Текст книги "Реплика (СИ)"

Автор книги: Николай Скиба

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 17 страниц)

За полгода их отношения стали тесными. Странными. Человек давно не ощущал фантома обычной способностью. Он стал частью его разума, его сути. Всякий раз, получая усиления выбранного второго пути, Саша чувствовал признательность к этой невидимой тени. Даже несмотря на то, что никогда ее не видел.

Навык Чувства 2 активирован

– Понял, понял, – рассмеялся Саша, уловив нетерпение реплики. Затем принялся осматривать то, что раньше было университетом.

Яйцо выросло до пятнадцати метров в высоту и пульсировало в разы сильнее, но реже.

Разлом тридцатого уровня. Прорван. Требуется зачистка.

– Конечно прорван… – шепнул под нос Саня и тут же покачал головой, – нет, сейчас мы там ничего не сделаем.

Он оглядел границы купола. Несколько групп, по пять человек в каждой, стояли, сконцентрировавшись на сдерживании. Позади стояло несколько турелей, а и х наводчики лениво сидели на бог знает как уцелевших скамейках. Саня удовлетворенно кивнул. Тот факт, что в России сумели соорудить турели из кэрилума, радовал. Вокруг защитников постоянно перемещались патрули. Обостренное навыком зрение выхватило из патрульных знакомую фигуру.

– Череп… Живой, чертяга, – шепнул Саня вслух. Привычка говорить с самим собой, а заодно и с фантомом, сформировалась на острове. Парень следил как знакомый мощный силуэт, слегка прихрамывая, перемещается от одной группы к другой. Он остановился возле какой-то девушки, заговорил, а затем резко посмотрел на крышу ближайшего заброшенного дома.

Навык рывок активирован.

– Фух, братишка, чуть не попались, – Саня задорно расхохотался и через несколько минут оказался у подъезда своего заброшенного девятиэтажного дома.

Тот взрыв в университете… Так образовывались разломы и покрывали собой всю его площадь. Особо слабые моментально умирали.

Тот самый разлом нужно было закрыть в течение пяти часов, но Россия не была готова к подобного рода угрозе, да и вообще, ситуация была крайне несправедлива, так как выжившие после испытаний объявились лишь на следующий день.

Соколов открыл дверь своей давно разрушенной квартиры, игнорируя несколько человеческих тел в форме. Пахло мочой и затхлым запахом старья, перемешанным с пыльной бетонной крошкой. В этих домах происходили первые бои обычных спецслужб и существ из разлома. После того как прошло пять часов, биомасса вырвалась и заразила требуемый двухкилометровый диаметр вокруг эпицентра. Вот как Саша умер. Он жил совсем рядом. Сейчас этот диаметр накрывал сдерживающий барьер, пройти, однако, через который мог любой человек.

Было тихо. Саня достал из ножен меч. Не тот который был с ним в сражении с Танатосом, нет. Это оружие сверкало идеально отточенным лезвием и являлось продолжением обезображенной руки столпа. Выгравированная голова льва на эфесе, сделанная из морозной руды, приятно охладила раны на правой руке парня.

Тихие, едва различимые шаги громким эхом отражались от стен – настолько безлюдным был некогда элитный дом Екатеринодара.

– Ну здравствуй, плесень. Сыграем в игру? – сказав это нарочито громко, Саша наблюдал как биомасса точно так же как и полгода назад резко сформировалась в способную сражаться особь.

Биотическое отродье. Уровень 10.

Отростки пулей выстрелили в сторону человека, но эти движение казались для него настолько медленными, что для уворота понадобился лишь обычный шаг в сторону. Взмах меча снизу вверх и картинка на мониторе превратился в агрессивный красный смайлик. Противная черная слизь брызнула на стены, а человек уже оказался за спиной создания. За следующую секунду он не меньше трех раз взмахнул мечом, отсекая биомассу, а когда та, скривившись, рухнула на пол, с мрачным удовлетворением ударил пяткой по монитору. На этот раз он треснул, а за экраном появилось мясистое искривлённое лицо, похожее на огромную сырую котлету. Саня легко проткнул его насквозь, существо издало противный писк и сдохло.

Столп услышал, как дом ожил.

– Уродец, нагадил под конец, – обратился Саша к фантому и помчался к выходу. В квартирах оживала биомасса, но гештальт парень закрыл.

***

Константин Плотников спал мало и плохо. Приехав с Беляевым в Екатеринодар, его тут же назначили в самое пекло. Но сегодня, сбросив груз закрытия разломов – наконец-то выспался. Приятное теплое солнце разбудило его чуть раньше телефонного звонка. Он потянулся, посмотрел на спящую рядом красавицу жену и, увидев на дисплее мобильника, фамилию «Беляев», скривился. Генерал никогда не оставлял его в покое. «Скоро будет ближе, чем супруга» – пронеслось в голове, и полковник поднялся с кровати.

– Да, генерал.

– Ты где? – голос Беляева был недовольным.

– Дома, в чем дело?

– У тебя сегодня открытие полицейского участка, а ты дома, да? Может тебя в Новый Уренгой сослать, я смотрю ты расслабился на южном солнышке, да?

– Никак нет, генерал. Время шесть утра, никаких ЧП не произошло, я планировал быть на месте в восемь.

– Планировал он! Я проходил мимо отделения, там этих уродов хоть жопой жуй и все толпятся возле закрытого, заметь, закрытого! Участка! – последние слова Беляев чуть ли не выплевывал от злости.

– Понял, генерал. Выезжаю.

Плотников дождался, когда начальник отключится и стал собираться. Его спокойный характер вновь прошел проверку на прочность. Хотя, возможно, Костя просто привык. Это как же застращали фениксов, что они прибыли настолько раньше?

Он хотел было сделать зарядку, наплевав на звонок, но какой-то мандраж внутри заставил его отказаться от этой идеи. Сегодня ему предстояло познакомиться с личным составом фениксов, коих в подчинении должно было быть порядка пятидесяти человек. И он, обычный полковник без каких-либо способностей. Всё, чем он мог похвастаться, так это отличной военной подготовкой, умом выше среднего и военным опытом.

Влив в себя чашку кофе на ходу, через двадцать минут он уже подъезжал к зданию министерства защиты. Оно находилось в пяти километрах от красной зоны. Таковой стал диаметр в центре города, где формировались разломы. Спустя всего месяц после дня икс команда Беляева определила, что появление разломов ограничено двенадцатью километрами центра города. Защитный барьер первого разлома находился в его эпицентре, а минимальная дистанция между разломами составляла пятьсот метров. Это позволяло защитным отрядам фениксов охраны оставаться в относительной безопасности. Разломы не росли, и пятисотметровая дистанция вокруг университета являлась нейтральной. Именно там и был сформирован небольшой сдерживающий штаб быстрого реагирования.

Но сейчас Беляев освободил Костю от этой головной боли, чему он был несказанно рад. Подъезжая к зданию, он со злостью обнаружил, что его парковочное место занято, а на крыльце отдельного входа в полицейский участок столпилась огромная толпа разновозрастных людей. Кажется, там даже стояла бабушка лет восьмидесяти.

– Это что шутка? – вслух сказал Константин и, подперев наглую skoda yeti, вышел из машины.

– Чья машина? – громко крикнул полковник, чем прервал невнятный шум толпы.

– Моя! – вскинул руку начинающий лысеть светловолосый мужик лет тридцати пяти.

– Давай убирай, – рявкнул полковник. На самом деле, ему было слегка не по себе, но он стойко держал лицо. Нельзя показать фениксам, что он чувствует себя неуверенно рядом с ними.

Увидев растерянность на лице мужичка, вперед вышла девчонка лет семнадцати:

– Давай я! – она по-доброму улыбнулась и вытянула вперед руку. Кроссовер моментально подлетел вверх, отчего Константин резко дернулся, уходя от возможной опасности. Его движение были точны и резки, никакой паники – тело среагировало быстрее разума.

Он нахмурился, поправил костюм и, поймав одобрительный взгляд девчонки, припарковался. А кроссовер аккуратно приземлился на газон возле здания.

– И как я буду выезжать? – обреченно вымолвил мужик.

– О, не переживай, я помогу, – задорный голос девчонки заставил толпу заулюлюкать.

Константин же, напротив, нахмурился еще больше и, пройдя мимо фениксов, открыл дверь ключом и попросил всех пройти внутрь.

***

– Ну вот милок, такая способность зачистки, – бабуля достала из кармана платок и протёрла морщинистый лоб.

Полковник в ужасе схватился за голову. Беляев что, издевается? Он прокашлялся и уточнил:

– То есть вы, Клавдия Семеновна, простите, специализация зачистка, путь трупоед? – он все еще не мог поверить в то, что произнес это вслух.

– Да-да, – мило улыбнулась старушка.

– А как вы вообще с такой способностью испытание прошли, а?

– О. так ведь, милок, они ж не все боевые-то, да! У меня не боевое было. Там насекомых навалило в кучу, знаешь сколько, метров пять или десять, однако. Разорванные всякие, будто подстреленные, с дырками. Ну дак так навыки дали хорошие такие, прямо подходили.

– И какие же? – Плотников представлял самое худшее.

– Ой, ну они как в фильме ужасов, я не хочу говорить, – старушка потупилась, – но ведь помогли! И я живая! Вот там в талантах надо десятый уровень открыть, я внучку то все рассказала, он мне сказал, что такое прокачка. Представь, милок, с каждым сотым трупом я на год молодеть буду. Ну не чудо? А что поесть, я люблю это дело. Покойный Колька-то знаешь, как готовил, у меня чуть челюсть не выпрыгивала. Сама-то я ленилась. А там навык сейчас открылся, ресторан называется. Вкуса-то плохого как ни бывало. Лапку кусаешь так, – бабуля изобразила сие действо, укусив воздух, – чуешь – борщ! А можно и на холодец нарваться. Ну это обычно, когда жилки жуешь…

– Достаточно! – Полковник поднял руку в знак протеста, – вы идите, Клавдия Семеновна, ладно? Я попозже решу, что с вами делать.

Когда старушка закрыла за собой дверь, Плотников еле сдержался, чтобы не блевануть. Фантазия-то была хорошая, да и рой он уже видел. Господи, эта бабулька съела пятиметровую кучу частей трупов насекомых. Через панорамное окно своего кабинета он увидел, как в участок начали заходить рядовые сотрудники, значит уже восемь утра. День обещал быть жарким. Ему предстояло назначить дежурных, обозначить задачи, посадить кого-то на телефон, в общем, структурировать работу участка. Между тем, в очереди находилось порядка сорока фениксов. Конечно, он мог просто изучить базы данных и распределить всех без «собеседования», но полковник относился к своей работе слишком серьезно. Еще предстояло дождаться Леру, которая вечно опаздывала. Её задачей было подтвердить уровни фениксов.

В общей сложности вместе с фениксами сотрудников получилось около ста пятидесяти. Прикрепленные патрули полиции, заслуженные сотрудники в званиях, которых он собрался прикреплять к отрядам фениксов и прочие. Следующие два часа полковник провел в зале для совещаний для обычных людей. Когда задачи были розданы, и работа закипела, он вернулся к тому, с чего начал утро.

Следующим в кабинет зашел хромающий здоровый мужик в безрукавке. На левом бицепсе красовалась татуировка черепа. Константин приметил его еще раньше, когда тот с силой обнимал девчонку, которая подняла кроссовер. Та, вроде бы, даже всплакнула? Полковник перевел взгляд на ногу, но причину хромоты, естественно, сквозь одежду не увидел.

– Добрый день, – мужик хмуро поздоровался и без разрешения сел перед полковником. Последний отметил множество порезов и шрамов на накачанных руках феникса и подметил, что этот человек ему точно пригодится. Военный чуял боевой опыт за версту.

– Чистил разломы? – Плотников перешел сразу к делу.

– Парочку.

– И рой и демонов?

– Нет, – мужик покачал головой, – с роем не довелось. А с демонами у меня свои счеты. Были. Пока в запас не списали.

– Почему?

Феникс наклонился и постучал по ноге перстнем. Раздался гулкий звук металла.

– Один добряк сваял мне ногу из кэрилума. Туда ушла вся оплата за работу на государство. А в итоге моя специализация пошла коту под хвост. Металл не позволяет быть разведчиком. Слишком громкий. Теперь просто бесцельно патрулирую охранников у барьера.

Полковник уже собирался задать следующий вопрос, как дверь в кабинет распахнулась и зашла Лера. Фигуру этой девчонки ничем нельзя было испортить. Даже этому камуфляжному женскому костюму с капюшоном не удавалось спрятать красоту. Если бы Плотников не был женат, то обязательно бы приударил за ней.

– Полковник, я на месте, – мрачно буркнула девушка и сложила руки за спиной.

– Какого хрена? – Череп резко поднялся и развернулся, – Лера?

– М…Макс? – глаза девушки широко раскрылись, и она мгновенно обняла мужчину. Тому оставалось только ответить на объятия и улыбнуться:

– Лерка! Живая! Вот блин, что за день! Анжелу встретил и тебя!

– Анжелу? Она тоже здесь?

– Да, там же сидит. А, ну она только подстриглась и одежда совсем другая. Ты её видимо не узнала.

– Ну, спрашивать вас знакомы ли, не стоит, я думаю? – полковник встал и улыбнулся.

– Прошу прощения, полковник, – Лера опомнилась и вновь встала в стойку, – мы вместе были на острове.

– Да? Вы что же, до сих пор не виделись? – Константин удивленно вскинул брови.

– Представляете? Я вообще никого с той группы не встречал, думал все погибли, – обреченно ответил Макс.

И полковник Плотников в очередной раз убедился, насколько их страна не готова к тому, что происходит. Половина фениксов скрывалась в тени, часть из которых занимались разбоями, не оставляя шансов для обычных людей. В абы как сформированной базе данных сквозили дыры информации. Каждый из вернувшихся оставался сам по себе. Нет, единственное, что получилось неплохо – это закрытие разломов. Глобальное вмешательство правительства на всех уровнях позволило скоординировать закрытие разломов по всей стране, но и там существовали свои недочеты. Костя на секунду вернулся в прошлое, вспоминая какой хаос творился в первые месяцы и невольно передернулся. Он тогда почти не спал, ровно, как и вся команда Беляева.

– Да уж. Информация по всем вам есть в базе, но, твою мать, я не могу поверить в то, что никто, да и я в том числе, не удосужился вводить в нее подобную информацию.

– Значит есть над чем работать, полковник. Ну что, берете меня? – поинтересовался Череп.

– Что ж, спрашивать о соответствии базы данных я не буду, раз вы с Лерой знакомы, но мне нужно будет время, чтобы сформировать команды и задачи под них. Мы с вами свяжемся. Можете быть свободны, – Константин указал рукой на дверь.

Череп направился к выходу, и Лера автоматически отправилась за ним.

– Ну а вас, феникс пятого уровня Лера, я попрошу остаться, – шутливо напомнил девушке о её обязанностях Плотников. Та опомнилась и вернулась:

– Вновь прошу прощения, полковник, – но не сдержала улыбку. Впервые за полгода в её жизни произошло что-то настолько хорошее.

Полковник понимал.

***

Остаток дня, на удивление, прошел спокойно. Со всеми поступившими звонками сотрудники участка справлялись самостоятельно. Большинство из них оказывались пустышками. Стандартные панические звонки формата «мою кошку закинули на дерево телекинезом». Таких было много. Как бы полковник не хотел побыстрее заняться расследованием выпотрошенных тел, сегодня бы никак не смог. Зато Лера проверила всех фениксов и подтвердила соответствие базы данных. Плотников отдал распоряжение дополнить базу о каждом в соответствии с их контактами на острове и покинул участок ближе к девяти вечера. Лера новой задаче не обрадовалась, но его это не волновало. Как и тот факт, что все фениксы торчали в участке весь день. Власть позволяла ему так поступать, и он этим пользовался. Зато завтра будет легче.

Подходя к дому, Плотников не заметил движение на крыше.

Он звонил в дверной звонок секунд тридцать, пока, наконец, не вспомнил, что жена с дочкой планировали отправиться на ночной каток в местный ледовый центр. Открывая дверь своим ключом, он позвонил Марине, но та не брала трубку. Взглянул на часы и удостоверился, что сеанс еще не закончился. Она обязательно перезвонит, когда увидит пропущенный, за это Костя не переживал.

Он прошел на кухню, включил свет и поставил чайник, а затем, на секунду замерев, выхватил пистолет и развернулся. Из-за особенностей планировки квартиры увидеть незнакомца раньше не представлялось возможным. Тот сидел на кухонном стуле у стены, затаившись, но многолетний опыт позволил почувствовать присутствие человека. Секундное волнение мгновенно сменилось любопытством, так как парень заранее поднял обезображенные ладони вверх, а голову наоборот, склонил вниз так, что лица не было видно.

– Тише, тише, полковник.

Интонация и тембр голоса не соответствовали возрасту этого пацана. Юнец разговаривал с ним, как президент говорит с мэром какого-нибудь Мухосранска, который старается оправдаться за очередной косяк.

– Любое движение и я стреляю, – ровно отчеканил Костя.

– Я знаю. И не шевелюсь.

Выстрелы Санька не пугали. На двенадцатом уровне он улучшил пассивный навык до третьего уровня и теперь мог считать даже намерения причинить ему вред. Да и с чего бы в него стрелять?

– Я не рекомендую этого делать, – парень вновь заговорил, – я этого не дам.

Что-то в спокойном тоне пацана заставила Костю отложить телефон, который он только что достал из кармана. Военное нутро подсказывало, что человек, прятавший свое лицо, не желает зла. Но бдительности полковник не терял и спросил:

– Кто ты и зачем пришел? – он всё еще держал его на мушке.

– Меня зовут Александр, фамилия Соколов. А пришел поговорить, – парень говорил куда-то в пол, так и не шелохнувшись.

– О чем?

– Обо всем. О городе. О правительстве. У меня был целый день, чтобы изучить всё, что тут происходит и многое мне не нравится. Вы всё делаете неправильно.

– Да? – с вызовом спросил Плотников, почувствовав кипящую злость, – а ты кто? Губернатор? Президент? А ну-ка пошел нахер отсюда, пока я тебя не продырявил!

– Нет. Не заводись.

Костю разрывала ярость. Перед ним сидел какой-то сопляк и разговаривал с ним так, словно отчитывал. Будто полковник и гроша выделенного не стоит, а этот пацан обладает вселенской мудростью. Парень аккуратно опустил обезображенные руки и положил их на стол, затем продолжил:

– Прошу прощения. Возможно, я слегка разучился грамотно выражать свои мысли или подбирать нужный тон. В последнее время я мало говорил.

Полковник подметил легкий английский акцент и, громко выдохнув, успокоился:

– Делаем так. Я тебя обыскиваю, потом ты мне рассказываешь зачем пришел. Понял?

– Понял. Но мой меч я лучше достану сам. Он заморозит вам руки. Разрешите? – и пацан поднял голову, показывая лицо. Полковник ошарашенно опустил пистолет и смотрел как парнишка достает из ножен тот самый меч. Хватило одного только взгляда, чтобы понять, что незваный гость не врал. От оружия сквозило холодом.

Плотников, все еще потрясенный, убрал пистолет в кобуру и обыскал парня, хотя и был уверен, что ничего не найдет. Так и оказалось. Он уселся на стул и вновь взглянул на грустного, но приветливо улыбающегося парня. Лоб и щеки покрылись рубцами давно заживших шрамов. Это был тот случай, когда они не украшали мужчину, а уродовали. Их было слишком много. Бордовые кровоподтеки под глазами поражали своим размером.

– Кто же тебя так, парень? – ошарашенно выдохнул Костя.

– О, кого там только не было. Поговорим?

И начал парень с того, что находился на острове полгода. Рассказал и о понятии «столп». Затем была небольшая демонстрация, а спустя всего десять минут Плотников уже провожал парня, потому что тот заторопился – уже знал, что семья полковника подходит к подъезду.

Саша же понимал, что дал ровно столько информации, сколько нужно для запуска правильного механизма.

– Один вопрос, Александр. Почему ты не пошел к Беляеву? Ведь разломами занимается он, на мне сейчас полицейский участок.

– Я уверен, что вы окажете нужное влияние на своего руководителя. А ему я не доверяю. Я знаю, что вы будете молчать о нашей встрече. Ваш руководитель сделает все, чтобы меня найти. Мне этого не нужно, – Саня было открыл дверь, но очередной вопрос остановил его.

– Но как мне сделать всё это в одиночку? Это займет месяцы! Я не уверен даже, что мне хватит полномочий.

– Да поймите вы наконец, – голос Саши загрубел, – Всё это только начало. Вы не успеете опомниться, как облака рухнут на землю и сотрут человечество к чертовой матери! Нам нужно начать хоть что-то!

– Понял-понял-понял, – Костя зачастил, – А как мне тебя найти, в случае чего?

– О, вы знаете, – настроение парня резко поменялось, он пожал плечами и улыбнулся, – постройте на крыше фонарь с летучей мышью и включайте его, когда я буду нужен, комиссар Гордон.

Саня, издал имитацию зловещего смеха и закрыл лицо рукой, оставив лишь глаза. Затем, понизив тембр голоса, произнес:

– Я Бэтмен!

И выскочил из квартиры, оставив Костю недоумевающе качать головой. «Что это было?»

А Саша, быстро спускаясь по лестнице, чувствовал себя отлично и смеялся как пятилетний пацан, получивший подарок деда мороза. Наверное, впервые за полгода, было так приятно просто поговорить. Диалог в относительной безопасности. Как здорово вернуться на Землю!

Глава 6. Мы будем наблюдать, как оно сгорит.

Адам проснулся, испытывая дикий сушняк. И первым образом в голову залетел Меньшиков Евгений, бывший одноклассник. Как же он его достал. Мысли о ситуации, произошедшей десять лет, не отпускали до сих пор. Адам злился, нервничал, пытался гнать ненужные образы из головы, но за прошедшие десять лет они стали его верными попутчиками. Что бы он ни делал, будь то поход в туалет, вылазка на дело или, как сейчас, пробуждение – образ одноклассника хромой живучей собакой преследовал его.

Панк схватился за голову и с силой сжал её, стараясь унять подпирающую ярость. Его локоть случайно ударил лежащую рядом Софию по голове, но та лишь пьяно пробормотала что-то в духе «не сейчас, милый» и перевернулась на бок, оголяя попку. Панк, увидев эту картину, хищно улыбнулся и, подобно голодающему неделю льву, набросился на девушку. Она покорно раздвинула ноги и, кажется, даже не проснулась.

Спустя несколько минут Адам уже был в ванной. Образ Меньшикова покорно уступил место новым мыслям. Хоть София и щебетала о том, какой у нее бык-осеменитель мужчина, самый лучший из живущих, его преждевременное семяизвержение занимало одну из верхних полок погребенного в уголках сознания шкафа, хранящего все его комплексы. Сейчас, сидя на унитазе, Адам чувствовал себя плохо. Нужно было отвлечься. Он умылся, побрился и, набросив маску уверенности и хорошего настроения, отправился будить остальных.

– Ну наконец-то, – пробурчала София, когда он открыл дверь, и юркнула в ванну. Парень не обратил на это внимания и зашел в гостиную.

Почившая бабушка оставила внуку неплохую, квадратов сто, трёшку, что позволило ему поселить в ней всех, кто был ему полезен. Пусть здесь висел ковер на стене и давно не было ремонта – на дела это никак не влияло.

Жало спал на матрасе, по-джентельменски уступив место на диване татуированной Жанне.

– Вставайте, голубки-и-и, – пропел Адам и рассмеялся, увидев, как Жанна подняла руку и выставила «фак». На нее он не злился. Она же не мужик. Вот если бы это сделал Жало, в быту Коновалов Серёга, то панк бы уже сломал средний, а заодно и соседние пальцы. Все об этом знали, он не скрывал, что девушкам что-то прощается, но панибратство и неуважение к его персоне со стороны любого из пацанов будет караться травмами.

Следом нужно было поднимать Лекса и дебильного гундосого Даню, они спали в бывшей бабушкиной комнате. Панк подошел к двери, постоял возле нее несколько секунд, словно вспомнив о чем-то, и постучал. Не услышав ответа, рассердился и с силой врезал по дереву ногой:

– Если вы, два утырка, сейчас не встанете, я зайду и нагну вас раком.

Он слукавил. В эту комнату заходить не хотелось, да и пацаны зашебуршались.

Через пятнадцать минут они уже шли в кафешку, которую как-то давно приметил Лекс. Просторная, с большими столами, она позволяла им разговаривать без лишних ушей. Да, глуповато было сохранять уровень конспирации высочайшего класса, и обсуждать потенциальные дела в заведении, но Адам просто не мог находиться в этой квартире дольше необходимого минимума. Сон – и всё. На то были причины, а остальным приходилось лишь мириться с этим.

Заказав завтрак на шестерых, панк осмотрел зал. Их любимый столик в отдалении пустовал, а посетителями были лишь какая-то случайная парочка, не из фениксов, и мужчина за пятьдесят, который вяло ковырялся вилкой в пасте.

Панк подошел к столу, с размаха уселся за свободный стул, впился в губы Софии (он почему-то думал, что это доказывает его доминантность перед группой) и сказал:

– Ну а теперь обсудим шаг номер два.

***

Даня саркастично смотрел на поцелуй и приметил, как София слегка поморщилась. Кажется, подобное поведение Адама ей понемногу надоедало. Он перевел взор на Жанну и, встретив её взгляд, смущенно уставился на пепельницу. Эта татуированная непонятными сюрреалистическими образами полноватая девушка вызывала у него искреннее волнение. Сердце слегка замирало, когда он чувствовал аромат её духов. Она была редким примером того, как легкая полнота лишь красит девушку. Её пухлые щечки и розовые губы, томные глубокие глаза с макияжем, подчеркивающим красоту, заставляли его мысли путаться, сбиваться с пути и направляться куда-то ниже живота. Он не раз неуклюже клал ногу на ногу, стараясь спрятать своего воодушевившегося друга. Казалось, Жанна догадывается о Даниных мыслях. Даже сейчас, смачно выпустив вверх сигаретный дым своими полными губками, она сказала:

– А почему мы не спрашиваем мнение нашего рудокопа? – и улыбнулась.

Адам на секунду осёкся, посмотрел на напрягшегося Серёгу, который явно был недоволен таким внимание к гопнику, а затем подыграл:

– И вправду. Скажи нам свое мнение, Дань. Что ты думаешь о моем плане?

Даня разозлился, увидев саркастичные выражения на лицах Лекса и Адама и, размышляя, еще раз осмотрел группу.

Жанна, специализация строительства. Пассивно гасила всю возможную электронику в виде прослушек, видеокамер и прочих систем обнаружения спецслужб. Он не понимал, как это работало, но функционировало и ладно. Размышлять о том, что и как, в ситуации, когда еще недавно видел расчлененных насекомых роя – глупо. Всех навыков группы он не знал, лишь те, что видел своими глазами, так как первое, о чем предупредил Адам «Никогда не спрашивай других, как и говорила система, понял?».

Даня знал, что путь девчонки может расщеплять камень, гравий и прочие горные породы на молекулы и создавать из них всё, что захочет. Её способность ограничивалась массой, которую она могла прокачивать. Но килограмм сто уже сейчас доступно.

София, специализация охраны, путь зверя. Может обращаться в увеличенную версию зверя, до которого дотронулась. Дане всегда было интересно, считаются ли участники роя зверьми или насекомыми, но все их «делишки» проходили либо в миру, либо в пустующих разломах, поэтому возможности проверить не было.

Лекс отвечал за разведку, но название пути не говорил. Он вообще был скрытным и единственным, кого Адам не душил. «Отвали от Лекса, Серёга. Свою функцию выполняет и ладно» – вспомнилась фраза, предназначавшаяся Жалу. Тот тогда скуксился, но смолчал. Лекс за несколько секунд мог легко рассказать о том, что их окружает в диаметре километра. Это позволяло заранее прокладывать маршруты, ничего не боясь.

Даня не знал как, но панк задавил всё свободомыслие Серёги на корню, хотя тот и владел специализацией бой. Путь иглы. Он легко высматривал слабые места противника и, хоть и никогда не ходил на секции, такие как каратэ, весьма способно справлялся с тем, чтобы без напряга выключить троих противников разом. Наверняка, в этом помогали особые навыки в ветке прокачки. Оставалось лишь надеяться, что он не ошибся с выбором пути.

Оставался Адам, который никогда не говорил о своей специализации, ровно, как и навыках. Если бы действия их команды оценивали со стороны, то решили бы, что панк – нахлебник. Всё, чем он занимался – это сомнительно руководил процессом и иногда исчезал с радаров на несколько дней. Но, вспоминая оплеуху в первый день их встречи, Даниил понимал, что у их лидера экстраординарные способности. И это жутко раздражало!

– Тяжело говорить о своем мнении, когда мы не знаем твоих возможностей, – прогундосил Даня, с вызовом глядя на лидера, – как оценить, что нам по силам, а что нет?

Адам моментально наклонился и занес руку для пощечины. Даня только и успел, что закрыть глаза, но, когда спустя секунду не ощутил боли, вновь открыл их. Руку панка перехватил Лекс и сейчас с интересом смотрел на лидера:

– Да что ты сразу руки-то распускать, Адам. Ведь парнишка-то дело говорит. Вот наше первое новое дело, да, выгорело. Двадцать тел, тридцать кусков кэрилума. Мы не спрашиваем тебя куда ты и как ты продаешь руду или органы, ты запретил, мы это уважаем. Но! – Лекс многозначительно поднял вверх указательный палец, – ты не считаешь, что, зная твои навыки, в случае опасности, мы можем подстраиваться, чтобы было... Менее рискованно.

– Менее рискованно ты можешь в рот беззубой шалаве давать, Лекс, – Адам встал со стула и начал стучать указательным пальцем по столу, чеканя каждое дальнейшее слово, – Но меня вы должны просто слушать. А если какому-то задохлику с улицы Вишневой хочется спрятаться в чулан и ждать совы – я не держу.

Лекс потупился, с секунду смотрел на панка, затем молча кивнул. Даня с благодарностью посмотрел на Лекса, а тот, заметив взгляд, ударил правой рукой по обратной стороне локтя левой, формируя характерный жест. Дружбы не случилось.

– Хорошо, обсуждаем, – встряла София, растягивая слова, – как мы узнаем когда и куда выдвигаться?

– Оставь это мне, малышка, – ответил Адам и добавил: – Я не спрашиваю вас о том, насколько хорош план. Это, кстати, ты, дура, сбила с мысли.

Панк тяжело уставился на Жанну и молчал до тех пор, пока она не пробормотала «извините». А он продолжил:

– Я сказал, что мы обсудим шаг номер два! Это значит, что я скажу вам, что делать, а вы, как покорные зверушки, это сделаете. Ясно?

Все закивали. Микробунт сгнил в зародыше, но теперь Даня знал, что не все поддерживают монархию.

Когда Адам заканчивал монолог, Даниил раскрыл глаза от удивления. Он лениво поглядывал в беззвучно работающий телевизор, висевший над ними. Новый телеканал «Феникс Сегодня», быстро набравший популярность в первый месяц после дня икс, начал трансляцию новостей. Мужчина репортер с уложенной лаком прической в стильном костюме стоял у зоны прилета и возбужденно что-то рассказывал. Парень ожидал увидеть очередную звезду кинематографа, но навстречу куче репортеров вышел Меньшиков. Тот самый пацан, который был с ним на острове. Длинноволосый брюнет, сияя белоснежной улыбкой, с удовольствием отвечал на вопросы.