Текст книги "Вечно голодный студент 5 (СИ)"

Автор книги: Нариман Ибрагим

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц)

«Одинокий вечер без тебя!» – раздался из динамиков приятный женский голос. – «Тебя нет со мною, скучаю я…»

Слушаю песню с непроницаемым лицом и наблюдаю за реакцией Зверя. А тот всполошился, начал затравленно смотреть по сторонам и нюхать воздух.

«А по тёмным улицам гуляет до-о-о-ождь!!!» – заорала вокалистка из моего смартфона. – «Фонарей далёких мерцает свет!»

Ну, как минимум, это вносит разнообразие в наше затянувшееся противостояние.

«А если задуматься, то я ведь не могу уйти отсюда», – пришла мне в голову мысль. – «Он догонит меня, в любом случае, стоит мне уйти отсюда».

Он не атакует только потому, что чует тут какой-то подвох. Наверное, он привык ждать от КДшников какого-нибудь подвоха, поэтому и не торопится.

«Ты сегодня уже, наверно, не придёшь!» – продолжала вокалистка. – «Тебя нет сейчас со мною, нет!»

«Ох, блядь…» – посмотрел я на успокоившегося Зверя, сидящего за деревом. – «Это надолго…»

*Российская Федерация, Краснодарский край, город Краснодар, парк у стадиона, 7 сентября 2027 года*

«Ах ты, сука шерстяная…» – с ненавистью уставился я на Зверя, всё так же сидящего за деревом и сладко зевающего.

Он четырежды сменил направление, но решил, что лучше маскировки за деревом уже ничего не придумать. Но я думаю, он выполнял этими манёврами ещё одну задачу – он проверял, вижу ли я его и в чём причина демаскировки.

А я всякий раз следил за ним взглядом, чтобы не расслаблялся, сын паршивой собаки.

– Ладно, уёбок! – крикнул я ему. – Тогда следующая композиция – ты сам этого захотел!

Врубаю трек, который Щека скинул мне в прикол.

«Ватафа⁈» – раздалось из динамика. – «Я шлюха, и моя подруга тоже шлюха! Шнейне!»

Фу, блядь…

Зверю тоже, судя по вздрагиванию, не понравилось.

«Шлюхи все танцуют, это моя вечеринка! Ватафа⁈» – продолжал фрик из динамиков. – «Её жопа на моём лице – её имя Вика! Кхе-кхе!»

Щека угорал, называя его гением и несколько дней через слово добавлял ватафа, фа, кхе-кхе и пэпэ.

Но прикол этот уже очень старый, потому что этот фрик как взлетел, так и приземлился, а потом хайптрейн уехал навсегда и все всё тут же забыли. А Щека что-то вспомнил, но ненадолго…

Зверь, к сожалению, перестал вслушиваться в эту божественную песню и отвернул голову.

«Ну и хрен с тобой», – решил я и выключил эту аудиопытку.

Опускаю взгляд на разложенный РПГ-18, которым я собираюсь положить конец этой твари. Больше никаких ошибок – сразу вскидываю и стреляю.

Я примерно час корил себя за то, что решил проявить хозяйственность и не стал заранее раскладывать гранатомёт, до того, как пришёл на Солнечный остров. Сейчас бы всё было совсем иначе.

«Сниму с тебя шкуру, сука ты блохастая…» – мысленно пообещал я Зверю. – «И из твоей шкуры я сделаю себе барсетку с логотипом „Gucci“ и буду рассекать с ней по всему Волгограду…»

Зашипела рация.

– «Попрошайка-1», вызывает «Январь-1», – раздалось из динамика.

– «Январь-1», «Попрошайка-1» на связи, – ответил я, не сводя глаз со Зверя.

– Как обстановка? – спросил Проф.

– Да такая же, как и шесть часов назад, – ответил я ему. – Шерстяная мразь караулит меня, но на рожон не лезет.

– Может, всё-таки, прислать тебе дрон-камикадзе? – вновь предложил Проф.

– Нет, не надо, – сказал я. – Он смоется, и проблема не решится. А я уже въебал тут дохрена времени.

Пролёт дрона-разведчика Зверь воспринял, как смертельную угрозу, поэтому чуть не сбежал прочь, но Нарк вовремя увёл дрон на высоту и ягуар расслабился. Это значит, что у Зверя уже был неприятный опыт с дронами…

– Вечно ждать мы не можем, – произнёс Проф. – Ещё двенадцать часов и мы присылаем дроны-камикадзе.

– Хорошо, – согласился я. – Ещё двенадцать часов.

– Конец связи, – попрощался Проф.

– У нас с тобой ещё двенадцать часов, говно ты кудлатое!!! – поделился я новостью с ягуаром. – Блин, понапривозили экзотических тварей, а я мучаюсь теперь…

Во время сеанса связи с Щекой, я узнал, что конкретно этот ягуар импортный, но есть ещё переднеазиатский леопард, обитающий, в том числе, в Краснодарском крае. Я об этом не знал, поэтому очень удивился.

«Ещё всяких заднеприводных леопардов нам не хватало…» – подумал я с неодобрением. – «Но он сказал, что их капец как мало, поэтому шансы встретить такую тварь крайне малы».

Только вот ягуаров в зоопарке было всего трое, но один-то, сука, выжил – и теперь он наша общая проблема.

То есть, переднеприводные леопарды тоже вполне могут успешно существовать в реалиях Краснодарского края и поджирать всех местных обитателей, время от времени.

А ещё Щека сказал, чтобы взбодрить меня, что долгое время основным потребителем наших непосредственных предков были леопарды, очень похожие на ягуаров комплекцией – мы были в их весовой категории, поэтому они всегда рассматривали нас, как свою законную добычу.

Изобретение копья, конечно, внесло свои коррективы и отучило кошачьих жрать людей, но в диких джунглях, откуда родом Зверь, копьё не поможет. И есть сведения, что сородичи Зверя иногда подъедали жителей джунглей Амазонки и всяких заезжих туристов, которые забыли в той глуши хуй его знает что…

Включаю свой любимый плейлист и телефон сразу же сообщает мне, что заряда осталось 15%. Не беда – достаю очередной пауэрбанк. Я не готов жертвовать комфортом, блин, поэтому израсходую пауэрбанков столько, сколько потребуется.

И снова пошли часы, а Зверю хоть бы хны.

Но где-то на пятый час нашего буквального противостояния в городе появился кто-то новый.

Я услышал характерный лай тюленей – пришла новая волна, возможно, многочисленная. Тюлени – это знакомая угроза, не такая опасная, как раскормленный на КДшниках ягуар, но у них есть шансы против него только в случае значительного численного превосходства.

Они голосят, перекрикивая друг друга, чем вводят Зверя в возбуждение – он подобрался, завертел хвостом и начал колебаться, глядя то в мою сторону, то в сторону тюленьих воплей.

– Дамы и господа! – воскликнул я. – Поднимаем ставки!

Вытаскиваю из кобуры «Грач» и делаю серию выстрелов в небо.

Тюлени прекрасно знают звук огнестрела и будут здесь с минуты на минуту.

Гомон тюленей начал приближаться, а я быстро проверил снарягу и оружие.

Ягуар не стал дожидаться их за деревом, а ушёл севернее метров на сто пятьдесят и одним прыжком запрыгнул на террасу стадиона, где «мастерски» укрылся за ограждением, типа его не видно.

Тюлени примчали со стороны Японского сада. Я насчитал двадцать шесть особей – все взрослые, без детёнышей. Детёныши тюленей остаются на Каспийском море, где для них всегда есть корм.

Включаю свою GoPro, чтобы записать всё, что скоро случится, и перехватываю свой верный СР-3М.

Наконец-то, тюлени разглядели меня и бросились ко мне наперегонки, потому что мяса, как видно, немного и на всех не хватит.

Открываю огонь из автомата, хотя заведомо знаю, что патрон СП-6, к сожалению, не пробивает тюленью шкуру. Но это нужно больше психологически, чем практически – скоро они начнут подрываться на растяжках.

Зверь не выдержал накала и спрыгнул с террасы, после чего помчался навстречу тюленям.

Гранаты с запалами мгновенного действия взрывались одна за другой, тюлени получали смертельные или тяжёлые ранения, а я стоял, ожидая лучшего момента для сваливания.

В конце концов, перевозбуждённый Зверь тоже напоролся на растяжку и подорвался. Правда, это его не остановило – он тряхнул мордой, дёрнул левой лапой, а затем ворвался в мчащую ко мне толпу тюленей.

Я, в это самое время, двигался рывками в сторону здания футбольной академии, следуя по заранее продуманному маршруту, минующему растяжки.

Один из тюленей дёрнулся ко мне, проигнорировав то, что его собратьев рвёт Зверь, но напоролся на особенную растяжку, на которую установлена мина МОН-50.

Раздался взрыв, мне в тыльную часть левого бедра врезалось что-то скоростное, но основная масса стальных роликов досталась участникам потасовки посреди минного поля…

Виновник подрыва слёг с оторванной башкой, поглотившей часть осколков, но больше, как я вижу, никто не умер. Не того эффекта я ожидал, честно говоря.

Но, не став медлить, я запрыгнул на голубую крышу академии и с любопытством мудрой обезьяны начал наблюдать за схваткой ягуара и тюленей.

Зверь, явно, выигрывает, но не в одну калитку – уже пролита его кровь, пусть и ценой гибели десятка тюленей.

Только теперь я увидел его истинную мощь – он ударами когтистых лап отрывает тюленьи головы и распарывает их, как рыбу, от глотки до пупа, а также активно маневрирует, избегая захватов и укусов.

Но тюлени тоже не дураки и им не чуждо что-то вроде тактики, поэтому ягуар был окружён со всех сторон и началось изматывание жертвы атаками со всех ракурсов.

Он пропустил ещё несколько болезненных укусов, расплатился за них парой оторванных голов, а затем, спустя ещё два убитых тюленя, выжившие дали задний и бросились в бегство.

«Ой-ой, пора», – спохватился я.

У Зверя сработал охотничий инстинкт и он бросился в погоню, но я остановил его выстрелом из РПГ-18.

Не попал, к сожалению, но зацепил – противотанковая граната взорвалась в четырёх метрах от ягуара и основательно тряхнула его.

Спрыгиваю с крыши и мчу к дезориентированному ягуару, который изо всех сил пытается прийти в себя.

На ходу расстреливаю весь магазин, нанеся неопределённые повреждения – возможно, практически никакие.

Зверь пришёл в себя, как раз когда между нами осталось около двадцати метров. Я понял это по осмысленному взгляду, который он сфокусировал прямо на мне.

Резкий рывок прямо с земли, а я успеваю только выпучить глаза и начать уклонение.

Передние лапы подвели Зверя и он врезался мне в грудь своей тяжеленной башкой, из-за чего я отлетел прямо на рюкзак.

Ещё не погасив инерцию, с которой меня шоркнуло рюкзаком о брусчатку, вытаскиваю гранату РГО.

Хлопок запала, и оборонительная граната летит в область, где только что находился ягуар.

Взрыв происходит практически зря – когда граната ударилась об камень, Зверь уже летел в мою сторону.

«Ох, сукин сын!» – мелькнуло у меня в голове, когда я активировал рывок и отлетел на двадцать метров правее.

Но даже так, я почувствовал, как мою правую икру ошеломительно больно порвало когтем. У Зверя экстремально острые когти, раз он сумел разрезать СВМП и спецпаутину Лапши.

Нога в шоке, я в ахуе, а ягуар настроен убивать.

Вытаскиваю из кобуры Ярыгина и расстреливаю весь магазин в морду Зверя, а затем применяю рывок.

Кровь наполняет кирзовый сапог, нога болит, но в голове холодная пустота и чеканная сосредоточенность на единственной цели – убить суку…

Возвращаю пистолет в кобуру и вытаскиваю из ножен испорченный пластинами броника нож.

Вряд ли я смогу пробить шкуру ягуара этим ножом, но можно попытать удачу с уязвимыми местами – надо метить в глаз или в подбородок, традиционно плохо защищённый практически у всех зверей.

Зверь не теряет время зря и бросается на меня. Хочу выпустить в него электронити, но не успеваю и ухожу в сторону – мы с этим шерстяным уродом разминулись сантиметров на десять.

Ягуар вновь разворачивается ко мне и меняет тактику – вместо решительных рывков, он сокращает дистанцию плавно, чтобы сделать финальный рывок неотразимым.

«Блестящим, блядь…» – подумал я и перехватил нож.

И вот он, финальный аккорд этого экстрадолгого противостояния.

Зверь бросается на меня, я выстреливаю в него электронитями, пускаю заряд, а затем он врезается в меня и нас сразу же начинает пидарасить током.

– А-а-а-а, сук-а-а-а!!! – заорал я, как оглашённый.

Зверь панически заревел, но обхватил меня лапами и начал сжимать.

У меня из лёгких выдавило кислород, но я забил на это и начал колоть его ножом, куда придётся.

Разряд тока прекратился, но меня продолжило колошматить, вынуждая продолжать наносить конвульсивные удары ножом куда-то в область шеи Зверя.

Постепенно, мне удалось взять свои руки под контроль и я начал бить целенаправленно в шею, в область подбородка.

Уточнение локации для ударов возымело эффект и лезвие пробило прочную плоть, войдя в ротовую полость Зверя через подбородок.

Перехватываю нож, продолжаю орать от адской боли и вбиваю нож по рукоять, после чего, под титры из уведомлений, обмякаю.

– Ф-ф-фых… – выдыхаю я, ощущая умопомрачительную боль по всему телу.

Примечания:

1 – Roblox – запрещённая на территории Российской Федерации платформа, распространяющая среди малолетних экстремистские материалы, ЛГБТ-пропаганду, сексуальный контент и способствующая домогательствам к детям. А ещё из-за того, что наивных детишек кидали на бабки, но на это всем похуй. Замечено, что дети и родители жаловались на этот запрет, осуществлённый Роскомнадзором – первым нужен этот контент, а вторые вдруг остались наедине со своими спиногрызами, которым резко стало нехуй делать. Мультики уже не дают достаточную дозу дофамина этим бедолагам, им уже мало, поэтому нужен интерактив, а без Roblox’а нет интерактива, альтернативы не вставляют. Старпёрские CS2 и Dota 2 уже не то, там современным детишкам неинтересно – что делать? А вот и узнаем, как они выпутаются из этой ситуации и на что подсядут в следующий раз.

Глава седьмая

По кромке ножа

*Российская Федерация, Краснодарский край, город Краснодар, парк у стадиона, 7 сентября 2027 года*

– Пошёл нахуй… – отмахнулся я от подползшего ко мне тюленя.

Зверь порвал его практически пополам, но этот урод выжил и теперь хочет прикончить меня.

Прилагаю усилие и выпрямляю дрожащую левую руку.

Тюлень сделал ещё один судорожный рывок и приблизился ко мне на десяток сантиметров. Из его брюха вывалилось ещё несколько сантиметров требухи, но ему на это, будто бы, всё равно.

Преодолевая сильное сопротивление, инициирую пуск электропроводящей нити.

Нить летит выше тюленя, но затем опадает на него. Активирую подачу электричества и моя рука начинает адски болеть, но в нить подаётся напряжение и тюлень корчится в конвульсиях.

+3 очка опыта

– С-с-сук… – дрожащими губами изрёк я и вновь обмяк.

Сейчас я максимально уязвим, любая тварь, которая придёт сюда, может добить меня и потом наслаждаться накрытой поляной.

«Надо двигаться…» – пришла мне в голову мысль. – «Двигаться, сука! Двигаться!!!»

Сумрак сознания спадает, и я нахожу в себе волю к сопротивлению слабости.

Жуткая боль слегка притупляется, и я начинаю переворачиваться.

– А-а-а… – не сдержал я реакции, когда опёрся на руки.

Зажмуриваю глаза и пытаюсь справиться с очень острыми ощущениями, практически отключающими мой мозг.

Это уже второй раз, когда я страдаю от своей же способности, но зато выживаю.

«Ёбаный турболис…» – вспомнил я предыдущий эпизод селфхарма.

Из-за того, что я поднялся на четыре кости, начался мощный «вертолёт», вызвавший неудержимый рвотный позыв и я почти сразу же проблевался.

Сразу после того, как меня отпустило, я начал переставлять конечности и упорно ползти к зданию футбольной академии. Мне нужно укрытие, чтобы перекантоваться и дать форсрегену возможность сделать своё дело.

Повреждения, полученные за последние тридцать минут, обширны и серьёзны – в основном меня повредил именно электроразряд, который шарахнул по тканям и центральной нервной системе.

Движение за движением, я продолжал это бесконечное путешествие к зданию, оставляя за собой шлейф из рвоты и крови…

Примерно вечность спустя, я упёрся каской в стену здания и пришёл в себя – даже не заметил, как у меня включился автопилот.

Если проигнорировать весь спектр крайне негативных ощущений, я победил: враги мертвы, таймер не включился, а калорий на форсреген хватило, поэтому я даже не сильно похудею.

Хотя кого я обманываю? Себя?

Похудею и ещё как…

Форсированная регенерация выставила мне очень неприятный оффер – 371 678 килокалорий. Выхода не было, поэтому я согласился и сейчас всё это богатство сгорает.

Поворачиваю корпус направо и продолжаю движение к выбитому окну.

Добравшись до места проникновения, начинаю думать о том, как заставить себя подняться. Организм оказывает отчаянное сопротивление и толкает меня к конформизму – просто лечь здесь и дождаться, пока не закончится форсреген.

Но так нельзя, потому что это неприемлемый риск.

Разгибаюсь и становлюсь на колени. «Вертолёт» усилился, в глазах помутнело, а к горлу подступил комок рвоты.

Пересиливаю себя и цепляюсь сразу же адски заболевшими руками за подоконник и начинаю мучительный процесс переброски своего многострадального туловища внутрь.

«Почему так не везёт, а?» – задал я себе правильный вопрос.

Хотя понятно, почему не везёт – я сам на это подписался и вот тебе последствия.

Отказался бы от этого сомнительного предприятия, может, сейчас лежал бы в номере и смотрел очередной фильм, похрустывая просроченными чипсами?

Проф бы, наверное, отнёсся к этому с пониманием…

Но тогда бы сюда пришёл кто-то другой и, после всего пережитого, неизвестно, чем бы это всё для него закончилось.

Зверь – это самая опасная тварь, после Змея, с которой я только сталкивался.

Со Змеем я бы в одиночку не справился, но тогда была Лапша, поэтому-то он и находится на позиции Топ-1 в моём рейтинге опасности зверей-мутантов.

А что будет через десяток лет?

Даже страшно представлять…

Переползаю через подоконник и падаю на кафель, рядом с батареей.

Дальше просто ползу, двигая конечностями, как тот покалеченный тюлень.

Достигаю стеклянной двери, ведущей в какой-то остеклённый кабинетик, в котором я вижу великолепнейшего вида диван. В каком-нибудь аниме, вокруг этого дивана бы появился золотистый ореол…

Прилагаю усилие, приподнимаюсь на колени и открываю дверь, после чего падаю в кабинет.

А дальше дело было за малым – я дополз до дивана, на остатках морально-волевых сил стянул с себя рюкзак, а затем забрался на диван и затих.

«Вот теперь я точно победил…» – посетила моё удовлетворённое сознание приятная мысль.

Пусть я собрал целый ворох пыли, лежавшей на полу, пусть у меня сейчас чумазое лицо, покрытое смесью из крови, пыли и пота, но мне надо лишь оклематься и тогда я заживу…

Сознание начало затухать, но я сразу же проснулся и перепроверил интерфейс – таймера точно нет и слава богу.

Теперь, окончательно успокоенный, начинаю отрубаться.

*Российская Федерация, Краснодарский край, город Краснодар, парк у стадиона, 8 сентября 2027 года*

– Да, живой… – ответил я хриплым голосом.

– Нужна помощь? – спросил Проф.

Я прислушался к своим ощущениям.

– Нет, сам доберусь, – ответил я. – Надо только собраться и можно выдвигаться.

На часах 02:38 ночи, то есть, я проспал примерно 9 часов, но не особо выспался.

Проснуться мне пришлось из-за беспокойства Профа, который начал вызывать меня по рации. А так бы мог пролежать на этом диване ещё минимум часа четыре.

Зато форсреген полностью завершился и я вновь в полнофункциональном состоянии, но без части с таким трудом накопленного жирового запаса.

– Сколько опыта получил? – спросил Проф.

– Дохрена, – ответил я. – Сейчас скажу точно.

Открываю интерфейс и перехожу в уведомления.

– 3042 единицы опыта, – сообщил я ему.

– Это впечатляет, – произнёс Проф. – А сколько уровней?

– Семнадцать, – ответил я. – Но если дальше мне надо поднимать уровень именно так, то ну его нахуй, Проф – в пизду, я становлюсь фермером… На таком кончике я ещё никогда не проскакивал…

– Ситуация была уникальной, Студик, – тяжело вздохнув, сказал Проф. – Благодаря тебе, теперь у нас есть ценные данные. Кстати, камера уцелела?

Смотрю на камеру, до сих пор закреплённую на шлеме. Вытаскиваю её из крепления и нажимаю на питание.

Экран загорелся, но сразу же вылезло предупреждение, что кончилась память, а батарея на исходе.

– Живая, – ответил я в рацию.

– Это замечательно, – отреагировал Проф. – Ты отлично поработал, Студик. Нарк уже нарезает лучшие моменты из записи с дрона-разведчика – вся твоя схватка со Зверем попала на камеру и скоро мы начнём трансляцию трейлера.

– Вы что там, блин, Голливуд хотите организовать? – поинтересовался я. – Я не уверен, что хочу смотреть на то, как меня пиздят, по ТВ…

– Ты честно победил в этой схватке, Студик, – сказал на это Проф. – Остальное не очень важно. Теперь тебе лишь нужно вернуться живым.

– Да-да… – ответил я. – Ладно, пора браться за сбор трофеев.

– Тогда мы ждём тебя, Студик, – произнёс Проф. – Конец связи.

Креплю рацию обратно на разгрузку и поднимаюсь с дивана.

Экипировка в шоке – местами порвана, местами покрыта кровью и рвотой, а также почти полностью заляпана чёрной пылью.

«Надо приводить себя в порядок…» – подумал я и начал отряхивать одежду от пыли и высохших комочков рвоты.

Пока я был в отключке, мне снился сон – я снова летел, захваченный сраным беркутом, но под нами проносились бесконечные дикие поля, ранее бывшие пахотными. Всё заросло травой, но из неё выглядывали признаки былой цивилизации – ржавая сельхозтехника, поросшая вьюном, танки и БМП, точно так же заросшие травой, человеческие черепа, оружие, окопы…

Не знаю, к чему это, но мне было дискомфортно наблюдать за всем этим, а сраный беркут надсадно каркал, разрывая плавность происходящего.

Заканчиваю с приведением себя в порядок, надеваю рюкзак и выхожу на улицу.

А на улице стоит вонь – вывороченная требуха уже начала гнить, потому что ночка выдалась тёплой.

По пути к месту основной драмы замечаю вороньи перья, а также признаки драки птиц за добычу.

Туши тюленей уже разобрали до костей, но кое-какое мясо ещё есть и за него, как раз, конкурируют крысы, мыши и собаки.

Вскидываю СР-3М и двумя очередями приканчиваю двух псов, которые, опрометчиво, не обратили на меня внимания.

Опыта за них не дали, но я и не ждал – от них исходит крайне сомнительная опасность.

Потерявшие берега крысы и мыши сразу же рассыпали в стороны, чтобы убраться от меня как можно дальше, впрочем, как и оставшиеся собаки – эти бросились в бегство сразу же, как раздались приглушённые очереди.

Зверя тоже успели подъесть – один из псов прогрыз ему брюхо и начал кушать самое сладенькое, то есть, требуху.

Подхожу к погибшему ягуару, с кряхтением присаживаюсь на корточки и вытаскиваю из ножен бытовой нож.

Я не отказался от своего намерения снять с него шкуру и взять её трофеем, в напоминание о случившемся.

Пусть часть шкуры уже испорчена, но барсетку себе я сделаю…

Вернее, обращусь к специалистам из нормальных людей, которые уже шьют вещи из звериных шкур, и за деньгу малую получу себе барсетку или даже рюкзак, если шкуры хватит.

Шкура Зверя не поддаётся ножу, но я не отчаиваюсь и достаю из рюкзака специальные ножницы, предназначенные для резки металла. Для их применения нужна сноровка, но этого добра у меня с запасом.

Мне потребовалось около тридцати минут, чтобы снять шкуру со Зверя и выдрать ему клыки. Можно было бы и череп его забрать, но это слишком дохрена возни со сверхпрочными костями, поэтому я махнул рукой.

Дальше я взял на себя работу утилизатора – ограбил академию футбола на предмет всего деревянного и горючего, сложил большой костёр, на него уложил все недоеденные туши, а затем полил всё это керосином из полулитровой канистры и поджёг.

Чтобы всё точно прогорело, пришлось сходить на стадион и надёргать древесины уже оттуда.

Я следил за огнём до тех пор, пока от жертв кровавой бойни не остались обугленные кости. Но мясо и жир прокачанных зверей горят очень хорошо, поэтому всё закончилось сравнительно быстро.

– Вот такой выдался соло-рейд… – с философским настроем на душе произнёс я и откусил кусок от конфеты «Мишка на Севере».

Больше нечего делать в Краснодаре – всё «лучшее» уже произошло, поэтому пора и честь знать. Но сперва я соберу оружие и боеприпасы, чтобы не возвращаться в Волгоград только со шкурой ёбаного Зверя…

*Российская Федерация, Волгоградская область, город Волгоград, крепость «Хилтон», 8 сентября 2027 года*

– А вот и он! – крикнул мне со стены Проф. – Добро пожаловать домой!

Он одет в гражданскую одежду – белую рубашку и совдеповского фасона брюки, от которых веет олдскулом. Зато на ногах чёрные кроссовки «Adidas Ultraboost», последней в истории модели.

– Даров, Проф! – помахал я ему рукой. – Как жизнь⁈

– У нас всё хорошо! – ответил Проф. – Заходи!

Гидравлические приводы заработали и тяжеленные ворота открылись, после чего я вошёл во двор и в глаза мне бросилось изменение антуража.

Во-первых, у ангара стоит танк Т-62М, увешанный противодроновой защитой типа «ёжик».

Во-вторых, во дворе прибавилось бронированных грузовиков.

– А что случилось? – спросил я у спустившегося со стены Профа.

– Приехал гонорар за убийство Зверя, – ответил он с улыбкой. – Один танк Т-62М и четыре бронированных грузовика.

– То есть, я делал всё это не бесплатно? – с удивлением спросил я.

– Нет, конечно! Ха-ха-ха! – рассмеялся Проф. – Мы не хозяева ростовчанам, поэтому бесплатно, ради их блага, ничего не делаем. Поздравляю, Студик, теперь ты сказочно богат – на твоём электронном счету уже должны быть деньги.

– И сколько? – поинтересовался я.

– Восемь тысяч рублей, – ответил Проф. – Но сразу предупрежу, что это исключительный случай – за каждый рейд выплаты не положены.

– Ага… – изрёк я задумчиво. – Ну, спасибо за гонорар…

– Что это у тебя? – посмотрел Проф на шкуру ягуара.

– Шкура, – ответил я. – Я снял, как смог, пересолил, как положено. Но, думаю, получилось хреново – его успели потрепать падальщики.

– Хороший трофей, – пощупал Проф шкуру. – Будет напоминать тебе о том, что тебе пришлось пережить.

– Да, за тем и взял, – усмехнувшись, ответил я. – Я здоровски потратился по калориям, так что…

– Придётся подождать – Клавдия Вячеславовна ещё не закончила готовить, – сказал Проф, покачав головой.

– Лапша уже вернулась? – спросил я.

– Ещё нет, – ответил Проф. – Но обещает вернуться через два-три дня. Ей устроили проблемы тюлени – займётся ими, а затем закончит постановку ловушек.

– Тоже тюлени? – слегка удивившись, спросил я.

– Да, мелочь подросла и им снова стало не хватать еды, – кивнув, произнёс Проф. – Похоже, мы всегда будем испытывать проблемы с тюленями – они будут нападать на нас сезонно, по мере подрастания молодняка. А ресурсов на полную зачистку побережья сейчас нет ни у кого, что означает перманентную проблему с тюленями.

– Ну, это лёгкий опыт, – пожав плечами, сказал я. – А остальные где?

– Щека и Фура отправились в рейд, – ненадолго задумавшись, ответил Проф. – Палка и Фазан тоже в рейде, как и Череп с Бубном. А вот Повар и Майонез ещё в крепости – Майонез успел сходить в соло-рейд и получил ранения, а Повар до сих пор не восстановился.

– Дела, блин… – тяжело вздохнув, сказал я. – А в остальном – всё спокойно?

– Не совсем, – ответил Проф и вытащил из кармана брюк плоскую фляжку-алкашку. – Щека и Фура пошли на перехват группы вражеских рейдеров. Мы думаем, что это бромовские, возможно, из бром-гвардии. Если так, то может потребоваться срочная поддержка, поэтому будь наготове. Ты же можешь выйти в экстренный рейд?

– Да, могу, – подтвердил я. – Но мне нужны калории.

– Я уже учёл это, поэтому сегодня у тебя на ужин пятикратная порция, – улыбнувшись, сказал Проф. – Также ты получишь неограниченную квоту на дефицит – сладости и прочее. Но в рамках разумного, хорошо?

– Конечно! – обрадованно заверил я его.

Меня просто от новости шарахнуло дофаминовой дозой – уж я-то развернусь… Но только в рамках дозволенного, конечно же…

– Я передам шкуру мастерам, – протянул Проф руку.

– Спасибо, – поблагодарил я его и отцепил шкуру от рюкзака, а затем указал на две клетчатые сумки. – А вот тут вся мародёрка.

Там оружие, боеприпасы и остатки снаряги покойной группы Шкафа, которые я собрал прямо перед выходом из Краснодара.

Наверное, в городе можно налутать много чего ещё, но это территория ростовцев, поэтому было бы некрасиво с моей стороны…

– Пиджак, Борода, Рева и Меченый выражают тебе свою глубочайшую признательность и передают подарок в виде коробки с шоколадом, – сообщил мне Проф. – «Альпен Гольд» с изюмом и фундуком.

– О-о-о, вот это я понимаю… – заулыбавшись ещё шире, сказал я. – Я им теперь капец как признателен!

Видимо, Зверь доканывал их гораздо серьёзнее, чем они нам сообщали – косвенным признаком того, что группа Шкафа погибла там далеко не первой, является то, что я нашёл 31 единицу вооружения в районе «Авроры». Это больше, чем заявлялось людей, погибших на охоте на Зверя.

Но это не моя проблема – так даже лучше, ведь не будь он серьёзной траблой, мне бы хрен подарили ящик «Альпен Гольда»!

Шоколад – говно, конечно, но в наши печальные времена очень радуешься даже такому…

– Ящик в твоём номере, – сказал Проф. – Всё, больше не задерживаю – приводи себя в порядок и приступай к ужину. Я позабочусь о трофеях.

– За мной не заржавеет, – усмехнувшись, ответил я и направился в отель.

Быстро принимаю душ, затем извлекаю из бронированного комбинезона все пакеты и закидываю основу на стирку, вместе с нательным бельём и окаменевшими носками.

По поводу распределения левелов я не торопился и правильно сделал, потому что время не то – возможно, мне скоро снова в рейд.

Запустив стиралку, я тщательно отмылся в душе, переоделся в домашнее и пошёл в ресторан.

– Здоров, Студик! – встретил меня у лифта Нарк.

– Даров, Нарк, – приветствовал я его. – Как сам?

– Да просто охуенно! – ответил он. – Я видел твою зарубу с ягуаром в режиме онлайн – это был пиздец!

– Не то слово, блин, – согласился я с ним.

– Ты не передал Профу свою GoPro, – напомнил мне он.

– Ах, блин… – вспомнил я. – Сейчас…

Сбегал туда-обратно и вручил Нарку камеру для экстремалов. Но все экстремалы прошлого – это жалкие сосунки, если сравнивать с тем, чем занимаемся мы.

– Найс, – заулыбавшись, сказал Нарк. – Всё, я в свою берлогу – монтировать. Приятного аппетита!

– Спасибо, Нарк, – поблагодарил я его. – До встречи.

О том, что меня реально собираются закармливать, я узнал ещё на пороге ресторана – доносящийся с кухни аромат чуть не лишил меня сознания.

– Здравствуй, Костик! – выглянула Клавдия Вячеславовна из-за кухонной двери.

– Здравствуйте, Клавдия Вячеславовна! – приветливо помахал я рукой. – Вы просто не поверите, как я рад вас видеть!

– Ха-ха-ха! – заливисто засмеялась она. – Садись за стол – скоро подадим главные блюда!

Ресторан я покинул только спустя полтора часа. Я думал, что сегодня точно наемся, но лишь достиг физического предела вместимости моего желудка. Это мой крест…

Но всё равно, я почувствовал налаживание жизни. Тот пиздец, который я пережил в Краснодаре, уже не кажется таким уж драматичным – в жизни так бывает.

– Уф… – тяжело выдыхая воздух, я доковылял до номера, в котором сразу же завалился в кровать и молниеносно нащупал пульт на одеяле.

Врубаю питание и вижу, что Лапша смотрела первый канал, на котором транслируют контент без разбора и фильтрации.

– О, это я вовремя… – произнёс я, увидев вступительные титры рок-оперы «Юнона и Авось».