Текст книги "С новым боссом по соседству (СИ)"

Автор книги: Ника Лисицына

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

Глава 8

Тимур

Отказала. Еще и нахмурилась так, будто я не подвезти ее предложил, а согреть мне постель в эту холодную ночь. Я нахмурился, но молча кивнул и ушел на парковку.

Любая другая ухватилась бы за шанс познакомиться ближе. Или даже слишком близко... Но не Катерина. Нет. Она держит дистанцию, как будто я заразный. Или опасный.

Раздражение накрыло волной, затянуло меня под воду и закрутило, будто желало утопить. Слова Марка всплыли в памяти, как масляное пятно на гладкой поверхности озера: видел ее в компании Коновалова.

Змея подколодная, конкурент проклятый. Они с папашей только и ждут, чтобы «НордСтрой» споткнулся. И Катерина с ним? В первый же рабочий день? Совпадение? Не верю.

Я запустил мотор, вцепился в руль и продолжил сидеть, тупо уставившись в стену парковки. Куда ехать? К пустой, вылизанной до блеска квартире в центре? Туда, где тишина давит, а стены отражают только твое собственное, усталое лицо? Нет. Не сегодня.

Сделал глубокий вдох и выехал, снова направляясь к старой отцовской квартире.

Ехал быстро, погруженный в мысли о Катерине. Ее глаза, настороженные, словно олененка в свете фар, ее руки, быстро собиравшие бумаги... И Коновалов. Чертов Коновалов. Как он к ней подобрался? Что ей пообещал? Надо вывести ее на разговор. Аккуратно. Но как?

Оставив машину у подъезда, я поднялся на третий этаж и открыл дверь квартиры. Запах пыли, старого дерева и пустоты встретил меня на пороге. Включил свет. Тусклая лампочка под потолком выхватила знакомые очертания и я, наконец, выдохнул. Здесь было хорошо. Просто. Уютно. Здесь витали воспоминания об отце, о детстве. Глоток того воздуха, той жизни – вот чего мне сейчас отчаянно хотелось. Решение пришло мгновенно: остаюсь. Хотя бы на эту ночь.

Я успел разобрать несколько полок со старыми чертежами, когда понял, что сегодня еще ничего не ел. Холодильник, конечно же, давным-давно был пуст. Как склеп. Ладно, пешком до круглосуточного магазина минут десять. Накинул куртку, вышел, хлопнув дверью.

Мысли постоянно возвращались к новой секретарше и были такими поглощающими, что я почти врезался в нее. Буквально. На пороге квартиры. Она шла навстречу, с двумя тяжелыми пакетами из местного магазинчика, опустив голову, сильно уставшая.

– Катерина?! – вырвалось у меня громче, чем планировалось. От неожиданности она чуть не выронила пакеты. – Какого... что вы здесь делаете?

Она моргнула, узнав меня и в ее глазах мелькнуло то самое знакомое напряжение. Но голос был ровным, усталым:

– Живу. Здесь. Вот в этой квартире, – она кивнула в сторону соседней двери.

Живет. Здесь. Рядом с отцовской хатой. Совпадение? Слишком много совпадений за один день. Сердце почему-то глупо екнуло, но мозг тут же включил тревогу. Коновалов знает? Это его ход? Подселить ко мне «агента»?

Она прошла мимо меня и поставила на пороге пакеты, готовая войти в квартиру. Надо было действовать. Сейчас.

– Катерина, – начал я, стараясь смягчить тон, – извините за резкость. Просто не ожидал... Вы явно устали. А я вот голодный как волк, холодильник пустой. Давайте сходим куда-нибудь? Поужинаем, за мой счет. Разгрузим мозги.

Она посмотрела на меня, потом на пакеты, потом на свою дверь. Видимо, оценивая расстояние до приличного ресторана и свою собственную измотанность.

– Спасибо, Тимур Альбертович, – тихо сказала она. – Но я... я слишком выбилась из сил. Не до ресторанов сейчас. Просто хочу домой, чаю и спать.

Отказ. Опять. Но на этот раз – логичный. И я увидел в ее глазах не только усталость, но и тень того самого опасения. Она боялась меня? Или ситуации? Или чего-то еще?

Идея пришла внезапно, почти дерзко.

– Тогда другой вариант, – сказал я, делая шаг ближе, но не слишком. – У меня там, – кивнул в сторону отцовской квартиры, – спокойно, тихо. И телефон под рукой. Закажем доставку чего-нибудь вкусного. Пицца, суши, что хотите. Вам ведь тоже уже поздно готовить, а поужинать обязательно надо.

Она колебалась. Видел, как она сжимает ручку своей сумочки. Боится. Чертов Коновалов, что он ей наговорил обо мне?

– Тимур Альбертович, я... – начала она.

– Тимур, – поправил я мягко. – Мы же соседи теперь, как оказалось. – Попытался снять напряжение шуткой, глупой, но искренней: – Теперь будем жить вместе. Ну, почти. По соседству.

Уголки ее губ дрогнули. Не улыбка, но хоть что-то. Она вздохнула, сдаваясь. Одно дело отказать директору, но такому подкачанному соседу уже сложнее.

– Ладно... – тихо сказала она. – Только... только если ужинать будем у меня. И чур я приготовлю.

Молча кивнул и подхватил ее пакеты.

Маленькая квартирка, в которой она жила оказалась достаточно уютной, пахло свежестью и чем-то домашним, но скромным. Она засуетилась, пытаясь прибрать пару вещей со стула на крохотной кухне.

– Садитесь, пожалуйста, я сейчас... – заговорила она, нервно открывая шкафчик и доставая из него сковородку.

Я стоял за ее спиной, наблюдая за этой суетой, за напряженной линией ее плеч. Момент был странный, интимный в своей бытовой простоте. Надо было использовать его. Аккуратно.

– Кать, – тихо сказал я, делая шаг ближе. Настолько близко, что почувствовал легкий запах ее духов. Я наклонился, чтобы шепнуть ей на ухо, как бы между делом: – Чем помочь?

Едва я успел договорить, она вздрогнула всем телом, как от электрического разряда, резко развернулась, попыталась шагнуть в сторону и споткнулась о мою ногу, которую я неосмотрительно поставил слишком близко. Ее глаза расширились от испуга, она потеряла равновесие, попыталась удержать его, но не справилась и начала заваливаться вбок.

Время замедлилось. Я инстинктивно выставил руки вперед. Поймал и притянул к себе. Мои руки обхватили ее за талию, ее пальцы вцепились в мой рукав. Мы замерли. Катино лицо было в сантиметрах от моего. Дыхание пепрехватило.

В ее глазах отчетливо читалась паника, сменяющаяся осознанием, потом снова паникой от этой внезапной, вынужденной близости. Мои наверное, отражали шок и... что-то еще. Что-то теплое, тревожное, не имеющее никакого отношения к Коновалову или работе.

Мы смотрели друг другу в глаза. В тишине маленькой кухни слышалось только наше прерывистое дыхание и бешеный стук двух сердец: ее испуганного и моего, внезапно сорвавшегося с привычного ритма. Мир сузился до этого падения, до этих рук, держащих ее, до этих глаз, таких близких и таких непонятных. Слова Марка, Коновалов, подозрения – все это на мгновение испарилось. Осталась только она. И этот нелепый, жутко интимный момент, когда земля ушла из-под ног у нас обоих.

Глава 9

Катерина

Ужин с боссом. В моей крохотной квартире. Что может пойти не так?

Я стояла у плиты, лихорадочно раздумывая что можно побыстрее приготовить, а заодно вынимала из шкафчика все, что может пригодиться и судорожно думала.

Конечно, если жить с боссом по соседству, то наша встреча рано или поздно была неизбежна. Но…

Зачем ему ужинать со мной? Очень сомневаюсь, что только потому, что мы оба устали. Вот только по ресторанам с ним ходить в неформальной обстановке мне не хватало…

Неужели Тимуру так быстро понадобилась замена той женщине, что сбежала от него пару дней назад?

Его присутствие заставляло меня дрожать, воздуха не хватало. Я настолько ушла в свои мысли, что не заметила, как он подошел и оказался прямо у меня за спиной.

Я вздрогнула, услышав его голос:

– Кать, чем помочь?

Развернуться было ошибкой. Он стоял слишком близко и я резко отпрянула, споткнувшись о его ногу. Падение длилось мгновение. Он поймал меня, его руки плотно обхватили талию. Мы замерли, глаза в глаза. В его взгляде читалось что-то опасное, почти хищное.

– Гости… обычно не помогают с готовкой, – прошептала я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Он усмехнулся, но не отпустил:

– А я не просто обычный гость.

Двусмысленность фразы заставила сердце биться чаще. Такое ощущение, что говорить вот так – это его фишка.

Я отстранилась, прислонившись к столешнице, а он отошел к столу, давая мне спокойно отдышаться и начать готовить пасту.

“Стоит ли рассказать ему о Коновалове?” – мелькнула мысль. Надо бы, но слова застряли в горле. Вместо них я спросила:

– Я немного почитала в интернете о компании. Вам действительно нравится строительство, или вы просто идете по стопам отца?

Тимур сел, постукивая пальцами по гладкой столешнице:

– Любил это с детства. С отцом на стройках пропадал – тогда и понял, что это мое.

Ответ был честным, но мысль о Коновалове не отпускала. Мерзкий тип. Мне безумно хотелось наказать его. Доставить этому уроду столько проблем, чтобы больше у него даже мысли не возникало лезть ко мне.

А вот в Тимуре было что-то такое… Может то, как взгляд его горел, когда он говорил о своей работе?

– А вы? – неожиданно спросил он, прерывая поток раздумий. – Почему уволились с прошлой работы?

Горло сжалось. Всплыл образ Игорька: его лицо в постели на другой.

– Там работает мой бывший муж, – выдавила я, уставившись в кастрюлю с кипящей водой. – Не хочу… видеть его больше.

Тимур кивнул, будто сделал для себя какие-то выводы и снова повисла неловкая пауза.

Я понимала, что нужно о чем-то говорить, но никак не могла придумать вопроса. Да и взаимный допрос мало похож на дружескую беседу людей, живущих по соседству.

– Тогда на Новый год вы свободны? Мне бы пригодилась ваша помощь в командировке.

Я чуть не уронила крышку на кастрюлю и она звонко стукнула о край.

Какая еще командировка? Он точно имеет в виду рабочую поездку или теперь думает о чем-то другом, узнав что я свободна?

– Куда? – спросила я, стараясь не дрогнуть.

– Мне поступило очень выгодное предложение на покупку земли. Большой участок в предгорье. Нужно осмотреть землю, проверить документы. Вы могли бы здорово помочь мне с бумагами… да и от города отдохнем.

Он говорил о работе, но в его интонации чувствовалось что-то еще.

– Только секретарь нужен? – сорвалось с губ.

Наши взгляды встретились. Он ответил не сразу, будто взвешивая каждое слово:

– А есть другие варианты? – улыбнулся, осмотрев меня с ног до головы.

Щеки просто огнем загорелись. Я отвернулась, сжав полотенце. Тимур рассмеялся, но смех звучал устало:

– Шучу. Только работа.

Кипящая вода в кастрюле шипела и булькала, выпуская облака пара. Достала коробку спагетти – длинные, тонкие, хрупкие соломинки. Щепотка крупной соли упала в кипяток с глухим плюхом. Я встряхнула коробку и спагетти послушно скользнули в воду, погружаясь медленно, как в горячую ванну. Ложкой аккуратно помешала их, чтобы не слиплись.

Пока паста варилась, я занялась соусом. На разделочной доске чеснок под ножом издавал сочный хруст, а потом превращался в мелкую ароматную кашицу. Оливковое масло на сковороде приветливо зашипело, когда я высыпала ее туда. Запах чеснока, попавшего в горячее масло, мгновенно заполнил кухню – острый, теплый, успокаивающе-привычный. Я помешивала его деревянной лопаткой, следя, чтобы он не подгорел, лишь слегка позолотился.

Потом банка томатной пасты. Металлическая крышка сопротивлялась, пока не поддалась с характерным чпоком. Я вывалила ярко-красную кашицу в сковороду. Шипение стало громче, насыщеннее. Добавила щепотку сушеного орегано, немного сахара и молотого черного перца. Помешивала, наблюдая, как соус густеет, пузырится, приобретая глубокий рубиновый оттенок. Капля упала мне на руку – горячо, но приятно. Реальность. Осязаемость.

Я украдкой взглянула на Тимура. Он сидел за столом, наблюдая за мной, пальцы тихо постукивали по столешнице. Его телефон лежал рядом экраном вниз. Я резко отвернулась к плите, сжав ручку сковороды. Нужно отвлечься.

Проверила пасту. Достала одну спагеттину вилкой и попробовала. Готова. Быстро слила воду через дуршлаг, пар окутал меня горячим облаком. Переложила спагетти обратно в кастрюлю, щедро добавила сливочного масла – оно мгновенно растаяло. Потом вылила сверху горячий, дымящийся томатный соус и тщательно перемешала.

Запах стоял невероятный. Горячий, сытный, домашний. Я глубоко вдохнула. На мгновение мир снова стал простым: плита, кастрюля, тарелки. Я разложила пасту по двум тарелкам, сверху натерла сыр и он тут же начал таять, украсила листиком базилика.

– Вы будете чай или кофе? Знаю, хорошо бы вина, но у меня его нет, я алкоголь практически не употребляю.

– Я ярый фанат кофе, – ответил Тимур с улыбкой.

Кивнула, сделала кофе, затем поставила чашки и тарелки на стол, стараясь не смотреть ему прямо в глаза.

– Приятного аппетита, – сказала я, устроившись напротив него.

– Спасибо, и вам. Катерина, что если нам с вами в неформальной обстановке перейти на ты? – поинтересовался он, намотав спагетти на вилку и принялся снимать пробу с моей стряпни.

– Думаете, стоит? – спросила, сглотнув.

– Не знаю, но тогда и ужинать не стоило, – пожал он плечами. – Кстати, очень вкусно.

– Спасибо, – невольно смутилась я. – Хорошо, давай попробуем на ты.

Ели в тишине. Едва Тимур успел отставить тарелку, как зазвонил его телефон. Я не слышала его собеседника, но сумела разобрать, что голос был женский.

Тимур коротко бросил:

– Да, я на квартире отца. Приезжай.

Он залпом допил кофе и поднялся с места.

– Думаю, мне пора. Тебе нужно отдохнуть. Можешь утром прийти на час позже. А наш разговор продолжим завтра, и подумай насчет командировки.

Кивнула, проводила его, закрыла дверь и замерла посреди коридора.

Коновалов, командировка, этот нелепый ужин… А еще – воспоминание о его руках на моей талии. Если я соглашусь на командировку, что нас ждет? Действительно это будет работа или в неформальной обстановке что-то может пойти не так?

Такое ощущение, что меня затягивает в какой-то омут и я уже ничего не могу контролировать в своей жизни.

Закинула посуду в мойку, быстро приняла в душ, влезла в пижаму и улеглась спать. Сон мгновенно окутал меня и даже там был Тимур!

Обнаженный по пояс, босс стоял на моей кухне и готовил завтрак. Я сидела за столом с чашечкой кофе и с улыбкой наблюдала за ним.

С тихим стуком что-то упало в коридоре, я мгновенно проснулась, открыла глаза, но вставать побоялась. Пока в темноте пыталась нашарить рукой телефон, оставленный на тумбочке, столкнула его на пол.

Теперь я отчетливо слышала шаги, в квартире явно кто-то был. От страха я даже забыла как дышать. Сердце колотилось в груди, словно у загнанного зайца, тело сковало настолько, что я даже не моргала.

– Спишь? – донесся до меня зловещий шепот. – Это хорошо. Сейчас ты узнаешь каков я в гневе. Говорил ведь тебе, надо было соглашаться на мое предложение!

В несколько шагов кто-то преодолел комнату и быстро нащупал мои ноги, спрятанные под одеялом. Я успела закричать, но сильная рука тут же зажала мне рот…

Глава 10

Тимур

Я посмотрел на телефон. На экране высветилось фото моей невесты. Да, давненько мы не виделись, и нет, я об этом не сожалел.

Слишком долго динамить Ирму было нехорошо. Она итак психовала из-за моего холодного к ней отношения, но ничего поделать с собой не могу. Во мне нет тех чувств, на которые она рассчитывает. Да и не было их никогда на самом деле.

Тогда, как вышло, что я сделал ей предложение?

Прерывать ужин не хотелось, но и нужно было все-таки ответить.

– Алло, – произнес я, боковым взглядом поглядывая на Катю.

– Тим, я соскучилась. Ты совсем мне не звонишь и я начинаю переживать.

– Прости, дел было много.

– Но ты же можешь ради меня отложить свои дела? Нам нужно встретиться, – ее голос стал томным и игривым.

Меня давно уже не вставляло все это. Не было желания даже прикасаться к ней, но вести себя как последний подонок я тоже не собираюсь.

– Ты же не против, если я приеду к тебе?

– Да, я на квартире отца. Приезжай, – сказал, на мгновенье прикрывая глаза.

Сбросив вызов, я залпом допил кофе и поднялся из-за стола, переводя взгляд на Катю.

– Думаю, мне пора. Тебе нужно отдохнуть. Можешь утром прийти на час позже. А наш разговор продолжим завтра, подумай насчет командировки.

Она кивнула и словно вздохнула с облегчением.

Неужели я ей настолько неприятен?

Удушающее чувство, надо сказать, эта неуверенность в себе. И Катя одним своим видом тыкает меня в него.

А ведь прежде за мной подобного не наблюдалось…

Я стоял среди коробок в отцовской квартире, и воздух, пропитанный пылью и запахом старых страниц, словно обволакивал меня. Сомнения, которые появились у меня уже давно, наконец оформились в четкое решение.

Помолвку нужно расторгнуть.

Ну не подходит мне это расфуфыренная девица. Такая же ванильная кукла, как моя сестрица. В голове только новая помада, шмотки, поездки по курортам… И, конечно же, деньги. Чем больше денег, тем лучше.

А вот Катя совсем другая. Она заставляет меня меняться. Так неуловимо, но я уже чувствую, как с ней становлюсь другим. Ее взгляд, который будто видит меня насквозь… Все это было настоящим. А с Ирмой мы словно играли в какую-то устаревшую пьесу, где давно забыли слова.

Совсем скоро раздался звонок, я открыл дверь и устало улыбнулся своей невесте. Ее парфюм, резкий и сладкий, моментально заполонил прихожую.

– Тимурчик! – она бросилась ко мне, обвила руками шею, и ее губы прижались к моим.

Поцелуй был привычным, но пустым, как ритуал. Ее пальцы с безупречным маникюром, уже торопились расстегнуть мою рубашку.

– Соскучилась! – прошептала она в губы.

Я ответил на поцелуй автоматически, но тело будто окаменело. Ирма отпрянула, шагнула в гостиную и замерла. Ее взгляд скользнул по заставленным коробками углам, потрепанным книгам, креслу с потертой обивкой. Ноздри дрогнули, она тут же брезгливо поджала губки.

– Боже, как ты тут дышишь? Здесь же… как в музее. Пахнет смертью. Поедем ко мне, или на твою квартиру? Я не могу тут находиться.

Сердце сжалось. Это квартира, где я вырос. Здесь отец читал мне сказки, учил чинить розетки, здесь мы клеили обои, смеясь над своими кривыми руками. А Ирма назвала это… смертью.

– Нет, – сказал я резче, чем планировал. – Мы останемся здесь.

Она фыркнула, раздраженно поправив идеальную прическу.

– Ну хотя бы поужинаем в приличном месте?

Я покачал головой.

– Еду закажу сюда. Но сначала нам надо поговорить.

Она скривилась и продолжила стоять между коридором и гостиной.

– Говори, если так необходимо, – бросила она, скрестив руки. В позе читалось: “Попробуй тронь – укушу”.

Я подошел ближе, пытаясь преподнести все, как можно мягче:

– Ирма… Я много думал. О нас. О будущем.

Она просияла, явно ожидая от меня сейчас совершенно противоположного.

Глотнул воздух.

– Думаю, мы слишком разные. И нам лучше… расстаться. – Сказал быстро, глядя прямо ей в глаза.

Не зря говорят: пластырь нужно срывать резко.

Удивление и тишина. Секунда, растянувшаяся в вечность. Потом она нахмурилась и даже ногой притопнула.

– Что?! Орлов, ты с ума сошел? – прошипела она. – Ты… ты смеешь бросать меня? В этом… свинарнике?!

Она заломила руки, глаза стали ледяными.

– Ты ничтожество, Тимур! Жалкий неудачник, который прячется в каких-то трущобах! И ты еще думаешь, что достоин меня?!

Она рванула к двери, толкнула меня плечом и выбежала на лестницу, даже не потрудившись захлопнуть за собой дверь.

Я стоял, слушая, как стучат ее каблуки, пока звук не растворился в тишине. Подошел, тихо закрыл дверь. Сегодня сомнений не осталось – я сделал правильный выбор. И ее истерика – прямое тому доказательство…

Решил не затягивать, обмыться и лечь спать. Все-таки усталость давала о себе знать.

Быстро сходил в душ, оделся в домашние штаны, застелил постель свежим бельем.

Лег и уставился в потолок. Темнота давила, а сердце колотилось от злости. Перевернулся на бок, придавил подушку к груди. В ушах пульсировало: …в этом свинарнике… свинарнике…

Крик. За соседней стенкой. Я замер.

Голос женский. Резкий, как ножом по стеклу.

Катя…

Я вскочил, не чувствуя пола под босыми ступнями. Ее дверь оказалась незапертой.

Ворвался в комнату, света, что горел в подъезде, хватило только на то, чтобы выхватить силуэты.

Крупный мужик зажимал Катерине рот своей поганой лапой, второй рукой впиваясь в плечо.

Услышав меня, он обернулся. Я не думал. Просто врезал кулаком прямо по его морде.

Он рухнул на пол, я тут же его перевернул, заломил ему руки за спину, пригвоздил коленом к линолеуму.

– Вызывай полицию, – выдохнул я, задыхаясь от злости. Глаза поднял на Катю: она сидела на кровати, обняв себя и тряслась от страха. – Сейчас же!

Глава 11

Катерина

Ноги подкашивались и все тело дрожало, когда я пробралась по стеночке и дрожащими руками включила свет. А затем обратно, чтобы подобрать телефон.

Мужик, который отборно матерился, лежа под Тимуром, вдруг замер. Его взгляд – дикий, ненавидящий – скользнул по мне, остановился на моих глазах, на моих волосах... Злость сменилась растерянностью, потом ужасом.

– Твою ж мать! – вырвалось у него хрипло. Он заморгал, вглядываясь. – Ты… ты не Танюха?

Тимур лишь сильнее заломил ему руку, заставив вскрикнуть.

– Простите! – залепетал мужик, задыхаясь. – Я ошибся! Раньше тут жила другая девушка… Танюха. Моя невеста! Я… я пришел к ней! У меня свои ключи были! Дверь открыл своими ключами! Я думал это она в постели…

– И орала она от счастья тебя видеть? Мне наплевать на то, кто ты и кого искал, – голос Тимура был низким и ледяным, как сталь. Он прижал колено к спине мужика. – Ты угрожал жизни и здоровью девушки. Так что лежи спокойно и жди наряд полиции.

Меня трясло мелкой дрожью. Его слова, такая ясная, жесткая позиция, пробились сквозь оцепенение страха. Я была девушкой, чью жизнь он защитил, но если бы здесь оказалась та самая Танюха, неизвестно, что было бы с ней.

Дрожащими пальцами набрала номер и вызвала наряд.

Приехавшие полицейские быстро провели осмотр, почти формально. Расспросили, посмотрели договор аренды жилья, записали показания мужика – Виктора – который все бормотал про ключи и невесту. Его увезли, дверь закрылась за ними и тишина квартиры вдруг стала гулкой, невыносимой. Страх вернулся волной. Я стояла посреди комнаты, обхватив себя руками, чувствуя, как подкашиваются ноги. Дрожь стала сильнее.

– Катя, – Тимур подошел ближе, его рука легла мне на плечо. Такая теплая, сильная, надежная. – Все, его забрали. Ты теперь в безопасности.

Он говорил тихо, уверенно. Говорил, что я молодец, что все позади. Я кивала, пытаясь унять дрожь во всем теле, чувствуя неловкость от того, что он видит меня такой – растрепанной, испуганной.

– Посиди, – приказал он мягко и направился на кухню.

Я не послушалась, поплелась за ним и уже там присела на табуретку. Следила за своим спасителем краем глаза. Наслаждалась видом его обнаженного торса. Мышцы перекатывались при каждом движении, смуглая кожа так и притягивала взгляд, хотелось коснуться его, уткнуться в грудь и забыться.

Он налил воды в чайник, достал чашки. Казалось, уже знал, где что лежит.

Чай оказался крепким и сладким. Он согревал изнутри, успокаивал нервы. Усталость накрыла как волна, глаза тут же начали слипаться.

Я изо всех сил пыталась сопротивляться. Как-то неприлично было отключиться, когда у тебя в гостях такой привлекательный сосед, но Тимур решил за меня:

– Иди спать. Я рядом, – не просьба, приказ.

Вздохнула, кое-как дошла до постели, рухнула на подушки и провалилась в черную, бездонную пустоту.

Проснулась от плохого сна. Тут же забыла, что мне снилось, но гадкое ощущение осталось.

Солнечный свет пробивался сквозь неплотно задернутые шторы. Я открыла глаза и замерла.

Тимур сидел в кресле напротив моей кровати, откинув голову, глаза закрыты. Спал.

Надо же… Он остался. Остался на всю ночь. Охранял мой сон.

Я осторожно, как мышка, выбралась из-под одеяла. Крадучись, на цыпочках прошла в ванную. Привела себя в порядок и оделась в чистую блузку и юбку.

Ночные события оказались для меня настоящим шоком, но работу никто не отменял.

Когда вернулась в комнату, Тимур уже стоял у окна и задумчиво смотрел на старый городской парк.

– Собирайся, – сказал он и повернулся ко мне. – Через десять минут выезжаем. Я скоро вернусь.

Он ушел, не дожидаясь ответа и совсем скоро пришел в свежем костюме, пахнущем дорогим парфюмом.

Мы молча спустились к его черному внедорожнику. Вместо прямого пути в офис он свернул к знакомому мне кафе, как оказалось его любимому. Заказал себе блинчики с творогом и кофе.

– Кать, ты выбрала? – спросил, накрыв мою руку своей широкой ладонью.

– Мне, пожалуйста, тоже самое, только кофе с молоком – ответила, посмотрев на официанта.

Заказ принесли очень быстро.

Я взяла чашку с кофе и вдохнула бодрящий аромат. Сделала несколько глотков, а потом принялась ковырять блинчики вилкой, чувствуя на себе взгляд босса. Эта забота – отвезти, накормить – была непривычной. Не по должности. Она заставляла сердце биться чуть чаще, а щеки гореть. Он ел быстро, деловито, но время от времени его взгляд скользил по мне, оценивающе, будто проверяя, пришла ли я в себя.

А вот в офисе все изменилось. Тимур стал другим – собранным, требовательным боссом. Мы провели несколько встреч, он диктовал письма, я печатала, отвечала на звонки.

Удивительно, но рабочая рутина действовала как лекарство. Никто не знал, что случилось прошлой ночью. Только редкие взгляды Тимура, чуть дольше задерживающиеся на мне, напоминали об этом.

Ближе к вечеру он вдруг собрался.

– Отлучусь на пару часов, – бросил на ходу и вышел.

Вернулся, как раз к тому моменту, когда я уже собиралась домой.

– Держи, – он подошел и вложил мне в руку что-то тяжелое и холодное.

Я автоматически раскрыла ладонь. На ней лежали два ключа – новый блестящий и маленький почтовый.

– Что… что это? – спросила я, поднимая на него недоумевающий взгляд. Сердце почему-то замерло в ожидании.