я бы ни за что не оказался возле дома Линксов.
Нет! Я обещал, я должен идти».
Севем, превозмогая боль, стал медленно подниматься на ноги, чувствуя, как потяжелели камзол и плащ, пропитавшись кровью, а на снегу остался огромный неприглядный кровавый след.
Голова сильно закружилась и, не удержавшись на ногах, начал падать. Он хотел за что-нибудь ухватиться и тут же почувствовал, его кто-то поддерживает, но видеть из-за пляшущих звезд в глазах не мог.
– Потерпи еще немного, – прошептал до боли знакомый женский голос с завораживающими магическими интонациями.
– Шерри, – прошептал Севем, наклонив голову ниже, непреодолимо сильно желая убедиться в своей догадке.
Он уткнулся носом в пышные волосы и ощутил слабый запах ванили с тонкими нотками жасмина.
– Да. Кто угодно. Молчи, – прозвучал ответ и от этих нежных волшебных интонаций голоса дем Гор чуть не потерял сознание, так как ни у кого другого таких ноток и оттенков голоса быть не может.
Глава 16. Déjà vue?
Лео осталась сидеть в кресле, провожая тревожным взглядом Главного Защитника.
«Передать Светосу, что Севема вызвали? Кто вызвал?
О, нет. Какая же я глупая.
Наверняка, это тот глава колдунов, он же практически сам сказал, является Жнецом».
Быстро сбросив с себя теплый плед, не желая проходить мимо скоплений волшебников, с порталом переместилась в замок волшебных скипетров и побежала на второй этаж в кабинет Архидуайена, и только сейчас обратила внимание, часы бьют ей вслед десять ударов.
«И снова мне пароль никто не сказал», – пролетела мысль, когда магическая завеса появилась в поле зрения.
– Могу ли я поинтересоваться, что вы здесь так поздно делаете, раз комендантский час уже наступил, и вы должны находиться в своей гостиной, – услышала она, раздумывая, как поступить с защитной магией кабинета Архидуайена.
– Защитник Сирсилис…
– Сирсилис. Вне индивидуальных часов я для вас – просто Сирсилис, – широко улыбнувшись, перебил ее изъяснения.
– Хорошо, Сирсилис, мне очень нужно к Архидуайену дем Вальду, не могли бы вы помочь мне в этом? – кивнув в сторону перекрытого прохода, быстро проговорила.
«Что с тобой? То ты рычишь на меня, то улыбаешься…
Да ты пьян!» – подумала, почувствовав скачущие мысли собеседника. Из-за нарушенного Тартосом личного пространства, у нее самой начало двоиться перед глазами и потеряла центр тяжести.
«Я в банке, я в банке», – твердила себе Клеопатра, но от этого легче не стало, все еще чувствуя, как чужие ощущения и эмоции проходят сквозь стеклянный барьер и окутывают ее.
«Меня сейчас стошнит.
СВЕТОС», – мысленно прокричала и, закрыв глаза, чтобы хоть как-то остановить танцующие стены, спиной ощутила, как ее затягивает в тень, и все мгновенно прекратилось.
Нет, она не перестала испытывать яркие эмоции волшебника, но для нее это читалось обычной информацией: знать, но не жить этим.
Теперь ее не одолевала сильная тошнота, и стены не кружились бешеным хороводом; странно все чувствовать и видеть, но не переживать, так как, спрятавшись в тени, оказалась в безопасности. Также почувствовала, благодаря этой же тени, покрывающей большую часть планеты, в будущем сможет искать нужные ей мысли и эмоции.
Так, незаметно минуя довольно сильный блок Сирсилиса, ментально пробралась в его голову и отыскала нужную информацию – никакого пароля нет, но оказалось уже поздно.
Голубоватая магическая завеса поднялась, и на пороге появился Тинк Ревер – Архидуайен замка диадем собственной персоной.
– Добрый вечер, – улыбнулась Лео, несказанно рада фактом появления Архидуайена.
Сейчас она была так счастлива, наконец, нашла способ ограждаться от чужих эмоций, что стала добродушно и даже, наверное, глупо улыбаться.
– Идемте, – предложил Архидуайен, беря ее под руку и открыв проход, направился назад – в кабинет Главы Совета Архидуайенов. – Сирсилис, иди спать.
Волшебница быстро проскользнула между стенкой и высокой фигурой Архидуайена, живо поднимаясь по ступенькам, а оказавшись в кабинете, с нежностью погладила цветом слившегося со стенкой попугая.
– Светоса нет, и если у вас что-то важное, я выслушаю, но давайте перейдем в мой кабинет, – предложил Ревер, рисуя на зеркале временную руну, которая пропустит гостью в его кабинет, минуя всю защиту.
Они оба переместились в замок диадем. Осмотревшись, Лео отметила для себя, Архидуайен этого замка очень любит уют, так как кресла на вид казались мягкими и довольно широкими. У камина стоял небольшой столик с фруктами, на подоконнике – разнообразные напитки, рабочий стол – огромный, но абсолютно чистый, только уверилась, все спрятано в многочисленных шкафчиках с магически расширенным пространством.
– Вы пришли к Светосу не просто так, – улыбнувшись, начал Тинк Ревер, дав немного времени осмотреться.
Лео обернулась и скорее ментально почувствовала: что-то не так.
Она задумалась, стоит ли передавать ту информацию, что должна быть услышанной лишь одним человеком, которого на данный момент в Крепости не оказалось.
– Я не уверена, могу ли передать вам эту информацию, так как мне было сказано, говорить об этом лично Светосу дем Вальду, – сомневаясь, ответила Клеопатра, чувствуя тянуть время больше нельзя – нужно хоть что-то ответить.
– Хм, – задумчиво посмотрев на нее, отозвался Архидуайен, и она почувствовала, как длинные магические щупальца тянутся к ее голове, но так как мысленно находилась в тени, те проходили сквозь нее, не в состоянии ничего ухватить.
Лео решила поэкспериментировать, и выложила из тени именно тот момент, когда Защитник говорил о необходимости известить Архидуайена о его отбытии, но о месте, куда направляется, умолчала, а оставила лишь нежелание Севема видеть ее по возвращению. Но, помня кем-то написанное выражение: прорисовывайте ложные мысли детально, иначе и цену сенмна им никто не даст, представила, что они находились не в апартаментах Защитника, а в кабинете возле шкафа с различными веществами и тварями для опытов. Также мысленно нарисовала, как сидела на стуле, а не в удобном кресле у камина.
Щупальца, удовлетворенные добычей, стали отступать, и волшебница поняла, опасность миновала. Подсматривать, что увидел Архидуайен, Лео не стала, опасаясь разоблачения. Лишь осторожно прислушалась к его ощущениям, которые говорили, волшебник поверил, и тут же отступила.
Подумав, если Архидуайен знает, куда мог Севем уйти, то выложенная информация попадет в нужные руки. А если нет, понять из той информации, куда он ушел, оставалось невозможным.
– Хорошо, вы можете идти к себе, – отпустил ее Архидуайен, не собираясь более допытываться правды.
И она пошла. Спустившись по лестнице, переместилась в свой замок при помощи собственного портала, так как боялась попасть в ловушку, а, проходя мимо кабинета и апартаментов Главного Защитника, поставила простенькое заклинание, оповещающее, когда хозяин вернется.
Ее гостиная оказалась пустой, от чего сильно удивилась, ведь до этого не увидела Драхема и в гостиной Башни Сна, а в замке оружия, как говорили, его давно не видели в Сонном Холле, а прислушавшись к охранным заклинаниям, поняла, того нет и в его комнате.
– Где же ты можешь быть… – задумчиво прошептала, усаживаясь в глубоком мягком кресле возле камина, пододвигаясь ближе к огню.
Лео смотрела на пляшущие огоньки пламени, и вроде бы должно было прийти умиротворение, но откуда-то из недр сознания начало подниматься неуемное беспокойство и уже казалось, пламя хаотично мечется по каминному пространству, а не тихо горит, изредка потрескивая дровами.
«Да что же это», – возмутилась, вскакивая с кресла и начиная мерить шагами комнату.
Часы начали бить одиннадцать, и удары почти сливались с гулким эхом.
Появился Аврель и мягко сел ей на плечо, а потершись мордочкой о ее шею, свернулся клубком.
– Ну и где ты был? – поинтересовалась у дракона, но тот проигнорировал вопрос, сладко зевнув. – Я еще не собираюсь идти спать, – сказала зверьку, почесывая его за ушком, доставляя удовольствие.
В ответ питомец вспыхнул негорячим пламенем и исчез, в этот же момент, она почувствовала, на территории Башни Сна появился Драхем, а через некоторое время явился в гостиную.
– Привет, ик, – улыбаясь во все тридцать два зуба, еле выговорил он, прожевывая чуть ли не половину букв.
– Окончание недели? – фыркнув, спросила, не надеясь на ответ, ведь ждать от него чего-то вразумительного казалось глупым.
– Не-а, – спотыкаясь на каждом шагу, он подошел ближе к камину, и чуть не свалившись в огонь, начал сильно жестикулировать руками, объясняя что-то, понятное только ему.
– Драхем, помедленней и четче, или иди спать, – скривилась, наблюдая за не в меру пьяным волшебником, чувствуя некоторое раздражение.
– Х-хорошшо. Ик, – сказал он, разворачиваясь и гордо расправив плечи, направляясь в свою комнату.
И только оттуда послышались характерные звуки опорожнения желудка.
«Надо будет расспросить, что же такое они праздновали и с кем.
Надеюсь, до ванной он добежал, и судя по громкости звуков и акустике – видимо да. Вот и славненько».
Лео снова села в кресло возле камина, продолжая смотреть на беспокойное пламя.
«Можно подумать, я помогу, если что с ним случится», – успокаивала себя, а Защитник дем Гор все не шел у нее из головы.
Решив достигнуть гармонии с духом другим способом, направилась в свою ванную комнату. Став под душ, включила максимально терпимую горячую воду сильным потоком, наслаждаясь, биением упругих струй по телу и ручейками стекающих вниз. Несколько раз вымыв голову ванильным шампунем, так как обычный вишневый наводил нежелательные воспоминания, закутавшись в полотенце, снова пошла одеваться.
Часы пробили половину двенадцатого, когда она в теплом белом свитере под горло и кожаных штанах вышла из своей комнаты и, прислушавшись к охранным заклинаниям – поняла, Севем еще не вернулся.
Неожиданно, с яркой вспышкой боли, ощутила присутствие Главного Защитника на территории Крепости, но не сразу могла понять, где и почему его чувствует.
Бросившись на импульс, выбежала из комнаты, а потом из гостиной Башни Сна, интуитивно ища выход среди множества переходов. Оказавшись в подземельях, пожалела, ничего не накинула сверху; ее начал пробирать ночной мороз. Лео поняла, случайно нашла подземный ход, выводящий наружу, и быстрее направилась по нему, а, выйдя на улицу, тонкими шпильками стала увязать в снегу.
«Ну, чего меня сюда понесло?!» – подумала, идя по чьим-то следам. Начиная злиться на все на свете, даже не заметила, как ее волосы слегка потемнели.
На небольшой опушке увидела черное пятно на снегу и, периодически падая в сугробы и обжигая колючим снегом нежные руки, быстрее побежала на помощь, уже почувствовав, это дем Гор. Мысленно спрятавшись в тень, не желая слышать его ужасающей боли, вызванной продолжающим действовать магическим проклятием, принялась автоматически делать анализ его состояния и прислушиваться к наибольшим очагам болезненных ощущений.
«Это же надо такое заклинание использовать на человеке, – злилась, а ее волосы стали абсолютно черными, с легким оттенком синевы. – Бессердечное, гадкое создание, даже человеком его назвать не поворачивается язык. Кто такое мог сотворить?!»
Оказалось, болит все. После продолжительного анализа состояния, кроме внешних глубоких ран, у волшебника оказались, словно бритвой, порезаны мышцы и некоторые внутренние органы, вызывая многочисленные внутренние кровотечения. И самое противное, действие продолжало распространяться, поднимаясь к голове, угрожая лишь мыслью, вдруг могут появиться порезы и на мозгу.
«Мерлин. Какой ужас. Неужели он каждый раз возвращается после общения с колдунами в таком состоянии?
Да нет, не может быть, чтобы за четыре месяца его вызывали впервые.
Возможно, его раскрыли, и ему удалось сбежать?
Тоже нет, отследить перемещение порталом могу даже я, уж не говорю о более опытных и темных колдунах. Они давно были бы здесь и добили его.
Может, надеются, он сам умрет от чрезмерной кровопотери или замерзнет в снегу?
Нет. Я не позволю этому случиться».
Маг стал подниматься, а выпрямившись, пошатнулся, собираясь снова завалиться на снег. Лео уже подбежала, но когда Севем начал падать, подхватила его, стараясь не причинять дополнительной боли.
– Потерпи еще немного, – прошептала дрогнувшим голосом, начиная впадать в истерику, не зная, как долго с такими ранениями можно прожить и тут заметила огромное кровавое пятно на снегу, и ее затошнило от вида и ударившего в нос сладковатого запаха крови.
– Шерри, – прошептал Севем, наклонив голову ниже, и Клеопатра почувствовала на макушке его теплое дыхание.
– Да. Кто угодно. Молчи.
«Не трать сил на разговоры, – подумала и почувствовала, Защитник лишился сознания. – А он тяжелый. Хорошо, хоть как-то сам на ногах держится».
И тут же поняла ошибочность своего суждения. Оказывается, подсознательно вызвала магию и с ее помощью удерживала Искусника на ногах.
Поняв, силы ее не бесконечны, мысленно стала рисовать под их ногами портал в его спальню. Благо не было необходимости помнить, как та выглядит, побывав там лишь однажды, ведь этот вид магии сам мог подкорректировать приземление.
Через мгновение они стояли посреди спальни Главного Защитника. Заклинанием откинув покрывало и уложив на кровать ношу, стала усиленно колдовать, не жалея своих сил. Первым делом использовав большинство известных отменителей магических действий, остановила влияние заклинания, а потом внутренние кровотечения, очистила внутренности от лишней крови и залечила самые крупные раны.
Мысленно впадая в тень, обследовала все участки внутренностей Севема и, словно видя все повреждения, вплетала в ткани собственную магию и чувства, восстанавливая целостность. Ощутив, крови осталось совсем мало, огляделась в поисках чего-нибудь, чем можно подкрепить состояние изможденного организма.
И, не найдя ничего лучше, позвала из камина огонь, а когда тот оранжевой дорожкой подбежал к ней, магически стала вплетать пламя в организм Главного Защитника, пуская по его жилах огонь, разбавляя им густую липкую кровь.
Волшебник выгнулся дугой, отторгая новую материю, и пришлось поменять способ. Решив сначала обезопасить сосуды и капилляры, по которым будет течь огонь, заметила, как организм, набирая тепло, расслабился, позволяя новой магии проходить свободно, восполняя энергией организм.
– Дешабиллер, – прошептала и одежда, слетев с Севема, упала рядом с кроватью.
Лео немного смутилась, увидев своего Искусника голым, но продолжила лечение, и когда все раны затянулись, использовала заклинание «Неттойер», с помощью которого очистила и Севема, и его кровать, а заодно и себя от крови. Наколдовав для него черную шелковую пижаму, осторожно одела его и проверила состояние здоровья.
«Отлично, стабильно, несколько неадекватно.
Назавтра, он очень плохо будет помнить, что с ним произошло после перемещения.
Это хорошо, потому что не вспомнит и меня, если вообще узнал», – подумала Лео, находясь на пороге истощения сил как магических, так и физических.
В следующий момент, завалившись на подушку Главного Защитника, уже спала крепким сном праведника, выполнившего свою работу с максимальной отдачей.
Просыпаться начала от теплых нежных поцелуев, покрывающих ее шею и плечи, и сама не могла понять, когда успела заснуть, но вспоминать не осталось возможности из-за множественного эха чувств наслаждения, как ее, так и ментально открытого рядом мага.
«Опять эти сны», – подумала, когда жаркое дыхание обожгло правую лопатку. Почувствовав двойное наслаждение теплой волной поднимающейся из сердца, даже мысли поставить блок не возникло.
Поцелуи опустились немного ниже, а перед глазами появились мириады звезд, начиная неспешно заводить свой таинственный хоровод; Лео хотела что-то сказать, но от нахлынувшей волны чувств вылетел лишь невнятный стон. Немного повернув голову, увидела себя полностью обнаженной, но держать глаза открытыми не получалось – звезды, окутанные древней, как мир магией звали ее. Закрыв глаза, попыталась сосредоточиться на мыслях, но шквал эмоций только усилился, сметая все мысли разом.
– Севем, – позвала, желая понять, где же находится на самом деле и какая из этих звезд приведет ее назад – домой.
– Да, моя радость, – тихий нежный обжигающий шепот. – Повтори.
И уже никуда не хочется, только лишь бы этот голос оставался рядом. Пусть это обманная звезда и светит не для нее, но так хотелось покорить ее.
– Севем, – позвала снова, сама не зная, зачем.
Ее окутал жаркий ветер, разом вспыхнувших звезд, решив оживить ее до сих пор не знавшее любви сердце. Звезды стали раскачиваться, завораживая своим немного диким, но удивительным танцем.
Где-то далеко солнечный ветер все шептал, как любит ее, как ждал и надеялся на ее возвращение, рассказывал о безграничном счастье, ведь она с ним и больше никому не позволит ее забрать. Множественные эмоции завели хоровод, начиная кружить вокруг вместе со звездами, превращаясь в одну сплошную галактику, не позволяя сосредоточиться ни на чем.
Ей казалось, летит, а в темном небе постоянно падают те самые звезды, которые еще совсем недавно кружили. Тепло звезд окутало искрящимися волнами неги, заставляя постепенно плавиться от нахлынувшей любви и нежности, а магия бушевала, словно ее активировали, наполняя своей силой.
Первым проснулся Севем, когда солнце начало вставать, что послужило толчком для пробуждения Лео. Сначала он очень нежно поцеловал ее ключицу, что оказалось ближе всего к его лицу, так как они спали крепко обнявшись.
Она мгновенно проснулась и, вспомнив все произошедшее, ужаснулась, что Искусник убьет ее, если увидит в своей спальне. И тут он, погладив ее кожу, начал поднимать голову, а когда почти открыл глаза, Лео молниеносно среагировала, сплетя у него на спине заклинание Дормир.
Теперь зная, есть всего лишь час, пока волшебник будет спать под сонным заклятием, получила возможность утихомирить лихорадочные мысли.
Выбраться из постели оказалось проблематичным. Кроме боли во всем теле из-за сильного магического перенапряжения, будучи придавленной к кровати мужским телом, сама крепко обнимала его. Кое-как покинув постель, поняла, идти не сможет – многие мышцы, о существовании которых и не подозревала, отдавались яркими блокирующими движения вспышками. Подумав, за вещами пришлет Авреля, нарисовала портал в свою комнату и, пока магия забирала ее, кинула последний взгляд на Защитника. Он в данный момент выглядел, будто выдержал схватку с десятком мантикор: весь в синяках и кровавых полосках на спине – эти следы остались после множественных ран. Казалось, не могла насмотреться, но в этот момент началось само перемещение.
– Аврель, – позвала своего дракона, а когда тот вылез из-под ее подушки, хриплым голосом попросила:
– Забери мои вещи из апартаментов Защитника дем Гор, только сделай это незаметно. Тебя не должны увидеть ни при каких обстоятельствах, хорошо понял?
«Если утром вам очень плохо, значит, вечером было слишком хорошо», – когда питомец послушно исчез, подумала, заходя в ванную, собираясь привести себя в порядок.
Посмотрев на себя в зеркало, ужаснулась. Волосы цвета воронового крыла, отталкивали взгляд непривычностью, кожа казалась еще более нежной, а лицо утонченным и завораживающим.
Когда Лео тряхнула головой, пожелав убрать темный цвет, ее волосы снова приняли свой привычный солнечный оттенок, начиная чуть искриться. Постояв немного в удивлении, пока не появился ее дракон, и не вывел из окаменелого состояния своими золотыми искрами, сваливая принесенную одежду бесформенной кучей, обратила взгляд на питомца.
«Такое впечатление, будто действительно всю ночь танцевала с созвездиями, покрываясь звездной пылью, но не успела стать одной из них.
Ладно, и не из такого выбирались», – подумала, рисуя заклинание возвращения прежнего облика, а заодно и заклинания невидимости и неощутимости на свои родинки на спине и под грудью, которые ей очень не нравились, но это был первый раз, когда решила их спрятать.
– Аврель, где мой кинжал? – через некоторое время спросила, испугавшись, что могла потерять столь ценный артефакт.
Оказывается, кинжал забыла в своей комнате, когда вчера ходила в душ, но так и не взяла потом с собой.
– Пока я буду купаться, достань мне лекарство восстановления сил. Если надо, возьми деньги в хранилище, но достань самое лучшее.
Наскоро приняв душ, намеренно воспользовавшись на этот раз вишневым шампунем и миндальным гелем, Лео стала думать над своим сегодняшним нарядом, но мысли плавно переходили на другую тему.
«Ну и ночка, – хмыкнула, когда тело в очередной раз заныло сладкой истомой. – Только за такие ощущения стоит изучать Трошежи.
Нет, неправильно. Только ради таких ночей стоит жить, а не довольствоваться жалкими снами. Но я ведь не смогу скрываться от него все время, когда-нибудь он узнает, это была я, и что же тогда будет?
Он вообще ненавидит, когда ему лгут, а я буду так открыто врать, поскольку если спросит меня напрямую, смогу ли я признаться? Ответ однозначный – нет. Я не смогу сказать: «это была я», да и, в конце концов, он не меня любит, а эту свою «Шерри». А мне достался всего лишь маленький кусочек ее пирога.
Так! Хватит думать, иначе я сейчас расплачусь.
Ну вот, поздно».
Успокоившись и приведя лицо в порядок при помощи магии, решила ничего не наколдовывать, а порылась в шкафу и нашла нежно-зеленого цвета блузку и короткую черную юбку, черные с интересным рисунком колготки и маленькие изящные черные полусапожки, венчал все это обычный кожаный теплый плащ.
После контрольного взгляда в зеркало, случайно посмотрела на кровать. Там лежала очень древняя на вид в красном кожаном переплете, тисненная золотом и драгоценными камнями, книга. Подойдя ближе, рассмотрела название: «Роковые Женщины».
Не долго думая, Лео решила прочитать ее при помощи заклинания, но эта книга не поддалась чарам, впитав их в себя, словно обычную магию.
Появился Аврель с красивым вытянутым флаконом из дорогого волшебного стекла с темно-синей жидкостью внутри. Скинув его и кусочек листка на кровать, заинтересованно обнюхал книгу. А Клеопатра тем временем развернула записку:
«Микстура улучшения самочувствия».
Она ожидала снадобье будет горьким, но на поверку оказалось сладким, с нежным фруктовым привкусом, что не могло не радовать.
Пара капель духов Desiré – и она готова.
На тщательное чтение книги времени не оставалось. Лео обязательно должна была появиться на завтраке, не жаждая попасть под подозрение Главного Защитника, ведь он, будучи в таком состоянии, мог сон принять за самую настоящую реальность.
Переведя дух после быстрого бега перед дверями в Трапезную, вошла и оказалась одной из первых: небольшое количество сонных обитателей сидели за столами и клевали носами в свои тарелки, но, как только села на свое место, зал начал заполняться быстрее.
Последним вошел злой Защитник дем Гор вместе с Главой Совета Архидуайенов.
Лео же за это время успела разговориться с Драхемом и сейчас весело хохотала над очередной его шуткой.
– Мадемуазель демро Нат, как только закончите с завтраком, жду вас в своем кабинете.
Она чуть не подавилась соком, услышав над головой вкрадчивый язвительный голос Главного Защитника, от которого за километр веяло злобой, раздражением и тщательно скрываемой душевной болью.
– Да, Защитник, – отставляя стакан с соком, ответила, надеясь увидеть удаляющуюся фигуру, но Севем стоял, ожидая, когда она поднимется из-за стола.
Лишь когда встала и направилась в его кабинет, он направился вслед за ней.
* * *
Севем почувствовал, начал просыпаться, вспоминая сон, и потершись лицом о подушку, сладко причмокнул губами, а проведя руками вдоль, ощутил мягкое женское тело с нежной шелковой кожей.
«Значит, это был не сон? Тогда кто это?»
Он медленно стал поднимать голову и, ощутив прилив магии на спине, услышал активацию заклинания «Дормир».
Второе пробуждение оказалось не столь приятным. Резко открыв глаза, понял, ни первое пробуждение, ни ночь не были сном, а постель все еще хранила тепло в том месте, где должна была лежать волшебница, а характерные смятые простыни подтверждали верность суждения.
