Текст книги "Знакомые незнакомцы. Мир в прорези маски (Объединенная версия)"
Автор книги: Олеся Осинская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 43 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]
Сидящий напротив мужчина внимательно смотрел на мое надутое лицо… И неожиданно спокойно и серьезно ответил:
– Простите. Признаюсь, дразнить вас одно удовольствие, но, кажется, я переусердствовал. Я никоим образом не хотел вас обидеть. – Он жестом фокусника извлек из воздуха маленький голубой цветочек и протянул мне. – Ну же, не расстраивайтесь. Я болван и признаю это.
Я приняла этот неожиданный подарок и постаралась улыбнуться. Извинение подкормило мою обиду, теперь и в самом деле захотелось плакать. С минуту мы молчали, затем Сорби продолжил:
– Выходит, Берта с вами вообще ничем не поделилась… – Он легко усмехнулся. – Впрочем, это ожидаемо. Она как закрытая национальная библиотека – информации много, а воспользоваться ею невозможно. Но все равно я удивлен – многие из вашего окружения, не только мать, могли бы кое-что разъяснить. В данный момент есть три открытых вопроса – что это было, почему это произошло со мной и почему с вами. И мне тоже безумно интересно разобраться. Но в отличие от вас я нахожусь на пару шагов впереди. В частности, знаю ответы по первым двум пунктам. А вот вы, дорогая, в этом деле – полная загадка. И простите мое тщеславие, почему-то мне не хочется терять своего преимущества. – Джек чуть подмигнул. – Но раз ваши расспросы не принесли результата, то в качестве жеста доброй воли дам зацепку. Вы слышали, что принц Кир Нори Стад из соседней Адании решил жениться?
Я кивнула. Да, что-то мне такое говорили. Однако, считая Кира законченным холостяком, сочла слухи непроверенными и потому всерьез не восприняла. А с самим Киром пока поговорить не удосужилась.
Сорби не торопясь налил себе еще кофе и продолжил:
– Так вот. Если моя разведка не ошибается, вы дружны с ним. Попросите у принца приглашение на бал, который дается по окончании конкурса «Мисс Адания». Возможно, заметите что-нибудь интересное. В любом случае, уверен, с первым пунктом быстро разберетесь, я в вас верю. А дальше… каждый сам за себя – посмотрим, кто быстрее.
В общем, я и так собиралась на конкурс, почему бы и на бал не остаться? Кир мне не откажет. А может, у принца прямо спросить? Я бы давно это сделала, но совет Герни не трепаться об этом удержал меня от всяческих расспросов. Или сначала бал, а дальше в зависимости от того, что увижу, спрашивать или не спрашивать Кира?
Размышляя над словами Сорби, я снова принялась за еду, не пропадать же вкусным и дорогим блюдам. «А ведь я веду себя как настоящая студентка!» – пришла неожиданная мысль. Те точно никогда не пропустят халявное угощение. Сама себе улыбнулась.
Когда ужин закончился, я чувствовала себя беременным поросенком. А ведь настоящие леди должны клевать как птички. Ну и ладно, настоящие леди ночью по стенам не лазят, и визиты одиноким мужчинам не наносят. Кстати о стенах, надеюсь, мне разрешат выйти отсюда через дверь, а не через окно. Сытый желудок убаюкивал, я с удовольствием зевнула и сразу услышала:
– Спишь уже. Домой тебе пора. Не знаю, где ты живешь, но могу открыть портал в дом Берты.
Отличная идея! Не придется бродить ночью на холоде… Я, конечно, предпочла бы выйти из комнаты, пройти пятьдесят метров по коридору и уснуть в своей кровати в общежитии, но делать этого при Сорби, понятно, не собиралась.
Я поднялась и тоскливо посмотрела на лежащее рядом трико. В халате было удобно, а переодеваться лень. Джек правильно расценил мой взгляд:
– Не напрягайся. Халат можно и в другой раз вернуть. Иди так.
Он провел рукой по воздуху, я собрала вещи и приготовилась шагнуть в портал. В последний момент мужчина меня удержал. Я обернулась, его лицо было так близко… Долгую секунду мы, не дыша, смотрели друг другу в глаза. В груди что-то приятно заволновалось, мне показалось, что вот-вот сейчас он меня поцелует…
Вместо этого Джек усмехнулся, чмокнул по-отечески меня в лоб и вытолкнул в окно перехода.
Я оказалась в гостиной Берты раньше, чем успела что-либо сказать. Обернулась, пытаясь… Но золотистая рамка мгновенно погасла. Я разочарованно вздохнула и быстро, пока меня не застукали в доме, рванула к двери, ведущей в мою комнату.
А через десять минут уже спала как младенец.
Утром нашла в почмаге две записки. Прочитав первую, от Берты, я улыбнулась. Она гласила:
«Сначала кое-кто бросается на меня с упреками, что я раздаю направо и налево имя ее почмага… А потом этот же кое-кто в мужском домашнем халате вываливается посреди ночи из портала Джека Сорби. Вижу, ты времени даром не теряешь – умница, девочка.
И навести уж, в конце концов, свою престарелую мать – давно тебя не видела.
Берта».
Вторая, кто бы сомневался, пришла от Джека:
«Леди, благодарю за приятный вечер. На случай если Вы решите еще раз почтить меня своим визитом, хочу сообщить, что мои окна расположены на четвертом этаже второго общежития. Третье справа – спальня, четвертое – гостиная. Можете заходить в любое удобное для Вас время.
Дж.».
Я засмеялась. Одновременно с этим пришло понимание, что, как бы мне ни нравилась моя новая жизнь, по старой тоже безумно соскучилась. «Придется как-то совмещать», – довольно подумала я и побежала будить Люську.
Часть четвертая
КОНКУРС
ГЛАВА 1
Я сидела, сбросив обувь, у огромного голубого озера и с удовольствием болтала в нем ногами. Руки приятно утопали в мягкой травке, ступни по очереди опускались в прохладную водичку, а мои шикарные синие волосы с редкими желтыми прядками овевал легкий теплый ветерок. Стояла середина зимы – время холодное даже для более южной Адании. Однако конкурсную территорию, где жили девушки и проводились выступления и соревнования, накрыли специальным магическим куполом и создали внутри искусственное лето. Даже деревья зазеленели благодаря магам-природникам. Вдали за озером виднелась голубоватая дымка – там по-прежнему царила зима с морозным воздухом и заснеженными кустами. Зато я имела возможность наслаждаться воистину курортными условиями.
Рядом устроилась невысокая миловидная девушка, за которой с сегодняшнего дня я наблюдала по просьбе Кира. Тали, так ее звали, нельзя было назвать красавицей в общепринятом понимании этого слова. Однако… глаза лучились каким-то внутренним светом, мягкая добрая улыбка украшала лицо, а от самой девушки исходили доброжелательность и участие. Через несколько минут, проведенных вместе, я вдруг поняла, что даже сидеть рядом с ней, ничего больше не делая, почему-то комфортно и уютно. Улегшись на траву и положив руки за голову, я расслабилась и принялась лениво наблюдать за медленно плывущими облаками.
– Ты рада, что оказалась в финале конкурса? – негромко спросила я Тали.
– Сначала была рада, а теперь не знаю…
– Тоже мечтаешь выйти за принца?
– Вы знаете, нет… – спокойно ответила девушка и пару секунд помолчала, наклонив голову вниз и теребя какую-то травинку. – Я выросла в маленьком провинциальном городке на самом севере Адании, в бедной семье. Мои родители даже не дворяне. Там другие порядки. В свои двадцать я уже старая дева. Родители не знают, как от меня избавиться или хотя бы заставить приносить деньги в семью. А я… не получается у меня. Наш лекарь взял к себе помощницей. Правда, почти ничего не платил, мол, поможешь какому клиенту, он тебя отблагодарит. Это так, да только больных побогаче лекарь себе забирает, а с бедняков что возьмешь? А они тоже болеют, и жены их, и дети… Как отказать? И последние гроши забрать рука не поднимется. А по вечерам родители наседают, грозятся из дому выгнать…
Лекарь, вероятно, благодарил судьбу, пославшую ему Тали в услужение: денег тратить особо не надо, учить тоже – все равно с бедняками возится, если кто и помрет, так туда ему и дорога. Зато можно вовсю помыкать девушкой и напоминать при каждом удобном случае, кто ее облагодетельствовал. Тали с шестнадцати лет, как и все ее сверстницы, проходила отбор к королевскому конкурсу, но все тщетно. Ее подруги после первой попытки все как одна повыскакивали замуж (еще бы – хоть ритуал и может проводиться до двадцати, но на деле и в семнадцать редко кого брали), а она… отклонила несколько предложений, доведя тем самым родителей до бешенства. Тали представляла себе будущую замужнюю жизнь, и ей становилось тоскливо – лет через пять хозяйство, сердитый супруг, минимум трое орущих детей и вечные хлопоты по дому. Тогда придется похоронить свои грезы. Муж никогда не позволит ей заниматься любимым делом. А моя подопечная мечтала стать лекарем и помогать людям. Зная, что девушки-невесты в первую очередь едут учиться, а затем активно участвуют в жизни страны, помогая мужьям, решила пытать счастья до самого конца – использовать малейший шанс.
Этот год являлся для Тали последним – в следующем исполнится двадцать один. В назначенный день она вместе с другими молодыми горожанками подошла к храму. Дождалась своей очереди, сбросила одежду и легла на алтарь. Как и в прошлые разы, ее окутало теплым золотистым светом. Девушка расслабилась, закрыла глаза и, понимая, что это ее последняя возможность, принялась молиться богине Нери, открывая душу и рассказывая о своих истинных намерениях и желаниях. Сколько Тали там пролежала, она не знала. Вероятно, долго: уж больно сердито косились на нее другие участницы, ожидавшие своей очереди. А через два дня на стене храма появилось ее имя – девушка ехала на второй отборочный тур!
Едва я появилась в Миртане, столице Адании, как меня сразу же к себе вызвал Кир, причем официально, в рабочий кабинет. Мы поприветствовали друг друга, слуга принес и оставил кофейник с фарфоровыми чашками, и принц сразу перешел к делу.
– Хорошо, что ты здесь. Я хотел попросить о небольшой услуге, – деловито произнес он, протягивая мне чашечку. – Но начну с пары предисловий… Тебя, наверное, удивляет мое внезапное решение жениться, хотя еще совсем недавно даже не помышлял о подобном?
Я согласно кивнула, взяла предложенный кофе и приготовилась слушать.
– Этому есть простое объяснение. Когда-то давно, тебя еще и на свете не было, я влюбился. Если честно, наплевал бы и на все конкурсы, и на правила, и на то, что она меня гораздо старше, – я бы с радостью женился. Но, к сожалению, эта женщина уже была замужем. Ее брак оказался несчастливым, и мне без труда удалось завоевать ее любовь. Какое-то время мы встречались, а затем она внезапно прервала отношения… Подозреваю, ее муж начал догадываться. Как бы там ни было, я еще долго не мог ее забыть. Кроме того, узнав, что такое любовь, я стал с некоторым недоверием относиться к конкурсу выбора невест, хоть и вижу перед собой положительный пример – оба моих брата счастливы со своими женами.
– А что сейчас с той женщиной? – поинтересовалась я.
Кир грустно вздохнул:
– Ничего. Жива, хотя и не очень здорова. Мои агенты понемногу за ней приглядывают. В последнее время она сильно сдала. Но дело не в ней. За месяц до первого конкурсного отбора мне приснился сон. Со мной разговаривала богиня Нери, убеждала меня выставить свою кандидатуру на конкурс. Обещала, что снова стану счастлив. Утром я, конечно, посмеялся, однако сон повторялся изо дня в день, пока я не решился. Стоило мне объявить о своем решении, как сны сменились самыми обычными.
Заинтересовавшись, я подалась вперед. Кир никогда не говорил со мной о своей личной жизни. Вся эта история выглядела донельзя романтичной, и я помимо воли начала улыбаться.
– И что же случилось дальше? – поторопила я приятеля.
– Дальше, как ты выразилась, именно «случилось». Далеко не каждый год у девушек появляется шанс выйти замуж за принца, соответственно данная новость вызвала необычайный ажиотаж. К сожалению, похоже, кто-то стремится стать моей женой либо продвинуть свою протеже настолько сильно, что не гнушается незаконными методами. Кстати, ты вообще знаешь, как проходит конкурс?
Я едва пожала плечами:
– Только в общих чертах.
– Раньше соревнования проводились только для членов королевской семьи – таким способом выбиралась девушка, достойная получить Дар Королевской Спутницы. Сейчас им пользуется большинство аристократов и влиятельных людей. Раз в год девушки шестнадцати – двадцати лет в один и тот же день посещают местный храм и проходят ритуал представления невесты. Каждая из них входит в специальную комнату, ложится обнаженной на алтарь. Через два дня на стене сами собой появляются имена тех, кто может ехать в столицу на отборочные туры.
В целом это техномагическая разработка. Алтарь представляет собой особый сканер, проверяющий физическое здоровье, наличие Даров, потенциал к магии или искусствам, считывает и обрабатывает мысли. Здесь производится достаточно грубый отсев. Далее, во время второго отбора проверяются совместимость аур претенденток и женихов, знания или потенциал испытуемых, таланты и умения, сила характера и так далее. В финал обычно выходит около сотни девушек.
Часть оценок ставится людьми – жюри конкурса, часть вычисляется магическими средствами, часть – технологический подсчет. И конечно, божественное вмешательство. Некоторые параметры более весомые, другие нет. Таким образом составляется рейтинг невест. Плюс учитывается очередность женихов. Далеко не всегда девушка, что оказалась ниже рейтингом, хуже. Значит, кому-то из женихов она не подходит.
– Как все сложно… – вздохнула я. – Так что же все-таки произошло?
Кир на секунду склонился над массивным столом и вытащил из ящика пару толстых папок.
– Начну по порядку. В этом году в финал вышло сто двадцать восемь девушек. Вот возьми, – протянул он мне несколько листочков. – Здесь их имена-фамилии, краткая справка о каждой, фантомные фотографии и неофициальные рейтинги в разные дни.
Перед Новым годом, как положено, финалистки поселились в специальном общежитии, а на стене конкурсного дворца появились их имена в алфавитном порядке – по рейтингу их рассортируют только по окончании конкурса. По правилам, первые две недели перед официальными выступлениями девушки обживаются на новом месте, знакомятся друг с другом, разучивают танцы и так далее. На самом деле за ними все время продолжают наблюдать, в том числе провоцируя нестандартные ситуации. Неприятности начались с самого начала. Вот эти конкурсантки…
Кир выложил передо мной две фантомные картинки. Одна из девушек была потрясающе красива.
– …вечером ушли прогуляться по городу. По первой официальной версии они зашли в ресторан, выпили – с непривычки много и не надо, затем познакомились с мужчинами, чьи личности установить не удалось, и устроили совместную оргию. Утром обе ничего не помнили. Исключены из списка финалисток за аморальное поведение. Как видишь, одна из них очень красива. Вторая – наследница древнего рода, к тому же очень одаренная. В рейтинге обе были в пятерке лучших.
Тем временем Кир достал еще три фотографии.
– Вот эта конкурсантка, – принц ткнул пальцем в одну, – устроила безобразную драку на уроке танцев. Эта – невесть зачем украла деньги у одного из служащих. Обе исключены за неподобающее поведение. Третья умудрилась, по словам свидетелей, споткнуться и упасть практически на ровном месте. Сильно разбила голову, сейчас лечится. А этой пришло сообщение, что мать при смерти, и она срочно поехала к ней.
И снова на столе разложены портреты.
– Еще четверо добровольно отказались от дальнейшего участия и уехали. Итого всего за четыре первых дня десять девушек выбыли из конкурса, причем восемь из них занимали достаточно высокие места в рейтинге. Выглядит подозрительно, не так ли?
– А с финалистками, что уехали добровольно, разговаривали?
– Только с последними двумя. Отговаривались тем, что расхотели участвовать. И это аристократки, которых с детства к конкурсу готовят! Чуть ли не цирковые номера репетируют.
– А дальше?
– Дальше мы усилили наблюдение. Но ничего не помогло. Посмотри на эти лица. Тали Росс, Мира Клетт и Лесса Бранн. Три дня назад ушли гулять в город. На одной из улиц Лесса замешкалась, разглядывая какие-то скульптуры. Внезапно ее подруги услышали крик. Вернувшись, обнаружили подругу в луже крови. Ее сильно покалечили, причем быстро и профессионально. Несчастная умерла бы на месте, если бы не Тали Росс. У той от потрясения самостоятельно инициировался Дар Целителя. Одной силой желания она сумела стабилизировать потерпевшую. Тем не менее Лесса в тяжелом состоянии находится в лечебнице и соответственно из конкурса выбывает.
На следующий день после происшествия я бродил по общежитию под видом электрика. В здании планировался «пожар» – одна из тех нестандартных ситуаций, о которых я упоминал. На самом деле девушкам ничто не грозило. Мы хотели посмотреть, как каждая из них будет себя вести. Я пришел пораньше, думал побеседовать с кем-нибудь из конкурсанток. Мне повезло – на лестнице сидела та самая Тали Росс. Оказалось, перед «несчастным случаем» Лесса получила записку, которая исчезла сразу по прочтении. Примерное содержание: «Ты следующая. Уезжай отсюда и никому не рассказывай, иначе пожалеешь!» Девушки сочли послание чьей-то глупой шуткой, а зря. А на следующий день, то есть в день нашего с Тали разговора, аналогичную записку получила ее подруга – Мира. Естественно, перепугалась. На этом беседа закончилась, потому что начался «пожар», во время которого Миру пытались столкнуть с лестницы, причем не в сторону ступеней, а в колодец между пролетами. Один прут в перилах оказался заранее расшатанным. Девушка чудом успела удержаться, чтобы не упасть и не сломать себе шею. Учитывая панику и толкучку, инцидент списали бы на несчастный случай, если бы я заранее не знал о записке. На следующий день после происшествия, то есть вчера, Мира уехала.
Среди девушек начали ходить слухи. Многие перепугались, однако большинство продолжало верить в случайности. А сегодня утром произошло новое событие. Во время завтрака официант, разливающий чай, неожиданно выплеснул кипяток из чайника в лицо одной из девушек, после чего бросился к окну, открыл его и выпрыгнул. Скончался на месте. А записку потерпевшая тоже получала.
Вот так обстоят дела на данный момент. Преступник не найден, охрана усилена, конкурсантки в панике, а на нас наседают родители оставшихся девушек с требованиями что-нибудь сделать.
– И ты хочешь, чтобы я провела расследование? – с восторгом начала я.
– Нет, конечно. – Кир улыбнулся. – Прости за недоверие, но дело слишком серьезное, а опыта подобной работы у тебя нет. К тому же, – принц недовольно поморщился, – главный жрец Нери, не спросив меня, вызвал Джокера расследовать это дело.
– Тебе это не нравится?
– Да. Во-первых, мои люди и сами бы справились. К сожалению, у меня самого на это сейчас нет времени – я как жених и член жюри должен постоянно крутиться на виду. А во-вторых… – Кир запнулся. – В общем, есть у меня причины не радоваться его присутствию, несмотря на то что я его очень уважаю.
– А про какую услугу ты тогда говорил?
Мужчина встал, сделал несколько шагов, разминая ноги, посмотрел в окно и лишь тогда ответил:
– Можешь присмотреть за Тали Росс? Я практически уверен, что она и есть обещанная мне богиней Нери девушка. Не спрашивай почему. Считай, что просто чувствую. Кроме того, ей двадцать. Если бы я не выставил в этом году свою кандидатуру, то вряд ли бы нашел ее после этого.
– Вот как. – Я с интересом посмотрела на портрет. – Выходит, если ты прав, то ее рейтинг поползет вверх, а следовательно, рано или поздно она тоже получит соответствующую записку…
– Именно. Как видишь, здесь не нужен телохранитель в буквальном смысле – в большинстве случаев в открытую на девушек никто с оружием не нападал. Все как-то исподтишка. Но бумаги по делу можешь забрать. Я тебя знаю, все равно сунешь свой любопытный нос в расследование.
Я засмеялась. Почему бы и нет. Раз уж, как правильно заметил мой собеседник, у меня нет опыта расследований, то почему бы мне его не получить.
– Да, если тебе интересно, – снова услышала я голос Кира, – Джокер у нас работает учителем танцев.
– Значит, раньше была рада, что вышла в финал, а теперь не уверена? – вернулась я к разговору с Тали Росс. Девушка успела по моему примеру сбросить туфли, опустила ноги в прохладную воду озера и, чуть щурясь, смотрела на неяркое зимнее солнце. – Это из-за всех этих «несчастных случаев»? Страшно стало?
– И это тоже. Я ведь… Не знаю, как сказать. Глупо было бы не бояться. У меня здесь появилось всего две подруги – Мира и Лесса. Мира тоже из простых – такие, как мы, редко в финал выходят. А Лесса… она добрая и негордая. Если бы вы ее видели… Вся красная от крови… лежала будто изломанная кукла. Как можно такое сделать с живым человеком? – С блестящими от слез глазами Тали повернулась ко мне. Я эмпатией уловила отблеск пережитых тогда эмоций – страх, боль, жалость, но девушку не остановила. – И ведь она задержалась всего на минуту. Говорят, у меня тогда инициировался Целительский Дар. Я и не знала, что у меня есть подобный. Родители не могли себе позволить такую роскошь – проверку в храме. Но я счастлива, что удалось спасти Лессу. Теперь ее вылечат… Потом была Мира. Во время пожара ее пытались столкнуть в пролет между лестницами. Хорошо, что она уехала. Мира – достойная девушка, и ей только шестнадцать. Надеюсь, в следующем году она снова попадет в финал. А дальше завтрак, и ошпаренное лицо Клеты. Девушка жила на нашем этаже, я часто ее видела. Как она кричала… Думаю, я имею право бояться. Хотя есть еще одна причина.
Тали сорвала травинку и задумчиво ее пожевала, словно раздумывая, говорить ли дальше.
Я участливо взглянула на девушку:
– Еще одна?
– Да… – тихо ответила моя подопечная. – Я всегда считала любовь выдумкой. Сами посудите – кто такое может себе позволить? Богатые женятся для укрепления рода, связей, богатства. Бедные… одни, чтобы получить еще одну рабочую пару рук в хозяйство, другие, чтобы избавиться от лишнего рта. Нет, бывает, конечно, всякое… да только на деле о свадьбе чаще всего договариваются родители, а молодых и не спрашивают. Кем-то руководит долг, кем-то – чужие правила вроде «так все делают». Когда я шла на конкурс, меня тоже вела цель – моя мечта помогать людям. И я бы вышла замуж за любого, будь на то воля богини, и стала мужу достойной спутницей. А сейчас… – Девушка запнулась, опустила глаза, а на щеках появился трогательный румянец. – Мне кажется, я влюбилась… в простого электрика, что работает в общежитии. Вы не подумайте чего – на самом деле я почти ничего о нем не знаю. Может, он вообще женат. Только с ужасом думаю: а если я и правда пройду конкурс и стану невестой какого-то именитого господина… Разве я смогу быть хорошей женой, любя другого? Может, лучше сразу уйти? – Тали открыто на меня посмотрела, словно ожидая ответа.
Я мысленно усмехнулась. Думаю, Кир действительно не ошибся.
– Не стоит, – отозвалась я, взяв девушку за руку. – Ты ведь знаешь, что судьи конкурса не только люди. Когда ты молилась богине Нери, лежа на алтаре, тебя услышали. Так неужели ты думаешь, она не почувствует, что ты влюблена? Поверь, как бы ни сложилось, все выйдет так, как должно быть. Даже если поначалу покажется иначе.
– Наверное…
– Не наверное. А именно так! – Я эмпатически окутала девушку шлейфом собственной уверенности и с удовольствием заметила на ее лице улыбку. Ободряюще сжала ее руку. – Обещаешь, что не сдашься на середине пути и не бросишь конкурс?
– Обещаю, – искренне ответила та и тоже в ответ сжала мои пальцы.
Мы снова легли на траву.
– Ты знаешь, у меня не так много подруг, – неожиданно призналась я и подмигнула Тали. – Но была бы счастлива, если бы появилась еще одна.
ГЛАВА 2
– Смотри, смотри! Это она! – послышался громкий шепот из дальнего конца коридора. Секундное молчание, и тот же девичий голос продолжил: – Это же сама Ванесса Вальди! Одна из лучших визажисток страны! Она гримировала даже «Зеленых Баронов»!
– Да ты что! – с интересом подхватила собеседница. – Неужели та самая Ванесса?
Я скрыла усмешку. Практически уверена – никто из девушек раньше и не слышал этого имени. Впрочем, не спорю, ребят из упомянутой группы действительно когда-то гримировала. На одном из первых выступлений. Собственно, благодаря именно мне после концерта слово «мрачные» в названии группы сменилось словом «зеленые».
Посовещавшись с Киром, мы решили представить меня девушкам как известную визажистку. В течение дня я создавала яркий и запоминающийся образ – покрасила магическим шампунем волосы в яркий синий цвет и приколола внутрь несколько желтых прядей. Я всегда делала стрижку лесенкой – сверху волосы покороче, внизу подлиннее. В результате распущенные волосы казались длинными, подколотые внизу длинные пряди создавали видимость короткой стрижки, а собранные наверх – высокой бальной прически. Хотя и парики тоже никто не отменял. В данный момент я остановилась на дерзком довольно коротком ершике. Для пущего эффекта смазала синие волосы сахарным раствором и устроила на голове легкий хаос. К этому шедевру прилагались столь же вызывающий макияж, по-мальчишески плоская фигура (пришлось максимально стянуть эластичными бинтами все выступающие части), не по-женски высокий рост (спасибо огромным каблукам, частично скрытым длинными штанинами) и обтягивающий черный кожаный костюм. Я медленно, чуть развязно двигалась, смотрела свысока на окружающих, впрочем, у многих девушек снобизму еще можно поучиться, и цедила слова сквозь зубы.
Затем мы пустили несколько слухов о знаменитой визажистке. И, как я уже заметила, новости очень быстро распространились. Теперь девушкам было неловко признавать, что они в первый раз слышат о самой Ванессе Вальди. И все делали вид, что прекрасно понимают, о ком речь.
Кроме различных косметических процедур, я успела смотаться домой за всякими нужными вещами. Забрала свою хамелеонку, авоську с джентльменским набором из отмычек, амулетов и прочих жизненно необходимых вещей, а также решила опробовать оружие, которым владела давно, но пока не имела возможности применить на практике. Тонкие трубочки, из которых я достаточно метко плевалась иглами, вставлялись в небольшую металлическую конструкцию, выполняющую роль заколки. Любая из них выхватывалась в долю секунды. При попадании в жертву тонкий кончик иглы стирался, запаянное внутрь средство проникало в кровь и действовало практически моментально. Вот эту заколку я и добавила к своему образу. Потом забежала к Герни приобрести несколько упаковок игл: со снотворным, с ядом змеи шу, сильным парализующим средством, и на всякий случай с синим ядом – этот убивает жертву быстро и намертво. Надеюсь, последними воспользоваться не придется.
На следующий день я встала пораньше – хотелось посетить урок танцев, навестить Джокера. Заодно и проверить свой новый образ. Несмотря на то что я не видела моего прежнего напарника больше полугода, причем по собственной вине, в глубине души хотелось, чтобы он узнал меня. Суета занятий в Академии, новые впечатления и друзья многое отодвинули на второй план. Признаться, в последнее время о Джокере я почти не вспоминала. Однако… сейчас события прошлого лета снова всплыли в памяти. Наши общие тренировки изо дня в день, бал и танец, затем похищение амулета, накал эмоций и его поцелуи и, наконец, неожиданный подарок и не менее неожиданный комментарий Берты, что Джокер кому попало драгоценности не дарит. Воображение рисовало картины будущей встречи – одна трогательнее другой. Практически дойдя до зала, вдруг почувствовала, что страшно волнуюсь… Я остановилась. Сюда уже доносился его голос. Прислонившись к холодной стене, несколько секунд просто прислушивалась. Почему-то стало страшно заходить. А вдруг он спросит, почему я не отвечала на письма? Или он вообще про меня забыл, как и я про него… Последняя мысль неприятно кольнула. Коленки расслабились и подогнулись, и я медленно начала сползать по стенке.
Где-то неподалеку неожиданно громко хлопнула дверь. Звук отвлек меня от раздумий. «Ну что я, в самом деле, разнервничалась, словно на экзамен иду», – одернула сама себя и заставила снова направиться в танцевальный зал.
Из приоткрытой двери доносились звуки музыки, я подошла и тихо прислонилась к косяку, наблюдая за уроком. Просторный зал, залитый утренним светом, расходящимся широкими лучами со стеклянного потолка, выглядел так же шикарно, как и все в этом здании. По идеально ровному паркету скользили пары, отражаясь во множественных зеркалах. Редкие тонкие колонны, увитые декоративным плющом, создавали впечатление летней садовой беседки. А легкие светлые девичьи платьица еще больше усиливали это ощущение.
Девушки танцевали с партнерами. Не знаю, кем являлись эти юноши, однако вели они себя более чем сдержанно – какие-то безликие и одинаковые, словно манекены. «А у Джокера нет партнерши», – с некоторым удовлетворением подумалось мне.
Узнать Джокера в учителе танцев господине Лемане не составило труда. Лицо почти не изменилось, и даже дурацкие усики и маленькие круглые очочки его не сильно портили. Он смешно и суетливо двигался, чуть подпрыгивая при ходьбе, и так же бегло, проглатывая окончания слов, разговаривал. Но хоть подобное поведение его как мужчину не красило, стоит признать, к образу учителя танцев оно удивительно подходило. Наблюдать за ним оказалось приятно, в груди разлилось неожиданное тепло. Я любовалась и ждала, когда он меня заметит.
– Так… – произнес господин Леман, смешно взмахнув руками, – следующее движение сложно показать без партнерши. Кто желает помочь?
– Пригласите госпожу Ванессу, – раздался голос из толпы участниц.
– Госпожу Ва… – поперхнулся мужчина, обернувшись. Учитель танцев потерял дар речи.
Похоже, я ему не понравилась. Мое трепетное волнение мгновенно увяло. Наверное, даже на крокодила Джокер смотрел бы с большей приязнью.
– Госпожу Ванессу? Приятно познакомиться… редко можно встретить подобную… – Учитель замялся, видимо, не в силах подобрать определение. – Мм… красоту.
Я эмпатически уловила его неприязнь. Это ему мой вид не нравится? Обидно… Выгляжу я, конечно, несколько необычно и вызывающе, но вполне стильно… в некотором роде… Это в случае если он меня не узнал. А если узнал? Тогда вдвойне обидно. Нет, по-моему, все же не узнал.
– Разрешите вас пригласить, – галантно, с поклоном протянул мне руку преподаватель танцев, изображая максимальную учтивость.
Это он зря. Танцую я, возможно, не идеально, но вполне пристойно. Так и подмывало отказаться. Однако на нас смотрели участницы, и выяснять личные отношения сейчас было бы неуместно.
– Благодарю вас, с удовольствием, – высокомерно произнесла я, наградив мужчину таким же выразительным взглядом, какой несколько секунд назад получила сама. В конце концов, и сам не ахти какой красавец. Ну красавец, конечно, – но не в этих же очках.
