Текст книги "Реплика (СИ)"

Автор книги: Николай Скиба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 17 страниц)

А Лера всякий раз думала, зачем это вообще нужно?

Как оказалось, никому из них не нужно было домой, потому что там никто не ждал. Так что, сдав Плотникову отчёт, они направились в ближайшее кафе-ресторан, чтобы пообщаться в неформальной обстановке. Максим ей нравился. А почему бы, собственно, и нет? В конце концов, она же девушка с обычными человеческими потребностями, а уже потом феникс.

Глава 7. Часть 2.

***

Плотников хоть и не назначал главного их группы, приказав при спорных моментах связываться с ним, но считал за лидера Черепа. И когда его группа ушла, рабочий день уже давно закончился, но Костя задержался в участке.

Несколько дел подтвердилось. Пара лейтенантов доложили о причастности фениксов к преступлениям. В особенности заинтересовал первый инцидент в кафе, где мужика отправили в реанимацию. Навыки группы и опрос свидетелей и обывателей поселка Западного дал неожиданный результат – вместе с тем психопатом было еще пять человек и все они являлись фениксами, а вот в базе данных не было ни одного хотя бы отдаленно похожего человека. Когда фениксы кучкуются в такие группы и прячутся от регистрации, вывод напрашивался один – промышляют они чем угодно, но не закрытием разломов. А раз прямое назначение не выполняют, значит вредят. Этот инцидент требовал его прямого участия.

– Ну как дела, полковник? – голос Санька заставил полковника дернуться, но, осознав, кто перед ним, он тут же собрался.

– Ты что, и правда Бэтмен? Не делай так. Как ты вообще попал в кабинет и прошел мимо дежурных? – хмуро ответил Константин.

– Так они не составляют для меня проблем. Всего лишь люди, – столп пожал плечами и плюхнулся на стул, все так же скрывая руки и лицо, – так как дела?

– Отряд собрал. Сегодня тридцать нелегалов зарегистрировали.

– Да уж, теперь понятие нелегалы в России немного сдвинулось, да? – Саша улыбнулся, но Костя этого не видел.

Плотников оставил вопрос без ответа и выжидающе посмотрел на парня.

– Как на создание группа отреагировал Беляев?

– Нормально.

– Полковник, ты же понимаешь, что твоя помощь только началась? В дальнейшем придется проявить стойкость. Ему ведь не все понравится, особенно если это пойдет в разрез с его виденьем.

– Я тебе уже говорил, я не уверен, что мне хватит полномочий, – зло ответил Константин, – ты проигнорировал.

– Не проигнорировал. Просто считаю, что вариантов нет. Ладно… Это пока неважно. Сколько в базе фениксов?

– Вообще-то эта информация скрыта. У меня даже Лера собирает базу отдельно от общей. Цифры не раскрываются, а доступ к общей базе у очень ограниченного числа людей.

– Лера? – голос столпа слегка изменился, словно он поперхнулся, – знавал я одну Валерию. Русая такая девчонка?

– Русая, да. Но ты думаешь, одна Валерия русая на весь Екатеринодар что ли?

Саня хмыкнул, а полковник вновь выжидающе замолчал. Спустя пять секунд молчания, он не выдержал:

– Соколов, чего тебе нужно? Сейчас же зайдут и тебя увидят. Ты же, вроде бы, не светишься?

– Не зайдут, – что-то в голосе столпа заставило Константина поверить, – ладно. Перехожу к сути. На разломы нужно будет формировать группы. А вы вообще не занимаетесь прокачкой фениксов, это глупо и плохо. Я понаблюдал за несколькими зачистками – плакать хочется.

Нет, этот пацан издевается. Вместо того, чтобы говорить что-то по делу, только критикует. Полковник громко выдохнул ртом, стараясь сохранить спокойствие:

– Саша… Ты можешь говорить по существу? Ты такой крутой, объявился спустя полгода и пришел ко мне. Ты хоть знаешь, какой ад мы прошли за это время, чтобы хоть как-то стабилизировать работу? Сколько ресурсов и бабла было выделено государством, чтобы стабильно закрывать разломы по всей стране? Сколько людей уже погибло? И я не про фениксов, я про разломы, которые были прорваны в первые месяцы. Говори, что ты хочешь и вали нахрен из кабинета, ладно?

– Ничего, – Саня пожал плечами, – я пока сам не могу понять. Сколько в базе фениксов?

– Хорошо. Около двух тысяч человек. Это по Екатеринодару и ближайшим мелким поселкам. Что тебе это даст?

– Это хорошая цифра. С ней можно работать. По моим подсчетам, их должно быть около пяти тысяч. Значит три тысячи просто не зарегистрированы. Нужно назначить больше групп.

– У меня нет столько людей, – Костя сомкнул руки на груди и категорически покачал головой.

– Подключите обычных полицейских. В тот раз мы не успели нормально поговорить, твоя семья уже подходила к дому. Сейчас время есть. Назначь обычные патрули, прикрепи к каждому по бесполезному фениксу, пусть просто проверяют всех подряд низкого уровня. Хоть бомжей активизируйте, пообещайте «кучу бабла», ну не мне же вас учить. Пусть рассказывают если сильные способности видели или слышали о них. Создай два или три отряда, которые будут заниматься случаями посерьезнее. Десятые, двенадцатые уровни. В городе есть и пятнадцатые, просто они не на разломах качаются.

– Чего? – ошарашенно спросил полковник, – я не верю. Как они скрываются?

– Ты сам знаешь. Прокачка фениксов – дело случайное. Пока что… Но мы это исправим. Я исправлю.

– Ты пока что ничего и не делаешь, только пытаешься давать мне команды.

– Полковник, я ведь тебе уже показал, на что способен. Тебе еще раз показать?

– Не надо, – буркнул Костя, на секунду почувствовав себя ребенком. Он прекрасно помнил, что способности Александра превышают все возможные пределы.

– Я такого пути не выбирал… Так вышло. И задачи мне поставлены такие, от которых не спрячешься, но кроме меня – некому. Я просто не буду отчитываться перед тобой о своих планах и действиях. Так что собирайте базу данных на фениксов.

– В первые месяцы многие свалили куда-то на дальний восток, – Костя предпочел проигнорировать слова столпа и сместил вектор разговора, – не знаю почему я это вспомнил. Возможно, там были достойные кандидаты.

– Это уже неважно. Сейчас ведь фениксы помогают контролировать передвижения?

– Да. Контроль работает идеально. Чтобы куда-то отправиться, любому фениксу нужен специальный бланк министерства защиты. Их Беляев лично подписывает. Ну не об этом. Соберем мы эту базу данных, дальше что?

– А дальше то, о чем я и говорил, самый важный этап. Систематизируем закрытие разломов, создадим эффективные группы. Знаю, знаю, – Саня не дал полковнику его перебить, – вы и так это делаете. Но делаете неправильно.

– Послушай, Александр… Это как-то глупо. Нужно сразу согласовывать это с Беляевым. Если он начнет вставлять палки в колеса, а он начнет…

– В том-то и дело. Для начала нужно показать ему эффективность. Я следил за ним. Его характер… Скажем так, не из лучших. Человеческие слабости могут затмить логику. Если же прижмем к стенке результатами, может выгореть.

– А что делать, если он все же будет против? – с удивлением Плотников обнаружил, что на секунду испугался.

– Тогда мне придется пойти против него.

Полковник прошел к своему стулу и, садясь, сказал:

– Ты же понимаешь, что на этом наше так называемое сотрудничество закончится?

Однако в кабинете никого не было, лишь пара А4 листков на столе, которые Соколов аккуратно положил на стол перед уходом. Плотников чертыхнулся.

***

Утром того дня, когда группа Черепа грузилась в машину, Меньшиков Евгений, который не имел о них никакого представления, получал инструкции от Беляева. Генерал, как обычно, находился в плохом расположении духа и разговаривал с Жекой так, словно тот опять что-то сделал не так. Хотя он только и успел, что поужинать дома с родителями и отправиться спать.

Чета Меньшиковых до злополучного первого ноября две тысячи двадцать пятого года жила более чем скромно. Их дом находился в одной из ближайших станиц к Екатеринодару, мать работала учительницей в местной школе, а отец шел по пути каждого второго работяги с закрытого завода – таксовал. Когда Женька поступил в университет на бесплатное обучение, счастья в семье прибавилось. «Вот отучишься, станешь начальником – заживем» – радовался отец, «ох, на моря меня свозишь» – улыбалась мать.

Когда разлом биомассы накрыл взрывом университет, они, конечно же, все узнали. И их мир рухнул. Они были уверены, что сын погиб там, в разломе, но все случилось гораздо прозаичнее. После допроса водитель автобуса, в который сел Жека, пренебрег правилами дорожного движения и попытался проскочить на желтый. А в них со всей дури въехал какой-то бензовоз. Жеке несказанно повезло, что он умер от столкновения. Но он так и не узнал, был ли в этом виноват разлом, или водитель бензовоза просто отключился за рулем. А помощь даже не подоспела, потому что прорывающийся все шире разлом посеял панику среди населения. Смертельные аварии в тот день стали нормой и на них практически не обращали внимания.

А на следующий день Жека вернулся и все стало почти как раньше. Счастливые родители, отмечавшие второе рождение сына («а что, имею право! Сын родился»), весь день не отставали с расспросами. Парень их любил, потому терпел и отвечал. Кажется, они даже до конца не поняли, какую смертельную опасность пережил их сын на острове. И то, что вчера он, вообще-то, на самом деле умер.

Через пару тройку дней ничего не делания Женька увидел объявление по телевизору, где правительство срочно просило прибыть во временные пункты всех, кто вернулся с острова, обещая хорошие деньги. Мужичок в экране сделал особый акцент на специалистах боя. И Жека пошел. Он всегда был не робкого десятка, его даже испытания острова не особо испугало. Таких людей обычно зовут фаталист. И позывной он себе взял такой же.

Евгений Меньшиков – позывной «Фаталист». Класс!

– Ты вообще меня слушаешь? – Беляев привычно хлопнул ладонью по столу, вырвав Жеку из воспоминаний.

– Так точно. В час ночи самолет, бумаги у Веденёва. Там меня встретят. Отчет по форме. Я все знаю, товарищ генерал.

– Закрытие разлома на контроле у президента. Со всеми вытекающими последствиями. С Ростова вернешься для тебя уже задача будет. Не переживай, не разлом, – добавил Беляев, заметив тревогу в глазах Меньшикова. Но он ошибся с эмоцией. Где-то в глубине души Женя злорадствовал. Ведь ему было плевать на последствия, его единственное наказание за неудачу – смерть. Беляев переживал о своей заднице.

Сегодня фанатов на улице не было. «Может разогнали?» – подумал феникс и сел в автомобиль. Валера повез его домой.

Новенькая квартира подальше от эпицентра разломов обошлась парню в копеечку. Если сравнивать его достаток с прошлой жизнью, то он получал в два раза больше лучшего футболиста мира. Например Месси. И денег девать действительно было некуда. НО Меньшиков не был глупым парнем и аккуратно прощупывал почву выхода на более интересные ресурсы. Например, вулканическая и морозная руда. И не стоило забывать о кэрилуме. Вся добыча ресурсов проходила под строгим контролем государства, но уже ходили слухи о подпольных группировках, промышляющих их добычей. А Жеке было к кому обратиться, чтобы не замараться, но ресурсы получить. Ему хватало ума понять, что то, что хранится в этих порталах имеет гораздо большую ценность, чем просто создавать турели и огненные стены.

Квартирка – шик! Пятикомнатная, с панорамными окнами в пол, с усиленной охраной и дежурившим вместо консьержа фениксом. Таких кто только уже не использовал. Бесполезных, если верить базе данных Беляева. В каждом городе забракованных защитником фениксов разбирали на части все сферы бизнеса и услуг. Как горячие пирожки. В данном случае девочке, дежурившей в подъезде, точно удастся спровадить хулиганов, ну и каких-нибудь фениксов низшего звена, до которых Жеке никакого дела не было.

Конечно, когда девчонка впервые увидела уровень Фаталиста, она широко открыла рот, а спустя пару дней безумно стонала у него в кровати. Было слегка неудобно встречаться с ней в подъезде, но дома парень бывал крайне редко, а ссылаться на безумную занятость и помощь отчизне стало очень удобно. Так что, когда Фаталист вошел в подъезд и просто кивнул Ксюше, та молчала и жадно провожала Жеку взглядом.

Ему нравилось. Войдя в квартиру, он поздоровался с родителями, перебросился парочкой предложений и ушел в комнату собираться, а спустя час завалился на дневной сон. Он знал, что после прилета в Ростов поспать не получится.

Родители, которые почти полгода как не работали, не переживали. Ведь их сын самый сильный. А кто осудит их за то, что они едят красную икру ложками? Заслужили, в конце концов. Вон какого сына воспитали. Меньшикова всё устраивало, поскольку родители и вправду его любили и действительно устали всю жизнь пахать. Теперь его очередь. Он ведь хороший мальчик.

***

Когда Петя загнанным зверем залетел домой, Чайкина Света пилила ногти, как заправская американская домохозяйка, и смотрела какой-то новенький глупый российский сериал. На экране красавчик-мужчина с идеальными кубиками высоко поднял подборок и говорил отчаявшейся красотке о том, как тяжело такому простому фениксу как он закрывать разломы. Ей нравилось. Обвисший живот её супруга не отличался особой привлекательностью. То ли дело – вот такой красавчик, да только они всегда без денег.

Она вздрогнула и повернулась, обращаясь к мужу:

– Ты чего, белены объелся? Куда прешь в обуви как баран, я же только робот-пылесос выключила! – её голос чуть было не перешел на визг, но она сдержалась.

– Ой, да прости, Света, ты не представляешь, что случилось! – и он вкратце пересказал ей случившееся на дороге.

Света выслушала, качая головой, а затем шлепнула мужа по плечу:

– Ты чего такой непутевый, вон Сашка из соседнего подъезда вообще таксистом катается, тоже феникс и хоть бы хны. А ты в магазин вышел на пять минут и тут же попался. И что теперь? – её охватила легкая паника.

Девушка понимала, что способность супруга – курам на смех, потому он и не горел желанием вставать на учёт. Но потерять единственный источник дохода в одном из разломов – плохая перспектива. Нет, мужа она по-своему любила, но деньги любила больше.

– Да ладно… Был бы нужен – уже сидел бы в участке. Сказали что-то про базу данных и отпустили. Видимо взялись за уклонистов.

– Ну приехали… – Света занервничала, – а если придут и заберут тебя?

– Куда? – Петя отмахнулся, – Камнем полежать на дороге? Или чтоб в воду меня кинули? Смешно.

– Ну да. Тоже правильно. Тогда зачем они это делают?

Петя хоть и был труслив, но мозги работали получше многих. Недаром он заработал достаточно денег, чтобы жить эти полгода без каких-либо проблем.

– Просто хотят собрать учет по всем фениксам. Новый приказ какой-то вышел видимо.

– Да? Ну ладно. Кстати, ты про работу-то подумал? Деньги на глазах таят.

Петр рассердился. Про себя. Он просил жену экономить, учитывая ситуацию, но с нее как с гуся вода. Автозагар, посиделки с подружками в ресторане, который заканчивались пьяными звонками формата «Пусечка, переведи мне денег, нам с девочками не хватает» и прочие бессмысленные траты.

– Сама-то не думала наконец-то на работу выйти? – буркнул он исподлобья.

– Я? – брови жены взвились вверх настолько, что, казалось, сейчас соскочат с лица и пробьют потолок, – ты жену красивую хочешь, или упаханую? Без проблем, выйду на работу, только вот удовлетворять себя сам будешь. Я буду уставать на работе, понял?

– Да всё, всё, – стушевался Петя, – проехали.

Его строительный бизнес угасал последние полгода, пока вовсе не схлопнулся. Придется вновь строить всё с нуля. Чайкин умел адаптироваться под изменения и последние месяцы аккуратненько, по крупице, выяснял необходимую информацию. Он даже нашел одного из «бесполезных» фениксов и уже начал того обрабатывать. Придет и их время.

***

После прихода разломов для сорокалетнего продавца одежды на рынке Армена жизнь подготовила жесткого, болезненного пинка. Его семья в Ереване в одночасье погибла от образовавшегося разлома демонов. А он, узнав новости от сестры, которая рыдала в трубку, понял, что жить дальше незачем. Годовалая доченька, которая так искренне улыбалась отцу и пыталась ухватить его за усы… Жена, с которой в последний раз он ругался лет двадцать назад. И амбициозных взглядов десятиклассник сын, планирующий когда-то стать президентом.

Он смутно помнил, как так вышло, что денег совсем не осталось. Отправил что-то в Ереван для организации похорон, купил билет на самолет, как только это стало возможным, недели через две после дня икс. А билеты потом отменили и деньги не вернули, потому что возле аэропорта грохотнуло очередным разломом с очередными демонами. Некогда было разбираться с гражданином другой страны, в то время и на своих-то граждан правительство плевало с высокой колокольни. Не до того ему было. Люди гибли как мухи, а какой-то Армен, не сумевший вылететь в Ереван, не интересовал ровным счетом никого.

Какое-то время он еще пожил на съёмной квартире, откуда его благополучно выперли, когда он просрочил платёж. Работать было негде, многие точки позакрывали, логистические цепочки рухнули, а контакты знакомых сгинули. Еразик, который обещал Армену, что все будет хорошо –погиб.

И он оказался на улице. Уже второй месяц Армен жалел себя, плакал и бухал. В последние две недели его нашел Юрка, помятый мужик средних лет, так же живущий на улице. Днем они просили милостыню и иногда даже получали сверх нормы. Когда такое происходило, Юрка радостно бежал в магазин получше и втаривался бухлом. Как правило, в эти дни Армен забывал о своем горе. Вливал в себя жгучую гадость до беспамятства, пока не отрубался на какой-нибудь коробке в переулке под монотонное гудение Юрки о том, как же раньше было хорошо.

Вот и сегодня им свезло. Буквально десять минут назад какой-то мужик на мерседесе решил почистить себе карму и бросил им пятитысячную купюру. Эх, живут же люди! Время близилось к десяти вечера, улицы Екатеринодара давно погрузились во мрак, и сейчас Армен ждал своего собутыльника из того самого магазина. Сейчас он съест какой-то сэндвич и вольет в себя очередную порцию пойла, а дальше целых двенадцать часов не будет вспоминать о семье.

В подворотне послышались аккуратные звуки шагов и Армен, сидевший на пустой сложенной коробке, крикнул:

– Юра, родной, давай быстрее, выпить хочется!

Но за угол завернула незнакомая фигура. На Армена смотрел молодой парень с очень запоминающейся прической, как у панка. Он крутил в руке нож-бабочку и очень страшно смотрел на бомжа.

– Я не Юра, – сказал он холодным, отрешенным голосом. Словно на самом деле находился совсем в другом месте.

Парень быстрыми шагами сокращал расстояние. Армен успел уловить маниакальный взгляд, который за долю секунды подсказал мужику о намерениях панка. Он даже успел встать. Сейчас он попытается убедить парня не делать глупостей. Остыть, что бы ни произошло и уйти прочь.

Адам за секунду сделал четыре ножевых в живот, а когда дыхание Армена перехватило, с силой перерезал горло. Кровь из артерии ударила мощной струей и панк, словно гиена, хищно открыл рот.

Последней осознанной мыслью Армена, прежде чем его обхватила агония смерти, стало облегчение. Он отправлялся к своим.

***

Саня не гордился своим поступком. Когда его однокурсник в свете софитов приехал из аэропорта к зданию министерства, он очень хотел на него взглянуть. Интерес был исключительно деловой. Так ли Жека хорош, как про него вещают, и результат его удовлетворил. Действительно двадцатка. И заметный стержень, что неудивительно. Закрыть пятнадцать разломов, выжить и как ни в чем ни бывало полететь в Сидней – другого характера и стойкости и быть не могло. А не гордился он тем, что вытащил тогда в толпе пару бумажников.

Когда он раскрыл их, то не сильно удивился – его уловом стало тысяч пятьдесят рублей. Но разломы и ускорившаяся инфляция превратили их в прошлые тысяч десять. Сейчас эти деньги являлись нормой? Соколов и раньше слабо разбирался в экономике, поэтому просто принял взлетевшие цены как данность, лишь попутно подумав о тех, кто из среднего класса резко превратился в низший. Оставалось надеяться, что люди адаптируются. Как всегда. Денег хватило чтобы целый день жрать в три горла, потому что по возвращении Саня ел за троих. Остатка финансов еле хватило, чтобы найти на автовокзале таксиста, который гонял межгород.

– До Ростова-то мало желающих сейчас, – сказал тогда суровый водитель, – но ладно, до завтра соберу, корефанов попрошу помочь. Но смотри, везу чисто до въезда в город, дальше обратно разворачиваюсь.

И вот, когда Меньшиков только проснулся, и ел осточертевшую мраморную говядину, о которой его мама раньше только в журналах читала, Саня уже ехал в Ростов. Он расположился сзади, за водителем, и легко показал языком тела, что собеседник из него не очень. Без каких-либо вещей, с опущенной головой и руками в карманах, он, наверное, не благоухал розами. Иначе как объяснить, что, когда таксист остановился на заправке, девчонка, сидевшая рядом с Сашей, попросила пересесть. Болтливый мужичок лет шестидесяти легко согласился, а когда оказался рядом со столпом, аккуратно толкнул его локтем:

– Эй, дружище. Ты там живой вообще?

Саня лишь сильнее отвернулся к окну, на что мужик недовольно поцокал языком и присел на уши той самой девчонке.

Если Саня рассчитал все правильно, и их поездка пройдет без приключений, в Ростов он приедет на пару часов раньше Меньшикова. И это было крайне важно.

Глава 8. Первый порог. Ростов-на-Дону.

Глава 8.

Первый порог. Ростов-на-Дону.

Таксист, как и обещал, высадил их на въезде в ночной Ростов и тут же укатил, Саша только и успел, что забрать свой рюкзак из багажника. Город практически ожил после долгой зимы, наполняясь мягким весенним воздухом и ароматом цветущих деревьев. Однако Саша ощущал, что толстовка надета не зря – тут было гораздо холоднее, чем в Екатеринодаре.

Девчонку уже ждала машина. Новенькая Киа приветливо моргнула фарами, и та упорхала, брякнув краткое «пока». Болтливый мужичок посмотрел на Саню, словно раздумывая о чем-то, затем спросил:

– Тебя кто-то забирает, нет?

Этот момент Саня не рассчитал. Привыкший передвигаться на своих двоих, он всегда знал, что в случае чего, преодолеет нужное расстояние достаточно быстро. Но, по дороге в Ростов, пожалел. Сейчас, учитывая то, что он задумал, необходимо сохранять выносливость на максимуме.

– Нет, – столп покачал головой.

Мужичок шутливо изобразил на лице удивление и хлопнул себя по ляшкам:

– Ну вы смотрите, оно говорящее, – затем вновь замолчал, подумал еще секунд пять и продолжил:

– Смотри, – он шмыгнул носом, – сейчас мои солдатики подскочат на служебной машине. Можем подкинуть тебя до центра. Тебе же до центра?

– Да.

– Ну, два слова знаешь, уже не пропадешь. Только смотри, странный ты какой-то. Будешь дурить, мигом охладим пыл, понял?

– Да.

– Ну и славненько. Вон, кстати, едут.

К ним и вправду подъехал УАЗ с сержантом за рулем. С заднего сидения выскочил рядовой, отдал честь и открыл дверь.

– Здравья желаю, тврщ прпрщик, – сожрал слова сержант, когда мужичок уселся назад.

– Дарова-дарова, Коновалов. Подвезем пацана, в центре выкинем, понял? Только на Большую Садовую не поворачивай, понял. Аккуратненько, подальше от разлома бросаем и всё. Понял?

– Так точно, тврщ прпрщик, – весело проорал водитель.

Столп аккуратно сел на свободное место сзади и промолчал. Прапорщик глянул на парня и, улыбаясь, покачал головой.

Саша вновь уставился в окно автомобиля. Он не волновался о том, что его могут идентифицировать как феникса. Фантом надежно скрывал его системное уведомление, хоть и болезненно хрюкнул, когда они только вернулись на Землю. Тот мужичок в кафе умел видеть чуть больше, к чему его реплика не была готова, и её можно было понять. На острове-то не особо часто у Сани панель считывали.

Спустя полчаса езды по ночным полупустым дорогам Ростова, его высадили в паре километров от разлома. А еще через двадцать минут он уже был на месте.

***

Если прорванный разлом в Екатеринодаре накрыл ядовитым плющом двухкилометровый диаметр, то текущий, самый сильный в мире разлом Ростова представлял собой лишь небольшое свечение. Потому что еще не прорвался. Все население, естественно, эвакуировали еще полгода назад. Диапазон появления разломов в Ростове-на-Дону не отличался от других городов – 12 километров в диаметре от эпицентра. Саша же находился на окраине этого диаметра. Согласно регламенту, о котором знал каждый уважающий себя человек читающий новости, эвакуация домов на окраине начнется завтра, за два дня до конца отсчета, если разлом не закроют.

Столп привычно сидел на крыше, по-детски дрыгал ногами и изучал обстановку.

Разлома двадцать пятого уровня

Разлом представлял собой открытую рану в ткани реальности, его края мерцали нестабильной синеватой энергией. Похожий на классический игровой портал, находясь в парковой зоне, он отличался от предыдущих тем, что испускал в небо огромный синий луч. Или же наоборот, этот синий луч спускался с небес на планету. Этого Саша не знал.

– Синий – рой, красный – демон, желтый – звери, черный – монстры, – проговорил вслух столп и почувствовал, как фантом задрожал от предвкушения схватки. «Потерпи, дружище» – шепнул Саня и продолжил наблюдение.

Вокруг разлома установили несколько вагончиков, в которых горел свет. Стандартная группа наблюдения, большая часть которой сейчас спала. Лишь пара охранников с автоматами наперевес патрулировала небольшое пространство. Согласно рваным кускам информации, которую Саня выхватывал из диалогов людей в заведениях и на улицах, группы наблюдения установили против отчаянных людей. Конечно, особо желающих в разломы отправиться не было, но некоторые случае сумасбродства случались. Психопаты и шизофреники фениксы низших уровней, решившие, что они по каким-то причинам в одиночку смогут закрыть разлом пытались проникнуть внутрь. И пока правительство не догадалось выставить наблюдение, эти сбрендившие после острова люди туда попадали. И не возвращались. Бывали даже такие, которые уверовали, что они избранные и клялись, что внутри им ничего не будет. «Они договорятся. Но та сторона не была настроена на юридическую возню, и договор подписывался посмертно.

Пройти через патрульных труда не составило и Саня, не теряя время, спрыгнул с крыши. Через минуту он уже стоял за деревом и изучал вход поближе. Проблема была одна – он еще ни разу не был ни в одном разломе. Испытания острова не предполагали их наличие – лишь схожих противников. Вспомнив своего первого, Танатоса, столп порадовался, что на планете еще не наступила вторая фаза и разломов с монстрами в ближайшем будущем не предвидится.

А портал первого порога нужно было закрыть. Саша вспомнил других столпов и позавидовал. Ни на одном из материков не существовало разлома первого порога и у ребят было больше времени для подготовки. А вот ему придется справляться самому.

Саня аккуратно, но быстро, проскользил мимо патрульных и шагнул в разлом. Портал внутрь слегка дрогнул, пустив небольшую волну энергии вокруг себя, и проглотил человека, который уже не слышал всколыхнувшуюся тревогу группы наблюдения.

Эти опытные ребята сразу поняли, что внутрь прошел феникс, а патрульные лишь озадаченно чесали затылки.

***

Разлом двадцать пятого уровня. Первый порог. Класс «рой». Логово Ксикарров.

Войдя внутрь, первым делом Саня спрятал интерфейс, достал меч и огляделся. Первое, что бросилось в глаза – расчлененные и частично съеденные трупы фениксов. От десятого до пятнадцатого уровней. В вырванном пузе одного из них уже копошились черви. «Изверги» – подумал столп и замер. Прежде чем начать движение, следовало изучить территорию. А посмотреть было на что. Привыкнув к своеобразной «пустой» архитектуре острова, сейчас парень с удивлением смотрел на огромные джунгли Ксикарров.

Эдакий, не меньше тридцати гектаров, лабиринт гигантских фиолетовых грибов, контрастно переплетенный зелеными лианами и заполненный густой растительностью. Воздух тяжелый как свинец и влажный, наполненный жужжанием насекомых и криками птиц. Впереди, за деревьями, виднелся ядовитый туман, который, подобно дыханию дракона, поднимался из болот.

Пред столпом растянулась целая биосфера. Он, со стойким ощущением того, что попал на другую планету, сделал пару шагов вперед, поправил рюкзак, который предусмотрительно взял с собой, и услышал шуршание. Нечто похожее на огромную красную, в белых крапинках, жабу размером с человека, выскочило из-под оврага, злобно булькнуло что-то в сторону Сани и упрыгало прочь. Он вновь взглянул на джунгли, которые, словно хищное чудовище, поджидали добычу.

Столп понимал, что его прямой целью являются ульи – те самые, которые эти гигантские насекомоподобные существа строят глубоко в джунглях.

Времени на зачистку у него – не более полутора часов и медлить нельзя, однако Саня все же сел на ближайшее выкорчеванное дерево (предварительно убедившись, что внутри нет никаких опасных насекомых) и открыл свою ветку навыков.

Чувства 2, скорость 3, наитие 3, замена 1, вальс 3, волна льда 2 (активна), шипы 3, контратака 2, рывок 3, рёв 3.

Добавить в этот коктейль серьезно вкачанных характеристик и должно хватить. Когда Саня улучшал навыки, он полагался на выживание на острове, но теперь, на Земле, выбор некоторых из них был сомнителен. «Вот бы поменять некоторые» – подумалось вдруг, но он выбросил из головы секундные мысли слабости. На двадцать пятом уровне имелась возможно вкачать двадцать пять разных навыков, но он предпочел максимально выкачать те, которые в его представлении являлись наиболее полезными. Хоть реплика порой и не соглашалась с мнением хозяина. Впрочем, разногласий по поводу регенерации, открывающейся на двадцать шестом уровне, у них не было.

Биосфера этого мира не предполагала перемещения человека, но, поднимаясь с дерева, он все же наметил маршрут вглубь этого чужого и враждебного мира. Фиолетовые шляпки ульев-грибов виднелись вдалеке. Саня сделал пару шагов и замер, – послышались тихие, жужжащие звуки, напоминающие шипение песка. Ксиккары-астрикалы нападали со спины. Соколов резко развернулся, а пять насекомых, еще мгновение назад перемещавшихся вместе, разбили строй и окружили человека.

Небольшие инсектоиды, не более полуметра в высоту, с острыми иглами на лапах – их внешний вид напоминал муравья, с темно-коричневым телом и прозрачными крыльями. В бою двигались очень быстро, стремясь окружить жертву со всех сторон, совершая укусы во все возможные уязвимые места. Их хитиновый покров дополняли похожие на броню наросты.

Ксиккар-астрикал. Уровень 25.

Человека охватил легкий мандраж. Несмотря на огромный боевой опыт, сейчас он находился в разломе своего уровня и его шансы на успех резко падали. Первым взлетел тот, похожий на муравья инсектоид, который находился ближе всех. Саня уже достал меч и взмахнул на опережение, краем глаза заметив, как оставшиеся противники быстро засеменили в спину, но муравей резко остановился в воздухе, будто издеваясь. В этот момент двое уже приближались сзади и времени отразить атаку не осталось.