Текст книги "«С.Л.К.-9» Иллюзия победы. Часть первая (СИ)"

Автор книги: Ник Фабер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 21 страниц)

Глава 19

Двойная система Лакония

Под контролем Верденского ВКФ

– «Бритва» и «Вершитель» подтвердили приказ и выдвигаются на перехват контакта, адмирал.

– Прекрасно, – с довольным видом произнёс Дэвис Террадок, наблюдая за тем, как обозначенные лёгкие крейсера двинулись на перехват дивизиона рейнских эсминцев. – Только не забудьте сообщить их капитанам о том, чтобы они не особенно усердствовали. Будет обидно, если зрители не оценят наших стараний.

– Конечно, сэр, – офицер связи не выдержал и улыбнулся.

Террадок и сам не удержался от усмешки. Всё же куда приятнее, когда именно ты водишь своего противника за нос, а не он тебя.

«Лаффает», флагманский дредноут самого Террадока, находился в глубине системы, в двенадцати световых минутах от компонента Лаконии-А. Куда меньшая и холодная Лакония-Б, отсюда казавшаяся небольшим светлым пятнышком на экранах, располагалась почти в полутора световых часов от своего более горячего и яркого собрата.

А рядом с «Лаффаетом», замерли и остальные тяжёлые корабли оперативной группы Террадока. Девять дредноутов. Почти две полные эскадры, плюс шесть линейных кораблей типа «Лавразия», прибывшие всего полторы недели назад, дабы усилить его соединение.

И это, не считая более чем тридцати линейных, тяжёлых и лёгких крейсеров, исполнявших сейчас патрульные задачи во внешней части системы.

Помимо кораблей ВКФ, Лакония была чуть ли не до предела наводнена сенсорными станциями, беспилотниками и другими средствами контроля космического пространства. Всё ради того, чтобы полностью охватить электронным взглядом всё огромное космическое пространство вокруг вращающихся друг вокруг друга звёзд.

Восседающий в кресле на флагманском мостике своего дредноута, Террадок испытывал чувство торжества, получив под свой контроль все эти силы. Раньше он и мечтать не мог о подобном. Разве что должность командира эскадры и заместителя командующего оперативной группой. Не более.

Но Нормандия всё изменила. Правильно говорят, что для карьерного роста военного нет ничего более полезного чем война или мор. Ведь благодаря им открывается столько новых вакантных мест. Кто-то, каким-то непостижимым образом усмотрел в действиях Террадока во время обороны Нормандии что-то такое, за что следовало дать повышение и дальнейшее продвижение по службе.

Сам Дэвис понятия не имел, что же именно такое там увидели, но отказываться от представившейся возможности не собирался. Впрочем, как говориться, если бы не оказанная ему честь, то он предпочёл бы воздержаться. Всё, что он делал в Нормандии – выполнял приказы. Да и в завершающей стадии сражения практически не участвовал. Его гордый «Неустрашимый» к тому моменту уже больше напоминал развалины, нежели боевой корабль. Связь практически не работала. Часть вооружения не действовала. Всё, что ему оставалась – идти дальше. На пролом. Как раненому бойцовому псу, загнанному в угол. Вцепиться клыками в глотку хотя бы одному из противников и порвать её раньше, чем собственное сердце перестанет биться.

Как бы Террадок не любил старшего Райна, в тайне, он испытывал чувство благодарности к его сыну. Паршивцу хватило духа на то, чтобы принять командование на себя в той ситуации, выдавая собственные приказы за действия Мак’Найта, земля ему пухом. Дэвис даже думать не хотел, что произошло бы, если бы они в тот момент допустили рассредоточения группы.

Единственное о чём он сожалел... единственное, чего бы он хотел, так это, чтобы вместо него сейчас это место занимал Грегори. Гибель друга стала тяжёлым ударом, хотя он и старался этого не показывать. Они прослужили вместе более пятнадцати лет и обычное знакомство со временем превратилось в крепкую и проверенную годами дружбу. Рассудительный и осторожный Пайк компенсировал грубую порывистость и напористость своего товарища.

И сейчас Террадоку отчаянно не хватало погибшего друга.

Особенно, когда от его действий зависел исход столь важного мероприятия.

Повернув голову, командующий силами ВКФ в Лаконии посмотрел на тактический дисплей, показывающий обстановку вокруг «Лаффаета». Группа из более чем сорока отметок, находившаяся на расстоянии в одну световую минуту ближе к звезде, чем флагман самого Дэвиса, заставила его улыбнутся. Двадцать два дредноута и двадцать четыре линейных корабля. Пугающая сила, что даже на экранах в виде схематичных отметок смотрелась угрожающе.

Ровно до тех пор, пока не взглянешь на неё поближе.

Потому, что ни одного военного корабля там не было и в помине.

Первый этап операции «Катапульта» прошёл даже с большей помпой, чем планировали её создатели.

Более сорока крупнотоннажных транспортных кораблей были изъяты у торговых компаний «Сашимото», картеля Терехова и других организаций. Естественно, за это правительству пришлось заплатить не маленькие деньги, так как просто взять и забрать корабли оно себе позволить не могло. Не стоило совсем уж ссориться с теми, кто являлись одними из основных поставщиков денег в казну государства.

С каждым из группы этих гражданских кораблей на верфях флота были проведены особые операции. В частности, модификации подверглись двигатели, чтобы их сигнатура соответствовала куда более мощным моделям военных кораблей. Плюс заменены транспондеры, передающие идентификационные коды. В данный момент электронная подпись каждого из этих грузовозов соответствовала известным кораблям верденского флота. Не каким-то случайным, а тем, что три недели назад покинули системы Вердена и Траствейна, уйдя в неизвестном направлении.

Это и множество других акций предпринятых верденской разведкой и флотом должны были скрыть от противника то, куда на самом деле делись так неожиданно пропавшие дредноуты и линкоры верденского флота.

И по этой же причине, никто не скрывал прибытия этой фальшивой эскадры к звёздам Лаконии.

Террадок усмехнулся, разглядывая иконки рейнских лёгких кораблей. Их враг вот уже почти две с половиной недели ошивался на самой границе системы, безуспешно пытаясь прощупывать пространство с помощью беспилотных сенсорных станций. С момента появления замаскированных грузовиков эти попытки ещё более участились. Очевидно, что такое крупное скопление крупных кораблей могло предназначаться только лишь для одной цели.

Их враг ожидал повторного удара по Бедергару.

И Дэвис сделает всё от него зависящее, чтобы Штудгард и его офицеры продолжали так думать и дальше.

***

Франкс

– И так, – заговорил президент, когда все собравшиеся расселись вокруг стола. – Предлагаю начать.

Говард посмотрел на сидящего прямо напротив него Михаила Гаранова, тем самым предлагая ему взять первое слово.

Что же, подумал адмирал, потратив пару мгновений на то, чтобы собраться с мыслями, ему ли бояться публичных выступлений?

– Операция «Катапульта» развивается по плану, господин президент. На данный момент мы уверены в том, что смогли приковать внимание Штудгарда и подразделений Второго флота в Бедергаре к нашим силам в Лаконии. По крайней мере они продолжают свои попытки прощупать силы Террадока, но, на сколько нам известно, на данный момент безуспешно.

– На сколько вам известно? – поднял бровь Локен.

– Верно, – кивнул Гаранов. – Поймите, господин президент. Война – крайне неточная наука. Рейнцы постоянно высылают в Лаконию свои лёгкие корабли. Они выходят на самой границе, запускают свои разведывательные платформы и начинают медленно облетать систему в ожидании полученных данных. У адмирала Террадока развёрнуты достаточно обширные сенсорные массивы для того, чтобы заметить и пресекать подобные попытки. К сожалению, мы не можем быть уверены в том, что так будет продолжаться и дальше. Рано или поздно, но мы допустим ошибку, которая может привести к срыву завесы с нашего обмана.

Так же Михаил не стал упоминать о том, что, возможно, это уже произошло.

В распоряжении Дэвиса выделили более двадцати курьеров, которые отправлялись из Лаконии сюда, к Галахду, каждые двенадцать часов. Они доставляли данные, после чего разворачивались, чтобы отправится в новый восьмидесяти шестичасовой перелёт обратно. В итоге, после каждого донесения, Гаранов и его офицеры имели двенадцатичасовое окно, в которое могло произойти всё, что угодно.

– Что касательно Райна и Седьмого флота?

– Они почти готовы, – не без удовольствия заявил главнокомандующий ВКФ. – Восемь дредноутов Седьмого флота. Плюс десять под командование адмирала Сверидовой. Так же их корабли усилены тремя эскадрами из оперативных групп системной обороны Галахда и Траствейна. Все корабли Седьмого Флота, которые возможно было вернуть в строй к моменту начала операции, уже готовы. Райн со своими кораблями отправится согласно графику. На данный момент это крупнейшая группировка кораблей, которую мы задействуем в ходе этого конфликта.

Локен медленно кивнул.

– Мы сможем и дальше поддерживать созданное прикрытие?

– Думаю, что глава РУФ сможет лучше ответить на этот вопрос, господин президент, – уклонился от прямого ответа Гаранов.

Локен посмотрел на сидящую с правой стороны женщину.

– Изабелла?

– Мы делаем всё, что в наших силах, – спокойно и без нервов произнесла Решар. – На данный момент всё указывает на то, что всё идёт именно так, как и задумано.

– Но стопроцентной уверенности у вас нет?

– Её никогда не бывает, господин президент, – всё тем же уверенным тоном отозвалась Решар. – Но мы не сидим со сложенными руками. Сейчас пока ещё рано говорить, но могу отметить, что за последний месяц нам удалось выявить достаточно большое количество рейнских агентов или же сотрудничающих с ними наших граждан, о которых ранее не было известно.

Присутствующие нахмурились.

– Можете рассказать поподробнее, – попросил Локен.

– Как я уже сказала, сейчас в подробности вдаваться нет смысла, – пожала плечами Изабелла.

– Но почему этого не было сделано раньше?

– Эта работа не так проста, как кажется, господин президент. Могу лишь заметить, что скорее всего это связанно с попытками рейнской разведки узнать о неожиданных перемещениях нашего флота, связанных с операцией «Катапульта». Они тратят огромное количество сил на то, чтобы разгадать наши замыслы и идут на риск там, где не стоило бы. Пожалуй, я бы даже сказала, что в некоторых моментах этот риск не обоснован. Отдельно хочу отметить помощь, оказанную со стороны Шестого отдела МВД. Люди директора Эйхарта оказали нам большую поддержку в этом.

– Эти люди уже арестованы? – задал вопрос сидящий напротив адмирала человек.

Джино Мелар, как и всегда, был одет в безукоризненный серый костюм тройку.

– Конечно же нет, советник, – Изабелла посмотрела на него, как на идиота. – Сейчас мы лишь следим за этими людьми. Арестовывать их прямо сейчас – значит раскрыть противнику то, что мы знаем о его агентах. В этом просто нет смысла.

– Значит, вы собираетесь их использовать? – в свою очередь поинтересовался президент, мысленно поблагодарив своего советника по национальной безопасности за то, что тот успел задать этот вопрос раньше него.

Говард не любил выглядеть глупо.

Решар кивнула.

– Да. На мой взгляд это будет лучшем их применением.

Говард несколько секунд раздумывал, прежде чем кивнуть.

– Хорошо. Михаил, когда Райн готов будет выступать?

– Через пять дней Седьмой флот покинет Фаэрон, господин президент, – мгновенно ответил Гаранов. – По нашим расчётам отправленная ранее разведывательная группа уже сегодня должна достигнуть Сульфара. У них будут эти пять дней, плюс ещё двенадцать, которые займёт переход Седьмого флота к системе Валетрия.

– Значит всё решиться примерно через три недели, – сделал свой вывод Локен, не к кому в особенности не обращаясь.

Гаранов не стал его поправлять. В конце концов он действительно был в чём-то прав. Чем бы в итоге не закончилась операция «Катапульта», это действительно произойдёт через три недели.

Хоть сейчас он бы и не решился на это, но по вечерам, наедине с собой, Михаил признавался в том, что ему не нравился этот план.

Нет, с оперативной точки зрения он действительно был превосходен. Как и любой «бумажный» план. Проработан настолько, насколько это вообще было возможно в их силах. И, всё же, он был сложен. А Гаранов, как и любой военный, не любил сложных планов. Слишком в них много мелочей. Слишком много того, что могло бы пойти не так, как задумано. Достаточно всего одной мелочи, чтобы вся задумка пошла прахом.

И, тем не менее, это их лучший шанс на то, чтобы получить хоть какое-то превосходство в этой чёртовой войне.

Да, победы у Лаконии и Звезды Дария внушали оптимизм. Особенно у людей на улицах, что видели на своих экранах громкие репортажи о победах верденского флота. Наверное, если бы войну можно было бы выиграть громкими заявлениями и репортажами, то они бы уже принимали капитуляцию Протектората на Новой Саксонии.

К их несчастью, всё было чуточку сложнее.

Как ни посмотри на ситуацию, они всё ещё сражались исключительно с силами одного лишь Второго флота. Да, ВКФ удавалось сдерживать их и даже одерживать значительные победы, вот только их цена оказывалась куда выше, чем Михаил хотел бы за них платить.

Пусть Четвёртый флот и оставался временно выведенным из игры, но оставались ещё Первый и Третий. Берншталь и Винсент-Рау пусть и не были столь же известны, как и Штудгард, но недооценивать их было бы чересчур опасной ошибкой. И Михаил был далеко не так глуп, чтобы допустить подобное.

Единственное, чего он до сих пор не мог понять, так это причины, по которой Протекторат всё ещё не задействовал их силы. Возможно ли, что полученные РУФ данные о том, что их модернизация подходила к концу оказалась ошибочной, а все силы были брошены на то, чтобы подготовить к этой войне Второй флот? Но тогда какой в этом смысл? Почему было просто не подождать несколько лет и не начать боевые действия с наступления сразу трёх флотов, а не только лишь одного?

Эти вопросы не давали Гаранову спать по ночам. Короткого взгляда на спокойное, с едва заметными следами усталости и недосыпания лицо Решар, хватило, чтобы понять. Мучали они ни его одного.

– Думаю, что стоит обсудить ещё один вопрос, – стараясь скрыть собственное раздражение при взгляде на последнего человека в кабинете произнёс Говард, поворачиваясь к своему давнему политическому противнику.

Сидящий за столом вместе с президентом и адмиралами Кеннет Бран, бывший президент Вердена, а нынче человек с очень расплывчатым статусом, вздохнул.

– Сульфарцы хотят, чтобы мы помогли им вернуть власть в законные руки... – начал Бран, но Говард его резко перебил.

– То есть они хотят, чтобы мы помогли им свергнуть нынешнее правительство, – произнёс он холодным тоном.

– Ну, думаю, что можно назвать это и так, – спокойно заключил Кеннет.

– Это было ожидаемо, – вмешался в разговор Гаранов. – В случае, если обе части операции «Катапульта» пройдут успешно, то это будет наилучшим результатом для нас.

– К сожалению, адмирал, всё не так просто, – вновь заговорил Мелар. – Видите ли, не знаю, известно ли вам или нет, но Сульфар совсем недавно являлся колонией Земной Федерации. Они не так давно получили независимость...

– Как будто Рейнцев это остановило от того, что они сделали, – едва ли не выплюнул адмирал. – Сульфарцы сами сказали, что хашмиты получали от них прямую поддержку...

– Мало кого будет заботить то, что они сказали, – пожал плечами Джино. – В данный момент правительство Рустала является законным на планете. И даже если бы мы сейчас представили доказательства того, что они причастны к мятежу против королевской семьи, то никому не будет никакого дела. Наши слова, против свершившегося факта.

Джино вдруг рассмеялся.

– Если хотите, то можете называть это актом несколько радикального, но всё же свободного решения народа Сульфара.

– Наше вторжение на Сульфар и помощь повстанцам может создать опасный прецедент, – пояснил президент. – Рейн не так опасно связан в торговом отношении с пространством Федерации, как мы, что, в свою очередь, ставит нас в весьма опасное положение.

– И что? Мы обещали, что поможем им! – резко заявил Бранн. – Именно эти люди предоставили нам информацию, благодаря которой ваша операция стала возможной. Михаил сам говорил, что эта победа сможет дать нам огромный толчок, в случае если удастся получить для нашего флота те же условия в Валетрии, что сейчас есть у Рейна. Принц Шехар пообещал...

– Кеннет, – перебил его Говард. – Сейчас их принц не более, чем обычный мятежник и террорист. Любое цивилизованное правительство сочтёт его деятельность, как террористическую и направленную на подрыв действующей власти. Ты и так прекрасно знаешь, насколько сложно вести отношения с землянами. Если мы сейчас вторгнемся на одну из их бывших колоний и избавимся от Рустала, то тем самым дадим им... не рычаг давления, а скорее повод, чтобы это давление на нас оказывать.

– Существует и другой вариант решения проблемы, – Мелар посмотрел на президента и тот кивнул. Они уже обсудили это наедине вместе с главой дипломатической службы Вердена и министром внешней политики. – Вместо того, чтобы вмешиваться во внутреннюю политику Сульфара и провоцировать возможность новой гражданской войны, мы можем избежать всех опасных подводных камней и просто заключить договор с Русталом.

Кеннет с трудом проглотил застрявший в горле ком.

– Договориться с Русталом? – медленно спросил он.

– Верно, – Говард откинулся на спинку своего кресла, скрестив руки на груди. – Учитывая всё, что уже произошло, он не захочет терять полученную власть. Как правило, такие люди практичны. В политике они будут руководствоваться в первую очередь своими интересами. Если «Катапульта» закончится нашим успехом, то у него просто не будет другого выбора, как заключить с нами нужное для нас соглашение.

– Но наши договорённости с сульфарцами...

– У нас нет с ними никаких договорённостей, Бранн! – отрезал Локен. – Они террористы, которые борются с законным правительством своего мира. С законным, Кеннет! И я не собираюсь рисковать верденской экономикой, втягивая нас в новую гражданскую войну на Сульфаре! Они предоставили нам информацию. Спасибо. Мы очень благодарны. Если к тому моменту, как туда прилетит Райн, планетой будет руководить Аль Хан, то значит заключим договор с ним. Если нет, значит нет. Мне глубоко наплевать на то, с кем договариваться если это поможет нам в войне с Протекторатом и не подставит под возможные проблемы со стороны Федерации.

Ища хоть какой-то поддержки, Бран посмотрен в сторону Гаранова, но тот отвёл глаза в сторону, не желая встречаться с ним взглядом. Одного этого жеста хватило для того, чтобы понять истину.

– Вы уже приняли решение, не так ли? – спросил он чуть хриплым голосом, чувствуя, как на лбу выступила испарина.

– Райн уже получил приказ не вмешиваться в происходящее на планете, – вместо президента ответил на вопрос Джино. – На данный момент наша первоочередная задача – ликвидация присутствия рейнского флота в системе Валетрия. По сравнению с этим всё остальное вторично.

Глава 20

Валетрия

Станция РВКФ «Баннаджер» на орбите Индриана

Остатки Седьмой и Шестой эскадр Второго флота РВКФ застыли в причальных секциях станции. Все корабли Ретто Фридхолда, пережившие два сражения в системе Нормандия и последующий за ними бой у Бедергара, наконец добрались до базы и получили право на заслуженный отдых. Своим приказом адмирал Штудгард отправил их в Валетрию для давно ожидаемого ремонта и переформирования.

Были среди них и корабли эскорта, приписанные к подконтрольным Фридхолду силам.

К их счастью, «Трансильвания» и «Цепеш» практически не пострадали во время битвы у Бедергара. Дивизион под командованием Вильяма Форсетти оказался в эскорте дредноутов самого Фридхолда, что спасло их от той жуткой бойни, которую верденцы устроили коммодору Столтенбергу и его группе.

В тоже самое время каждый член их экипажей испытывал злость и разочарование от того, что их корабли лишь едва успели поучаствовать в самом конце, ведя огонь по отступающим к гипергранице верденцам.

Поэтому, в отличие от многих других капитанов, кому повезло не так как ему, Вильям Форсетти был несказанно счастлив, что все его потери можно было легко компенсировать погрузкой боеприпасов и пополнением запасов реакторной массы и припасов.

За прошедшее с момента его вступления в должность капитана «Трансильвании» время, крейсер и его экипаж показали себя просто великолепно. Особенно если учесть, как началась служба судна. Произошедшее на Померании, гибель верфей комплекса «Бальт» и смерть в гравитационных объятиях планеты, с которой корабль и его команда едва разминулись, сплотило их. Форсетти буквально кожей ощущал, как в его людях росла гордость за самих себя и за свой корабль.

–...таким образом, дамы и господа, боюсь, что мы застряли здесь на довольно продолжительный срок, – подвёл итог достаточно продолжительного совещания Фридхолд, стоя перед командирами своих кораблей. – Как вы уже должно быть знаете, на время от одного до трёх месяцев наше соединение будет приписанное к силам обороны Валетрии, пока не будут закончены ремонтные работы и не прибудут подкрепления, дабы восстановить наши подразделения.

По лицам собравшихся пробежало несколько улыбок, да и сам Форсетти не мог не заметить короткую ухмылку на лице их адмирала. После Бедергара подобное назначение, пожалуй, правда можно было бы назвать настоящим отпуском.

Стоящий в центре просторного зала для совещаний, Фридхолд, должно быть почувствовал настроение своих людей.

– Знаю, о чём вы сейчас подумали. Нам дали время на то, чтобы зализать раны и восстановить свои силы. Пока адмирал Штудгард удерживает Бедергар и оказывает давление на верди у Лаконии и Звезды Дария, они вряд ли решатся на что-то подобное их атаке на Померанию. Так что нам дали небольшую передышку... Да, Константин?

Обративший на себя внимание начальства капитан одного из дредноутов поднялся со стула.

– Адмирал, существует ли вероятность того, что верди нанесут удар здесь?

Вильяма, кстати, тоже интересовал подобный вопрос. Потому, что возможность подобного не рассматривал лишь идиот. Верденцы, если только они не полные идиоты, прекрасно понимали, что РВКФ использует Валетрию в качестве передовой оперативной базы.

Как оказалось, их командир так же не входил в число умственно отсталых.

– Конечно, – кивнул он. – Подобная вероятность существует. Именно по этой причине большая часть Второго флота находится в Бедергаре. По данным разведки верденцы если и начнут наступление, то первой целью станет именно он. В пользу этой теории говорит то, что они постепенно начали накапливать корабли в Лаконии, а этой лучшая позиция для удара по Бедергару и силам адмирала Штудгарда.

Ретто окинул помещение взглядом, посмотрев на своих офицеров.

– В любом случае, даже если они решатся на подобный шаг, адмирал всегда может отступить сюда, к Валетрии. Так что пока переживать нет смысла. Валетрия укреплена достаточно для того, чтобы выдержать возможный удар. Наша же задача – как можно скорее отремонтировать корабли и вернуть утраченную боеспособность. Так что предлагаю в первую очередь сосредоточиmтся на этом...

– Будут ли разрешены визиты на планету? – спросило кто-то из зала.

– Да, – кивнул Фридхолд, посмотрев на планшет в своих руках. – Мы уже обсудили этот момент с комендантом базы на Сульфаре. Если есть желающие, то они могут спустить на поверхность.

Форсетти удовлетворенно кивнул. Всё же они находились в космосе уже более полугода с того момента, как «Трансильвания» покинула систему Меклен. Шесть долгих месяцев вдали от любой твёрдой поверхности и естественных источников гравитации.

Сам Вильям не страдал от отсутствия возможности прогуляться по земле, но понимал, что далеко не все на его месте могут выдержать половину стандартного года без возможности отдохнуть. Как бы не старались системы жизнеобеспечения, но рано или поздно рецеркулированный воздух становился всё более и более удушливым и тяжёлым, даже несмотря на то, что все проверки говорили об обратном. Дело не в неисправности оборудования. Проблема заключалась в психике самих людей. Даже самым стойким порой необходимо было покинуть скорлупку своего корабля для того, чтобы напомнить себе о существовании мира за его пределами.

– Правда есть определённые ограничения, – тут же добавил Фридхолд. – Положение на планете довольно нестабильное, особенно в её северо-западных регионах. Поэтому спуск на поверхность разрешён лишь в пределах планетарной столицы. Так же не забудьте, что перед этим необходимо сделать полный курс вакцинации. Не хватало ещё занести на корабли какую-нибудь местную заразу. Списки на посещение планеты можете подавать в обычном порядке в формате трёхдневной увольнительной...

Когда совещание закончилось, народ начал постепенно расходиться. Капитаны военных кораблей не попадали в ту категорию людей, у которых есть свободное время. Даже если в какой-то конкретный момент они по какому-то невероятному стечению обстоятельств оказывались свободны, то всегда стоило помнить о начальстве, готовом этот досадный недостаток исправить.

И, будто вспомнив об этом непреложном постулате, под самый конец совещания Фридхолд назвал имена полутора десятков офицеров и попросил их остаться.

Вильям быстро попрощался с Манфредом, пообещав связаться с ним после того, как освободится и направился к адмиралу.

– И так, – заговорил адмирал. – Понимаю, что у вас и без того много забот, но ситуация такова. С учётом возвращения наших кораблей и того, что адмирал Штудгард забрал с собой значительную часть лёгких сил из Валетрии, мы пересмотрим протоколы патрулирования системы.

Быстро набрав на планшете нужную команду, Фридхолд вывел на голографическом проекторе схематическую карту системы.

– Поскольку в данный момент наши силы несколько ограничены, я решил, что лучшим вариантом будет переработать их. Теперь мы будем действовать по следующем правилам...

Обычно охрана и наблюдение за космическим пространством осуществлялась тремя способами. Первый и самый часто используемый – беспилотные сенсорные платформы. Они равномерно, на сколько это было возможно, распределялись по всему пространству, дабы обеспечить наблюдение за гиперграницей. Чаще всего это делалось таким образом, чтобы захватить ещё и приличный кусок космической пустоты за её пределами. На тот случай, если корабли возможного противника решат выйти в отдалении для того, чтобы остаться незамеченными.

Следом за сенсорными массивами шли корабельные пикеты.

Они так же располагались на внешних рубежах. Да, их оказывалось значительно меньше, чем наблюдательных станций, но в тоже время они обладали двумя значительными преимуществами. Мобильностью и вооружением. Это позволяло им не только осуществлять наблюдение за контактом, но, в случае необходимости, произвести его перехват.

Третьим и последним рубежом обороны шли уже станции астрографического контроля размещённые в глубине системы. Помимо наблюдения они агрегировали всю доступную информацию, собранную другими средствами и анализировали их.

Это обычные правила, которые, впрочем, в условиях Валетрии несколько изменились. Во-первых, сейчас система превратилась в крайне важную и хорошо защищённую перевалочную оперативную базу. А во-вторых, размещённые на границе системы сенсорные массивы, охватывали пространство вокруг гиперграницы почти на целый световой час. Это, в купе со всеми остальными предпринятыми рейнский флотом мерами, делало скрытное проникновение в Валетрию практически невозможным.

Поэтому причина, по которой Фридхолд вызвал своих офицеров, заключалась в другом.

Сульфарские торговые корабли всё чаще совершали рейсы за пределы Валетрии. Более того, рейнцы не мешали сульфарцам использовать сохранившиеся в системе объекты космической инфраструктуры. Да, пусть для них они и выглядели отсталыми, но по меркам Сульфара даже это было необходимо.

– ...таким образом, вашей основной задачей будет слежение за нашими гостеприимными хозяевами. Сейчас их суда совершают рейсы по заранее согласованным маршрутам. Так и должно оставаться впредь.

Фридхолд указал на области патрулирования.

– В вашу задачу будет входить досмотр и проверка всех без исключения судов, проходящих через подконтрольные вам районы. Мы уже начали проверять сульфарские грузовые суда. Местным это не очень нравится, но...

Адмирал пожал плечами, тем самым показав, что протесты местных не особо его беспокоят.

– Соответственно, с завтрашнего дня я хочу, чтобы как минимум четыре дополнительные группы осуществляли наблюдение за внешней частью системы и еще четыре за внутренней. Состав групп следующий.

Ретто начал называть отдельных офицеров и Форсетти быстро понял, что в состав каждой входил один тяжёлый или же лёгкий крейсер и шесть корветов. На самом деле неплохая идея. Единственное, что разочаровывало самого Вильяма, так это то, что в ближайшее время его экипажу вряд ли удастся сойти на берег для отдыха. Видит бог, они его заслужили, но на нет и суда нет.

– ...и последние, – дошёл Фридхолд до конца списка, – коммандер Вильям Форсетти и капитан Акидзучи Рен. Планы патрулирования подготовить в течении трёх часов и прислать в трёх копиях мне, моему начальнику штаба и командиру станции. На этом всё, господа.

Офицеры начали расходиться, а Вильям посмотрел на доставшегося ему в напарники капитана. Невысокая, чуть ли не на полторы головы ниже самого Форсетти, эта женщина с прямыми, снежно-белыми волосами выглядела внешне настолько хрупкой, что было даже страшно до неё дотронутся. Будто вырезанный из тончайшего хрусталя цветок.

Правдо это ощущение разлеталось вдребезги, стоило только посмотреть на холодное, решительное лицо с твёрдыми, как алмаз глазами.

– Коммандер Форсетти.

Даже голос у неё звучал как-то... прохладно, подумал Вильям.

– Капитан Акидзучи, – улыбнулся он, правда не получив хоть какой-то ответной реакции. – Рад знакомству.

– Взаимно, сэр, – всё тем же бесцветным голосом отозвалась она. – Я подготовлю информацию о корветах моего дивизиона. Могу прислать её вам в течении часа и...

– Капитан, – вдруг прервал её Форсетти и глянул на часы, – а пойдёмте пообедаем?

– Я... чего?

Стоящая перед ним девушка несколько раз хлопнула глазами от удивления.

– Почему бы и нет, – неожиданно сказала она и улыбнулась.

***

Сульфар

– Они всё ещё не выходили на связь?

– Нет, – донёсся из динамика комма голос Шехара. – Лиза, им ещё двадцать пять часов добираться до планеты от гипер границы. Да и вряд ли они рискнут отправить сообщение. Узконаправленного передатчика у них нет. А даже если бы и был, то я бы на их месте не стал бы им пользоваться. Только не тогда, когда в системе столько рейнских кораблей.