Текст книги "На круги своя (СИ)"
Автор книги: Ольга Романовская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
Шла, широко размахивая руками, и ненавидела всех темных. И не навсеев тоже, потому что Соланж Альдейн ничуть не лучше. Пара я, видите ли, ему, спасибо, облагодетельствовал! Хочется ему меня? Так я и поверила! Геральт тоже прижимал, соблазнял, знаю теперь для чего. Покувыркаться с наиви ему хотелось, потому как они незабываемые, ярких ощущений в постели получить. Совершенно бесплатно, заметьте. Белье, еда и платья – сущие пустяки, куртизанки дороже обходятся. Ничего, милорды, я не игрушка и, если один бросил, другому не достанусь. Стану раздавать пощечины направо и налево, любовника заведу, а потом прогоню. Вот. Стребую со всех кавалеров подарки, заставлю Филиппа до отъезда оставить мне крупную сумму. Невесте нужно на что-то жить, а брюнет вдобавок мой должник. Судя по Эллану, с вопросами чести у темных строго, вот и воспользуюсь.
Хватит, надоело!
Не заметила, как поднялась на второй этаж и свернула в незнакомый коридор. Остановилась, гадая, куда теперь идти. Самый простой выход – спросить.
Хлопнула в ладоши, вызывая духа. Он явился с оброненной пирамидкой связи. Сухо поблагодарила и сунула средство связи в карман, хотя прекрасно видела свечение. Не желаю ни с кем разговаривать.
– Миледи, это, по крайней мере, невежливо. – От низкого глубокого голоса за спиной сердце ухнуло в желудок, превратившись в желе. – Перед вами душу изливают, а вы не слушаете.
Шумно втянула воздух и сжала кулаки.
Не подумаю оборачиваться, пусть очаровывает дальше. Плевать, что каждое слово теплом стекает к ногам. Понятия не имею, какими чарами пользуется Соланж, но воистину божественно.
– Дария, обернитесь, пожалуйста! – Бархат голоса обволакивал, вибрацией расходился по телу, заставляя сердце пропускать удары. Вербена душила, напоминая о слабости к простеньким цветам. Они неизменно ассоциировались с желанием – неистовым, всепоглощающим, в которое я когда-нибудь упаду, если не оборву порочную нить. – Тяжело извиняться, когда на тебя не смотрят. Не спорю, ваша спина – прелестное зрелище, но глаза мне нравятся больше.
– Как вы сюда попали? – На всякий случай отступила вглубь коридора.
Пусть замка я не знаю, но наверняка найду лестницу для слуг или хотя бы комнату, в которой можно спрятаться.
Пальцы нащупали алую нить. Так спокойнее.
Бедный Эллан, дважды спасать за двое суток! И я, неблагодарная, так и не взглянула на его царапину, только о себе думала. Он мог иллюзию наложить, чтобы не волновалась, а там ведь все, что угодно. Например, внутренние увечья заработал, а я о Геральте плакала. Навсейка! Как вернется, тут же осмотрю и возражений не приму. И поцелую. Обязательно поцелую. Может, даже два раза.
«Не в щечку, Дария!» – хихикнул внутренний голос.
Разумеется, не в щеку. Мужчину нужно благодарить в губы. Что-то подсказывало, лорд Марон не откажется.
Эллан… Единственный темный, которому я доверяла, несмотря на случай с гипнозом. Сегодняшнее утро расставило точки. Я крайне сожалела о глупых подозрениях и нанесенных лорду обидах.
И пальцы у Эллана такие нежные, и руки чуткие, голос спокойный, повадки не звериные. Может, мне действительно с ним?.. Нехорошо, конечно, вот так, но все-таки жизнь спас. Только предлагать не стану. Захочет, получит, с обещанием не изменить отношения. Лучше с клятвой.
Представила, как те же пальцы, которые разминали шею, распускают волосы, тянут за атласные ленты корсажа, расстегивают крючки.
Щекам стало жарко. Я вдруг поняла, что мне будет с ним нестерпимо стыдно и неловко. Именно из-за близкого знакомства. А еще отчего-то в мысли вкрался страх совершить опрометчивый поступок, не оправдать ожиданий. Если благодарить, то благодарить, а не считать себя саму по себе подарком.
В размышления вторгся Соланж. Ему надоело ждать, пока я соизволю обернуться, и некромант материализовался передо мной, скользнув по граням. Каждый раз пугалась, когда он вон так, смазанной тенью, возникал из ниоткуда.
– Попал я сюда порталом. Очень хотел вас увидеть. – Медовые глаза остановились на губах, заставив прикрыть их ладонью.
С некроманта станет поцеловать, прижать к стене и изнасиловать. Если он зашел столь далеко на маскараде, не отступит.
– Вряд ли лорду Марону понравится подобное самоуправство, – как можно строже, пряча волнение, возразила я.
Дыхание болезненными спазмами вырывалось из груди. Так душно, так жарко!
Рука нащупала ворот платья и чуть ослабила корсаж.
Ну вот, теперь Соланж смотрел на кружево нижней рубашки.
Да что такое! Ватные ноги решительно нуждались в опоре. Мысли путались и сосредоточились на хищном породистом лице.
– Я поставлю его в известность, хотя, уверен, милорд уже в курсе. – По губам Соланжа скользнула гаденькая улыбка. – Охранные нити я таки потревожил – спешил, халтурил.
Некромант шагнул ко мне и потянулся к руке. Отдернула ее и спрятала за спину, но Соланж не растерялся, мгновенно сжал в ладонях другую и поцеловал. Потом, не отпуская добычи медленно, незваный гость скользнул пальцами по коже и опустился на колени. Такого я точно не ожидала, как и того, что Соланж обовьет мои ноги руками и уткнется лицом в атлас платья.
Дыхание обжигало даже сквозь слои ткани и белье. Поведение некроманта казалось вызывающим, непристойным и одновременно волнующим. Поднимала руку и всякий раз опускала, не в силах дать пощечину.
Тело покрылось мурашками.
Я не двигалась. Некромант тоже. И молчал, предоставляя самой додумать слова.
Казалось, происходящее, те мгновения – хрупкий мыльный пузырь, шевельнись, лопнет и никогда не повторится.
Звуки исчезли. Воздух стал плотнее, сжался вокруг двоих.
Одежда, кожа, даже мысли пропитались вербеной.
Остро ощущала каждый вдох Соланжа и сама начала дышать так же.
Внизу поднималось желание, пока еще слабое, тончайшими языками пламени обвивало ноги, устремляясь ввысь.
Под ложечкой заныло – так призывно, знакомо.
Неведомый советчик беззвучно шептал: «Подчинись!», но рука дрогнула, и пощечина оставила-таки алую отметину на лице некроманта. Я усвоила урок, Эллан.
Соланж дернулся и вскочил, будто его облили холодной водой.
– Значит, так, да? – глухо спросил некромант. Он утратил самоконтроль, и смешанная с нервозностью ярость прорвалась подергиванием головы и стремительно выцветавшими глазами. – Не пожелала принять?
– Принять что? – сухо осведомилась я, сжав кончик алой нити.
Всего один миг, и неприятный разговор закончится, но пока не спешила. Пусть ответит.
– Меня и мои извинения, – огорошил некромант и зло спросил: – Думаешь, я просто так встал на колени?
– Многие встают, – деланно равнодушно пожала плечами, когда как внутри все вопило об опасности. – Извинений я не слышала. А хотелось бы, ваша светлость, в том числе за ваше сегодняшнее поведение.
– Не называй меня светлостью! – рыкнул Соланж, окончательно расставшись с образом ледяного короля. – Ты прекрасно знаешь, как я не люблю это обращение. Извинения же… – он сделал паузу и надел прежнюю маску вальяжного самоуверенного спокойствия. – Конечно, миледи, я чрезвычайно виноват, подверг вас опасности – словом, поступил недостойно аристократа. Я очень сожалею и постараюсь загладить свою вину.
Только все от первого до последнего слова – ложь, даже «вы» после «ты» звучало издевательством, а тон и вовсе одна сплошная насмешка.
Мыльный пузырь лопнуть, чары распались.
Вот он, палач, я не обманусь.
– Боюсь, вы выбрали неверный способ. – Гадала, прилично ли убежать. – Извинений по-прежнему нет. Вы оскорбили меня, низвели до публичной девки, сделали приманкой, недвусмысленно словом и делом намекнули на желание близости…
– Да, Дария, именно так. – Не позволив договорить, некромант порывисто стиснул в объятиях и склонился к губам. Так близко, что я ощущала аромат мяты зубного полоскания. – Я хочу вас, днем и ночью, болезненно, остро, и готов подарить наслаждение – как угодно, любой каприз миледи. А после, – по губам Соланжа скользнула блаженная улыбка, – у нас родится сын. Разумеется, в браке.
– Отчего вы так уверены, что я за вас выйду и кого-то рожу, да еще сына? – извернувшись, сумела чуть отодвинуться.
Странные разговоры! Соланж одержимый? Только своим личным демоном, не обитателем Сумеречного мира.
– Выйдете, потому что я сделаю предложение. Вряд ли вы предпочтете блуд. Сын… У Альдейнов рождаются только сыновья, никогда девочки. Всего один, сколько бы родители ни старались. А если не родится… – некромант помрачнел и отпустил меня. Руки плетьми упали вдоль тела. – Значит, я ошибся и поплачусь за брак.
Я стояла, не зная, как поступить. Определенно, Соланж сумасшедший, иначе как понимать речи о паре, сыне, расплате? В Веосе не одобряют разводы, но они существуют. Пожалуйста, бери новую жену. Магии во мне нет, только подарок Эллана, сомневаюсь, будто суть некроманта на него среагирует. То есть силу Соланж сохранит, я не превращусь в вампира, который в постели иссушит его запасы. Тогда какая расплата? И отчего всего один ребенок? Никогда не слышала, чтобы Вседержители награждали кого-то подобным проклятием. Альдейны давно бы вымерли, рождайся у них по одному мальчику невесть от кого.
– Поговорим? – Соланж бросил торопливый взгляд через плечо.
Ясно, опасался появления Эллана. Что-то он не спешит. Защита замка сработала, за те пару минут могло случиться непоправимое, а владелец дома читает лекции.
Покачала головой.
– Отдайте бумаги и уходите. Надеюсь, очень надеюсь, – постаралась произнести фразу как можно тверже, – никогда вас больше не увидеть.
– Боюсь, ваше желание невыполнимо, – мурлыкнул некромант, откровенно издеваясь. – Я герцог, некромант его величества, мы не можем не видеться при дворе.
– Я имела в виду личные встречи.
С каждой минутой разговор нравился мне все меньше, а голос Соланжа – все больше. Он очаровывал, заманивал в ловушку, как паук глупую муху. Чтобы отвлечься от губительных чар, решила думать о другом и перевела взгляд на кафф в ухе некроманта. Черный дракон все так же оплетал мочку хвостом, сияя рубином. Капля крови в белых волосах.
– Разве вы этого хотите, Дария? – Соланж замер в одном шаге от меня, пока не предпринимая никаких действий. – Признайтесь, если бы не мое… – он замялся, подбирая слова, – странное поведение, причины которого объясню позже, вы трепетали в моих руках диковинной птичкой, и я не стал бы обрезать ей крылья.
Унизанные кольцами пальцы сжали мои и поднесли к губам. Я ожидала чего угодно, только не обжигающего языка, танцующего по коже.
Пощечина не отрезвила некроманта. Он будто не почувствовал боли. Соланж устроил недвусмысленное развлечение: по очереди посасывал пальчики, затем разгонял острым кончиком языка мурашки и слизывал из. И так по новой, с игривой улыбкой на устах.
Замерла в прострации. Одна часть меня жаждала продолжения, другая требовала прекратить безобразие. Умом понимала: Соланж соблазняет, но телом…
Осмелевший язык скользнул в ложбинку между большим и указательным пальцем, оставляя после себя влажную дорожку. Покачался, будто маятник, прошелся до первой фаланги и скользнул обратно, оставив после себя легкое разочарование.
Мимолетное касание костяшек, будто поглаживание.
Запястье. Нет, только не запястье!
Соланж чуть прикусил кожу и потерся о нее внутренней стороной нижней губы. Так волнительно, так…
Стоп, Дария, ты не отдашься беловолосому из-за губ, голоса и языка. С каких пор наиви превратилась в подстилку? Хочет наслаждения – существуют шлюхи.
Только тело, тело предательски жаждало Соланжа. Ноги обмякли, я с трудом удерживала равновесие. Языки пламени давно устроили пожар между бедер.
– По-прежнему стоишь на своем? – подняв голову, выдохнул некромант. – Или продолжить?
– Нет, – хрипло ответила я, силясь подавить наваждение.
Прикусила губу и вонзила ногти в подбородок.
Я не хочу его, не хочу!
Очередное касание влажного языка отозвалось тянущей болью внизу живота. Зверь вырвался из клетки и собирался меня сожрать.
– Нет! – из последних сил, желая избежать позорной капитуляции, крикнула я. – Запрещаю!
Отпрянула назад, но турнюр перевесил, если б некромант не подхватил, упала бы. Может, даже сильно ушибла спину. Соланж бережно прижал к себе, запрокинул голову и, лаская большим пальцем подбородок, с недоумением спросил:
– Почему ты не хочешь сдаться?
– Потому что не навсейка. – Острый каблук ударил по ноге некроманта, даря свободу. – Потому что не прыгну в постель по щелчку пальцев. Потому что мне плевать на ваши альковные фантазии, милорд. А теперь, – запыхавшись после гневной тирады, указала в сторону лестницы, – вон! Бумаги пришлете с нарочным. Сегодня же! Явитесь снова, пожалуюсь королю.
– Можно и ближе, – послышался за спиной не сулящий ничего хорошего голос Эллана, спокойный, но от этого еще более пугающий. – Леди под моей защитой, и я охотно вступлюсь за ее честь. Кажется, вам ясно велели удалиться. Как хозяин жилища, защиту которого вы взломали, присоединяюсь к просьбе дамы. Пять минут, или не взыщите, я в своем праве.
Появление лорда Марона стало сюрпризом, во всяком случае, некромант едва заметно дернулся и резко обернулся, заслышав владельца замка. Эллан и вправду возник внезапно, или, увлеченные ссорой, мы его не заметили. В любом случае, он спас меня. Кто знает, чем бы все закончилось с Соланжем! В какой-то момент показалось, будто… Словом, нечто внутри откликнулось, потянулось к некроманту. Он ведь мне нравился. Совсем чуть-чуть, разумеется, теоретически, потому как я предпочитаю брюнетов и терпеть не могу наглых, беспринципных и властных мужчин.
– И что вы сделаете? – насмешливо изогнул бровь Соланж.
Пожалуйста, пожалуйста, оставьте меня в покое, отойдите!
Будто застигнутый врасплох воришка, понемногу, дыша через раз оказалась на более-менее безопасном расстоянии от некроманта.
– Убью, – абсолютно спокойно ответил лорд.
Что он делает?! Соланж сильнее, Эллан…
Закусила губу и потупилась, скрывая страх и волнение.
Сжала пальцы и вознесла молитву всем двенадцати Вседержителям. Пусть Те-кто-есть-всегда уберегут голубоглазого лорда!
– А если?.. – Соланж красноречиво чиркнул ногтем по горлу.
– Смерть рассудит.
Я уловила легкое дуновение воздуха, обернулась и обмерла: Эллан достал посох. В строгом костюме-тройке, типичный преподаватель, он стоял темнее тучи. Одна нога чуть впереди, другая отставлена для опоры. Пальцы обхватили заострившееся книзу клинком оружие. Лорд, не мигая, смотрел на некроманта. Кончики губ чуть приподняты, только не в улыбке – предупреждающем оскале.
Воздух стремительно густел, начинал завывать. И это делал не Соланж! Поначалу грешила на некроманта, но потом уловила едва заметное облачко над посохом лорда.
– Дария, посидите, пожалуйста, внизу, – попросил Эллан. Только сейчас заметила, что его зрачки превратились в две вертикальные ниточки. А еще у радужки появился ободок, схожий с тем, который видела у Геральта. Вот и спала оболочка, передо мной стоял навсей. И он собрался убивать. – Что бы ни случилось, не дергайтесь и не смотрите. После… – Он помолчал и жестко добавил: – Тоже. Хватит с вас крови. Слуги обо всем позаботятся, вы в любом случае получите деньги.
– Но?..
Какие деньги?
– По завещанию, – обухом ударил по голове ответ.
Значит, кто-то умрет. Нет, не так, я знаю, кто умрет, и не хочу этого! Не желаю терять Эллана!
Плохо соображая, что делаю, нарушая всевозможные правила, встала между мужчинами. Страшно? Еще как! Оба сильные маги, у обоих – Соланж тоже свой вызвал – в руках посохи в боевом виде.
Кожей ощущала пульсацию магии. Холодок волнами струился по позвоночнику от мысли, что посохи фактически обращены на меня. Пусть они лишь наклонены, но этого хватит, чтобы стать жертвой шального заклинания.
Я заглядывала смерти в глаза, ощущала ее дыхание.
Внутри все в панике вопило: «Отойди!», а я стояла, широко разведя руки, удерживая мужчин от поединка. Стоит дернуться, отступить, и коридор обагрится кровью.
«Пожалуйста!» – беззвучно шептали губы.
И мужчины слушались! Ни один не шелохнулся, хотя взгляды красноречиво требовали отойти. То есть я смогу их уговорить! Должна уговорить.
– Она волнуется за вас, – первым подал голос Соланж, обращаясь к противнику.
Показалось, или некромант произнес это с горечью?
– Чувствую, – кивнул Эллан, – и, признаться, удивлен.
– Отчего же? – Лорду удалось выбить почву из-под ног соперника.
Я тоже стояла и во все глаза смотрела на Эллана.
– Оттого, что вы видите лишь половину, – таинственно ответил лорд, – мне же доступна вся картина. – И обратился ко мне, качая головой: – Не надо, Дария. Не так уж быстро я умру. Пусть не владею гибридной магией, но козырь в рукаве имею. Словом, краснеть за защитника не придется.
Потупилась. Щеки вновь порозовели.
Защитник. Мой защитник. Эллан. Я ему дорога, только, видит Великая Мать, лучше бы защита замка не сработала!
Тепло предательски растекалось по сердцу.
Геральт никогда вот так не вставал против заведомо более сильного противника, мной впервые дорожили! Пусть не как любимой, всего лишь ученицей, но все же. Ничего, придет день, и найдется мужчина, которой станет лелеять и беречь меня.
– Дар? – хрипло поинтересовался некромант.
Он сложил руки на посохе. Глаза выцвели, веки опустились.
– Быть Чувствующим иногда занятно, – с непривычным злорадством мягко, как кот мыши, сообщил Эллан. – У каждого свои слабости и надежды. Теперь я знаю ваши.
Некромант заскрежетал губами и отвел взгляд.
Лорд Марон широко, но отнюдь не дружелюбно улыбнулся. Его глаза напоминали кристаллы горного хрусталя. Значит, нащупал слабину противника.
– Я ухожу, – Соланж тряхнул рукой, и посох исчез. – Как понимаю, от дома мне отказано?
– Именно, – равнодушно подтвердил Эллан. – Бумаги!
Лорд тоже убрал оружие и требовательно вытянул руку.
Некромант скривился и метнул на противника взгляд, острый, как нож. Глаза Соланжа стремительно наливались стужей. Воздух заледенел, казалось, еще немного, и закружатся снежинки.
Мне стало зябко, даже обхватила себя руками за плечи.
Ой, действительно пар изо рта идет!
– Дуэль за честь дамы? – Рот Соланжа искривился.
Сложно сказать, какие эмоции выражал некромант, но явно недобрые. Вот и глаза стали ледяными, выцвели до первого снега.
Эллана угроза не впечатлила, раз он прикрикнул:
– Бросьте ваши штучки, милорд! Я не мальчишка, чтобы бояться.
– Даже смерти? – вкрадчиво полюбопытствовал некромант.
Стало еще холоднее. В воздухе заискрились снежинки; пространство начало стремительно сжиматься. Меня заклинание не затронуло, зато Эллан оказался в самом эпицентре. Только вот лорд Марон не спешил пугаться или бежать. Казалось, его совсем не волновало происходящее.
– Даже остаться одному и умереть бездетным? – нанес словесный удар лорд.
Яркая вспышка, и Соланж упал на одно колено. Лицо передернуло судорогой.
– Я в своем праве. – Эллан шагнул вперед и чуть развел пальцы. Между ними зашипели языки заклинания, сплетаясь в черный ажурный клубок. – На моей стороне магия дома и всех присутствующих. В том числе ваша, Соланж. Я просто возьму ее и обращу против вас.
Раз – и пространство стало прежним, а некроманта отбросило к стене.
– Арх! – ругнулся Соланж и, пошатываясь, встал.
Неужели все так серьезно, и Хозяину смерти можно что-то противопоставить?
– Вижу, тоже нашли себе пару, только я первый, – рыкнул некромант.
Он вырос на глазах, превратившись в черную тень.
– Глупо, – пожал плечами Эллан, не выказывая никакого страха. Лорд Марон удивлял или всего лишь стал самим собой. Поневоле раз за разом вспоминались слова о Совете. Но связываться с некромантом его величества – все равно безумие. – Верно говорят, от любви теряют разум. Остыньте и отдайте бумаги. Кровью благосклонность наиви не завоюешь, а вот презрение – запросто. И конец роду Альдейнов. Разумеется, если выбирала душа, а не тело, в чем я очень сомневаюсь. Альдейны никогда не относятся к суженой как к наложнице. Вы же низвели леди до куска плоти.
Последнюю фразу Эллан выплюнул с нескрываемым презрением. Бросил вызов – тут и дурочка, вроде меня, сообразит.
Провокация сработала. Тень метнулась к лорду, но натолкнулась на невидимую преграду. О, лорд Марон все просчитал и теперь упивался местью. Увлеченная собственными переживаниями, не заметила, как тот сотворил заклинание или активировал чары замка. Так или иначе, улыбка на лице Эллана становилась все шире, пока полностью не обнажила зубы, как у дикого зверя. Тень тем временем бессильно билась о препятствие и наконец сдалась, опав на пол в облике разозленного некроманта. Глаза его практически слились с волосами, хвост растрепался. Я еще никогда не видела Соланжа Альдейна таким. Он походил на безумца.
Попятившись, запнулась о собственную юбку и рухнула на каменные плиты, больно ушибив колено. Не будь рядом Эллана, постыдно уползла на четвереньках, но бросить учителя я не могла, поэтому сидела и полными ужаса глазами наблюдала за дуэлью.
– Хорошо, – скрежеща зубами, выдавил из себя Соланж и с большим трудом склонил голову, – я приношу извинения лорду Марону за вторжение.
Что?!
Не поверила своим ушам.
Некромант признал поражение?
Глаза по-прежнему злющие, белее снега.
– Приняты, – кивнул Эллан.
Он небрежным жестом развеял магию. Я так и не поняла, она или что-то другое остановило Соланжа.
– Смиренно прощу миледи простить за отвратительное поведение, —теперь пришла моя очередь выслушать извинения против воли. – Виной всему моя невоздержанность. В качестве откупных примите особняк, – некромант достал из кармана сложенный вчетверо лист, – и парадный выезд. Лошадей и экипаж обязуюсь купить в ближайшие дни. Еще раз великодушно извините.
Дождавшись молчаливого одобрения Эллана, поднялась и забрала бумагу. Лорд Марон не помогал: караулил противника. Осмотрела документ и развернула – подлинный, с печатью, на гербовой бумаге.
– Могу ли я надеяться?.. – Некромант потянулся к руке.
Поцеловать ее не позволила. Хватит, вдруг опять начнет лизать? Как выяснилось, язык возбуждал не хуже откровенных ласк. С одной стороны, приятно, с другой – против всех правил. Честь для женщины – не пустой звук, если возбуждаешься от каждой особи мужского пола, нужно принимать меры. И я их приму. Соланж Альдейн не пустит меня по кривой дорожке.
Некромант, очевидно, ожидал другой реакции. Он сухо попрощался и ушел. Не порталом – как обычный человек. Эллан велел духу проследить, чтобы гость не задержался.
Я некоторое время молчала, искоса наблюдая за Элланом, а потом спросила:
– Что значит – тоже нашли себе пару?
Сейчас, когда прошло нервное возбуждение, пыталась осмыслить услышанное. Сдается, мужчины сболтнули много лишнего. Если постараюсь, вытяну всю правду.
– Вы медиум. Они обычно работают в паре с Чувствующими, увеличивают их силу, – думая о чем-то своем, ответил лорд.
Нахмурилась. Значит, Эллан тоже связался со мной ради выгоды? Он изначально знал о моем даре, поэтому так улыбался, учил, не тащил в постель? Ну да, Эллан единственный, кто до недавнего времени не проявил ко мне чувственного интереса. А поцелуи… Они начались сразу после окончания экспериментов. Может, это связано с развитием дара? Определенно, теперь я умела больше, чем прежде. Лучше думать, что поведение Эллана – проверка, учеба, как пощечина.
Не хочу верить в плохое, лучше проверка.
Лорд размял мышцы спины и шеи, словно отряхнулся от эмоций, разминая. Напряжение ушло, из спины Эллана словно вынули стальной стержень.
Воздух тоже вернулся к нормальному состоянию, сразу стало легче дышать.
– Медиум? – недоверчиво переспросила я, разглядывая Эллана.
Все так же элегантен: строгий серый костюм с жилетом на полтона светлее, цепочка часов, свешивающаяся из кармана, кончик платка в верхнем кармашке. Причесанный, надушенный, в начищенных до блеска ботинках. Ни единой складочки, ни единой небрежности, хотя совсем недавно дрался на дуэли.
– Иногда на земле появляются люди, которые наделены возможностью отдавать тело обитателям Сумеречного и тонкого миров, —терпеливо объяснил Эллан и стряхнул с лацкана пылинку.
Выходит, правда. Соланж проводил подобный ритуал, вселял в меня собственную душу. Значит, некромант выбрал жертву неслучайно, вовсе не из-за знакомства с одержимым или безобидной внешности: он искал медиума.
Перехватила самодовольный взгляд лорда. Оказывается, пока я его разглядывала, погруженная в размышления сначала о внешности, затем о сути наших отношений, Эллан смотрел на меня. Неудобная ситуация! Он решит… Ясно, что подумает мужчина. Победитель, красавец, защитник – Эллан ждал награды.
Потупилась, теребя прядь волос возле уха.
Может, поцеловать? Эллан сохранил честь леди, так старался… Только как отблагодарить? Подойти, встать на цыпочки? Ох, тут бы пригодился совет матери или старшей подруги.
– Трости не хватает.
Эллан сиял, словно начищенная монета, и вытянул руку, чтобы сжать в пальцах длинную трость с головой волка.
– Для учеников и вместо указки, – пояснил он.
Ну да, вряд ли лорд на нее опирался, хотя смотрелся бы респектабельно.
– Для учеников – это как?
Воспользовавшись возможностью избежать поцелуя, потянулась к трости. Лорд без колебаний отдал ее.
Гладкое полированное дерево, острое на конце. Набалдашник тяжелый, резной. Можно пораниться, если неудачно возьмешь. Оружие? Высказала предположение, Эллан его подтвердил.
– То есть вы?..
Лорд Марон – навсей, но не способен на подобную жестокость. Одно дело – враги, дуэль, другое – уроки. Меня же он не бил, даже голос не повышал.
– Можно проткнуть или голову размозжить, но до подобного, конечно, не доходит, – успокоил лорд, развеяв кровавые картинки в голове. – Бью только по рукам и шее.
– Зачем?
С трудом представляла смысл насилия в отношении взрослых людей. Да и вряд ли они позволили бы себя наказывать. Любой даст отпор.
– Я учитель, поэтому командую, они исполняют. – Эллан согнул руку в локте. Покорно положила пальцы на ткань пиджака, заодно и трость отдала. Надеюсь, кончик не ядовитый, а то я трогала. – Правила такие. Могу ударить, если сочту нужным – за лень, оскорбления, небрежение к безопасности, своей и чужой.
– Но меня вы не бьете.
Представила, как лорд ударяет тростью по рукам, и стало не по себе, даже фантомную боль ощутила. Дернувшись, остановилась и подула на пальцы.
– Что вы, Дария! – Мою ладонь бережно сжали и расцеловали. – Бить вас?! Помилуйте, лучше позволить ударить себя.
В голосе осуждение и ужас, тот самый, который вызывают неприемлемые вещи.
Эллан гладил пальцы, хмурился и неодобрительно цокал языком.
Увы, секрет прост: почувствовал эмоции и умело на них сыграл.
– Бережете ценную зверушку?
Странно, но руку убрать не хотелось. Пусть останется в ладони Эллана.
Может, он Чувствующий, может, обманщик, но нам хорошо вместе.
– Вы не зверушка, – неожиданно твердо возразил лорд и сам отпустил. – И это неправда.
– Что – неправда? – начиная сердиться за недомолвки, поинтересовалась я.
– Не скажу, – обескуражил Эллан. – Ищите ошибку сами. По-моему, все просто. Вы достаточно меня знаете, леди Эрасса. Простите, мне пора.
Лорд исчез прежде, чем успела вымолвить хоть слово. Склонил голову в вежливом поклоне и скрылся в местном телепорте. Наверное, обратно в Замок магов.
Эллан обиделся, кожей чувствовала. Сразу ощерился, перешел на бездушное «леди Эрасса», выстудил голос от дружеского тепла. И руку отпустил не просто так. О чем я тогда говорила? О зверушке. Странно, Эллан сам подтвердил: Чувствующий в тандеме с медиумом обретает силу.
Ошибка. Вы достаточно меня знаете….
Ему нравится прикасаться к моим рукам, целовать их. Давно заметила. При первой же возможности Эллан гладил пальцы, подносил их к губам, наслаждался запахом кожи. Вспоминая былые встречи, убедилась: лорд Марон наслаждался мимолетными прикосновениями, вдыхал мой запах, словно экзотические духи.
Трепетная забота, страх причинить боль, вызов Соланжу – бред, конечно, но вдруг я ему нравлюсь? Предположим. На минутку, чисто умозрительно. Как ухаживают темные? Навсейки гордые, не подпускают к себе просто так, нужно попрыгать, чтобы внимание обратили. То ли дело в Умерре: сразу видно, дружба или нечто большее.
Существует всего один способ развеять сомнения: практический.
Вроде, признаки влюбленности на лицо, но Эллан ничего не дарил, ничего не просил, не пытался познакомиться ближе. Геральт бы давно соблазнил – лорд только поцеловал.
Самое простое: прямо сейчас спросить. В лоб. Ложь мгновенно не придумать, либо скажешь правду, либо запнешься. Но я не стала, хотя и потянулась за пирамидкой. Темные – это темные, если задумали игру, заранее продумали ходы.
Вздохнув, отправилась на поиски библиотеки. Догадываюсь, она у Эллана обширная, надеюсь, найду ответ хотя бы на один вопрос. Увы, пробелы в знаниях придется ликвидировать самой.
Лорд Марон застал меня за книгами. Я обложилась ими, будто каменной стеной, а сверху водрузила тарелку с яблоком. Так увлеклась, что не заметила, как вернулся хозяин дома.
Библиотека оправдала ожидания. Двухъярусная, размером с бальный зал. Под нее отвели крыло и одну из башен.
Гримуары я старательно обходила стороной, особенно после того, как один едва не сорвался с привязи и не цапнул. Зубы у него как у собаки! Зато обычных фолиантов пересмотрела немало. Увы, они оставляли больше вопросов, чем ответов. Вернее, ответы-то нашлись, только вот порождали еще десятки новых «почему?»
– Добрый вечер, миледи, – холодно поздоровался Эллан и утроился за соседним столом. – Как провели день? Новый дом осмотрели?
Ох, совсем забыла о подарке Соланжа! Даже бумаги подробно не рассмотрела.
Вздрогнув, подняла голову и встретилась с ледяными глазами лорда. В них не было ни улыбки, ни тепла, ни холода – абсолютно ничего. Эллан старательно скрывал эмоции. Значит, перестал доверять. С чужими у навсеев всегда такой отсутствующий взгляд. Только вот чем я заслужила подобное? Впору самой обидеться.
– Вы мне солгали, – ткнула пальцем в грудь бесстрастного лорда. –Чувствующие не работают в паре с медиумами, они сами умеют общаться с иными мирами. Так зачем, Эллан?
Лорд пожал плечами.
– Вы ошибаетесь, но если леди угодно так считать…
– Эллан, вас бешеная собака покусала? – не выдержав, вспылила я и захлопнула книгу. – Или Соланж чем-то пригрозил? Так вот, ничего он не получит. Ни-че-го!
Я не выдержу формальной холодности! Каждое «леди» – будто ножом по горлу. Больно до крика. Сама не ожидала подобной реакции. Внезапно оказалось, дружеский тон Эллана, его нежность необходимы мне до дрожи.
– Чем? – Губы темного тронула презрительная усмешка – первая эмоция за пару минут.
Эллан ясно выразил отношение к тому, что ему кто-то может угрожать. Сейчас он выглядел как истинный навсей: гордый, самоуверенный, знающий себе цену. Превосходство читалось в каждом жесте, позе, повороте головы.
