Текст книги "Да будет свет? (СИ)"

Автор книги: Оксана Недельская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)

Глава 9

Бывает, что не хочется жить, но это ещё не значит, что хочется не жить.

© Станислав Ежи Лец

Злата

Очнулась в удивительно живописной пещере, каменные своды которой покрывал слой зелёной растительности с мелкими цветами, похожими на гипосфилу. Воздух здесь светился сам по себе, создавая дополнительный уют, а перед входом шумела, переливаясь в лучах солнца, стена водопада.

Я лежала на шкуре неведомого животного, которая была загнута пополам, одновременно выполняя функции матраса и одеяла. Густой, длинный, невероятно мягкий мех дарил тепло и комфорт.

Стало быть, при переходе я потеряла сознание. И где, спрашивается, Адриан? Что ж, придётся его искать, а заодно исследую это странное место.

Пещерный зал оказался не слишком большим и хорошо обжитым. Скудная обстановка состояла из той самой шкуры, кресла-качалки и стола. Других вещей было немного и об их назначении оставалось лишь гадать. В дальнем углу я нашла проход куда-то вглубь, но пойти туда я не решилась – мало ли что может прятаться в кромешной темноте.

Итак, здесь никого нет. Куда пропал Адриан – неизвестно. Вряд ли он бросил меня, наверное, ненадолго вышел и скоро вернётся – поэтому я решила спокойно ждать. Однако ехидный голос в голове, мерзко похихикивая, упоённо вещал: «Это только цветочки, а ягодки будут ого-го! Прямо как в «Приключениях Незнайки и его друзей»: каждая ягодка с трудом поместится в кузов грузовика! И поделом – надо было слушаться, и не лезть куда не следует».

Когда мне надоело накручивать саму себя и, плюнув на страх, я решилась, наконец, пойти в тёмный проём, совсем с другой стороны, прямо из водопада, появился человек.

Мужчина с белёсыми волосами, остриженными ёжиком, одетый в кожаную куртку и кожаные штаны, невысокий, но сильный и ловкий – это читалось в быстрых, хищных движениях. Когда он подошёл ближе, я разглядела холодные светло-голубые глаза. Похожие на застывшие льдинки, они отлично гармонировали с жёсткими, будто высохшими чертами лица.

До этого момента я была уверена, что придёт Адриан, и, только увидев незнакомца, поняла, насколько не готова к неожиданностям. Мне что, придётся самой объясняться с представителем местной цивилизации? Но как? Ведь я понятия не имею, удалась ли наша афера, попала ли я на… Ох, даже не запомнила, как называется реальность Адриана!

Кстати, мужчина, стоявший передо мной, вполне мог оказаться земным жителем – в его внешности не было ничего необычного. Правда, странные приспособления, которые я увидела в пещере, наводили на не слишком радужные мысли, но, быть может, этот человек – гениальный изобретатель-отшельник?

Все эти соображения проскочили почти мгновенно. Я решила не начинать разговор первой, о себе не распространяться и вообще изобразить лёгкую степень амнезии. А там – по обстоятельствам. А вдруг блондина прислал Адриан? Вот было бы здорово!

Мы с незнакомцем некоторое время молча разглядывали друг друга – он тоже не торопился начинать беседу. Тогда я сделала ход конём – чарующе улыбнулась. То есть, надеюсь, что улыбка вышла чарующей, а не испуганной, потому что молчание блондина начало нервировать. Он точно не от Адриана, иначе наверняка заговорил бы без игры в гляделки.

Мужчина в ответ на улыбку ухмыльнулся.

– Новенькая? – спросил он, и я незаметно выдохнула с облегчением, так как всё это время стояла не дыша.

Вот только странный вопрос поставил в тупик.

– Новенькая? Что это значит?

– Не помнишь переход? – второй вопрос тоже ничего не прояснил.

– Э-э, какой переход? – я придерживалась придуманного сценария – не болтать лишнего.

– Ты из какой реальности?

Вообще прекрасно, вопросы всё информативнее и информативнее.

– Я ничего не помню.

О, как выкрутилась!

– Совсем ничего? – нахмурился мужчина.

– Помню своё имя – Злата.

Решила назвать настоящее, а то потом забуду придуманное, вовремя не откликнусь – и всё, легенда раскрыта.

– Никогда не слышал, чтобы новенькие теряли память. Придётся отвести тебя в Совет Харбласа, их может заинтересовать необычный случай, – эти слова незнакомец произнёс с явной издёвкой.

Если он поставил цель напугать меня, то ему это вполне удалось – не хватало стать предметом каких-нибудь жутких исследований. И раз уж он говорит о переходе, значит, мы не на Земле. А ещё – реальность Адриана точно называлась как-то по-другому, и вот это уже караул…

Тут мне захотелось отреагировать чисто по-женски – заплакать, – будто сие мокрое действо каким-то чудесным образом поможет переломить ситуацию в лучшую сторону.

Вышла, называется, ненадолго прогуляться! Противный голос в голове тут же захихикал, «ласково» окрестив меня идиоткой, дурой и даже непечатными словами.

Слёзы всё же выступили, и мужчину перекосило так, словно он одним махом проглотил целый лимон.

– Послушай, я тебя нашёл неподалёку от своего дома и принёс сюда, чтобы ты очнулась в безопасном месте, но я вовсе не собираюсь смотреть на твои рыдания. Так что давай, приходи в себя, и либо в Совет, либо – свободна.

За-ши-бись. Слёзы тут же высохли, так как стала очевидна их небоеспособность в отношении данного конкретного индивида. Похоже, старая мудрая истина «слезами горю не поможешь» – верна на все сто, а я ещё и усугубила ситуацию.

Кстати, что он говорил о безопасности? Выходит, там, где он меня нашёл, опасно? Чудненько. Тут мне пришла мысль посмотреть Аль своего нелюбезного собеседника, и я обомлела… Хорошо, что он как раз отвернулся и занялся своими делами.

Никакого света не было, в солнечном сплетении хозяина пещеры клубилась самая настоящая Тьма. Именно так – Тьма с большой буквы. Она не шла ни в какое сравнение с тьмой тех двоих мужчин с Земли. Эта Тьма была абсолютной, бездонной, по-настоящему живой. Я проморгалась, отключая свою способность, потому что находиться рядом с такой Тьмой было по-настоящему страшно.

Попробую выяснить у блондина хоть что-то об этом мире, иначе он выставит меня за дверь, и я тут просто не выживу.

– Извините, а как вас зовут? – попробовала, так сказать, навести мосты.

– Исондил. Что ты решила?

– Больше никаких слёз, – улыбнулась я.

Поняв, что мужчина на дух не переносит слабость, старалась говорить спокойно, без страха и заискивания, даром что на самом деле до спокойствия было ох как далеко.

– Прошу, не выгоняйте меня сразу. Хотя бы ответьте на несколько вопросов.

Исондил пару минут пристально вглядывался в мои глаза. Я прямо-таки кожей чувствовала его нежелание возиться – больше всего он хотел избавиться от надоедливой девчонки. Наверно, не рад, что притащил в свой дом. Пусть бы съели, да и всё. Или какие опасности подстерегают человека там, снаружи?

– Хорошо, – наконец, соизволил ответить он, – Что ты хочешь узнать?

Да, весёлая у меня началась жизнь. Второй раз за несколько минут жду ответа совершенно незнакомого человека, задержав дыхание и до боли сжав кулаки.

– Расскажите, пожалуйста, что это за место и как я сюда попала? – о том, как на самом деле произошёл мой переход, ему знать не стоит.

– Ты на Харбласе, в одной из реальностей Тьмы, иначе говоря, реальности Наль. Попала сюда после смерти физического тела, потому что Тьма – это прижизненный выбор твоей личности в одной из срединных реальностей. Ты говоришь, что не помнишь, из какого мира пришла – ты врёшь, это невозможно. Некоторые действительно забывают переход, но свою изначальную реальность помнят все. Зачем ты соврала?

Во время его короткой монотонной речи моё лицо вытягивалось всё больше. Идти в Аль, попасть в Наль. Одной. И что теперь? В этот момент я как никогда была близка к истерике. Настоящей – со рвущими душу всхлипами и битьём всего, что не приколочено. И только понимание того, что блондин, не церемонясь ни секунды, просто-напросто выбросит меня за дверь (или что у него тут вместо двери), заставило сохранить лицо.

Я несколько раз медленно вдохнула и выдохнула – йоги вроде как советуют такое дыхание для успокоения. Не знаю, не знаю… Моему успокоению куда больше поспособствовало выражение лица Исондила, так как на нём не только не отразилось ни капли сочувствия, скорее он ждал, что я сорвусь, и тогда можно будет вытолкать свою гостью наружу без угрызений совести.

– Я побоялась сказать правду. Думала, что сошла с ума. Моей реальностью была Земля, вам это о чём-нибудь говорит? – спросила с надеждой.

– Нет, – Исондил покачал головой, – я из другого мира. – А тебе теперь придётся жить здесь. Не в моём доме, – добавил он, видимо, отметив, как просветлело моё лицо.

Я действительно обрадовалась, решив, что он предлагает остаться. Несмотря на то что этот человек донельзя пугал меня, выйти наружу после его откровений я боялась ещё больше.

– Тебе придётся жить в этой реальности очень и очень долго. Не советую рассчитывать на кого-либо, кроме себя, это может обойтись слишком дорого. А выйти отсюда, отправив душу на перерождение в какой-нибудь срединный мир, практически невозможно. Это удаётся лишь единицам, остальные, как могут, выживают здесь.

Информация о том, что есть реальный шанс покинуть этот странный мир с неведомыми опасностями, явно должна была заинтересовать меня, появись я на Харбласе тем путём, о котором говорил Исондил.

– Получается, вырваться отсюда всё же можно?

– Не стоит на это рассчитывать, – покачал головой мужчина, – Я нахожусь здесь очень давно, уже потерял счёт времени, но такого шанса не получил. А ты странная. Сюда попадают в одежде, каждый в той, к которой больше всего привык.

Н-да, не завидую модницам, обожающим шпильки и вечерние платья.

– А у тебя в руках была сумка, вон она. Ты спокойно восприняла информацию о собственной смерти и зачем-то солгала, что всё забыла.

Он заметил, что я рвусь объясниться, и быстро добавил:

– Я помню твои оправдания, хочешь скажу, как есть? Они глупы, и прибавили сомнений на твой счёт. Поэтому давай так. Я накормлю тебя ужином, провожу до ближайшего портального камня, а дальше ты уж как-нибудь сама.

Я хотела спросить, что за портальный камень и куда он может вывести, но Исондил уже повернулся ко мне спиной, продолжив работу со своим загадочным агрегатом. Дальше испытывать терпение «благодетеля» явно не стоило, поэтому я уселась на мягкую шкуру, послужившую мне постелью, и так и просидела молча, погрузившись в свои невесёлые думы, пока Исондил не позвал к столу.

Стол был сервирован двумя большими овальными тарелками ядовитого жёлтого цвета и вилками почему-то с пятью зубчиками. На тарелках колыхались несколько видов непонятных субстанций, напоминающих разноцветные желе.

Сразу пришли мысли о ГМО, синтетическом мясе и о чём там ещё мечтают учёные? А, может, уже и не мечтают, а вовсю создают – я никогда особо не интересовалась этими вопросами. Видимо, пища была синтезирована тем самым аппаратом, с которым возился Исондил.

Я подождала, пока он приступит к поеданию своей стряпни, и только тогда присоединилась, пробуя по чуть-чуть все виды желе. Блюда были одного, нейтрального вкуса, в целом ничего, есть можно.

Ужин прошёл спокойно, Исондил не сказал ни слова, я тоже жевала молча. А после того как он запихнул тарелки в ещё один незнакомый агрегат и перевёл на меня равнодушный взгляд ледяных глаз, поняла, что всё, пора.

Если честно, до последнего надеялась, что мужчина передумает выгонять меня, от страха сердце ушло в пятки и отказалось возвращаться на своё законное место. Однако, понимая, что слезами и уговорами можно добиться ещё более неприятного эффекта, я молча взяла сумку и последовала за своим провожатым.

***

Мы топали несколько часов – а неслабо Исондил решил увести меня от своей холостяцкой берлоги. Первые тридцать минут (а, может быть, и дольше) я шла с завязанными глазами, не видя ничего вокруг, даже не узнала, как снаружи выглядит жилище этого пещерного человека.

Конспиратор, ёлки-палки. Хотелось выматериться от души, но сделать это не позволяла врождённая воспитанность. Хотя в этом мире она мне явно не помощник.

После того как Исондил снял повязку, я наконец-то смогла разглядеть окружающий ландшафт. Он был… странным. Словно сумасшедший художник перемешал все возможные краски и наляпал на холст как попало. Мы шли по горной местности, но встречали то пышно цветущие сады, то кусочки лесных массивов с деревьями-исполинами, то вдруг попадались унылые серые проплешины. Мимо нас текли бурлящие ручьи, и совсем рядом приходилось огибать стоячие болотца. Как всё это уживалось на одной территории – непонятно.

Некоторое время я послушно следовала за своим проводником, молча удивляясь вывертам природы, но потом мысли потекли в более практичном направлении – а как, собственно, здесь жить? Людей не было. Зверей тоже. Неясно, кого боится мой провожатый…

Потом – чем питаться? У Исондила есть штуковина, которая производит синтетику, а что делать мне? В конце концов, решила обратиться с этими вопросами к нелюбезному блондину, а он вдруг заговорил охотно, будто всё это время ждал возможности о чём-нибудь поболтать.

– Насчёт еды не беспокойся. Того, что ты съела сегодня, хватит дней на пять, да и умереть от голода всё равно не сможешь, – с улыбкой «успокоил» он меня, – Приспособишься и найдёшь пропитание. По поводу безопасности… Я нашёл тебя на Серой земле – нам они уже встречались, – обходи их стороной. Именно там проявляются страхи, особенно страхи новоживущих. Я и забрал тебя оттуда, потому что новоживущий, попав на Серую землю, может не очнуться. Кстати, там же есть неприятный шанс окончательно кануть в небытие – так что будь осторожна.

– А почему там можно не очнуться?

– Если человек при жизни в срединной реальности свято верил, что после смерти физического тела ничего не будет, то при появлении в Серых землях может исчезнуть навсегда.

Пользуясь хорошим настроением собеседника, я продолжила спрашивать:

– Исондил, как же мне тут устраиваться? Людей нет… Может, дашь какой-нибудь совет?

Он усмехнулся.

– То, что вокруг пусто – радуйся. Неизвестно, на кого нарвёшься. Кстати, ты очень опрометчиво хотела остаться со мной, смелая малышка, – мужчина вдруг как-то неестественно хохотнул, – Ты же ничего не знаешь ни о страхах, которые меня посещают, ни о моих интимных предпочтениях. Или ты полагала, что я оставил бы тебя за просто так?

Блондин рассмеялся в полный голос.

– Ты не представляешь, что мне приходится переживать, – вдруг со злостью сказал он, – Я уже не говорю о том, что было, когда я только появился здесь. Хотя… очень скоро ты всё почувствуешь на собственной шкуре.

Он замолчал, резко помрачнев, а я не знала, что и думать о внезапных переменах в его настроении. Некоторое время даже казалось, будто воздух искрится от напряжения, возникшего между нами… Мы обогнули по дуге ещё одну Серую землю и забрались на невысокий крутой холм, с которого открылся вид на живописную долину.

В её центре расположилось озерцо, по краям озерца шелестели великаны-деревья, похожие на наши ели.

Мой провожатый указал на невзрачный камень, спрятавшийся в высокой траве – я бы точно обошла всю верхушку холма, не заметив его.

– Вот портальный камень, если приложить к нему руку, переместишься в единственный город Харбласа – Глерсин. В Глерсине находится Совет Харбласа. Если станет совсем невмоготу – обращайся, может, и помогут. Если захотят. А так-то их все боятся…

Исондил помолчал.

– Ты просила один совет, вот он – всё в тебе. Помни об этом постоянно. Прощай.

Не дожидаясь ответа, мужчина резко развернулся и пошагал в обратную сторону. Я некоторое время ошеломлённо смотрела ему вслед, а потом, опомнившись, громко сказала:

– Спасибо за помощь, Исондил.

Он замер буквально на мгновение и пошёл дальше, так и не обернувшись.

Адриан

Я почувствовал веяние тьмы в момент закрытия перехода. Попытка заблокировать чужое вторжение с треском провалилась из-за полной концентрации на Аль Златы. Несмотря на лёгкий отклик, управлять им было непросто, потому что её сила оказалась своенравной. Не то ровное свечение, которое свойственно большинству аркхов, а закрученное по правильной спирали с максимальной силой в центре.

Переход состоялся, но вот его результат…

Я остался всё там же – во втором слое квартиры.

Злата исчезла.

Едва осознал этот факт, как меня затопило чувство невероятного счастья, радости, распирающей изнутри силы – ко мне вернулся полноценный Аль!

В следующее мгновение я упал на колени. Ощущения разгорались всё ярче, внутренняя наполненность раскручивалась вихрями, чтобы, в конце концов, стать не просто абсолютной, как раньше… Сила Света дошла до невероятной концентрации – это и есть та самая Беспредельность, к которой стремится каждый аркх?

А потом я с удивлением осознал, что ко мне перешёл Аль Златы.

Дарцинз

Едва закрылся переход, Дарцинз упал на пол от скрутившей его невыносимой боли, которая стремительно разливалась по венам, жилам, костям. Казалось, боль проникала в каждую клеточку – давила, выкручивала, ломала. Лишь однажды Дарцинз чувствовал такую боль: когда в него входил Наль – сила Тьмы.

Будь в тот незабываемый вечер дома его опекуны, вряд ли удалось бы скрыть новоприобретённые способности, а так всё прошло гладко. Если, конечно, не вспоминать о невыносимой боли. Блокировать её Веал по малолетству не умел, а его Аль был слишком слаб, чтобы защитить самостоятельно.

Боль отпустила резко, словно и не было ничего, словно не он сейчас бился в судорогах, как эпилептик в разгар сильнейшего приступа.

А в следующий момент Дарцинз понял, что его Наль бесследно испарился.

Стаэна

Сотрясение подслоя реальности было невероятным.

Стаэна Фарсин, тайный представитель Совета Эльригилда на Земле, сосредоточившись, искала объяснение произошедшему – отслеживала нити реальности.

Девушка сидела за антикварным столом в своей библиотеке, держа между ладонями сферу Эстэриэль, которую создали для углублённой работы с реальностью. Библиотека была напрочь отрезана от любого проникновения извне, хоть и располагалась в основной реальности. Даже вездесущий Дарцинз не смог бы прийти сюда без её разрешения. Да что там прийти – он, как и все остальные, не подозревал о существовании тайного места, из которого Стаэна могла беспрепятственно перемещаться между мирами.

После тщательного анализа девушка сделала вывод, что прорыв произошёл в двух точках второго слоя. В квартире Адриана Элсилда и в кабинете Веала Дарцинза.

Она криво усмехнулась.

Меньше всего Стаэне хотелось встречаться с Дарцинзом, который считал её своей правой рукой и полностью доверял. По крайней мере, она на это надеялась, да и факты подтверждали снисходительное расположение Веала к ней. Но Стаэне приходилось исполнять ещё и роль любовницы Дарцинза, причём любовницы очень довольной и любящей, что совершенно не соответствовало действительности. Однако, работа есть работа и долг есть долг, поэтому приходилось терпеть.

А вот Адриан… Этот мужчина ей нравился, но он относился к ней с неприязнью, так повелось с самого начала их знакомства.

И это было больно.

Но больно было ещё и потому, что он не знал, для чего она здесь находится, принимал за обычную навязчивую суккубу. Да, ей приходилось вести себя с ним не совсем подобающим образом, но что поделаешь? Задание есть задание.

Стаэна вздохнула, а потом светло улыбнулась. Зато теперь у неё появился шанс.

Глава 10

Дайте человеку цель, ради которой стоит жить, и он сможет выжить в любой ситуации.

© Иоганн Вольфганг Гете

Злата

Оставшись в одиночестве, я пошла осматривать живописную долину. Пора определяться с бытовыми условиями – надо где-то жить, что-то кушать, а ещё подумать на досуге, как теперь выбираться из глубокой… хм… из неприятностей.

Где-то на периферии сознания мелькали мысли, что моя реакция неадекватно спокойная, но на сей счёт имелось предположение. Когда-то я прочитала интересный факт – если движущемуся человеку перерубить шею хорошо заточенным мечом, он сделает ещё несколько шагов. Быть может, со мной происходит нечто подобное, и лишь тщательно пестуемый всю жизнь оптимизм не даёт сдохнуть раньше времени?

Я спустилась с холма по узкой тропинке, радуясь чудесному свежему воздуху, разноголосому пению птиц, сиянию совершенно обычного солнца и яркой голубизне не менее обычного неба. Так хотелось поверить, что всё случившееся – сон, что я остановилась и крепко зажмурилась в надежде обнаружить себя дома в постели. Но… нет. Впереди простиралась всё та же долина, напоминающая красочный макет или детскую игрушку, позади возвышался холм, справа и слева зияли тусклые проплешины Серых земель. Они начинались с выжженной травы, а дальше выглядели так, словно землю грубо вспахали, посыпали ядовитым пеплом и оставили умирать.

Надо же, как бывает. Нельзя сказать, что обожала место, где прожила свою короткую жизнь, но сейчас прямо-таки скрутило от жестокого приступа ностальгии… Бессмысленная трата сил. Как там говорил Адриан об ответственности за свою жизнь? Нечего пенять на зеркало, коли рожа крива. Сама полезла, сама и отвечать буду.

А ещё, глубоко внутри теплилась надежда, что Адриан будет искать меня. Ну вдруг я ему небезразлична…

Ой! О камень споткнулась…

И сразу вернулась из витания в любовных облаках к более приземлённым вещам. Например, хотелось бы знать, как Исондил обнаружил свою пещеру? Просто повезло? Допустим, пещеру можно найти случайно, прогуливаясь по окрестностям, но откуда у нелюдимого блондина полезные технические штучки? Вряд ли они валялись где-нибудь на берегу озера.

А его намёки… Всё в тебе. Что «всё»? По-видимому, этот совет должен был прояснить законы Харбласа, но как руководство к действию не совсем понятен. Вернее, совсем непонятен, и всё из-за того, что у меня нет достоверных сведений о законах этой реальности, а незнание матчасти всегда чревато…

Гоняя эти мысли, я бродила по долине. Обошла вокруг озерца, полюбовалась на встрёпанное отражение в чистейшей прозрачной глади и нашла родничок – во всяком случае, проблем с питьевой водой не будет.

Здесь было очень красиво. Поляны с буйным разнотравьем и скромными, но обаятельными в своей простоте цветами разделялись природной изгородью в виде пышного кустарника. Много деревьев, в основном, хвойные – этакий гибрид кедра и ёлки, с густыми кронами, причём нижней частью кроны напоминали природные шалаши, со всех сторон закрытые ветвями. Пожалуй, вот это дерево покрупнее станет отличным местом для будущего ночлега. Я погладила длинные иголки и отправилась посмотреть на Серую землю вблизи.

Трава была выжжена, будто кто-то прошёлся по ней раскалённым утюгом. Меня так и тянуло ступить на полумёртвую землю, помочь ей (чем – понятия не имею), но всякий раз страх пересиливал, и в итоге я вернулась к выбранному дереву-шалашу, присела на лежащую тут же корягу и вывалила на траву содержимое рюкзачка.

Одно время я зачитывалась книгами о конце света, постапокалиптическими эпопеями, состояла в группах о БП. БП – это, по-русски говоря, «большой песец» – момент, когда в мире произойдёт глобальная катастрофа, которая повлечёт за собой капитальное прореживание рода человеческого, почти полное его уничтожение. Кстати, если посмотреть на то, что сейчас происходит на нашей планете, какие природные катаклизмы её сотрясают, можно подумать, что «песец» и правда не за горами.

Адепты БП-шных групп истово верят в конец света и активно публикуют информацию о выживании в различных экстремальных условиях – засухе, холоде, при землетрясениях, наводнениях и иже с ними. Удивительно, сколько народу интересуется подобными вещами, а некоторые прямо-таки жаждут, чтобы «песец» случился. Наверно забывают, что читать про бравых выживальщиков – это одно, а вот окажешься сам зимой в лесу без еды и туалетной бумаги, и вся «романтика» безвозвратно испарится.

Я читать-то выживальческие советы читала, но в большинстве своём информация в одно ухо, как говорится, влетала, в другое – вылетала, и теперь чтобы вспомнить хоть что-нибудь полезное, придётся неслабо поднапрячься. Зато из рюкзачка достала последствие «БП-шного» увлечения – небольшую коробочку, именуемую в народе «НАЗ» (носимый аварийный запас). Когда-то я самозабвенно её собирала, а потом так и таскала с собой, почти забыв о завалявшемся в бездонных недрах дамской сумки наборе начинающего выживальщика.

Итак, в НАЗ входили: маленький складной ножик-мультитул, изотермическое покрывало (приспособление служб МЧС: при низкой температуре оно сокращает риск переохлаждения, а при высокой снижает риск получения ожогов), огниво, зажигалка, компас, иголка и немного ниток, несколько рыболовных крючков, леска, очень маленький фонарик и три презерватива. Да-да, для презервативов существует множество применений, начиная от жгута для остановки кровотечения и заканчивая переносом в них воды.

Также имелись записная книжка с ручкой, зеркальце, расчёска, документы, деньги, заколка и гигиеническая помада. С некоторой тоской оглядела своё богатство. По большому счёту, я не представляла, как пользоваться крючками без удочки (да и с удочкой – тоже) и по компасу ориентировалась слабо.

Не раз всерьёз планировала отправиться в один из выживальческих походов, которые знатоки-старожилы время от времени устраивают для новичков, но так и не сподобилась. Соответственно, практических навыков у меня почти не было, только теория, нахватанная там-сям по вершкам. Зато конкретные вещи, типа изотермического покрывала и фонарика, зеркала и расчёски очень порадовали, одиночная ночёвка теперь представлялась не такой страшной.

Кстати, прогноз Исондила по поводу пятидневной сытости не оправдался, я уже сейчас не отказалась бы покушать, хотя прошло всего несколько часов после поедания разноцветных «желешек». У меня что, другая физиология, отличная от всех в этом мире? С другой стороны, откуда блондинистому мужику знать обо всех? Скорее всего, он руководствовался лишь собственным опытом.

Я забросила всё обратно в сумку. Костёр разводить нет смысла – тепло, а готовить не из чего. В этот момент опять наблюдала за собой, словно со стороны. Сознание предприняло очередную попытку навести панику, вопя: «Пропала! Умрёшь от голода! А не от голода, так кто-нибудь нападёт и убьёт!» А я, слушая этот негатив, находилась в необъяснимом внутреннем покое (и откуда он только взялся?), словно бояться нечего, всё образуется, потому что нерешаемых проблем попросту не существует.

Сидела, вспоминала, как прокормиться – ведь от голода в лесу (во всяком случае, летом) умереть практически невозможно, и меня вдруг резко потянуло в сон. Что-то последнее время подозрительно часто сознание теряю или в сон проваливаюсь. Хорошо поспать я любила всегда, но это уже перебор, и главное, сопротивляться не получается. В итоге залезла под приглянувшееся гигантское дерево, постелила изотермическое покрывало, положила голову на сумку и тут же уснула.

***

Очнулась, словно медведь после долгой зимней спячки – голодная и злая. Ярость поднималась волнами и распирала изнутри. Что это ещё такое? Я даже испугалась – никогда в жизни не чувствовала настолько всепоглощающей, хлещущей через край ненависти. В желудке было совершенно пусто, и голод ощущался, как недовольный зверь, ворочающийся внутри неуютной пещеры, но даже этот жуткий голод отошёл на второй план. Хотелось убивать, рвать, терзать. Неважно кого. А если врагов будет много – тем лучше.

Дикая неконтролируемая злость вдруг сменилась сумасшедшим страхом. Потянуло бежать куда глаза глядят, непонятно от чего. Пару минут я нервно озиралась по сторонам в поисках источника опасности, не нашла, но всё равно не выдержала и побежала. Сломя голову, тупо понеслась в никуда, лихо перепрыгивая через препятствия, словно была квалифицированным мастером в этом виде спорта.

Остановиться пришлось, когда передо мной из ниоткуда появилась незнакомая женщина. Длинное платье, строгое лицо, волосы на затылке стянуты в тяжёлый узел, руки со множеством браслетов упёрты в бока.

– Непослушная девчонка! Что ты себе позволяешь? – Её крик повлиял на меня отрезвляюще, одновременно введя в полный ступор. – Зачем пришла? Понимаешь, чем тебе это грозит? Понимаешь, чем это грозит мне? Тебе совсем на меня наплевать?

Каждое слово незнакомки ощущалось так, как если бы она была кузнецом, а я наковальней, по которой бьют и бьют огромной кувалдой – голова начала раскалываться от беспощадных монотонных ударов. Вдобавок вернулся всепоглощающий страх.

– Сколько можно подставлять родную мать? Я жизни ради тебя не пожалела, а ты! Да ты просто никчёмная неблагодарная тварь!

Женщина продолжала свою речь всё в том же духе, напирая на то, что я плохая дочь, которой она стыдится, которой недовольна. Меня начала бить крупная дрожь, по щекам поползли слёзы, и, превозмогая дикий страх, я сделала шаг в сторону матери, желая обнять её, не обращая внимания на злые слова, забыв детские обиды… В то же мгновение женщина замерла и исчезла, а с ней испарился ужас, который ещё секунду назад был почти убийственным, и я пришла в себя.

Оказалось, что я вовсе не сплю под безопасной ёлкой, а торчу на проплешине Серой земли. До границы далеко, и этот факт вновь пробудил страх, который начал наступать, как дикий зверь, почуявший лёгкую добычу. Вспомнив, что именно на Серых землях появляются сильные страхи, я решила убраться отсюда как можно скорее, но в этот момент резко наступила кромешная тьма.

Я бывала в пещерах, и мы с друзьями выключали фонарики, чтобы понять, что такое отсутствие света. Так вот, сейчас темнота была действительно полной, будто света не существует. Вообще.

Наверно, если бы не «пещерный» опыт, мне пришлось бы очень тяжело, но сейчас удалось взять себя в руки. Я медленно пошла вперёд, стараясь не думать ни про странное появление матери (теперь, на относительно спокойную голову я понимала, что напоролась на иллюзию), ни про других обитателей этого неприятного места.

Страх раскручивался, как по спирали, ощущаясь всё сильнее, но я не останавливалась, пока не подкосились ноги. Упав на удивительно мягкую землю, попыталась коснуться её пальцами, но тело не откликнулось. В этот момент вопреки всем действующим законам логики я почувствовала облегчение. Решила, что темнота и непослушное тело – ещё две иллюзии. Да и что такое темнота? Лишь отсутствие света.

Свет… Где мой свет? Мой Аль… Я сосредоточилась на солнечном сплетении и почувствовала отдалённый, очень слабый отклик тепла, и одновременно сильный отклик холодной тьмы, но этот диссонанс отметила лишь мельком, поскольку вспыхнул дневной свет, показавшийся до невозможности ярким, и – ура, – я смогла заслониться от него рукой.

Страх исчез окончательно, вернулся внутренний покой, и вместо того, чтобы бежать подальше от жуткого места, я осталась лежать – настолько вымоталась. Лежала, глядя в голубое небо, пока снова не уснула.