Текст книги "Другим путём (СИ)"

Автор книги: Наталия Лебедева

Соавторы: Юрий Климонов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 17 страниц)

Другим путём

Глава 1

26 октября 1982 года. г. Рябиновск. Ближе к обеду

Вчера вечером полковник известил всех, что к ним едет новая комиссия и снова во главе с влиятельной фигурой. Такой влиятельной, что дух захватывало у всех – даже сам Остапов, судя по его мимике и голосу, не находил себе места. Для Константина масла в огонь подлило известие, что его персональный шофёр «Волги» ещё вечером прошлого дня слёг с высокой температурой. Неожиданно вызвалась выручить Анжела, истосковавшись по управлению автомобилем. Одевшись в свой обтягивающий комбинезон, кожаную куртку и кепи – тот самый набор, что был на ней в день перехода, она со Звонцовым подкатила к зданию заводоуправления Новой площадки и вскоре зашла в кабинет Иванова. Костя оглядел её и усмехнулся.

– Анжел, я надеюсь, что ты не станешь выскакивать из машины при встрече гостей. А то они точно впадут в ступор.

– Не волнуйся, я ж специально так оделась, чтобы было удобно рулить, а не участвовать в торжественной части.

– Тогда погнали!

Через десять минут они добрались до здания райисполкома. Пока не было кортежа, Костя, не заметив ни полковника, ни кого-то ещё из руководства города, решил пересидеть в машине. Ещё через четверть часа знаковые лица начали потихоньку собираться перед вестибюлем здания райкома. Он только открыл дверь, чтобы выйти, когда кортеж на всех парах выкатился на площадь перед зданием.

– Ну, вот и начальство приехало, – усмехнулся он, бросив взгляд на Анжелу. – Ладно, я пошёл…

– Прадедушка?! – у девушки, смотревшей во все глаза через лобовое стекло автомашины, отвисла челюсть.

Костя инстинктивно повернул голову в сторону колонны и увидел…

– Ни хрена себе… генерал Рокотов…

Степан Ильич стоял у машины, предпочитая не лезть в общение глав КГБ и местного отдела, приправленное присутствием местечкового партийного аппарата. Но всю торжественность спутал неожиданный демарш местных – водительская дверь одной из «Волг» резко открылась, и оттуда буквально вылетела девушка в кепке и обтягивающем её прелести чёрном комбинезоне вызывающего вида. Специфично шлёпая по асфальту отнюдь не гражданской обувью – чёрные полуботинки были на рифлёной подошве, она в десяток шагов-прыжков добралась до Рокотова и со слезами его обняла.

– Прадедушка… как же я рада тебя видеть… – напополам со слезами зашептала она.

Старик мгновенно понял, кто стоит перед ним и так горячо обнимает.

– Э-э-э… ты… подожди… запамятовал… Анжела, да?

– Угу, – шмыгнула она носом. – А вон там, третий слева, мой брат – Юрка… Юра! Иди сюда! – она позвала его.

Крючков и Остапов на некоторое время прервали своё общение, вглядываясь в виновников небольшого переполоха, а потом, увидев трогательную сцену приветствия, почти одновременно заулыбались.

– Меня САМ предупредил о возможном контакте двух поколений Рокотовых. Видишь, сами разобрались, – махнул рукой Крючков в сторону воссоединившейся семьи.

– Товарищ генерал…

– Александр Петрович, мы сейчас не в моём кабинете, так что давай по-простому.

– Владимир Александрович, я ещё дам втык этой вертихвостке…

– А вот это ты зря – будем считать, что контакт прошёл удачно. Что у нас по плану?

– Первым делом обед – в столовой радиозавода уже накрыто. Дальше посмотрим по обстоятельствам – у меня три варианта. Как решите, так и сделаем.

– Добро, – кивнул он.

– Владимир Александрович, здравствуйте, – предрик наконец-то решилась заговорить с высоким начальством. – Председатель местного райисполкома Куницина, Елена Михайловна. С прибытием в наш город!

– Добрый день, Елена Михайловна. Благодарю, мы обязательно переговорим с вами, но чуть позже.

Тем временем подошёл не только Юрий Рокотов, из машины вышла супруга генерала, удивлённая тем, что какая-то девушка кинулась на шею её мужу.

– Стёпа, а кто эта девица? – недовольно спросила Людмила Васильевна, осматривая, на её взгляд, чрезмерно легкомысленный наряд девушки.

– Люда… – замялся Рокотов-старший и повернулся к главе КГБ, – Владимир Александрович, моя супруга пока такой подписки не имеет, но… – он снова замялся, пытаясь объясниться в присутствии людей, возможно, не всех посвящённых в эту тайну.

– Степан Ильич, если нет сейчас, значит, возьмём немного позднее. Давайте по машинам, и едем обедать.

– Ладно, я тебя дедушкой буду звать? – попросила прадеда Анжела. – А то долго выговаривать эти «прапра».

– Зови, – усмехнулся тот.

– Дед, а давай вы в нашу машину пересядете? Всё равно вас везти кушать.

– Стёпа, так кто она такая? – продолжала настаивать супруга генерала.

– Пошли, Люда, в машину. Там всё и узнаешь, – как раз к этому моменту подошёл и Юрий, которого генерал так же эмоционально обнял. – А ты почему в таком наряде, внучка?

– Я не думала, что среди гостей будешь ты, а у директора завода внезапно заболел шофёр, и я вызвалась выручить Константина, – затараторила она. – Я привыкла одеваться удобно, а лишние километры ткани будут мешать рулить.

– Константин – это твой… м-м-м… парень?

– Нет, мой парень другой – Родион, но мы тут все связаны одной тайной, – девушка заговорщицки перешла на шёпот.

– Ладно, потом расскажешь.

Видя такое развитие событий, Крючков пригласил Костю к себе в машину. Когда кортеж двинулся в сторону радиозавода, глава КГБ чуть повернулся назад и решил немного поговорить с Ивановым.

– Ну, Константин, как тут обстановка? Потомки не бузят? А то одна уже нарушила кучу инструкций.

– Владимир Александрович, её тоже можно понять – увидеть живого прадеда… такое любую представительницу прекрасной половины человечества выбьет из колеи. А так всё пока без происшествий. Я о гражданских, а по вашим сотрудникам…

– Да знаю уже. Остапов ещё по телефону вчера доложил. Ладно, сначала пообедаем, а там дальше будет видно.

Людмила Васильевна Рокотова никогда не лезла в дела мужа, всегда и везде показывая идеал офицерской жены – за домашний быт у Степана Ильича не возникало вопросов. Но сейчас, в одну минуту, она поняла, что судьба дала ей прикоснуться к необыкновенной тайне всех времён и народов, с разрешения самого главного чекиста страны её допустили к святая святых – высшему уровню секретности. Эта экстравагантно одетая девица и весьма симпатичный молодой человек в военной форме оказались её и Степана праправнуками. Лаконичный рассказ Юры поверг её в шок, чего не скажешь о муже – тот лишь надел каменную маску на лицо и так слушал весь рассказ. Он лишь в конце задал один вопрос:

– А девиз нашей семьи знаете?

– Долг и честь! – почти хором ответили оба.

– Вот теперь вижу, что вы – Рокотовы… до мозга костей… – внезапно у генерала образовался комок в горле. – Вот так, Люда… а ты говоришь, кто эта девица… твоя правнучка жизнью рисковала, выводя людей из-под обстрела… а уж этот красавец… аж гордость берёт за обоих…

– Вы меня простите, пожалуйста, – с глазами полными слёз, попросила Рокотова-старшая. – Просто твой наряд, внучка…

– Да поняла я уже, поняла, – закивала девушка, поворачивая машину в сторону парковки у радиозавода. – Пока вас будут кормить, я сгоняю домой и переоденусь.

Пока гости разминали конечности от долгого сидения в машинах, Крючков заметил резво отъезжающую «Волгу» и не преминул подойти, чтобы узнать результат.

– Ну что, Степан Ильич? Твои потомки?

– Мои, Владимир Александрович. Жесты, мимика, огонь в глазах – всё наше, Рокотовых. Я ж в машине узнал все подробности их появления здесь. Аж гордость переполняет, что у меня такие потомки. И просьба будет…

– Слушаю.

– Юра ТАМ служил в контрразведке Конторы. Гниды из прокапиталистического сброда заставили его уйти в отставку, а он и дальше хочет служить в нашем ведомстве. Нельзя ли его снова взять на службу?

– И ты думаешь, что я отпущу такие кадры на гражданку? – деланно удивился тот. – Но сам понимаешь, что служить он будет здесь. С таким уровнем секретности он вообще невыездной. Никуда и никак.

В самый разгар обеда Анжела вернулась в элегантном брючном костюме и… не одна. Её под руку держал молодой мужчина в тёмно-коричневом пиджаке, новомодных джинсах и таких же коричневых туфлях. Они оба присели за стол к Рокотовым-старшим.

– Вот, дед, мой жених – Родион Громов.

– Хм, хочешь сменить рокот на гром? – хмыкнул тот, в спешном порядке дожёвывая во рту гущу из супа. – А что, звучит! Но смотри, – погрозил он Родиону пальцем, – обидишь мою внучку, я тебя из-под земли достану.

– Не дождётесь, – усмехнулся Громов. – Я сам за неё атомную войну любому сделаю.

– Дед, у нас профессии одинаковые, мы ж с Родиком постоянно вместе работаем.

– Чем занимаетесь? – спросил Рокотов-старший, отправляя в рот очередную ложку супа.

– Хотим утереть нос зазнайкам на Волжском автозаводе, – ответил Родион. – К лету сделаем автомобиль, который будет не стыдно продавать даже за рубеж.

– Стёпа, а давай им поможем через Зину? – предложила Людмила Васильевна.

– Знаешь, а это мысль, – кивнул он соглашаясь.

– Дед, а кто такая Зина? – не утерпела Анжела.

– Зинаида Рокотова – ведущий конструктор в КБ на АЗЛК. Супруга моего сына – Олега.

– Ого! – опешила девушка. – А как нам с ней связаться?

– Не гони коней, егоза, – усмехнулся прадед. – Вот что значит гражданская личность – никакого порядка. Сперва надо подготовить Зину и Олега, потом взять с них подписку, а уж дальше и побеседовать можно. Я попробую вечерком поговорить с Крючковым. Думаю, он не откажет. Ох… – он вдруг схватился за бок.

– Стёпа, что? Опять почки? – встревожилась его супруга.

– Угу… – кривясь, кинул он.

Анжела кинулась к другому столу, где сидело высокое начальство и сам Иванов.

– Костя, моему деду плохо! Приступ почечной болезни! Не в первый раз.

– Видимо, сказалось длительное путешествие в скрученном положении, – высказал своё предположение Крючков.

– Владимир Александрович, с вашего разрешения я покину вас, – Константин встал со своего места. – Нужно помочь человеку.

– Конечно, – кивнул тот.

Анжела с братом довели Степана Ильича до машины и помогли удобно уместиться внутри. Людмила Васильевна села рядом с мужем, а Костя расположился на переднем сидении. И они стартовали на Старую площадку.

Девушка вела машину, стараясь не прыгать на кочках и сильно не лихачить. Через четверть часа такой щадящей езды прибыли на место. Машину пропустили внутрь, и спустя некоторое время она остановилась у заводской амбулатории.

На шум с улицы выскочила Никонова с ещё одним фельдшером. Узнав о проблеме, они помогли довести Степана Ильича до кровати, Константин быстро подвёз на тележке прибор и подключил его в работу.

– Галина! Срочно сходи в аптеку и купи мочегонное на травах. Квитанции потом сдашь в бухгалтерию. Заваришь чай примерно на три кружки, и после отключения прибора дашь пациенту выпить по одной через каждый час. Прибор выключишь через семьдесят минут. Я к вечеру приеду и дальше проконтролирую сам.

– Я поняла вас, Константин Сергеевич.

Сразу после обеда Крючков решил посетить Центр Системы Безопасности города. Горэлектросеть с утра подогнала спецтехнику и поставила опору на своё место. Вызванные вместе с электриками радиоинженеры со Старой площадки – Старков, Воронов и Полуэктов, уже смонтировали антенны нескольких видов и сейчас заканчивали протяжку кабелей до оперативного зала.

Владимир Александрович немного постоял, наблюдая за их работой, и зашёл внутрь здания.

– Смирно! – заранее оповещённая о приезде такого высокого начальства, Нина Князева быстро сориентировалась и отдала команду. Присутствовавшие шестеро «Алых беретов» сразу вскочили, построились и вытянулись в струнку. – Товарищ генерал армии![1] Звено «Алых беретов» осуществляет оперативное дежурство. Происшествий нет. Старшая звеньевая Князева.

Глава КГБ медленно прошёл этот небольшой строй, потом обратил внимание на табличку, подошёл к ней и, прочитав все подробности подвига Мамонтова, снова переключил свой взгляд на его коллег.

– Даром время не проводите… молодцы.

– Служим Советскому Союзу! – хором ответили те.

– Князева!

– Я!

– С сегодняшнего дня тебе присвоено звание, соизмеримое с твоей должностью – старший лейтенант.

– Служу Советскому Союзу! – козырнула она.

– С физподготовкой у них как? – Крючков кивнул на её подчинённых.

– Каждый вечер занимаемся, товарищ генерал армии. Физическая, тактическая и строевая.

– Ну-ну… давай, Александр Петрович, показывай дальше.

Все офицеры прошли на второй этаж. Князева оставила за главную старшую звена Свету Бокову и присоединилась к сопровождению генерала. Владимир Александрович медленно вошёл в зал, рассматривая само помещение и оборудование, находящееся в нём.

– Смирно! – на экране гала-панели возникло довольно милое лицо Анфисы. – Глава КГБ в зале!

Трое офицеров, во главе с Юрченко, вскочили и вытянулись во фрунт.

– Вольно. А это кто? – Крючков кивнул на экран.

– Искусственный интеллект, кодовое имя – Анфиса, товарищ генерал армии, – по-военному доложила искин. – Наделена полномочиями координатора всех служб, без права принятия окончательного решения.

Крючков медленно обошёл весь зал, приглядываясь к приборам.

– Владимир Александрович, пока установлено не всё что хотелось бы, – проинформировал его Остапов. – Сейчас инженеры, вы их видели на мачте, заканчивают установку дополнительной системы.

– Они по третьему уровню доступа?

– Никак нет. С бока здания есть лестница сразу на третий этаж… мы её временно поставили, чтобы их сюда не пускать. Как закончат работу, слезут по ней и всё. Вся настройка и прокладка кабелей с третьего на второй этаж будет осуществляться товарищами Соколовыми, Ивановым и Красновым. Они все имеют высший уровень доступа.

– Всё правильно, – кивнул генерал в ответ. Потом увидел на одном из столов карту и подошёл к ней. – Я смотрю, это план города?

– Так точно, – кивнул полковник.

– Как думаешь в будущем разбить город?

– Северный сектор – полностью городская инфраструктура. Там и транзитная дорога проходит – со стороны автострады до двух сёл: Подгорное и Бобровое. По центру города снесём квартал в ширину и сделаем кордон с двумя КПП – грузовым и обычным. Весь южный сектор – производственный, с разбивкой по уровням секретности.

– Охрана?

– Жилой сектор – «Алые береты»: набрано 120 человек. Дежурство группами день через два, с каждой группой один наш офицер. Плюс к этому постоянная связь с ЦСБ и через него с пожарными и ВАИ…

– Принимается, – кивнул Крючков.

– Южная часть города вся на наших подразделениях. Чёткая полувоенная иерархия, но также завязана на ЦСБ, чтобы в случае чего… – Остапов многозначительно посмотрел на главу КГБ.

– Не много ли прав у этого… этой?.. – кивнул тот в сторону большого экрана.

– Без неё будет трудновато, – вздохнул полковник. – Очень много рутины забирает на себя. От неё реальная и большая помощь. И без нашего последнего слова она ничего не решает самостоятельно. Только мелкие вопросы, касающиеся своевременного обеспечения мобильных групп дополнительной техникой.

– Хорошо, значит, оставляем с такими полномочиями, – кивнул главный чекист.

– У нас существуют две проблемы, для решения которых у меня ограничены права.

– Излагай.

– Первая – есть военный комплекс от потомков. Он завязан на работу с этой Анфисой. Настроить его сможем, а вот правильно установить – нет.

– У меня на него тоже нет полномочий. Как прибуду в Москву, сразу на доклад САМОМУ, а уж он пусть решает этот вопрос.

– Тогда вторая проблема… Есть мнение провести обучение «Алых беретов» с помощью шлема. Это сразу даст нам теоретически подкованных сотрудников. Ну и как следствие этого – официальная служба в Конторе. Сразу скажу, что прецедент уже есть – дочь Ермаковой-Шокиной прошла всю процедуру. Результат такой, что из юной девы превратилась в здравомыслящую особу лет так на двадцать-двадцать пять.

– Иван Мамонтов сослужил всему подразделению хорошую службу – без его подвига я бы колебался с выбором, а сейчас – нет. Возьмёшь с них со всех подписку по полному третьему уровню и запускай обучение. Заодно дам команду, чтобы всех провели по нашему ведомству. Только что-то совсем уж фантастическое получается – начать службу в шестнадцать… хотя, какое там в шестнадцать – четырнадцать, насколько я понял из доклада их старшей… кому скажи – не поверят… А потом два года рядовые, и – здравствуйте, офицерские звания… И что будем делать? – усмехнулся Крючков.

– При любом раскладе никто на них не подумает, что они кадровые сотрудники КГБ, – прищурился Остапов. – А это даёт нам какую-никакую, а фору.

– Логично. А вообще ты молодец, конечно. Такую систему поднял с колен и людей подобрал толковых. Кстати, наши аналитики за тобой следили, но я не разрешил влезать в твои дела. Мы с САМИМ сразу поняли, что Иванов дал тебе кое-какую информацию из будущего, а ты на её основе начал подбирать кадры. Ведь так?

– Так точно, – усмехнулся Александр Петрович. – Пришлось использовать своё положение.

– Разумная инициатива не наказуема. А вообще, ты хорошо пошёл в гору. Если дело так и дальше пойдёт, через годик наденешь генеральские погоны.

– Служу Советскому Союзу! – козырнул тот в ответ.

– А что не спросишь про Суслова? – прищурился глава КГБ. – Да ладно, расслабься – приболел Револий Михайлович. Грипп.

– В этом году что-то много людей им болеют, – покачал головой полковник.

– Слушай, – глава КГБ посмотрел на часы, – у нас ведь осталось время… а давай мы нанесём визит партийному руководству города?

– Я сейчас позвоню предрику и узнаю, на месте ли она.

– А что ей так не сидится на нём? – усмехнулся Крючков.

– Понимаете, Владимир Александрович, она сейчас помогает мне по гражданским направлениям.

– Это связано с беженцами? – нахмурился тот.

– Не только. Мы негласно готовим списки людей: кто останется в городе, а кого на переселение направим. Помимо этого, Елена Михайловна сейчас разбирается с саботажем, но уже по партийной линии.

– Кто? – посуровел генерал.

– Директор трикотажной фабрики – Пименов. Сначала, в рамках предоставленной ему не режимной информации, заверил в оказании предприятием полной поддержки идеологического эксперимента, а вот потом начал использовать предоставленные нами фонды в своих нуждах.

– Задержали?

– Ещё вчера, но там раздрай на фабрике начался. Вот Куницина и помогает нам, вычищая зарвавшихся людишек на мелких уровнях руководства. Насколько я в курсе, парторг уже слетела, теперь очередь за её прихлебателями и самого директора.

– Хорошо, звони.

Тем временем. Штаб-квартира Центральной разведки США

Уильям Кейси[2] лениво потянулся к коробке за новой сигарой. Неторопливо отрезал один из её кончиков, потом прикурил и с удовольствием выпустил большое кольцо сизого дыма. В дверь его кабинета постучали.

– Войдите! – на разрешение вошёл Роберт Гейтс[3]. Глава разведки небрежным жестом пригласил его сесть. – Есть новости?

– Да, сэр. Аналитики наконец-то завершили исследования по проблемам в России.

– Да? – его брови взлетели домиком. – А мне казалось, что этот процесс завершится не раньше Рождества.

– Сэр, сами знаете, какое там количество взаимоисключающей информации.

– Скажи главное – в чём причина? Что происходит с нашими агентами? Почему они начали пропадать?

– Новости две, сэр. Первая – отдел аналитиков так и не пришёл к общему знаменателю…

– Сборище тупых обезьян, – скривился Кейси. – Ничего доверить нельзя.

– Вторая новость… кхм… у меня есть человек, который стоит всего отдела аналитиков.

– Реально? И какой у него процент точных прогнозов?

– Семьдесят четыре, сэр.

– А скажи мне, Боб, на кой чёрт тогда нам это сборище бездарей? Я лучше всю их зарплату буду платить одному человеку, но зато знать, что у него меньше ошибок.

– Сэр, ему не разорваться на несколько направлений, – покачал головой Роберт. – И к тому же у парня нет тормозов.

– Поясни, – Кейси удивлённо посмотрел на подчинённого.

– Дело в том, что Джон выдаёт прогнозы, не заморачиваясь общепринятыми догмами. Он может генерировать версии, абстрагируясь даже от здравого смысла.

– Он что, идиот?

– Нет, сэр, я так не думаю. Просто его мозг работает как компьютер, только намного мощнее и шире, он абсолютно лишён каких-либо ограничений – версии бывают столь невероятными, что даже я сам сомневаюсь в его адекватности. Но в том и весь парадокс – вначале своей карьеры у него были ошибки, а вот сейчас… – Гейтс снова покачал головой.

– И что же говорит твой аналитик? – усмехнулся Кейси.

– Я хотел бы, чтобы вы с ним переговорили сами. У него есть и пояснения к своей версии.

– Интересно… – директор Центральной Разведки потарабанил пальцами по столу. – О, кэй, давай его сюда.

Гейтс вышел из кабинета и через несколько минут вернулся с молодым человеком лет тридцати, в поношенном велюровом костюме и очках «а ля-денди».

– Вот, Джон Уивер, сэр. Мой аналитик.

– Здравствуйте, – кивнул очкарик.

– Итак, вы – джокер в рукаве Роберта Гейтса?

– Наверное… – улыбнулся Уивер. – Во всяком случае, не меньше туза, сэр.

– Хорошо. Излагайте вашу версию того, что творится сейчас на территории Советов.

– Сэр, сначала прошу вас ответить мне на несколько вопросов. Если подробности содержат государственную тайну, прошу вас ответить одним словом – да или нет.

– О, кэй, спрашивайте, Джон, – кивнул Кейси.

– На территории СССР наша агентура потерпела полный провал?

– Ты!.. – вскинулся было Гейтс, но глава Центральной Разведки остановил его жестом руки.

– ДА, – властно ответил Кейси.

– Рискну предположить, что у разведок других стран дела обстоят не лучше?

– ДА.

– Мистер Гейтс дал мне лишь часть информации, поэтому я и добираю недостающие звенья одной цепи, – виноватым голосом проговорил Уивер. – А теперь, сэр, давайте подведём итоги. Первое – русские каким-то образом получили информацию об агентах разведок разных стран… я даже рискнул предположить, что законсервированные агенты, при попытке их подключить к работе, внезапно оказываются депортированными. Это в лучшем случае.

– ДА.

– Второе… по той информации, которую дал мне мистер Гейтс, у русских сейчас зашкаливает показатель международных патентов на новинки в электронике и химии, так?

– ДА.

– И третье… Всё это началось от имени двух-трёх человек, причём один из них точно засветился в секретном эксперименте русских под кодовым названием «Иссык-Куль»?

– Ты дал ему даже такую информацию? – нахмурился Кейси, переведя взгляд на своего подчинённого.

– Пришлось сэр, – пожал тот плечами. – Джон неумолимо выходил именно на этот вариант в своих умозаключениях.

– Продолжай, – кивнул Кейси, обращаясь к Уиверу.

– Сэр, по той информации, что есть об этом эксперименте, русские пытались совершить пробой пространства… – он испытывающе посмотрел на директора Разведки.

– И? – тот не понял, к чему он клонит.

– Тогда я задам наводящий вопрос: скажите, сэр, как бы вы поступили в ситуации, если бы вам удалось переместиться в прошлое? Скажем, лет на 70 или на 100? Или побывать в будущем и вернуться?

– Дерьмо собачье! – воскликнул Кейси, уперев лоб рукой.

– Именно, сэр. Разгадка лежала на поверхности, но слишком она неправдоподобна… на первый взгляд…

– Сэр, теперь вы понимаете мои слова о его нестандартном мышлении? – усмехнулся Гейтс.

– Значит, послезнание… – Кейси задумчиво постукивал пальцами по столу. – Но кто тогда предиктор?

– Сэр, на этот вопрос даже я не смогу дать ответ, – вздохнул Уивер. – Рад бы, но нет.

– Почему?

– Ещё великий Архимед говорил – «Дайте мне точку опоры, и я сдвину Землю». Сэр, у меня нет этой точки, отсюда нет возможности сделать дальнейшие выводы. Это может быть человек, электронная машина, умная машина или комплекс всего вышеперечисленного. Но есть другая проблема… – он пристально посмотрел на Кейси.

– Говори! – приказал тот.

– Скажите, сэр, а вы дадите гарантию, что потомки не передали русским какие-нибудь средства защиты полученных ими знаний? Которые явно будут превосходить любую нашу систему вооружения или защиты на порядок, а то и на два. Я понимаю ваше желание заполучить данные технического прогресса будущего, но пока это невыполнимая задача.

– Что ты предлагаешь?

– Я? Ничего, сэр. Я всего лишь аналитик, а не военный разведчик с большим опытом.

– Ладно, можешь быть свободным. Я чуть позже оформлю тебе дополнительное вознаграждение.

– Спасибо, сэр!

Едва дверь за ним закрылась, Кейси повернулся в пол оборота к Роберту.

– Удивил, так удивил.

– Я же говорил вам, сэр…

– И ведь он прав на все сто… прав, чёрт возьми… Ладно, что будем делать, если эта версия становится основной?

– Думаю, что нужно поговорить с президентом.

– С этим актёришкой? – презрительно скривил губы Кейси. – Я даже не буду заморачиваться, потому что слишком хорошо знаю кухню прошлых выборов. Он – марионетка, без капли здравого смысла. Актёр, клоун и паяц в одном лице. Промычит написанный на бумажке текст и поулыбается репортёрам. Всё, на большее он не способен. Поэтому нам нужно самим решать эту проблему.

– Для начала нужен человек, никак не засветившийся в КГБ по линии внешней разведки. Можно вытащить кого-то, работающего в латиноамериканских странах или Африке. Подготовить, проинструктировать, а уж потом аккуратно перевести в Россию.

– Понимаешь… я склонен думать, что все наши люди, так или иначе знающие русский язык, замазаны ТАМ, – он ткнул указательным пальцем в потолок. – Ты предлагаешь учить агента, проработавшего какое-то время по другому направлению, русскому языку где-то в дебрях Амазонки или пойме Нила?

– Сэр! Но с такими умозаключениями мы вообще придём к полному краху нашей разведывательной системы!

– Вот поэтому мы бросим пороть горячку и для начала аккуратно перешерстим весь имеющийся у нас контингент разведчиков. Здесь ты прав – нужно вытаскивать наверх людей из самых низов. Рядовой сотрудник, так или иначе выполнявший до этого рутинную работу – идеальный кандидат для нашей миссии. Кстати, если экстраполировать наступающую реальность, то русские должны понимать, что история дальнейшего развития мира будет пропорционально меняться из-за вмешательства потомков. А новые фигуры на шахматной доске разведок не будут знакомы ни им, ни на данный момент и нам. Начинаем с чистого листа.

– Ну вот почему опять судьба благоволит им? – недовольно пожаловался в пространство Гейтс.

– Это из той же области софистики, что и несправедливое выделение русским одной шестой части всей суши, – усмехнулся Кейси. – Скажи спасибо, что одна из королев России, по сути, подарила нам Аляску, а то их территориальные аппетиты стали бы непомерно высокими.

Тем же днём. г. Рябиновск. Два часа пополудни

Местный начальник районного отдела милиции не забыл обиду на Остапова. И потому ещё в пятницу настрочил на него рапорт вышестоящему начальству. Но генерал Васнецов мучился в это время в больнице с радикулитом, а потому рапорт попал к самому полковнику Сабурову – начальнику ИЛС.[4] Тот понял, что коллеги-рябиновцы вляпались во что-то нехорошее и решил сам проверить это дело. Вот в тот день он и попал на встречу с самим Крючковым. Мгновенно оценив всю подноготную сложившейся ситуации, Сабуров не стал упираться рогом, а предметно и плодотворно пообщался с главой КГБ. Найдя по всем интересующим его вопросам полное понимание главного чекиста страны, Сабуров тихо, но глубоко выдохнул после того, как вышел на улицу из душного кабинета. Прокрутив в уме все пункты пасквиля от местного начальника милиции, и сравнив их с тем вариантом ситуации, что Сабуров услышал от самого Крючкова и его представителя в Рябиновске – Остапова, полковник скрипнул зубами и сел в свою «Волгу».

– Куда, товарищ полковник? – участливо поинтересовался водитель.

– В местный отдел, – угрюмо проронил тот. – Сейчас будем снимать стружку.

– А вазелин? – усмехнулся шофёр.

– Его, Гриша, ещё заслужить надо.

Дальнейшие перипетии внезапного визита обозлённого полковника Сабурова лучше передать тезисами, ибо места на всё остальное хватило бы на целую книгу: местный отдел не ловит ни преступников, ни даже мух – в городе такое высокое начальство из Конторы, а вы ни сном, ни духом, и только хорошо умеете подставлять под удар руководство; раз вы подставили руководство, значит, дальнейшим трудоустройством будете заниматься самостоятельно, кроме капитана Горлова, старлея Кашкина – оба из УГРО и лейтенанта Грибовой из ДКМ – тех Сабуров своей властью переводит в Калачеевск; с 1 ноября никого из милиции в городе по службе не должно остаться; ну и время пошло.

Тем временем. Кабинет Остапова

– Ну как, Рокотовы прошли проверку? – Андропов не стал ходить вокруг да около, а поинтересовался у главы КГБ сразу после приветствия.

– Так точно. Блюдут родовые корни до мелочей.

– Замечательно.

– Юрий Владимирович, у Остапова не получится установить военный комплекс. Настроить – да, но для правильной установки нужен специалист.

– Так… это уровень Устинова… вот ему сразу после нашего разговора и перезвоню. Как молодое пополнение?

– Есть мнение готовить из них кадровое пополнение для Комитета. Кто не захочет двигаться выше, останется служить в Рябиновске.

– Владимир Александрович, но ты же понимаешь, что нужна специфичная подготовка? Да и не во все отделы их можно будет направить.

– «Девятка» возьмёт их с большим удовольствием. А насчёт специфичной подготовки позвоню «альфовцу» – Зайцеву.[5] Насколько знаю, есть у него проверенный человек, но инвалид. Вот пусть тот и поможет молодому поколению чекистов учиться военному делу настоящим образом.

– Дельно! Ты на сколько планируешь задержаться в Рябиновске?

– Думаю, пару дней, если ничего экстраординарного не случится. Но Остапов порадовал, так что если что-то и будет, он своими силами решит проблему.

– Вот видишь, а ты пытался контролировать его, – усмехнулся Андропов. – Выходит, правильно мы поступили, что не стали вмешиваться в его отбор сотрудников.

– Так точно. Думаю, что безопасность в Рябиновске в надёжных руках.

Полчаса спустя. г. Москва

Андропов взял трубку и набрал номер, заодно включив аппаратуру ЗАС.

– Добрый вечер, Дмитрий Фёдорович.

– Здравия желаю, Юрий Владимирович.

– Ты ЗАС включил?

– Так точно. Я уже привык к нему при разговоре со всеми нами пятью… вот только Крючков что-то не берёт трубку.

– Он в Рябиновске сейчас, и нам нужна твоя помощь.

– Слушаю.

– Дмитрий Фёдорович, от тебя нужен специалист, знакомый с установкой системы ПВО. Только такой, чтобы не просто язык умел держать за зубами, а под пыткой никому ничего не сказал.

– Это связано с потомками?

– Совершенно верно. Пришёл комплекс от них… настроить его местные спецы смогут, но вот правильно расположить – нет.

– Ага… Юрий Владимирович, а если мы и дальше станем нарушать тот принцип родственных отношений в иерархии власти?

– Ну, если только в Рябиновске, – усмехнулся генсек.

– Тогда однозначно Рэм.[6] Ему доверяю, как самому себе.