Текст книги "Покорители прошлого (СИ)"

Автор книги: Наталия Лебедева

Соавторы: Юрий Климонов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 17 страниц)

– Да это…

– Рот закрыл! Власть в городе скоро окончательно перейдёт к КГБ… Я не собираюсь тебе проводить политинформацию, кто круче – МВД или КГБ, но наши методы ты только что видел – церемониться не будем ни с кем. Поэтому в ваших же интересах быстро собрать скарб и свалить из Рябиновска в туман. Куда – не моё дело. Ты всё понял?

– Всё… – урка опустил голову.

– Время пошло!

25 октября 1982 года. г. Рябиновск. Утро

Утренняя планёрка на радиозаводе была полна свежими новостями. По традиции первым отчёт держал Старков.

– Что могу сказать… заявки калачеевских ветеранов удовлетворены полностью. Как меня информировала бухгалтерия, деньги из Москвы от Совета ветеранов страны за этот месяц пришли тоже в полном объёме. Отправлено три контейнера: в Москву, Красноярск и Краснодар. Это согласовано со списками Совета ветеранов. Общая очередь советских радиолюбителей также начала сокращаться… была остановка из-за международных заказов. После их выполнения у нас даже какой-то внешний счёт появился, – усмехнулся он.

– Появился инвалютный счёт, на котором сейчас находится порядка трёх с небольшим тысяч инвалютных рублей[55], – добавила Шмелёва. – От Внешэкономбанка пришло официальное письмо, что по указанию руководства страны нам оставлены такие средства для возможного приобретения каких-то иностранных комплектующих или товаров, необходимых для дальнейшего производства. Заодно информирую руководство завода, что в наш адрес пришло письмо от японской фирмы «Icom» (Айком). Руководитель фирмы – Токузо Иноуэ, просит рассмотреть вопрос о приобретении лицензии на выпуск наших моделей трансиверов обоих вариантов. Письмо доставлено с пометкой Конторы, – усмехнулась она.

– Алексей Сергеевич, – Иванов перевёл взгляд на своего зама, – нужно проконсультироваться с Револием Михайловичем по этому поводу.

– Сразу после планёрки созвонюсь, – кивнув, пообещал тот.

– Виктор Николаевич, не забудь, что с 1 ноября мы начинаем выпуск нового аппарата, о котором с тобой говорили. Добавляем в профессиональный образец эквалайзер и режим клиппирования по микрофонному входу, а также плавную регулировку полосы пропускания на передачу. Выводим конструкцию на новую марку – «Прометей ПМ-2». В этом случае мы можем продать японцам старую модель, а новую вывести на рынок СССР и стран СЭВ.

– Кстати, правильное решение, – добавила Ирина. – Пусть капиталисты пользуются не самыми новейшими нашими разработками.

– После получения «красного» статуса нам доступны самые передовые радиокомпоненты, – сообщил Старков. – В этой связи начата разработка нового аппарата – с увеличенным динамическим диапазоном и встроенными антенным тюнером и телеграфным ключом. По сути это первый в СССР экспедиционный аппарат. В принципе, можем доукомплектовать и профессиональную модель этими новшествами.

– Хорошо, так и поступим, – кивнул Константин. – Какие сроки?

– Думаю, что с 1 января можно будет говорить о запуске их в серию.

– А если заинтересовать японцев аппаратом «БМ-2», а после подписания контракта уже вывести в свет новые модели? – предложила Шмелёва.

– А что, очень даже хорошо! – резюмировал Зимин.

– Не боитесь, что их конкуренты попытаются тоже упасть на хвост? – усмехнулся директор.

– Вполне возможно, что Kenwood (Кенвуд) и Yaesu (Йесу) попытаются это сделать, – предположил Старков. – И не исключаю, что в эту гонку включатся американцы. Насколько читал в журналах, их Ten-Tec переживает сейчас не лучшие времена.

– Американцы не должны получить ничего! – решительно заявил Зимин. – Раз они ввели эмбарго на любые электронные компоненты и товары в отношении Советского Союза и стран СЭВ, значит, и от нас им ничего не перепадёт.

– Согласен, Алексей Сергеевич, – кивнул Костя.

– Тогда нужно устраивать аукцион, – пожала плечами Шмелёва. – С капиталистами нужно только так – кто больше заплатит, то и получит патент. А за право ставить свой логотип пусть ещё на двадцать процентов раскошелятся.

– Браво! – Зимин три раза хлопнул в ладоши. – Прекрасное решение коммерческого вопроса.

– Ну и вишенка на торте – победителю аукциона будет предоставлена скидка в десять процентов на комплекты антенн. После этого они начнут такую бойню за выкуп патента, что станут непримиримыми между собой.

– Разделяй и властвуй, – снова усмехнулся Костя. – Да, Ирина Сергеевна, умеете вы поссорить потенциальных конкурентов.

– Мы должны показать всей этой своре, что русские могут не только придумывать всякие новинки, но ещё и торговать с умом.

– Ирина Сергевна, а вы точно заканчивали юридический факультет? – с иронией посмотрел на неё Зимин. – Уж больно профессионально разложили всё по полочкам.

– Я, Алексей Сергеевич, училась по всем предметам хорошо… не прогуливала лекции и понимала, что моё будущее зависит в первую очередь от меня самой.

– Это очень заметно, – улыбнулся тот.

– Тогда переходим к вопросам Новой площадки, – Костя перевёл взгляд на Краснова.

– По аппаратуре полное взаимодействие со Старой площадкой. Кстати, режимный комплекс готов, обкатан и настроен. Осталось дождаться установки опоры.

– Что по ней?

– За эти несколько дней специалисты Горэлектросети провели заливку бетонного фундамента… хорошо, что погода помогла… У меня с ними на сегодня запланирована встреча. По её итогам я сразу скажу о сроках.

* * *

В ЦСБ тоже было оживлённо. Остапов молча выслушивал доклады сотрудников, предпочитая лишь изредка вставлять свои комментарии. Первым докладывал Колыванов, но с учётом нахождения в помещении Юрченко и остальных местных, приходилось импровизировать на ходу.

– По совокупности всех подарков от потомков сейчас у нас имеется: тысяча комплектов индивидуальной тактической связи. Гарнитуры с дополнительными блоками, которые можно положить в разгрузку, уверенно держат связь до семи километров…

– Подумали, сколько будем оставлять для себя?

– Так точно. С учётом дополнительного набора в ряды «Алых беретов» и для наших внутренних нужд получается сто пятьдесят комплектов.

– Маловато… лучше зарезервируй двести, с учётом возможных поломок. Остальные передадим через руководство Комитета.

– Так точно.

– Давай дальше.

– Не летальное оружие – сто сорок пистолетов марки «Защитник ПКТ-226»[56]. К нему около двадцати тысяч пуль, четыре устройства снаряжения патронов и пятьдесят наборов для чистки оружия. По нашему со Звонцовым мнению их все нужно оставить для «Алых беретов».

– Нет, пять комплектов отдадим для тиражирования.

– Понял. Дальше идёт несколько образцов огнестрельного оружия для частей специального назначения… обвес, амуниция…

– Их сразу на вынос, – усмехнулся полковник. – Пусть ими занимаются компетентные службы. И нам меньше головной боли.

– Ещё тот самый комплекс С-650М. Товарищ полковник, нам его правильно не установить. Подключить Соколов сможет, да и Анфиса окажет помощь, но вот всё в точности расположить… – Колыванов покачал головой.

– Приедет наше руководство, доложу и попрошу помощи. Что ещё?

– Остальное – это вычислительная техника, медицинское оборудование и базы данных, точнее – знания по разным направления науки и техники. Мы их отсортировали…

– Посмотри, что может пригодиться здесь, на месте. Насколько я понял, некоторые беженцы вполне себе профессионалы, так что оставим пальму первенства открытий и патентов им. Остальное… остальное без визы Крючкова я не смогу распределить.

– Идеальный вариант – дать ему два шлема и два ноутбука, и пусть сами организовывают негласный центр обучения.

– Нельзя этого делать, – покачал головой Остапов. – Иначе это станет секретом Полишинеля. Нужно ещё одно здание… идеально – бывшая школа, где можно будет разместить по классам все направления обучения.

– А охрана такого комплекса? – удивился Колыванов.

– А вот тут у нас всплывает новая задача: добиться у руководства нового статуса «Алых беретов». Причём, с возможностью их обучения. Чтобы знали многое без всяких институтов, могли правильно расставить акценты и быстро принять верное решение. Иванов уже раз провёл эксперимент над девочкой примерно их возраста. Знаешь что получилось?

– Никак нет.

– Девочка умом превратилась в девушку лет 20–25. Не глядя на неё, при общении создаётся именно такое впечатление. Поэтому буду выходить на руководство с вопросом о таком обучении. Ты пойми, теперь эти парни и девушки уже наши навсегда. Они кое-что видели, кое-что слышали, принимали участие в одной крупной операции.

– Но возраст, товарищ полковник…

– Физический – да, но не умственный, – возразил ему тот. – А руководству всё равно, сколько тебе лет – можешь выполнять поставленную задачу, значит, годен к службе. У них перспектива вообще два года отслужить сейчас, а потом потихоньку расти вверх, получая офицерские звания. К тридцати у них столько опыта наберётся… Ладно, проехали. Давай дальше, что там у нас по мелочи осталось?

* * *

Химзавод гудел. Как и предрекал Филиппов, утром в понедельник сошлись в своеобразном коллоквиуме «Кащей Бессмертный» и «Василиса Премудрая». Нет, ни огненных молний, ни снежных вихрей или шквалистого ветра не было, просто соприкоснулись две разные школы химии, и перед подчинёнными предстало множество разных примеров получения новых веществ, которые по достоинству оценили все – от директора до рядового химика. Хмыля и Морозова, сразу после «битвы титанов», дошли до кабинета директора, где Георгий Михайлович передал все ключи от своих производственных закромов и заметил, что оставляет завод в надёжных руках – такого опытного химика вообще нечасто встретишь, а то, что она пришла на Рябиновский химзавод – небывалая удача для Геннадия Николаевича.

Часом позже состоялось знакомство главы НПО «Гефест» и Василисы Андреевны. Собственно, она сама стала инициатором этой встречи, сразу заметив конвейер, на котором активно шло изготовление ножных протезов из нового вида полиуретана. С минуту она оценивала Родиона и Анжелу, а потом спросил в лоб:

– Вы тоже «филины»?

– Можно и так сказать, – усмехнулся Громов.

– А что не так?

– Я-то – да, а вот Анжеле пришлось уходить в этот мир вместе с братом, спасаясь от вооружённой погони.

Через несколько минут они уже пили чай, делясь опытом жизни в этом мире. Громов вкратце рассказал о своих планах, в чём нашёл полное понимание и поддержку новоиспечённого главного технолога химзавода.

* * *

На местной трикотажной фабрике в тот момент происходили совершенно немыслимые события. Как только Вишневская и Мартынова пришли на предприятие узнать о состоянии дел с заказом тканей, их не пустили на фабрику. Через некоторое время к ним присоединились Клавдия Суркова и Зоя Карасёва, которых также не пускали не только на территорию предприятия, но и в заводоуправление. Однако Оля, Клава и Зоя не были бы закадычными подругами, если не смогли бы решить эту проблему. Ольга попросила позвонить якобы мужу, а на деле самому полковнику Остапову. И пусть в очень сжатой форме, но озвучила все нагрянувшие проблемы. Конечно, у неё отобрали трубку телефона, но маховик проблем для директора трикотажной фабрики закрутился с бешеной скоростью.

Ровно через десять минут на фабрику прибыл сам полковник и с ним отделение чекистов. Под угрозой применения оружия, они повязали местный ВОХР, а потом прошли к кабинету директора. Тот забаррикадировался внутри своего кабинета лишь символически – под напором нескольких сотрудников дверь рухнула, а потом и мир рухнул для него. Александр Петрович в довольно жёсткой форме вызвал сотрудников ОБХСС, а спустя полчаса они уже уводили в наручниках теперь уже бывшего директора трикотажной фабрики.

Дальше в дело вступила предрик Рябиновска. По её указанию было собрано чрезвычайное заседание партийного бюро, на котором виновника саботажа без лишних сантиментов лишили партбилета и уведомили об этом не только ОБХСС, но и парторга предприятия.

В итоге фабрика осталась ни с чем. Подруги – Оля, Клава и Зоя, смекнули, что настал их час, и моментально собрали людей на митинг. Парторг попыталась хоть как-то сохранить единство в коллективе, но куда там – Вишневская чётко определила цели и задачи их ателье и пошивочного цеха в придачу. А дальше Клава и Зоя недвусмысленно дали понять всем, что они сами, без всякого нажима местного парткома и даже профкома, выберут подходящих им людей, а остальные могут делать всё, что захотят. В результате этого отбора у них появился штат в дюжину человек, которых сразу же направили к ателье, в помощь Алле Борисовне.

* * *

Но если у маститых руководителей складывался ворох проблем, Нине Князевой предстояло решить лишь одну, но какую – определиться с новыми командирами звеньев. Брошенный по школам клич – «Алые береты» набирают курсантов, нашёл массовый отклик на городской репетиции празднования годовщины Великой Октябрьской социалистической революции. Эта информация разошлась именно от учеников Двенадцатой и Восьмой школ. И тут молодёжь наплевала на мнимое разграничение на районы города – в субботу перед спорткомплексом дожидалось около сотни парней и девушек. Бегуны и бегуньи, лыжники, футболисты и хоккеисты, баскетболисты и волейболисты обоих полов. Словно вся молодёжная спортивная элита города собралась там. Соперничество за места чуть не переросло в настоящее побоище. Именно самых ретивых забияк и сливали Нина и её подчинённые. Но теперь сто двадцать человек – 67 парней и 53 девушки стояли в одном строю и впитывали вводную информацию как губка воду.

Одно плохо – окодовцев всего четверо, кроме самой Нины, а напрашивалось создание двенадцати звеньев. Кого ставить старшими – над этим вопросом она ломала голову уже час. Да, несмотря на тяжёлую утрату, Сергей Колыванов помог ей в тестировании новичков, потом помог и с распределением по звеньям, сформировав новые и добавив людей в старые, стараясь добиться паритета между парнями и девушками, но главную проблему и он не смог ни решить, ни подсказать, по каким критериям выбирать. Князева набралась наглости и привлекла в качестве консультанта даже Анфису, но та лишь нарочито рассмеялась на экране гала-панели и витиевато ответила:

– Вот приедет барин – барин нас рассудит.

26 октября 1982 года. г. Рябиновск. Ближе к обеду

Вчера вечером полковник известил всех, что к ним едет новая комиссия и снова во главе с влиятельной фигурой. Такой влиятельной, что дух захватывало у всех – даже сам Остапов, судя по его мимике и голосу, не находил себе места. Для Константина масла в огонь подлило известие, что его персональный шофёр «Волги» ещё вечером прошлого дня слёг с высокой температурой. Неожиданно вызвалась выручить Анжела, истосковавшись по управлению автомобилем. Одевшись в свой обтягивающий комбинезон, кожаную куртку и кепи – тот самый набор, что был на ней в день перехода, она со Звонцовым подкатила к зданию заводоуправления Новой площадки и вскоре зашла в кабинет Иванова. Костя оглядел её и усмехнулся.

– Анжел, я надеюсь, что ты не станешь выскакивать из машины при встрече гостей. А то они точно впадут в ступор.

– Не волнуйся, я ж специально так оделась, чтобы было удобно рулить, а не участвовать в торжественной части.

– Тогда погнали!

Через десять минут они добрались до здания райисполкома. Пока не было кортежа, Костя, не заметив ни полковника, ни кого-то ещё из руководства города, решил пересидеть в машине. Ещё через четверть часа знаковые лица начали потихоньку собираться перед вестибюлем здания райкома. Он только открыл дверь, чтобы выйти, когда кортеж на всех парах выкатился на площадь перед зданием.

– Ну, вот и начальство приехало, – усмехнулся он, бросив взгляд на Анжелу. – Ладно, я пошёл…

– Прадедушка?! – у девушки, смотревшей во все глаза через лобовое стекло автомашины, отвисла челюсть.

Костя инстинктивно повернул голову в сторону колонны и увидел…

– Ни хрена себе… генерал Рокотов…

Конец второй книги

–

52 Детская комната милиции

53 В альтернативной истории этот орден утвердили не в 1988 году, а на восемь лет раньше.

54 Вор, специализирующийся на подрезе сумок.

55 Иностранная валюта в рублёвом исчислении, условная денежная единица, использовавшаяся во внешнеэкономических расчётах

56 Модернизированный травматический пистолет Р226Т ТК-Р