Текст книги "Дракон серебряннокй метели (СИ)"
Автор книги: Ольга Вешнева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)
Однако другой этап следственного эксперимента – примерка искусственных усов и бород на гладко выбритые мужские и некоторые женские лица также ничего не дал.
Тарите искусно почистили память. Именно затуманили, как точно выразился Мельтаир. Полностью стереть воспоминания не способен самый могущественный маг. Закрыть к ним доступ возможно, что и было сделано. Негодяй поставил на удивление надежный заслон. Даже сам великий магистр не смог развеять тот магический туман в памяти юной служанки. Это не означало, что туман со временем не исчезнет сам, под влиянием разума девушки, отчаянно сопротивляющегося его оковам, стремящегося их поскорее сбросить. Вот чего боялся “усатый-бородатый господин в сером костюме”.
ГЛАВА 13. Признание
После того, как неизвестный, но слишком близкий враг проявил себя в сердце крепости, ближайшие календарные праздники отменили.
Великий магистр вызвался лично проверять подаваемую к столу пищу. Мельтаир не любил трапезничать с напыщенными аристократами, предпочитал компанию слуг. К легкому огорчению старого волшебника, по новым правилам все жители Замка Властителя были обязаны собираться за общим столом, который удлинили так, что теперь он занимал все пространство обеденного зала от стены до стены. За ним впритык умещались господа и простолюдины. Первых не радовало непривычное соседство, а вторых забавляло и утешало, что пища аристократов была не намного изысканнее, чем у прислуги.
Мельтаир был доволен тем, как быстро я усваиваю новые магические знания и как успешно применяю их.
День за день проходили без новостей. Красная ночная кобра не являлась. Преступник, похоже, на время решил затаиться и ничем себя не выдавать.
Погожим утром я отправилась верхом на белом коне выполнять важное задание. Немало удивилась, когда меня догнал на норовистом вороном жеребце не магистр Мельтаир, а правитель Вельдан собственной персоной.
– Твою защиту я могу доверить только премудрому старцу Мельтаиру и верному первому рыцарю Роланду, – он ответил на мой упрек во взгляде. – Еще самому себе, – прибавил, улыбаясь.
“Жене, похоже, не доверяет. Считает ее угрозой для меня?” – мелькнули подозрения.
Мы поехали рядом.
– Не могу понять, чего добивается твой враг-предатель? – призналась я, стараясь уверенно и элегантно держаться в седле, как подобает леди. Все же очень помогли уроки верховой езды, которые давала еще Матушка Сельма. – Не вижу смысла в запуске чудовищ на окраинные земли. Что может выиграть злодей от подобных пакостей? Если все магические барьеры падут, и злобные твари заполонят Алькорру, его поместью тоже не выстоять под их натиском. Чудовища истребят все живое.
– Думаю, так близко злоумышленник не намерен их подпускать, – предположил Вельдан. – Скажу, чего он добивается. Моего падения. Он хочет, чтобы люди потеряли веру в защитника-дракона и заявили, что больше не нуждаются в таком правителе.
– Враг хочет, чтобы тебя свергли?
– Он знает, что скорее я сам уйду, чем позволю разгневанной толпе выкрикивать слова позора. Честь воина не позволит мне дождаться постыдного финала.
– И не дождешься… Враг напрасно надеется на свой скорый триумф. Мы его найдем и победим.
– Людям необходим дракон. Его могущество, сила. Им нужен защитник, повергающий одним своим видом противника в трепет. Разящий и испепеляющий. Пока люди верят в меня. Но когда их друзей и близких начнут пожирать чудовища, а я не смогу защитить как прежде… Этого кошмара наяву ждет мой враг, и страшный час близится.
– Вместе мы справимся. Премудрый Мельтаир, сказал, что я могу спасти Алькорру. Так и будет.
Вельдан уныло промолчал, и наш диалог прервался.
Скоро мы приблизились к подножию высокой заснеженной горы и правитель огласил задание для снежной ведьмы:
– Видишь громадный ледник на вершине горы? В любой момент он может сойти. Постарайся сдвинуть его с места и направить по склону к реке. По другую сторону горы в широкой долине построена большая деревня. Мы не можем допустить, чтобы лавина обрушилась туда. Я мог бы обернуться драконом и попытаться сдвинуть громаду из снега и льда в нужную сторону. Но я не в силах управлять ее движением. При толчке лавина может пойти совсем не туда, куда ее нужно направить. Мое вмешательство будет связано с риском навредить. Только тебе под силу все выполнить правильно и защитить деревню.
Мы спешились. Я вышла вперед, отмерила солидную дистанцию на всякий случай. Взяла из кожаной сумки книгу заклинаний, выбрала нужное и прочитала мысленно дважды, чтобы освежить в памяти заученные наизусть рифмующиеся строчки.
Мороза я не чувствовала, противодействия тоже. Залитые солнцем горы и леса… Чудесная картина успокаивала, но страх так и силился выбраться из темной норки, отчаянно скребся, щекотал как тропический паук волосатыми лапками. Я боролась, но почти сдалась. Обернувшись, заметила внимательный взгляд правителя – уверенный, без тени сомнения в моем успехе. Поймала мимолетную одобрительную улыбку, и черный паук отступил, надолго уполз в свою норку.
Я произнесла заклинание, пожалуй, громче и эмоциональнее, чем было принято и чем произносила Матушка Сельма. Оно сработало. Ледник податливо качнулся вправо, накренился и покатился к реке.
Вельдан подошел неслышно, снег не хрустнул под ногами, обутыми в дубленые сапоги. Мужчина взял меня за руку, и я от неожиданности вздрогнула, резко повернулась к нему.
– Горжусь тобой, леди Эльвира, – возбужденно произнес правитель. – Восхищаюсь и не могу себе позволить отпустить в подлунный мир. Все, что я прежде говорил… Забудь.
Меня испугали огоньки страсти в его глазах, прерывистый тон голоса и стальная хватка, в которую он заключил мое запястье.
– Прошу тебя, Вельдан, отпусти.
– Сначала выслушай, – другой рукой мужчина обнял меня за талию. – Я тоже поначалу сомневался. Думал, говорить или нет. Признаться, что люблю тебя, или молчать и продолжать стараться сжечь чувства дотла? Я их сжигал, а они возрождались птицей Феникс из пепла. Не ожидал, что когда-нибудь вновь обрету способность любить самозабвенно, как в юности.
– Послушай и ты, – не уступала я, стараясь не выдать, как приятны мне слова мужчины. Горела изнутри так, что не спасала холодная снежная искра. Мучилась, пытаясь не показать свою огненную птицу, возродившуюся из пепла, не дать ей широко раскинуть крылья и взлететь. – У тебя замечательная любящая жена. Ты семейный человек, и храни то благо, которое имеешь.
– Мы с Мелиндой давно стали чужими друг другу, – Вельдан отпустил мое запястье, чтобы скрестить пальцы своих рук за моей спиной, притянул еще чуть ближе, жарко дыша в лицо. Казалось, еще миг и из его человеческого рта как из драконьей пасти извергнется огонь, – и никогда не были так близки, как многие наши знакомые супруги. Я пытался ей утешиться. Старался забыться в ее объятиях после трагедии, горечь которой терзает меня до сих пор. Я считал, что не способен больше любить по-настоящему, так, чтобы каждый взгляд возлюбленной дарил невыразимое словами счастье, возносил без крыльев к облакам… Пока не встретил тебя, Эльвира.
– Ты говорил о трагедии, – напомнила я, используя последнюю деликатную попытку охладить его пыл. – Что случилось?
– Полвека назад я намеревался жениться на девушке из горного селения. Простой крестьянке без богатства и титула. Ее звали Лимира. В те годы я был юн, драконья сила только начала просыпаться. Мы с родителями жили в соседней стране. Я и представить не мог тогда, что люди Алькорры призовут меня и попросят стать их правителем. Хотел учиться в магической академии, но все мои мечты… то, как я представлял жизнь… боги распорядились иначе. Лимира погибла. Я не находил утешения. Долго летал кругами, поджигая от яростной душевной боли горные луга. Старался улететь подальше от селений, чтобы никому не навредить. Отец нашел меня и вернул домой. Лучший друг Роланд помог оправиться от горя, найти в себе силы жить дальше. Потом я встретил Мелинду и решил, будто семейные хлопоты приглушат негаснущее горе потери. Надеялся, что смогу полюбить капризную властную Мелинду так же, как любил нежную мечтательную Лимиру… Напрасно. С годами пропасть между нами только стала шире и глубже. Ее нельзя преодолеть.
– Но я… Если ты несчастлив рядом с Мелиндой, все равно тебе нужна другая женщина. Не такая, как я… Леди-дракон или…
– Я не первый год подумывал о том, чтобы освободить жену. Разводы в Алькорре не такое обычное дело, как в твоем отечестве. Для правителя все еще сложнее. У меня был способ расстаться с женой. В том случае по законам предков я должен был публично обвинить Мелинду в неспособности родить мне наследника. Я не хотел и не хочу для нее такого позора. Но постараюсь расстаться иначе, вопреки желтым пергаментам. Тихо и незаметно подарить ей свободу, и взять в жены тебя. Прошу, не отвергай меня, Эльвира. Не лишай последней надежды обрести счастье после долгих мучительных лет. Я вижу ответные чувства в твоих глазах. Тебе не нужно убивать их. Не выйдет все равно. Истинная любовь бессмертна.
– Прости меня, Вельдан. Да, ты стал не безразличен мне. Но это плохо. Неправильно. Я тебе не подхожу. Не хочу испортить еще часть твоей жизни. Говорят, драконы живут очень долго. Но я не могу заставить тебя снова страдать. Ты заслуживаешь лучшей жены. Той, которая подарит много детей. Самое большое счастье каждой семьи – видеть, как растут здоровыми дети… Врачи поставили диагноз… Лекари подлунного мира сказали, что я бесплодна. У меня не будет детей… никогда. Я могла бы скрыть горькую истину, принять твое предложение… Не спорю, Вельдан, мне приятно его слышать. Чувствуешь, как радостно затрепетало мое сердце. Но разум приказывает говорить честно. Я не для тебя. Могу принести только новую печаль, и ни щепотки счастья. Тебе нужна мать драконов, а не бесполезная пустышка!
Я вырвалась из объятий растерянного мужчины и помчалась к белому коню. Вскочила на него как заправская наездница и понукнула, пуская вскачь.
– Не верю ни лекарям, ни волшебникам! – прокричал Вельдан мне вслед. – Скажу, почему потерял доверие пророчествам премудрых! Старый маг сказал, что видит наше счастливое будущее с Лимирой, троих детей. Не сбылось его предсказание! Лимира погибла! И ты забудь слова подлунных лекарей. Жизнь преподносит сюрпризы. Не всегда плохие. Можно изменить судьбу, если очень сильно желать чуда.
Он постоял на месте, а потом сел на вороного коня и поскакал следом, не приближаясь, но защищая.
ГЛАВА 14. Горностай
У замка наши пути разошлись. Я привязала коня к дереву, зная, что Вельдан по привычке сам отведет лошадей в денники, не дожидаясь придворного конюха.
Идя по саду, заметила быстрое движение. Белое на белом почти невозможно было разглядеть, мне помогла возвращенная волшебным источником острота зрения. Пушистый мех переливался на солнце желтыми и синими бликами в тон снежным кристаллам. Черный носик и глаза-бусинки мелькали и пропадали из вида, ныряя в сугроб.
Горностай старался остаться незамеченным. Двигался перебежками, то и дело приостанавливался, осматриваясь. Я подумала, что зверек ведет себя уж слишком по-человечески. Вот он выскочил на садовую дорожку перед старенькой подслеповатой служанкой, а потом притаился за хвойным кустиком, выжидая, пока мимо пройдет молодой лорд.
Вспомнились слова магистра Мельтаира о том, что многие жители крепости умеют превращаться в зверей или птиц. Захотелось проследить за подозрительно себя ведущим горностаем, но чуткий зверек мог заметить мое преследование. Я спряталась за широкой опорой садовой арки.
Впервые решившись испытать на прочность магическую нить между снежной ведьмой и котом-фамильяром, я взяла из кармана и крепко зажала в ладони связующий камешек.
Мысленно позвала Филимона, прикрыв глаза. Попыталась его почувствовать, увидеть мир его глазами. У меня получилось. Кот сидел на кухонном подоконнике и умывал испачканную сметаной мордочку.
Я вложила в его простенькие кошачьи мысли направление движения. Вынудила спрыгнуть на пол и бежать по указанному маршруту. Как только в поле зрения Филимона попал мелькающий среди низеньких садовых сугробов белый с черным кончиком хвост горностая, тут же я поставила перед любимцем новую задачу – следовать за проворным зверьком, не отставая и не подходя слишком близко.
Каково же оказалось мое удивление, когда горностай примчался в замок и поднялся на второй этаж правого крыла, отведенный в пользование самого правителя и его жены.
Вытянувшись на задних лапках перед одной из дверей, зверек поскребся в нее когтями.
Дверь открыла женщина в темно-красном домашнем платье простого кроя. Ее волосы были растрепаны, словно она только что встала с постели. Глядя на необычного визитера, она откинула волнистые черные пряди с лица, и я узнала Мелинду.
Горностай еще тоньше вытянулся и стал стремительно расти, пока не превратился в молодого на вид мужчину. Невысокого, худощавого, с мелкими темными глазами и длинным, тонким, вздернутым на кончике носом, которым он по инерции продолжил шевелить и в человеческом обличье.
– Тебя никто не заметил? – Мелинда беспокойно завертела головой.
Я велела Филимону спрятаться за цветочной кадкой с зеленым деревцем и пока не выглядывать.
– Ничьего внимания не чувствовал, – ответил мужчина-горностай.
Кошачьими чуткими ушами я услышала, как любовники прямо в коридоре начали обниматься и целоваться, прежде чем уединились в спальне.
Освободив кота от важного разведывательного задания, я пришла в свою комнату, сняла верхнюю одежду и сапоги, легла на кровать.
Понимала, не стоит мне и мечтать об отдыхе. Щеки запылали, а из глаз выплыли скупые слезинки.
Горячие чувства, желания и сомнения рвали меня на мелкие кусочки подобно голодной волчьей стае.
Знает ли Вельдан о неверности жены? Вполне возможно, раз он говорит о Мелинде почти как о постороннем человеке. Без капли нежности.
Должна ли я рассказать о совместных с Филечкой наблюдениях магистру Мельтаиру? Волшебник просил докладывать ему обо всем подозрительном. Не будет ли мой донос копанием в чужом грязном белье? Ужасно не хотелось пачкаться в нем, уподобляться бессовестным алчным корреспондентам бульварной прессы и скандальных телепередач, а еще извечным “подлунным” сплетницам во дворах. Но если горностай и есть главный злодей? Вдруг он тот самый враг, желающий низвергнуть Вельдана? Тогда я просто не могу молчать.
Замешана ли Мелинда в хитроумных преступлениях? Мне казалось, что женщина не стремилась к разводу с правителем, несмотря на любовную связь на стороне. Тем более, Мелинда не должна быть заинтересована в свержении мужа. Ведь для нее это будет означать потерю статуса, права на проживание в замке и прочие неизвестные мне, но вполне реально ей грозящие лишения и притеснения.
***
Прежде чем примерить на себя гаденькую роль доносчика, я решила во всем разобраться самостоятельно. Для начала узнать, кто он – лорд горностай.
Как у государственного казначея, у меня имелся доступ к альбомам, где перечислялись земли Алькорры и владеющие ими люди.
Перелистала немало тяжелых фолиантов, прежде чем увидела нарисованный грифелем портрет молодого человека, похожего на любовника Мелинды.
Лорд Гаррет Келимек. Вдовец.
Навскидку, раз у него не было на данный момент богатой супруги, от которой зависело его благосостояние и положение в обществе, Гаррет вполне мог желать убрать с дороги соперника.
Смущали меня два немаловажных аргумента.
Первый – Гаррет учился в магической академии кое-как, не проявил особых талантов ни в одной из волшебных наук. Окончил ее далеко не с отличием. Вряд ли настолько “талантливый” маг был способен разрушить хоть один даже слабенький защитный барьер.
Второй – помимо роскошного дворца в крепостных пределах Гаррет владел несколькими обширными земельными участками, расположенными на самых опасных территориях, граничащих с кишащими разными чудовищами Темными Землями. Был ли для лорда-горностая смысл в том, чтобы позволять монстрам опустошать его угодья, приносящие неплохой доход?
Не хотелось торопиться с выводами и обвинять в ужасных преступлениях лорда Гаррета, виновного быть может, лишь в чувствах к замужней женщине. Впрочем, если верить Вельдану, его жена практически свободный человек, а значит, имеет право на личную жизнь вне семейного ложа.
Зато для себя сделала вполне определенный вывод. Всеми душевными силами старалась отвергнуть его, а он так и вертелся в голове, будоража сердце. Измена Мелинды как будто подарила мне право на то, чтобы принять предложение Вельдана. Быть вместе с ним.
Я решила провести небольшую проверку, прежде чем говорить о лорде Гаррете с кем-то, кроме юной служанки Тариты.
Позвала девушку в свой кабинет, показала ей портрет Гаррета, на время изъятый из Земельного Альбома и спросила:
– Постарайся вспомнить, точно не этот лорд угощал тебя кусочком торта? Не его черты лица скрывались под пышными усами и бородой?
– Нет, – мотнула головой Тарита. – Там был другой господин.
***
Я вернула портрет в альбом. Закрывала кабинет на ключ, выйдя в коридор, когда ко мне быстрыми, но тихими, почти бесшумными шагами, подошел Вельдан.
Наши взгляды встретились.
– Хочу тебя пригласить на осмотр наших новых пограничных барьеров у Темных Земель, – сказал он, и, немного помедлив, продолжил страстным полушепотом. – Предчувствую, что снова ты захочешь скрыться от меня, Эльвира. Но, умоляю, выслушай всего немного слов. Я привык жить без детей. Забыл, каково это – мечтать взять на руки новорожденного сына или дочь. Смирился с тем, что великое счастье отцовства существует в мире не для меня. Пробовал вообще забыть о счастье, как о явлении, украшающем жизнь, разгоняющем повседневный туман. Ты помогла мне понять важную истину – радость семейной жизни может быть доступна паре и без детей. Если двое любят друг друга, то каждый ласковый взгляд, каждое нежное прикосновение делает их счастливыми. А будет ли плодороден их союз, решать только богам. Но разве сам великий дар любви ничего не значит? Да, его нельзя увидеть и потрогать, потрепать по мягким кудряшкам как любимого малыша, его нельзя угостить сладким печеньем или проводить на первый урок. Но это не означает, что его не существует и люди не имеют на него права, если маги или лекари что-то сказали… Они мнят свои слова последней истиной. Говорят, все доказано, но… мир… он так велик, и так… непознаваем до конца, непредсказуем и недоказуем. Ни лекари, ни звездочеты, точно не знают, что будет, и достоверно не помнят, что было… Там почему должны мы слушать их, а не самих себя? Если наши сердца рвутся друг к другу, отбивая единый ритм…
– Ты прав. Ни лекари, ни мудрецы… никто не вправе решать за нас… Вершить наши судьбы, – всего на миг я уступила кипящему чувству, и меня затянуло в объятия мужчины словно в водоворот.
Мы долго целовались в коридоре, не думая от том, увидит ли нас кто-то из жителей или гостей замка. Так жарко, так страстно, что мы словно горели в ласковом, не разрушительном пламени. Очень не хотелось отпускать друг друга, но Вельдана ждали защитники опасных границ.
Воины нуждались и в помощи гостьи из подлунного мира. Мне впервые предстояло пока еще не возвести свой, а укрепить созданный силами десятками опытных волшебников заградительный магический барьер.
ГЛАВА 15. Трава забвения
Прекрасный полет, захватывающий дыхание не только от встречного ветра, но прежде всего от счастья. Хотелось раскинуть руки, как в известном фильме, но я не отважилась рискнуть. Крепко держалась за белые шипы, растущие из темно-синей чешуйчатой кожи.
Вельдан облетел от края до края громадную каменную стену, построенную между обрывистых гладких скал высоких соседних гор. Прямо за ней начиналась казавшаяся бездонной темная пропасть. Взобраться на горы по скользкой обледеневшей породе, чтобы обойти стену поверху, было практически невозможно человеку, но кровожадным тварям темноземелья это удавалось. Для того и возводили колдуны и ведьмы невидимый простому глазу магический барьер, поднимавшийся выше горных вершин.
Сойдя со спины аккуратно опустившегося на стену дракона, я оказалась на узкой дорожке. Выглянула между каменными шипами, за которыми во время битвы прятались лучники. Увидела сплошной мрак. Черные острые скалы, клубящийся над пропастью темно-серый туман.
Ко мне подошла молодая рыжая ведьма. Легким мановением руки она сделала защитный барьер видимым глазам новенькой помощницы. Он имел светло-синий полупрозрачный цвет. Ведьма показала мне, как вливать в него силу, укрепляя устойчивость к магическим атакам. Ее стихией была земля, и в потоке энергии виднелись желтые песчинки, а в моем четко просматривались, если хорошенько приглядеться, ажурные кристаллики снежинок.
После ритуала я почувствовала сильнейшую усталость, чего и следовало ждать. Придерживаясь за каменный зубец, нашла взглядом дракона, приземлившегося на равнине. И, о чудо, остаток неиспользованной магической силы, сохранившийся внутри моего измученного ноющего тела, вырвался из груди большой снежинкой. Такого размера, какие из бумаги вырезают дети, чтобы приклеить на окна в преддверии зимних торжеств. Она полетела к дракону и вонзилась в сугроб прямо перед его носом. Удивленный Вельдан понял знак и стал осторожно разгребать когтистой лапой снег в месте падения. Из-под белого покрова показался маленький зеленый кустик.
Дракон прилетел на стену, чтобы забрать меня и доставить к чудесной находке.
– Снежная искра тебе указала не на простую траву. На волшебную. Я чувствую, как от нее струится сила, но не могу понять ее предназначения. Не встречал таких диковинных растений в магических томах, – прорычал Вельдан.
Дракон игриво, легонько подтолкнул меня мордой к темно-зеленому кустику с округлыми листочками, из сердцевины которого поднимался на тонком черешке нежно-голубой цветок, по форме лепестков похожий на подснежник.
– Трава забвения. Матушка Сельма рассказывала о ней, – я аккуратно сорвала цветок, стараясь не навредить растению. Взяла ситцевый носовой платочек из сумки, завернула в него волшебную находку и положила в сумку. – Великая редкость на землях Алькорры. Она помогает людям забыть страшные, тяжелые моменты, которые мешают им дневными и ночными кошмарами, непрестанно мучают и не позволяют увидеть яркие краски жизни. А тем, кому от злого умысла затуманили ясную память, трава поможет вернуть правдивые воспоминания. Нужно добавить цветок в чай Тариты. Будем вместе надеяться и верить, что трава забвения поможет девушке вспомнить сокрытое под черной магией и раскрыть личность злодея.
Дракон согласно кивнул.
***
Вернувшись в Замок Властителя, я заварила чай с травой забвения и принесла его в комнату юной служанки.
Испуганная Тарита выскочила мне навстречу. На ее правой руке зиял глубокий порез.
Девушка рассказала, что один из приставленных к ней для защиты рыцарей напал на нее с ножом и попытался убить. Шустрая Тарита успела увернуться, и чудом осталась в живых. Второй рыцарь бросился на подосланного убийцу, дрался с ним и побежал его преследовать.
Тарита хотела позвать на помощь лорда Роланда, но ее связующие камешки пропали. Кто-то выкрал их.
Я воспользовалась своими связующими камешками. Попробовала вызвать Вельдана, магистра Мельтаира и… кота для проверки. К нам пришел только Филимон. Правитель и магистр не ответили.
Во мне похолодело не от снежной искры. Вернулся колючий страх – почти забытый, приглушенный радостью новой любви.
Пролетела ледяной кометой страшная мысль – вдруг правитель и магистр попали в беду?
Впрочем, если пораскинуть вялым от потери сил умишком – что может грозить могучему дракону и великому волшебнику? Кто посмеет напрямую, а не далекими и мелкими пакостями противостоять им? На просторах Алькорры нет других драконов и великих магов…
Я попыталась успокоиться, перебрала в уме возможные препятствия не злодейского происхождения. Магнитные бури? Если в подлунном мире случаются проблемы с сотовой связью, но почему в двулунном мире не быть помехам волшебной связи?
Старалась не напугать своим волнением бедную Тариту. Обработала ей рану лечебным раствором и попросила выпить чаю с травой забвения.
Служанка послушалась. Сидя на кровати, пила заговоренный чай крошечными глотками, делая долгие паузы. После каждого глотка ее голова начинала кружиться все сильнее. Я сидела рядом, придерживая девушку за руку и под спину, чтобы не ударилась затылком о каменную стену при падении без чувств.
Тарита выдержала нелегкое испытание. Допив чай, не легла на кровать, побоявшись и в самом деле провалиться в обморок или сон. Пригнулась, опершись обеими руками о колени. Некоторое время молчала. Сквозь медленно рассеивающийся, с большой неохотой отступающий туман в сознании, она пыталась увидеть то, что хотели надежно спрятать злоумышленники.
– Лорд Гаррет был там… Рядом… – начала говорить измученная девушка, тяжело вздыхая. – Мужчина с усами и бородой, который подал мне кусок торта… Он… не аристократ. Лакей. Не могу вспомнить, кому служил… Могу ошибиться, но думаю, бывшему главному казначею лорду Берриму… Больше ничего не знаю.
– Я чувствую, ты знаешь нечто еще более важное, – я накрыла ее пальцы своими и заглянула в лицо, утешая и придавая смелости ласковой улыбкой. – Постарайся вспомнить, Тарита. Прошу тебя.
– Я пытаюсь. Ничего не получается, – всхлипнула девушка.
– Попроси волшебную траву забвения помочь тебе вспомнить самое главное. Чего боялись злодеи? Что хотели спрятать сначала за магическим туманом разума, а позже вообще решили тебя убить. Они чего-то боялись. Их страх может стать нашим оружием. Ни правитель Вельдан, ни магистр Мельтаир, ни лорд Роланд… никто из них не отозвался. Если Филечка услышал зов, то и они… – я сама чуть не заплакала, но быстро вернула над собой контроль, – не могли не слышать. Что если они попали в беду?
– Только не это! – зарыдала Тарита.
– Да, нам проще верить, что с ними все хорошо. Но пока мы сами не убедились, вера не должна быть слепой. Вдруг мы – единственные, кто их может спасти? Вспоминай, Тарита! Не сдавайся!
Я больно дернула прядь ее волос, призывая к действию и отвлекая от панического расстройства.
– Несколькими днями раньше, не помню когда точно, я видела в подвале замке лорда Гаррета, – девушка пришла в себя и вновь заговорила.
– Горностаем или человеком? – спросила я.
– На горностая не обратила бы внимания. Я не умею превращаться ни в зверя, ни в птицу, и не чувствую оборотней так, как они ощущают друг друга на расстоянии. Подумала бы, что горностай пришел в подвал мышей ловить. Я спешила в кладовку для варений и солений. Хотела взять сливовое повидло. Случайно увидела, как лорд Гаррет свернул вместо винного погребка в тупик замурованного подземелья. Тихонько за ним подсмотрела. Не думала, что он заметит меня. Оказалось, старый тоннель, который ведет в самое сердце горы, не замурован ради безопасности жителей замка. Лорд Гаррет при помощи магии открыл потайную дверь, а потом увидел меня. Он побежал за мной. Я мчалась что было силы к лестнице, но лорд Гаррет меня догнал. Тут сверху послышались шаги. Видимо, поэтому лорд Гаррет не решился меня убить. Затуманил мне память и сбежал. Старый кучер Тодти, большой любитель выпивки, спускался за вином и нашел меня лежащей без чувств на нижних ступенях лестницы. Кучер подумал, что я упала и ударилась головой. Я и сама так считала, но теперь… Мы должны найти подмогу и спуститься в подземелье. Нужен отряд воинов.
– Которые могут сами напасть на нас вместо защиты и помощи? Нет! Пойдем одни, если не отыщем тех, кому без сомнения можно доверять. Правитель Вельдан сказал, что верит лишь магистру Мельтаиру и лорду Роланду.
Даже не знаю, откуда во мне взялось столько храбрости. Почувствовала себя леди-рыцарем. Еще не начинала, как подобает, учиться обращению с мечом. Всего раз подержала его в руках и прочувствовала, какой он тяжелый и настолько с ним трудно управляться. Без преувеличения настоящее искусство, которому жители северного края учатся с детства. Мне советовали сначала освоить магическое ремесло, прежде чем браться за оружие. Но меня так сильно терзало нарастающее предчувствие смертельной угрозы, что я смело подхватила с пола одноручный меч, выроненный рыцарем в сражении с предателем.
– Идем! – приказным тоном обратилась к Тарите, – Если готова к опасным приключениям ради спасения друзей.
– Я готова, – девушка решительно встала с кровати.
Филимон требовательно мяукнул. Кот изъявил желание пойти с нами.
