Текст книги "Покорители прошлого (СИ)"

Автор книги: Наталия Лебедева

Соавторы: Юрий Климонов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 17 страниц)

– Не знаю, Серёжа… – задумчиво покачал он головой. – Но мне не нравится такое положение вещей… появляется риск засветить операцию.

– Будем отменять? – удивился Иванов.

– С ума сошёл? Столько сил и средств вложено… да и маленьким детям не объяснишь, что взрослые дяди что-то напутали… Ладно, мы начнём нашу часть операции, а там посмотрим по обстоятельствам. Давайте в машину, а то молодые обидятся, – усмехнулся он.

Праздник утих только к полуночи, однако для инициативной группы, ответственной за предстоящую операцию, всё перешло во вторую стадию. Ещё к десяти часам вечера Остапову доложили, что появились автобусы. Он только хмыкнул, уповая на то, что в это время года быстро темнеет и перемещение такой крупногабаритной техники, возможно, осталось никем не замеченным. Послав к условленному месту Звонцовых – подкрасить технику, чтобы выдать её за обгорелую, он незаметно оповестил всех участников о том, что первый этап операции начался. Часом позже приехала Юля и, стараясь не привлекать внимание к себе, доложила о выполнении задания. Затем, уже после полуночи, часть чекистов – Колывановы и Звонцовы, вместе с полковником, Ивановым и Громовым выдвинулись к предполагаемому месту рандеву с колонной.

– Кто ведёт колонну? – поинтересовался Костя.

– Супруги Елины: Олег и Людмила – наши люди, прикрывавшие ранее Родиона и Артёма, – ответил полковник. – Судя по появившимся огням, – он указал рукой вдаль, – это они. Только я не понял, где контейнеры?

Спустя четверть часа к месту дислокации подъехало сразу четыре «ЛИАЗа».[41]Из головного сразу вышел коренастый молодой человек в гражданском костюме. Увидев в свете фар собравшихся около легковых автомашин группу людей, он сразу же направился к ним.

– Олег, ты?

– Товарищ полковник?

– Он самый! Как доехали?

– Хреново – дети плачут. Водители из ПАТП[42], где выделили технику, недовольно косятся на нас, а мы с Людой ничего не можем сделать, – виновато развёл он руками.

– Значит, так… высаживаем женщин с детьми из автобусов и пусть те возвращаются обратно – нам здесь лишних свидетелей не нужно.

– Разрешите вопрос?

– Давай, – кивнул полковник.

– Что-то пошло не по плану?

– Всё пошло не так… люди прибыли, а контейнеров ещё нет. Если груз сейчас начнут перемещать, этих шоферов потом не отмажем – придётся сажать за высокий забор.

– Понял, убежал командовать на выгрузку пассажиров и отправление автобусов.

За полчаса удалось переместить женщин с детьми в подготовленные автобусы и частично успокоить подрастающее поколение.

– Родион, глянь ходовую этих колымаг – чтобы не было нештатных ситуаций, а мы… – Остапов не успел закончить фразу, когда слева, на недавно убранном свекольном поле возникло знакомое всем собравшимся голубовато-серое свечение.

Портал внезапно открылся во всём своём великолепии и масштабе, и из него внезапно стали выскакивать и грубо оседать на сырую осеннюю землю громоздкие контейнеры.

– Я не понял… – начал было полковник, но внезапно возникший грохот заставил его замолчать.

Первые три контейнера легли аккуратно один к одному, но дальше портал вдруг отодвинулся от первоначального места, мигнул и начал хаотически перемещаться, не забывая периодически выдавливать из себя следующие посылки, попадавшие на землю, как попало. Один из них чуть не перевернулся.

– Твою мать! Они там пьяные, что ли?! – вскипел Александр Петрович.

Последний – двенадцатый контейнер, был выброшен на краю пахотной земли, почти на склоне оврага. Сразу после этого, портал потух. Полковник и сопровождавшие его лица решили подойти к первым контейнерам поближе, но в этот момент портал открылся вновь, почти рядом с дорогой. Из него буквально вылетела легковая автомашина, догоняемая несколькими мелкими огненными вихрями. Упав почти с двухметровой высоты, машина заскрипела, подогнув от удара свою переднюю часть, засверкала искрами от металла, нещадно трущегося об асфальт, и затихла в нескольких метрах от группы людей.

– Ни хрена се девки пляшут… – мотнул головой Колыванов.

Из машины выскочили двое: парень, сидевший спереди на пассажирском месте и девушка, видимо, осуществлявшая «пилотирование» этого «космического аппарата». На парне полковник заметил камуфляжную форму «Цербер», которую носили все участники группы силового прикрытия проекта. На девушке был полностью облегающий фигуру чёрный костюм, такого же цвета берцы и кожаная куртка до пояса.

– Старший лейтенант Рокотов, – козырнул парень. – Юрий.

– Специалист Рокотова, Анжела, – представилась девушка.

– Полковник Остапов. Это что за танцы с бубном? – нахмурился он.

– Прощу прощения, товарищ полковник, но ситуация сложилась критическая, – доложил парень. – Сразу после переброса автобусов, группу атаковали путчисты…

– Начался путч? – перебил его полковник.

– Так точно, позавчера.

– Продолжай.

– Группа прикрытия увела за собой большую их часть… думали всех, а осталось около взвода… мы затихарились в посадках… решили немного переждать, а они снова попёрли на нас… обложили, суки…

– Юра прикрывал меня до последнего, уводя путчистов от линии запуска оборудования на платформах, – вставила своё слово девушка. – Приходилось постоянно маневрировать, поэтому установки на платформах с контейнерами скакали, как полоумные. Мы потом с трудом добрались до своей машины… ну, на которой приехали на операцию…

– Если бы не Анжела, контейнеры сюда не переместились бы, – снова взял слово Юрий. – После отправки последнего и запуска самоликвидации оборудования пришлось принять бой и отвлечь на себя путчистов. Хорошо, что это не кадровые военные… тогда нам точно труба была бы. В последний момент мы с сестрой решили прорваться к вам. У нас выхода не было… – он внимательно посмотрел на полковника. – Пустите к себе жить?

– Мы своих никогда не бросаем, – улыбнулся тот.

– Спасибо вам, тарщ полковник! – поблагодарила девушка.

– Родион, глянь, что с машиной – может своим ходом доехать до города?

– Судя по тому, как приземлились – там ходовой задница, – резюмировал тот.

– Лонжероны[43] если не треснули, то погнулись точно, – кивнула, подтверждая его догадку, девушка.

– Чё, шаришь в машинах? – удивился он не свойственному девушкам знанию частей автомобиля.

– Анжела у нас автотехником была, – усмехнулся её брат. – Даже со сваркой знакома не понаслышке.

– Оп-па… – опешил Громов. – Александр Петрович, я её в своё НПО возьму. Отдадите?

– Тачки будем ремонтировать? – сразу сделала стойку девушка.

– Не только. Хочу утереть нос ВАЗу. Изменить «восьмёрку».

– О! Я в теме! – она смело подошла к Громову и подала руку. – Анжела!

– Родион! – тот скрепил рукопожатие.

– Так… эти спелись уже… – усмехнулся Остапов.

– Подождите… – вперёд вышел Константин. – Фамилия у вас громкая… знал я одного Рокотова… скажите, генерал-майор Рокотов… Степан Ильич…

– Это наш прапрадед, – брат с сестрой переглянулись. – А откуда вы о нём знаете?

– Вот это поворот сюжета… – мотнул головой Александр Петрович. – Ладно, об этом потом. Сейчас начинаем вызывать подкрепление. Без него нам не обойтись. Колыванов! Берешь машину и дуешь в город. Поднимаешь по условному сигналу весь намеченный персонал. Сроку тебе даю час.

– Понял! – тот кивнул головой и ретировался к машине.

–

37 КЗМ-П она же Пальма-2, она же Солнечный зайчик, но большего все данный камуфляж известен под именем «Березка». Появился ещё в 1956 году. Имелось два варианта: «серебряный лист» и «золотой лист» для лета и осени соответственно.

38 Жаргонное название ГАЗ-66

39 Эникейщик (в перев. с англ. any key – «любая клавиша») – это компьютерный специалист, оказывающий пользователям ПК помощь в вопросах, которые могут у них возникнуть в процессе работы.

40 Исусственный интеллект

41 ЛиАЗ-677 – советский и российский городской высокопольный автобус производства Ликинского автобусного завода.

42 Пассажирское Авто-Траспортное Предприятие.

43 Лонжерон – это силовой элемент конструкции автомобиля, который расположен по всей его длине: спереди и сзади кузова. Фактически он представляет собой трубу или продольный профиль.

Глава 12

Там же через час

Колыванов развил кипучую деятельность. Сначала поднял под ружьё весь личный состав местного отдела КГБ, передав Юрченко приказ от Остапова. Затем наведался к Князевой и приказал собирать своих людей. Всех, до единого. Помог с перемещением по городу, а там и Юрченко с машинами нарисовался. Через три четверти часа полусонные солдаты и «Алые береты» уже двигались к неизвестному месту назначения, временами переговариваясь между собой. Нина сидела в одной из машин, куда по счастливой случайности попали все четверо звеньевых. Глядя на их молчаливое недоумение, она рискнула сообщить им минимум необходимой информации.

– Жор, Свет, Серёж, Паш… в общем, сегодняшняя операция станет для нашей организации своего рода экзаменом.

– Что, так всё серьёзно? – усмехнулся Нархов.

– Ты даже не представляешь как, – мотнула она головой в такт покачиванию машины. – Если сработаем как надо, наверху дадут команду о присвоении званий и наделят серьёзными полномочиями.

– Будем служить в Конторе? – теперь усмехнулся и Сергей.

– А чего ты лыбу давишь? Тебя никто за руку или ворот не тянул вступать в «Алые береты».

– Так я не возражаю, а просто спрашиваю. А что за задание? – он сразу посерьёзнел.

– Скажем так… нужно помочь с эвакуацией беженцев. Не спрашивайте меня, откуда они и как сюда попали… Это такая тайна, что… – она помотала головой. – В общем, организуйте своих людей на помощь… там женщины и детишки дошкольного возраста. И ещё… ничему не удивляйтесь…

– А должны? – удивилась Светлана.

– Свет! Просто делайте свою работу. Когда придёт время… когда придёт время, до вас доведут всю необходимую информацию.

– А до тебя уже довели? – снова усмехнулся Жора.

– Нархов! Прекрати зубоскальничать! Да, довели! Но этот уровень, которого, наверное, никто из вас в ближайшее время не достигнет. Просто поверьте на слово – так нужно! В нашей помощи сейчас нуждается сам КГБ, а это дорогого стоит. Не ударим в грязь лицом, будем служить все – даже мальки.

– И им зачтут такую службу? – удивился Павел.

– Представь себе! Когда дело касается государственной важности, все обычные законы идут к чёрту! Понял?

– Ладно-ладно, не кипятись, – уже примирительно ответил тот.

– У меня просто голова идёт кругом… такая ответственность… В общем, по прибытии на место сразу ставьте задачу подчинённым – добраться до стоящих автобусов и обеспечить опеку женщин и детей.

* * *

Как только военные машины прибыли на место, из них сразу же посыпались люди. Быстрые окрики звеньевых на построение позволили «Алым беретам» разбиться на группы, получить указания и организованно проследовать до автобусов.

К тому времени Рокотовы уже обвыклись, общаясь в доброжелательном тоне со своими коллегами, а Громов, которому до зубной боли понравилась фигуристая девушка с короткой «под мальчика» стрижкой, отозвал её к повреждённой машине. Пока они обсуждали перспективы восстановления, к ним подошёл полковник.

– Родион, у нас проблема…

– Слушаю вас, Александр Петрович.

– Понимаешь, я не могу доверить кому-то из здешних вождение этих автобусов. Ты, как говорится, механик от бога, поэтому один из них под жёсткой сцепкой поведёшь сам. А вот кого на второй сажать?..

– Тарщ полковник, а давайте я! – предложила Анжела.

– Но ты понимаешь, что гидроусилитель руля там сейчас не работает? – он пристально посмотрел на неё.

– Удивили меня тоже! – вспыхнула она. – А то я тачки с поломанным гидроусом не водила! Бред! Для меня это как два пальца об асфальт!

– Да, Родик… если вы споётесь, тут такое начнётся… – Остапов покачал головой.

– Не бойтесь, тарщ полковник, мы всё будем делать аккуратно! – озорно засмеялась Рокотова, подмигнув Родиону.

– Кстати, Александр Петрович, а где гостям ночевать сегодня? – посерьёзнел Громов.

– Не знаю… – вздохнул тот. – Вот честно – не знаю… Нет, женщин с детьми мы в гостинице как-то разместим, а вот её с братом…

– Вы определитесь с Юркой, а мы с Родькой уже нашли общий язык. Ты один живёшь? – спросила она его.

– С сегодняшнего дня – да, – кивнул тот.

– А раньше с кем жил? – нахмурилась Анжела.

– Расслабься – с племянником, но сегодня… – он вдруг посмотрел на часы, – точнее, уже вчера, он женился. Так что… – картинно развёл руками – … мой номер в полном твоём распоряжении.

– А ванна там есть?

– Здоровая!

– Класс! Тогда я согласна!

– Но учти, что здесь свободных отношений нет, – проинформировал её Александр Петрович. – Проведёшь ночь в его номере, уже неофициально станешь невестой.

– Даже так? – девушка перевела удивлённый взгляд на Родиона. – Родик! Это правда?

– Ну… да-а.

– Значит, силком загоняете под венец?

– Не-не-не! – сразу запротестовал Громов. – Не хочешь так, отдам тебе ключи от номера, а сам перекантуюсь на заводе – есть у меня там диванчик в кабинете.

– Мужчина! – выпятив нижнюю губу, уважительно резюмировала Рокотова.

– Рыцарь без страха и упрёка! – иронично поддакнул полковник.

– Знаешь, мне говорили, что общность интересов всегда сближает людей. Мы с тобой разного пола, поэтому у нас может образоваться полноценный союз. Как производственный, так и семейный. Кстати! А у тебя на заводе секретутки нет?

– Здесь такое ещё не в моде, – ухмыльнулся Остапов.

– О! Тогда согласная я… – девушка картинно всхлипнула носом. – Но смотри, узнаю, что мне изменяешь… – покачала она головой.

– С кем? С двигателем внутреннего сгорания? – захохотал Родион.

– С ним? – она картинно нахмурила брови. – Ну, с ним… разрешаю.

– Боюсь, что у вас вместо детей в будущем пойдут именно движки, – ухмыльнулся полковник.

– Движки у нас и так пойдут, – заверил его Громов. – А дети – это святое, и мы уж тут как-нибудь сами решим, правда? – подмигнул он Анжеле.

– Железно! Третий тут однозначно лишний! – закивала она.

– Ну-ну, – хмыкнул чекист. – Тогда давайте по автобусам. Время не ждёт.

17 октября 1982 года. г. Рябиновск. 2 часа 35 минут

Хорошо, что ночной город был тихим и пустынным. Колонна оперативно проследовала до гостиницы, где людей аккуратно вывели из автобусов и организовали небольшое собрание.

– Товарищи! Руководство города в ближайшие сутки решит вопрос с жильём, – заверил женщин Остапов. – Как минимум, получите номера в гостинице на постоянной основе. Чуть позже Рябиновск превратят в закрытый город, а это значит, что часть жилого фонда освободится…

– Почему? – вылезла с вопросом одна из женщин.

– Потому что мы отселим в другие населённые пункты страны всех неблагонадёжных – пьяниц, дебоширов и тунеядцев, – пояснил полковник. Сейчас товарищ Юрченко поможет вам расселиться по номерам. Учтите, что на всех может не хватить, но мы приняли решение уплотнить вас, добавив раскладушки. Повторю – эта мера временная и вынужденная, и скоро этот вопрос благополучно решится.

Александр Петрович отошёл от женщин и направился к Анжеле и Родиону.

– Что, устала? – сочувственно поинтересовался он у девушки.

– Не-а! Даже не вспотела! Тут расстояние всего ничего!

– Родион, автобусы мы сейчас отгоним на Новую площадку радиозавода и поместим в старый гараж. Туда же сгрузим и автомобиль Рокотовых. Оттуда вас обратно в гостиницу довезёт Колыванов. Думаю, что через час вы сможете принимать водные процедуры.

– Товарищ полковник, а здесь ночных кафе нет? – грустно спросила его девушка. – А то кушать хочется.

– Анжел, у меня в номере найдётся чай, копчёная колбаса, полбулки батона и даже пряники, – усмехнулся Громов.

– Не, как мне с избранником повезло, а! – расцвела она. – В нашем мире таких хозяйственных нечасто встретишь. Тогда не будем ждать и минуты. Давайте, показывайте дорогу!

Семью часами позднее

Проспав около двух часов – контроль около контейнеров был постоянным, Остапов ждал удобного времени, чтобы доложить в Москву о новой группе потомков. То, что он стал полноценным куратором Рябиновска, давало ему право сразу доложить наверх, обходя генерала Суслова. Немного поразмыслив, он решил, что сначала доложит Крючкову, а уж потом, в понедельник, во время решения другого производственного вопроса витиевато обмолвится и Револию Михайловичу. Александр Петрович явно не желал портить отношения с человеком, поднявшим его в иерархии КГБ. Дождавшись половины десятого утра, он снял трубку телефона у себя в кабинете и набрал номер.

– Слушаю, – голос своего главного начальника он узнал сразу.

– Это «двенадцатый». Есть новости, но уровень такой, что сообщить могу только по ЗАСу.

– Понял тебя. Тогда через час перезвонишь на служебный номер.

Пока он ждал назначенного времени, решил дойти до магазина и купить чего-нибудь к чаю. Уже на выходе из «Хлебного» № 57 столкнулся с Родионом и Анжелой.

– А вам что не спится?

– Тут такие вкусные баранки-и-и, – протянула девушка. – Я за ночь всю связку слопала.

– Ночью нужно спать, – наставительно заметил чекист.

– Ой, да ладно! – махнула она рукой. – Зато Родик ввёл меня в курс дела. Меня всё устраивает. Буду работать в его группе.

– Только пройдёшь инструктаж.

– Какой?

– Что кому можно говорить, а что ни в коем случае.

– Да ладно! А то я не давала сами знаете чего… – она многозначительно посмотрела на полковника.

– Я рад, что ты меня поняла. Тогда не буду вам мешать.

* * *

Выпив большую кружку чая с баранками, он прокашлялся и набрал номер на «вертушке»

– Да!

– Это «двенадцатый».

– Слушаю тебя, «двенадцатый».

– Произошёл вторичный переход.

– Что? – голос Крючкова стал металлическим. – Докладывай подробно.

Остапов поведал тщательно заготовленную легенду перемещения беженцев с детьми и отдельно небольшой группы прикрытия контейнеров.

– М-да… удивил так удивил… Что думаешь делать?

– Проблема в жилье, товарищ «второй». Жилого фонда в городе мало… строить в этой пятилетке не планировалось.

– Что предлагаешь?

– Думаю, что назрела необходимость превращать город в закрытый. Слишком много новинок по безопасности уже запущено, и кое-что потомки подкинули дополнительно. Я уже побеседовал с группой прикрытия самих контейнеров.

– Кто они? Им можно доверять?

– Тут вообще сложная ситуация. Дело в том, что они потомки самого генерал-лейтенанта Рокотова – брат и сестра, праправнуки.

– Даже так?.. Думаю, что такие люди не зря пошли в сопротивление. А почему перешли к нам, ты узнавал?

– Так точно. Там начался путч. Другая группа прикрытия оттянула на себя значительную часть повстанцев.

– Вот оно что… значит, вызвали огонь на себя, с целью спасти своих жён и детей… Да и о подарке побеспокоились… Слушай, это дорогого стоит… Нельзя их обижать, никак нельзя!

– Полностью согласен с вами.

– Да… это уже уровень не Суслова, а мой… вот что… я думаю, что назрела необходимость мне самому побывать в вашем городе. Я, конечно, попрошу Суслова сопровождать, но скорее, чтобы вас не столкнуть лбами. О дате поездки дам тебе знать в ближайшее время. Мне сейчас ещё наверх докладывать, а уж ОН сам решит, как выходить из положения с жильём. Пока реши этот вопрос, как сможешь.

– Их сейчас уплотнили в гостинице. Думаю, что с неделю смогут продержаться, но не больше.

– Я понял, сейчас будем решать эту проблему. А с контейнерами что?

– Там дежурят мои сотрудники, но снова прошу кран и хотя бы две платформы – нужно переместить подарки на охраняемое место в городе.

– Понял. Сейчас позвоню в Калачееский отдел, и через пару часов у тебя всё будет.

– Тогда я своего заместителя отправлю на трассу, где он их перехватит. Майор Юрченко уже занимался транспортировкой первых контейнеров.

– Согласен, так и поступим. Рассчитывай на время… примерно через два часа тридцать минут.

Тем временем. Подмосковье. Правительственные дачи

Андропов только-только закончил с завтраком, когда зазвонила «вертушка».

– Слушаю.

– Доброе утро, Юрий Владимирович.

– Доброе, Владимир Александрович. Есть новости?

– В Рябиновске вновь нештатная ситуация…

– Говори, – Крючков не спеша поведал всю информацию, переданную ему Остаповым. – Да-а-а… потомки, конечно, свалились как снег на голову, но люди доказали свою преданность Союзу. И то, что военные вызвали огонь на себя, прикрывая женщин и детей, говорит о многом. Это наши люди, правильные… с советской жизненной позицией. И ведь умудрились ещё что-то для нас передать… Хорошо, лирику оставим, а ты начинай операцию «Исход». Проведи в Рябиновске жёсткую фильтрацию местных граждан. Все, кто нужен, остаются, остальных рассели по Калачеевской, Волгоградской и Воронежской областям.

– Если потомки передали военное оборудование, что будем делать?

– Если этот вариант подтвердится, я поговорю с Устиновым. Пусть выделит толкового специалиста. Возможно, организуем небольшую часть в городе, вместо нынешней. Кстати, её тоже нужно куда-то передислоцировать. Дай команду «Двенадцатому» – пусть перевозит контейнеры и не затягивает с их вскрытием.

Сразу после разговора генсек пару минут неподвижно смотрел в окно, размышляя над сложившейся ситуацией. Потом его рука снова потянулась к телефону, только обычному.

– Алло, день добрый, Степан Ильич. Узнал?

– Юрий Владимирович, доброе утро. Уж кого-кого, а ваш голос я ни с кем не спутаю.

– Есть разговор.

– Слушаю вас.

– Нет, не по телефону.

– Юрий Владимирович, я бы подъехал, да меня почки замучили. Сами знаете, какая вода в Москве и Подмосковье – одна известь. Вот и сижу в кресле со стаканом минералки.

– Адрес тот же? А то я сам подъеду.

– Да вы что?! Раз ко мне САМ решил приехать, знать, дело серьёзное.

– Не то слово, Степан Ильич. А с почками я тебя понимаю – сам некоторое время назад мучился.

– Если не секрет, Юрий Владимирович, чем лечились?

– А вот об этом и по делу мы с тобой побеседуем лично. Я буду примерно через час.

Подмосковье. Дачный посёлок «Красноречье».[44] Часом позже.

Кортеж из трёх машин медленно проследовал по асфальтной дороге посёлка и подъехал к двухэтажному особняку. Почти сразу же ворота автоматически открылись, как бы приглашая гостей внутрь. Две машины остались у въезда, а центральная заехала на площадку перед домом. К ней сразу же вышел седовласый старик, опираясь на резную палку, и остановился в метре от автомобиля.

Андропов вышел и укоризненно покачал головой.

– Степан Ильич, ну зачем такие торжества? Я ж не с официальным визитом. Здоровье беречь нужно!

– Юрий Владимирович, это просто дань уважения хорошему человеку. Прошу в дом. Моя Людочка уже стол накрыла.

– Товарищ Рокотов, мы же договорились… – нахмурился глава государства.

– Подумаешь, чайку пополощём, – подмигнул старик. – Я ж не водку выставляю – от неё сразу копыта откину… с моими-то почками… Да и во дворе светиться нам не с руки – тут у всех соседей глаз профессионально намётан, – усмехнулся он. – А мне потом, как на допросе, перед ними вертеться – зачем САМ приезжал. Вон, у Маркелова уже окошко быстро захлопнулось – значит, узрел, что за гости ко мне пожаловали.

– Срисовали, значит? – усмехнулся Андропов. – Ладно, уговорил – пойдём в дом.

– Доброго здоровья, Юрий Владимирович! – с лёгким поклоном поздоровалась супруга генерала.

– Здравствуйте, Людмила Викторовна.

– Люда! Разговор у нас будет серьёзный, поэтому не мешайся сейчас.

– Я привычная, – усмехнулась та, и вышла из дома.

Гость и хозяин расселись по стульям, и Рокотов взялся наливать чай.

– Скажи, Степан Ильич, ты операцию в Иссык-Куле помнишь?

– Я её не только помню, Юрий Владимирович, – вздохнул тот. – Она мне часто по ночам снится. Как люди дико орали, опалённые каким-то видом энергии… Сколько молоденьких солдатиков там погибло… Ладно «яйцеголовые» – эти знали, на что шли… но солдатиков наших… эх… – мотнул он головой.

– Ты сержанта Иванова помнишь?

– А то! Парень – кремень! Молчун, правда, но голова варила у него – будь здоров. Но, насколько я знаю, через год-полтора выжившие все умерли? – он вопросительно уставился на генсека.

– Он один в живых остался.

– Но мы его около нужника откопали, а там сплошной металл. Он же излучения хватанул, будь здоров! – удивился Рокотов.

– Степан Ильич, подписку брать с тебя не буду – ты в этом деле каждую песчинку изучил, поэтому мне понадобится твоя помощь. Скажу сразу – там получился пробой не пространства, а времени.

– Мать честная!

– И Иванов попал в будущее.

– Ого!

– Именно поэтому он и выжил. Дальше – больше: потомки Иванова подлечили и сделали на него ставку… видишь ли… в том варианте будущего СССР закончится в 1991-м году.

– Это какая же сука такое провернула?! – глаза старика налились кровью.

– Миша Горбачёв. Не волнуйся, больше он ничего сделать не сможет, как и его подпевалы в ЦК. Но дальше начали разворачиваться такие события, что непосвящённый человек посчитает их настоящей сказкой. Во-первых, Иванову потомки дали кое-какие знания по электронике, но он не побежал к Мише на поклон, а сумел выйти на меня.

– Я ж говорю – наш человек! Свой! В доску! – воссиял Рокотов.

– Во-вторых, потомки сумели вытащить в наше время первую посылку, в которой мы обнаружили всю подноготную этой стаи товарищей. Мои люди уже ими занимаются вплотную, но не это главное… Главное в том, парень начал ваять приборы, способные не только продвинуть советскую технику выше заокеанской, он спаял аппарат, который излечил мою почечную болезнь… Навсегда излечил.

– Навсегда? Герой! – мотнул головой старик. – Наградили его, Юрий Владимирович?

– Какой там! – махнул тот рукой. – Неподкупный идеалист до мозга костей. Представляешь, ветеранов Отечественной и воинов-афганцев под свою опеку взял. Из последних, тех, кто увечья получил. Работу дал нормальную, жильё и главное – уверенность в будущем дне.

– Дважды герой! Только я не понял, как он смог дать им это всё?

– Прошёл путь от начальника смены до директора радиозавода. Организовал артель, которая плавно переквалифицировалась в Научно-Производственное Объединение. Конечно, мы ему помогли, но и он в долгу не остался. Но я о другом хочу тебя попросить… – Андропов внимательно посмотрел на старика.

– О чём?

– Вчера произошёл второй переброс от потомков. Помимо оборудования к нам прибыли беженцы – женщины с маленькими детьми. Видишь ли… как удалось узнать, ТАМ начался путч… Бойцы группы сопротивления отвлекли на себя путчистов, позволив спасти свои семьи, а двое смельчаков помогли им выйти к нам.

– Таких награждать нужно!

– Парень и девушка – Рокотовы: Юрий и Анжела.

– Что?? – старик опешил, резко встал и медленно вернулся на стул.

– Ты правильно подумал – это твои праправнуки, Степан Ильич.

– Твою дивизию… – ошарашенно покачал тот головой.

– Поэтому у меня к тебе будет просьба – съездить туда и на месте проверить правдивость их слов. Всё дело в том, что твоя фотография хранилась у них в семейном… э-э-э… ну, пусть будет альбоме. И они знают тебя в лицо. Мне нужно, чтобы ты точно установил, что они те, за кого себя выдают. Заодно я попрошу Иванова вылечить тебя.

– И вылечит? – усмехнулся Рокотов.

– Не сомневайся, Степан Ильич. После применения его прибора у меня почки, как новые. Он и мою Татьяну избавил от того страха, что у неё начался после Будапешта.

– Охренеть… Юрий Владимирович, это ж гений какой-то…

– Не ты первый о нём так говоришь, – усмехнулся Андропов. – Моя дочка сейчас у него по другому прибору кандидатскую пишет. А на днях Шокин, которого Суслов-младший курирует, направил к нему дочь с внучкой. Девочка попала в автомобильную аварию, а после операции медики дали ей месяц жизни, и всё. Так он её на ноги поставил за несколько дней.

– Даже так?

– Теперь ты понимаешь, ЧТО дали нам потомки? И почему я хочу быть уверенным на все сто, что никакой подставы не будет?

– Я понял, Юрий Владимирович.

– Если всё так, как должно быть, я начну подбирать вокруг него такие кадры, что через несколько лет мы заткнём за пояс американцев, японцев и всю Европу с Израилем в придачу. От тебя требуется только проверить этих двоих. Если они действительно твои потомки, значит, люди из будущего честны перед нами во всём, и я даю команду сделать этот город закрытым, с высшим уровнем охраны.

– Выходит, там и медицина на уровне… – затарабанил пальцами по столу Рокотов. – Юрий Владимирович, а мою Люду нельзя взять с собой? Тоже ведь камни в почках замучили, да и с памятью плоховато становится.

– Ты ручаешься, что от неё не произойдёт утечки информации?

– Люда со мной все гарнизоны прошла – настоящая офицерская жена, да и подписка по второму уровню секретности имеется.

– Тогда возражать не буду.

– Когда ехать?

– К ним Крючков собирается, поэтому поедешь вместе с ним. Я его предупрежу о твоём задании.

Тем временем. г. Рябиновск

К этому времени вся инициативная группа чекистов и гражданских была уже в сборе и находилась на Новой площадке радиозавода. Именно туда подошли две нагруженные контейнерами платформы. Иванов сел в кабину шедшей первой машины и поехал проводником до старого склада готовой продукции. Это порядком обветшалое здание планировалось перестроить на следующий год, а сейчас лучшего места хранилища для контейнеров не придумать. Аккуратно сгрузив оба, платформы двинулись в обратный путь. Воспользовавшись моментом, Остапов подозвал к себе Рокотовых.

– Юрий, Анжела, у меня к вам есть большая просьба. Нужно помочь людям заново пройти инфильтрацию.

– Слушаем вас, Александр Петрович, – кивнул парень.

– Дело вот в чём… – полковник поведал все подробности операции по реинфильтрации женщин и детей. – Мы предполагали такой поворот событий ТАМ, но ваше внезапное появление сыграло не в минус, а в плюс. Теперь легенда, что они появились вместе с вами, выглядит абсолютно правдоподобной.

– Александр Петрович, да что мы, звери какие-то? – удивилась девушка. – Я ж тоже в организации работала, понимала кое-что из якобы закрытой информации. Надо, значит, поможем.

– Мы же Рокотовы, товарищ полковник, – Юрий смотрел на Остапова немигающим взглядом. – У нас в роду трусов никогда не было.

– Ты где служил? – поинтересовался чекист.

– Напомню, старший лейтенант ФКБ – Федеральный Комитет Безопасности. Правда, в отставке. Заставили… – нахмурился он.

– Отдел какой?

– Контрразведка.

– Оп-па… считай, что с сегодняшнего дня вновь поступил на службу. Но уже к нам – в КГБ.

– Алекса-а-андр Петрович, – протянула Анжела. – А можно мне на гражданке остаться? Хочу с Родиком тачками заниматься.

– Только машинами? – усмехнулся тот.

– Ну… не только, – она озорно посмотрела на полковника. – А, кстати, мне местные документы дадут? И когда?

– А зачем тебе?

– Ну как зачем?! Родька – мужчина видный! Ещё уведут! А мне потом с ключом 24 на 27 за каждой фифой бегать?

– Зачем тебе такой, если он волочится за каждой юбкой?

– Ну, пока не волочится… ну, а вдруг?

– Родион мне таким не кажется, – покачал головой Юрий. – Есть в нём какая-то основательность, что ли…