Текст книги "Слёзы гор (СИ)"
Автор книги: Ольга Хараборкина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)
– Ярогнева, ты здесь? – благородной опять было нужно внимание. По негласному соглашению, мне достался чердак башни. Мое одиночество здесь никто не нарушал. Почти все время я проводила наверху, стараясь не встречаться ни с одним из гостей. Они мое желание понимали, но не разделяли. Особенно гневался раненый, утверждая, что наверху слишком холодно и хозяйка не должна мерзнуть. В его поведении было слишком много странностей. Гар Хейм постоянно ставил меня в тупик. Его поведение никак не стыковалось с поведением остальных гномов. У меня создавалось впечатление, что он наслаждался моим присутствием рядом с ним. Он даже еду, когда был слаб, принимал только из моих рук. Хотя благородная очень рвалась накормить Айрдгала. Ее можно было понять. Он был красив. Нет ни эльфийской красотой, а чисто мужской. У него были рубленые черты лица, казалось, гнома сделали из камня. Ко всему прочему он не носил бороду и был гладко выбрит. Лично мне нравилась его волосы смоляного цвета. Густые и длинные, они черной волной опускались ниже поясницы. Учитывая, что мужчина был из клана воинов, рост его мог сравниться с эльфийским. Да и телосложением предки его не обидели, медведь бы не постеснялся пожить в его теле.
– Ярогнева, почему ты не откликаешься?
– Ну, чего приперлась? – тяжело вздохнув, спросила я.
– Я придумала себе имя, – радостно проговорила девчонка. Еще бы в ладоши от счастья похлопала. Имя она уже неделю выбирала. За это время она уже порядком достала меня. Ей же надо было с кем-то советоваться.
– Ну?
– Эдара Тлан. Нормально?
– Естественно, это лучше, чем Диоцинта Малет.
– Мне, кажется, и предыдущее было неплохое.
– Слушай, если ты все решила, зачем лезешь ко мне?
– Ярогнева, мне же надо с кем-то разговаривать.
– У меня есть зеркало, – равнодушно произнесла я, и поправила платок, сползший с плеч.
– Не пойму, чего ты тут сидишь? Холодно и одиноко, – проворчала благородная.
– Эдара, – девчонка поморщилась, – привыкай теперь это твое имя. Так вот, Эдара, мне компания не нужна, – проворчала я. На самом деле гномы внушали мне неуверенность. Не говоря уже о том, что их внезапное появление здесь было не к добру. Случайности неслучайны – это неоспоримая истина.
– Гномы неплохие, – будто прочитав мои мысли, проговорила новоявленная Тлан. Она все свободное время, а его у нее было предостаточно проводила в их компании. Гномам можно было ставить памятник при жизни. Оказалось, что девчонка на редкость разговорчива. Одно радовало, что про свое прошлое она не упомянула ни разу. На вопрос гномов об имени она ответила: "Называйте меня, так же как и Ярогнева, либо благородная, либо девчонка". Бродерэйд – это арбалетчик, сказал что для него она будет "Цветочек". После чего он обращался к ней только так. Дурочка же радовалась, как дитя, знакам внимания со стороны воина. Я пыталась ей втолковать, что это все временно, но она не слушала. После чего мы поругались. Она упрекнула меня в том, что мне завидно. Я смолчала и ушла.
– Да, – самое лучшее решение – это соглашаться со всем, что девчонка говорит.
– Ты сейчас просто сказала так. На самом деле ты думаешь иначе. Но гар Дар хороший.
– Он просто хочет с тобой переспать, – не выдержала я.
– Я думаю, что это не твоё дело, – вспыхнула благородная.
– Послушай меня, Эдара. Ты потенциально очень сильный маг. Твоя первая близость с мужчиной, дарит последнему удачу – это для воина. Для мага – это увеличение сил его источника. Учти, сейчас гномы в полной за...це, поэтому воспользуются любой возможностью Удача для воина вещь невероятно важная.
– Ты хочешь сказать, что он интересуется мной потому....
– Я хочу сказать, что в жизни многое не так как кажется. Смирись. Да, и я не говорю, что гар Дар плохой или корыстный. Может ты ему, действительно, нравишься. Но он прежде всего воин. Судя потому, что я вижу, гномы еще вернутся в топи, удача же лишней, тем более разведчику, не будет, – тихо произнесла я. Девчонке было обидно. Она надеялась на большое светлое чувство, а здесь оказался холодный расчет.
– Что же мне делать?
– Ничего. Силой он тебя ни к чему принуждать не будет. Так что советую подождать до Академии. Лучше будет, если тебя "откупорит" сильный маг, – криво улыбнувшись, произнесла я. Еще на первом году обучения, всех неблагородных поделили между собой магистры. Её это тоже ждет.
– Но как же так?! Я думала...
– Твой отец разве не преподал тебе урок, что верить можно только себе?
– Так ты и живешь, да? – зло спросила благородная.
– Да, – холодно ответила я, – и ты так будешь. Пару месяцев в Академии Начал и у тебя произойдёт переоценка ценностей.
– Это не жизнь.
На эту фразу, я лишь пожала плечами. Ответить было нечего. К счастью, человек привыкает ко всему. Например, мне моя жизнь нравилась. Пусть меня и отослали в Туманные топи, но здесь я приобрела дом. Да, первые месяцы было тяжело и страшно. Сейчас просто страшно, но жить можно. Но пришли гномы и разрушили мой хрупкий мир.
– Идет кто-то, – проговорила благородная. Действительно, лестница, ведущая на четвертый этаж, жалобно скрипела. Что ж им всем внизу не сидится. Из люка, с трудом протиснув широкие плечи, вылез Гарбхан. Сегодня рыжая борода гнома была заплетена в причудливые косы.
– Чего надо? – неласково спросила я.
– Обед готов, – буркнул гном. На самом деле он не был плохим. Просто когда на чаше весов оказалась моя жизнь и жизнь Айрдгала, то вполне очевидно, что перевесило. Рыжебородый относился к нему, как наставник. Может он, действительно, воспитал его. Я этого не знала. Да мне и не было интересно. Единственное, чего мне хотелось, чтобы гном как можно меньше попадался мне на глаза. Как только я его видела, у меня начинали трястись руки. Ненависть – вот, как можно охарактеризовать мое отношение к нему. Даже его извинения не исправили ситуации, а лишь подбросили дров в тлеющий костер. Как сейчас помню наш разговор. Он приперся извиняться, когда я рубила дрова во дворе. Решил мне помочь и со словами, что это не женское дело, попытался отобрать топор. Теперь дрова рубит только он, да и на охоту меня не отпускают. Из мага в башне я превратилась в пленницу в ней.
" – Послушай, Ярогнева, я понимаю, ты на меня обижена, – пророкотал этот мерзавец тогда.
– Обижена? – перебила я. – Обида – это не то, что переполняет меня. Ненависть – вот истинное чувство.
– Ты должна понимать, девочка, что на кону стояла жизнь Айрдгала.
– Мне он никто. Вы все мне чужие.
– В любом случае мне очень жаль, – вполне искренне проговорил гар Фенд.
– Жаль? Хорошо, тогда ответь мне на один вопрос гном. Что ты будешь делать, если история повторится?
– Не знаю.
– Сам-то себе веришь, – горько усмехнулась я и с размаху вонзила топор в чурбак, представляя на его месте голову гнома.
– Сейчас мы живем под одной крышей, поэтому нам ни к чему вражда.
– Мы не враждуем, я просто тихо ненавижу вас. Вы почему-то искренне верите, что лучше людей. Хочешь, открою одну тайну, гар Фенд?
– Ну?
– Тварью может стать каждый не зависимо от расы!"
На этом наш диалог тогда завершился. Гном же старался не показываться мне на глаза, понимая, что мое отношение не изменит его помощь по хозяйству. Пока я вспоминала наш разговор, гном не соизволил уйти.
– Мы слышали тебя, гар, – сухо проговорила я.
– Ярогнева, да оставь ты мужика в покое, – влезла с советом благородная.
– Разве ты не видишь, он еще что-то желает сказать.
– Да, желаю. Хочу, чтобы ты показала мне окрестности.
– Странно, не ты ли все это время ходил на охоту. Уже местность не в состоянии запомнить? – едко спросила я.
– Мне нужно в деревню.
– Иди, я тебя не держу.
– Староста не станет со мной общаться. Ты пойдешь, чтобы разговор состоялся.
– Вот видишь, гном, опять все встало на свои места.
– Безумное эхо! – выругался гар Фенд. – С тобой невозможно говорить. Я прошу о помощи, девочка. Что тебе стоит прогуляться со мной и Бродерэйдом до деревни.
– Цену мне еще не озвучили.
– В общем так, после того как поешь, выходим, – рявкнул гном и ушел.
– Ярогнева, я не понимаю, почему ты так? Нет, конечно, он приговорил тебя, но сейчас же можно создать иллюзию мирной жизни, – проговорила благородная. Крупица истины в ее словах была. Но так тяжело бороться с собой.
– Ты не понимаешь?
– Объясни.
– Гномам здесь что-то нужно. Пока не ясно что, но одно могу сказать с уверенностью, они ищут потерянное. Причем на землях Империи они не официально, потому что первым делом гар Фенд потребовал не упоминать в отчете о них. Да и к кристаллу связи, он меня в одиночку не подпускает. Они на наших землях тайно.
– Вдруг они шпионы?
– Сомневаюсь, – поморщилась я в ответ на это предположение. – В Туманных топях вынюхивать нечего.
– Слушай, может мне спросить у...
– Не вздумай – перебила я ее. – Пусть все идет так, как идет. Я искренне надеюсь, что в ближайшее время они свалят отсюда. Пойдем, не будем заставлять их ждать.
***
В дорогу мы отправились четко после обеда. Деревня находилась в дне пути, значит, ночевать нам придётся под небом. Это обстоятельство радовало меня не сильно, но мое "нет" никто не услышал. Гномы же просто сказали, что они защитят меня от любой живности в лесу. На мой резонный вопрос: "Кто защитит меня от них самих?" ответил Айрдгал одной фразой: "Не посмеют". Кстати о гаре Хейме, магические каналы у гнома стали восстанавливаться. Нет, не резко, но уже сейчас я могла с точностью предсказать, что через пару месяцев он сможет использовать малозатратные заклятия. Еще кое-что меня настораживало, переломанным он не стал, но общая аура изменилась. Может быть, в будущем он даже сможет перекидываться, вот только во что неизвестно. Все будет зависеть от внутреннего зверя воина.
– Волшебница, может что-нибудь расскажешь? – попросил меня гар Дар. – Молча идти скучно.
– Мне и так весело, – буркнула я. Сегодня было на редкость холодно. Но ясная погода гарантировала отсутствие Тумана, поэтому я не роптала.
– Оставь ее, – приказал Гарбхан. За это я ему была благодарна. Он прекрасно понимал, что хорошее расположение людей в деревни напрямую зависело от моего настроения. Умный мужчина.
– Гарбхан, мне скучно. Нужно было взять с собой Эдару. Цветочек, гораздо общительней, чем волшебница, – мечтательно проговорил воин. Меня передернуло от его слов.
– Не лезь к ней, – предупредила я.
– Я буду делать все, что захочу.
– Ты не понял, гар Дар. Девчонка очень впечатлительная, мы оба это знаем. Я не позволю тебе разбить ее хрупкий мирок.
– Мы с ней вполне взрослые, и приятно проведем вместе время. Здесь от твоего желания ничего не зависит, – цинично усмехнулся гар.
– Тебе ведь наплевать на нее?
– Почему? Она прекрасное дополнение к нашему временному отдыху.
– Дополнение, – задумчиво проговорила я. – Знаешь, гар Дар, если тронешь ее, то лично твое дополнение, больше никогда не познает женщину.
– Очень смешно, – заржал над моей угрозой мужчина. Я промолчала, зато рыжебородый влез с комментарием:
– Она целительница, Бродерэйд. Думаю, ей ничего не стоит лишить тебя мужской силы, а судя по тону, она угрозу выполнит.
– Ты серьёзно, женщина? – воскликнул гном. Я вновь промолчала. Мне вполне по силам воплотить угрозу в жизнь. Терять уже нечего.
– Думаю, на этом нам стоит закрыть данную дискуссию, – проговорил Гарбхан. – Скажи, Ярогнева, ты знаешь, зачем мы идем в деревню? – сменил тему гар Фенд.
– Если честно мне все равно, – пожала плечами я.
– Хм. Сама-то себе веришь, девочка? Любопытство присуще всем, а женщине тем более.
– Вы что-то ищите.
– Верно. На этих землях когда-то стояла наша крепость. Сейчас от нее остались одни руины, но именно в них нам и нужно попасть. Мы уже несколько недель плутаем по топям, но все безрезультатно.
– Мои поздравления. Несколько недель бродить по топям сравни подвигу, или же глупости. Выбирай любой вариант, не прогадаешь.
– Подвиг сам по себе безрассудство, – пожал плечами гном.
– Ты хочешь расспросить старосту. Боюсь, я тебя разочарую, люди из деревни стараются не заходить далеко в болота.
– В том то и дело, что крепость стояла почти на границе с человеческими землями. К сожалению, когда эльфийский туман вырвался на свободу, то он поглотил и тот участок.
– Правильно ли я поняла, что вы уже посещали то место, где она стояла? – уточнила я.
– Первым же делом, но крепости на месте не оказалось. Наши карты не могут лгать. Поэтому мы решили поспрашивать местный народ. К сожалению, здесь мало кто живет. Ты второй адекватный человек, встретившийся нам, – хмуро произнес воин.
– Кто был первым?
– Охотник за прошлым.
– Он мертв?
– Да.
Ответ был очевиден. Из Тумана не так просто выбраться, а вынести что-то еще тяжелее. Но всегда найдутся люди, которые стремятся к легкой наживи. Охотниками за прошлым становились многие, но не многие возвращались. Когда Туман поглотил огромные территории, вместе с землей, ставшей топью, пропали и поселения. Три пограничных города, не считая десяток другой деревень. До сих пор находятся отчаяние люди, которые готовы рискнуть своей жизни ради добычи. Гномы повстречали одного из них. Вот только слова о его разумности спорны. Никто в здравом уме не полезет в Туманные топи.
– Что же ты хочешь узнать у старосты деревни?
– Есть вероятность, что нашу крепость уничтожила Империя. Хочу узнать, кто из дворян мог это сделать.
– Зачем? – недоуменно спросила я.
– Чтобы нанести ему визит вежливости.
– Гном, ты, наверное, забыл, что люди живут не столь долго, как вы. Вполне возможно, что этот воображаемый род давно исчез.
– Значит, найдем, кому отошло имущество покойного.
Я с интересом посмотрела на гнома. Нет, конечно, целеустремленность этого народа давно стало темой для шуток, но чтобы так. Минуту я молчала, обдумывая все сказанное ранее. Из слов гнома выходило, что они ищут не конкретно крепость, а что-то, что там хранилось.
– Знаешь, что меня больше всего удивило в твоем рассказе, гном?
– Ну?
– Почему причину исчезновения крепости вы видите в людях?
– Ничего личного, Ярогнева. Но вы как термиты, только пожираете все то, что попадается на вашем пути.
– Забавно, но доля истины в твоих словах есть.
– Вот видишь, даже ты, будучи человеком, этого не отрицаешь.
– Я вообще отношусь ко многим вещам скептически. Например, мне не ясно почему все-таки люди? Эльфы не могли этого сделать? – с любопытством спросила я. На самом деле мне было интересно услышать про них хоть что-то. Те эльфы, которые живут в Империи давно уже не истинные. Во многом нас создает окружение, вот они и изменились, подстраиваясь под него. Мне же интересно узнать, что представляют собой те эльфы, что подняли завесу между Империей и своими землями. У них сейчас уже не спросишь, они сами изолировали себя. В Академии Начал расу эльфов проходят вскользь, обосновывая это тем, что им не пройти к нам через преграду.
– Эльфы... В Империи эльфы не показывались с тех пор, как возник Туман, поэтому ты навряд ли знаешь, что им не подвластен камень.
– В смысле?
– Все так и есть. Они просто бы не смогли разрушить крепость. Когда наши народы пришли в этот мир, то и нам и эльфам достался дар. Мы могли слышать землю. Но если они управляли "живой землей", то мы наделили "душой камень". В эльфийской природе заложено созидание. И то, что обработано гномами, эльфам не разрушить. Мы же в свою очередь не способны уничтожать их магические леса. Именно поэтому, сколько мы не воевали, истребить друг друга не в силах. Но вот пришли люди, – гном замолчал. Действительно, что можно здесь еще добавить. Люди могут и созидать, и разрушать. Но ломать – не строить, поэтому две древние расы закрылись в своих владениях.
– Подведем итоги. Эльфы не способны разрушать ваши творения, но крепость пропала. Отсюда следует неутешительный вывод – виноваты люди, – усмехнулась я.
– Ты находишь это смешным? – возмутился воин.
– Знаешь, в твоей логической цепочке есть изъян, гном.
– Вот как, и какой?
– Эльфы способны созидать, так? – азартно спросила я.
– Так, – включился в наш диалог Бродерэйд.
– Как творцам им нет равных. Согласны?
– С этим бы утверждением я бы поспорил, – буркнул гар* Фенд. – Наши мастера...
– Сейчас мы просто рассуждаем, – невежливо перебила я. – Но, чтобы успокоить твое тщеславие, замечу, что эльфам нет равных в магическом созидании.
– Пожалуй соглашусь, только никому не говори, – улыбнулся Гарбхан. В глазах мужчины заискрился лукавый огонек, и сеть морщинок очертила их. Он пытался шутить. Так мне улыбался дедушка. Я же впервые заметила, что гном-то стар.
– Теперь перейдем к главному. Туман – это результат созидания эльфийских магов. Он вполне разумен и силен. Почему он не мог что-то сотворить с вашей крепостью?
– На наши творения правило тоже распространяется, – победно усмехнулся Гарбхан.
– Заметь, гном, я сказала что-то сотворить, а не уничтожить.
– Объясни, – потребовал он. Из глаза Гарбхана пропала улыбка, передо мной уже был воин.
– Все просто. Не знаю почему, но вы не учли одну особенность Тумана. Скорей всего вы просто не знали о ней. Вам не приходило в голову, что наша встреча была необычна.
– Из Тумана всегда выходят в неожиданном месте.
– Но не из этого. Он способен перемещать любые объекты в пределах своего "плаща".
– Любые?
– Да. Я уверена, что Туман просто перенес вашу крепость в другое место.
– Но куда?
– Куда угодно, топь большая. Если Блуждающие города еще можно отыскать, то вашу крепость, – я не закончила свою мысль, но гном понял и выругался.
– Я так понимаю, что в деревню мы уже не идем, тан**, – влез Бродерэйд.
– Нет. Разворачиваемся. Что же касается тебя, волшебница, то ты мне подробно расскажешь про Блуждающие города. И я хотел бы знать, почему об этом ты не сказала раньше.
– Ты не спрашивал, гном, – похоже мы вернулись к привычному стилю общения.
– В следующий раз, будь так добра, делись своими догадками.
– Не будет следующего раза.
– Не зарекайся, – предупредил гном. – Так что там с Блуждающими городами?
– Вейлар, Мюнлар и Хамау – города призраки. Болота их не поглотили. Теперь они блуждают по всей территории топей. Охотниками даже были составлены карты. Там указаны примерные местоположения городов в зависимости от времени. Конечно, это все приблизительно.
– Крепость есть на их картах?
– Мне вот интересно, гном, когда вы отправлялись в топи, неужели никому не пришло в голову поискать карты Туманных топей?
– Они у нас были.
– Ясно. Никто из вас, великих воинов, не учел, что Туманные топи живые, и за столько лет эта территория могла измениться.
– Мы редко покидаем Вечные скалы, – хмуро произнес Гарбхан. – Этот мир уже не так рад нам, как когда-то.
– Может пора задуматься.
– Поверь, волшебница, мы задумались. Для моего народа еще есть шанс, и мы им воспользуемся.
Мне бы стоило задуматься над последней фразой гнома. Но, увы, я посчитала ее не важной и лишь промолчала в ответ. Мне надо было спросить его, что задумали гномы.
___________________________________________________
Гар* – подчеркнуто вежливое обращение к гному.
Тан** – титул, присваиваемый гному-воину, который более трехсот лет являлся "щитом" Вечных скал.
Глава 5
Оказывается, за этот год я узнала столько о Туманных топях, что в пору было составлять справочник. Оно и не мудрено, живя рядом с опасным хищником волей-неволей изучаешь его повадки и привычки. И то, что для меня было обыденно, для гномов стало откровением. Еще из разговора с Гарбханом я поняла, что воины шли вслепую. Конечно, карты гномов были хороши, но они безнадежно устарели. Вот тут-то и пригодились мои познания. Сама я в топи не лезла. Но даже то, что мне довелось увидеть на границе было не мало. Не говоря уже о том, что после того как я здесь обосновалась, ко мне наведывались в гости не только жители деревни, но и охотники за прошлым. Их визиты не были частыми. Обычно они заглядывали ко мне уже на обратной дороге. Те, кто выжил, искали целителя. За прошлый год ко мне наведывались пять раз. Обычно из всей группы отчаянных авантюристов выживал только один, иногда двое. Люди, родившиеся в рубашке. Но даже они, выходя из топей оказывались либо прокляты, либо ранены. Двоих я откачать не смогла. Они похоронены недалеко в лесу. К сожалению, сил их оттащить дальше у меня просто не было. Все вещи, которые находились при них, естественно, остались в наследство мне. Там были карты топей. Точнее карты «Блуждающих объектов».
Нас интересовали только три из них, города-призраки, перемещающиеся по территории топей. На первый взгляд их исчезновение и появления были хаотичны. Но даже у Тумана существовал предел возможностей. Поэтому все места появления городов были отмечены на карте. Гар Рейд предложил интересную мысль. В прошлом крепость располагалась неподалеку от Хамау, Туман же перемещал не только город, но и близлежащую территорию к нему. Поэтому существовала маленькая вероятность того, что крепость окажется там же где и поселение. План был хорош. Но лично я в нем видела изъян. Почему-то гномы не задумывались о том, что ждало их в крепости. Там могло оказаться все, что угодно. Я же решила не вмешиваться. Пусть все идет своим чередом. Сначала надо было вычислить примерное местоположение цели, а уж потом решать, что делать.
У меня в этом деле был шкурный интерес. Я хотела избавиться от последствий двойного отката. План был безумен, но ведь главное его наличие, а все остальное детали. Три города, поглощенные топями не просто стали руинами. Они тоже претерпели изменения. Об этом факте я гномам упомянуть забыла. К тому же воины и не собирались в Хамау, моя совесть была чиста.
Сейчас города представляли собой проклятые места. Вейлар стал призраком. Там даже стены домов были нематериальны. Жители бродили по улицам бесплотными тенями, ведомые желаниями Тумана. Те охотники, которые возвращались из Вейлара, приобретали седину. Один из таких, как раз покоится недалеко в лесу. Его психика была настолько изувечена, что парень выпрыгнул из окна башни в попытке спастись от невидимого кошмара. В тот момент мне стало жаль потраченных на него зелий и времени. Лучше б яду мужику дала, сохранив стекло в окне и лекарства. Немного цинично с моей стороны, но это действительность от которой не скрыться. При моей специальности окружающие люди очень скоро начинают превращаться просто в куски больного мяса, и лишь немногие воспринимаются как личности. Вот и тот охотник был для меня только работой, не более. Гномы, как и благородная в прочем, из серой массы тоже пока не выделялись. Но если наше общение не прекратится в ближайшее время, они станут приобретать душу к плоти.
Я задумчиво посмотрела на жителей Вечных скал. Действительно, воспринимать их как мясо уже не получалось. Особенно Айрдгал. Не знаю как, но этот мужчина стал вызывать эмоции. Чаще всего это было глухое раздражение, но порой от его улыбки на душе становилось гораздо теплей. Когда же он мягко сжимал в своей лапище мою кисть, я вообще забывала, что хотела сказать в тот момент. Все это было очень странно, и я с присущей мне решимостью гнала все мысли прочь. Сейчас нужно было сосредоточиться на деле.
Меня грела мысль, что шанс выжить есть. Если бы моя дорога лежала в Мюнлер, а не в Хамау, то такового даже не существовало бы. Второй город в Туманных топях отличался от двух других. Он в принципе ничуть не изменился. Люди и нелюди все так же продолжали жить, работать, любить и умирать в нем. Вот только покинуть город никто из них не мог. Они были заперты внутри городских стен. Никто из них не осознавал, что является пленником магической нечисти. Вот только, умирая, человек вновь появлялся в городе. Каждый раз он воскресал в переломный момент своей жизни. При этом несчастный вновь испытывал бурю эмоций. Туман выбрал для каждой жертвы свой эпизод и день за днем смаковал ее чувства. Естественно, что душевные переживания людей его питали, будь то несчастная любовь или же страх за родных. В этот город охотники старались не ходить, потому что шанс остаться в нем был невероятно велик. Ужасно жить во временной петле, а еще хуже, когда осознаешь это. Поэтому охотники и сторонились города, ведь они будут осознавать, что попали в ловушку. Еще одно лакомство для прожорливой твари – чужая безысходность. Только самые отчаянные заходили за городские стены, но их никто из жителей даже не замечал. Так они и блуждали среди людей, прося помощи и не получая ее. Первая смерть обычно наступала от голода, последующие были более экзотичны. Один из таких обреченных решил, что раз нет возможности выбраться, то нужно хотя бы передать послание. Бедняга провел кровавый ритуал и смог своей смертью пробить невидимый барьер. Теперь на городских воротах есть надпись, предупреждающая о гиблом месте. Туман наказал охотника за своенравие, теперь он умирал вновь и вновь в жертвенном круге. Надпись же появляется ровно в полдень. Каждая буква в послании написана кровью. Как только солнце опускается за горизонт – ворота вновь становятся девственно чисты.
Вейлар стал городом призраком, и Туман пополнил свою коллекцию душ. Мюнлар попал во временную петлю, и у нечисти добавилось блюд на обеденном столе. Но если первые два города – это страдания духовные для живых, то Хамау стал центром людской боли. Это город изменений. Даже первые переломанные вышли из его стен. Туман смакует боль живых, изменяя их. Другими словами, Хамау стал городом тварей. Причем пострадали не только люди и нелюди, даже растения подверглись изменению. Если в болота появляется какая-то новая гадость можно смело сказать, что главное гнездо твари было в Хамау. Но с нечистью можно было бороться сталью и магией, поэтому шанс выжить у нас всех был.
– Я иду с вами, – на минуту в комнате повисла тишина. Гномы ошарашено смотрели на меня.
– Нет, – к Айрдгалу дар речи вернулся первым.
– Вы уже давно за меня все решили. К тому же не тебе, воин, мне указывать.
– Нет, девочка моя, это ты не поняла, – проговорил гном. Тяжело поднявшись со стула, он решительно подошел ко мне. Схватив меня за подбородок и заставив смотреть прямо в глаза, мужчина произнес:
– Ты останешься здесь. Будешь сидеть и ждать нашего возвращения.
– Зачем вам возвращаться? – недоуменно спросила я.
– За тобой, сокровище мое. За тобой, – его слова прозвучали как обещание. Я попыталась вырваться, но лицо было словно в тесках, нежных, но крепких. Вторая рука воина переместилась мне на талию.
– Отпусти, – в моем голосе была слышна паника.
– Никогда, – тихо произнес воин. Его лицо приблизилось...
– Айрдгал, остановись, – вмешался рыжебородый. Я впервые была благодарна ему.
– Не лезь, тан, – прорычал тот в ответ. Его пальцы сильнее сжали мой подбородок. Завтра появиться синяки.
– Послушай, Айрдгал. Ты выберешь любую потом. Но прошу только не эту.
– Я хочу ее, – почти промурлыкал мужчина и вновь наклонился. Но опять вмешался Гарбхан. Он вырвал меня из рук гара Хейма.
– Забылся, тан? – от тона, каким был задан вопрос, у меня по коже побежали мурашки. Я совершенно не понимала, что здесь происходило.
– Айрдгал, прошу тебя. Любую, – произнес рыжебородый.
– Нет.
– Но почему? В ней нет ничего такого. Обычная. Она обычная.
– Для нее поет мой источник, – неохотно проговорил он. Я же похолодела от слов гнома. У мага источник начинает петь только в одном случае, если рядом с ним его сердце. Любой человек может оказаться им. Но для мага такой человек все равно, что воздух. Магия источника усиливается от присутствия этого человека. Источник поет. Я попала.
– Айрдгал, у тебя же искорежена вся магическая структура, – вмешался гар Рейд.
– Она стала восстанавливаться.
– Все равно, найдем тебе другую, для которой будет петь твой источник, – убеждено сказал Гарбхан.
– Не выйдет. Я сначала тоже так думал. Мне сейчас совершенно ни к чему это. Но неделю назад мне приснились горы.
– И? – тихо спросил жрец. Я же физически ощутила, как гномы напряглись в ожидании ответа.
– Великая мать роняла слёзы, – после этих слов мужчина посмотрел на меня. Столько всего было в его взгляде, что не передать словами. Там я увидела гнев и нежность, отчаяние и страсть и многое другое. Этот взгляд сжигал.
– Кровь предков, – потрясенно выдохнул Гарбхан и как-то по-новому взглянул на меня. – Что же я наделал, старый дурак!
Все молчали. Даже благородная не лезла с не уместными вопросами. Хотя могу поспорить, она, так же как и я, ничего не поняла про сон гнома.
– Гарбхан, объяснись! – приказ был четок и ясен. На гара Фенда было страшно смотреть.
– Что ты помнишь из того дня, когда тебя принесли в башню? – уклончиво начал объяснять Гарбхан. При этом гном старался не смотреть в глаза Айрдгалу.
– Кто здесь объясняется, тан? Ты или я? – раздраженно осведомился гар Хейм. – И смотри в глаза, когда разговариваешь со мной.
– Я тоже виноват, – вмешался жрец.
– Что случилось, мне кто-нибудь объяснит? – прорычал воин. – Бродерэйд, докладывай!
– Когда вас принесли в башню, мой танар*, вы были совсем плохи. Источник гара Рейда был исчерпан, а вам требовалась помощь. Тогда гар Фенд потребовал от целительницы исполнения своего долга, – все это гар Дар произносил, стоя на одном колене. – Но она отказалась. Еще в бою женщина применила боевое заклятие. Синее пламя уничтожило нападающих, и уже в башне ее накрыл откат. Вы маг и должны понимать, как расплачивается целитель за боевые заклятия. Тогда тан Фенд приказал гару Рейду применить "Длань предков".
– Вы сделали это? – поражённо спросил Айрдгал.
– Да.
