Текст книги "Вызывайте ведьмака! (СИ)"

Автор книги: Ольга Сереброва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

– Константин умер! Вызовите кто-нибудь полицию!

Глава 11

Шесть часов утра, на закрытом телеграмм-канале.

– Приветствую всех, кто с нами! На сегодня, одна из самых важных новостей, это гибель главы тёмного клана – Константина! Я не готов уверять вас в том, что это удачная акция кого-то из наших магов. Возможно, Константин, совершенно случайно, подавился виноградиной на поминках ведьмы Василисы. Скорее всего, так и было, и именно карма взяла вожжи возмездия в свои руки.

А для нас сейчас наступят непростые времена, со дня на день, город наводнят толпы тёмных, по причине выборов нового главы клана.

Призываю всех к бдительности и осторожности! Собирайте информацию, но ничего не предпринимайте без согласования со мной! Помните, вы несёте ответственность не только за свою жизнь, но и за жизнь других светлых в нашем городе!

– Может, нам стоит пока залечь на дно?

– Это неплохая идея, тем более, что тёмные, в борьбе за власть, сами будут косить свои ряды, нам остаётся только наблюдать, ну и, при возможности, аккуратно подталкивать их. И так, братья и сёстры! Я, как обычно, жду от вас информацию в личку о скоплении и передвижении тёмных. Вместе мы победим!

Закрытый канал телеграмма "Тёмный вестник", созданный тёмными, разрывался и захлёбывался по причине нелепой гибели Константина. Здесь же транслировались похороны и поминки Василисы. Но по какой-то странной причине, непосредственно момент гибели не попал ни на одно видео. Как такое могло быть, никто не понимал. Однако, свидетели утверждали, что всего за несколько минут до этого печального события, рядом с Константином находилась светлая берегиня из клана Мечислава. Некогда давно, она была хорошо знакома с самим Константином и Василисой, потому и была приглашена на похороны. Сразу после её ухода, всё и произошло.

Канал этот был закрыт не только для обычных людей, но и для большей части тёмных. Приглашение отправляли только проверенным людям, имеющим вес в тёмной иерархии. Однако Марго, в своё время, удостоилась чести благодаря Георгу, потому и новость узнала сразу, как только её стали транслировать, буквально через несколько минут после произошедшего.

– Девочки, Константин умер! – ахнула она, уставившись в гаджет.

– Получилось! – взвизгнула Адель и тут же сконфуженно замолчала, поняв, что проболталась.

– Что получилось? – Лариса смотрела на неё с прищуром, с недобрым подозрением.

В гостиную запорхнула Анджела:

– Я что-то пропустила?

– Константин умер, – хмуро оповестила Марго.

– Да вы что! Как это случилось?

– Подавился виноградиной на поминках Василисы.

– Подавился? – поражённо воскликнула Анджела, – но это не могло быть случайностью!

– Конечно, не могло, – с сардонической усмешкой подтвердила Лариса и многозначительно взглянула на смущённую Адель.

Та вопросительно посмотрела на Марго, получила в ответ утвердительный кивок, и только тогда решилась рассказать.

– Ничего особенного, девочки, – стараясь сохранять легкомысленный тон, произнесла она, – просто мы, с Марго, провели ритуал в полнолуние, вас решили не беспокоить.

– На Константина? – охнула Лариса.

– Ну а что нам делать? Ещё немного, и он вывел бы нас на чистую воду! – раздражённо ответила Адель.

– Да, намутила ты делов, – недобро отозвалась Лариса.

– А что говорят тёмные? – спросила Анджела.

Марго ответила:

– Подозревают светлую, она вертелась возле него, а когда ушла, он и подавился.

– Так значит, всё в порядке? – обрадовалась Анджела, – и главное – мы тут совершенно ни при чём!

Ведьмы ошарашенно переглянулись.

В личку к Мечиславу пришло короткое сообщение: "Из Брюсселя прибыл Стефан." Выборы предводителя тёмного клана набирали обороты. Это был один из претендентов на престол. Фото изображало высокого беловолосого красавца с бледной кожей и холодными голубыми глазами. Он стоял в фойе аэропорта, одетый в длинный плащ из чёрного бархата, белоснежную сорочку с кружевными манжетами. Чёрные брюки были заправлены в щегольские сапоги с золотыми шпорами. Под его старомодный образ не хватало только шляпы с плюмажем и шпаги. Веяло от Стефана таинственностью и угрозой.

– Стефан, значит, – задумчиво пробормотал Мечислав, – кажется, началось!

Стефан был известной личностью в тёмных кругах. Он был сильным магом огня и потрудился обзавестись многочисленной свитой, которую лично муштровал. Славился он своей способностью одним взмахом руки воспламенять предметы. Поговаривали, что те, кого он считал врагами, тоже частенько погибали в огне пожара.

А ещё, у Стефана везде были свои лазутчики. Они крутились там, где было чем поживиться их господину. Скромные, даже страдающие комплексом неполноценности, они, тем не менее, выделялись из толпы чрезмерной страстью к пирсингу и татуировкам, исключительно демонического содержания, многие заливали глаза чёрными чернилами, и делали на голове рожки. Выглядели как настоящие черти, так их и называли. Странно, но тёмные не воспринимали их всерьёз, и совершенно напрасно!

Через несколько минут, Мечиславу передали, что таможню на западной границе только что пересекли автобусы, забитые чертями, и их многочисленные фото.

Черти сидели в больших икарусах. Публика была столь живописная и отталкивающая, что контролёры выскакивали из автобусов как ошпаренные, и водители имели бледный вид. Но, формально, придраться было не к чему, черти вели себя как паиньки, трезвые и скромными первоклашки.

Вся эта орда следовала в Питер, для поддержки своего кандидата на выборах главы клана.

– Да, выборы переживут не все, – с удовлетворением пробормотал Мечислав.

В это же время, глава могущественного японского клана тёмных колдунов, Пещерный Дракон, находился в своём загородном дворце и предавался неге послеобеденного отдыха, когда ему пришло сообщение о внезапной гибели Константина.

Не было в его родной Японии никого, кто бы не относился к Пещерному Дракону с должным почтением. Даже император, раз в год, на День рождения, не забывал поклониться ему и принести в подарок какую-нибудь ценную реликвию. Для того, чтобы её достать, не жалелись никакие средства из государственной казны. А секретные японские агенты маскировались под бестолковых туристов и шарили по всему миру в поисках тех самых реликвий, ибо император не мог ударить в грязь лицом и преподнести почтенному Пещерному Дракону обычный подарок.

Но, всё это было в Японии, а Константин обладал куда большей властью и влиянием в мире, чем сам Пещерный Дракон, и занять его место было бы огромной удачей. Упустить такой шанс он не имел права.

Пещерный Дракон не стал медлить и приказал своим воинам собираться в путь, в далёкий Петербург.

Глава 12

У Марго зазвонил телефон, взглянув на номер, на долю секунды она оторопела, но потом, на её тонких губах зазмеилась коварная усмешка. Молодые ведьмы смотрели на неё с ожиданием и тревогой.

– Алло! – жеманно ответила Марго и включила громкую связь.

– Здравствуй, Марго, – раздался приятный, немного усталый мужской голос.

– Здравствуй, Георг! Это так неожиданно, что ты позвонил сам, лично! Что-нибудь случилось?

– Мне необходимо с тобой поговорить. Ты можешь меня принять, прямо сейчас?

– Отчего же нет? Приходи, мы ждём.

– Благодарю, – учтиво ответил Георг и отключился.

Через пару минут, воздух в гостиной завибрировал и всколыхнулся, пространство разверзлось и, на глазах у изумлённых молодых ведьм, Марго то знала эти фокусы, в комнату шагнул Георг.

Он был одет с иголочки, как всегда, в тёмно-серый дорогой костюм, но сорочка, в этот раз, была чёрной, в знак траура по погибшему Константину.

– Добрый вечер, леди, – поздоровался он с молодыми ведьмами, пребывающими в шоке от его эффектного появления. Они оторопело кивнули головами.

– Пригласите меня на чашечку кофе? – с улыбкой попросил Георг.

Марго источала мёд своими улыбками, но мёд этот был несколько ядовит. Она быстро зыркнула Анджеле в сторону кухни. Та понятливо сорвалась, побежала заваривать кофе.

Глядя на Адель, Георг произнёс:

– Так это Вы виновница начала цепочки знаменательных событий? Весьма очаровательны!

Он слегка поклонился ей с доброжелательной улыбкой, всем видом показывая, что не сердится на Адель, а даже напротив, благодарен за ту роковую роль, которую она сыграла.

Адель глубоко вздохнула и потупилась, она всё ещё переживала свой конфуз.

– Ну-ну! Не стоит себя винить! Наше болото давно нуждалось в хорошей встряске. Вам лишь не посчастливилось бросить в него роковой камушек. Однако, – он посерьёзнел, – начавшуюся вакханалию пора прекратить, и воздать светлым за их подлое коварство. А для этого мне потребуется немногое, всего лишь занять место покойного Константина. Скоро состоятся выборы главы клана, и я решил принять в них участие. На сколько я осведомлён, соперников у меня будет два – это Стефан и никому не известный глава японских тёмных колдунов. Кажется, его именуют Пещерным Драконом, – сказал он с ноткой презрения.

Анджела вернулась с кухни, услужливо поставила на столик перед Георгом поднос с кофе и домашним печеньем, они стряпали его вместе с Аделью, а потом тихонечко пристроилась в кресле.

– Как видите, – продолжил Георг после небольшой паузы, – у меня не слишком серьёзные соперники, к тому же, они не местные. Потому, шансы на победу более чем реальны.

Марго уточнила:

– Точно не будет других кандидатов?

– Точно, – подтвердил Георг, – время подачи заявок истекло.

Марго заговорила с притворным беспокойством:

– Георг, я, конечно, не знаю, насколько опасны японцы, но Стефан не так уж и слаб! Особенно его войско чертей, они кого угодно заставят за него проголосовать! А он ещё и чрезвычайно мстительный! Ты уверен, что сможешь нас защитить?

Георг благодушно развёл руками:

– Марго! Ты же знаешь, что эти неадекватные безумцы не маги, а всего лишь беснующаяся шандропа! Маг среди них только Стефан. И если вы объединитесь с другими ковенами, то легко дадите им отпор. Кроме того, не забудь, что я, благодаря своим способностям, могу вывести вас из любой ситуации, даже если вы будете гореть на костре!

Марго озабоченно кивала головой, старательно изображая страх и неуверенность.

– Я знаю, что ты имеешь немалый вес среди других ведьм в нашем городе, и могла бы их организовать. Мне нужно много людей, – Георг уже начал раздражаться.

Марго уловила его настроение и перестала кривляться, сказала без обиняков:

– Хорошо, Георг, я помогу тебе, но взамен я хочу, чтобы ты впоследствии защитил нас от мести за то, что мы натворили, и оставил нам книгу.

– Ах, всё дело в этом! – Георг усмехнулся, – ну конечно, без книги вы будете бесполезны. Не беспокойтесь, книга останется при вас. Однако, Марго, поторопись, похороны Константина состоятся через два дня, к этому времени всё должно быть готово, – это он сказал уже без улыбки, в почти приказном тоне.

А после поднялся, так и не прикоснувшись к кофе, и удалился тем же непостижимым способом, как и пришёл, оставив ведьм в крайне озадаченном состоянии.

Когда колыхание воздуха полностью улеглось, Марго торжественно провозгласила:

– И так, девочки, книгу мы отстояли, но легче от этого не стало. И теперь от нас зависит, окажемся ли мы на самом верху, или разочаруем Георга, и тогда, он нас раздавит без сожаления.

– Что нужно делать? – решительно спросила Адель.

– Начинаем предвыборную агитацию!

Ворон подлетел к Василию, присел на спину волка и удручённо закаркал:

– Мы опоздали, Вася! Сварра уже началась! Эх, говорил я тебе – поторропись! Надо гасить огонь, пока он не ррразгоррелся!

– Успокойся, Карлуша, мы прибудем вовремя, – возразил ведьмак.

– Когда воврремя! Когда от тёмных останутся воспоминания? Эх ты! Я то на тебя надеялся!

Он вспорхнул и полетел прочь.

– Карл! – крикнул Василий вслед.

Ворон, услышав, что его зовут достойным именем, а не насмешливым "Карлуша", аж споткнулся в полёте, и поражённо остановился.

– Вернись! – потребовал Василий, – мы ещё не договорили!

Ворон, скорей из любопытства, чем примирившись, повернул обратно.

– Ну, что тебе ещё? – недовольно спросил он.

– Вот как думаешь, – степенно заговорил ведьмак, – что будет, если волков в лесу станет так же много, как сусликов в поле?

Подумав, ворон ответил:

– Плохо будет, они всех сожррут, и до людей доберрутся. Это ты к чему клонишь?

– А к тому, Карлуша, что тёмные, они как волки, их не должно быть слишком много! Ты не волнуйся, мы прибудем вовремя!

Подумав, ворон хоть и не смирился, но глубоко задумался, уселся на спину волка и, закрыв глаза, нахохлился, не желая ни с кем разговаривать.

Глава 13

Василий взгромоздился на сани, оттолкнулся ногами, и лихо покатил вниз, по скользкой дороге, с крутого холма. Оглянуться не успел, как Полкан технично пристроился у него на коленях с неимоверно довольной мордой. Ветер свистел в ушах, солнышко пригревало вовсю на осевшие сугробы, и сияло в каплях талого снега. К вечеру, однако, опять становилось холодно, а по ночам и вовсе возвращался зимний мороз, и капли замерзали, а сугробы покрывались тонкой коркой льда.

Уже несколько дней им по пути не встретилось ни одного населённого пункта. Потому, в ход шла палатка, костёр и спальный мешок.

Путешественники не унывали, Василий готовил пищу на костре, Полкан охотился на зайцев и крупную птицу. Переночевав, шли дальше, быстро и весело.

– Что, Полкан, понравилось кататься? – посмеиваясь, спросил Василий, когда сани остановились.

В ответ, Полкан радостно взвизгнул. Если людей, не считая Василия, рядом не было, он не считал нужным маскироваться под собаку, и выглядел как обычный волк, только белый. За сравнительно короткое время, Полкан подрос, очевидно потому, что никогда не приходилось голодать и настроение у него теперь всегда было хорошим.

– Сейчас поднимемся на холм, а там и до деревни рукой подать. Там меня все знают и хорошо привечают. Отдохнём как следует, я в баньке попарюсь. А ты с местными собаками познакомишься, может и подружишься с кем.

– Это хорошо, новые впечатления я люблю, особенно, если хорошо принимают, – откликнулся волк, – эх, Вася, не знаешь ты, каково это, когда от тебя все шарахаются и боятся! А то и вовсе норовят убить. Я уже и забыл о такой жизни, и вспоминать не хочу, – морда, однако, погрустнела.

– Ну-ну! В меланхолию то не впадай! Никому я тебя в обиду не дам!

– Спасибо, Вася, – растроганно поблагодарил волк.

Они поднялись на холм, вдали показались деревянные дома. Сердце ведьмака радостно забилось.

Но чем ближе они подходили, тем улыбка всё больше сползала с лица.

Василий с тревогой смотрел на чёрную тучу, зависшую прямо над деревней, она не сдвигалась с места, и ни дождь, ни снег из неё не сыпал. Хотя кругом было ясное небо и ни одного облачка.

Подойдя ближе, он заметил, что ни из одной трубы не курится дым, собачий лай не оглашает округу. Деревня словно вымерла.

– Полкан, – сказал ведьмак, ну ка, сгоняй быстро, посмотри, что там происходит? Что-то мне всё это не нравится. А я тебя здесь подожду.

Василий отошёл от дороги в поле, нашёл островок, где снег уже растаял и земля почти просохла, и дальше не пошёл, разместился лагерем. Рядом находилась небольшая роща, а до деревни оставалось несколько километров.

Полкан исчез в белой дымке, но почти сразу вернулся обратно, вернул свой волчий облик и тревожно смотрел на Василия.

– Что? – нетерпеливо спросил ведьмак.

– Там не пройти, я и так, и сяк пытался, и даже по кругу пробежал. Вся деревня словно стеклянным колпаком накрыта.

Василий помрачнел, немного подумав, он вытащил из-за пазухи деревянный рожок и тихонько в него подул. Раздался низкий звук, похожий на завывание ветра. А вскоре к нему, со всех сторон, стали слетаться птицы, из-за сугроба показалась рыжая пушистая шкура, это лис находился неподалёку и тоже пожаловал на зов. Последним прибежал угрюмый пожилой волк.

Василий оглядывал всю эту живность, а когда понял, что это все, и больше никто не придёт, заговорил:

– Приветствую вас, лесные жители!

Ему в ответ закивали и защебетали, но не особенно радостно.

– Что-то мало вас. Что происходит в деревне?

Птицы всполошились, загалдели все разом:

– Мы не знаем! Прилетели недавно погостить к своим приятелям, а кругом тишина! И спросить не у кого!

С высоты, на плечо Василия, приземлился ворон.

– Привет, Карлуша, ты пролетал над деревней?

– Прривет! Прролетал! Чуть не ррасшибся, купол там, до самого неба! С тррудом его обогнул!

– Ну и как нам узнать, кто там безобразничает?

Вперёд выступил волк:

– Одно скажу, живых людей там не осталось. Видел я их, схватили пожитки и бегом из деревни, но по дороге все замёрзли, никто не выжил. Пол дня пути от сюда лежат, никто их не хватился.

– Странно, почему пешком, а не на машинах?

– Не ходи туда, Вася, – взволнованно произнёс лис, – и нас не призывай, погибнем мы там.

– Об этом не беспокойся, – твёрдо сказал Василий, – ладно, тогда мы тоже пока укроемся, а потом посмотрим, что дальше делать? И что там за напасть такая?

Он пошёл в рощу, срубил несколько сухих деревьев и подтянул их к стоянке, Полкан, в это время, носился в соседнюю область, так быстро, как мог только он, запасся зайчатиной, их теперь было трое, с волком и лисом, не считая Василия, надо было позаботиться.

А ведьмак, когда всё было готово, сделал круг диаметром в двадцать метров, в центре располагалась палатка с их скарбом, и все птицы и звери. По кругу насыпал заговорённую соль, окурил дымом и третий раз прошёлся, запирая заклинанием. Получился купол, подобный тому, что окружал деревню.

Солнце уже уходило за горизонт, звери и птицы занервничали. Небо всё больше окутывала мутная мгла, облако, днём висевшее над деревней, ожило и стало стремительно расползаться во все стороны, охватывая небо до самого горизонта.

– А ты как здесь оказался, – спросил Полкан волка, – что не в стае?

– Отбился я, – понурив голову, ответил волк, – ногу расшиб, не смог своих догнать, так и сижу здесь.

Полкан с сочувствием взглянул на собрата и кивнул на тушки зайцев:

– Угощайся!

Тот не заставил себя уговаривать, уже давно смотрел на дичь с вожделением, но брать не решался, но всё же покосился на Василия и уточнил:

– Можно, да?

– Бери-бери! – кивнул ведьмак, – Полкан для вас пропитание добывал, а нам, с пичугами, много не надо, сейчас им хлебных крошек накидаю.

– Что, мы дальше не пойдём? – уточнил Полкан.

– Не пойдём, пока не разберёмся, что тут происходит? И решать надо проблему, нельзя так оставлять.

Полкан вздохнул, в общем-то, он был согласен.

Лис тоже притянул к себе тушку зайца и впился в неё зубами.

А сумерки всё сгущались. Василий разжёг костёр возле палатки, из еловых веток сделал навес для птиц, чтобы им было тепло и не страшно, и строго всех предупредил:

– Запомните, что бы ни случилось, за пределы круга выходить и вылетать нельзя, иначе защита повредится, и мы все можем погибнуть. Что-то мне подсказывает, что ночь будет беспокойной.

Он не сомневался в понятливости зверей, но за мелких пичуг волновался, они могли запаниковать и выпорхнуть из укрытия.

Лис, отдыхая после сытного ужина, свернулся клубком возле навеса, где пташки собрались вместе и прижались друг к дружке, и лениво произнёс:

– Не тревожься, Вася, я за ними присмотрю, – острый взгляд метнулся в сторону птах, те испуганно вжали головки в перья, – а кто сдвинется с места без разрешения!.. – он щёлкнул зубами.

Ворон поддержал:

– Все поняли? Чтоб тихо тут у меня!

– И поговорить нельзя? – загалдели испуганные птахи.

– Поговоррить можно, – снизошёл ворон, – но не грромко. А летать нельзя, до тех пор, пока Вася не рразррешит. И вообще, ночь уже, спите лучше!

– Спать! Спать! Спать! – защебетали окончательно убеждённые птички.

– То-то же, – удовлетворённо произнёс ворон.

Обо всех позаботившись, Василий отошёл от костра и, глядя в сторону деревни, стал ждать. Он гнал от себя скорбь по погибшим жителям, чтобы не ослабеть, только гнев сейчас поможет победить подлого и страшного врага, которого он пока не знал в лицо.

Глава 14

Похороны Константина проходили в двух местах одновременно. Одни, скромные, на городском кладбище. Полицейские, большой серой толпой, собрались почтить память своего коллеги. Пустой закрытый гроб скорбно опустили в могилу, сказали прощальную речь. Грянул оружейный залп в воздух.

Фото Константина, в офицерской форме и с наградами, красовалось на мраморном памятнике.

А реальные похороны, с телом в гробу, проходили совсем в другом месте.

В своё время, будучи главой огромного магического клана, Константин понял, что без своего вместительного помещения им не обойтись.

Тогда он отжал у администрации живописный участок за городом, и построил там монументальный величественный дворец, с садами и фонтанами, а духе Петербурга.

В нём было четыре этажа вверх, и пять вниз, под землю.

По сути, весь дворец представлял из себя огромный гостиничный комплекс с люксовыми номерами и двумя залами. Нижний зал, занимающий вверх два этажа, располагавшийся в центре дворца, был банкетным, там кормили гостей. А верхний, ровно над ним, как огромный амфитеатр, с полуторами тысяч мест на ступенях, полукругом замыкающихся на небольшой сцене, предназначался для конференций и собраний.

На первом подземном этаже жили повара, кухонные работники и весь технический персонал.

На втором располагалась кухня, там постоянно работали лучшие повара России и Европы. Азиатскую и кавказскую кухню Константин презирал, и никогда не считал нужным угождать иностранным гостям, потому все питались тем, что подавали.

На третьем подземном располагались хозяйственные помещения, а так же – бассейн, бани и сауны, и спортивные залы.

Четвёртый этаж заняла служба охраны дворца.

А вот на пятом! Там с комфортом проживали те, от кого шарахались даже видавшие виды охранники, прошедшие огонь, воду и горячие точки!

Константин коллекционировал различных маньяков, изуверов и киллеров, со всех концов света.

Он не просто прятал их от правосудия и посторонних глаз, но держал на коротком магическом поводке.

Лифт на пятый подземный этаж спускался только тогда, когда Константину требовалось, чтобы один, или несколько коллекционных экспонатов поработали на него. Он проводил с ними переговоры по электронной связи, давал чёткие указания, и только потом поднимал наверх и переправлял в нужное место.

Они ездили по всему земному шару, убивали, калечили и запугивали. Терзали близких и детей тех, кто проявлял строптивость и не желал подчиняться власти Константина.

В последний раз, это происходило в Англии, высокомерные англичане решили, что Константин им не нужен и укрепили свою магическую защиту, готовые сражаться до конца.

Вот только они недооценили его жестокость и коварство!

Константин быстро вычислил зачинщиков бунта. Сначала их детей раскромсали маньяки, а потом самих перестреляли снайперы, их магическая защита оказалась бессильной перед пулями. Жёны, запуганные и деморализованные, дрожащей рукой подписывали дарственную на своё имущество убийцам своих близких, а после отправлялись вслед за ними.

Маньяков Константин отзывал обратно, а более адекватных, тех, кто стрелял издалека, назначал главами местных кланов.

После таких рейдов перечить Константину долго никто не решался.

Бывало, что на пятом подземном этаже вспыхивал бунт и кровавая поножовщина, в них никто вмешиваться и не думал. Печь крематория, располагавшаяся там же, исправно сжигала тех, кому не повезло.

Похороны главаря клана служили поводом для первой, исключительно мирной, демонстрации силы между соперниками. Только сейчас они могли оценить друг друга во всё ещё полном составе. А дальше – как пойдёт! Прошлые выборы вылились в жестокую и кровопролитную войну, после которой количество тёмных уменьшилось более, чем на половину.

В гостиных номерах дворца уже с комфортом разместились черти Стефана, тёмные их тоже так называли, и подданные Пещерного Дракона, боевые японские маги с непроницаемыми лицами, и бойцы клана Якудзы. Этих пригласили для количества.

Во время прений, в зале, должно было находиться не менее пятисот человек от каждого кандидата, с меньшим количеством до выборов не допускали.

В свободное от дебатов время, люди могли погибнуть от агрессивных действий конкурентов. Потому, каждый приезжий запасался дополнительным электоратом.

Георг был местным, за его спиной, на похоронах, со скорбными лицами, стояли представители власти города с супругами, в роскошных тёмных нарядах, сверкающие бриллиантами. Сами тоже в дорогих костюмах, хоть и чёрных. Смерть Константина, их надёжного защитника и покровителя, всех по-настоящему потрясла. С ним они могли позволять себе всё! Любая тупость, самодурство и казнокрадство легко сходили с рук. Георг привлёк их на свою сторону, пообещав своё покровительство. Так же, как и представителям правоохранительных органов, присутствовавших тут же, одетых в форму с погонами не меньше полковничьих, были и генералы со своими чопорными жёнами.

Особой группой, бросая презрительные и брезгливые взгляды на чертей, стояли авторитеты уголовного мира. И про них Георг не забыл.

И всё же самую большую надежду он возлагал на ведьм! Среди них были и мужчины, но гораздо в меньшем количестве, чем женщин. Мрачный, неимоверно красивый строй ведьм и ведьмаков, молча шествующих в сторону склепа, возглавляла Марго.

Все они были одеты в длинные чёрные плащи с капюшонами на головах. Ярко накрашенные выразительные глаза мрачно сверкали на бледных лицах.

Синхронный шаг и сила, исходящая от них, внушали трепет и уважение. А девушки ведьмы были ещё и необычайно красивы. Их собралось не меньше четырёхсот человек.

Подойдя на полагающееся расстояние, Марго остановилась и подняла руку вверх, все замерли на месте.

Черти Станислава переключили своё внимание с непроницаемых узкоглазых японцев на хорошеньких ведьм. Некоторые не удержались от похабных жестов. Но ведьмы безобидными не были, они сразу дали отпор. Самые ретивые из чертей, со сдавленными стонами, складывались пополам.

Когда все участники собрались, комендант дворца, одетый в чёрный форменный сюртук с золотым шитьём, вышел вперёд и произнёс короткую прощальную речь.

В знак скорби и уважения перед покойным все склонили головы. А потом, почётный караул, состоящий из служащих в охране дворца, поднял гроб и торжественно понёс его в каменный склеп. К процессии присоединились три претендента на престол.

Склеп соорудили за несколько дней, перед похоронами, недалеко от дворца.

Гроб водрузили на каменное ложе, закрыли тяжёлой крышкой и почтили последний раз минутой молчания покойного.

После этого, комендант направился к выходу, за ним потянулись остальные.

Дверь в склеп замуровали тяжёлой каменной плитой. А гостей пригласили на поминальный ужин.

Глава 15

Первые прения кандидатов назначили на ночь понедельника, то есть, через три дня, а пока, никто не сидел без дела. Было бы большой удачей, если бы удалось выбить из строя электорат соперников. Если у кандидата останется триста человек в зале, то ему засчитают техническое поражение и отправят восвояси.

Ни черти Стефана, ни японцы не спешили покидать пределы дворца. Всё дело в том, что выяснение отношений в его стенах строго запрещалось. Нарушителей ждала смертная казнь на месте.

По всем коридорам постоянно прохаживал патруль – крепкие вояки, вооружённые до зубов.

Зная это, черти, собравшись в компанию, задорно поддразнивали двух молодых самураев из свиты Пещерного Дракона.

Японцы проявляли стоическое хладнокровие к визжащим и кривляющимся подонкам, пока один из тех не припомнил, что некогда освоил несколько оскорбительных и неприличных фраз на японском языке. Он стал их выкрикивать и скакать вокруг самураев. Ещё один чёрт, не менее ретивый, обнажив свой зад, повернулся к ним.

Японцы нахмурились и застыли, а потом посмотрели друг на друга, согласно кивнули и мгновенно обнажили мечи. Молниеносное движение, и головы обидчиков покатились в разные стороны. Тот, что был с голым задом, так и не успев надеть штаны, рухнул в лужу собственной крови.

Их товарищи испуганно попятились и бросились бежать.

Подоспел патруль, раздались выстрелы, молодые японцы упали замертво не издав ни звука.

Стефану и Пещерному Дракону сразу же доложили, что они потеряли по два человека из своего электората, по причине нарушения правил поведения во дворце. И больше не имеют права на пятьсот человек в зале в качестве поддержки, а только четыреста девяносто восемь.

Выслушав это, Пещерный Дракон удовлетворённо кивнул головой, жестом подозвал своего помощника и что-то ему сказал.

Помощник вышел из апартаментов. Через несколько минут, три самурая, в разных концах дворца, прогуливались по коридорам, пока не увидели кучковавшихся чертей. Выхватив мечи, они успели зарезать всех прежде, чем их застрелили охранники.

Стефан разом потерял сорок человек, а Пещерный Дракон только троих.

Стефан рвал и метал, приказал своим не ходить по коридорам группами, а только по одному, и кровь из носа, до конца дня сравнять счёт.

Черти и сами были шокированы таким поворотом событий. Они вывалились во двор возле дворца по одному.

Там, созерцая красоту природы, прогуливались самураи. Правила дворца на улицу не распространялись.

Не смотря на свой облик и разнузданное поведение, черти не были хлипкими прокуренными деградантами. На их боевую подготовку Стефан не жалел никаких средств. И они смело вызвали самураев на бой.

Те не смогли найти повод, чтобы отклонить приглашение.

На траве, возле дворца, образовали импровизированный ринг.

Грозный татуированный боец из свиты Стефана вышел на середину.

Ему на встречу выступил японец, хоть он и был почти на голову ниже своего соперника, но чувствовал себя уверенно.

Тоже пройдя в центр ринга, японец, сложив руки перед грудью, начал кланяться зрителям. И в этот же момент, получил предательский сокрушительный удар по голове, а потом в горло, и упал замертво.

Японцы, собравшиеся его поддерживать, поражённо замерли. Несколько мгновений их замешательства хватило для того, чтобы черти, выхватив длинные острые ножи, перерезали всех до единого.

Посчитали – всего оказалось пятьдесят. Черти знали, что Пещерный Дракон привёз с собой дополнительно двести человек, значит, кворум сохранял. Если бы всё это произошло на территории дворца, то штрафные санкции были бы неизбежны. А так, брешь легко можно было восполнить другими. Стефан, всё ещё, оставался в проигрыше.

Но на выручку своим собратьям уже бежали другие японцы, с боевым кличем обнажив длинные мечи.

Сально ухмыльнувшись, черти выстроились в шеренгу и достали пистолеты. Раздались выстрелы. Мишеней было так много, что сложно было промахнуться. Самураи падали под градом пуль. Бежавшие следом спотыкались о тела убитых, и их скашивали меткими выстрелами.