Текст книги "Да, я паук, и что же? 8"

Автор книги: Окина Баба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 44 (всего у книги 49 страниц)

После того, как Кушитани и Учитель вышли, в комнате повисла гнетущая тишина. Увидев состояние Учителя, они наверняка поняли, насколько же сильно Учитель хотела защитить всех реинкарнировавших. А все реинкарнировавшие, начиная с Кудоу, ставили ей их положение в вину. Увидев своими собственными глазами состояние Учителя, возможно, они наконец-то начнут чувствовать свою вину за такое поведение.

309. Синица в руках или журавль в небе

После того, как Кушитани вышла, неся на своих руках Учителя, никто так и не заговорил. Все думали о том, что делать, но не находили на это ответа, потому и молчали. Тем не менее, видно было, что они все поделились на три группы. Первая группа людей глядела по сторонам. Похоже, они не знали, что делать, и решили, что все решится как-нибудь само собой. Другая группа людей смотрели на Кудоу. Но эти взгляды в свою очередь так же отличались, некоторые смотрели на нее с осуждением во взгляде, а некоторые продолжали считать ее старостой, и соответственно, ожидали от нее какого-то предложения. И наконец, была третья, самая большая группа людей, которые смотрели на меня. Ну, кто бы сомневался. Похоже, продолжать разговор придется все-таки мне, а мне так хотелось бы передать эту работу кому-нибудь другому!

Гррр, гррр. Ладно, я вернулась на свое место и села. Возможно из-за того, что я занимаюсь тем, что для меня неестественно, или из-за того, что я так много болтаю, я чувствую себя сильно уставшей. Может уже закончим? Можно же?… Понятно.

– … Ты просто сама доброта.

Неожиданно тишину разрушил неожиданно прозвучавший голос. Или скорее, можно сказать, что не столь уж он был неожиданный?

– Почему же ты в таком случае… Нет, это неважно…

Ямада был тем, кто заговорил, на его лице отражалась какая-то внутренняя борьба, а затем он замолчал с непонятным выражением лица. На его лице пробегали различные эмоции, смешиваясь в причудливых комбинациях, поэтому я никак не могу понять, что же Ямада хотел сказать. Или, скорее надо сказать, что и сам Ямада еще не определился, что он чувствует. С того момента, как я его оттолкнула в сторону, он весь какой-то зажатый, а потом с явным облегчением он уселся на стул. Можно сказать, что на стул он почти рухнул, судя по раздавшемуся скрипу стула. Оошима, погладила его по плечу, пытаясь его подбодрить. В ответ, Ямада осторожно коснулся руки Оошимы, как бы говоря, что с ним все в порядке. Хватит уже тут на глазах у всех флиртовать, черт Вас возьми.

– Староста, может Вам так же присесть?

Сказал Вратх Кудо, которая так и осталась стоять. На лице Кудоу, на секунду, появилось растерянное выражение, как у ребенка, который потерялся в магазине, а затем, она последовала его совету и уселась на свое место.

– Ладно, я уверена, что у всех у Вас есть свои мысли на этот счет. Нам тяжело Вам что-то объяснять, по поводу того, что происходит за пределами эльфийской деревни, поскольку мы о том, как Вы жили внутри нее, знаем только со слов третьих лиц, поэтому не могу сказать, что мы понимаем, что Вы чувствуете. Но, думаю, по состоянию Учителю Вы все поняли, что она собрала Вас всех здесь не просто по своей прихоти, а из самых лучших побуждений с ее стороны. По крайней мере, держите в уме хотя бы тот факт, что она очень много сил положила ради всех Вас.

Сказал Вратх спокойным голосом. У всех вокруг, на его слова, была различная реакция, были те, кто выслушал эти слова с серьезным выражение лица, но были и те, кто выслушал их, чувствуя себя не очень довольным.

– Но ведь все это не меняет того факта, что мы так и остались пленниками, так?

На его слова последовали следующие наглые слова Шинохары. После этих слов, на лице Кудоу появилось испуганное выражение. В их прошлой жизни, прилежная Кудоу и оторва Шинохара, ладили достаточно плохо. Похоже, в этой жизни ничего особо не поменялось.

– Ага, ну типа того, что если бы все пошло как запланировал этот самый По…По…Полимас или как там этого чувака звать, то он бы сделал с нами что-то? И судя по Вашим словам это что-то было бы весьма неприятным. Получается, что Учитель была, пусть невольным, но соучастником этого? И Вы говорите, что ее надо просто понять и простить?

Ого? Что за бред ты несешь?…. Может мне ее прикончить прямо тут?

– Все так.

– Мы попали в фентезийный мир и все такое, а вместо того, чтобы наслаждаться им, нас тут держат в клетке.

– Даже если Вы и называете это защитой, но это же настоящее заключение.

Раздались голоса в поддержку слов Шинохары.

– Но нас же здесь кормят от пуза, может это и не плохой вариант?

– Может жизнь тут и была немного скучной, но с другой стороны мне было тут много спокойнее.

– Я не могу ее осуждать, после того, как увидел ее состояние.

С другой стороны были и те, кто поддерживал Учителя. И тех и других было приблизительно поровну. Вот только, обе стороны говорили о ситуации, с явным недовольством. Похоже, их всех не очень радовала жизнь тут. Хотя и осуждать Учителя они так же не могли. Вот как я поняла увиденное.

Парни, похоже, были больше недовольны сложившейся ситуацией. Думаю, им всем хотелось приключений и всего такого? Они все с завистью смотрели на Тагаву, который побывал снаружи и успел стать авантюристом. Или возможно, именно из-за того, что есть такой успешный пример перед глазами, они так и реагируют. Что-то вроде: «Если бы я только сумел вырваться во внешний мир, я бы сумел развернуться не хуже». Неужели они думают, что все будет так легко…?

– Хочу Вас предупредить, жить снаружи не так уж и просто, Вы это понимаете?

О, Тагава самостоятельно решил внести ясность.

– Знаешь, когда ты это говоришь, это как-то не очень убедительно.

Один из парней высказал общую мысль. Это да. Когда успешный пример перед их глазами, на вроде Тагавы, говорит подобное, то это больше выглядит, как попытка покрасоваться.

– Ладно, скажите мне, доводилось ли Вам провести целый день, вопя от боли? Ну, или что-нибудь попроще возьмем, перелом там, например, или резаная рана?

В ответ на слова Тагавы, парни переглянулись.

– Было у меня такое, когда я слегка оступился и заработал перелом.

– Хорошо, а теперь представь, что это у тебя происходит каждый божий день.

В ответ на слова этого парня, Тагава ответил без раздумий.

– Чего?

– Если хочешь быть авантюристом, то такие ранения будут у тебя каждый день. Даже если их и залечат магией, то ты снова получишь подобное же ранение. Если ты не готов постоянно получать раны и увечья, то ты не сможешь двигаться вперед. Кстати, если бы со мной не было бы Асуки, то меня бы уже давно не было бы в живых.

Он сейчас серьезно говорит или просто запугивает их? Не могу понять.

– Поскольку я так хотел стать авантюристом, я встал на этот тернистый путь, путь авантюриста. Но, я потом часто жалел о своем решении. Было много раз, когда я был при смерти, если бы Асаки не было бы рядом, многие из этих ситуаций, точно закончились бы моей смертью. Если Вам хочется просто для прикола стать авантюристом, мой Вам совет – забудьте об этом.

Тагава сказал это все, проводя взглядом по парням. Хмм…мм. Но все же, он говорит правду или все-таки обманывает их?

– До данного момента я всегда рассказывал Вам о приятной стороне бытия авантюристом, но у всего есть оборотная сторона. Будучи авантюристом, я много где побывал и часто видел многое, весьма неприятное. Людей убитых монстрами, людей убитых бандитами и так далее. И это затрагивает не только убитых. Есть еще дети, которые лишились своих родителей, или дети, которых выгнали из дома, из-за того, что их не могут прокормить их родители. Староста, твоя семья же была бедной, верно? Если бы ты не попала сюда, интересно, какая бы судьба ждала тебя?

Тагава сказал кое-что очень неприятное для Кудоу. Та, обхватила свою голову руками и не может ему ничего возразить. Ведь Кудоу была продана эльфам своими собственными родителями. Поскольку они продали ее эльфам, с таким же успехом они могли ее продать и кому-нибудь другому. Думаю, ее бы не стали продавать ребенком, а вот когда она бы подросла, это было бы весьма вероятно, и куда бы она попала после продажи, только одному богу ведомо. Если бы ее продали какому-нибудь купцу, который бы оценил ее интеллект, то это был бы наилучший вариант. Но скорее всего, учитывая, что все реинкарнировавшие выглядят довольно красивыми, то ее продали бы в совсем нехорошее место.

– Но Тагава может говорить такое только из-за того, что пожил снаружи, верно? А у нас никогда такого выбора не было.

Услышав слова Шинохары, реинкарнировавшие опять зашумели. Вратх хлопнул в ладоши, чтобы они вели себя потише.

– В конце концов, я думаю, нет смысла говорить о том, что могло бы быть. Прошлое нельзя поменять. Поменять факт того, что мы все сейчас живы и здоровы, и собрались здесь нельзя. Так же и поменять того факта, что тот кто умер, здесь появится уже никогда не сможет. Думаю, лучше радоваться тому, что Вы все сумели остаться в живых.

Услышав слова о том, что быть живым – это уже большое счастье, реинкарнировавшие затихли.

– И это я слышу от тебя, того, кто убил Юго, или лучше называть его Натсуми?

Вот только один никак не может помолчать.

–

Примечание автора: Прошу помнить, что характер Шинохары в вебке сильно отличается от ее характера в печатной версии.

310. Преступление и наказание, жизнь и смерть

Из-за слов произнесенных Ямадой, тот факт, что Вратх убил Натсуме, стал известен всем. Поскольку Натсуме не был среди тех реинкарнировавших, кто собрался в этом доме, то, скорее всего, многие догадывались о его судьбе. Но я сильно сомневаюсь, что хоть кто-нибудь из них мог подумать, что его убил их собственный одноклассник. Это можно понять по внезапно установившейся тишине в комнате.

Единственным исключением является Тагава и Кусама связанный с Огиварой. Кроме того, об этом факте знали, точнее, видели все своими собственными глазами, Ямада и Оошима. Даже Кудоу потеряла дар речи, по лицам всех окружающих можно понять, что они либо никак не могу понять, о чем говорит Ямада, либо находятся в полной прострации по поводу открывшегося факта. Даже те, кто могут понять такие действия, все равно сомневаются, поскольку бросают взгляды по сторонам, пытаясь понять, правда это, или нет.

Скорее всего, для тех реинкарнировавших, которые всю свою жизнь провели в эльфийской деревне, смерть представлялась чем-то далеким и нереальным. Именно из-за этого, когда им говорят, что смерть будет подстерегать их за каждым углом, они просто не принимают эти слова в серьез. Тем более, что вот он, прямо рядом с ними сидит человек, который сумел добиться всего и стать знаменитым авантюристом. В Японии, люди в большинстве своем, умирают от старости, скорее всего, это свое отношение к жизни они и перенесли на этот мир. Таким образом, их понятие о жизни в этом мире, в корне не верно, ведь люди тут умирают постоянно, неважно справедливо это или нет.

С другой стороны, Тагава и Кусама, которые выросли вне пределов эльфийской деревне, четко отдают себе отчет в том, что смерть – это жестокая реальность. Из-за чего произнесенные слова не стали для них шоком. Вот только интересно, почему же тогда Ямада, который вырос так же за пределами деревни эльфов, так возмущен фактом смерти своего одноклассника?

Вообще-то именно Ямада, в первую очередь и должен был бы поблагодарить нас за смерть Натсуме. Ведь это именно Натсуме устроил так, что его отец умер, а его преследовали по всему свету, как преступника. Мало того, этот же самый Натсуме, был настолько жесток, что промыл мозги его сестренке и его друзьям. А? Что насчет того, кто был организатором всего этого беспредела? Не знаю, о ком это Вы? И вообще, замнем этот вопрос для ясности. У Ямады были все основания ненавидеть Натсуме и, тем не менее, он хотел оставить его в живых? Не понимаю я этого.

– Скажи, то в чем он тебя обвиняет, это правда?

Слова Кудоу разбили воцарившуюся тишину. Вратх и Ямада продолжают мериться взглядами и не двигаются. Поскольку эти двое никак не отреагировали на этот вопрос, Кудоу повернулась ко мне и повторила его. Эй, ну почему чуть что, так сразу я!?

– Если то, что он сказал – правда, то получается, что Вы использовали Натсуме, а когда он стал не нужен, убили его?

Хмм, что же, достаточно близко к истине.

– Возможно.

– Будем считать это подтверждением.

Сказала Кудоу с мрачным выражением на лице. Она, в общем-то, права. Если честно, то, что я на самом деле сделала, показалось бы ей еще более ужасным, чем то, что она сейчас о нас думает. Но я ей этого говорить не буду. Думаю, нам обоим от этого будет только легче.

– Как я и говорил – ему все равно была уготовлена смерть. Поэтому то, что я убил его не так уж и важно.

– Нет, это важно!

Прервав разговор Вратха и Кудоу, завопил Ямада, аж взвившись со своего стула. Мне странно видеть, его действующего столь отлично, от его обычного поведения, он вскочил настолько резко, что стул, на котором он сидел, отлетел в сторону.

– Шун. Учитывая, что ты больше всего пострадал от Натсуме, не кажется ли тебе странным, то, что ты так озабочен этим вопросом?

– Да, возможно все и так. Я не простил ничего из того, что сделал Натсуме. И не планировал оправдывать его действия.

О? Получается, Ямада все-таки не простил Натсуме за его действия. Ну, это можно понять, если бы он простил что-то подобное, то он был бы не героем, а скорее святым. Да и для святого, я думаю, это был бы перебор.

– Тем не менее, не кажется ли тебе странным твое отношение к этому, ты просто говоришь «Да, я убил его, ну и чего об этом говорить»?

Услышав слова Ямада, некоторые из реинкарнировавших явно соглашаются с этой точкой зрения. Ну… Это так же можно понять. Учитывая, что они большую часть жизни провели в закрытой эльфийской деревне, нет ничего странного, что их мировоззрение мало изменилось от того, каким оно было у них в Японии. Убийцы в Японии всегда наказываются по всей строгости закона. Смертная казнь применяется только в самых чрезвычайных случаях. Многие считают, что смертную казнь вообще надо отменить. Жизнь человека в том мире имеет совсем другую цену, чем в этом. Даже если это жизнь убийцы.

– Натсуме должен был жить и искупать свои грехи. Вот каково должно было быть его наказание. Нельзя было убивать его и позволить ему уклониться от этой обязанности. Когда кто-то умер, это все, конец пути, так ведь?

Хмм. Довольно интересный аргумент, но все равно, мне кажется, что он чересчур наивен. Ведь в мире спокойно живут толпы преступников, которые ни на грамм в них не раскаиваются. Думать о том, что каждый преступник, в конце концов, раскается в своих деяниях, это довольно глупо, так бывает только в сказках. Если кто-то не желает меняться, то, сколько сил ты не приложишь, все, чего ты добьешься, это просто потратишь свое время впустую. В данном случае, я думаю, что самым верным решением будет просто, по-быстрому, избавиться от таких людей. Хотя, учитывая, что я не знаю, как бы себя повел на самом деле Натсуме, то это просто мое мнение на этот счет.

– Все верно. Когда кто-то умер, все кончено. Убивать плохо. Все это понятно. Такое прощать нельзя.

Вратх соглашается со словами Ямады.

– В таком случае…

– Но тогда, разве можно прощать Натсуме, который забрал столько жизней?

Когда Ямада хотел уже что-то сказать, Вратх прервал его. И в словах Вратха звучала уверенность настолько сильная, что даже Ямада не смог его перебить.

– Послушай Шун. Люди, у которых был убит кто-то близкий им, не простят убийцу. Не важно, сколько бы данный человек не пытался искупить свои грехи, ненависть в сердцах пострадавших от этого никуда не исчезнет. Она станет меньше со временем. Но не исчезнет никогда.

В этих словах чувствуется, что он рассказывает о том, что пережил сам. Услышав голос, которым все это было сказано, любой бы смог понять, что Вратх и сам испытал подобное, что кто-то, кто был близок ему, был убит.

– Шун, я считаю, что все то, что ты говоришь, это правильно. Вот только, сколько бы он не старался искупить совершенное им, он не сумел бы этого сделать никогда. Он должен был умереть. Вот почему я подарил ему смерть. Неужели ты не можешь этого понять?

Думаю, даже Ямада не сможет возразить на такой довод.

– Да, я не могу этого понять.

Или так мне казалось. В глазах Ямады горит какое-то чувство. В его взгляде видна несгибаемая уверенность.

– Шун. Ты же видел, что происходит в мире и должен все понимать? Это тебе не Япония. Жизнь человеческая здесь и полушки не стоит. Даже если ты и продолжаешь жить по моральным принципам Японии, но разве ты не видишь, что такой конец был неизбежен?

Вратх пытается уговорить упрямого Ямаду.

– Такой конец неизбежен? С чего это ты так решил?

Тем не менее, Ямада перешел в неожиданную контратаку.

– Да, в этом мире жизнь ничего не стоит. Люди умирают от чего угодно. Именно из-за этого брат Джулиус…Нет, неважно. Все это неважно! Только из-за того, что жизнь в этом мире стоит дешево, еще не значит, что ее можно забирать вот так, походя, понятно!?

Он сорвался на крик. Его слова способны даже изменить мое мнение о нем, как о наивном глупце. Я-то думала, что он все еще пытается цепляться за те правила, что осталась в Японии. Это не так. Ямада продолжает придерживаться таких взглядов, хотя сам понимает, насколько они наивны.

– Этот мир не Япония? Да кто бы с этим спорил. В этом мире нет ничего общего с Японией. Но разве это значит, что мы должно отбросить все то, хорошее, что было в Японии? Разве это правильно?

От слов Ямады, плечи Оошимы затряслись. Похоже, Оошима так же отбросила всю Японскую мораль и стала жить по правилам этого мира?

– Киойя. Давай я спрошу тебя вот что. Ты сказал, что его смерть была неизбежной. Может быть, ты просто сломался, решив, что это неизбежно из-за того, что этот мир именно так и устроен?

Интермедия S031. Жизнь

Я уверен, что до самого конца моей жизни я не смогу забыть, как я в первый раз убил монстра.

У меня были и способности и физические показатели, мало того, если я убиваю монстров, то мой уровень растет. Живя в этом мире, где все так похоже на игру, я не воспринимал все всерьез. Понял я, что это далеко не так, после того момента, когда Натсуме попытался меня убить. А осознал это в полной мере, в тот момент, когда я своими собственными руками отобрал чужую жизнь.

Это случилось через какое-то время после того, как я поступил в Академию. В качестве практике по истреблению монстров, меня впервые, в моей жизни, выставили против монстра. Поскольку данный монстр использовался для обучения новичков, монстр был чрезвычайно слабым. Настолько слабым, что взрослый мужчина, который никогда не сражался, спокойно мог бы отбиться от него, он был похож скорее даже не на монстра, а на какое-нибудь мелкое животное. Но монстр все равно остается монстром. Монстры это такие существа, главная цель в жизни которых – убивать людей, поэтому хоть монстр и был слабым, но оставлять его в живых было никак нельзя. Неважно, насколько монстр слаб, это не делает его менее опасным. Хоть взрослый человек и может отбиться от такого монстра, но эти же слова означают, что для ребенка этот монстр опасен. Кроме того, даже взрослый человек может быть ранен во время нападения этого монстра, и то же может умереть от полученных ран. Даже от таких слабых монстров, каждый год погибают люди, пусть и немного. Кроме того, для того, чтобы дать ученикам опыт сражения с монстром, требуется убить этого монстра. Вот только…

Монстр атаковал меня, желая убить. Он был живым созданием. Это в корне отличалось от того, что было в играх. Вместо того, чтобы сражаться с монстром, я вдруг внезапно осознал, что я сражаюсь с живым существом, а не с программой. Вопрос был не в моих физических показателях. Они у меня были выше, чем у любого из моих одноклассников, поэтому слабого монстра я мог легко победить. Но не это меня останавливало. Мне сложно подобрать слова, чтобы описать данное ощущение. Просто, когда я встал напротив монстра, он оказался намного более реальным, чем я этого ожидал, и я испугался.

Да, я испугался. Монстр приближался ко мне, и он попытается убить меня, если я не прикончу его первым. В итоге, я так и не сумел убить монстра в свой первый раз, я только уворачивался от его атак. А затем, член моей команды, Палтон, не смог больше терпеть этого и прикончил монстра. Легко, как будто, так и надо было.

– Почему…

Спросил я у Палтона. Даже я сам не понимал, какой ответ я хочу получить. Я просто спросил, чтобы как-то разобраться в этом.

– Ой, простите меня. Мне показалось, что у Вас возникли проблемы, поэтому я и вмешался.

Палтон ответил на мой вопрос, подумав, что я разозлился на него за то, что он отобрал мою добычу у меня.

– Простите мою самонадеянность. Конечно же, у господина Шуриена не могло быть никаких сложностей с таким слабым монстром. Я понял! Вы просто хотели лучше изучить, как двигается монстр! Вместо того, чтобы взять и прикончить его, Вы решили, что даже на таком слабом монстре можно чему-нибудь научиться. Кто бы мог подумать.

Нет. Все было совсем не так. Я задал свой вопрос совсем не по этой причине, и монстра я не убивал совсем не по этой причине. Но я понимаю, почему это недопонимание возникло. Просто этот мир сильно отличается от Японии.

В этом мире, отнять жизнь – это нормально. Жизнь тут ничего не стоит. Если конечно это жизнь монстра. Так же это относится и к демонам, поскольку они враги всех людей. Даже среди людей, резать друг друга, считается вполне в порядке вещей. Люди в этом мире, отнимают жизнь друг у друга с такой легкостью. Они убивают так, будто это их работа. Даже Палтон не чувствует ничего плохого, в том, чтобы убить монстра.

Я не святой. В прошлой жизни, в Японии, я поедал мясо убитых животных, да и насекомых убивал. Я не считаю, что жизнь любого живого существа равноценна, не важно, человек это, насекомое или еще кто-то. Я так же понимаю, что поскольку монстры нападают на людей, то их убивают, чтобы не быть самим убитыми. Но я никак не могу принять того, что монстров можно убивать так же легко и свободно, как каких-нибудь насекомых.

Тем не менее, в этот день, я все-таки, своими собственными руками убил своего первого монстра. Мне было слишком страшно, страшно потерять уважение Палтона. И, кроме того, я вспомнил о том времени, когда Натсуме напал на меня, и я думал, что я умру. Чтобы в следующий раз суметь защитить себя в такой момент я и был вынужден забрать жизнь монстра, чтобы повысить свой уровень. Ради своей собственной безопасности, я забрал чужую жизнь.

Я никогда этого не забуду. Не забуду того, как мой меч прорубил плоть, то чувство, когда мой меч крушил кости. Запах крови витающий в воздухе. Визг умирающего существа. И тот момент, когда жизнь покинула его глаза. То, что происходило на моих глазах, это совсем не то, что было на экране компьютера – это была самая настоящая смерть, как в реальной жизни.

Даже в Японии, опасных животных убивают. Кроме того, ради того, чтобы мясо появилось в магазине, требуется убить свинью или корову. Чтобы люди могли жить дальше, приходится убивать. Пусть и не своими собственными руками, но ради нашего существования, отбирается бессчетное количество жизней. Вот только, я никогда не понимал, насколько же это сложно, забрать чью-то жизнь самому. И вот тогда я понял – что если так трудно забрать жизнь монстра, то насколько же будет сложнее забрать жизнь человека?

Это было страшно. Просто одна мысль об этом пугала меня.

Как Натсуме сумел решиться на это? Если он чувствовал то же самое, что и я, то тогда он не смог бы думать об этом мире, как о какой-то игре. Пусть в этом мире и есть игровые элементы, но это совсем не игра. Пусть ты и не принимаешь все это всерьез, но люди здесь умирают по-настоящему. Просто люди, живущие здесь, не обращают на это внимание.

Я понимаю, что в этом мире, бесконечных войн и сражений, лучше всего относиться к жизни и смерти проще. Ради того, чтобы жить, люди убивают монстров и демонов. И я не могу заставить их не делать этого. Ведь и я сам, так же убил монстра ради себя. И этот грех будет на моей душе, до конца моей жизни. Я понимаю, почему люди стараются не думать о важности чужой жизни, так им легче жить. Вот только, я так не могу, я не могу сказать себе, что убийство было «Неизбежным». Ведь я знаю Героя, который продолжал следовать своим идеалам до самого своего конца, пусть он и не смог поменять этот мир.

– Пусть это только мечта. Пусть надо мной смеются и считают, что этого невозможно достичь. Но все равно, я не отступлю со своей цели. Моя цель – это мир, где все могли бы жить в мире и быть счастливыми. Я буду стремиться к этому идеалу. До тех пор, пока не умру.

Так говорил Джулиус, продолжая сражаться. Сражаться ради того, чтобы достичь мира. Он страдал от этого, но не давал другим видеть, как это ранит его. Видя его старания, я хотел соответствовать идеалам Джулиуса. Я боялся сражаться. Я боялся забирать жизни. Я боялся того, что я умру. Я не тот Герой, которым был Джулиус, который мог сражаться ради своей цели. Даже моя цель в жизни, это всего лишь желание продолжить дело Джулиуса. Какой из меня Герой.

Но возможно именно из-за того, что я именно такой, я смогу достичь хоть чего-нибудь. Возможно, как раз из-за того, что я с самого начала понял, насколько ценна каждая жизнь. Возможно, из-за этого, я смогу привить ту мораль, которая действует в Японии в этом мире. Возможно, я смогу уменьшить количество боли и страдания, пусть и не смогу избавиться от них совсем. Даже такой неправильный Герой как я, сможет сделать хоть что-то полезное. Я хочу сделать все, что смогу. Да, так я думал до того, как Королевство было атаковано Натсуме, а затем я был вынужден просто реагировать на происходящее.

А потом, как – будто для того, чтобы посмеяться над идеалами Джулиуса и моими, меня проинформировали о настоящей природе этого мира. Это выбило меня из себя. Я понимаю, что сказанные мною слова были подобраны неверно, судя по выражению лица Киойя. Поскольку на его лице видно выражение застарелой боли, с которой он так и не сумел совладать. По его выражению лица видно, что он убил Натсуме не из-за того, что ему этого просто захотелось и меня это не может не радовать. Тем не менее, это не значит, что те эмоции, которые бурлят у меня в груди, так просто взять под контроль, я продолжаю смотреть в лицо Киойя.

– …Прости. Я перегнул палку.

Я не знаю, сколько времени мы стояли так, напротив друг друга, но я все-таки сумел взять свои эмоции под контроль, настолько, чтобы извиниться перед Киойя. Поскольку понял, что неразумно критиковать его здесь и сейчас.

– Нет. Извинения не нужны. Ты прав, Шун.

Слабо качнув головой, сказал Киойя.

– Завидую я тебе Шун, тому, что ты способен делать то, что правильно.

Видя такое его состояние, я не могу поверить в то, что именно этот человек убил Натсуме. Похоже, для Киойя это так же оказалось большим стрессом. Правда, момент слабости у него продлился буквально мгновение, он закрыл глаза, а когда открыл их снова, то в его глазах снова сияла несгибаемая уверенность.

– Ты прав, Шун. Но я не планирую изменять своему пути. Я не жалею, что сделал все именно так.

Передо мной стоял человек, который ни за что не отступит от своей позиции. Конечно же, я не могу похвастаться такой же уверенностью в своих действиях.

311. Предел терпения (Туалет)

– Простите. Я понимаю, что у Вас тут серьезный разговор и все такое, но…

Тот кто заговорил, прерывая тяжелую тишину, был Кусама, о котором все успели уже забыть. Который все еще стоит связанный, лицом к лицу с Огиварой, сказал он эти слова с выражением вселенской скорби на своем лице.

– …Я тут уже практически описался. Может, отпустите меня в туалет?

Эти слова привели к чрезвычайно резкому изменению выражения лица Огивары. Если вначале на его лице светилось выражение «Идиот, ну как можно влезать в такой напряженный момент», то услышав последнюю часть фразы оно поменялось на «Ты это серьезно?». Его можно понять. Поскольку они связаны вместе, то, если Кусама описается, то и Огиваре, который связан с ним, так же достанется.

– Думаю, это возможно? Нам всем не помешало бы немного успокоится. Поэтому предлагаю небольшой перерыв.

Прежде чем я успела открыть рот, Вампирчик уже поддержала идею. Мало того, она тут же вскочила со стула и торопливо выбежала из комнаты. На ее лице было выражение ужасной скуки и она даже не пыталась его скрывать, думаю, ей здесь было действительно очень скучно…

– Ладно, тогда, короткий перерыв!

Сказав это, Кусама просто испарился. В мгновение ока, как будто никаких веревок и не было. О! Это очень по нинзенски. Значит он мог в любой момент сбежать из этих пут. Думаю, он более или менее старался не выводить окружающих из себя, почему и не освобождался самостоятельно от веревок, до получения разрешения? А может быть, он и вопрос о туалете поднял, только для того, чтобы немного снизить градус напряженности…? Да нет, быть такого не может. Кусама на такое в принципе неспособен. Скорее всего, он просто воспользовался первой подвернувшейся минуткой тишины, чтобы отпроситься в туалет. Всегда найдется кто-то, кому приспичит выйти в туалет, в самый напряженный момент. На экзамене таких, например, полно.

Из-за того, что вампирчик и Кусама сбежали, остальные реинкарнировавшие немного растерялись, не зная, что им делать. Затем, Ямада, посмотрев на Вратха, который сидел на стуле с закрытыми глазами, поднял свой стул, с которого он недавно резко вскочил и уселся на него, после этого и все остальные реинкарнировавшие зашевелились. Начав делать то, что им было нужно. Некоторые начали обсуждать произошедшее с соседями, кто-то поднялся по лестнице наверх и так далее.

Ой! Наверху же сейчас Учитель, надо посмотреть, как она там сейчас! Пойду, посмотрю, как она себя чувствует.

Думаю, мне уже можно уходить, ведь я фактически вела всю нашу дискуссию до этого момента, так? Это так меня утомило, думаю, дальше они и без меня как-нибудь разберутся. Говоря другими словами, не думаю, что мое присутствие здесь хоть что-то изменит в данный момент.

Я встала со стула и пошла к лестнице. У меня такое ощущение, что взгляды всех оставшихся в комнате людей в данный момент прикованы ко мне. Сделаем вид, что это просто мое воображение шалит. А особо напряженные взгляды исходят от Кудоу и Шинохары, но я Вас просто проигнорирую!

– Если ты направляешься к Учителю, то не будешь же ты против моей компании?

Пока я шла вперед, чувствуя себя так, как-будто прорываюсь через воздух наполненный иголками, напрягая для этого всю свою волю, Герой, который не заметил моего титанического напряжения всех сил, обратился ко мне. Ага, ну что тут скажешь, ты и правда, самый настоящий Герой, Ямада. И потом, отказ, похоже, не предусматривался как вариант, поскольку, хоть это все и было сказано в форме вопроса, но он тут же начал подниматься со своего стула.