Текст книги "История одной оптимистки_ Часть Вторая. Финал(СИ)"
Автор книги: Ольга Егер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 22 (всего у книги 24 страниц)
– Я тебя убью! – пригрозила ей Сара, прежде, чем сделала шаг. – Бедный Блайд!
А он стоял рядом со священником и тоже нервничал. Позади отпускал злобные комментарии Алан, изображающий преданного шафера. Роберт стоял рядом с друзьями, готовый в случае чего разнимать парней.
– Не радуйся так сильно! – приговаривал Волкан. – Ты все равно уедешь завтра на гастроли и она останется со мной!
– Заткнись! – сцедил сквозь зубы жених.
– Тебе от этого станет легче?
– Да! – рявкнул музыкант и спиной почувствовал, что Алан ухмыляется. Но тут они оба увидели невесту. Пока она шла, сосредоточенно рассматривая подол собственного платья, парни молчали. Но стоило ей поднять глаза – и сказать они смогли только протяжное: "Да...".
Джулия встала напротив Эрика. Священник говорил что-то, но жених и невеста не слушали. Он смотрел на нее, а она иногда поглядывала на хмурого Волкана, в данный момент представлявшего себя на месте соперника. Алану вообще пришлось стиснуть зубы, чтобы не ответить вместо Блайда согласием взять в жены девушку. А еще он проглотил все свои протесты, когда священник предложил высказаться тех, кто считает союз молодых неугодным Богу. Граф вообще с трудом пережил день, когда Эрик Блайд законно присвоил себе девушку. Хуже всего было отпускать их на первую брачную ночь...
– Вам наверх! – выпихнула молодоженов из комнаты Анна, указывая на складную лестницу, спущенную с чердака.
– Туда? – удивилась Джули, представляя веселенькую ночевку среди пыли и коробок.
– Идите! – смеялась сестра Эрика.
Они поднялись наверх и обнаружили весьма романтичное помещение. Миссис Таунсенд и Анна расстарались, выкинули все ненужное, почистили, помыли, в центре маленькой комнатенки устроили нечто наподобие турецкого ложа из матрасов и подушек. Вокруг горели свечи. Стояли обогреватели. И все было увешано прозрачными тканями.
– Обалдеть! – выдала Джулия.
– О да! – согласился с ней Эрик, как-то неловко чувствуя себя среди всей этой шаблонной красоты.
Пока они любовались устроенной ради них романтикой, подлые родственники быстро убрали лестницу и закрыли вход, чтобы молодожены не надумали спускаться вниз до утра или отвлекаться от положенных в такой праздничный вечер занятий.
– Мы попались! – нервно рассмеялась Джули.
– Спасибо, мам! – крикнул Блайд.
– Не за что, сынок! – донеслось снизу. – Кстати, я хочу внучку!
– Заказ принят! – хохотнула Джули и посмотрела на Эрика. Смутилась, потянулась к пуговицам, чтобы, наконец, избавиться от тяжелого платья и переодеться во что-нибудь легкое. Очень легкое!.. Анна, кстати, продумав все до мелочей, подбросила на чердак халаты и сменную одежду, сейчас лежавшие на единственном стуле.
– Ты устала? – шепотом спросил Эрик, помогая девушке с застежками.
– Ты на что-то намекаешь? – улыбнулась Джули, очень надеясь на положительный ответ.
– Нет, просто... – сказал он, и настроение девушки испортилось.
– Тогда, устала! – буркнула она, сняла платье, оставив его валяться на полу, и перешагнув, пошла к импровизированной кровати.
Блайд минуты три стоял, не двигаясь. Его немного шокировало то, что скрывалось под свадебным нарядом весь день. Сплошные кружева!!! Чулки! Белые! На подвязках!!!
Он прикусил губу. Тоже сбросил с себя вещи. Поднял платье, свой костюм и положил на стул. В голове билась одна единственная мысль: "Только спокойно!". Залез под одеяло. Помолчал, а потом все-таки поинтересовался:
– Вы купили это белье, когда с Аланом ходили? Он его видел?
Джули повернулась к Блайду. Она сердито хмурилась и смотрела на него так, словно жалела, что нечем его треснуть.
– Причем здесь Алан? – разозлилась девушка. – Эрик, черт возьми, ты можешь сейчас не думать о нем? Тем более в такую ночь! В нашу ночь! Завтра ты уедешь. А я надеялась, что...
– Джул! – остановил ее порыв высказать накипевшее он. – Ответь мне! Алан видел этот... этот наряд?
– Нет! – рявкнула она, и все-таки нашла, чем засветить в парня. Туфлей. Правда промахнулась. Попала в переносной обогреватель и тот с грохотом рухнул.
– У вас там все в порядке? – тут же донеслось встревоженное снизу.
– Да мам! – крикнул Эрик. – Это Джули в порыве страсти!
Внизу захихикали и ушли, чтобы не мешать. Блайд недолго думая, сделал чуть громче музыку в плеере, стоявшем около кровати, и придвинулся к девушке, сбрасывая с нее одеяло.
– Хорошо, что не видел! – сказал он, подтягивая к себе жену и целуя ее. – Иначе утром я бы его прибил!..
Поворот не туда
Они не спали. Не хотелось. Лежали и смеялись, глядя друг на друга. Белье, которое произвело такое сильное впечатление на Эрика, валялось где-то скомканное под одеялом. Джули было плевать на него – она прижималась к мужу, уговаривая его не ехать в тур.
– Мистер Таунсенд, может вы, все-таки, откажитесь, а?
– Ты знаешь, что не могу. – Рассмеялся он ее повторной попытке соблазнить его. Поцеловал в губы, в шею, в плечо. – Хотя я бы не отказался от медового месяца. Может, ты поедешь со мной?
– Странно все как-то! – вздохнула она и немного отстранилась. – Теперь ты мой муж, но вместо того, чтобы побыть со мной, уедешь... И мне страшно. Будто что-то случится...
– Все будет хорошо! – улыбнулся Эрик.
Джули перевернулась на другой бок. Она не верила этому заверению. И ей действительно стало не по себе.
– Джулия Таунсенд, – смаковал ее новую фамилию он. – Хорошо звучит.
Поцеловав ее в шею, Эрик заскользил руками по обнаженному телу жены, придя к выводу, что уже вполне отдохнул и готов повторно вернуть Джулии супружеский долг, с процентами!
– Поверь, мне тоже не хочется уезжать. Особенно после такого! – эгоистично выдал Блайд. – Я буду теперь каждую ночь думать о том, как мне не хватает жены...
– Вот и мучайся! – злорадно ухмыльнулась Джули и подумала, что нужно бы удивить парня чем-нибудь эдаким, чтобы на него вообще бессонница во время турне напала.
Повернулась. Поцеловала. Обхватила ножками его бедра, прижимая к себе. Эрик склонился над ней, целуя...
– Я хотел сказать, – прервался он. – Джул. Я...
– Доброе утро, молодожены! – вроде бы самое обычное обращение пробудило в Блайде скромное желание развернуться и засветить белой туфлей жены прямо в физию чертового блондинистого будильника. Эрик медленно обернулся, прикрывая собой Джулию. Глянул через плечо и убедился, что из люка в полу торчит голова Волкана.
– Кто тебя сюда пустил? – прорычал музыкант.
– Советую заканчивать с утренней "зарядкой"! Твоя мать уже приготовила завтрак! – не обращал на него внимания Алан, стреляя глазами в Джулию. Она же старательно пряталась за мужа.
– Исчезни! – попросил Блайд.
– У вас есть три минуты. Я подожду внизу! – выпалил Волкан и спустился по лестнице.
Эрик скрипнул зубами. Повернулся к Джулии. Она краснела то ли от смеха, то ли от смущения, и прикрывалась одеялом. Потом притянула мужа к себе и поцеловала.
– Одна минута уже прошла! – донеслось снизу.
– Он что, с секундомером стоит? – сцедил сквозь зубы Блайд.
– Подсвечник хренов! – наградила графа новым прозвищем Джулия.
Эрик описал свои мысли по поводу мерзкой натуры товарища, но все равно пришлось подниматься, одеваться – внизу слышались бодрые голоса, заглянувших на завтрак друзей, отец о чем-то спорил с Генри, Анна смеялась с мамой, поднимаясь по ступенькам. Блайд с тоской смотрел, как притягательное тело супруги скрывается под бельем, а затем и платьем. Он только тяжело вздохнул. Перенесся мыслями в недалекое будущее, в котором будет одинокая кровать в отеле, холодные ночи без рыжей девушки. Прикусил губу.
Когда Джули и Эрик спустились вниз, Анна и миссис Таунсенд сверлили злобными взглядами Алана, оттеснив его от лестницы. У женщин на лице застыл невысказанный вопрос: «Какого ты полез их будить?!!!». Заметив девушку, Волкан потянулся к ней, но Джулию перехватила Энн и потащила с собой в ванную. Джулия только кивнула графу и скрылась за очередной дверью.
– Рассказывай! – потребовала сестра Блайда, наблюдая, как родственница чистит зубы.
Джули чуть щеткой зуб не сломала, сообразив, каких подробностей от нее требуют.
– Что?
– Было? – поинтересовалась Энн. – Можешь не отпираться! Судя по недовольной мине блондина, было!
Анна бросилась обниматься, не обращая внимания на слабые протесты и то, что Джули случайно выплюнула немного воды ей на плечо, будучи слегка придушенной новой родственницей.
– Я так рада!
– Я тоже! Может, переоденешься и пойдем завтракать? – намекнула она.
Девушки вышли из ванной. Джулия заглянула в комнату Эрика, надеясь найти там мужа, и очень удивилась, обнаружив его разговаривающим с Волканом. Точнее оба парня уже наговорились вдоволь. Они молчали. В комнате царила жуткая напряженная атмосфера. Воздух будто наэлектризовался.
– Эрик? – позвала она музыканта.
Он стоял спиной к ней. Молчал и сжимал кулаки. Алан посмотрел на парня. Довольно улыбнулся и прошел к Джулии. Поцеловал ее в щеку, сказав, что будет ждать внизу. Ощущение, что все кончилось, так и не начавшись, сжало внутренности девушки стальными тисками. Она сделала шаг вперед, и Эрик шевельнулся. Он не оборачивался. Не собирался разговаривать. Просто очень быстро складывал вещи в чемодан.
– Что-то случилось? – попыталась выяснить Джули.
– Ничего! – отмахнулся Блайд, так и не удостоив ее внимания.
Он за считанные секунды уложил рубашки, ухватился за ручку чемодана и покинул комнату. А вместе с ней и дом. Ничего и никому не объясняя. Промчался мимо матери и отца, игнорируя вопросы, приветствия, шутки. Крикнул на Роба, чтоб тот пошевеливался. Они сели в машину и все – уехали.
В то время, как родные и близкие пытались выяснить у Джулии, какая муха укусила ее супруга, девушка смотрела прямо на это блондинистое насекомое, не нуждающееся в представлении окружающим и попивающее чай у окна с довольной физиономией.
– Что ты сказал ему? – она вырвала из рук Алана чашку.
Парень приподнял одну бровь, усмехнулся краем губ и ответил:
– Ничего особенного! – Пожал плечами Волкан.
Если бы не Честер и Сара, очень вовремя подоспевшие, Джулия, наверное, таки сыграла бы ногтями на мордашке парня в крестики-нолики.
– Успокойся! – приговаривали друзья, а родители в недоумении переводили взгляд с взбешенной девушки на абсолютно спокойного (казалось бы) парня.
– Кто тебя просил лезть? Ты не подумал, что он мне нужен? Что я... Подумал, что я теперь... – Ее крики резко перешли в шепот, и Честер отпустил девушку, позволив ей стоять на собственных ногах, а не перебирать ими в попытке доплыть до Волкана по воздуху.
– А ты обо мне подумала, когда согласилась на его предложение и переспала с ним? – вспылил Алан, впервые вышел из себя и рассвирепел.
– Уйди! – потребовала Джули в полной тишине.
На мгновение все замерло.
– Хорошо! – выдавил из себя он. Снова превратился в ледяную скульптуру, какой был до встречи с девушкой, и ушел. Джулия тоже не стала задерживаться долго у Таунсендов. Тем же вечером, не приняв просьб мамы Эрика, его сестер и даже отца, девушка собрала вещи.
Вместе с Джошем они переступили порог пустой квартиры музыканта. Мальчишка первым делом помчался осматривать свою комнату, раскладывать одежду, прятать комиксы. Гостевая отныне стала детской и принадлежала всецело подростку.
Джулия с замиранием сердца прошла в коридор, оглядев гостиную, кухню. Слишком много памятного произошло в этих стенах. И, к сожалению, в ближайшее время память станет бичом певице, которой придется спать одной в пустой постели и чувствовать себя по-настоящему брошенной. На ватных ногах она дошла до двери в спальню Эрика. Неуверенно потянулась к ручке. Фантазия нарисовала славную картинку: вот Джули открывает дверь, проходит и видит Его, сидящим спиной ко входу, с гитарой... Конечно, его там не было. Она вошла в спальню. Подняла разбросанные рубашки с пола, положила в полупустой шкаф. Залезла на кровать и свернулась клубочком, глядя на гитары, стоящие у стены.
"Так торопился сбежать от меня..." – грустная мысль царапала сердце, горло и раздирала душу. Когда ее предал Рома, боль была более слабой. Сейчас же, словно черная дыра пожирала внутренности, высасывала все соки, холодила сердце, превращая его сначала в камень, а потом разрушая. Она уже чувствовала, как леденеют руки и ноги...
– Джул! Давай сыграем в гонки?! – ворвался в комнату Джош и принялся прыгать по кровати. Но девушка лежала и не шевелилась. Устроенное ребенком постелетрясение ее никак не возмутило. Мальчик, расстроенный отсутствием реакции, несколько обиделся и подумывал, чего б такого сотворить, чтобы на него хоть крикнула, что ли. Потряс девушку за плечи – ничего! Ущипнул – снова тишина. Пощекотал. Спел "Аве Мария!". Рассказал непристойный анекдот. Потом сдался и лег рядом.
– Он вернется! Не расстраивайся! Вот приедет, и я ему устрою за то, что он тебя обидел!
– Не надо! – махнула рукой Джули.
– Не расстраивайся! Зато я с тобой! Я тебя никогда не оставлю! – пообещал Джош, обнимая ее, и шепотом добавил. – Мама!
Месяцы затишья
Прошло долгих сто двенадцать дней. Она делала все, что могла. Например, отправляла ему сообщения.
"Блайд! Позвони мне! Нам нужно поговорить!" – написала она. Ответа не последовало.
"Не будь кретином!" – было следующим sms.
И снова никакой реакции.
"Хорошо. Я сама тебе позвоню!"
Она набрала его номер. Но трубку никто не брал. Выждав немного, Джули снова позвонила, и компьютерный голос оповестил, что абонент временно недоступен.
На этом девушка не остановилась. Каждый день она писала ему. Некоторые звучали так:
"Блайд, ну ты и гад! Как ты мог так просто уехать???" (09. 03. 2011)
"У тебя совершенно нет совести! Я волнуюсь за тебя! Позвони мне!" (17. 04. 2011)
"А Джош сломал твою красную гитару!.." (11. 05. 2011)
"Ты вообще живой???" – на последний вопрос Джули подсказал ответ Роберт.
– Он что телефон сменил? – интересовалась девушка, разговаривая по сотовому с менеджером.
– Нет. Телефон при нем. Номер тот же. Просто он не хочет... – смущенно поведал друг.
– Понятно, – выдохнула она. – Присматривай за ним.
Джулия положила трубку и несколько дней ничего не писала Эрику. После некоторого затишья на сотовый Блайда снова стали приходить сообщения: "За окном студии льет дождь. Холодный. Надеюсь там, где ты, светит солнце..."
Привет! Ну как, ты спишь?
Опять один? Опять грустишь?
Молчишь?
Глядишь в окно,
И пьешь холодное вино?
Закрыть глаза боишься,
Ждешь?..
Опять меня во сне зовешь?!..
Нет! Все обман!
Ты счастлив и немного пьян!
Так наслаждайся пустотой...
А я пойду другой тропой!
– А дальше соло! Терри! – певица уступила место парню из группы.
Видеокамера приблизилась, чтобы заснять, как быстро и ловко пальцы гитариста скользят по струнам, заставляя их дрожать и издавать просто потрясающие звуки.
– Выкину тебя из головы.
Как это сделал ты.
Я слабой перестану быть,
А сможешь ты меня забыть? – Она продолжала петь, пританцовывая с микрофоном. Джош снимал на камеру свою звездную маму, вертясь за кулисами. Такая жизнь ему нравилась, но начинала утомлять. Несколько месяцев он после школы приходил в студию, где шла запись, приносил что-нибудь съестное или просто напоминал Джулии, что пора перекусить, ездил с ней на фотосессии и съемки клипов, подружился с коллективом музыкантов.
Ромео тоже с интересом наблюдал за девушкой.
– Что-то ты зачастил с Джулией приходить. Тебя выпустили из карцера? – заговорил парень.
– А тебя из клетки в зоопарке? – съязвил мальчик, которому музыкант никогда не нравился. То, что Джулия в последнее время с ним общалась спокойно и даже весьма тесно, бесило подростка еще больше, поэтому и ненависть к Ромео росла с каждым днем.
– Один-один! – оценил способности оппонента в словесном поединке музыкант.
– Чего ты хочешь от нее? – напрямую спросил Джош.
– Ее саму! – усмехнулся парень.
– Привет! Болтаете? – покинула сцену Джули. Выступление закончилось, и команда возвращалась за кулисы, чтобы уступить место под светом прожекторов Ромео.
– Да! – Ромео поцеловал девушку в щеку. – Может, дождешься меня и поужинаем вместе?
– Прости. Но у нас с Джошем другие планы. – Извинялась Джули, отпив глоток воды из протянутой Сьюзен бутылки. Рома заметно расстроился. Джош растянул на физиономии довольную ухмылочку, сползшую в сердитую гримасу, когда мама выдала следующее: – Давай завтра пообедаем вместе. Я знаю один классный паб!..
Теперь обрадовался Ромео, но ровно на две секунды, и снова настала очередь злорадствовать мальчишке.
– Возьми с собой Хейли. Посидим вчетвером. Вы и мы с Джошем...
Рома принял предложение, но не очень-то веселился. К нему подошли гримеры, быстро поправляя грим, техники проверили наушник. Джули в сопровождении мальчишки спускалась по ступенькам. Парень смотрел ей в спину и думал окликнуть, но... Понял, что она не только не отзовется, но и обедать они будут завтра впятером: Джули уже шла на встречу замершему у стены блондину. Сплюнув от досады под ноги, Ромео повернулся к сцене.
Алан Волкан стоял за кулисами уже давно. Ждал. Выглядел он как-то особенно – измотанным и спокойным. Джули смотрела на него, и каждый ее шаг подвергался сомнению: простить его или нет? Джош не простил бы. Но оно и понятно, ведь Блайда он давно считал частью семьи, пусть так и не состоявшейся. По чьей вине?! Виновник как раз надумал вернуться из самовольного изгнания. Вот и объявился сегодня.
Джулия остановилась прямо перед Аланом.
"Прости!" – было написано на его лице. Девушка не вынуждала этого высокомерного блондина произносить извинения вслух. Обняла парня, повиснув у него на шее.
– Ты сволочь, редкостная! – сказала она, прижавшись к другу.
Он крепко сжал ее, прикрыв глаза.
– Но я скучала! – шепнула Джули.
– Он не появлялся? – спросил Волкан.
– Нет, – дрожащим голосом ответила она и отпустила парня.
– Он – кретин! – заявил блондин. – Я, как видишь, не смог быть долго без тебя.
– Останешься сегодня у нас? – пригласила его она.
– Эй! – влез между ними Джош, поймал печальный молящий взгляд девушки и пошел на попятную. – Ладно! Но спит он на диване!
– Мелкий Блайдазаменитель! – обозвал мальчишку Алан.
– Все! – фыркнул тот. – Будешь спать на половичке!.. В коридоре.
Прошел еще месяц. Эрик так и не дал о себе знать. Генри собрал честную компанию и объявил, что намерен послать всех... на гастроли. Бриджит радовалась. Ведь это был ее первый тур. Ромео предвкушал веселые посиделки, которые устраивались обычно совместно с Джулией по вечерам и в автобусах. А сама девушка разочарованно вздыхала, не радуясь ничему. По ее подсчетам Блайд должен был вернуться домой, как раз через неделю после того, как она уедет.
– Надеялась поговорить с ним до отъезда? – поняла Сара, глядя на подругу, складывающую вещи в чемодан.
Джули уже несколько часов собирала вещи в дорогу. Джош под шумок их вытаскивал. Потому что подготавливали к отъезду его, а не девушку. Свою одежду она упаковала уже давно, и помогали ей в этом Сара, Алан и Энн.
– Хотела, – призналась девушка и поймала мальчишку за руку, когда тот возвращал на место теплый свитер. – Прекрати это делать! Не нравится – так собирай вещи сам!
Она демонстративно бросила гиблое занятие и пнула чемодан ногой со злости.
– Чего сразу нервничать? – возмутился Джош, прекрасно понимая, почему мама злится. – И почему я не могу поехать с тобой?
– Потому что! – туманно объяснила она. – Кто за тобой там присматривать будет?
– А за тобой? – ответил вопросом ребенок. – Только не говори, что блондин.
Алан отвлекся от газеты и покосился на мальчишку.
– Не переживай, Блайдазаменитель, я скоро еду во Францию. Так что не смогу находится около нее сутками. – Пробубнил Волкан, взбесив прозвищем Джоша.
– Спокойно! – влезла Анна, прерывая грядущую ссору. – Джош! Бабушка и дедушка очень хотят с тобой пообщаться.
Ребенок скривился. Джулия тоже как-то странно посмотрела на сестру Эрика.
– Не могу я их так называть, – передернул плечами мальчик.
– Называй просто по именам: Оливия и Томас. – Предложила Джули, присаживаясь рядом с Волканом. Тот положил ей руку на колени и мальчишка взбесился.
– Можно тебя на минутку? – позвал в коридор ее Джош, чтобы переговорить с глазу на глаз и увести подальше от графа, распускающего руки. – Обещай, что не будешь гулять с блондином и Ромео!
Девушка рассмеялась, подозревая, что на самом деле имелось ввиду под словом "гулять".
– Алан будет со мной всего месяц, а потом улетит по делам. Ромео... – задумалась Джули. – Не стоит волноваться о нем! Если ты переживаешь, что я из-за них забуду о твоем приемном отце, то можешь быть спокоен. Они только напоминают мне о нем.
Она тяжело вздохнула, присела на корточки.
– Как думаешь, он о нас вспоминает хоть иногда?
Джош присел рядом.
– Не знаю, – честно признался ребенок. – Но надеюсь, что ему икается, потому что лично я часто о нем вспоминаю!
– Тогда у него просто не прекращается икота! – расхохоталась Джули и обняла Джоша. – Побудешь немного у его родителей. Поболтаешь с Люси. Только ты аккуратнее, потому что ее мама не одобряет почему-то... Но. Ладно, разберемся. А когда турне кончится, я заберу тебя. Еще одно. Если он не вернется, то давай переедем в маленькую квартиру, где я раньше жила?
– Заметано! – подмигнул ей мальчик, и оба вернулись к упаковыванию самых необходимых вещей, в список которых попали: компьютерные игры, наушники, видеокамера... Когда Джули увидела, сколько всего сын запихал в чемодан, всерьез озадачилась, а останется ли целым дом Таунсендов. Стоило выпасть из вещей мини-пиле, как девушка стала опасаться, не заберут ли мальчишку в полицию. Он прятал "игрушку" обратно с такой загадочно-ехидной физиономией, что даже Анна испугалась, но задавать вопросы, вроде "Зачем ему?.." – не решилась, боясь услышать правдивый ответ.
"Как думаешь, ребенок способен разрушить полгорода?" – написала Джулия Эрику.
"А если этот ребенок Джош?" – снова отправила сообщение, уже скорее по привычке, девушка. Ответов так и не было. Но она зачем-то продолжала писать, хоть диалог и напоминал общение с самой собой.
Не ждали?
Сколько проблем начиналось с простой фразы, неосторожно брошенной товарищу: "А тебе слабо?..". Веселье, которого так ждал Ромео, тоже зародилось именно с этих слов. Точнее сначала большая компания из музыкантов, певцов и менеджеров играли в карты, пока ехали в автобусе. А потом было дело принципа.
– Не обращайте внимания. Это у них временное явление. Обычно они ведут себя прилично. Просто музыканты... – оправдывался и врал Честер в холле гостиницы, предупреждая охрану и владельцев, чтобы они не слишком нервничали, когда увидят постояльцев.
Ко входу, где итак толпились люди, подъехал яркий автобус и из него, хохоча и подталкивая друг друга, вышли ребята из групп Джульетты и Ромео. Бриджит со своими компаньонами тоже остановилась, выглянув из другого автобуса. Пусть она и не одобряла выходок, на которые были горазды ее коллеги, но любопытство пересиливало здравый разум. Прибыли и другие музыканты. Как и обычные прохожие, посетители на несколько минут позабыли о делах, остановились, чтобы узнать, кого привезли: цирк, пациентов психбольницы или звезд шоу-бизнеса? Оказалось, что всех сразу. А самые главные клоуны, пока не торопились выходить на арену.
– Ну? – подбадривали заждавшиеся ребята, выстроившись у двери.
– Джул, может, не стоит? – подошел Честер и жалобно взмолился.
– Действительно! Тебе не обязательно в этом выходить! – раздалось ехидное в салоне. – Мы ведь спорили, что ты просто наденешь это и все. Ты одела. Я посмотрел. Можешь не позориться!
– Да ладно тебе! – хихикнула девушка. – Что ж тебе одному красоваться? К тому же я уже и привыкла, вошла в образ! Так что позориться будем вместе!
– Зачем позориться?! – усмехнулся Ромео. – Мы пойдем гордо вскинув головы!
– На три-четыре!
Прозвучал отсчет. Терри и Роланд забарабанили по автобусу, выбивая бодрый ритм. Честер закатил глаза и потянулся к успокоительному, оглядываясь, нет ли поблизости полисменов. Первой на общий суд вышла Джулия в черном обтягивающем, кожаном комбинезоне, с очень глубоким декольте и с хлыстом в руках. На голове рыжей девушки красовалась немецкая шапочка. Лишенная робости, она, играя на публику, размахнулась, крутанула хлыстом и щелкнула... Прямо по ногам выходившего Ромео. Он подпрыгнул и чудом приземлился обратно на землю в туфлях на высоченных каблуках.
– Ой, прости, козочка... – тут же извинилась девушка перед... трансвиститом – ведь именно так сейчас выглядел парень.
– А ничего такие ножки! – констатировал Роланд, пытаясь удержать на физиономии серьезное выражение, когда рассматривал певца.
– Спасибо, сладкий! Я сегодня вечером свободна! – подмигнул ударнику Ромео и сложил накрашенные губки бантиком.
– Эй, красотка! – вмазала переодетому парню по заднице Джулия. – Ну что? Пошли регистрироваться?
Она предложила Ромео взять ее под локоть, и они вместе, гордой пружинистой походкой... точнее Джулия шла, красиво виляя бедрами, а Ромео очень старался устоять на высоких каблуках и тоже как-то вильнуть, если не бедрами, то хоть чем-нибудь. В общем, пестрая парочка появилась в холле гостиницы под крик, шествующей позади свиты: "Дорогу королевам эпатажа!"
– Шуты! – прокомментировала Бриджит, не понимая, как таких вот дуралеев продюсер может называть профессионалами.
– Смотри, папарацци! – толкнула в бок парня Джули, и он зачем-то потянул и так короткую юбку вверх, чтобы прикрыть лицо. Расхохотавшись, девушка одернула его. – Гульчатай, не прячь личико! Играй на камеру! Изобрази страсть!
Но вместо этого Рома подхватил ее на руки и понес к ресепшину, собственно там и оставил прямо на столе. Джули не растерялась и, перевалившись на бок, игриво подмигнула растерянным портье.
– Сегодня замечательная погода, не правда ли? Скажите, – она потянулась к одному из парней в форме и провела рукоятью хлыста по его щеке, – вам не нужна хозяйка? Нет? А раба?
Судя по виду несчастного, он-то не отказался бы от близкого знакомства с откровенной девицей, но побаивался скалящегося трансвистита, который стоял рядом с ней.
Шокированные работники гостиницы перевели взгляды с развратной девицы и ее товарища на менеджера. Честер кивнул, намекая, что вот они – обещанные невменяемые личности, "прошу любить и жаловать!". После тяжелого вздоха их быстро зарегистрировали и отдали ключи от номеров.
– Ты абсолютно ненормальная! – распинал Честер подопечную, набросив ей на плечи собственный пиджак, чтобы хоть немного скрыть ее внешний вид. – Зачем вам только понадобилось устраивать этот цирк?!
Он ругал ее, а девушка загадочно улыбалась и размахивала купленным в секс-шопе хлыстом. Честер Норфолт ощущал, будто пытается вразумить трехлетнего ребенка, которому плевать на поучения взрослого дяденьки. У нее на лице было написано, что деточка хочет играть и веселиться. Менеджер уже думал ляпнуть: "В угол тебя поставлю!", но тут взгляд Джулии зацепился за кого-то особенно интересного. Глаза ее сощурились. Она поджала губы, нахмурилась. Честер обернулся. Медленно мимо них проплывал сам мистер Блайд, в обнимку с хихикающей девицей. Нашептывая что-то своей пассии, он "мазнул" по жене мимолетным взглядом и, даже не здороваясь, направился к своему номеру, как ни странно, через две двери от Джулии.
– Вот же сволочь!!! – выругалась девушка и, обернувшись обратно к Честеру, наивно захлопала глазками, изобразив кающуюся невинность. – Я это вслух сказала?
Менеджер кивнул, а она, извиняясь, хихикнула и постучала ладошкой себе по губам. Норфолт внимательно разглядывал ее, удивляясь уж слишком веселому настроению.
– Это все? – спросил он, ожидая более бурной реакции от той, которая запросто учиняла скандал, умудряясь не только из "мухи слона раздуть", так и дохлого таракана превратить в замечательный повод для начала войны. – Где крики? Истерика? Привычная славянская брань?
– Во-первых, – ухмыльнулась она, – Уилл запретил мне нервничать. Во-вторых... – Джули вдруг резко перевела тему разговора с себя на менеджера. – Ты знал, что он здесь?
Мужчина признал свою вину и кивнул.
– Удивительно, что вы ни разу не встретились за все турне! – выдал он, не без опасения за нервную систему девушки. – Он, наверное, очень старался тебя избегать... А так как вы с Ромео сразу после своих выступлений отправлялись в бар и не особо интересовались, теми, кто выходит на сцену после вас, не удивительно, что за кулисами ты его не видела...
Ее лицо начало меняться: кошачьи глаза слишком уж подозрительно сузились, губы вытянулись в тонкую полоску. Услышав скрип зубов, Чес понял, что кому-то сейчас сделают больно... А возможно, даже укусят.
– Мы подумали, что так даже лучше. Если вы не... – заикнулся менеджер.
– Мы? – уточнила Джули.
– Ну, Генри и Роб, ребята...
– Заговор! – оценила масштаб тайной кампании девушка. – Ладно! Мне пофигу! Я иду спать!!! Сколько у нас там до начала концерта осталось?
– Шесть часов, – прикинул Честер.
– Отлично! Как раз хватит! – махнула рукой подозрительно спокойная Джулия и скрылась за дверью.
"Прошла любовь? – задумался Норфолт. – Или научилась скрывать эмоции?"
Менеджер постоял еще несколько секунд под дверью, прислушиваясь не плачет ли его подопечная, не швыряет ли предметы обстановки о стены. Но в номере было тихо. Поэтому Чес ушел.
Джули переоделась. Залезла в душ. Однако даже прохладная вода не смогла унять ярость, бурлящую внутри.
– Значит, уехал. Бросил. – Обсуждала она перемены личной жизни с собственным невидимым Я.
Девушка прохаживалась по комнате от двери к кровати и обратно, пиная собственный сотовый, как футболист на поле.
– Значит, мне ни к кому подойти нельзя было, потому что кто-то супил брови рядом. А сам, как поставили печать в паспорте, ушел в свободное плавание!!! Баб он водит! Два месяца в турне, а он прячется от меня!!! Не хочет видеть! Не хочет разговаривать!..
Джули остановилась, подняла сотовый и набрала номер сына, с ходу, как только услышала голос ребенка, задала весьма странный вопрос:
– Привет, Джош! Ответь мне, что мы делаем с предателями?
– Мстим! – как-то ошарашено и автоматически выдал мальчик.
– Я знала, что ты меня поймешь! – и положила трубку, озадачив ребенка, выскочившего из кухни, чтобы принять звонок.
– Видеть и говорить не хотим – не надо! – решила она. – Но это не значит, что я не хочу пообщаться! А я просто горю желанием!
И открыв новое текстовое сообщение, быстро написала: "Надеюсь, ты видел ее медицинскую карту! А то, знаешь ли, СПИД не спит... и все такое!". После чего отправила, помня о том, что сказал когда-то Роберт – Блайд не менял номер и телефон при нем. Она, конечно, не особо надеялась на ответ... Тем не менее, три минуты спустя в двери ее номера постучали. Джули открыла. Опираясь о дверной косяк одной рукой, на пороге стоял загулявший супруг и насмешливо смотрел на жену.
