Текст книги "Ложка дёгтя (СИ)"

Автор книги: Николай Воронков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

Поступление

Чем этот мир мне нравился, так это отсутствием будильников, радио, телевизоров и телефонов. Разумеется, военные и охрана время отслеживали. И на приёмы полагалось приезжать вовремя (хотя бы из уважения к хозяину). А вот в собственном особняке можно было дрыхнуть сколько угодно, никто не посмеет и слова сказать. Может усталость накопилась, но растолкала меня Таня только в десять часов утра. Уже причёсанная, одетая в домашнее платье и ворчливая, как жена после десяти лет совместной жизни (Ваня, ты же должен понимать, что этот день очень важен, что тебе надо выполнить обязательства, и вообще, завтрак уже на столе, и его уже два раза подогревали). Ладно хоть покормили сытно, но после этого выпихнули за двери, а во дворе уже ждала коляска с парочкой сопровождающих. И пара саквояжей с вещами уже приторочены сзади. Матерясь про себя, я всё-таки соизволил сесть в коляску и позволил везти себя в академию. Матерись не матерись, а свою часть договора выполнять и в самом деле надо.

Путь занял от силы полчаса. Ворота академии меня не впечатлили – самые обычные кованые ворота с боковой калиткой и домиком привратника. В обе стороны убегала каменная стена метров трёх в высоту, но тоже ничего особенного. Вообще непонятно – за каким чёртом академии эти ворота и стены? Вряд ли сюда кто-то сунется по доброй воле. Или это сделано на всякий случай, как в любом военном гарнизоне – чтобы чужие не болтались и не мешали учебному процессу?

Привратник на воротах выглядел крепеньким, бодрым, хоть и был без оружия. Молча, без всяческого подобострастия, уставился на меня, совершенно не торопясь открывать мне калитку. Пришлось говорить самому.

– Письмо для господина ректора. Лично в руки.

Без расспросов и скандала привратник достал свисток и коротко свистнул. Выбежавшему из домика парню коротко бросил: «В приёмную ректора» и только после этого приоткрыл для меня калитку.

Сопровождающему было от силы двадцать. Самый обычный парень в самой обычной повседневной одежде. Серенькая куртка, серенькие штаны и коричневые ботинки. То ли он из специальной прислуги, то ли из студентов, которых отправляют дежурить на «вахте», и которые здесь не очень-то шикуют.

Парень попался неразговорчивый, и всю дорогу мы шли молча. Для него это отбывание повинности, для меня, по сути, тоже, так что я не стал навязываться, и, осторожно осматривался по сторонам, стараясь понять – куда я попал и что меня ждёт. Судя по снующим студентам, широкая аллея, по которой мы шли, вела прямо к главному (административному) зданию. Хорошее такое здание, монументальное. Метров двести в длину, четырёхэтажное, с колоннами и портиком над входом. От центрального здания ромашкой расходились здания факультетов, а уже за ними на периферии располагались общаги (как я потом узнал). А ещё прекрасный парк, беседки и скамейки для посиделок. А ещё всякие столовые, мастерские на заднем дворе, хозпостройки, полигоны и всякая прочая ерунда, без которой всё равно никак.

Встречавшиеся на аллее парни и девушки выглядели самыми обычными – в основном от шестнадцати до двадцати пяти лет, в обычной повседневной (хоть и хорошего качества) одежде. У входа в главный корпус стали попадаться студенты в мантиях. Смешные такие, словно вырядились для фильма про средневековый университет. Хотя, для них это была самая нормальная, их жизнь. У студентов преобладал синий цвет. У одних тёмно-синий, у других светло-синий. То ли застиранные, то ли какая-то местная традиция. У парней мантии болтались балахонами, а вот некоторые девушки в своём извечном стремлении к красоте умудрялись ушивать мантии до размеров чуть свободного платья. Во всяком случае, фигурку и грудь оценить вполне можно.

Приёмная ректора оказалась на третьем этаже. Сначала по широкой мраморной лестнице, потом по устланному паркетом коридору, пара поворотов, а потом и сама приёмная. Внешне – приёмная директора очень богатого предприятия. Ковровые дорожки, стены обшиты деревом, под потолком внушительная люстра. А ещё шторы на окнах, стулья с бархатными сиденьями у стен, и, разумеется, очень важная секретарша за большим столом с несколькими стопками бумаг. Женщина лет под пятьдесят, в строгом неброском платье. Строгая причёска, строгое выражение лица, взгляд как у следователя на допросе. Понятно, что у неё такая работа, но я даже немного оробел под этим взглядом.

Сопровождавший меня парень убедился, что секретарша меня заметила, и так же молча исчез. На вопросительный взгляд секретарши я коротко бросил: «Письмо для господина ректора. Лично в руки». Та оглядела меня с головы до ног, и появилось ощущение, что меня просвечивали рентгеном. Видимо, не сочтя меня опасным, бросила.

– Подождите, я узнаю -и исчезла в следующих дверях.

Минут через пять вышла и приглашающе приоткрыла дверь

– Прошу.

Как я и ожидал, дверь оказалась двойной (с тамбуром). Кабинет тоже оказался «типовым» – вдоль одной стены сплошные застеклённые шкафы, заставленные книгами и всякой непонятной ерундой. Посреди кабинета длинный т-образный стол для заседаний. Во главе заваленного бумагами стола восседал настоящий академик. Не знаю почему, но я сразу так решил. Может взгляд слишком умный, может ещё что, но мне это звание показалось самым подходящим. Так-то и смотреть было не на что – мужик неопределённого возраста в сюртуке.

Подойдя ближе, я протянул письмо ректору, но тот откинулся в кресле, разглядывая меня. Может брезгует из рук чужого человека брать, может ещё что, но это не мои заморочки. Молча положил письмо на край стола и отступил на пару шагов. Ректор не сводил с меня взгляда, потом уставился на письмо, разглядывая его, словно это была бомба. Наконец, взял его в руки, оглядел со всех сторон и даже понюхал зачем-то. Подумал, но всё-таки открыл письмо и стал читать. Я только вздохнул – скорей бы уж хоть что-то решилось…

Ректор неспешно прочитал рекомендательное письмо Наместника, задумчиво побарабанил пальцами по столу.

– Понимаете, молодой человек, при всём уважении к Наместнику Гарнеру, мы не можем принимать неизвестно кого, тем более, с такой странной формулировкой – он поднял письмо и прочитал – «Прошу обеспечить свободное посещение занятий на любом факультете по желанию Ивана» – он снова отложил письмо и уставился на меня – Это надо понимать так, что вы будете выполнять некое поручение Наместника, и вам нужен свободный доступ по всей территории академии?

Я слегка опешил.

– Поручение? Ну что вы, господин ректор. Всё намного проще и прозаичней – я просто не знаю что мне интересно в магии и интересно ли вообще. Очевидно из-за этого и появилась эта фраза.

– Вы даже не знаете, интересна ли вам магия, и господин Наследник так этим озаботился, что написал подобное письмо? –я только пожал плечами. А что я могу сказать? – Хорошо, про интерес или его отсутствие мы ещё поговорим, но почему Наместник не указал конкретный факультет?

– Ну… -замялся я – У меня получались разные вещи, и я не уверен, что всё это можно изучить на одном факультете.

– Вы – универсал? –чуть насторожился ректор.

– Я не знаю, что это такое.

– Не знаете –задумчиво повторил за мной ректор – И уровень вашей силы, и склонность к стихиям Наместник тоже просит не проверять. Почему?

Я только пожал плечами.

– Возможно, Наместник не хочет навязывать мне какую-то определённую сферу деятельности.

– Странная заботливость –протянул ректор.

Мне почему-то пришло в голову, что ректор тоже намекает на мои возможные родственные связи с Наместником.

– Вопрос не ко мне –глухо ответил я.

Ректор долго молчал, глядя в окно, потом словно что-то решил.

– Хорошо, молодой человек, в Академию я вас приму, но самый простенький тест на предрасположенность пройти всё-таки придётся –заметив моё невольное движение, сразу уточнил – Только в моём присутствии, в этом кабинете, и о результатах буду знать только я.

Я снова пожал плечами.

– Как скажете, господин ректор.

Ректор достал из шкафа довольно большую прозрачную сферу на подставке, поставил её на стол и приглашающе кивнул мне.

– Прошу!

Я сделал шаг вперёд и остановился.

– А что нужно делать?

Ректор скептически глянул на меня.

– Касаетесь ладонями с двух сторон и стараетесь направить в него свою энергию. В зависимости от типа и силы вашей энергии цвет и яркость свечения будут меняться. Такую проверку проходят все поступающие, так что не беспокойтесь, ничего страшного не случится.

Раз не случится, то и бояться нечего, успокоил я себя. Фактически, я уже принят, и ректор делает это для успокоения совести. Что бы шар ни показал, ничего страшного не случится.

Осторожно приблизил ладони к шару, и по ладоням словно пробежали иголочки. А что, даже забавно. Уже более уверенно сжал шар, и вдруг появилась странная уверенность, что я знаю, что это – самая банальная игрушка для маленьких, которые только-только учатся управлять своей энергией. Вот для чего она! Нужно только захотеть увидеть определённый цвет и направить энергию, а организм сам решит как использовать или преобразовать твою внутреннюю силу. Цвет шара – только для самоконтроля. Уже более уверенно направил немножко энергии в шар, и он плавно почернел. Ну, это ожидаемо – у меня где-то внутри по-прежнему душа демона. Добавил ещё немного силы и шар вообще стал словно сгусток тьмы. Осторожно убавив поток силы, вдруг подумал – ну не всё же во мне так плохо, я и хорошие дела иногда делал! Сменив настрой, снова направил силу, и темнота стала растворяться, быстро сменившись ярким молочно-белым цветом. Совсем успокоившись, ещё поиграл с шаром, пуская чередой красные, синие, зелёные полосы. Потом и это надоело. Чего я, собственно, пыжусь? Шар чего-то там показывает, в академию я уже принят. Отбросив все мысли о сознательном управлении, просто послал энергию в шар – пусть что хочет, то и показывает! Шар, лишившись управления, сразу превратился в месиво разноцветных пятен, а потом из его глубин стали проявляться пятна раскалённого золота. Я уж было решил, что шар вообще станет золотым, но тут шар передумал. Цвет снова стал меняться, как бы светлеть, и через минуту вообще стал сплошь… розовым! Причём, цвет такой, что не ошибёшься – не слабо-красный или слабо-золотой, а сочный такой, отвратительно розовый!

Шар отпустил мои ладони, и я поднял взгляд на ректора. Тот на меня внимания не обращал – уставился на сферу, затем сам осторожно коснулся её ладонями. Шар, узнав хозяина, сразу сменил картинку, разрисовав себя яркими красно-сине-зелёными секторами.

Отпустив шар, ректор уселся в кресло и уставился на меня. Прошла минута, другая, но ректор молчал, думая о чём-то своём. Наконец, я не выдержал.

– И что это значит?

– Хотел бы и я знать – что это значит –откликнулся ректор – Пока можно сказать только то, что у тебя нет предрасположенности к какой-то определённой энергии. И универсалом я назвать тебя не могу. Чёрный цвет был великолепен, значит тебе с легкостью будет даваться некромантия –ещё бы, хмыкнул я про себя – Затем шар показал чистый белый цвет, значит ты можешь быть и магом жизни. Как это может совмещаться – пока не знаю. Потом шар показал все стихии – огня, воды, земли, воздуха, причем, эти энергии могли преобразовываться друг в друга или образовывать новые сочетания. Тоже необычно, но, в принципе, возможно. А вот в конце шар показал глубинные слои твоей энергии, и она оказалась розовой.

– А это какая стихия?

– А никакая – мрачно бросил ректор – У нас ещё не было магов с такой энергией. Что это может означать, я не знаю и даже не слышал –он побарабанил пальцами по столу и бросил с неожиданной злостью – Теперь я понимаю Наместника, который просил не устраивать тебе испытания.

– Так ведь ничего страшного не случилось –попытался успокоить я ректора.

– В моей академии будет учиться студент, владеющий неизвестной стихией, а я буду спокоен? –он вдруг остро глянул на меня – Ты уже что-нибудь умеешь из магии?

– Ну, -замялся я –так, кое-что, по-мелочи.

– С этого мгновения ничего, я подчёркиваю, ничего из того что ты уже умеешь, в академии не использовать! Только то, что по программе, только под присмотром преподавателей, только на специально оборудованных полигонах. Если захочется сделать что-то новое, особое, своё, вызывай меня. Я проверю и проконтролирую.

– Я до некоторой степени могу понять ваше беспокойство, господин ректор, но как это будет выглядеть со стороны? Я не из благородных, ничем себя пока не проявил, и вдруг сам ректор будет проводить со мной индивидуальные занятия? Зачем мне и вам всякие слухи?

– Слухи нам, действительно, ни к чему -задумчиво протянул ректор – Хорошо, излишним вниманием я беспокоить тебя не буду, но требование прежнее – действовать только по утверждённой программе.

– А где я буду учиться?

– Где? –ректор снова задумался – Официально зачислим тебя на факультет некромантии, но я постараюсь что-нибудь придумать, чтобы обеспечить тебе свободное посещение занятий других факультетов. Преподаватели будут предупреждены. Ходи, смотри, изучай. Попробуй определиться, что же тебе на самом деле интересно. Может удастся что-то понять и про розовую стихию.

Он взялся за ручку, собираясь писать, и вдруг остановился.

– У нас в академии мы стараемся дать равные возможности всем, поэтому у нас не приветствуется похвальба титулами и богатствами. Иногда молодые люди осознанно меняют свои имена, чтобы не привлекать внимания к своим именитым родителям. Под каким именем записать вас, молодой человек?

– Меня? –я на краткий миг задумался. Стыдиться собственного имени мне было не за что, но и привлекать внимание тех, кому я уже успел перейти дорогу, не хотелось. А, гулять так гулять! Стараясь сдержать ухмылку, ответил ректору.

– Я не против имени Гарри Поттер.

Ректору моя весёлость явно не понравилась.

– Это имя что-то значит?

– Ну… Так в одной из книжек моего детства звали мальчика, учившегося в Академии магии.

Ректор на миг задумался.

– Нет, не помню и, наверное, даже не слышал –он пристально глянул на меня – Надеюсь, этот мальчик учился хорошо?

– Учился хорошо, только постоянно влипал в разные… хм… приключения и чужие тайны.

– А более тихого и скромного ученика у вас для подражания нет?

Я задумался, вспоминая прочитанные когда-то книги.

– Во всяком случае, этот хотя бы не пьянствовал –наконец сказал я.

– А как у вас с пьянством?

– Ну, я могу иногда позволить себе бокал лёгкого вина, но не более. Зачем рисковать без необходимости?

– Отрадно –похвалил ректор, но выражение его лица было совсем не радостным. Если уж студент с таким уровнем силы сам, сознательно, ограничивает себя, значит причины для этого весьма и весьма серьёзные. А ещё неизвестные стихии, подвластные мальчишке. Похоже, он уже начал жалеть о решении принять меня – Ладно, Гарри так Гарри –ректор что-то написал на листке бумаги и протянул мне – С этим пойдёте к коменданту, он выделит вам место в общежитии, выдаст мантию, одежду для физических занятий и объяснит правила. Из главного – на занятиях в учебных корпусах ходить в мантии. В остальное время можно ходить в обычной повседневной одежде. Конечно, не выпячивая и не кичась своим возможным богатством.

Вроде, все просто и понятно. Оставалось только кивнуть, забрать бумажку и откланяться.

Когда дверь за посетителем закрылась, ректор ещё некоторое время посидел в задумчивости, потом позвонил в хрустальный колокольчик. Почти тут же появилась секретарша.

– Ангела, попросите зайти ко мне господина Терно.

Больше не обращая внимания на секретаршу, ректор снова занялся бумагами. Уже начинало темнеть, когда в кабинет беззвучно вошёл мужчина в неприметной одежде. Господин Терно – глава службы безопасности академии. Человек, о существовании которого многие даже не знали. Неплохой маг, умница, эрудит, единственным недостатком которого было то, что чужие тайны он предпочитал узнавать без ведома хозяев. К тому же, понятие безопасности Академии магии трактовалось им очень широко, и в сферу интересов Терно могли попасть и мелкие хулиганы с прилегающих улиц, и королевские особы всех сопредельных с Империей государств.

Терно подошёл к столу и молча уселся в ближайшее кресло. Ректор покосился на гостя и так же молча подвинул к нему письмо Наместника. Терно, как и ректор ранее, оглядел письмо со всех сторон, несколько раз перечитал и вернул обратно, ожидая пояснений. Ректор в задумчивости почесал нос.

– Я хочу, чтобы ты присмотрел за этим мальчиком, Август.

– Мы и так, без всяких команд, присматриваем за студентами. Это входит в наши обязанности –высокопарно произнёс Терно и тут же сменил тон на деловой – А с этим что не так? Скандалист, задира, любвеобилен? Выдаёт себя за другого?

– Он сказал, что может позволить себе только стакан вина, да и то изредка.

– Проблемы с деньгами? –хмыкнул Терно – Или со здоровьем?

– Боюсь, после двух-трёх стаканов проблемы могут начаться у окружающих. Большие проблемы.

– С любым пьяным так –улыбнулся Терно, но ректор остался серьёзным.

– По его словам, он ещё сам не знает чего же ему хочется и что ему интересно. Будет лезть куда надо и не надо, а чем это может закончиться у нас в Академии, ты сам прекрасно знаешь.

– Так может это и к лучшему? Сам полез, сам виноват, и даже если… Мы вообще ни при чём. Нарушил правила безопасности, с дураками такое бывает.

Ректор сердито поджал губы.

– Август, этот мальчик нужен мне живым и здоровым. Нужен мне! Я не прошу заворачивать его в вату, но постарайся по возможности убирать с его дороги особо задиристых и беспокойных.

– Подумаешь… Ну, набьют морду или проткнут пару раз. Обычное дело для младших курсов.

– Боюсь, стычки будут заканчиваться смертью задир.

Терно стал серьёзен.

– Мальчик так опасен?

– Мальчик выглядит вполне разумным человеком, но он может стать крайне опасным. Как минимум, он – некромант с огромным потенциалом. Поэтому и прошу присмотреть.

– А огромный – это сколько? –снова улыбнулся Терно – И в чём это проявляется?

Взгляд ректора стал тяжёлым.

– Август, если ты пустишь дело на самотёк, то трупов у нас будет намного больше, чем мы привыкли. И повторю ещё раз – мальчик нужен мне! Обо всех странностях его поведения, о непонятных происшествиях докладывать немедленно.

Терно примирительно поднял руки.

– Да понял, понял я. Сам буду присматривать за ним как за своим ребёнком –уже вставая, он вроде как сам себя спросил – Минимум – некромант. А максимум этого мальчика – это что может быть?

Ректор сделал вид что не расслышал и снова уткнулся в бумаги. Терно только усмехнулся.

– Ну-ну. Присмотреть, значит? Присмотрим.

Устраиваюсь

Всего и делов-то – оформиться в общагу, но для меня это стало неожиданной проблемой. Это когда ты поступаешь вместе со всеми, тебе всё объяснят и расскажут, а когда ты один и в неурочное время, когда тебя никто не ждёт, приходится тыкаться как слепому котёнку во все стороны. К тому же, только сейчас дошло, что я по местным меркам безграмотный. Глянул на бумажку ректора, но там только строчки непонятных символов. Может, там направление в общагу, а может и что-то вроде «Подателя сего уничтожить немедленно». Посомневавшись, подошёл к секретарше и протянул ей бумажку. Секретарша мельком глянула.

– Это к коменданту.

– Я не знаю где его искать.

– На втором этаже повернёте налево и до конца коридора.

Поблагодарив, отправился на поиски. Самое обидное, что таблички на дверях были, но они для меня были бесполезным украшением. Пришлось спрашивать встречных студентов, но всё-таки нашёл.

Сам комендант мне сразу не понравился. Дородный такой, самодовольный мужик лет сорока. В памяти вдруг всплыло выражение «тыловая крыса». Сам я на фронте не был, не воевал, но для этого мужика кличка была в самый раз. И встретил меня снисходительно, по-барски, и протянутую бумажку взял небрежно. Правда, узнав почерк ректора, мгновенно подобрался, взгляд стал серьёзным, оценивающим. Несколько раз перечитал записку, даже на обороте посмотрел. Потом достал из стола пачку листков, стал просматривать. Один раз задумался, глянул на меня и снова стал искать. Наконец, нашёл. Что-то почиркал на новой бумажке и протянул мне.

– Шестое общежитие, комната двести сорок восемь – я уже хотел уходить, но он меня остановил – Подожди -из шкафа у стены достал свёрнутую мантию светло-синего цвета, весьма объёмный пакет с чем-то мягким, и положил на стол. Потом достал из стола серебристый браслет и что-то там поколдовал. Уже протягивая всё это мне, пояснил – Браслет будет пропуском в общежитие и комнату.

Общагу я нашёл довольно быстро. Да и чего искать – несколько вопросов встречным, и мне всё подробно объяснили. Изначально, когда-то, построили корпуса по направлениям магии, а за ними по периметру общежития для соответствующих факультетов. Задумывалось хорошо, но по факту год от года наборы очень отличались количеством студентов, кто-то из старшекурсников предпочитал жить в городе, и со временем всё перемешалось. «Чистыми» остались только общаги огненного и воздушных факультетов, как самые многочисленные, а в остальных со временем образовалось месиво из студентов всех факультетов и курсов. Единственное, за чем следили очень строго, это деление на женские и мужские этажи. В гости – пожалуйста, но после десяти вечера будь любезен убраться. Наверное, в браслетах были особые метки, и их как-то отслеживали.

Шестая общага формально была некромантской, но здесь жили, как говорится, «каждой твари по паре». Это я уже потом узнал, когда немного познакомился с соседями, а в первый день, как и любой новичок в незнакомом месте, просто осматривался по сторонам, пытаясь понять – что, куда и зачем.

Сама общага мне понравилась. Длинное четырёхтажное здание, больше напоминающее хорошую гостиницу. Никаких грубых каменных блоков, мрачных штор и облупившихся стен в коридорах. Чистенько, культурненько. Массивная дверь на входе. В большом холле справа небольшой закуток с конторкой, за которой сидела женщина-консьержка. Покосилась на меня, но ни слова не сказала и снова уткнулась в своё вязание. Я уже хотел идти дальше, но тут вспомнил, что не знаю даже местные цифры и не смогу найти свою комнату. Пришлось возвращаться к консьержке.

– Извините, – я протянул ей записку от коменданта – не подскажете где мне найти свою комнату?

Женщина глянула на бумажку.

– Тут же написано – двести сорок восьмая. Это на втором этаже.

Я и сам знаю, что двести сорок восьмая, только не знаю как выглядят эти цифры. Стыдоба, но пришлось снова изображать виноватый вид.

– Я не умею читать.

Женщина посмотрела на меня с подозрением, но потом всё-таки сжалилась. Подчеркнула несколько значков карандашом и протянула бумажку обратно.

– На двери твоей комнаты будут такие же знаки.

Оставалось только поблагодарить эту добрую женщину.

В холле на втором этаже оказалось неожиданно много цветов. И не наши опостылевшие фикусы, а… что-то зелёное, пышное. Минимум десятка три горшочков с яркими цветами. Всё такое яркое, светлое, что настроение сразу стало лучше. Да ещё и по три кожаных кресла с каждой стороны холла. Неплохо здесь студенты живут.

По коридору уложена самая настоящая ковровая дорожка. Не порванная, не затоптанная, а свеженькая такая, словно её привезли из магазина неделю назад. На стенах довольно яркие светильники в виде свечей.

Пару минут я искал свою комнату, сверяя таблички с символами в записке. Оказалось, что это в конце коридора направо. И дверь очень даже культурная. Не из фанеры, а массивная, резная, словно сделанная из одного куска дерева. Я на всякий случай нажал на бронзовую ручку, и дверь легко, словно невесомая, открылась. Странно как-то – ни ключей, ни запоров. Просто открыл и всё.

За дверью оказалась даже не комната, а нечто вроде однокомнатной квартиры. Прямо – небольшая кухонька, в которой разместился небольшой столик, пара стульев и небольшой шкафчик с посудой. Даже маленькая раковина в углу. Готовить не на чем, но перекусить вечером можно. Из коридорчика одна дверь в ванную комнату. Вполне современный унитаз, душевая кабинка и небольшая раковина, и даже зеркало на стене.

Жилая комната вообще выше всяких похвал. Две кровати – полуторки, нечто вроде шкафа-купе у стены слева, ковёр на полу, красивые голубые шторы на большом окне, два чуть ли не кресла, стол с резными ножками и массивной полированной столешницей. Оглядевшись по сторонам, я удовлетворённо хмыкнул. Ну, может и не люкс, но для двоих студентов обстановка более чем приличная.

Кровать, что стояла у дальней стены, была заправлена как попало, и я решил, что сосед у меня уже есть. Сунулся в шкаф, и точно, одна половина была забита вещами под завязку. Ну, трусы-кальсоны-майки, это понятно, но там ещё висел с десяток камзолов (или как там правильно), да ещё и на особой полочке весьма изукрашенный меч. Мда, сосед у меня явно не из простых.

Пока оглядывался, послышался звук открывающейся двери и в комнату быстро вошёл чернявый парень в довольно богатой одежде. Зыркнул на меня, быстро оглядел комнату и вместо приветствия рыкнул на меня:

– Ты кто такой? Чего здесь шаришься?

– Студент –я повернулся к нему – Теперь буду здесь жить. Ты сам-то кто такой?

Парень поджал губы.

– Барон ла Руже. С кем имею честь?

– Гарри Поттер.

– И всё? –почему-то удивился парень.

– А нужно ещё что-то? -не понял я.

– Простолюдин… -протянул парень.

Вообще, он был какой-то странный. Когда влетел в комнату, выглядел настороженным. Когда представлялся, его словно распирало от гордости, а сейчас в его взгляде сквозило… презрение? Прошёлся по комнате, что-то бубня себе под нос, потом снова повернулся ко мне.

– Ну что ж, я ожидал лучшего, но что поделать. Ладно, будешь мне прислуживать. Возьми в прихожей сапоги и почисти хорошенько.

Я с интересом посмотрел на парня.

– Ты, случайно, на солнце не перегрелся?

Лицо парня мгновенно стало жёстким и неприятным.

– Это не обсуждается. Единственная причина, по которой ты можешь остаться в этой комнате – это быть моим слугой.

Дурной наезд начал уже раздражать, и я не сдержался.

– А не пошёл бы ты…

– А за дерзость я могу и наказать –барончик поднял руки, и на ладонях вдруг появились сгустки огня – Огненный факультет, третий курс –с нехорошей усмешкой пояснил он.

– Да хоть пятый –отмахнулся я, усаживаясь на кровать – Вы слишком много значения придаёте красивостям, забывая о гораздо более эффективных вещах.

Барон воспринял это как угрозу и отступил к окну, а огонь на его ладонях стал ещё больше.

– И что же это? -на всякий случай спросил он.

– Ну… -я ткнул пальцем в подушку – Например это –барон напрягся ещё больше, ожидая от меня какой-нибудь подлости – Сегодня ночью, а может быть завтра, а может быть через неделю, когда ты уснёшь, я возьму подушку, положу её тебе на лицо и придавлю. Несколько минут придержать бьющееся в судорогах тело, и труп готов. И ни одна экспертиза не сможет понять как ты умер. Так что можешь весь покрыться пламенем, но конец будет один. Ты хочешь этого?

Барон замер, видимо оценивая мои слова, но всё-таки убрал огонь с ладоней.

– Уррод – прорычал он в ярости.

– Всего лишь студент факультета некромантии –усмехнулся я – Нам важнее результат, а не выпендрёж. Кстати, я смотрю у тебя куртка из кожи? – парень непроизвольно опустил взгляд на себя – Могу тебя обрадовать – хороший некромант может поднять и подчинить своей воле не только труп, но и его части. Кожу, например. Вот и представь, что однажды твоя куртка начнёт шевелиться, а воротник вдруг стянется подобием петли. Это, кстати, можно сделать с отсрочкой, а привести в действие в нужный момент –барончик сверкал глазами, но молчал – Ну что, будем и дальше меряться у кого… огонь ярче, или будем жить мирно?

Парень молчал, и было заметно как его корёжит. Убить меня сейчас у него может и получится, но убить первокурсника в первый же день заселения? Вряд ли ему, третьекурснику, это добавит славы. А если не убьёт, то возможные перспективы я ему уже нарисовал. Ну, на что же он решится?

Барончик посопел носом, побагровел, но не стал ничего говорить и выскочил из комнаты. Ну и тьфу на него три раза. Мне его нервы и психи до одного места.

Можно было обустраиваться, но вещи остались в коляске у ворот Академии, и за ними ещё нужно сходить. Заодно сказать Варнаху, что у меня всё в порядке.

Вроде, чего там – сходить да вернуться, но и тут без приключений не обошлось, в очередной раз напомнив мне, что лёгкой жизни в академии не предвидится.

Только подошёл к воротам, как навстречу вышел прежний охранник.

– Вы доставили письмо ректору? –я кивнул – Тогда прощайте.

– Да нет, не прощайте. Письмо доставлено, я теперь студент академии, так что увидимся ещё не раз. Сейчас вещи заберу и пойду обустраиваться.

– А у вас пропуск есть?

Я насторожился.

– Какой ещё пропуск?

Охранник выглядел равнодушно-безразличным, но я прямо кожей чувствовал, что его распирает от удовольствия.

– Студенты с первого по третий курс могут выйти за ворота и войти обратно только по пропуску, выданному деканом факультета. У вас он есть?

– Какой нахрен пропуск, если мне только вещи забрать из коляски? Вон видишь – стоит коляска, а рядом с ней два человека.

Охранник даже не повернул голову чтобы посмотреть.

– Попытка пересечения линии ворот без пропуска будет пресекаться со всей строгостью. Попытка использовать магию будет расцениваться как преступление и наказанием, кроме мер воздействия дежурного мага, станет исключение из академии. Пункт двенадцать дробь восемь двадцать четвёртого параграфа правил внутреннего распорядка Академии.

Откровенное издевательство над новичком, но показывать свой характер мне сейчас никак нельзя. Закрыв глаза, я несколько раз глубоко вздохнул, загоняя ярость поглубже. Почти удалось.

– Да, правила лучше не нарушать –согласился я – Надеюсь, то, что сюда вещи принесут мои люди, не будет нарушением правил?

Охранник, кажется, от чувства собственной значимости надулся ещё больше.

– Пункт восемнадцать того же параграфа запрещает появление на территории посторонних, не являющихся учащимися академии, преподавателями или обслуживающим персоналом.

– А… -начал было я.

– Исключение только для посетителей руководства и преподавателей академии, и только в сопровождении дежурных охраны.

– И как мне тогда забрать вещи? –помрачнел я.

– Правила допускают приближение к воротам на расстояние двух метров. Вы подходите с этой стороны, ваши люди с той стороны. Бросать вещи через ворота в присутствии охраны правилами не запрещено.

Я снова закрыл глаза, стараясь сдержаться. Мне нельзя, мне нельзя, мне нельзя!!! Я ещё даже двух часов не пробыл в академии, мне нельзя срываться! Лучше смотреть на этот случай как на тренировку моего характера и терпения. Просто тренировка.