Текст книги "На перепутье. Даард. (CИ)"

Автор книги: Ника Летта

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 7 страниц)

Шарх.

Даард застыл. А потом по коже головы пошло уже знакомое, слишком знакомое покалывание. Он не глядя провёл ладонью по виску и ощутил под пальцами новую длину волос.

Вот этого ему хватило... с избытком.

Если до этого он ещё мог позволить себе делать вид, что держит ситуацию под контролем, то теперь даже для него самого стало слишком очевидно: дело давно вышло за пределы раздражающей странности. Что-то тянуло зверя к эльфийке. Что-то отвечало телом.

У эльфийки глаза расширились, когда она увидела, как его змей приманивает ее ближе. Даард на мгновение сжал край стола слишком сильно. Дерево жалобно хрустнуло под когтями.

– Даард? – тихо позвал его друг.

Советник резко выпрямился.

– В храм, – отрезал он.

Аширо вздрогнула. Дахор сузил глаза.

– Сейчас?

– Сссейчассс. – Даард уже не пытался смягчать голос. – Пока эта дрянь не укорениласссь ещё глубже. Пока у меня есть ссслед. Я должен проверить брачную вязь.

Дахор смотрел на него всего секунду делая нужные выводы.

– Ты хочешь проверить связь с Викторией.

– И пустить зов как можно дальше, – жёстко ответил Даард. – С твоей силой и Сердцем Пламени у нас больше шансов достучаться до души. И определить ее местоположение.

Император медленно кивнул, для спора был не тот момент.

– А она? – коротко бросил он взгляд на Аширо.

Даард повернул к эльфийке голову. Зверь снова шевельнулся, требуя приблизить, удержать, не отпускать. От этого хотелось разбить что-нибудь тяжёлое. Вместо этого он произнёс спокойно:

– Пойдёт с нами.

Аширо едва заметно побледнела.

– Я не собираюсь сбегать, – сказала она, и в её голосе было больше осторожности, чем уверенности.

– Нет? – Даард чуть склонил голову. – А я вот собираюсь проверить это позже. С твоими талантами оставлять тебя без присмотра было бы оскорблением моему опыту.

Она руками смяла юбку по бокам, но промолчала.

– С твоими проблемами я разберусь после, – добавил он уже холоднее. – Сейчас ты просто идёшь рядом и не мешаешь. Это понятно?

– Понятно, саш Маарц, – отозвалась она тише.

Ему не понравилось, как ровно это прозвучало. Слишком быстро взяла себя в руки, особенно после того, что только что услышала за дверью. Но времени разбираться с ней сейчас не было.

Даард первым двинулся к зеркалу перехода. Дахор пошёл следом. Аширо – за ними, слишком тихо для женщины, которая ещё недавно была готова торговаться за свою жизнь.

Храм рода Маарц стоял отдельно от главного дома, глубже в скальном крыле поместья, там, где воздух всегда был холоднее и тише. Туда не вели оживлённые коридоры. Только узкий проход, знакомый членам рода с детства, да несколько тяжёлых дверей, которые открывались не замками, а кровью.

Даард приложил ладонь к чёрному камню у входа. Магия дрогнула, узнавая его, и створки бесшумно разошлись. Внутри пахло воском, старой водой и чем-то ещё – древним, сухим, будто здесь веками хранили не вещи, а клятвы.

Храм был почти пуст. Никакой лишней роскоши. Каменные колонны. Тёмный пол. Несколько алтарей у стен. В центре – круглая плита с вырезанным символом рода. Чуть дальше – ниша, где обычно оставляли подношения богине плодородия. И за всем этим – тишина, от которой даже дыхание звучало резче.

Аширо остановилась у входа. Даард не обернулся, но услышал.

– В тень, – бросил он. – И ссстой там. Одного неверного шага мне сссейчас хватит, чтобы передумать насчёт твоей полезносссти.

Она отошла без спора. Император тем временем вынул Сердце Пламени. Камень отозвался знакомым глухим светом – не ярким, но живым, будто под гладкой поверхностью действительно билось что-то заключённое и древнее.

– Готов? – спросил Дахор.

– Нет, – ответил советник честно. – Но ждать больше не сссобираюсссь.

Он подошёл к центральной плите, опустился перед ней и без колебаний полоснул когтем по ладони. Кровь выступила сразу. Тёплая, густая, алая в свете храмовых огней. Первые капли упали на камень.

Дахор встал напротив, удерживая Сердце Пламени двумя руками. Воздух между ними начал медленно густеть от силы.

– Держи связь, – негромко сказал император. – Не зови телом. Зови тем, что от тебя осталось в воспоминаниях о ней.

– Сссам знаю, – огрызнулся Даард, не отрывая взгляда от крови на плите.

Но в следующий миг дыхание сбилось само. Брачная вязь не исчезла. Вика.

Шарх…

Даард прикрыл глаза и потянулся к ней всем, что осталось у него под ребрами: злостью, упрямством, виной, той хищной привязанностью, которую так и не успел назвать правильным словом.

Сердце Пламени вспыхнуло ярче.

Дахор начал читать древнюю формулу вполголоса. Сила пошла по храму кругами, отзываясь в стенах, в колоннах, в камне под хвостом Даарда. В этот момент сзади раздался звон. Аширо. Даард не открыл глаз, но уже понял: она задела что-то у стены.

Тяжёлый металл ударился о камень и опрокинулся. Что-то жидкое – тягучее, терпкое по запаху – разлилось по полу, скользнуло вперёд и тонкой полосой вошло прямо в ритуальный круг, смешиваясь с его кровью.

– Не двигайся! – рявкнул Дахор.

Кровь Даарда и пролитое подношение вспыхнули вместе, будто только этого и ждали. Артефакт в руках императора ослепительно полыхнуло. Воздух в центре храма закрутило воронкой.

Даард резко вскинул голову. В самом центре круга раскрылась тёмная воронка, рваная по краям, нестабильная. Дахор шагнул назад, Сердце Пламени вспыхнуло ещё раз.

– Даард…

Но тот уже не слышал. Потому что воронка дрогнула и выплюнула тело. Оно рухнуло на камень резко, без всякой торжественности, совсем не так, как являлись благословения или ответы богов.

Хранимая... Его сэйра. Такая же – и уже не такая. В иной одежде. С иным запахом. С тем самым лицом, которое он помнил слишком хорошо, даже когда пытался забыть.

Она подняла голову не сразу. Сначала только судорожно втянула воздух, потом огляделась – алтарь, колонны, кровь на камне, Сердце Пламени в руках императора, Даард напротив, мрачная тишина храма, Аширо у стены с побелевшим лицом.

Ужас на её лице ударил сильнее любой магии. Она резко попятилась на ладонях, будто одним этим могла оттолкнуть саму реальность.

– Нет… – выдохнула она сипло.

Потом громче, уже почти срываясь:

– Нет. Нет, нет, нет… только не снова…

Вика не успела договорить как Даард почувствовал, как зверь внутри него взвился так резко, что на миг потемнело в глазах. Это уже не было знакомым, тяжёлым движением сущности, с которой он прожил всю жизнь. Яростный рывок собственника, внезапно увидевшего угрозу рядом со своей искрой.

Даард медленно перевёл взгляд с Вики на Аширо.

Эльфийка стояла у стены, побледневшая, напряжённая, с застывшими руками. Вика – в центре храма, выброшенная в новый кошмар, растрёпанная, ошеломлённая, с тем самым выражением дикого неверия, которое он уже однажды видел на её лице.

И в этот миг зверь внутри него сделал выбор и решил избавиться от помехи. Холод прошёл у него по позвоночнику.

Но зверь уже не спрашивал его согласия. Челюсть болезненно свело. Под языком проступил знакомый привкус яда. Когти удлинились сами собой, скользнув по камню с сухим скрежетом.

Сожрать.

Его Вика. Та, ради которой он только что рвал пространство, кровь и клятвы. Та, чью брачную вязь он искал, как последний безумец. Та, чью душу он надеялся нащупать хотя бы эхом.

А зверь смотрел на неё как на добычу. Чтобы она уже никогда не могла вернуться и претендовать. Шарх…

Советник пошатнулся. Хвост резко ударил по камню.

– Даард, – голос Дахора донёсся будто издалека, но очень чётко. – Не смей.

Он даже не посмотрел на него. Не мог. Потому что Вика в этот момент подняла голову и наконец увидела его лицо. Увидела всё сразу: вертикальные зрачки, заострившиеся черты, сведённые ядом губы, напряжение в плечах, хищно подобравшийся хвост.

И страх на её лице стал настоящим. Она уже видела такой его взгляд, в тот день с неудачным перевоплощением в юного змайса.

Советник почувствовал, как зверь довольно дёрнулся. Он с такой силой впился когтями в собственную ладонь, что старая рана раскрылась глубже. Кровь хлынула по пальцам, тёплая, липкая, живая.

– Не… подходи… – выдавил он хрипло и отчаяно бросил уже эльфийке – Уведи ее!! Немедленно!

Дахор схватил его сзади, удерживая от непоправимого. Внутри советника раздирало от противоречивых чувств, а тело требовало крови.

Просто насмешка богов. С отчаянием он наблюдал как его любимая женщина, в ужасе цепляется за эльфийку, и они вдвоем спотыкаясь убегают прочь...

– За чтоо!!! – крик поглотили своды храма.

ГЛАВА 15 КУКЛА ДЛЯ ЧУДОВИЩА

ДАША

Я пришла в себя рывком. Будто меня не разбудили, а выдернули из чёрной воды за волосы.

Первое, что я почувствовала, – холод. Каменный. Подвальный. Такой, от которого не просто мёрзнешь, а будто медленно околеваешь изнутри. Второе – боль. Голова трещала так, словно мне в затылок засунули раскалённый клин. Третье – запах. Сырость, кровь, металл, гарь от факелов и что-то ещё… сладковато-гнилое, как у логова хищника, который слишком долго жил среди костей.

Я распахнула глаза и несколько секунд просто не могла понять, где нахожусь. Камень. Решётка. Факелы. Темнота за ними. И он.

Красноволосый стоял за прутьями и смотрел на меня так, будто уже давно ждал именно этого момента. У меня мгновенно перехватило дыхание.

Я дёрнулась назад так резко, что боль прострелила спину, и только тогда поняла, что лежу на какой-то узкой лавке, брошенной к стене. Руки свободны. Ноги тоже. Но лучше бы, честное слово, меня приковали. Тогда хотя бы оставалась иллюзия, что всё это – просто плен. А так…

Так я была заперта с существом, которому, кажется, и клетка-то не особенно нужна.

Он улыбнулся. Господи. Лучше бы не улыбался.

Потому что это была не нормальная улыбка. А что-то кривое, слишком довольное, слишком живое, как у ребёнка, который поймал насекомое и ещё не решил, оторвать ему крылья сразу или сперва посмотреть, как оно трепыхается. И зубы... острые.

– Очнулась, – сказал он почти ласково.

Я не ответила и не потому что гордая. Потому что у меня язык к нёбу прилип.

– Это хорошо, – продолжил он, чуть склонив голову набок. – Я не люблю разговаривать с бессознательным мясом. Скучно. Никакой отдачи.

Меня пробрало так, что зубы лязгнули друг о друга. Он это услышал и, кажется, ему понравилось.

Псих медленно двинулся вдоль решётки. Не спеша. Как если бы всё его тело было создано именно для того, чтобы в один момент оказаться рядом. Я забилась в угол и возненавидела себя за это в ту же секунду.

Но остановиться уже не могла.

– Жаль, что Кааиш сдох под обвалом, – задумчиво протянул он, словно говорил сам с собой. – Полезный был червь. Очень полезный. Уши, глаза, маленькие цепкие лапки в нужных местах. А теперь всё самому приходится делать. – он коротко усмехнулся. – Почти обидно.

Да он псих...

Красноволосый вдруг резко остановился прямо напротив решётки.

– Зато ты мне досталась, – сказал он.

Я почувствовала, как по спине пополз ледяной пот.

– И это… неожиданно забавно.

Он смотрел на меня, не моргая. Я не выдержала первая.

– Ч-что вам нужно?..

Голос прозвучал жалко, а он прикрыл глаза, будто смаковал этот звук.

– Вот. Уже лучше. – Его улыбка стала шире. – Мне всегда нравится этот момент. Когда жертва наконец перестаёт строить из себя что-то лишнее и начинает задавать правильные вопросы.

Жертва. Он сказал это так просто, будто уже всё решил за нас обоих. Меня затошнило. Как же я хотела жить.

– Видишь ли, – продолжил он, чуть понизив голос, – Раньше в этом теле сидел кто-то поинтереснее. Полезнее. Умнее. С хорошей ментальной магией. А теперь…

Он медленно провёл взглядом по мне сверху вниз.

– Теперь там ты.

Я уставилась на него, и до меня не сразу дошёл смысл. А когда дошёл, стало так страшно, что я на секунду перестала чувствовать руки.

– Н-нет…

– Да, – мурлыкнул он. – Именно “да”.

Он поднял что-то в пальцах. Небольшой предмет, тёмный и невзрачный. Но стоило мне на него посмотреть, как внутри всё сжалось, будто этот кусок металла уже знал, где у меня самые тонкие места.

– Через эту вещь, – сказал он почти весело, – Я смогу заходить к тебе в голову так, как мне будет удобно.

Я замотала головой, сама не поняла зачем. Будто он спрашивал разрешения.

– Нет, – вырвалось у меня. – Нет, пожалуйста…

Он рассмеялся и смех у него был… неправильный. А такой, словно ему действительно весело. Будто происходящее его искренне развлекало. Точно псих... Лучше бы я сдохла под обвалом...

– О, милая, – протянул он с почти нежной издёвкой, – Ты пока даже не представляешь, в каком месте стоило начинать говорить “пожалуйста”.

Он приблизился к решётке вплотную, я дёрнулась назад, но деваться было уже некуда.

– Самое забавное, – шепнул он, – что ты женщина.

Я замерла, а он оскалился.

– Да. Это меня порадовало. Я люблю женщин. Они красиво ломаются. Красиво боятся. Красиво пытаются быть храбрыми, а потом смотрят вот так…

Он сделал короткий жест рукой возле моего лица, будто обрисовывал выражение.

– …Как будто уже слышат, что с ними будут делать.

Меня словно приложило изнутри, я хотела крикнуть. Ударить. Плюнуть ему в лицо. Что угодно. Но вместо этого просто сидела, вжавшись в стену, и не могла даже пальцами пошевелить.

Он видел это. И от этого у него в глазах становилось всё больше этого мерзкого, больного удовольствия.

– Но, – продолжил он с театральным сожалением, – Тело у тебя сейчас мужское. А это всё портит. Резать тебя ради эстетики неинтересно. Пугать – уже лучше. Использовать – ещё лучше.

Использовать. Меня начало трясти от предположения, как и именно он хочет меня использовать, да так сильно, что я не сразу услышала следующие слова.

– Я сделаю из тебя куклу, – сказал он буднично, как будто обсуждал погоду. – Говорящую ровно то, что мне нужно. А потом посмотрю, как остальные будут захлёбываться, не понимая, когда именно всё пошло не так. И империи Огненного наконец придет конец

Он резко расхохотался, откинув голову назад, от чего его волосы слегка вспыхнули пламенем. У меня вырвался всхлип. Он вдруг резко подался вперёд. Я дёрнулась так, что ударилась затылком о стену.

И он… просто замер по ту сторону решётки, но совсем близко. А потом очень медленно, очень явно оскалился.

Не улыбнулся. Именно оскалился. И меня накрыло. Тело будто перестало быть моим. Всё онемело. Сердце заколотилось так быстро, что я перестала понимать, дышу вообще или нет. Перед глазами поплыло. Воздух стал густым, как смола.

Он тихо выдохнул. С наслаждением.

– Вот. Именно так. – Голос его стал почти бархатным. – Замри. Умница. Когда вы цепенеете, в вас входить легче.

Артефакт в его пальцах тускло вспыхнул. И я почувствовала боль, как трещит черепная коробка. Как будто кто-то холодный, липкий и совершенно чужой провёл пальцами изнутри по моим мыслям. Скользнул по памяти. По страху. По чему-то очень личному, куда даже я сама старалась лишний раз не смотреть.

Я дёрнулась, но не смогла вырваться. Потому что вырываться было неоткуда. Это было уже внутри головы.

– Нет… нет… нет… – зашептала я.

Он прикрыл глаза, прислушиваясь, как музыкант к знакомой мелодии.

– Да, – выдохнул он. – Так и будет.

Потом отстранился, просто взял и отступил, будто ничего особенного не случилось. А я осталась сидеть, не в силах даже сразу вдохнуть нормально.

– Через два дня вернётся моя жена, – сказал он, снова начиная медленно кружить вдоль клетки, – Я тебя отпущу.

Я не сразу поняла услышанное. Жена?

– Правда, не насовсем, – тут же добавил он. – Я же не идиот. Но мне будет очень любопытно посмотреть, как кузина встретит кузена. И как быстро поймёт, что внутри уже не тот, кого она ждала. А затем ты станешь моим оружием. Император вряд ли будет ожидать ножа в спину от... друга

И снова безумно расхохотался

– Да, – сказал он почти радостно. – Мне тоже нравится эта часть плана.

Я сглотнула с трудом.

– Вы… псих…

Он замер. И на секунду я подумала, что сейчас он сорвётся. Но вместо этого он очень тихо рассмеялся.

– Возможно. – Он склонил голову. – Но это не отменяет того, что ты моя.

Меня будто ошпарило, а он развернулся и ушел прочь, весело что-то насвистывая. Я сползла ниже по стене, подтянула колени к груди и вцепилась в них так, будто это могло удержать меня от распада на части.

Мне было двадцать.

Двадцать.

Я должна была жить нормальную жизнь. Ругаться с мамой. Влюбляться не в тех. Пить кофе на бегу. Опаздывать. Работать. Спать. Дышать.

А вместо этого сидела в подземелье в чужом теле и пыталась не сойти с ума от мысли, что безумный псих решил превратить меня в ходячую куклу. С его уходом факелы на стенах начали гаснуть.

Я некрасиво расплакалась, так как не знала что хуже. Быть чьей-то куклой или мертвым телом.

– Мма-мааа...– мои жалкие всхлипы поглотила темнота.