Текст книги "Да будет свет? (СИ)"
Автор книги: Оксана Недельская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)
Глава 17
Каждый имеет право на свои странности.
© Харуки Мураками
Стаэна
В рассказе Адриана удивительным оказалось лишь одно – Одинцова помнила не только процесс соблазнения инкубом, но и те отрезки событий, что были подправлены и даже стёрты.
В профессионализме Адриана сомневаться не приходилось, а это означало, что Аль девочки очень силён. Тогда по всем законам мироздания Одинцова должна была переместиться туда, где её присутствие максимально полезно для Света и для её собственного развития. Значит, шанс найти необычную девушку довольно высок.
Стаэна видела, что Адриан чувствует ответственность за пропажу Одинцовой, и уже собралась поделиться своими мыслями, как лицо мужчины перекосило, словно от зубной боли.
– Что случилось?
– Дарцинз… Прислал зов.
– Как не вовремя! – воскликнула Стаэна, – пойдёшь?
– Придётся. С ним надо поговорить. Он – представитель Совета Эльригилда, и не забывай, что именно он настаивал на поглощении Златы. Возможно, Дарцинз виноват в том, что произошло, – задумчиво добавил Адриан.
– Я пойду с тобой. Подстрахую.
Мужчина ничего не ответил, но посмотрел на Стаэну так, что она поняла – он в курсе её отношений с Дарцинзом.
– Да, я спала с ним, – чувствуя ужасную неловкость, пробормотала Стаэна, – но…
– Ничего не объясняй, – сухо перебил Адриан, – Меня это не касается. Если идёшь, то пойдём. Я не хочу откладывать этот разговор.
Конечно, он прав – между ними нет и никогда не было близких отношений. Но как же больно… Подавив в себе стыд и бесполезный протест, Стаэна открыла дверь библиотеки и предложила переместиться.
В штаб-квартире на Воздвиженке стояла непривычная тишина. Общие собрания устраивались нечасто, но обычно здесь всегда было людно. Во-первых, инкубы и суккубы регулярно сдавали отчёты Велене или Марилле – аркхам-секретарям, которые меняли друг друга по расписанию, ведомому им одним. Сейчас их место пустовало.
Во-вторых, в офисе всегда присутствовали аркхи с Эльригилда, которые уничтожали низших демонов. В Срединных мирах демоны промышляли кражей света людей – ненасытный голод не давал им покоя, провоцируя срывы вплоть до убийств. Новенькие и нестабильные сущности иногда опускались до употребления крови.
К сожалению, демоны появлялись снова и снова, потому что люди, сами того не понимая, непрерывно призывали их в свою жизнь неуёмными страстями, в том числе гневом, завистью, ревностью… А после – призвавший демона человек этими же эмоциями продолжал его подпитывать. Если же демон зарывался и начинал жрать слишком много, человек заболевал, быстро хирел и, как закономерный итог, умирал раньше положенного срока. Аркхи работали не покладая рук, но отловить всех пакостников не могли…
Сейчас здесь не было и охотников.
Дарцинз
Веал ждал Элсилда. Он так нервничал, что не мог сидеть на месте, поэтому ходил по кабинету, в нетерпении сжимая-разжимая кулаки.
Если удастся забрать Аль Элсилда и выбросить его в Междумирье – считай, победа в кармане. Дарцинз в сотый раз мысленно повторял алгоритм продуманных действий, стараясь убедить себя, что всё получится.
Когда дверь без стука распахнулась, он почувствовал целую гамму эмоций: азарт, облегчение, страх, а увидев вошедших, застыл в изумлении.
Стаэна и Адриан переглянулись.
– Ты видишь то же, что и я? – прошептала девушка.
– Похоже, что так.
Пребывающий в шоке Веал нервно спросил:
– Элсилд, как ты снял все ограничения?
Вместо ответа Адриан ещё несколько секунд вглядывался в Дарцинза, затем повернулся к Стаэне:
– Но как? Как никто не понял?
Стаэна, которая выглядела совершенно растерянной, неуверенно пожала плечами.
– О чём вы? – на Дарцинза навалилось раздражение и безотчётный страх, – Почему пришли вместе? Стаэна, что происходит? – он повернулся к любовнице в надежде получить внятные объяснения.
– Веал, как ты попал на Эльригилд? – в свою очередь спросил Адриан, заставив Дарцинза похолодеть, – Как вышло, что никто не увидел твою подлинную суть? Кто скрывал твою Тьму?
– О чём ты?
– Ты боишься, – утвердительно заметил Адриан, – но твой разум закрыт даже сейчас, когда пелена спала. Стаэна, как полагается действовать в подобных случаях?
– Надо отправить его на Эльригилд для дальнейшего расследования.
– Пожалуй, так и сделаем, но сначала побеседуем здесь. Потом переместишь его?
– А ты?
– Я должен найти Злату.
– Вы разговариваете так, словно меня тут нет, – воскликнул Дарцинз, стараясь выглядеть не испуганным, а возмущённым, – что всё это значит?
Адриан покачал головой.
– Веал, пожалуйста, ответь на вопрос. Кто твой хозяин?
Взгляд Адриана, одновременно жёсткий и умиротворяющий (разве подобное возможно?!), проникал в самые потаённые частички души Дарцинза. А его свет стал материальным, слепящим… Дарцинз не понимал, почему продолжает видеть – вероятно, этого хотел бывший подопечный. Глядя в чёрные сияющие глаза, Дарцинз окончательно понял, что привести в исполнение выстраданный план уже не удастся, что Элсилд, вернувший и усиливший свой Аль, больше никогда не будет его подчинённым, и это вдруг больно ударило по самолюбию, заставив вскинуть голову и принуждённо рассмеяться.
– Какие хозяева, Элсилд? Ты сошёл с ума! Стаэна, что с вами обоими происходит?
– Веал, помоги найти Злату Одинцову, – снова спокойно попросил Адриан, – расскажи, кто приказал обесточить её, думаю, если мы узнаем, кто твои хозяева, отыскать девушку будет проще.
Дарцинз ответил взглядом, в котором смешались злость и недоумение. Откуда он узнал о кураторах?!
Меж тем Элсилд повернулся к Стаэне.
– У него сильный блок. Он ничего не скажет, а увидеть я не могу.
– Да, я тоже ничего не вижу, – задумчиво ответила любовница. Похоже, уже бывшая.
Дарцинзу всегда казалось, что Стаэна встречается с ним не просто так, что у неё имеется свой, неведомый ему мотив. По этой причине Дарцинз старался держать любовницу на расстоянии, несмотря на то что любил её всем сердцем. Он даже устроил несколько тщательных проверок, но ничего не обнаружил. Казалось, Стаэна предана ему всей душой…
А сейчас он с кристальной ясностью понял, что был прав. Она никогда не любила его, это была лишь игра.
– Стаэна, тебе придётся переместить Веала на Эльригилд. Сфера отмены очистит его от любых воздействий, тогда будет проще найти кукловода.
Несмотря на страх, Дарцинз всё больше впадал в ярость. Как они смели игнорировать его!
– Элсилд, позволь напомнить, кто является представителем Совета Эльригилда в этой реальности. Я не собираюсь подчиняться вашим нелепым желаниям! Скорее, это я доставлю вас на Эльригилд. Надо бы выяснить, кто снял с тебя ограничения инкуба! И с тобой, Стаэна, надо разобраться – ты помогаешь преступнику!
На гневную тираду гости отреагировали вовсе не так, как хотелось бы Дарцинзу.
– Открывай переход, – скомандовал Адриан, и Стаэна подчинилась!
Кисть девушки взметнулась в отработанном жесте, но ровным счётом ничего не произошло. Переглянувшись с Элсилдом, Стаэна сделала ещё одну попытку. Элсилд тоже попробовал открыть портал, но и у него ничего не вышло. Дарцинз воспрянул духом.
– Вы оба не уполномочены, только я смогу открыть переход. Надеюсь, вы понимаете, что наше путешествие будет не слишком приятным. Нарушителям инструкций полагается…
– Что ж, попробуй ты, – перебил Элсилд.
Дарцинз провёл рукой, открывая портал. Без толку. Да, конечно, он лишился силы Наль, но это не могло сказаться на способностях, открытых члену Совета! Дарцинз, уже нервничая, попытался ещё раз. Опять безрезультатно.
Элсилд смотрел на него почти участливо:
– Будешь пробовать ещё или достаточно?
– Да что тут творится? – воскликнул Дарцинз, обращаясь к Стаэне.
– Очевидно, переходы Темроа заблокированы. Но как такое возможно?
Его любовница смотрела только на Элсилда, словно сам Дарцинз был пустым местом. Так вот кому в действительности принадлежит её сердце… А он-то, идиот. Как раньше не заметил!
– Вопрос в том, перекрыт Эльригилд или все переходы, – задумчиво проговорил Адриан, – и ещё, – он резко повернулся к Дарцинзу, – почему в штабе пусто? Или ты и об этом не скажешь?
Дарцинз понятия не имел, куда все подевались, потому что последние часы его мысли занимала предстоящая встреча с Элсилдом – получив чужую силу, он надеялся вернуть связь с кураторами. Однако сообщать о своём неведении Дарцинз не собирался. Ему повезло, что Элсилд не может считывать его мысли… Наверное, кураторы выручили. А Элсилд назвал их хозяевами… Хозяева – ещё чего! Он никогда не считал себя слугой или прислужником, не был прихлебателем при ком-то могущественном! Дарцинз чувствовал собственную силу и власть – он выполнял такие поручения, которые никогда бы не доверили обычному холую. А уж после того, что случилось сегодня, Дарцинз не будет облегчать задачу своему недругу, поэтому он просто промолчал, отведя взгляд от ненавистных визитёров.
– Веал, – тихо позвала Стаэна, и Дарцинз вздрогнул, – похоже, ты так ничего и не понял?
– Я должен понять что-то ещё, кроме того, что вы занимаетесь произволом?
– Даже если переходы откроются, сам ты не сможешь пройти на Эльригилд, потому что ты не аркх, – глядя на него с участием, больше напоминающим жалость, ответила Стаэна, – и никогда не был им.
Злата
Сидя в беседке, я любовалась садом, пила вкусный чай и вспоминала, как в самый первый день моего пребывания на Харбласе Исондил дал серьёзную подсказку: «Всё в тебе». Сейчас я понимала, что это означает.
Каждый момент времени я делаю выбор, быть в течение силы Наль или Аль. То есть поддаваться разрушительным эмоциям, вроде гнева, обиды и фобий всех типов, или пребывать в постоянном спокойствии, радости, счастье. И Адриан говорил о том же, когда рассказывал притчу про человека, который каждое утро делает выбор в пользу радости.
Глубокое погружение в Свет дало ещё одно знание – вовсе не Харас приходил тогда в мой сон, это был Исондил. И вряд ли он всего лишь инкуб. Не похоже… Значит, даже дух Харбласа не знает, кто живёт в его реальности. Или же он, следуя своим интересам, в очередной раз солгал…
А я всё больше склонялась к тому, чтобы поговорить с Исондилом. Вдруг он подскажет, как мне вернуться домой, в свою реальность? Почему-то я была убеждена, что инкуб для меня не опасен.
К сожалению, поставить какую-нибудь защиту на дом я не смогу – просто не представляю, как это сделать. Так что наверняка по возвращении придётся встретиться с Харасом, который пока оставил попытки проникнуть в моё сознание, и в мой – теперь уже мой! – дом. Непонятно только, что это – отвлекающий манёвр или и впрямь отступился, хотя бы на время.
В общем, я решила рискнуть, хорошенько сосредоточилась и перенеслась.
В пещере было тихо. Вдыхая свежий светящийся воздух и стараясь отодвинуть нахлынувшие вдруг воспоминания, я прошла по извилистому коридору в комнату и остановилась перед водопадом. А в следующее мгновение оказалась прижата к мягкой от гипсофилы стене, у горла – ледяная сталь, а в глаза мне смотрела нереально прекрасная золотоволосая девушка.
– Похоже, нашлась наша пропажа, – тихонько пропела она у самого уха.
Я не успела ни ответить, ни даже испугаться, а незнакомка уже опустила кинжал, спрятала его, кажется, под юбку, и забралась с ногами в кресло.
– Садись, – кивнула мне на стул, и я тут же упала на сиденье.
Руки и ноги мелко-мелко дрожали – похоже, страх всё же зацепил. Но зачем она ножом-то размахивает, могла же чего-нибудь намагичить!
Видимо, эти мысли явственно отразились у меня на лице, потому что девушка вдруг сказала:
– С такими, как ты, можно справиться только холодной зачарованной сталью.
Обвинительный тон мне не понравился.
– С какими – «такими»? – спросила настороженно.
– Со светлыми.
Нет, ну зашибись. «Светлые» – это ругательство, что ли? Хотя, если учесть суть противостояния света и тьмы, всё логично…
Пришла поговорить, называется. Видно, слишком уверилась, что защищена ото всего, отпустила внутренний контроль и не только не закрыла Аль, как советовал Харас, но даже не заметила ожидавшую Исондила гостью – непростительная невнимательность! А ведь это явно была она – незнакомка, которая разыскивала меня. Я тоже решила не церемониться:
– Кто ты и что тебе нужно?
Но пронять эту девушку было не так-то просто.
– Какая ты смешная, – мягко проворковала она, – надеешься, что я буду отвечать на твои вопросы? Лучше, пока у нас есть время, расскажи, как ты попала сюда, – И после небольшой паузы она продолжила, задумчиво разглядывая меня, – Полагаю, именно ты была здесь в прошлый раз, когда мы беседовали с Исондилом, – Говори! Я хочу услышать твою версию! – жёстко и властно закончила незнакомка.
Но я уже успела достаточно успокоиться, чтобы не воспринимать всерьёз её угрожающий тон. Вспомнила свои победы над страхами и постаралась расслабиться. Мне просто нужно переместиться домой – уж лучше Харас, чем эта девица. Некоторое время она с неприятной усмешкой наблюдала за моими попытками, но переместиться не получалось, будто налаженный механизм вдруг сломался.
– Прекращай. Эта способность для тебя закрыта.
Она встала и, плавно покачивая бёдрами, подошла ближе. В гибких пальцах появился нож («точно не из-под юбки» – ни к селу ни к городу отметило сознание), который был незамедлительно приставлен к моему лицу.
– Тебе лучше ответить, – скользя остро отточенной сталью по щеке, прошептала она, – не заставляй меня делать то, что принесёт тебе о-очень много боли и о-очень неприятные последствия. Видишь ли, милая, шрамы, которые оставляет этот кинжал, не стереть никакой магией. И не надейся, что Свет поможет защититься – подобное оружие было создано для противостояния Аль и Наль в Междумирье.
Играть в геройство сразу расхотелось. Я была сбита с толку тем, что не получилось переместиться, а ещё – как я ни старалась, не могла сосредоточиться на своём Аль. Что-то мешало, как если бы был сбит прицел на регулярно используемом пистолете.
– Что ты хочешь знать?
– Всё.
Я начала рассказывать историю своего появления на Харбласе, а когда дошла до момента встречи с Исондилом, появился он сам. То есть умом я понимала, что вижу Исондила. Это был всё тот же блондин среднего роста с пластикой хищника и будто прозрачными, светло-голубыми глазами. Но жёсткие черты лица, что я хорошо запомнила, не были привлекательными. Сейчас же красота этого мужчины была почти совершенной. А вот, судя по его взгляду, радости от встречи со мной блондин не испытывал.
– Исонди-ил.
Девушка, имени которой я так и не вспомнила, тут же обняла его. Последовал долгий страстный поцелуй.
– Злата, какими судьбами? – спросил Исондил абсолютно спокойно, будто мне померещилось недовольство в его взгляде.
– Ты знаешь её? – насторожилась золотоволосая.
– Да, это именно та девушка, о которой я говорил. Я встретил её на Серой земле, вытащил, чтобы не развоплотилась раньше времени, и отпустил.
– Но ты знал, как её зовут! Это же Одинцова! – уже не сдерживая эмоций, воскликнула Лисана.
– Я знаю только её имя, которое ты не называла. Она же не удостоила меня чести узнать её фамилию, – сухо заметил Исондил. Его интонацией можно было замораживать лёд.
Не понимаю, как жители миров Тьмы могут доверять друг другу? Если сказанное Харасом правда, каждый может в любой момент обмануть, чтобы добиться своих целей. Хотя… Разве у нас не так? Но всё равно я очень удивилась, что Лисана сразу поверила Исондилу и начала ластиться к нему, словно нашкодившая кошка. Меня она не стеснялась.
– Исонди-ил, Исонди-ил, прости-и, – скользя руками по крепкому торсу мужчины, шептала золотоволосая, – хочу-у тебя-я…
Я, конечно, обрадовалась, что допрос откладывается, но начавшееся действо изрядно напрягало. По пещере вдруг пополз непередаваемый аромат, который вызывал сумасшедшее возбуждение. Оно поднималось волнами снизу вверх, и каждая следующая волна всё больше усиливала желание, хотя, казалось, дальше некуда. И сопротивляться не получалось…
Почти ничего не соображая, раз за разом вздрагивая от накатывающих чувственных волн, я собралась было присоединиться к любовникам, как вдруг Исондил, вычерчивающий пальцами невероятные фигуры на обнажённом теле Лисаны, посмотрел на меня.
От мощного внутреннего удара возбуждение мгновенно схлынуло, сознание прояснилось. Исондил глазами указал на кресло. Не знаю почему, но я доверилась ему. Уселась – к счастью, кресло было развёрнуто в противоположную сторону от белой шкуры, – и просто-напросто уснула. Не помешали даже звуки разворачивающейся в нескольких шагах страсти.
Глава 18
Мир, как и прежде, нуждается в некоем абсолютном злодее, на которого можно показать пальцем и сказать: «Это ты, ты во всем виноват!»
© Харуки Мураками
Ирвинд
Возвращаться в зал совета не хотелось, но сообщить кхарэнам о печальной судьбе Энри было необходимо. А заодно и посмотреть на их реакцию.
Он вдруг с удивлением понял, что ощущает их всех, даже не присутствуя рядом. И не просто ощущает, а может почувствовать эмоции каждого, прочитать мысли, словно открылся новый, ранее неподвластный пласт умений.
Ирвинд остановился. Вокруг него вновь засверкали сполохи, на сей раз раздражающе-красного цвета. Хм… Теперь все эмоции будут проявляться вовне? Он попытался подавить сполохи усилием воли. Тщетно. Неуместный фейерверк прекратился, лишь когда он вернул полный внутренний покой. Ярость, которая вспыхнула от осознания нового неудобства, удалось подавить в зародыше.
После мощного усиления Наль Ирвинд чувствовал себя несколько странно, однако, старался не думать об этом. В конце концов, вряд ли подобные сюрпризы проходят без побочных эффектов, поэтому несмотря на победное состояние и упоение силой, Ирвинд не позволял себе расслабляться.
Кхарэны дисциплинированно ждали его. Все, кроме Фласутты. Сидели вокруг стола, на котором появилось бесчисленное количество изрядно опустошённых бутылок со спиртными напитками – высшие обитатели реальностей Тьмы могли пить сколько угодно. Напивались они, лишь приняв такое решение – тогда сладкая нега уносила их в страну грёз с любой заказанной скоростью.
Сейчас опьянение выбрали только Алеасента и Ирлиитта – стеклянные глаза обеих женщин лихорадочно блестели. Едва Ирвинд вошёл в зал, обе вскочили и бросились к нему.
– Наконец-то! – повисла на нём Ирлиитта.
– Ирвинд! – Алеасента тоже пыталась пристроиться, отталкивая более проворную наперсницу.
Пришлось буквально стряхнуть надоедливых дамочек, которые сползли на пол да там и остались. Параллельно Ирвинд отметил, с какой ненавистью глянули на него мужчины, особенно отличились Алвар и Майвал. Ирвинд отзеркалил их злость, добавив немного перчинки в виде старой доброй физической боли. И удовлетворённо усмехнулся, когда обоих нещадно перекосило.
– На будущее советую держать эмоции при себе. Поднимите их и посадите на диван, – распорядился Ирвинд, и как только Алвар и Майвал беспрекословно выполнили приказ, сообщил, – Энри погиб.
– Это в каком смысле – погиб? – в красивых глазах Ульвиры заплескался страх.
– В прямом. Рассыпался в прах, превратился в дым. Место главы Совета освободилось.
– Но это же невозможно! – воскликнула Джистина и еле слышно добавила, – разве что это сделала сама Тьма…
– А я чего-то подобного и ожидал, – вдруг заметил Бэн, – Уверен, что Венрирр готовил нам чудовищную каверзу. Сегодня сбежал с середины разговора, якобы посоветоваться с Тьмой. И вообще, в последнее время его поведение было весьма странным. Что, если он имеет отношение к появлению прорывов на Харбласе?
– Вряд ли у Энри хватило бы силы, чтобы открыть прорывы в Бездну, – с сомнением заметил Азом.
– Он мог получить силу извне, – ответил Ирвинд, – Бэн, а почему ты не поделился своими догадками с остальными?
– Потому что у них есть собственные головы на плечах, – проворчал Бэн, отводя глаза.
– Ирвинд, скажи честно, это ты убил Энри? – сверкнув белозубой улыбкой, поинтересовался Лоттак Серран.
– Жаль тебя разочаровывать, – Ирвинд не стал возвращать улыбку. Однако, ему импонировало поведение Серрана, который опасался его, как и другие кхарэны, и всё же задавал неудобные вопросы.
– Не то, чтобы я был разочарован, – скривился Лоттак, – Однако, Энри ушёл отсюда живым, а теперь ты сообщаешь о его смерти. Кроме того… Разве можно убить кхарэна?
Лоттак задал вопрос нарочито отрешённым тоном, но на самом деле очень нервничал. Остальные, затаив дыхание, смотрели на Ирвинда.
Страх. Липкий страх сочился со всех сторон. Они не знают, чего от него ждать, и потому боятся.
– Как оказалось, можно, – спокойно ответил Ирвинд, – Он умер при мне.
– Значит, окончательная смерть для кхарэна – не миф, – тоном, близким к истерике, сказала Ульвира.
– Вот именно, – кивнул Ирвинд и посмотрел на неё так пристально, что девушка разнервничалась ещё больше, её мысли заметались испуганными птахами, а в глазах заблестели слёзы.
«Любопытная реакция», – усмехнулся про себя Ирвинд, продолжая смотреть на всё больше бледнеющую Ульвииру.
Неизвестно, к чему привёл бы этот маленький эксперимент, но тут он почувствовал, что открывается новый прорыв. Однако, Ирвинд остался на месте, чётко сознавая, что может переместиться к прорыву в любой момент – бесконтрольной тяги, как прежде, не было.
Кхарэны, за исключением двух пьяных девиц, сразу поднялись и пошагали на выход, бессмысленно пялясь в пустоту. Полюбовавшись на это приятное зрелище, Ирвинд остановил их, вернув разум и волю.
– Куда направились? – с усмешкой поинтересовался он, – берите пример с Ирлиитты и Алеасенты, сидят спокойно, в пекло не рвутся. Кстати, занимательнейший побочный эффект от опьянения, не находите?
Кхарэны промолчали, но вернувшись за стол, как по команде, выпили по бокалу вина. «Поверили», – ухмыльнулся Ирвинд. На самом-то деле женщины банально не смогли встать, чуть протрезвели бы – и вперёд.
Сейчас, прочитав мысли в головах растерянных кхарэнов, Ирвинд сделал вывод, что предположения Бэна верны – Энри действительно имел прямое отношение к прорывам. Но кто его убил?
А ещё – Ирвинд ощущал нечто странное. Подобное бывало, когда он пытался вспомнить хорошо известную информацию, но никак не мог. Слова вертелись на языке, но ускользали, оставляя неприятное чувство недоумения и неудовлетворённости.
– Продолжим наш занимательный разговор? – Ирвинд повернулся к своим собеседникам и тут же заметил, что они стремительно погружаются в дурман, – Тьма! Какие вы идиоты.
Он не ожидал, что кхарэны напьются. Вновь заплясали сполохи ярости, один из которых коснулся сидевшего ближе всех Майвала Шетарра. Мужчина вскрикнул – чёрный сполох располосовал руку, – во все стороны брызнула кровь. Ирвинд молниеносно закрыл рану, остановил собственную ярость и быстро вышел из Малого зала Дворца Изначальной Тьмы. На идиотов, которые не поняли, что уже освобождены от власти прорывов, даже смотреть не хотелось. Пусть сначала протрезвеют.
***
Ирвинд постучался в покои Фласутты, и дверь тотчас распахнулась, будто женщина ждала его.
Ирвинду понравились личные апартаменты бывшей любовницы. Здесь не было пестроты или претенциозности, всё очень практично, удобно, и вместе с тем по-женски изящно. Да и сама Фласутта вдруг перестала напоминать ледяную мадам, которую так хорошо знал Ирвинд. И маска ненасытной оторвы пока не проявилась.
– Ты ведь не закрыл прорыв? – тихо спросила женщина, когда они уселись на мягкий удобный диван.
Он покачал головой.
– Будучи за дверью спальни, я очнулась, но мучительное притяжение осталось, – сообщила Фласутта, жадно всматриваясь в глаза Ирвинда, – Я знаю, что прорыв открыт, но у меня получается игнорировать зов.
Так вот почему кхарэнов потянуло к спиртному. Жалкие трусы.
– Теперь ты можешь сопротивляться, и это хорошо, – мягко улыбнулся Ирвинд, удивляясь самому себе.
Он видел мольбу, притаившуюся в глазах женщины. Её дыхание участилось, зрачки расширились, губы блестели влажно и призывно. Ирвинд почувствовал лёгкое желание, и Фласутта сразу поняла это. Она соскользнула с дивана, опускаясь перед ним на колени и, не отрывая взгляда, медленно и чувственно провела тонкими пальцами по его губам, очерчивая чёткий, скульптурный контур, скользнула по груди, твёрдому животу… И ещё ниже… Ирвинд не дал продолжить. Подхватил на руки и понёс в спальню.
Злата
Сон, больше похожий на забытье, закончился внезапно. Золотоволосая пропела с томным придыханием:
– Исонди-ил, это было великоле-епно.
О боже! Хорошо хоть ничем не выказала своё пробуждение…
– Рад, что угодил моей королеве.
Всё-таки у него очень приятный голос, даже слишком.
После ещё одной порции поцелуев (рановато я проснулась!) Лисана продолжила:
– Исондил, я оставлю её у тебя, хорошо? Мне нужно на Ахримдарр, сообщить остальным, но переносить её туда не стоит, всё равно придётся тащить обратно на Харблас.
– Конечно, оставляй, ей тут будет хорошо, – тихо смеясь ответил Исондил.
– Не вздумай! – с наигранной строгостью заявила золотоволосая, – моя месть будет страшной!
Они опять завозились, а через минуту Исондил притворно воскликнул:
– Всё, сдаюсь!
И любовники рассмеялись, явно довольные друг другом.
Пока Лисана одевалась, я продолжала делать вид, будто сплю как убитая. К счастью, она не стала «будить» меня. Но как только девушка исчезла, подошёл Исондил:
– Хватит притворяться, ты давно не спишь.
Прикидываться дальше не было смысла:
– Думаю, это всё же чуть-чуть приличнее, чем подсматривать за вами?
– Да, – улыбнулся Исондил, – тем более что большую часть времени ты и правда спала.
Я удивилась, опять увидев его прежнюю внешность.
– Исондил, а зачем ты поменял лицо?
– Хочешь, чтобы я выглядел так? – Он, усмехаясь, мгновенно вернул внешность красавца, – А может быть, у тебя другие предпочтения?
Его лицо подёрнулось дымкой и стало быстро трансформироваться – я только успевала замечать, как меняется цвет глаз, волос, форма носа, губ… Мне стало страшно.
– Харас? – прошептала, мертвея от изумления.
– Имеешь в виду духа Харбласа? Неужто он сумел воплотиться?
Я кивнула, заворожённая устроенным представлением.
– Нет, я всего лишь инкуб-метаморф, – он подмигнул, возвращая привлекательную внешность, – право, Злата, не стоит так бояться.
А вдруг он лжёт? Вдруг он и есть Харас?
Видимо, сомнения отразились на моём лице, потому что Исондил быстро подошёл и взял меня за руку, заставив вздрогнуть:
– Злата, успокойся, я вовсе не дух-хранитель Харбласа. Тебе нечего бояться. По крайней мере, пока.
Успокоил, ничего не скажешь. Я всё ещё не чувствовала свой Аль, чтобы защищаться, а Харас говорил похожими словами.
– Почему я должна тебе верить?
– Потому что у тебя нет другого выхода, – последовал честный ответ, – и потому что я говорю правду.
Исондил обезоруживающе улыбнулся.
– Вот скажи, почему ты не ушла? Почему осталась?
Он по-прежнему держал мою руку, и освобождаться вовсе не хотелось – тёплое прикосновение немного успокаивало…
– Не знаю.
На самом деле я не могла придумать ни одного дельного аргумента. Ведь разум орал – беги, но интуиция шептала – останься.
– Ты просто почувствовала, что это единственно верное решение, и это действительно так. Давай-ка пообедаем, а потом поговорим. А то я проголодался.
Исондил снова подмигнул, а я смутилась, поняв, что он имеет в виду.
На этот раз он не стал ваять разноцветные желешки, а принёс откуда-то из-за водопада отличное жаркое и овощи. Вот это было здорово! Я давно не ела мяса, успела соскучиться. Поэтому мы молча жевали, только время от времени я нахваливала его поварское искусство.
В итоге Исондил не выдержал:
– Это готовил не я, так что не заставляй меня краснеть.
– А кто же?
– У меня есть Тень.
– Что за тень? – удивилась я.
– Это слуга. Такие есть у всех кхарэнов.
Его ответ заставил меня вновь похолодеть.
– Так ты…
– Я кхарэн, но не надо так пугаться, не теряй внутренний контроль. Это тебе не Срединный мир, где можно всю жизнь болтаться между Светом и Тьмой, а окончательный выбор сделать перед лицом смерти. Здесь мир Тьмы – как только начнёшь отходить от Света, Тьма целенаправленно затянет тебя, довольно быстро и навсегда.
Исондил помолчал, а потом очень тихо добавил:
– Не допусти этого.
Я постаралась успокоиться – ведь ничего плохого мой странный собеседник пока не сделал.
– Так лучше, – лицо блондина озарила улыбка, – Тень, ко мне. Десерты.
Тут же непонятно откуда перед нами предстала высокая дымообразная фигура, и буквально через несколько секунд стол преобразился. Появились разнообразные десерты, включая фруктовые канапе и мороженое в очаровательных прозрачных креманках. Исондил продолжил есть, а я лишь смотрела на изобилие угощений – уж очень много вопросов толпилось в моей голове.
– Исондил, ты же сказал, что ты инкуб-метаморф.
– Одно другому не мешает. Ешь! Креманки из бриллиантового льда делают вкус и аромат мороженого неотразимым, – улыбнулся блондин.
Бриллиантовый лёд, что-то новенькое…
– А почему ты в прошлый раз кормил меня чем-то непонятным? – спросила я, взяв мороженое изящной ложечкой и отправив в рот маленький кусочек. Вкус был и правда божественным…
– Ну догадайся, – он смотрел со снисходительной насмешкой, – не хотел, чтобы ты увидела мои возможности.
Я вымученно улыбнулась.
– Знаешь, вообще-то, те возможности потрясли меня не меньше, – я помолчала, – Скажи, ведь ты помнишь нашу первую встречу?
– Допустим.
– Зачем ты пугал меня Советом Харбласа? Неужели и правда был готов отправить к ним?
– Злата, манипулировать людьми проще простого, все мысли написаны у них на лице, – усмехнулся блондин, – Я знал, что ты выберешь.
Некоторое время мы опять молча ели. Всё было настолько вкусно, что я перепробовала несколько видов пирожных, заедая ими свои страхи. А заодно пытаясь понять, что нужно Исондилу от меня, но ни фантазия, ни здравый смысл ничего не подсказывали. В итоге задала прямой вопрос.
– Я хочу помочь тебе, – ни секунды не раздумывая, ответил блондин.
– Почему?
– Мне надоело болтаться здесь. Ты не представляешь, насколько может надоесть так называемая жизнь, когда это и не жизнь вовсе, а существование.
– Но ведь Лисана сказала, что ты ещё молод? – удивилась я.
Исондил тихо рассмеялся.
– Злата, я – седьмой кхарэн Ахримдарра, и мне значительно больше времени, чем Фрионе.
– Кто такая Фриона?
– Женщину, которая была здесь, зовут Фриона. Она представилась Лисаной, когда мы познакомились, но эта девочка даже не представляет, насколько я старше, и как глупо меня обманывать.
– А что значит – больше времени? Ты имел в виду – больше лет?
– Моё время исчисляется не годами и не столетиями, поэтому я и говорю – мне очень, очень много времени. Моё терпение исчерпано. Когда живёшь так долго, всё приедается, становится неинтересным – развлечения, власть, сила. А что ещё может предложить эта иллюзия? Ничего. Мне просто всё надоело, понимаешь?
