Текст книги "Знакомые незнакомцы. Мир в прорези маски (Объединенная версия)"
Автор книги: Олеся Осинская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 43 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]
Высоко подняв голову, с каменным выражением лица я выплыла в центр зала, словно принцесса как минимум. Чинно возложила руки на плечи партнеру и принялась старательно и не слишком изящно выводить фигуры танца. Прямо как те «манекены», что с девушками танцуют. Пусть Джокер попотеет.
Несколько минут он терпел и старательно таскал меня по залу, чуть ли не руками переставляя с места на место, и наконец не выдержал.
– Вы всегда такая… – Он запнулся, видимо не желая обидеть даму и в то же время желая донести свою мысль.
– Какая такая? – ехидно переспросила я.
– Деревянная.
– Ах вот как! – Я разозлилась и на следующем шаге «нечаянно» с силой впечатала острый каблук в его ногу.
Джокер резко дернулся, пытаясь вытащить пострадавшую конечность и совершив несколько не самых изящных движений. А в заключение еще и дернул меня не в ту сторону, так что я едва не столкнулась с другой парой.
– Вижу, вы тоже не слишком хорошо двигаетесь, – мстительно заметила я. И, подождав, пока он выровняет нас, закончила: – Да и ведете как-то не очень.
Мужчина подозрительно сощурился:
– Вы что, издеваетесь?
– А что, это так заметно? – невинно округлила я глаза. – Простите, я слегка не в себе. Ваша… – я, подражая господину Леману, сделала многозначительную паузу, – мужественность потрясла меня не меньше, чем вас моя красота… По крайней мере вы могли бы не столь явно выражать свою неприязнь.
Мне показалось или Джокер в самом деле смутился?
– Хм… а вы не так просты, как кажется, – наконец промолвил он, бросив на меня внимательный взгляд.
– Я бы предпочла услышать извинения вместо этого сомнительного комплимента.
Мужчина рассмеялся. В нашу сторону тут же обернулись несколько человек и принялись прислушиваться к разговору.
– Один – ноль в вашу пользу! Примите мои искренние извинения.
Я внимательно посмотрела на Джокера и решила простить. Почему бы и правда не получить удовольствие от танцев, пока есть такая возможность.
ГЛАВА 3
Поздно вечером устроили новую забаву. На берегу озера развели большой костер. Слегка прогорев, он превратился в огромный камин – теплый, ласковый и романтичный. С одной стороны поверх травы постелили ковры, с другой сложили обтесанные бревна, в озеро протянули длинный мостик с удобными креслами – так сказать, на любой вкус. В окрестных зарослях я шестым чувством обнаружила людей – пряталась охрана. Девушки разбились небольшими стайками и рассредоточились по поляне. Я присела на одно из бревен. К счастью, эта сторона костра была не слишком востребована – большинство предпочли более комфортные условия. Тихо и уютно потрескивали горящие дрова. Недалеко от меня также в одиночестве сидела Тали – мы чуть кивнули друг другу. Я почувствовала, что девушке сейчас не нужна компания, и не стала навязывать свое общество.
Стемнело. Задумчиво вертя в пальцах бокал, я сквозь него завороженно смотрела то на черно-алые мерцающие угли, то на неподвижную гладь озера. С другой стороны костра появился гитарист, и многие девушки собрались вокруг него. Потакая аудитории, парень пел сплошь о любви. Приятный бархатный голос и перебор струн окончательно настроили меня на романтичный лад. Услышав справа легкий шум, я повернулась и увидела, как возле Тали возник молодой человек. Вообще-то простому персоналу сюда вход был заказан, но некоторым «электрикам» закон не писан. Я легко отсалютовала Киру бокалом. Тот чуть кивнул на Тали, потом скосил глазами на меня и на себя, показывая, что вечером он сам присмотрит за девушкой, и лишь затем тоже приподнял бокал.
Слушая песни и иногда украдкой поглядывая на Кира с Тали, я вдруг особенно остро ощутила собственное одиночество. Появилось непреодолимое желание напиться. Конечно, тот единственный раз, когда я наклюкалась до непотребного состояния, еще не выветрился из памяти. Но, может, мне сегодня именно это и нужно? Зато будет весело!
Я отставила пустой фужер и решительно направилась к расположенному неподалеку бару. Взялась за ножку полного бокала и, передумав, отпустила. Вместо этого ухватила за горлышко бутылку. Поболтала – вроде полная. Подойдет. Проигнорировала удивленный взгляд официанта, стоящего на разливе. Не страшно. К репутации Ванессы одна бутылка вина ничего не добавит и не убавит.
Заметила, что Кир тоже со своей стороны как-то странно покосился. Хорошо, что ничего не сказал. Я от души хлебнула из горлышка и снова уставилась на огонь. Вино попалось крепкое и сладкое. «Тем лучше, – подумала, – быстрее приду в нужную форму».
К тому времени как рядом уселось еще одно тело, я успела выпить примерно треть своего запаса и уже находилась в этой самой «нужной форме».
– У вас не занято? Нехорошо, что юная леди, даже такая, как вы, сидит и пьет в одиночестве.
Я решила милостиво пропустить мимо ушей «такую, как я». В конце концов, Джокер – вполне подходящая кандидатура для собутыльника. Я чуть скосила глаза – ну ладно, это я скорее собутыльник, он будет собокальником, но какая разница…
– А, господин Леман, – протянула я, постаравшись изобразить томно-фамильярную улыбку. Судя по тому, как отшатнулся собеседник, мне это удалось слишком хорошо. – Значит, вы явились сюда, чтобы скрасить мое одиночество. Как раз вовремя. А то, каюсь, я уж начала было скучать.
Мужчина как-то тоскливо, или даже затравленно, на меня посмотрел, а затем еще почему-то зыркнул на Кира. Чего это он? Только не говорите, что принц попросил его за мной присмотреть… Можно подумать, я тут натворю чего-то…
Я не отрываясь смотрела на Джокера – боги, какой красивый мужчина. Внутри что-то защемило и затрепетало. И даже дурацкие усики и не менее дурацкие круглые очочки его уже не портили. Или это из-за вина? Может, мне сейчас все красивыми покажутся? Обернулась в сторону бара – мальчик за стойкой стал явно симпатичнее, чем был раньше. Я приветливо помахала ему рукой.
– Ну? – обратилась я к Джокеру, сделав широкий жест рукой, неся по воздуху бутылку, и снова отхлебнула райского напитка, презрительно взглянув на крошечный бокальчик моего спутника. – Начинай, что ли…
– Начинать? – удивленно переспросил сидящий рядом молодой человек, вопросительно подняв бровь.
– Да-да, – энергично закивала я, – начинай скрашивать мою девичью тоску!
С этими словами я потянулась к собеседнику, не слишком понимая, что именно я собираюсь сделать. Однако тот моментально вернул меня на место.
– Простите, никоим образом не хочу вас задеть, но меня больше привлекают женщины, похожие на женщин, а не на павлинов. Так что я лучше просто рядом посижу.
От возмущения я чуть не поперхнулась очередным глотком. Все благодушные эмоции моментально трансформировались в злость. Я к нему со всей душой! Со всем своим розовым романтичным настроением!
– Я, может, и павлин… А ты… – от вина и возмущения с трудом выговаривая слова, начала я, для достоверности еще и ткнув в мужчину бутылкой, – ты, Джокер, просто свинья. – Сидеть здесь дальше моментально расхотелось. – Сам ты павлин! – крикнула я, привлекши внимание окружающих, и принялась перелазить через бревно.
Зацепившись каблуком за сучок, потеряла равновесие и ухватилась за какой-то фривольный цветочек, пришитый к пиджаку учителя танцев. Мне удалось не упасть, только немного вина пролила на себя, а вот несчастное искусственное растение с треском покинуло прежнего хозяина.
– Все равно он выглядел пошло, – сказала я и, покрутив цветочек в руке, выбросила его подальше. – Приятного вечера!
Я развернулась и, не выпуская бутылку из рук, собралась уходить. Джокер ловко поймал меня за плечо и развернул обратно.
– Постой-ка. – Его пальцы проворно ухватили меня за подбородок и по очереди повернули мое лицо то одной, то другой стороной к свету костра. – Надо же, – задумчиво пробормотал он, – я бы и не догадался. Малышка, ты, что ли?..
– «Если я еще раз назову тебя малышкой, можешь смело дать мне в глаз», – процитировала я слова, сказанные мне полгода назад, пытаясь передразнить Джокера. Затем кое-как скрутила непослушные пьяные пальцы в фигу и на удивление ловко засветила ею мужчине в лицо. Тот от неожиданности даже уклониться не успел.
Я расплылась в довольной ухмылке. Иногда приятно быть пьяной, на трезвую голову я бы такого в жизни не сделала. Завтра, наверное, будет стыдно, зато сейчас меня переполняла радость маленькой победы. Настроение снова улучшилось.
– Ой, прости, – извинилась я тоном весьма далеким от раскаяния.
– М-да… Ладно, не убегай уже. Ты мне, кстати, когда-то вечер обещала, только ни на одно письмо так и не ответила. – Джокер тронул пальцами пострадавшее веко и чуть поморщился. Да, я славно потрудилась. – Представляешь, что завтра девчонки станут придумывать по поводу фингала?
– Тоже мне проблема, – с трудом сдерживая нотки радости, отозвалась я. – Не такая серьезная травма. Любой целитель сведет твой синяк за пару минут.
– Ну уж нет, – покачал головой мой собеседник, присаживаясь обратно на бревно, – это боевой трофей. Девушки мне еще таких подарков не оставляли. Пусть пока красуется. – Джокер легко мне подмигнул.
Дальнейший вечер почти ничего не омрачало. Я то сидела смирно, то периодически пыталась приставать к мужчине, то лезла целоваться. Кажется, пару раз назвала его Джеком. К счастью, имена Джек и Джокер звучат похоже, особенно с пьяным акцентом. Надеюсь, он не обратил внимания на мои мелкие промашки…
Когда костер догорел, я отбросила в сторону пустую бутылку и попыталась встать. Получалось плохо.
– А может, прямо здесь заночевать? – спросила я саму себя. Мысль показалась мне интересной. – Это так романтично… Я сплю, а надо мной сверкают звезды…
– И комары за одно место кусают, – услышала сбоку ехидный голос. – Ты лучше подумай, как на тебя завтра посмотрят служащие, которые придут уборку делать. Растрепанная полупьяная девица, с размазанным макияжем, спящая прямо на улице, рядом с пустой бутылкой.
Я представила. Картинка мне не понравилась. Джокер легко подхватил мое безвольное тельце и понес в общежитие. На его груди было тепло и уютно. Я принюхалась – мужской запах смешался с ароматами костра и леса. У меня закружилась голова… Хоть бы дорога домой была длинной-длинной…
– Мур-р-р…
– Что? – отозвался мой личный транспорт, открывая (не иначе как третьей рукой) дверь моей комнаты.
– А может, ты здесь останешься? – ответила я и, почувствовав, что меня собираются не слишком аккуратно швырнуть на кровать, мертвой хваткой вцепилась в мужчину.
– Эй-эй! Ты меня задушишь, – с насмешкой произнес Джокер, пытаясь отцепить от себя мои руки. Наконец ему это удалось, и меня бережно уложили в постель. – Не кипятись… Я был бы совершенно не против остаться в этой комнате или пригласить тебя в свою. Но! Во-первых, мне бы хотелось, чтобы подобные предложения делались на трезвую голову. Во-вторых, мне не нравится, когда меня называют чужими именами. А в-третьих, – он бесцеремонно провел руками по тем местам, где раньше находились выпуклые части моей фигуры, – держа тебя в руках, я себя чувствую то ли голубым, то ли педофилом. – Джокер посмотрел на мое ошеломленное лицо и рассмеялся. – Шутка. Но я все равно предпочитаю трезвых.
Мужчина усмехнулся и закутал меня, как ребенка, в одеяло. Затем слегка взъерошил волосы и провел пальцами по щеке. Я довольно замурлыкала, а Джокер снова улыбнулся:
– Спи давай. Я утром зайду, посмотрю, как ты себя будешь чувствовать.
Через несколько секунд дверь захлопнулась. Снова стало грустно и одиноко. «Он меня даже не узнал», – подумалось с непонятной обидой. Хотя… это значит, что я достаточно профессионально работаю. Поразмышляв еще немного, ответа на вопрос: «А как узнать?» – мозг так и не смог найти. Как-как! Сердцем почувствовать! То есть Джокер, конечно, не виноват, но поскольку мне все равно обидно, то, значит, виноват – закончила рассуждать пьяная женская логика. На этом сознание милостиво меня покинуло.
ГЛАВА 4
Утро оказалось нерадостным, но вместе с тем и не совсем ужасным. Еще не до конца проснувшись, я начала мысленно оценивать свое самочувствие. Судя по всему, в этот раз мне не так плохо, как когда-то в Академии. Я приоткрыла глаз, несколько секунд разглядывала цветочки на балдахине, затем попыталась приподнять голову. Размягченный мозг столкнулся с черепом и дал о себе знать тупой болью. Я тихо застонала. Вот дура… обещала же себе, что больше не буду.
– Пей! – раздалось с другой стороны кровати.
От неожиданности я подскочила, даже забыв про головную боль. Рядом со мной сидел Джокер и противно улыбался. Я осторожно взяла протянутую большую кружку, не отрывая недоверчивого взгляда от своего гостя, и залпом выпила.
– Не говори ничего про вчерашний вечер. Мне и так очень стыдно. А еще лучше – забудь, что он был.
– Ну право же, дорогая, как я могу такое забыть?
– Какое такое?!
Подсунутое мне зелье привело меня в чувство буквально за несколько секунд. И как только сознание ко мне вернулось, возник вопрос: а что в моей кровати делает мужчина?! Я еще раз окинула его взглядом. Джокер выглядел так, словно… это была его комната. Легкие светлые брюки, расстегнутая рубашка и влажные волосы, будто он только вышел из душа… я посмотрела на распахнутую дверь ванной… из моего душа!
– Ты! – обернулась я к Джокеру. – Что ты тут делаешь?! Ты же вчера вечером к себе ушел…
Лицо последнего приобрело совершенно невинное выражение.
– Отвечай на вопрос! – рассердилась я.
– А ты перестань в меня пальцами тыкать. Это твоя благодарность за спасение от похмелья? – спокойно отозвался он. – Я, между прочим, и обидеться могу – похоже, я тебе нравлюсь, только когда ты пьяная.
Я смутилась… На самом деле он неправ. А сейчас в этой полурасстегнутой рубашке, с влажными прядями, падающими на лицо, Джокер был особенно хорош.
– Прости, – выдохнула я, возвращая ему кружку, – до сих пор я напивалась лишь один раз в жизни и наутро ничего не помнила. Вот и сейчас…
Я не смогла закончить свою мысль, произнеся ее вслух, и опустила глаза. Зато почувствовала, что начинаю краснеть.
– Тебе говорили, как ты мило краснеешь? – Мужчина выдержал томящую паузу и наконец вернулся к теме разговора. – Да не волнуйся ты, не было ничего вчера. Или ты думаешь, что я покусился на твое бесчувственное тело?
– А это?.. – Я выразительно посмотрела на его мокрые волосы.
– А это у меня кран в душе сломался. Сегодня обещали починить. Если бы я был более мнительным, подумал бы, что это его высочество Твой Приятель мне специально сломанный кран подсунул, – заключил Джокер насмешливым тоном и многозначительно поднял бровь.
Я рассмеялась. Чем бы они с Киром друг другу ни насолили, но вряд ли взрослый, уважающий себя принц способен на такое ребячество.
– Ну, мне пора, – неожиданно сменил тему мой гость и серьезно добавил: – Ты тоже вставай. У нас много работы.
Он бодро вскочил с кровати и направился к выходу.
– Джокер? – окликнула я, когда он уже практически стоял в дверях. Мужчина вопросительно взглянул в мою сторону. – Это неправда. Ты мне нравишься не только когда я пьяная. Наверное, я забыла тебе об этом сказать, будучи трезвой.
– Приятно слышать, – с улыбкой отозвался мой собеседник и весело подмигнул.
Еще секунда, и в комнате я осталась одна. А я вдруг совсем не в тему вспомнила Джека… Ведь до приезда сюда он у меня из головы не выходил. И почему я в присутствии одного мужчины сразу забываю про второго? Разве могут нравиться сразу двое? Впрочем, о них можно было подумать и позже. А сейчас, как правильно заметил Джокер, пора вставать и приступать к работе.
Через двадцать минут я была полностью готова, а еще двумя минутами позже стучалась в дверь напарника. Комната Джокера выглядела сестрой-близнецом моей собственной. Просторная и светлая, с большим окном, на широком подоконнике которого так удобно сидеть, с резным старинным комодом, столиком на изогнутых ножках и уютным коричневым креслом. Главной достопримечательностью этой комнаты, как, впрочем, и моей, оставалась необъятного размера кровать. Цветовые отличия можно не брать в расчет. Хоть здание и называлось «общежитием», но на проверку не уступало лучшим люкс-гостиницам. Все-таки большинство участниц – весьма именитые особы, и необходимо обеспечить им соответствующие условия.
– Итак, что мы имеем на данный момент… – начал Джокер.
Имели мы не так много, а существенного и вовсе ничего. Доступ к рейтингу могли получить члены королевской семьи, жюри и главный жрец храма Нери. Кто из них подзабыл, что рейтинг – информация засекреченная, выяснить пока не удалось.
О нападавших на девушек тоже не получилось узнать ничего ценного. Джокер лично навестил Папашу Эркаса – местного коллегу Берты. С ним я когда-то сталкивалась. Раз в несколько лет он с «официальным» визитом посещал Берту. Так вот, тот божился, что не имеет ни малейшего отношения к покушениям.
– Посудите сами, сюда и так на время праздников съезжаются толпы лохов, желающих поглазеть на конкурсы или потусоваться на ярмарках. Стоит ли связываться лишний раз с властями ради минутной выгоды, особенно если сезон и без того урожайный.
Опять же, из-за этих «лохов», как выразился Эркас, в городе куча пришлого народу, всех не проверишь. Впрочем, помявшись, местный криминальный авторитет все-таки признался под обещание неразглашения, что на Лессу напали его люди. Мол, не ведали, что к чему. Мало ли кому чем девка досадила. Но как только поняли, что идет плановая травля конкурсанток, Эркас недвусмысленно дал понять своим, что любой нарушивший запрет отправится на тот свет, – коротко и ясно. Описать заказчика – нет, не может. Лицо скрывалось капюшоном, фигура… средняя, рост… средний, а вообще весь какой-то средний.
– Единственная отличительная черта, – вспомнил Эркас, – говорит с легким акцентом и словно с придыханием. Либо его родной язык не исталийский, но чел или долго жил здесь у вас, либо вырос в какой-то глуши – там в каждой деревне собственный говор. Но не исталиец – ваш акцент я легко узнаю.
Рейтинг девушек со вчерашнего дня поменялся. Моя подопечная поднялась с седьмого места на третье. Совсем неплохо для девушки, которая неделю назад волочилась в конце сотни. Вот к чему приводят встречи с электриками. Кроме нее в пятерку лучших входили Поли Красс, Крила Смирр, Кади Васкес и Милли Давитт. Я мысленно пыталась вспомнить каждую. Почти наверняка кто-то из конкурсанток причастен к преступлениям, поэтому девушки из первой пятерки являлись как главными подозреваемыми, так и потенциальными жертвами. Мы по очереди обсудили каждую из них, не забыв про семью и родственников.
– И одна из главных проблем здесь, – продолжил Джокер, – это его высочество принц Нори, который никак не поймет – раз покушения продолжаются, более того, на конкурсной территории, то к вопросу безопасности стоит отнестись ответственнее! Думает, посадил по кустам десяток охранников, и все, достаточно.
– Хм… Твое мнение субъективно. Кир мог бы возразить, что новые покушения происходят не из-за охраны, а из-за того, что ты медленно распутываешь дело. Какая разница…
– А, черт, – махнул рукой мой собеседник, – никакой. Девчонок жалко…
Еще полчаса мы мусолили одно и то же, затем разбежались готовиться к очередному мероприятию.
В середине дня намечалась фотосессия. Фантомные портреты конкурсанток потом будут продаваться как сувениры, и любой желающий сможет купить себе на память открыточку с понравившейся красавицей.
На полянке у озера собралась уйма народу. Девушки неспешно прогуливались в старомодных длинных платьях с широкими юбками, помахивая пышными веерами или покачивая в руках пестрые тряпичные зонтики, украшенные бахромой и цветами. Мерно колыхались перья на пестрых шляпах, озорно кружились юбки на разворотах, и вообще, зрелище было донельзя романтичным.
Вокруг красавиц вились лучшие фотографы страны, оценивая обстановку, освещенность, выискивая выгодные ракурсы. Смазливые актеры, приглашенные на день и тоже одетые в костюмы прежних лет, развлекали участниц – на фото они станут изображать галантных кавалеров. Официанты, декораторы, стилисты… Даже в кустах, похоже, негде было яблоку упасть – там размещалась, стараясь лишний раз не светиться, наша доблестная охрана…
Выполнив свою работу – накрасив девушек, я быстро смоталась в общежитие. Не хватало еще объяснять каждому, с какой радости учитель танцев и визажистка командуют охраной. Теперь мы облачились в стандартную униформу и ничем не отличались от прочих служащих. Я к тому же скрыла синие волосы под париком. Вернувшись, я поискала глазами знакомых. Быстро нашла долговязую, нескладную фигуру Кира – он продолжал играть роль рабочего и сейчас помогал с декорациями. На другом краю поляны Тали весело щебетала с подругами. От меня не укрылись взгляды, изредка бросаемые девушкой в сторону принца. Глядя на этих двоих, не смогла не улыбнуться. Вторым человеком, также регулярно посматривавшим на Кира, оказался наблюдающий за всей этой суетой Джокер. Правда, его взгляды выглядели отнюдь не дружелюбными. И наконец, я с удивлением обнаружила еще одно знакомое лицо – Ленси Арадера, неподвижно стоявшего неподалеку с идеально ровной спиной, словно офицер на параде. Не зная, чем себя занять, я направилась к напарнику.
– Если бы я хотела создать благоприятные условия для нового покушения, то, признаюсь, вряд ли у меня вышло бы так хорошо, – обратилась я к мужчине. – Мало того что здесь снует куча людей и за каждым не уследишь, так еще и все эти лодки, качели, лошади… Кажется, без «несчастного случая» сегодня не обойдется. Мы прямо-таки искушаем преступника.
Джокер ничего не ответил, однако на его лице отчетливо читалось, что он думает о данном мероприятии.
– Какое счастье, что мне придется следить только за одной Тали, – добавила я и едко закончила: – А тебе достанутся все остальные участницы.
– Да уж… – промычал Джокер и резко развернулся ко мне.
Я невольно отшатнулась. Таким я его еще не видела. Лицо застыло маской, а фигура подобралась, как у хищного животного, готового к атаке. Цепкий взгляд уставился прямо мне в глаза.
– Я Кира удавить готов, – мрачно, без тени шутки отчеканил мужчина. – У него совсем мозгов нет. Он думает, что я всемогущий? Или он себя таким считает? Хорошо, если будет просто покушение. Но ведь ты права – здесь слишком много народу, действительно, за всеми не уследишь. Молю богов, чтобы покушение не оказалось удачным и не обернулось катастрофой. И… да, лучше бы девушки в обнимку с березками фотографировались.
Я задумалась. А ведь и правда, на мне сейчас ответственность куда меньшая…
– Послушай, – вернулась я к разговору. – Я, конечно, в первую очередь наблюдаю за Тали. Но тоже буду максимально настороже. Если смогу чем помочь…
– Сейчас любая помощь не повредит. А то от этих, – Джокер кивнул в сторону кустов, – вряд ли много проку. Не спорю, они все неплохие бойцы, да только, ты ж понимаешь, тут угроза другого характера. Вряд ли на поляну выскочит вооруженный маньяк и надо будет вступить в схватку.
Мой собеседник невесело улыбнулся. Кажется, первоначальный всплеск злости прошел. Однако мужчина по-прежнему оставался напряженным и натянутым как струна. Поддавшись эмоциям, я сначала взяла его за руку и крепко пожала, потом по-дружески обняла и похлопала по спине.
– Все будет хорошо. Я верю – мы справимся.
В ответ Джокер потрепал волосы моего парика, испортив прическу (хотя многие и не заметили бы разницы), а затем чмокнул в лоб.
– А Ленси Арадер как здесь оказался? Как я понимаю, он нам сейчас помогает?
– Лик-принц входит в состав жюри. Прибыл сегодня утром с официальным визитом. А раз уж здесь такое творится, его попросили помочь. И правильно – помощь сильного мага, тем более универсала, сейчас не помешает. Ты в курсе, что на поляне запрещено пользоваться магией?
Я кивнула.
– Собственно, это и есть причина. Ленси отслеживает любые попытки колдовства. А еще проверяет каждого прибывшего. Я с ним чуть раньше побеседовал.
Я покосилась в сторону Арадера. Тот представлял полную противоположность кипящему Джокеру. Чуть прикрыв глаза, маг словно статуя стоял с абсолютно расслабленным выражением лица, меланхолично пожевывая небольшую трубку и изредка выпуская колечки дыма, словно находился на заслуженном отдыхе, где в тишине и одиночестве созерцал широко раскинувшееся море, а не эту людскую суету.
Словно услышав наш разговор, придворный маг Исталии обернулся, вынул изо рта трубку, слегка улыбнулся и приветственно кивнул.
– Мое почтение, – чуть шевельнулись его губы. Затем молодой человек снова закусил трубку и, как могло бы показаться со стороны, погрузился в себя.
Впрочем, Джокер тоже успел собраться. Теперь передо мной стоял деловой и строгий мужчина, зорко наблюдающий за окружающими. Ничто не указывало на недавнюю вспышку.
– Вот возьми. – Напарник протянул мне несколько листков бумаги. – Это расписание. Не уверен, что организаторам удастся его в точности придерживаться, но все ж лучше, чем ничего. Можешь найти там Тали.
Я быстро пробежалась глазами по листам. Сначала Тали фотографируется на лошади, затем на очереди качели, лодка и, наконец, несколько общих групповых фото. Ну что же, съемки скоро начнутся, можно оправляться поближе к загону.
Помня об обещании Джокеру, я сосредоточилась не только на Тали, а постаралась приглядывать за всей группкой девушек, что фотографировались вместе с ней.
В меру своих знаний я проверила сбрую, осмотрела рот, уши, копыта, заставила молодого паренька проехать на каждой лошади круг галопом – в общем, больше удалось бы обнаружить, наверное, только при вскрытии. Молодые конюхи, присматривавшие за лошадьми, разве что пальцем у виска не крутили. Прислушалась к интуиции – никаких указаний на какие-либо потенциальные проблемы. И лишь затем разрешила Тали сесть верхом. К счастью, для фото не надо было ни скакать галопом, ни делать что-либо опасное. Девушки лишь сидели, изящно придерживая поводья одной рукой и посылая воздушные поцелуи либо покачивая зонтики другой. Тем не менее я, не отрывая глаз и почти не моргая, старалась следить за всеми участниками действа. Наконец последние конкурсантки слезли с лошадей. Первый раунд прошел тихо и мирно. Я с облегчением вздохнула и только тогда поняла, в каком напряжении находилась все это время. Машинально помассировала виски. Пора было отправляться к качелям. Почувствовав на себе чей-то взгляд, я обернулась – Джокер ободряюще качнул головой.
Все начало повторяться по новой. Веревки качелей, прикрепленные к высоко растущей ветке дерева, оказались полностью увитыми декоративными цветами и плющом. Потому оценить их состояние на вид не было ни малейшей возможности. Более того, в любой момент можно подойти и аккуратно подрезать лезвием часть нитей – никто ничего и не заметит. Я энергично подергала веревки, затем так же активно попрыгала на сиденье. Тем не менее результат полностью меня не удовлетворил. Решив еще проверить лично, насколько хорошо закреплены качели, я полезла наверх.
«И почему никто не додумался посадить сюда пару наблюдателей?» – запоздало подумала я. С моего дерева отлично просматривалась вся поляна. Без труда нашла Джокера, Ленси и Кира. На выгоне фотографировались очередные девушки. На озеро одна за одной медленно и величаво выплывали пузатые лодки – первая уже начала делать широкий круг, идя на разворот. И только наша группа по-прежнему копалась и никак не могла начать. Я вернулась к узлам. И в этот момент со стороны озера раздался девичий визг.
Резко вскинувшись и едва не потеряв равновесие, я глянула в сторону озера. Лодка, шедшая первой, растянула круг разворота и заплыла за камыши, на какое-то время скрывшись от наблюдателей с берега. Лодочник, он же актер, изображавший молодого аристократа, стоял в полный рост и с силой раскачивал лодку. Леди не переставала голосить. Наконец парень запрыгнул на борт и отчаянным рывком все-таки перевернул свое суденышко.
Бегло взглянув на поляну, в секунду оценила обстановку. Там творилось черт-те что. Видимо, почти все знали о прежних покушениях, каждый из присутствующих ждал неприятностей – одни с предвкушением новых сплетен, у других нервы были на пределе. И сейчас, не видя источника крика и не понимая, что произошло, люди бестолково суетились и бегали, больше сея панику, нежели чем-то помогая. Часть, падкие на происшествия, рванули поближе к озеру, чтобы лично в подробностях увидеть, что случилось. Кто-то перепугался и пытался сбежать или спрятаться, кто-то пытался помочь, но вместо этого хаотично метался по поляне. Несколько впечатлительных девиц тоже принялись вопить, вероятно, просто из солидарности. Я видела, как Джокер едва не поддался импульсу самому прыгнуть в воду и плыть спасать девушку, но вовремя одумался и жестом послал пару охранников. Правильно, в этой кутерьме без проблем можно устроить еще несколько покушений. Кир организовывал своих людей, оцепляя периметр. И только Ленси со своей трубкой спокойно стоял в прежней позе, продолжая сканировать пространство.
– Офицер! – со всей силы крикнула я.
Каким-то чудом напарник меня услышал. Я жестом указала более точное направление, где находилась перевернутая лодка. Джокер сразу же направил туда еще людей. Затем вопросительно кивнул в сторону остальных орущих людей. Я покачала головой.
– Оставайся на дереве! – скорее прочитала по губам, нежели услышала я.
Все заняло считаные секунды, я снова повернулась к озеру. Возможно, преступник рассчитывал, что широченные юбки быстро потянут потерпевшую на дно, но на деле вышло наоборот. Они оказали неоценимую помощь, не успев намокнуть так быстро, и воздух, что находился внутри, сейчас успешно поддерживал несчастную девушку на плаву. Та напоминала огромный розовый поплавок – орущий и бестолково размахивающий руками. Это она зря. Сидела бы уж спокойно – сама себя топит. Я присмотрелась внимательнее – да это ж никак Милли Давитт! Девушка из комнаты Тали – симпатичная, с большим потенциалом и с таким же большим непробиваемым снобизмом. Я ее недолюбливала именно из-за этого – с ее легкой подачи многие знатные конкурсантки объявили негласный бойкот Тали и другим менее родовитым девушкам. Впрочем, в том, что покушались именно на нее, ничего странного не было – девушка уверенно занимала одну из лидирующих позиций с самого начала.
К пострадавшей уже плыли лодки. Ее быстро вытащили из воды, но прекратить истерику пока не удалось. Один из охранников нашел взглядом меня и знаками изобразил человека в костюме. Я махнула рукой чуть в сторону от лодки. Мужчина кивнул, легко спрыгнул с борта и нырнул. С нескольких попыток незадачливый актер тоже был вытащен из воды. Надеюсь, он останется жив – я совершенно точно знала, что юноша не имеет никакого отношения к произошедшему.
