Текст книги "В память о звездной любви (СИ)"
Автор книги: Ольга Пашнина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)
– Спокойно, здесь двадцать минут лету. Успеваешь.
– Знаю, просто хотела вернуться пораньше. Вдруг что?
Джен фыркнула и только отмахнулась. На стоянке кроме наших флаеров уже никого не было. Постепенно смеркалось. Мы быстро попрощались, Джен пообещала звонить и писать – связаться сначала с Грегом, а он даст связь со мной. Затем я села в флаер и нажала на кнопку. Автопилот поднял машину на нужную высоту и двинул в сторону дома.
Почему-то я нервничала. Хотя время еще было, я все равно нервничала и, как оказалось, не зря. Вокруг сгущался туман. На планете туманы свидетельствовали о приближающейся грозе. Дождь усиливался, капли барабанили по стеклу с такой силой, что мое сердце вторило им в унисон, и я никак не могла совладать с дыханием. В один прекрасный момент движение прекратилось и… флаер начал снижаться.
Я ничего не видела, но была уверена, что до дома мы еще не доехали. А клубы тумана окутывали флаер. Вдалеке послышались первые раскаты грома.
– Аварийная ситуация, – объявил автопилот. – Дальнейший полет невозможен. Оставайтесь внутри. Система безопасности контролирует ситуацию.
Флаер мягко сел и замер. Послышалась негромкая музыка, чтоб ее! Он предлагает расслабиться и переждать непогоду?
Дождь только усиливался, вокруг клубился туман. Флаер под порывами ветра раскачивался. Я включила экран, чтобы хоть посмотреть, где села. И вышло, что довольно далеко от дома. Автопилот отклонился от стандартного маршрута и теперь я даже не знаю, как здесь послать сообщение Грегу. Он с ума сойдет! За окном такая гроза, а я не вернулась. Естественно, свяжется с Джен, та ему скажет, что я вылетела. И больше никогда я не поеду в город, даже на прогулку.
Что может случиться? Ничего. Обычный полет, запрограммированный флаер Никакой опасности, никаких внештатных ситуаций. И вот я сижу посреди какого-то поля, в жуткую грозу, и жду неизвестно чего. Грозы здесь могут длиться долго. Поднять флаер в воздух самостоятельно – нет проблем, но опыта довести его до дома в такую погоду мне не хватит.
– Прости, Грег, – вздохнула я.
Самое обидное, что мне действительно жаль его огорчать. Я как представлю, что он там с ума сходит… ну вот глупая ведь! Что стоило выйти пораньше? Зная местную погоду и зная временной лимит.
Так я сидела и себя ругала ровно до тех пор, пока не увидела на карте точку, быстро приближающуюся ко мне. Точка мигала красным – флаер. Сердце несколько раз пропустило удары, я выглянула в окно, но ничего не рассмотрела.
Я думала пересесть на задние сидения и поспать – там хватило бы места на четверых минимум, но теперь просто сидела и ждала. Точка остановилась возле моего флаера, а уже через пару секунд я вздрогнула от стука в стекло.
Грег!
Я быстро разблокировала дверь, впуская его. Руки немного дрожал от нахлынувшего облегчения.
– Шэй, я велел вернуться к десяти! – почти рявкнул он.
– Я собиралась! – разум требовал опустить голову и покаяться, но сердце почему-то требовало влезть в драку, невзирая на последствия и страхи. – Вылетела. Но тут эта гроза, и флаер встал. Я побоялась вести его в грозу.
– А связаться со мной?! Шэй, я же сунул тебе в сумку планшет со связью! Как ты расплачивалась и ходила по магазинам, его не заметив?
Краска медленно заливала мое лицо, а слезы застилали глаза. Я не собиралась так глупо себя вести, но ничего не могла с собой поделать. Дура! Идиотка! Как я могла не заметить планшет в сумке?! Эту тонкую полупрозрачную пластину, размером чуть меньше сумки!
– Прости, – поморщилась я. – Я не увидела.
Я впервые видела, что Грег на меня сердится. И у него были на то причины, конечно. Но все же этот гнев был настолько непривычен, что я безумно расстроилась и не знала, куда себя деть.
– Шэй, я понимаю, что тебе сложно, – вздохнул он. – Я забочусь о тебе, я действительно хочу, чтобы с тобой все было хорошо. И я понимаю, что для тебя все это в новинку. Что ты много пережила и сейчас отдыхаешь, позволяя все за тебя решать. Но нельзя постоянно вести и чувствовать себя, как ребенок. Ты – взрослая девушка.
И вот тут-то я по-настоящему обиделась. Не на то, что меня ругали за глупую ошибку. Не на то, что на меня кричали. А на то, что обвинял меня Грег, по сути, в том, чего сам, путем упорных попыток, добился.
Я подняла взгляд и выпалила:
– Так может, ты уже начнешь относиться ко мне, как к взрослой девушке?
– Ты хочешь, – Грег медленно обвел взглядом меня, – чтобы я отнесся к тебе, как к девушке?
Его взгляд гипнотизировал. Я видела, как стекает по шее мужчины капелька воды – он ведь только вышел из-под дождя. Видела, как его взгляд скользит по разрезу моего платья.
– Хочешь, значит, быть взрослой, – хрипло пробормотал Грег.
Ответить я не успела. Поцелуй обрушился неожиданно и в то же время был таким долгожданным, что я задохнулась. В нем не было ничего осторожного или ласкового, Грег брал то, что хотел. И я ему позволяла.
– Я за тебя испугался, – пробормотал он, на пару секунд оторвавшись.
Потом снова поцелуи и так, пока не начали задыхаться оба. Руки словно жили отдельной жизнью, расстегивали пуговки рубашки и ремешок платья, касались разгоряченной кожи. Снаружи бился в окна дождь, а внутри мы забыли обо всем на свете.
Запотели окна. Я чувствовала прикосновения и поцелуи, нисколько не желала все это прекратить и делала все, чтобы у Грега и мысли такой не возникло. Пусть я не умела почти ничего, но он так долго ждал, что любое мое движение вызывало волну приятной дрожи.
Никогда я не думала, что все будет вот так, во флаере, посреди бушующей стихии. Мы не включали свет, но иногда вспышки молний озаряли все вокруг и наши взгляды встречались. Чувствительная кожа бедер ощущала его пальцы, каждой клеточкой.
– Шэй, – он с трудом отстранился, – что, сейчас и вот так?
– А чем плохо это "сейчас"? – тихо спросила я. – Я уже не… остановлюсь.
– Да, я тоже. – Он улыбнулся и вновь вернулся к поцелуям.
Грег
Странное чувство не покидало его, пока он целовал Шэй и незаметно пытался нащупать рычаг, чтобы опустить кресло. Наверное, Грег не верил в то, что это происходит здесь и сейчас, что эта восхитительная девушка сама его целует и обнимает. Он наслаждался каждым ее вздохом. Запахом духов, смешанным с запахом дождя.
Он касался нежной кожи, в голове мешались картинки из одной-единственной их ночи, которая стала началом долгой разлуки. Даже несмотря на тюрьму и потерю всего, ради чего он жил, Грег не согласился бы исключить из своей жизни Шэй. Он и сам не мог сказать, почему влюбился в нее. Но с восхищением наблюдал, как из запуганной тихой девочки она превращается в красивую молодую девушку и тоже влюбляется. Ему нравилось, что он может доставить ей удовольствие, нравилось держать ее в объятиях.
Она обняла его ногами. Мелькнула мысль, что это у нее из прошлого, которое Шэй совсем не помнит. Тогда она точно так же лишила его способности контролировать себя. Красивая. Грег с трудом сдерживался, чтобы не причинить ей боль и не напугать, но потемневший взгляд девушки действовал, словно удар по голове. На несколько секунд Грег просто сжал ее в объятиях и не отпускал. Что ему стоило продержаться несколько лишних минут – знали одни звезды.
Но он был вознагражден видом Шэй. Нет никого, беззащитнее и трогательнее женщины в постели. Он никогда не понимал тех, кто может поднять руку на такое чудо, которое полностью от тебя зависит, на девушку, которая доверила тебе себя.
Она выгнулась, под его ладонью билось ее сердце, очень быстро. Грег поймал губами вскрик Шэй и расслабился сам. Лавина из чувств, эмоций, наслаждения снесла все преграды. Он прошептал ее имя, прижался губами к пульсирующей жилке на шее. И не отпускал бы до конца жизни.
Но реальность была суровее фантазий, и уже через пятнадцать минут ему пришлось выпустить Шэй из объятий, чтобы дать одеться. Внутри было прохладно, гроза проникала внутрь всех помещений. Грег никак не мог отвести взгляд.
– Что? – Она чуть покраснела.
– Все в порядке?
– Да, все хорошо.
Не стал отказывать себе в удовольствии, нагнулся и поцеловал. Шэй с секундным колебанием, но ответила.
– Точно? – уточнил.
– Точно, – только теперь на ее губах заиграла улыбка.
– Я тебя люблю.
Шэй растерялась. Потом испугалась. Потом открыла было рот, но Грег приложил палец к ее губкам:
– Не надо. Не говори ничего, ладно? Я знаю, что ты сейчас запуталась. Просто я хочу, чтобы ты знала. Я тебя люблю, и если тебе хоть что-то в наших отношениях не понравится, дай мне знать, ладно?
О себе он уже давно не думал и не говорил. Иногда случается, пересекаешь ту черту, когда о себе уже не заботишься. Весь сосредотачиваешься на любимом человеке и кажется, что если ей будет лучше, то ты даже умереть готов. Очень часто жизнь ломает тех, кто так оступился, и Грег это знал, но поделать ничего не мог. Долгое время он жил ради Шэй, и теперь уже найти новый смысл вряд ли сможет.
– Поехали домой? – спросил он.
– Уже? – в голосе Шэй послышалось разочарование.
– У нас есть шампанское и что-то вкусное. Сделаем тебе ванну, организуем ужин, усядемся перед окнами в гостиной и будем есть в грозу. При свечах.
Она мечтательно улыбнулась. За недели жизни с ней Грег уже изучил все вкусы и знал, чем можно исправить плохое настроение, чем успокоить, а чем наоборот, взволновать. Сегодня он отложит работу и что-нибудь приготовит к шампанскому. А там, глядишь, удастся убедить ее спать в его комнате. И жизнь тогда удастся.
Но что-то было не так. Шэй улыбалась, когда он на нее смотрел, а как только Грег отворачивался, на красивом лице отражалось смятение. Похоже, она снова боялась его расстроить и изображала бурную радость и любовь. Ну, нельзя же так! Что он сделал неправильно? Шэй не из тех, кто способен изображать удовольствие, но зато она очень осторожно выбирает поведение и способна перепугаться насмерть, если вдруг придумает, что отныне теперь обязана по первому слову прыгать к нему в койку.
Вот идиот! Когда она говорила относиться к ней как к взрослой девушке, она вряд ли подразумевала соблазнять ее прямо во флаере. В голове Шэй это – ее первый раз, а он повел себя, как подросток на первом свидании.
Впрочем, по приезду оказалось, что он действительно идиот. Только по другой причине.
Грег не стал ее спрашивать и выяснять причину плохого настроения. От ванны Шэй отказалась, приняла короткий душ, но пренебрегать шампанским и ужином не стала. Она купила весьма интересную вещь – настоящую кларийскую клубнику, сохраненную в специальном сейфе практически свежей. Так что они быстро поужинали и принялись за десерт. Вот тут-то Грег не выдержал:
– Шэй, что с тобой? Ты погрустнела. Расскажи, пожалуйста, что я сделал не так. Я не злюсь и не расстраиваюсь, я просто не хочу, чтобы ты хмурилась.
– Дело не в тебе. – Она разом допила остатки шампанского и Грег вновь наполнил ее бокал. – Просто… понимаешь, еще дома я познакомилась с Линаром, его рассматривали как потенциального мужа. И он сказал…
Она немного покраснела.
– Что со мной нельзя спать, потому что я девственница, а за них платят больше. Я не знаю, может, моя раса… или что-то еще… но ведь когда лишаешься невинности, должно быть больно, да?
Грег выругался и резко захотел выпить что-то покрепче. Да, этого он никак не ожидал. Конечно, у нее возник такой вопрос, как иначе? Он сосредоточился на ее благополучии и самостоятельности, а о таких простых вещах напрочь забыл. Как и о предохранении, кстати.
Что ж, придется ей все рассказать, тянуть дальше – уже врать, а это не вызовет у нее восторга.
– Шэй, я должен тебе рассказать кое-что о тебе и… о себе. Мы с тобой уже занимались любовью, когда тебе было семнадцать.
Вот так, сказал. И захотелось ее сразу же обнять, потому что вид у Шэй был такой, словно Грег ей по голове чем-то тяжелым дал.
– Я жил у вас некоторое время, мы сдружились. Я ничего о тебе не знал, о твоей памяти. Мы общались, я тебе нравился, и я воспользовался ситуацией. То есть я не… Шэй, я тебя не насиловал. Все было добровольно, все было чудесно, ты же чувствуешь это, твое тело помнит. Но на утро у тебя обнулилась память и ты меня не вспомнила, ты кричала, а я хоть как-то пытался понять, что происходит. Разумеется, твои родители обвинили меня в изнасиловании, а доказать, что все было добровольно, я не смог. Надо было тебе рассказать, но я так хотел, чтобы ты жила нормально, чтобы перестала всего вокруг бояться.
– Мои родители отправили тебя в тюрьму, я тебя забыла, а ты забрал меня и хочешь, чтобы я жила нормально? Зачем?
– Я попробую объяснить, но не знаю, получится ли. Знаешь, мужчина моего возраста, когда в него влюбляется такая девушка, как ты, теряет голову. Ты была готова на все. Возможно, надеялась, что я увезу тебя от родителей и смогу защитить. А меня это пьянило. Я поступил не очень хорошо, Шэй, по отношению к тебе. Если бы ты не забыла обо всем, то в любом случае пожалела бы.
– И почему ты вернулся?
В ее глазах он видел и желание услышать ответ, и страх, что ответ ей придется не по душе. Шэй едва-едва смирилась с мыслью, что Грег заботится о ней и любит, а теперь у нее эту веру отнимали.
– Я никак не мог тебя забыть. Я видел твою жизнь, мне казалась она неправильной. Я решил, что заберу тебя и дам шанс начать все сначала. Хотя бы потому что сильно напугал тогда. А уж полюбим мы друг друга, или нет – как сложится.
Он немного перевел дух и отпил шампанского.
– Шэй, я люблю тебя. И буду заботиться, что бы ты ни подумала, что бы ни решила. Ты на меня злишься?
Она медленно, словно сама не была в этом уверена, покачала головой.
– Я не могу на… на тебя злиться. Лучше, чем с тобой, мне еще не было. Не представляешь, как здорово, когда на тебя обращают внимание.
Он с облегчением рассмеялся и сгреб ее в объятия. Волосы пахли лимонным шампунем. Приятный и удивительно простой запах, так подходящий Шэй.
– Еще пить будешь? – глухо спросил Грег.
– Буду, наливай!
Налить – это пожалуйста. А вот выпускать из объятий он ее не собирался. И вопрос о переезде в одну комнату считал решенным.
Пьянела Шэй быстро. Два бокала – и глазки закрывались, а сама она расслабилась в его руках.
– Тебя отнести? – спросил Грег.
– Сама. – Шэй сладко зевнула.
– Только со мной, ладно? Я не хочу тебя отпускать.
– Хорошо.
Он наплевал на посуду и мусор, который хорошо было бы выбросить. Успеется еще, завтра утром будет готовить завтрак, да уберет. Лечь вместе с Шэй и смотреть, как она засыпает – ни с чем не сравнимое удовольствие.
У нее даже не нашлось сил сходить за пижамой. Она вышла из душа, завернутая в полотенце и, пока он готовился ко сну, улеглась прямо обнаженной. Специально его дразнила? Вряд ли, скорее устала и выпила. Что ж, он не против.
Шэй уже спала, но он все равно, рискуя ее разбудить, притянул к себе. Снаружи включилась вентиляция помещения, стало немного прохладно, и Грег укрыл девушку едва ли не с ног до головы. Она пробормотала что-то, перевернулась на живот и успокоилась. Он долго слушал ее мерное дыхание, а потом, чувствуя, что засыпает, осторожно поцеловал в макушку.
Вообще Грегори Рейдлинг никогда не думал, что, будучи взрослым и адекватным мужчиной, так влюбится в какую-то девушку.
Посередине ночи, когда спутник планеты, небольшая луна, освещала спальню, он почувствовал, как его трясет Шэй. Сначала Грег испугался, потом сообразил, что система безопасности не воет, сам он ничего не ощущает, а значит, Шэй просто чего-то испугалась, или увидела плохой сон.
– Что такое, родная? – сонно пробормотал он. – Что случилось?
Голос Шэй звучал резко и напряженно:
– Кто такая Кира?!
Вот тут-то сон с него и слетел в один миг…
– Шэй, милая, что тебе снилось?
Она немного дрожала и, кажется, замерзла. Грег накинул на нее то, до чего первым дотянулся – свою рубашку.
– Кто такая Кира? – повторила Шэй вопрос, и стало ясно, что сдаваться и забывать она не собирается.
– Ладно, сейчас расскажу, только успокойся. Подожди немного, я сделаю что-нибудь горячее.
Выходя из комнаты, Грег изменил климат-режим. Пройдет минут десять, и комната нагреется.
Так. Чай? Слишком слабо. Кофе? Поднимет давление, она и так сейчас переволнуется. Шоколад. Горячий, сладкий, с кусочками мороженого. То, что нужно.
Кира… она вспомнила ее, или Грег сказал что-то во сне? Или может, сон был у Шэй? Надо выяснить этот вопрос. Как же ей сказать-то… так, чтобы она поняла, что он не врал ей, а просто не хотел шокировать всем и сразу Пытался дать привыкнуть и, кажется, не сумел.
Как можно за один вечер наделать столько ошибок? О Кире он хотел ей рассказать совсем не так.
– Держи, – протянул Грег дымящуюся чашку, когда вернулся в комнату.
Потеплело, но Шэй все равно куталась и немного дрожала.
– Расскажи мне, что тебе приснилось, – попросил Грег. – Ты видела во сне кого-то?
– Я… я не знаю, это как-то странно. Как будто вспышка. Даже не знаю, сон это, или нет. Грег, расскажи мне все. Пожалуйста, мне нужно это знать. Я так решила.
– Ладно. Только не дрожи так, выпей, успокойся.
Она послушно сделала несколько глотков. Большие красивые глаза смотрели тревожно, с нетерпением.
– Кира – твоя дочь. Наша, в смысле.
Кружка выскользнула из пальцев Шэй и упала на кровать.
– Ай! – Шэй обожглась и подскочила.
– Тихо, иди сюда, сильно обожглась?
На глазах у нее выступили слезы от боли, но упрямая девчонка – покачала головой и попыталась вырваться. Куда там. Усадил ее к себе на колени, достал из ящика охлаждающую мазь и принялся смазывать ожог.
– Одеяло испортила, – вздохнула Шэй.
– Плевать, у нас есть еще одна комната. Завтра разберемся. Сильно болит? Идти сможешь?
– Смогу. Грег, объясни, пожалуйста. Как это… дочь? Где она?
– Мы с тобой тогда не утруждали себя предохранением. Ты забеременела и родила девочку. Я к этому времени был уже в тюрьме, но информацию получал. Девочку назвали Кирой, забрали у тебя и отдали в приют на одной из планет дальних систем. Материнский инстинкт сложно вытравить из сознания. Ты приходишь в себя, и что-то вспоминаешь. Наверное, ты ее любила.
– У меня есть дочь. Звезды, что происходит с моей жизнью? И чего я еще о себе не знаю?
– Этого не знаю даже я. Наверное, тот год был не из легких. Я не хотел сразу рассказывать тебе о Кире. Ребенок – это ответственность, а ты пока не готова ее нести. Но не предусмотрел, что ты сможешь что-то вспомнить. Прости. Я хотел рассказывать постепенно.
Шэй молчала, глядя в одну точку. Она явно была в шоке, но как вывести ее из такого состояния, Грег не знал.
– Ей почти три, да? – девушка подняла на него растерянный взгляд.
– Да, скоро исполнится три.
– У тебя есть фото?
Грег покачал головой. Ни фото, ни описания. Все это он надеялся выяснить на месте. Конечно же, он планировал забрать Киру.
– Почему ты спас меня, а ее нет? – вдруг спросила Шэй, и вот этого вопроса он не ожидал.
– Тебе угрожала реальная опасность. Кира хоть и в приюте, но в безопасности. Твоим родителям она не нужна. А тебя надо было вытаскивать. К тому же Киру просто так мне не отдадут, нужны деньги и ресурсы. Я получу крупную сумму за проект и использую ее. А еще надо было заработать доверие Джен – ее муж владелец крупной транспортной компании. Он сможет организовать мою поездку к Земле – так называется планета, куда отдали Киру.
Он умолк, видя, что Шэй пропускает половину всего мимо ушей. Бедная, какой шок посреди ночи. Каково это: узнать, что у тебя есть дочь? Грег готовился к этому несколько лет, вынашивал планы и идеи. А для Шэй в последнее время все вокруг – новое. Как бы она не сорвалась.
– Слушай, – он взял ее за руку, – я знаю, что это тяжело. Страшно. Я знаю, что ты еще не готова. Но когда я закончу проект, я поеду за Кирой. Она моя дочь. Ее родила моя любимая девушка, я должен Киру оттуда забрать, понимаешь? Я не могу обязать тебя заботиться о ней, не могу заставить любить меня. Но…
– Нет, ее надо забрать, – решительно прервала его Шэй. – Конечно, надо. Я хочу… да, я хочу тоже поехать.
Она сжала его руку и уверенно кивнула. Глаза блеснули в свете луны.
– Я поезду с тобой, Грег. Я так решила!
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. В ПОГОНЕ ЗА МЕЧТОЙ
Грег тихо отпер дверь и вошел, стараясь не шуметь. Шэй наверняка уже спала.
Квартирка была неприлично маленькой. На столе в кухне стоял его ужин, заботливо накрытый небольшим одеяльцем. Даже на душе потеплело: ждала, заботилась.
– Я не сплю, – раздался ее голос из комнаты. – Проходи.
Не осторожничая, справиться с одеждой, было намного проще.
– Ешь, – зевнула Шэй. – Я там оставила.
– Сама ела? – спросил он.
– Конечно. Я соскучилась.
Вот до чего хитрая девчонка из нее получилась. После слов "я соскучилась" будет довольно сложно спокойно поужинать.
Они уже две недели жили на Земле, готовясь забрать Киру. Жили в крохотной квартирке, просто потому что в центре огромного района, где и находился приют, не было больше жилья. Грег прилагал неимоверные усилия, чтобы создать для них с Шэй легенду. Он много размышлял над тем, как забрать дочь, и пришел к выводу, что самый простой и незаметный способ: прикинуться приемными родителями.
Он постоянно уходил, выбрасывая нереальные суммы на создание документов, покупку недвижимости и так называемую покупку прошлого. Чтобы ни одна проверка не споткнулась. И Киру им отдали. Саму девочку он еще не видел, но уже знал, в каком приюте она живет и как туда попасть.
По вечерам он возвращался и по-прежнему учил Шэй читать и писать. Она делал успехи, так что постепенно они подключали географию и другие науки. Они садились в единственное кресло. Грег усаживал ее на колени и давал в руки планшет. Включал разные упражнения, давал в руки перо и заставлял заниматься. Потом читать. В конце разрешал рисовать немного и, пока Шэй увлеченно что-то рисовала, целовал ее шею, затылок, вдыхал запах слегка влажных после душа волос. Это ее успокаивало. Потом они занимались любовью. Иногда в этом же кресле, иногда он относил ее в постель.
Ему нравилось, как Шэй раскрывается рядом с ним. Она инстинктивно чувствовала свою власть над ним, его любовь, и чувствовала себя уверенно. Ей бы эту уверенность и в остальных делах! Хотя и не сравнить с тем, что было в самом начале. Она уже меньше напоминала забитую и испуганную девушку. Но до совершенства далеко.
В этот раз Грег не стал поддаваться на провокации и провоцировать сам. Даже не стал с Шэй читать. Отчасти потому, что она уже готова была спать, отчасти потому что у него была сногсшибательная новость.
– Завтра идем смотреть на нее, – сказал он и с улыбкой наблюдал, как до Шэй постепенно доходит смысл его слов.
– А… как… что мне надо делать? – спохватилась она. – Как себя вести?
– Обычно. Я подготовил все документы, нам дали добро на удочерение. Один нюанс – мы не знаем Киру и будем ее "выбирать" из детей. Можно делать на расстоянии, по анкетам, а можно приехать в приют и познакомиться с детками. Мы поедем. Привезем игрушки, угощения и так далее. Просто не выдавай, если узнаешь Киру. Хочешь общаться – общайся, к детям постоянно кто-то приходит, травмы ты им не нанесешь. Не хочешь – посиди в кабинете директора. Все должно пройти быстро. Мы выберем Киру, дальше подготовят все документы и через пару дней нам ее отдадут.
Усыновление на этой планете проходило проще, чем в Империи. Надо было лишь получить лицензию, в которой ставились отметки о доходе семьи, состоянии здоровья, содержалась полная информация о прошлом и настоящем. Эти сведения и документы стоили дорого. Признаться, Грега немного мучила совесть: если бы он хотел причинить вред ребенку, забрать его с планеты проще простого, имея достаточное количество денег.
Но муки совести заглушились во-первых тем, что без вранья никто ему Киру не отдаст, а во-вторых тем, что он не собирается причинять ей вред. Она его дочь и роднее существа, пожалуй, нет. Разве что Шэй.
– Постарайся сдержаться, ладно? – Он улегся рядом с Шэй и прижал ее к себе. – Не плачь, когда ее увидишь. Но если что, на все вопросы отвечай, что ты тоже сирота и тебе жалко детей. Все будет хорошо. Теперь засыпай, надо выглядеть бодрой и отдохнувшей.
– Тебе понравился ужин? – пробормотала Шэй, но глаза ее уже закрывались, так что ответа и не требовалось.
Шэй
– Тяжело здесь найти жилье, правда? – миловидная женщина средних лет, гуманоид, улыбнулась нам с Грегом.
Мы сидели напротив директора приюта и беседовали прежде чем пойти к детям. Она уже просмотрела все документы, проверила нашу лицензию и теперь просто беседовала. Как пояснила, только живое общение дает представление о том, какая семья ждет ребенка.
Приют был чистым, красивым. Конечно, в нем царила не совсем счастливая атмосфера, но хотя бы дети были одеты, накормлены. Играли хорошими игрушками. От сердца отлегло: когда я узнала, что Кира в приюте, я решила было, что родители отдали ее в совсем ужасное место. Но даже директор, вопреки стереотипам, оказалась порядочной и доброй женщиной. Это подкупало.
– И не говорите, мы сняли очень тесную квартирку, – Грег держался непринужденно, – едва места хватает. Ждем с нетерпением, когда сможем вернуться домой.
– Да, я видела фото. У вас чудесный дом.
Грег показал реальные снимки нашего дома в системе Альтаира. Только с местом расположения чуть приврал.
– Мы заказывали проект с учетом того, что заведем детей. Детскую уже доделывают.
– Вы старше Хелены, так?
Хелена – это я. А он Алекс. Ну, не могли же мы назваться Шэй и Грегори, вдруг что. Лучше вообще не оставлять следов.
– Да, я старше на пятнадцать лет. Она – дочь моего институтского приятеля. Ей двадцать пять, мы поженились два года назад.
Я обворожительно улыбалась. Брючный костюм и высокая прическа добавляли мне возраста, как и макияж. Грег наоборот выглядел еще лучше, чем обычно. Я даже замечала, как директор бросает на него заинтересованные взгляды, и старалась не злиться.
По легенде я не могла родить ребенка. Можно было сказать так о Греге, но он решил, что к мужчине, верному женщине настолько, что он берет на воспитание ребенка, лишь бы создать с ней семью, будет больше. А в этом деле лишний плюсик не помешает.
– Что ж, идемте. Дети сейчас как раз играют. Вы просмотрели наши анкеты?
– Да, мы хотим девочку, – эту реплику мы прорепетировали заранее. – Желательно, чтобы была похожа на меня или мужа.
Нас провели в большой зал с мягкими синими коврами. Около двух десятков детей находилось в игровой комнате. Некоторые играли компаниями, некоторые поодиночке. Кто-то рисовал, кто-то играл с мягкими игрушками. Один мальчик лепил из пластилина.
Я осматривала зал, думая, как же я узнаю Киру. Наверное, Грег сделает этот выбор, я совсем ее не помню. А он, должно быть, видел ее анкету.
Но оказалось все намного проще. Я даже не успела перевести взгляд в противоположный угол, как услышала:
– Кила! Кила!
Мальчик, на вид тоже года три, подбежал к светленькой и немного кудрявой девочке. Он что-то ей показал, они посмеялись, а потом как-то неожиданно обнялись. Крепко, со всей искренностью, присущей детям.
– Это Кира и Дэн, лучшие друзья, – пояснила директор, заметив мой взгляд. – Они поступили в один день, лежали в соседних кроватках. С тех пор всегда вместе, дружба у них такая. Она ему отдает все вкусности, которые не может съесть, а он ей помогает с уроками. Забавная парочка.
– Мне нравится девочка, – будто бы непринужденно сказал Грег.
– Она похожа на тебя, – мой голос дрогнул. – Мне тоже нравится.
– Вы уверены? Может, пообщаетесь с ними, поиграете?
– Знаете, перебирать детей – не лучшее занятие. Мы не можем взять всех, но если Хелена сразу приметила Киру… можно нам с ней поговорить?
– Конечно, – улыбнулась директор. – Минуту.
Мы наблюдали, как женщина подходит к Кире и что-то ей говорит. Девочка посмотрела в нашу сторону, и на миг я даже встретилась с ней взглядом. Так сердце сразу дрогнуло, что дар речи пропал. И мысли из головы улетучились. Вот она какая, моя дочь.
Я очень боялась, что в прошлом сама решилась отдать Киру. Что не хотела этого ребенка и встретила инициативу родителей с радостью. Но встреча с ней пробудило что-то забытое, но оставившее след на душе. Нет, я точно не могла отдать ее добровольно. И я точно должна ее забрать.
Кира смотрела на нас со смесью любопытства и тревоги. Она постоянно оглядывалась на Дэна, а когда директор взяла ее за руку и повела к нам, вырвалась и обняла мальчика.
– Грег, – шепнула я.
– Да, милая? – Он тоже не отрывал взгляда от детей.
– Я так не могу.
– Что такое? Что случилось?
– Посмотри на них. Как мы ее увезем и разлучим их? Посмотри, они реветь начали!
– Шэй, он ведь ее друг, а не брат, – устало произнес Грег. – У всех нас есть друзья, иногда от друзей приходится уезжать.
Вот глупая!
– Ладно. Поняла, извини. Я немного не готова к… такому.
Грег подвергал себя невероятному риску, забирая меня, потом прилетая за Кирой. Он делал все ради нас с ней, выбросил, наверное, миллионы, чтобы мы смогли жить вместе. Просить взять еще одного ребенка – просто свинство. Наверное, так.
Конечно, сердце сжималось при виде Киры и мальчика, как они вдвоем ревели. Я, не давая себе передумать, подошла к ним и опустилась на мягкий ковер.
– Привет, – сказала я.
Кира сразу же перестала плакать и с любопытством на меня посмотрела. – Почему ты плачешь?
Мальчик тоже успокоился, но от Киры не отошел.
– Не хочешь расставаться с другом? Так мы всего лишь немного поиграем. Пойдем, познакомимся, не захочешь играть, не будешь.
Здесь я, конечно, врала, причем врала собственной девочке, дочке. Киру мы заберем в любом случае. Как же тяжело было смотреть в детские глаза и читать в них немой вопрос "а я?". Хотелось отвести взгляд, спрятаться от этих детских надежд. Прав Грег, мы не можем взять всех, но можем хотя бы собственную дочь спасти.
Директор о чем-то разговаривала с Грегом, пока я общалась с Кирой. Наконец девочка дала мне руку, и мы медленно пошли к выходу из комнаты. Я несколько раз оглянулась: Дэн смотрел нам вслед. Мне на секунду показалось, будто он все понимает. Понимает и прощается с Кирой, которой повезло чуть больше, чем ему. Которую будут любить мама и папа, настоящие, с большим красивым домом.
– Стой, Шэй, подождите нас, – донеслось со стороны Грега.
Я поудобнее перехватила руку Киры и обернулась. В первый миг не поверила своим глазам, а потом улыбнулась. И в этот момент поняла: я его люблю. Люблю безумно, больше всего в этой Вселенной! Люблю за доброту, за верность. Просто за то, что он знает, как сделать меня по-настоящему счастливой. Грег вел к нам мальчика.
– Берем, – сообщил он скорее мне, чем директору.
– Что ж, – улыбнулась она, – счастливые детки. Мне понадобится неделя, чтобы оформить все документы. К тому же, если хотите взять двоих, придется переделать лицензию.
