Текст книги "Последний (СИ)"

Автор книги: Наталия Московских

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 40 страниц) [доступный отрывок для чтения: 17 страниц]

48

Оказавшись на улице, Стивен наполнил легкие холодным зимним воздухом, и, не оборачиваясь, направился к своей машине. Он бегло бросил взгляд в сторону старого Форда Тайрелла Грина. Молодой человек даже не повернулся к детективу: он смотрел вперед, монотонно барабаня тонкими пальцами по рулю.

Сев в машину, Стивен завел двигатель и вскоре тронулся с места. Повернув за угол, он вновь припарковался, набрал номер Тайрелла Грина, и молодой человек поспешил ответить.

– Успех, детектив, – тут же отозвался он. – Орел в гнезде. Или лучше использовать другую кодовую формулировку?

Стивен нахмурился.

– Лучше не использовать никаких формулировок, которых ты нахватался из дешевых боевиков, Тайрелл, – буркнул он. – Ты поймал сигнал?

– Еще как. Прием чистый. Правда, пока что там тишина, только ходьба какая-то, но никто ни с кем не разговаривает. Как чего поймаю, дам знать.

– Отлично. Скажи, ты можешь чуть отъехать оттуда без потери качества сигнала? Не хочу, чтобы Талос видел твою машину из окна.

– Могу немного. Я ж почти на трех тысячах футов могу словить звук.

– Хорошо, тогда так и поступи. Дистанцию регулируй сам.

– Лады, детектив, – хохотнул Грин. – Сделаем в лучшем виде.

– Спасибо, – вздохнул Стивен. – С меня причитается.

– С вас сытный обед, – небрежно отозвался Грин. – Короче, бывайте, детектив. Конец связи.

Бросив последнюю фразу с нервным смешком, молодой человек положил трубку. Стивен прикрыл глаза, сцепил руки на руле и уперся в них лбом.

Назад дороги нет, – напомнил он себе. – Только бы это все было не зря. Только бы…

Требовательный звонок сотового телефона заставил его вздрогнуть и резко выпрямиться. Он, не глядя, ответил, стараясь сохранить голос строгим и бесстрастным.

– Монро слушает.

– Стивен, ты где? – на том конце провода звучал встревоженный голос детектива Конвей.

– Я… – он прочистил горло, – могу быть в участке через час. Что-то случилось? Что сказала доктор Маркес по поводу тела Келлера?

– Для начала она сказала, что на его лице есть следы чужой крови, причем, принадлежит она не одному человеку, а нескольким. Я связалась с полицейским управлением Гудленда и поговорила обо всем. Боюсь, у нас замкнутый круг с этим делом: Крис Келлер оставил следы своих зубов на шеях всех шестнадцати жертв. В итоге у нас шестнадцать трупов и мертвый убийца. Гудлендское отделение полиции передает нам все материалы дела, так как для них оно закрыто, убийца мертв. Что до его мотивов… не думаю, что их сильно интересует, что двигало Келлером, для них главной задачей было идентифицировать убийцу. Наверное, у них отлегло, когда они поняли, что им не придется возиться в такой грязи…

Стивен хмыкнул.

– В прессу новость пока не просочилась?

– Журналисты проворонили нужный момент, но уже вынюхивают. Пока что полиция Гудленда комментариев не давала, но, боюсь, скоро стервятники начнут осаждать уже нас. У журналистов нюх на громкие дела, они заявятся, будь уверен.

– Возможно, вмешательство прессы будет нам только на руку. Эти ребята не с меньшим фанатизмом, чем мы, проводят расследования, а в нашем случае нам не помешает помощь, потому что у Ривер Уиллоу может почти не быть времени… – Монро качнул головой, призывая себя сосредоточиться на других вопросах. Планы на вмешательство прессы он собирался строить уже по дороге в Лоренс. – Впрочем, с этим потом. Что еще с Келлером? На его теле обнаружили следы укусов?

– Обнаружили. На левой руке.

– Ты его видела? На что это похоже?

– Тела я не видела, Стивен. Доктор Маркес опасается подпускать к нему кого-то, пока не удостоверится, что оно не представляет биологической угрозы.

Монро нахмурился.

– Погоди… Маркес считает, что на теле Криса Келлера тестировали биологическое оружие?

– Ты бы слышал, в каком состоянии сейчас находится тело. Черт, я даже не знаю, какой версии мне вообще хочется верить – твоей безумной с вампирами или той, что связана с биологическим оружием.

Стивен вздохнул.

– Расскажи по порядку, прошу тебя.

Грейс Конвей передала основные тезисы своей беседы с доктором Терезой Маркес. По ходу рассказа Стивен хмурился, задумчиво потирал подбородок и сжимал кулаки, однако не позволил себе перебить напарницу.

– Пока успокаивает лишь то, что у санитаров никаких тревожных признаков не обнаружено, однако в карантине они проведут еще, как минимум, сутки под пристальным наблюдением врачей. Если хоть что-то в анализах будет тревожным, первый звонок будет в ЦКЗ[7]7
  Центр по Контролю Заболеваний.


[Закрыть], а дело сразу перейдет в разряд дел национальной безопасности.

Стивен качнул головой.

– Я не думаю, что это биологический терроризм, – хмыкнул он.

– Ты до сих пор думаешь о том, что ко всему причастен вампир? – в смешке Грейс послышалась усталость и нервозность. Стивен не стал говорить о том, как неистово завопило его чутье, когда он увидел «Дракулу» Брэма Стокера в числе любимых офисных книг Талоса. Разумеется, книга имеет большую популярность, и ее наличие в кабинете бизнесмена нельзя было назвать даже косвенным доказательством какой-либо связи этого дела с вампирами, но… Монро видел уже слишком много этих косвенных совпадений, и профессиональный нюх вел его, как обоняние ведет поисковую собаку через заросли.

– Как минимум, я уверен, что к нашему делу причастен Дрейк Талос.

– Как, кстати, прошел ваш разговор?

– Он от всего отпирается. Был очень рад, когда я попытался выставить его возможной жертвой Джонатана Твиста. Расслабился тут же.

– То есть, у нас на него все еще ничего нет, – вздохнула Грейс.

– Но он что-то знает. И скоро я узнаю, что именно. Я съездил к Тайреллу Грину, помнишь его?

Грейс выдержала паузу, припоминая имя.

– Радиолюбитель? И причем… – поняв, к чему клонит напарник, Грейс ахнула и тут же заговорила шипящим шепотом. – Стивен, черт, у тебя не было на это права! Если тебя поймают на этом…

– Знаю, знаю, – Монро прекрасно знал, что для прослушивания помещения ему нужно было сначала подать ходатайство в суд, но на это у него не было времени. За годы работы в полиции, дослужившись до звания лейтенанта, Монро научился доверять своим предчувствиям. Иногда они подсказывали нечто, казавшееся поначалу нереальным, однако практика показывала, что оставлять свои предчувствия без внимания не следует. Сейчас – несмотря на всю фантастичность версии, которую он выдвинул – Стивен тоже оставался верен своим предположениям. Слишком многое разбегалось по разным направлениям при любой попытке рационализировать это дело. И только когда в обстоятельства вмешивалось сверхъестественное существо, о котором говорил Крис Келлер, можно было связать воедино этот клубок.

Слова убитого юноши до сих пор эхом звенели в голове Монро.

Да говорю же я вам… и коллегам вашим уже сказал: это был чертов вампир, мы всю ночь искали о нем информацию! Проверьте вы это, не списывайте на бред, я не сумасшедший! Вас разве не учили отрабатывать все версии?

Возможно, дело в чувстве вины, которое Стивен испытывал перед Крисом Келлером? Он не мог выбросить из головы мысль, что позволил юноше умереть, не сумел защитить его. Быть может, если бы он его просто послушал…

Но в глубине души Стивен знал, что дело не только в этом.

Разве меня не учили отрабатывать все версии? Учили. И это не первое дело, которое заставляет меня больше узнать о нашем мире. Скажем так, нечто не становится невозможным лишь потому, что я в это не верю или никогда с этим не сталкивался.

– Стивен, у нас никаких подвижек, а время идет. Крис Келлер мертв, и Ривер Уиллоу, вполне возможно, тоже. Если ее заразили тем же самым… если на нее воздействовали таким же образом, скоро нам и нечего будет искать, ты понимаешь? Возможно, нам стоит подключить к делу ФБР уже сейчас, пока не налетела пресса? Версию с тем, что на теле Криса Келлера испытывали какое-то новое биологическое оружие, нельзя отметать, равно как и твои… предположения.

Монро понимал, что слово «предположение» напарница вставила вместо просившегося на язык слова «бредни». Он устало улыбнулся.

– Я соглашусь с тобой, но для начала хочу, чтобы узнала еще кое-что. Сможешь?

На том конце провода послышался тяжелый вздох.

– Что узнать?

– В Лоренсе по адресу 732, Северная Седьмая Улица есть небольшая гостиница «Убежище». Ее владелец – Дрейк Талос. Я хочу выяснить, не появлялся ли там человек по имени Джонатан Твист. Ты сможешь попытаться это выяснить, не давая понять, что работаешь в полиции?

Грейс хмыкнула.

– Ладно, – согласилась она. – Но, Стивен, если до сегодняшнего вечера у нас в деле не будет никаких продвижений, а доктор Маркес сообщит еще что-нибудь…

– Тогда мы будем говорить с капитаном и свяжемся с ФБР, АНБ и с кем захочешь. Договорились?

– Договорились.

Стивен Монро повесил трубку и вновь тронулся с места, направляясь обратно в Лоренс, понимая, что это самое долгое Рождественское утро в его жизни.

49

Гудленд, штат Канзас 25 декабря 2003 года

Джеймс проснулся и тут же поискал глазами Ривер. Девушки в комнате не оказалось, но из ванной комнаты слышался звук льющейся из душа воды, и Харриссон тут же перестал тревожиться за судьбу своей спутницы.

Полежав еще несколько минут, он понял, что достаточно проспал, и пришло время снова брать себя в руки и вставать. У него не было возможности слишком долго приходить в себя после ранения.

Подняться ему удалось с большим трудом. Обильная кровопотеря не переставала давать о себе знать, и тело Джеймса предательски пошатывалось, делая жалкие несколько шагов к стулу, на котором висел подобранный для него из одежды прошлых постояльцев черный свитер. Преодолев небольшое расстояние от кровати до стула, Харриссон устало оперся на стену, и левую сторону груди прострелила боль, заставившая его поморщиться и приложить руку к ране. Он недовольно покосился на повязку, но, похоже, кровотечение, вопреки его ожиданиям, не возобновилось. Зато по всему телу разлилась тяжелая, чугунная слабость, а на лбу выступили мелкие капельки пота.

Слишком слаб, – мелькнула назойливая мысль, заставившая его в который раз осознать: в таком состоянии ему Ривер от Декоре не защитить. По крайней мере, ему никак не сделать этого здесь, в Гудленде. Стоит им добраться до Арвады, и опасность минует. Нужно было уезжать отсюда, пока не начались новые напасти. Обыкновенно Декоре старался держаться как можно дальше от Джеймса, но в ситуации с Ривер Уиллоу он оказался удивительно настойчив. Скорее всего, на безумные поступки его толкало отчаяние: он, наверняка, полагает, что девушка может стать настоящим вампиром, тем самым продлив существование этого мерзкого отростка эволюции еще на некоторое время. И если это действительно возможно, допустить этого ни в коем случае нельзя. Джеймс знал, что не просит себе еще одну жизнь, которую не успел спасти. Да и то, как Ривер Уиллоу вела себя во всей этой ситуации – крайне дикой для обыкновенной девушки из Лоренса, стоило заметить – невольно заставляло Харриссона искренне симпатизировать своей спутнице. Любая другая на ее месте уже билась бы в истерике и совершала одну глупость за другой. Ривер же вела себя крайне собранно, словно не раз оказывалась в подобных обстоятельствах.

Джеймс тяжело вздохнул и постарался осторожно натянуть свитер. Рана, не переставая, отзывалась болью, но нужно было заставить себя не замечать ее. Потерпеть осталось только до Арвады, там можно будет перевести дух, как того упрямо требовало поистрепавшееся с годами тело. С горечью Харриссон осознал: он уже не тот, что прежде. Десять лет назад он мог выдержать гораздо больше, а теперь…

Он знал, что стареет. А Декоре при этом совершенно не меняется. Дай Бог, если он стал выглядеть хоть на год старше с момента их с Джеймсом последней встречи. Его физические способности тоже, надо думать, не дают сбоев. Если бы он так не осторожничал и регулярно позволял себе человеческие жертвы, он и вовсе мог бы стать машиной для убийства, но то, что он – последний вампир, сильно подрезáло ему крылья и заставляло вести себя аккуратно, не привлекать к себе внимания, не попадаться на глаза, скитаться. А ведь при этом у него довольно большой дом недалеко от обрывистого берега реки Шелл-Крик в Вайоминге, в который Декоре теперь не рискует возвращаться.

От размышлений о своем враге Харриссона отвлек смолкший звук льющейся воды в ванной комнате. Джеймс понял, что на то, чтобы надеть свитер, у него ушло непозволительно много времени. Следовало собраться поскорее.

Осторожно, продолжая опираться о стену, он присел на одно колено и раздражающе медленно начал возиться с правым ботинком, понимая, что сейчас его скорость никуда не годится. Пока он старался обуть второй ботинок, голова предательски закружилась, и Джеймс едва не упал на пол, хотя до обморока – он понимал – дело бы не дошло.

Дверь в ванную комнату открылась, и Ривер, одетая в темные джинсы и позаимствованный у прежних постояльцев стараниями Анжелы красный вязанный свитер, остановилась перед Харриссоном. Ее короткие волосы на затылке были чуть мокрыми, и девушка старательно отирала их полотенцем.

– Джеймс! – воскликнула она, и в голосе зазвучало нескрываемое осуждение. – Почему вы встали? Вам нужно беречь силы…

– Нам пора уезжать, – возразил Харриссон, не сумев не отметить в своем тоне заметные усталые нотки. – Мы слишком долго здесь находимся, этого нельзя делать. Нам опасно задерживаться где-либо, кроме «Креста». Безопаснее будет, если мы хотя бы просто пересечем границу с Колорадо.

Ривер поджала губы.

– Джеймс, вы явно еще не в состоянии куда-либо ехать. У вас пулю из груди вытащили, черт возьми! Это только в кино человек после этого может встать и продолжить с кем-то сражаться, в жизни после таких ран нужно еще несколько недель интенсивной терапии.

Харриссон хмыкнул. Ривер говорила, как человек, который неоднократно слышал нечто подобное от знающего специалиста. Джеймс невольно задумался о том, что девушка, должно быть, довольно близка со своими родителями и, несмотря на всю ее собранность и выдержку, скорее всего, не перестает думать о том, как мать и отец беспокоятся за нее.

– И все же, придется нам поступить, как показывают в кино, – примирительно сказал Харриссон. – Сама подумай: чем быстрее мы доберемся до Арвады, тем быстрее ты сможешь дать своим родным понять, что ты еще жива.

Как Джеймс и ожидал, Ривер заметно потупилась, и прежний жар, с которым она готова была уговаривать его остаться в мотеле, поутих.

– Рано или поздно в «Мотель Черного Дрейка» явится полиция, если уже не явилась. На наш с тобой след могут выйти, а это может дать Валианту понять, где мы находимся. К тому же меня не оставляет мысль о том, как его «перевертышу», – он сделал паузу, услышав, что Ривер выдохнула чуть резче при упоминании своего погибшего друга, – как… Крису удалось найти нас так быстро. Связи с тобой у него быть не могло, тебя по наличию яда в крови мог найти только Валиант.

– Значит, он и нашел, – неуверенно пожала плечами Ривер.

– Не на таком расстоянии, – покачал головой Джеймс. – Вампиры могут чувствовать своих зараженных, знать, что они живы и где-то находятся. Но с такой точностью из Лоренса в Гудленде Валиант тебя почувствовать не мог.

– Может, он последовал за нами сразу? – предположила Ривер, внутренне содрогаясь. Ее и саму посещали эти мысли, но она старалась отгонять их подальше. Она хотела убедить, скорее, себя, чем Джеймса, в том, что у Валианта нет сообщников, потому что если они есть, ситуация гораздо опаснее, чем казалась на первый взгляд.

– Невозможно, – снова возразил Джеймс. – Ему потребовалось время на обращение Криса, поэтому, как минимум, час, а то и больше, он потерял. К тому же, во время обращения «перевертыш» никуда двигаться был бы не в состоянии. Валианту потребовалось время и на то, чтобы перевоплощение завершилось, стало быть, еще несколько часов он провел в Лоренсе. Тем не менее, обнаружить тебя и послать за тобой Криса он сумел в кратчайшие сроки. И доставить его в Гудленд тоже сумел очень оперативно. Это значит…

– Что ему кто-то помог, – нахмурилась девушка, наконец, озвучивая собственные опасения. – Думаете, это возможно? Думаете, у него есть сообщники?

– Возможно, я параноик, но мне кажется, что есть, – кивнул Харриссон. – Причем, довольно влиятельные. На то, чтобы отыскать нас, не имея под рукой ничего, кроме номера машины – а его он запомнить мог – требуются определенные связи. Декоре успел добраться до Криса, которого увезли в больницу, заразить его и доставить к нашему местоположению, которое он как-то ухитрился разузнать.

Ривер качнула головой.

– Возможно, параноик здесь не только вы, но мне показалось, что двадцать четвертое шоссе было перекрыто не просто так. Слишком странным было это ограждение, и тот сержант… тоже вел себя довольно подозрительно. Я поначалу подумала, что у меня начинается мания преследования, но после того, что случилось… – она чуть прикрыла глаза, собираясь с мыслями. – И после того, что вы сейчас сказали, я тоже только укрепилась в мысли, что в «Мотель Черного Дрейка» нас зазывали не просто так. Кто-то не хочет позволить нам добраться до Арвады. Кто-то влиятельный, у кого есть знакомые в полиции.

– И возможно, свой вертолет. При всех потерях времени, которые потребовались бы на превращение Криса в «перевертыша», Валиант, похоже, доставил его из Лоренса в Гудленд часа за два-три. То есть, передвигался со скоростью примерно 125–130 миль в час.

Ривер нахмурилась.

– А с какой скоростью летают вертолеты?

– Примерно с такой, – невесело усмехнулся Джеймс. – Понимаешь теперь, почему я хочу как можно скорее убраться отсюда?

Ривер кивнула, однако состояние Харриссона все еще вызывало у нее опасения.

– Вы правы, – вздохнула она. – Нужно уезжать. В идеале нам бы еще заправить машину и купить вам что-нибудь поесть в дорогу, чтобы вы набрались сил. Я не представляю, как вам дастся этот путь в вашем состоянии.

Джеймс снисходительно улыбнулся.

– За меня можешь не волноваться.

– А что с Анжелой и Сэмом? – поджала губы Ривер. – Мне кажется, они могут обратиться в полицию насчет нас, стоит нам покинуть мотель.

Харриссон понимающе кивнул.

– Боюсь, что на это мы никак не сможем повлиять. Тем важнее для нас будет покинуть этот мотель как можно скорее.

Ривер согласно кивнула и начала сборы в путь.

50

Канзас Терпайк 25 декабря 2003 года

Резкий звонок телефона заставил Стивена Монро вздрогнуть. Он нажал на кнопку «принять», толком не посмотрев на номер звонившего. Его автомобиль заметно сбавил скорость, и летевший позади него внедорожник, громко сигналя, перестроился в левую полосу, тут же улетев вперед.

Стивен бросил в адрес лихача пару немых проклятий и произнес:

– Монро слушает.

– Шалом, детектив, – в трубке зазвучал самодовольный голос Тайрелла Грина. – Есть минутка?

– Только если по делу, – недовольно отозвался Стивен. – Есть какой-то прогресс?

– Так точно, – вновь хмыкнул молодой человек. В трубке раздался чавкающий звук. – Моя малышка поймала один разговор из кабинета. Ваш черномазый с кем-то трендел по телефону, говорил нервно. Я все записал, у меня тут прием отличный. Хотите, поставлю?

Стивен нахмурился и, оценив ситуацию на дороге, прикинул нужную скорость, с которой мог двигаться без особой опаски, концентрируясь на словах собеседника.

– Я весь внимание.

– Один момент. Будет фонить, сигнальте, я тут пошаманю, – бодрым голосом сказал Грин. В трубке послышалось шуршание, затем зазвучал голос Дрейка Талоса. Стивен и впрямь весь обратился в слух, чтобы не упустить ни единого слова, и взмолился, чтобы его операция по незаконному прослушиванию офиса Талоса не оказалась напрасной. – Дюмейн? Это Дрейк. Да, заходил. Нормально прошло, он сказал, что Джонатан Твист может представлять для меня угрозу. Знаю. Повезло, что хотя бы этой страховкой он воспользовался, иначе проблем было бы… что? Нет, молчит, – некоторое время и в трубке слышался лишь легкий треск незначительных помех, свидетельствовавших о том, что Талос слушает долгий монолог своего собеседника. – Да знаю я, черт! Но разве Декоре можно вразумить? Я пытался навязать ему сотовый, чтобы с ним можно было по-человечески связываться, но он, видите ли, думает, что с сотовым его будет проще выследить. А я почем знаю? «Харриссонскому Кресту», наверное!

Стивен нахмурился.

Дюмейн? Декоре? Это еще кто такие? И почему разговор, который начинался с Джонатана Твиста резко переключился на какого-то Декоре и его нежелание пользоваться сотовым? Стивен искренне пожалел, что не может услышать, что говорит собеседник Талоса.

Тем не менее, детектив испытал воодушевление: он даже не сомневался теперь в своей правоте. Дрейк Талос упоминал «Крест» в контексте посещения Монро, а ведь в их диалоге об этом и речи не заходило. Ошибки просто не могло быть – Талос имеет самое прямое отношение к этому делу. Вопрос состоял лишь в том, кто такой Декоре и почему он опасается слежки от «Харриссонского Креста». А еще… о какой такой страховке шла речь и почему имя Джонатана Твиста так быстро перестало упоминаться?

Тем временем запись продолжалась.

– Доверяет. Ну… я так думаю. По крайней мере, недоверия он не выказывал при всей своей мнительности. Он сильно наседает на меня насчет информатора и слухов, Арнольд. Я тяну с этим, как могу, но, боюсь, скоро наш Последний окончательно выйдет из-под контроля, и с этим надо будет кончать. А с твоей стороны что? Ваши люди, кстати, до сих пор следят за особняком на берегу Шелл-Крик? Хм… в собственности штата? Ясно. Ну, пожалуй, смысла уже действительно нет. Он уже много лет не рискует там появляться.

Стивен сосредоточенно пытался выстроить в своей голове картину взаимосвязей. Арнольд Дюмейн, «Харриссонский Крест», информатор, какой-то «последний», человек по фамилии Декоре и некий особняк на реке Шелл-Крик. Пока что он никак не мог понять, что именно должно за всем этим скрываться.

– Черт бы подрал эту девчонку! – громкий, сопровождающийся помехами возглас Талоса едва не заставил Стивена вздрогнуть. – Она здесь иррациональное зерно, у Валианта на ее тему тоже как будто крыша поехала, он ничего не соображает, но хочет перехватить ее у Харриссона любой ценой, – снова короткое молчание. –  Нет, он уже доставил мне слишком много хлопот, Арнольд, так что из игры в добропорядочного исполнителя я выхожу. А чего ты хотел?! Чтобы все шишки упали на меня? Мне и так уже докучает полиция! А еще мне приходится постоянно взаимодействовать с Декоре, и я не уверен, что он не начнет вести себя, как дикий зверь. Нет, это ТЫ послушай! Ты не видел, во что он превратил того мальчишку! Со мной будет то же самое, если он вцепится мне в глотку! Легко тебе говорить! Нет уж. Это ТЕБЕ потом некуда будет приткнуть свою задницу, когда Валианта не станет. Это ТЕБЕ нельзя позволить Харриссону донести до церковников положение дел. Если он сохранит все права на «Крест» у себя и найдет время на что-то, кроме своей мести Валианту, наша с тобой затея не выгорит, а я уже слишком много в нее вложил…

Стивен почувствовал, как его прошибает холодный пот. «Девчонка», о которой шла речь… он даже не сомневался, что Талос говорил о Ривер Уиллоу. А еще Талос упоминал «мальчишку», с которым что-то сотворил этот самый Декоре. Неужели он говорил о Крисе Келлере? Стивен старался предположить хоть одну рациональную версию происходящего, но мысли его все равно возвращались к вампиру. В контексте всего происходящего трудно было вообразить нечто иное. О каком положении дел для церковников говорил Талос? Оборот «когда Валианта не станет» наводил Стивена лишь на мысль о том, что упомянутый субъект является целью «Харриссонского Креста». И, вполне возможно, последней целью, после которой организация станет попросту не нужна. Ведь именно этим словом некоего Декоре чуть ранее окрестил Талос? «Последний»…

– Я спокоен, – раздраженно произнес голос Дрейка Талоса в трубке. – Пока нет. Говорю же, Валиант не выходил на связь, – он снова промолчал. – С прессой пусть полиция разбирается, я буду говорить то же самое, что сказал гудлендским детективам и этому въедливому Монро.

Стивен не удержался от самодовольной ухмылки.

– Да, уверен. Он мне настоятельно рекомендовал беречь себя, поддержал идею о том, чтобы я отправил сотрудников «Убежища» по домам… вот черт!

Последние слова Талос вновь практически прокричал.

– Гостиница! – пояснил он своему собеседнику. – Ты же оставлял там вещи для Валианта! Знаю, что, на имя Джонатана Твиста, но…. Нет, в гостинице твоего имени не знают. Думаешь? Черт, Дюмейн, этот детектив может докопаться, он явно не из тех, кто оставляет дела на полпути. Хм… да, можно попробовать. Да, я позвоню. Хорошо.

Запись оборвалась, и Стивен понял, что уже почти минуту не дышит.

– Ну как, детектив, помогло? – раздался из динамиков голос Тайрелла Грина. Монро вздрогнул и отдышался.

– Да. Спасибо, – отозвался он, понимая, что голос его предательски сел. – Продолжай слушать. Может, там будут еще важные разговоры.

– Предупреждаю, детектив, ни я, ни аккум моей малышки не сможем работать неделю напролет.

– Столько и не понадобится. Ладно, отбой. Я должен связаться с Грейс.