Текст книги "ИльРиса. Обрести себя (СИ)"

Автор книги: Ольга Кобзева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 19 страниц)

Глава 7

Вот он и настал – день обряда. Накануне вечером бабушка сама принесла мне чай.

– Выпей, милая, – предложила она. – Этот сбор мне Хелиса готовит, когда день суматошный выдается. Сбор успокоительный, уснешь легко и завтра будешь свежей и бодрой.

С благодарностью приняла чашку, осушила в несколько глотков и правда легко и быстро уснула. Никакие мысли и тревоги не мучили. И вот это утро настало. Обряд обычно проходят в первой половине дня, бывает, что и на рассвете. Но мы заранее договорились о времени ближе к обеду. В храм лиар и лиария едут раздельно. Входов два – мужской и женский. Лиарию сопровождают родные и близкие, проходят вместе с ней через женский вход. Лиара, соответственно, тоже.

– ИльРиса, – тихо стукнул отец, когда я уже была практически готова. В платье, причесанная, осталось только перекусить немного, потому что обряд может продлиться и несколько часов. А после горожане часто собираются у главного входа, поздравляют, стремятся коснуться пары. Верят, что это приносит удачу. У меня наготове был мешочек с небольшими подарками, которые я смогу раздать собравшимся молодым девушкам.

– Уже пора? Я почти готова, – с плохо скрываемым волнением откликнулась я.

– Нет, время еще есть. – Отец вошел в комнату. – Ты такая красивая! – выдохнул он, смотря на меня любящим согревающим взглядом. – ИльРиса, есть кое-кто, кто хочет с тобой поговорить.

– Ивистан? – встрепенулась я.

– Нет, – посерьезнел отец. – Ему придется подождать обряда. Проходите, – крикнул он кому-то в сторону двери.

– Дядька Никос! – не удержалась я от крика и бросилась к арису, неуверенно входящему в двери. – Тетушка Дизара! – обнимала по очереди обоих. Слезы предательски потекли по щекам.

– Ну-ну, дочка, – привычно проворчал дядька Никос. – Глазки покраснят, как жениху покажешься? А красивая-то какая! – прицокнул он.

– Тетушка Дизара, как я рада вас видеть! – искренне выдохнула я. – Папа! – обернулась к лиару. – Спасибо!

– Ладно, не буду мешать, – советник изо всех сил старался скрыть эмоции и выглядеть твердо и непоколебимо, выходило откровенно плохо. – Времени не так уж много осталось, – уже у выхода напомнил он.

– Как же хорошо, что вы приехали! – с широчайшей улыбкой я смотрела на тех, кто стал для меня дорог не меньше семьи, хотя, по сути, они тоже моя семья! Пусть и не по крови. – Проходите, – засуетилась. – Голодные? Я как раз собиралась перекусить.

В этот момент заглянула бабушка, но понятливо не стала мешать. Арисы и так жутко смущались. Выглядели оба превосходно, кстати. Отец позаботился и о новых нарядах для дорогих мне люд… арисов.

Принесли обед, три комплекта приборов. Простые блюда, ничего вычурного, простые приборы. Никому не пришлось смущаться. Нам быстро накрыли небольшой столик тут же, в моей гостиной.

– Торопишься ты, – не удержалась Дизара, когда слуги вышли, оставляя нас втроем. – Не нравится мне твой лиар.

– Тетушка Дизара, он хороший! – улыбнулась я, не разделяя ее страхов и сомнений. – Я его люблю.

– Главное, чтоб счастья дал, – внес свою лепту Никос. – Хотя я тоже думаю, что не тот это лиар, кто счастье тебе составит. Больно скользкий он, что ли.

– Дядька Никос, я свой выбор сделала, не стоит больше об этом, – мягко остановила я.

– Батька твой удивил, – поделился арис. – Прибыл с утра, сбирайтесь, говорит. Уж я перепужался, а Дизара-то и спрашает, куда мол, ничего не нарушили вроде. А батька твой наряды достает, дочка обряд, говорит, проходит. А вы ей родня, что ли. Приятно хочу сделать. Ну, Марси не стал ломаться, за хозяйством приглядит, покамест не вернемся.

– Ох и страшно было по переходу йти, – вмешалась Дизара. – Но Матушка-создательница уберегла, живы оба и целы.

– Как же я вам рада! – снова выдохнула я. – А по переходу и мне в первый раз страшно было идти, но он безопасен. Зинара не нашлась? – спросила после небольшой паузы.

– Не нашлась, дочка, – нахмурилась Дизара. – Ни слуху, ни духу, никаких известий о ней нету.

– Марси как? Горюет?

– Горюет, еще как горюет! Да в сыне утешение ищет, с дьяртами вот возится. Но взгляд нет-нет, а шальной ловлю. Еще раз ездил он окрест, все спрашивал, выспрашивал, може кто ее видел. С мужиками лес прочесали, хоть бы косточки найти, да успокоиться. Но нет, ничёго не нашли.

– Куда же она подевалась? Странно все как-то.

– Как есть странно, дочка, – согласно покивал Никос. – Марси, дурень такой, думает твои стражи ее занесли куда, да бросили.

– Так оба они холостые у меня, и Олдрин, и Ревен. Бескрылые, – пояснила, видя, что Никос не понял. – Не могли они ее никуда занести. Да и не верю я в это, если честно. Даже если сделали бы, то признались. Нет, тут другое что-то. Сама она куда-то ушла, что и следов никаких.

– Не будем о плохом, – прервала наш разговор Дизара. – Сегодня о другом говорить надобно. Жить-то вы где будете? В Луидоре али еще где?

– В Житеце. У семьи Ивистана дом в городе есть. Но я и Тиллиорку бросать не хочу, буду часто приезжать. Кстати, дядька Никос, что с ягодами? Собрал? Уродили?

– Еще как уродили! – довольно крякнул арис. – Собрал, мальчишки помогали. Все на рынок свез, в три дня продал все до ягодки.

– Точно, что до ягодки! – хмыкнула Дизара. – Ни увара наварить не дал, ни засушить, все отвез на рынок!

– Так, а монеты я кому отдал? – искренне удивился арис. – Сама же забрала, пересчитала, да схоронила где-то.

– Ничего не схоронила! – отрезала Дизара. – Загон Марси на те монеты ставит, да корму набрал хорошего.

В дверь постучали.

– Лиария ИльРиса, – заглянула Мариса. – Лиария Эндлерон велела передать, что выходить пора. Лиар Туаро внизу ждет. Арис Никос, ариса Дизара, вам вниз спускаться велено, экипаж у крыльца дожидается, на котором к храму поедете.

– Мы что же, прям и в храм тоже поедем? – удивилась Дизара.

– Тетушка Дизара, в храм лиарию провожают самые родные и близкие, а вы для меня как раз такие и есть. Мне будет очень приятно, если вы со мной на обряд поедете.

– Ох, дочка, честь-то какая! Там же сплошные лиары будут, куда ж нам?

Но, тем не менее, оба выглядели довольными, пусть и смущенными немного.

– Давайте я помогу прическу поправить или платье? – Мариса посторонилась, пропуская арисов ко входу.

– Проходи, Мариса, – кивнула ей. – Прическа вроде в порядке, сейчас только руки вымою, да и все.

– Лучше я вам салфетку намочу, – предложила девушка. – Чтобы платье не промочить ненароком. И вот тут еще прядку заправлю, – она осторожно поправила мои волосы, посмотрела со всех сторон и удовлетворенно заявила, что все, я готова.

Привела руки в порядок, немного обтерла разгоряченное лицо, стараясь сбить волнение. Все, тянуть больше нельзя, пора выходить. Уже сегодня я стану ИльРисой Рейзенар. Обрету вторую ипостась, смогу подняться в небо… Интересно, какого это? С волнением справиться не удалось и когда я спустилась вниз. Отец ждал у лестницы. Не отрываясь, смотрел на меня, пока шла вниз.

– Не верю, что отпускаю тебя так скоро, – с грустной улыбкой заявил он, предлагая мне руку. – Не передумала?

Как ни странно, именно этот вопрос вернул мне самообладание.

– Не передумала, – твердо заявила отцу. – Я готова, поехали.

На всем пути до храма, а это не слишком долго, всего несколько минут, горожане забрасывали экипаж цветами, выкрикивали что-то приветственное, а я глазела по сторонам и иногда махала в ответ. О том, что сегодня дочь советника проходит обряд стало известно, как только мы сообщили дату и договорились со жрецом при храме. Обряд будет проводить главный жрец Рашииса – лиар Тьирос.

Экипаж подъехал не к главному входу, а к так называемому входу для лиарий. С противоположной стороны вход для лиаров. Здесь меня уже встречали бабушка с дедом, Каэль, Лестиция, Никос с Дизарой, приехавшие буквально на несколько минут раньше и лиария Сохар с группкой молоденьких лиарий. Поздоровавшись со всеми и перебросившись парой фраз, мы прошли внутрь.

Нас ждало небольшое каменное помещение арочного типа, никаких алтарей, икон и прочего. Предполагается, что здесь старшие рода дают последние наставления, прежде чем отпустить лиарию в главный зал. Прежде чем она сделает шаг в новую жизнь. Папа поцеловал меня в щеку, ненадолго прижал к себе и отпустил, чтобы я могла подойти к бабушке.

– Все будет хорошо, милая, – лиария Далиша подвела меня к неприметной дверке, ведущей в главный зал. – Помнишь, ты идешь первой, а как только контур будет замкнут, мы тоже сможем войти.

– Помню, бабушка. Папа мне все рассказал. Как думаешь, Ивистан уже там?

– Думаю, он так же, как и ты получает последние наставления от своей семьи, – ласково улыбнулась лиария. – Двери откроются одновременно, когда вы оба будете готовы. Что ж, Иль, Матерь-создательница в помощь!

– Подождите! – резко выкрикнула Лестиция, стремительно приближаясь. – Я тоже хочу дать последние наставления племяннице, – приторно улыбнулась она, совершенно очевидно нервничая.

– Не буду мешать, – бабушка понятливо отошла, оставляя нас наедине.

– Ты совершаешь ошибку, – зашипела Лестиция, заступая мне дорогу.

– Тетушка, – кивнула ей, мысленно считая до десяти. Лестиция все эти дни неоднократно искала со мной встречи, но я подспудно что-то чувствовала и намеренно избегала общения с ней. Но прямо сейчас мне некуда бежать, придется выслушать. – О чем ты говоришь? – я собой горжусь, голос не дрогнул.

– Ивистан не тот, кто тебе нужен! – уверенно заявила лиария вполголоса.

– И почему же? – сцепила руки в замок, сжала до побеления пальцев.

– Просто поверь! – Лестиция сделала шаг ко мне. – Я видела истинные пары, – еще ближе подалась она. – Так вот, ваша не такая.

– Что ж. Спасибо, я услышала.

– Самоуверенная идиотка! – прошипела тетушка, едва не брызжа слюной. – Уходи отсюда, пока не поздно!

– Это что, угроза? – удивилась я.

– Ну что ты, Подарочек! – мерзко захихикала Лестиция. – Ни в коем случае! – Она замолчала, будто обдумывая следующие свои слова, а потом все же решилась. – Если ты сейчас уйдешь, я расскажу, кому понадобилось травить твою агрию, – тихо выдала Лестиция.

– И кому же?

– Условие ты слышала, – усмехнулась тетушка. – Ничего хорошего тебя за этой дверью не ждет, – кивнула она на дверь в главный зал. – Просто уходи!

– Лестиция, что я тебе сделала? – не удержалась от вопроса, вдруг успокаиваясь.

– Ты и не могла бы мне ничего сделать, как ни старайся, – фыркнула лиария. – Я помогу тебе уйти достойно. Согласна?

В этот момент дверь передо мной распахнулась, и я увидела, что напротив, шагах в тридцати или больше открылась точно такая же дверь, и там сейчас стоит Ивистан. Стоило только увидеть парня, сердце радостно забилось. Разговор с Лестицией отошел на второй план, неведомая сила потянула меня к двери.

– Вот, возьми, – Лестиция что-то сунула мне в руку. – Ты еще пожалеешь, что не ушла! – скрипя зубами от невозможности меня остановить, заявила родственница. – Раздави шар у зеркала, сама все поймешь! – это были последние слова, которые я от нее слышала.

Небольшой теплый шарик сунула в кармашек, спрятанный в складках платья, и шагнула навстречу своему счастью. Ивистан с тревогой смотрел на меня. Он наверняка видел Лестицию, и ему это не понравилось. Но все это не имело сейчас никакого значения. Были только он и я. И больше никого.

Глава 8

Сделав несколько шагов, я смогла ненадолго оторваться от взгляда будущего мужа и быстро осмотрелась вокруг. Пока что в огромном каменном зале храма мы с Ивистаном были одни. Хотя нет, не одни – чуть в стороне, смиренно сложив руки пониже груди, в яркой алой рясе длиной до пола молча ожидал главный жрец Луидора – лиар Тьирос. Ну, я так думаю, что это он. Лично не знакома, просто именно он должен проводить обряд.

Легким движением руки жрец пригласил нас обоих приблизиться к нему. Несколько шагов, и вот мы у высокого каменного постамента, на вершине которого ярким пятном выделяются два красных браслета. Один пошире, мужской, другой поуже – женский. Мой, – улыбнулась про себя. Жрец встал за колонну, мы по обе стороны от него.

– Добровольно ли ты пришел в храм, сын Матери-создательницы? – обернулся жрец к Ивистану.

– Добровольно! – четко ответил он.

– Добровольно ли ты пришла в храм, дочь Матери-создательницы? – пришла моя очередь услышать вопрос.

– Добровольно, – громко высказалась в ответ.

– Опустите ладони на алтарь, – пригласил жрец, делая несколько коротких шагов назад.

Стоило нашим рукам опуститься на каменный постамент, на котором дожидались своего часа браслеты, воздух вокруг вспыхнул, очерчивая только нас двоих широким энергетическим кольцом. В следующую минуту двери за нашими спинами вновь распахнулись. Зал быстро наполнялся теми, кто пришел поддержать нас в этот день. Я, стоя спиной, видела только тех, кто пришел с Ивистаном. Он же, в свою очередь, только моих близких.

Собравшиеся гости из-за окружившего нас прозрачного купола виделись нечетко, но вполне угадывались. Женефра, моя без пяти минут свекровь, явно питает слабость к чрезмерно декольтированным нарядам. Вот и сегодня ее платье прикрывало не самую молодую, будем честны, лиарию, начиная лишь от самых сосков. Плечи, шея, широкая полоса тела от груди вниз – все было полностью обнажено и не прикрыто даже малейшим кружевом. И на чем только это платье держится? – невольно задумалась я. Юбка Женефры, на первый взгляд казавшаяся целомудренной, разлеталась широкими полосами при каждом ее шаге, обнажая ноги почти до паха. Кроме матери и отца, в двери со стороны жениха прошли еще более десяти лиаров и лиарий, совершенно мне незнакомых. Насколько я знаю, сестер и братьев у Ивистана нет, может, другие родственники? Или близкие друзья? У меня за спиной слышались тихие перешептывания, тогда как приглашенные четой Рейзенар в голос обсуждали собравшихся, громко здоровались с лиарией Сохар, моими отцом, бабушкой и дедом. То и дело слышались совершенно неуместные сейчас взрывы хохота, они даже позволили себя пройтись нелестно по присутствующим в храме арисам.

Ивистан извиняюще улыбнулся мне и подмигнул. В тот же миг я расслабилась. Какая разница, кто с нами в храме, главное здесь мы с ним! И вот-вот станем мужем и женой. Все остальное – мелочи, сущие пустяки.

Папа подробно рассказал мне, как проходит обряд, так что теперь я почти не нервничала, зная, что будет дальше.

Жрец поднял руки вверх, призывая к тишине. Не сразу, но разговоры, смешки и перешептывания стихли.

– Дети Галлеи, – начал жрец негромко, однако его голос будто отражался от стен зала и звучал, словно усиленный. – Все мы пришли сюда в надежде увидеть рождение истинной пары, своими глазами лицезреть милость наших Богов! Пары, благословленной Матерью-создательницей и отмеченной Отцом-созидателем. Пары, способной подарить Рашиису сильное потомство, дабы продолжить род исконного народа Галлеи! Все мы дети Матери-создательницы и в этот день нет между нами различий. – Жрец замолчал, но его голос еще несколько секунд будто висел в воздухе. – Дети Матери-создательницы! – вновь зазвучал сильный голос. – Парные эсклаважи – не просто украшение, это прежде всего символ! Символ добровольных уз, принимаемых на себя лиарами. Символ связи, соединяющей пару. Ни он, ни она больше не будут принадлежать сами себе, их судьбы, их жизни, их пути станут связаны навек, стоит только принять эсклаваж, – пафосно вещал жрец. – Должен предупредить что, надев эсклаважи, пути назад уже не будет, незамедлительно начнется обмен энергиями. Циани лиарии и циани лиара выплеснутся наружу, перемешаются, чтобы слиться воедино, дабы подарить нашему миру еще одну истинную пару. Первым символ связи из рук будущей пары принимает сын Галлеи. – Жрец замолчал, делая паузу, все внимание сосредоточилось на нас.

Теперь я должна была взять браслет и подать его Ивистану. А он самостоятельно надеть на руку, но взять именно из моих рук, а не с алтарного камня.

Посмотрела на Ивистана, вот он момент, которого мы оба ждали. Улыбнулась парню, на миг смутило странное, напряженное, даже будто виноватое выражение лица лиара. Но медлить не стала. Протянула руку и взяла с алтарного камня мужской браслет…

Стоило мне только взять его в руки, как в тот же миг браслет изменился. Вскрикнула от неожиданной острой боли и какого-то неясного пока ощущения. Мужской эсквалажи вдруг стал будто сплетенным из колючей шипастой лозы. Причем шипы настолько длинные и острые, что по моим ладоням тут же потекли тонкие струйки крови. Одновременно с этим появилось впечатление, будто меня омыло чистой водой. Изнутри. Появилась странная легкость, ясность сознания.

– Матерь-создательница не благословила этот союз, – услышала шепот жреца, отшатнувшегося от алтаря и от нас, будто испугавшись запачкаться в немилости.

Бросила быстрый взгляд на отшатнувшегося лиара, потом на собравшихся, подавшихся вперед в попытке рассмотреть происходящее под куполом, и, наконец, как в замедленном кино подняла глаза на Ивистана. В первый миг даже не поняла, что не так. Парень вдруг стал видеться и ощущаться иначе, по-другому. На первый взгляд, передо мной все тот же лиар… но нет, пропала истовая тяга к нему, симпатия осталась, но всепоглощающей любви, желания касаться, жажды его прикосновений, поцелуев и ласк не стало, все исчезло.

Я еще не поняла, что происходит, до конца не осознала того, что случилось. Вслед за ясностью сознания пришла горечь, настолько явная и ощутимая, что меня замутило. От нахлынувших ощущений пошатнулась, едва сумев устоять.

Мутным взглядом я смотрела на браслет в своих руках, на капли крови, капающей на платье и каменный пол. Все случилось так неожиданно, странные чувства еще предстояло осознать, а пока я просто не понимала, что делать дальше, как быть. В ушах набирал силу странный гул...

– ИльРиса! – ворвался в сознание голос, еще секунду назад бывший родным. – Прошу, умоляю выслушай! – Ивистан протягивал ко мне руки. Помотала головой, отчаянно моргая. Передо мной стоял будто другой мужчина. Нет, выглядел он также, но ощущался совершенно иначе. Ивистан упал на колени. – ИльРиса, клянусь, я люблю тебя! Умоляю, услышь меня!

Шум со стороны центрального входа заставил меня обернуться. А может мне просто нужна была передышка хоть на миг, хоть на полсекундочки. Мощные деревянные двери во время обряда были плотно затворены, открываясь только, чтобы выпустить в мир новую пару, прошедшую обряд единения. Сейчас же со стороны главного входа слышались глухие удары, а спустя миг двери резко распахнулись. Из-за слепящего солнца за спиной вошедшего и мутной пелены преграды вокруг нас с Ивистаном я не сразу поняла, кто так решительно идет по проходу, выкрикивая что-то на ходу.

РикШенс, это был он. Неотрывно я смотрела на лиара, стремительно сокращавшего расстояние от входа к алтарю. Когда парню оставалось сделать последние пару шагов, перед ним вдруг выросла еще одна преграда. Яркая золотая сеть резко соткалась прямо из воздуха, окружая нас с Ивистаном вторым кольцом. Жрец теперь тоже попал в это окружение.

– Остановите обряд! – смутно расслышала я громкий голос РикШенса.

К нему подошел отец, все в храме выглядели возбужденными, взволнованными. И хоть выражения лиц я видеть не могла, это читалось в движениях, жестах, в гуле, поднявшемся вследствие тихих разговоров.

– ИльРиса, – снова привлек внимание Ивистан. – Я знаю, что виноват, – торопливо шептал он. – Но клянусь тебе, мои чувства настоящие! Дай мне браслет, прошу, давай закончим обряд!

Ивистан рывком поднялся с колен и подошел ко мне. Непроизвольно сделал шаг назад, упираясь в первый защитный контур. С той стороны преграды бесновался РикШенс, нанося магические удары по золотой сети, стараясь пробиться. Что-то кричал отец. Все в храме громко говорили, кричали, куда-то показывали…  У меня в ушах стоял такой гул, что я слышала, но просто не понимала никого вокруг. Звуки доносились, но нечетко. Резко и очень сильно закружилась голова, я пошатнулась. Ивистан тут же подскочил и обнял за талию, придерживая, обнимая. Как же я млела от его объятий раньше! А теперь мне захотелось отстраниться.

Ивистан попробовал сам взять у меня браслет. Отступила, выпутываясь из объятий. За пеленой двух преград бился РикШенс, его оттаскивал отец Ивистана, советник и дедушка.

– Дочь Галлеи, ты должна понимать, – внимание на себя перетянул жрец. Голос служителя доносился отчетливо, будто и не было в храме всей этой вакханалии. – Ваш союз не нашел благословения Матери-создательницы. Если желание ваше неизменно и обоюдно, тогда ты, сын Галлеи, должен принять акантастер в качестве наказания. Смиренно надеть его на руку, дабы всю жизнь помнить этот момент.

– Я готов! – выкрикнул Ивистан, протягивая руку за браслетом.

– Нет, – помотала головой. – Что происходит? – обернулась к жрецу. – Я не понимаю, – вытолкнула из пересохшего горла. От волнения едва не забыла слова. Переводила взгляд с Ивистана на жреца и обратно в надежде, что кто-нибудь мне объяснит, что происходит!

– Матерь-создательница защищает своих детей, не дает им совершить ошибку и в момент обряда сводит на нет все наведенные чары, – монотонно поведал жрец. – В момент принятия решения пары должны быть трезвы разумом. Если один из пары недостоин благословения Богини, он несет бремя наказания всю жизнь. Отдай эскважи сыну Галлеи и надень свой – тогда обряд свершится.

– Нет! ИльРиса, не смей! – пробился ко мне злой голос РикШенса. Даже не взглянула в ту сторону.

Замотала головой, стараясь выбросить последние минуты из головы, отступила вбок на несколько шагов от Ивистана и снова уперлась спиной в твердую преграду первой завесы. Браслет выпал из ослабевших пальцев. Мысли в голове никак не хотели сложиться в правильный вывод. Хотя где-то в глубине души я уже знала причину происходящему.

– ИльРиса, – простонал Ивистан. – Умоляю, дай мне шанс.

В ушах шумело, по щекам потекли слезы от накатившего разочарования, дышать вдруг стало неимоверно больно, каждый вдох давался с большим трудом, нежели предыдущий. Отчаянно замотала головой. Как же я хочу оказаться как можно дальше отсюда! Зажмурилась и представила свой дом в Тиллиорке. Родные стены, орешник, слётки на деревьях. Бриана, полощущая белье в тазу неподалеку от входа, Гриса, приведшая своих котят с прогулки. Шум леса, запах молодой травы…