290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Трудная любовь » Текст книги (страница 2)
Трудная любовь
  • Текст добавлен: 28 сентября 2016, 23:02

Текст книги "Трудная любовь"


Автор книги: Мирра Хьюстон






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 9 страниц)

Сюзанна Уиллингтон, теперь Сюзанна Бейли, устремилась к ним через весь зал, шурша многочисленными складками своей юбки. Она села на один из стульев и тяжело вздохнула:

– Боже мой, свадьба просто выбила меня из колеи.

– Медовый месяц поставит все на место, – сказала Линда.

– Ну, это работенка для жениха, – озорно произнесла Элизабет.

Новобрачная опять вздохнула:

– Пожалуйста, никаких непристойных шуточек. Я достаточно наслушалась их от дяди Чарльза – Питера Бейли. Вон он у лестницы в фиолетовом бархатном смокинге.

– Еще бы! Я помню дядю Питера, – усмехнулась Линда, – у него есть привычка в воспитательных целях щипать тебя за задницу. Так что остерегайся, Сьюзи.

– Поздно. Он уже сделал это. Но разве можно что-нибудь почувствовать через все эти шелка и кружева?

Они засмеялись.

– Чарльз ничего не рассказывал мне о своих родственниках. А здесь их целая куча. – Она пыталась нахмуриться, но только еще больше засветилась от счастья. Линда никогда не видела невесту, сияющую больше, чем Сьюзи. Чарльз сделал правильный выбор. – Мы заказали комнаты в отелях по всей стране, и я не знаю, хватит ли у нас времени объехать их все.

Вот чего никогда не сделал бы Ричард, подумала Линда, он просто ненавидит всю эту мишуру.

– Когда вы отправляетесь в путь? – спросила Элизабет.

– С минуты на минуту! – Абсолютно счастливая Сьюзи наблюдала за Чарльзом, который делал последний обход зала, пожимая всем руки. – Я не могу дождаться... – Она увидела косые улыбки подружек. – Милые, это совсем не то, о чем вы подумали. Просто хочется отдохнуть. Ну... и ото всего остального тоже не откажусь.

– Еще бы! – Лизи хихикнула.

Жених Сьюзи был без всяких сомнений исключительным человеком. Линда поняла это еще до того, как добрая дюжина мидлхиллских сплетниц проинформировала ее, что она по глупости упустила свой шанс. Девушка не могла объяснить другим, почему у них ничего не получилось, потому что она прежде всего не могла объяснить этого самой себе.

– Я надеюсь, что к тому времени, как мы вернемся, все родственники разъедутся, – прошептала Сьюзи. – Не представляю, как будем жить все вместе, пока не достроится новый дом.

– Ричард думает о том же, – вырвалось у Линды. – Возможно, ему придется обосноваться здесь.

– О, его мать так хочет этого. Но я слышала, что парня трудно удержать на одном месте. Что говорить, если он даже умудрился пропустить и репетицию свадьбы, и свадебный обед.

Линда приняла это как упрек в свою сторону. Первый раз она увидела его сегодня днем в церкви, когда провожала Сьюзи к алтарю. Потрясение, испытанное от его присутствия и мгновенно возникшее желание обладать им, заставило ее несколько раз споткнуться на старинной мозаике церковного пола. Причем достаточно заметно, чтобы сплетницы радостно закудахтали об этом, хотя никто не догадывался об истинных причинах. Все думали, что она опечалена потерей Чарльза.

– Знает ли Ричард, что Вирджиния сейчас в морском круизе и поэтому не смогла приехать на свадьбу? – спросила Лизи, вопросительно поглядывая то на одну женщину, то на другую.

– Да ему-то что! – Сьюзи взглянула на Линду с преувеличенным сочувствием. – Вирджиния его давно не интересует ни с какого боку.

– А как его ноги? – продолжала выпытывать Элизабет.

– Его ноги в порядке, – с напором, излишне громко произнесла Линда. – Тебе стоит только минутку понаблюдать за ним. Он так же полон жизни, как и был.

Лизи метнула быстрый взгляд, и даже ее нос задергался от любопытства.

– Полон?.. – эхом повторила она. – Знаешь, дорогая, если бы я была на твоем месте, то не особенно бы рассчитывала на это.

Линда взвилась:

– Если бы ты была на моем месте? О чем ты говоришь! К тому же я ни на что и не рассчитываю. Здесь не о чем говорить. Ты спросила, я ответила. – Она вздохнула, ужасаясь тому, как быстро теряет хладнокровие по пустякам. – Ладно, забудь.

Сьюзи вмешалась:

– Лизи, не соберешь ли ты незамужних женщин? Я хочу бросить букет. – Как только та отошла, новоиспеченная миссис Бейли повернулась к покрасневшей Линде. – Дорогая, с тобой все в порядке? Я знаю, как тебе было тяжело увидеть Ричарда вновь.

Ты не знаешь и половины всего, подумала Линда. Она сцепила пальцы под кружевными оборками платья. Сьюзи догадалась о чувствах Ричарда и Линды месяц назад, когда девушка призналась, что, вопреки всеобщему мнению, совсем не страдает из-за разрыва с Чарльзом. Но Сьюзи не знала, что все было гораздо серьезней.

– Спасибо, – смущенно произнесла Линда. – Я немного нервничаю, что, впрочем, и ожидалось. Но, надо признать, Ричард все еще Ричард.

Сьюзи засмеялась:

– Так он все такой же хороший или плохой?

– Я знаю его недостаточно, чтобы судить. – Линда задумалась. Он был хорош для перемен – перемен в ее жизни, но он плохо влиял на ее непробиваемое спокойствие. – Наверное – и то, и другое. Ричард всегда был... – Она сделала неопределенный жест рукой.

– Себе на уме, – кивнула Сьюзи, – хотя мне он нравится. После всех этих историй я решила, что он из этих дураков с петушиными амбициями. Но он может быть и другим – спокойным и умным, с хорошим чувством юмора... – Увидев потемневшие глаза Линды, она остановилась. – Я не должна говорить этого тебе, да?

Линда вздохнула.

– В восемнадцать лет он действительно был красивым хулиганистым петушком. Бейли с ума сходили от его безрассудств. – Она грустно подумала о сегодняшнем Ричарде, о беспокойстве в его глазах. – Но я подозреваю, что после аварии он несколько изменился.

– Может быть, у тебя будет шанс понять его. – Сьюзи слегка поддела ее локтем.

– Может быть.

– Постараешься уговорить его остаться?

Линда собиралась сказать, что Ричард никогда не обращал внимания на ее слова. Но тут показалась Элизабет с возбужденно переговаривающейся толпой гостей. Линду втащили в эту толпу, несмотря на ее протесты. Она не верила в приметы, предпочитая доверять хорошо разработанным планам и их четкому исполнению.

Шумящая свадебная ватага вывалилась на парковую дорожку. Черный «ягуар» Чарльза был изукрашен кремом для бритья, лентами, консервными банками и традиционным плакатом «Молодожены». Линда отыскала Ричарда в толпе, и ее сердце учащенно забилось, когда она увидела искреннюю улыбку на его лице. В янтарно-алом отблеске заката его темно-зеленые глаза светились как две звезды.

Неужели прошло семь лет? – подумала она. Ее грудь тяжело вздымалась. Она ждала этого часа все эти годы. Достаточный срок, способный заставить даже такую здравомыслящую женщину, какой была она, совершить переворот в своем характере и мозгах, увлечься дельтапланеризмом или скалолазанием.

Чарльз и Сьюзи стояли на пороге дома под аркой и выглядели сейчас точь-в-точь как фигурки жениха и невесты на свадебном торте. Они обняли родителей Чарльза и отца Сьюзи – адмирала Джерома Кейси Уиллингтона, а затем побежали к свадебному кортежу под ливнем цветочных лепестков. Сьюзи остановилась у самой машины, вскинула букет под приветственные возгласы толпы и грациозным движением подбросила его высоко в воздух. Линда проследила за полетом букета, ее рука невольно оказалась в небе, прежде чем она опомнилась и схватила пустоту. Сара Хоуп, член группы поддержки, уже дважды побывавшая замужем, сделала впечатляющий прыжок и поймала букет, несмотря на многочисленные взметнувшиеся юбки ее невероятного размера платья, скрывавшие бальные туфли еще более впечатляющего размера. Рев толпы достиг апогея, когда адмирал поймал ее в свои крепкие объятия и чмокнул.

Когда Сьюзи и Чарльз укатили, Линда встретилась взглядом с Ричардом. Я не собиралась ловить свадебный букет. Я так же свободна, легка и бесстрашна, как и ты, хотела она сказать, но решилась лишь на робкую понимающую улыбку, пока многочисленные дядюшки, кузены, племянники и еще более отдаленные родственники не скрыли его от нее.

Бедный Ричард, подумала она, и тут ей в голову пришла одна идея.

2

Да, конечно, когда она стала совершеннолетней, заняться любовью с Чарльзом было естественно, даже ожидаемо. Никто из их друзей не поверил бы, что они воздерживаются от близких отношений. Линда не знала, почему они медлили, но что-то заставляло ее отказываться в последний момент. Потеря девственности была для нее важным событием, а она была осторожным человеком.

Может быть, слишком осторожным.

Теперь или никогда, сказала она самой себе в один прекрасный день, но вздрогнула, когда услышала стук в дверь. Как глупо. Она так долго раздумывала, пока не решила, что первым будет Чарльз. Так что не было причины не открывать дверь.

Все будет хорошо. Линда взялась за дверную ручку. Чарльз был безопасным и благоразумным выбором. Он позаботится о ней...

– Линда, – позвали ее женские голоса, прервав воспоминания. – Подружка, иди и присоединяйся к празднику. Где же ты?

Ричард хранил молчание. Вместо этого он нагнулся и подбросил очередное полено в костер, безуспешно стараясь не смотреть на вновь прибывших участников пляжной вечеринки. Линда была одета в черные обтягивающие брюки, туфли на низком каблуке и свободный светлый свитер. Волосы ее были собраны в хвостик. Когда она повернулась, чтобы взять пиво у Бобби, пламя костра высветило ее профиль, изящный, как рисунок на китайской вазе. Она всегда была тонкой натурой, к тому же безупречно аккуратной.

Пламя взметнулось, жадно поглощая сухое дерево. Ричард подбросил еще полено. Искрящийся фейерверк на фоне темного занавеса ночного неба... Присев на корточки, он смотрел, как раскаленные искорки уносятся в высь ночного неба извилистой дрожащей тропинкой.

Большинство пришедших расположились на низких стульях или пляжных лежаках. Линда обошла гостей и приблизилась к Ричарду.

– Садись, – кивнул он, преодолевая неловкость и ощущая ее присутствие всей кожей, несмотря на то, что взгляд его оставался прикованным к пламени.

– Привет! – Она села на бревно.

– Привет.

– Здесь хватит места и на двоих.

Он чуть помедлил, но потом примостился рядом. Наполовину засыпанное песком, бревно было серым и гладким, отполированным бесчисленными пляжными воздыхателями.

– Хочешь пива? – спросила она, протягивая свою бутылку.

– У меня есть, спасибо.

Напряжение между ними было почти невыносимым. Что его заставляло по-прежнему считать Линду одной из воздыхательниц своего брата? Все эти годы именно данное обстоятельство не позволяло им идти дальше ничего не значащей болтовни, редких приветственных похлопываний друг друга по плечу или случайных касаний.

Сможет ли свадьба Чарльза изменить что-то? Или инерция настолько сильна, что даже женитьба красавчика Бейли не в силах что-то серьезно изменить в сознании других людей? Оно словно отравлено представлением о том, что Линда и Чарльз – идеальная пара. А может быть, на ней теперь стоит печать неудачницы, как будто в последний момент ее так называемый жених разглядел в ней нечто такое, что заставило его отпрянуть от нее и быстро переключиться на другую, даже потеряв огромную сумму, оставленную им по завещанию щедрым Генри Веллингтоном. Это было самое ужасное! Не будешь ведь каждому встречному-поперечному доказывать, что они, к несчастью, против своей воли стали героями одной из легенд, которыми питаются скучающие жители маленьких городков, не избалованные захватывающими событиями, которыми кишат мегаполисы.

Ричард разговаривал неохотно, чтобы не выдать своих настоящих чувств. Словно электрический ток пронизывал все его тело, и он не мог игнорировать этот факт, как ни старался.

Линда обняла колени руками.

– Я все думаю, что Чарльз по-прежнему должен быть здесь, с нами. – Она говорила тихо, стараясь не выделяться на фоне остальных.

– Мне тоже не хватает его.

– Он всегда был лидером среди нас. – Девушка обвела глазами весело болтающих и смеющихся друзей. – Даже если мы женимся или уезжаем, занимаемся карьерой или детьми, мы всегда стремимся быть вместе и все знать друг о друге, ведь правда?

Идиотка! Что она несла... К чему все эти ностальгические упоминания о Чарльзе! Да она сама в первую очередь все еще находится в плену глупой легенды, словно ей неудобно перед остальными за то, что жизнь развеяла их иллюзии и надежды.

– Да, мы будем дружить несмотря ни на что.

Линда быстро взглянула на него и отвела глаза.

– Дружить? – нелепый в данной ситуации вопрос вылетел у нее сам собой.

Ричард не стал уточнять. Он всегда был таким. Особенно с Линдой. Просто не хотел знать ответы на некоторые вопросы.

Держись подальше от этой леди, дружище! – одернул он себя. Сохраняй дистанцию. Даже сейчас, когда они сидели бок о бок, они не соприкасались. Ее щеки нежно розовели в отсветах огня, гладкие и блестящие волосы цвета верескового меда с отдельными темно-янтарными прядками были собраны в хвост. Ему всегда хотелось коснуться их. Ее лица. Ее шеи. Ее груди...

– Я вообще-то был удивлен, что Чарльз вернулся сюда, – сказал он, – после всех этих проблем с Вирджинией и несостоявшейся свадьбы.

– О нет, твой брат принадлежит этому месту.

– Пожалуй. Чего не скажешь обо мне.

Кто-то принес гитару. Бобби прыгал под музыку и тряс бутылкой так, что ее содержимое выплескивалось на окружающих. Лизи смеялась и кидалась в него кукурузными хлопьями. Несмотря на весь этот шум, Ричард уловил короткий вздох Линды.

– Как ты можешь так говорить? – Она подвинулась ближе, заглянула в его лицо и положила руку ему на колено. – Ты принадлежишь этому месту больше, чем кто-либо.

– Я – не Чарльз.

Она пожала плечами:

– Ну и что?

Ричард усмехнулся, чувствуя себя полным идиотом.

– Чарльз более выдающийся представитель нашего клана. Лидер, как ты сказала. А по мне, если я уеду навсегда, никто даже скучать не будет.

Линда убрала руку с его колена:

– Ошибаешься.

Она сделала большой глоток пива, хотя Ричард знал, что Линда не была большой поклонницей этого напитка. Поняв, что приятель смотрит на нее, девушка мягко улыбнулась, не решаясь сказать что-нибудь еще.

Ричард замолчал, не желая получать сочувствие от женщины, которой был, похоже, небезразличен. Линда понимала его так же хорошо, как и он ее. И этого было достаточно. Каждый раз, приезжая домой, он наслаждался, изучая ее. Когда они были вместе, он постоянно чувствовал ее присутствие, ощущал в ней родственную душу, близко воспринимая каждое ее слово, улыбку, жест. Он мог закрыть глаза и узнать ее по запаху. Чистый, едва уловимый, свежий аромат солнечной лаванды...

Еще не хватало, ты брось эти штучки, дружище! – подумал он, чувствуя нарастающее возбуждение внутри себя. Главное – вовремя остановиться.

– Мне кажется, ты скоро уедешь, – бросила она небрежно.

Он и так пробыл в Мидлхилле слишком долго – сначала авария, потом медленное выздоровление. То удовольствие, которое он получал от своей тяжелой, суровой и увлекательной жизни, заставляло его всегда жадно стремиться к новым приключениям. Последние годы оказались слишком сложными. Неподвижность заставила его по-другому посмотреть на мир. Ему было тесно в Мидлхилле. Но исключительно оттого, что впереди лежала неизвестность.

– Я не хочу никуда ехать, – признался он.

Линда выказала свое удивление:

– О, Ричарду Бейли всегда надо было куда-то спешить.

– У меня сейчас нет работы.

За эти годы чего он только не перепробовал: от администратора местного театра до горноспасателя, от инструктора по дельтапланам до школьного учителя математики. У него были просто феноменальные физические способности. Он все время что-то пробовал и экспериментировал.

– Все мои скудные пожитки умещаются в багажнике машины.

– Спальный мешок, палатка, мотоцикл, – начала перечислять Линда, – пара высоких ботинок, альпинистское снаряжение.

– Что-то вроде этого.

Он запрокинул голову и осушил бутылку, думая о двух вещах, которые она не упомянула. Во-первых, о трости, которую Чарльз приобрел для него, когда Ричард попал в одну из своих переделок, и, во-вторых, о потертом фото, которое он всегда носил с собой. Первую он хранил под сиденьем и пользовался по мере надобности. Второй была фотография Линды в день ее восемнадцатилетия.

– Тогда ты можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь. – В ее голосе прозвучала надежда или ему показалось?

– Я не планирую ничего дольше, чем на несколько дней.

– Этого времени достаточно, чтобы научить меня всему тому, о чем я просила?

Он уклончиво улыбнулся:

– И чему не просила тоже... Я-то подумал, ты пошутила и давно выкинула эти затеи из головы.

– Плохо же ты меня знаешь. Все, как ты их называешь, затеи я занесла в записную книжку, где-то между конференцией «Мир и мы» и открытием столовой для малоимущих.

Она забавлялась. Ричард был уверен, что она забавляется.

Сара Хоуп обходила всех по кругу, предлагая фрукты.

– Ты хорошо выглядишь, Ричард, – заметила она, на мгновение задержавшись около них.

– Ты тоже, Сара.

Но такое можно было ляпнуть разве что в шутку, поскольку та поддела джинсы под нарядное платье, собрав многочисленные юбки на талии и стянув их ремнем. Торчащий из-за пояса свадебный букет делал ее вид еще более вызывающим. Несмотря на ее откровенный интерес к адмиралу, она не прочь была поискать себе пару и у костра.

– Сплетница, – сказал Ричард, когда Сара ушла.

– Женщина со свадебным букетом опасна. Еще несколько секунд, и ты попал бы на верхнюю строчку ее списка холостяков. – Линда поправила выбившуюся прядку волос. – Ты теперь передо мной в долгу.

– Я сам могу о себе позаботиться, – начал было Ричард, но остановился, потому что вспомнил, что это уже не было правдой.

– Ты не оценил мой отвлекающий удар! – Тон Линды был насмешливым и дразнящим, но он видел – она прекрасно поняла, что он имел в виду на самом деле. Ему все еще приходилось бороться с собой.

Он вспомнил, как, мучимый болью и отчаянием, невольно обижал Чарльза, особенно в те дни, когда больше всего в нем нуждался. Его брат был просто неотразим, удачлив, красив, и у него было две здоровые ноги. Тогда он ненавидел брата больше всего, и бедняга чувствовал это.

– Оставь меня, – повторял он снова и снова. Иногда с горечью, иногда со страхом и оскорбленной гордостью, иногда с отчаянием. Ему не хотелось никого видеть, даже брата.

Чарльз не поддавался:

– Ты пока не можешь оставаться один. И я буду здесь столько, сколько необходимо.

И он остался, ни на что не жалуясь.

– Я могу позаботиться о себе сам, – капризничал Ричард, когда началась физиотерапия. Неважно, что двигался он, покрываясь потом, цепляясь за все, что только можно.

– Конечно, можешь, – согласился Чарльз, – я здесь просто развлекаюсь. Это лучшее зрелище, чем шоу мотоциклистов в цирке.

Проклиная его и ругаясь, Ричард с трудом пересек палату и, задыхаясь, остановился на пороге. Чарльз зааплодировал. А потом сказал:

– Докажи им, что ты можешь больше, чем они думают. – Он знал, как обращаться со своим колючим братцем. Ричард никогда не отказывался от вызова...

– Хорошо, хорошо! – сказал он Линде. – Я ценю твое вмешательство. Только не жди благодарности.

– Твои сосиски на костре подгорают.

Он снял их с огня. Шум вокруг как-то отошел на задний план, слышался только плеск озерной воды о берег, мягкий шелест деревьев.

Они съели сосиски, немного поговорили о Чарльзе и Сьюзи, которую Ричард почти не знал, но она ему понравилась, так как не сердилась за его опоздание на свадьбу. Потом поговорили еще на дюжину разных тем, за исключением собственных отношений. Ричард чувствовал себя хорошо, не скованный стенами и занятый легкой болтовней.

– Ты совсем не изменился, Ричард Бейли, – заметила одна из женщин, когда тот подтвердил, что собирается скоро уехать.

Все вдруг заинтересовались, что он собирается делать дальше. Ричард отвечал громко и отчетливо, похоже, придумывая прямо на ходу и поражая всех смелостью своих замыслов.

Линда сидела рядом и незаметно улыбалась. Потом в ночи зазвучала музыка, навевая покой и лень. Они спели несколько песен. Глаза Линды мягко светились, и каждый раз, встречаясь с ней взглядом, он вздрагивал от удовольствия. Он с трудом боролся с желанием заключить ее в объятия.

Песня кончилась, и, когда все голоса ветер унес вдаль, остался только голос Линды. Он был очень приятный и чистый, девушка пела о смене времен года и о переменах в жизни. Ричард смотрел на нее, пока его горло не сжалось от боли, тогда он закрыл глаза и с трудом сглотнул, не в силах подавить в себе желание остаться здесь навсегда. Сладкий голос Линды, бренчащая гитара, обжигающий контраст холодной ночи и жаркого огня. Именно здесь и сейчас на время беспокойство перестало терзать его.

В конце концов песня стихла. Как и праздничный вечер. Компания начала расходиться. Линда собрала волосы, рассыпавшиеся по плечам, в хвост и, помедлив немного, встала. Она протянула руку Ричарду:

– Пойдем со мной. Мне надо кое-что показать тебе. И если ты будешь хорошо себя вести, даже получишь это.

Молодой человек настоял, чтобы она села к нему в машину. Линда отметила, что он стал более внимателен к ней, не позволив ехать в собственной машине. Когда раньше Ричард Бейли прислушивался к чувствам? К своим, возможно, да, всегда. Но к чужим? Линда же обращалась с чувствами, как с деньгами. Что и говорить, она с детства копила каждый цент в своей свинье-копилке, твердо зная, когда и на что их потратит. Практичная душа, вот кто она такая. И романтичная одновременно.

– Ты стала непредсказуема, – бросил Ричард, когда, следуя ее указаниям, вписывался в поворот.

Она засмеялась совпадению мыслей.

– Если честно, думала, что не смогу заманить тебя сюда. Твоей маме это не понравится. Она хочет, чтобы ты был дома.

– Я никогда не был домоседом.

– Что верно, то верно. – Линда отшатнулась, так как машина сделала очередной поворот на узкой извилистой дороге. Дорога шла через лес, пока не выскочила на чистое место. Ричард резко сбросил газ. – Что здесь происходит?

– Строится туристический комплекс. – Линда показала на огромный щит с разъяснениями.

И тут же увидела разочарование на его лице.

– Когда-то здесь был детский парк с аттракционами, – с грустью в голосе произнес он.

Машина неслась по новой дороге, что проложили совсем недавно. Земля вокруг была размечена столбиками.

– Я думала, тебе следует несколько передохнуть от твоих родственников. Поскольку часть коттеджей принадлежит агентству, в котором я работаю, у меня есть ключи от их дверей. – Внезапно Линда подумала, что это не самая лучшая идея. Ее приятель скорее разобьет палатку в парке, чем хоть на время поселится там. – Может быть, ты хочешь взглянуть, перед тем как уехать. Там очень необычная архитектура... – проговорила она, запинаясь.

Да что с ней такое? Заикается, краснеет...

Ричард затормозил и повернулся, чтобы взглянуть на нее.

– Не думай ничего лишнего. Я просто предлагаю тебе пожить в экспериментальном доме. Вернее – переночевать. Ты освободишь его днем.

– Проказница, – сказал он, поднимая брови, – это совсем не тот Ежик, которого я знал. Тот никогда не нарушал правил.

От нахлынувшего жара ей стало душно.

– Во-первых, я ничего не нарушаю. А во-вторых, ты не знаешь меня так хорошо, как думаешь.

– Возможно, нет. Полеты на дельтапланах, автогонки, какие-то экспериментальные коттеджи. Что еще?

– Ничего особенного. Кроме того, я даю тебе пристанище не просто так. За это ты научишь меня держаться на воздушных потоках и помахивать яркими крылышками дельтаплана.

Она отстегнула ремень безопасности, стремясь спрятаться от его настойчивого любопытства.

– Тебе не интересно? Давай хотя бы пойдем, посмотрим.

– Почему бы и нет?

– Может быть, тебе понравится.

Он последовал за ней по стройплощадке. Полтора десятка недостроенных коттеджей напоминали город призраков – пустые глазницы окон, голые стены и абсолютная тишина.

Позади них мерцало черным ониксом озеро, залитое серебристым светом луны.

Оказалось, один из экспериментальных домов был не только достроен, но еще отделан и обставлен. Она достала ключи, открыла дверь и впустила его внутрь – надежная постройка, хорошая планировка. Рабочие, нанятые Чарльзом, который был совладельцем этих строений, немного изменили чертежи, так что дом получился уникальный.

Ричард быстро окинул скучным взглядом кожаную мебель и направился прямо к окну.

Линду охватило отчаяние. Внезапно ей стало все ясно. Это место не для Ричарда;

– Ты ненавидишь все это, не так ли?

Он посмотрел на роскошный декор, сияющую белизну стен.

– Интерьер безупречный, прямо как с обложки глянцевого журнала. Туристы будут рады. Но я боюсь испачкать здесь что-нибудь.

– Конечно, знаю я тебя. Ты нигде не оставляешь свои следы.

Действительно, Ричард мог рисковать жизнью десятки раз на дню, но был педантичен в некоторых вещах. Даже ночью у костра ему единственному пришло в голову засыпать пепелище костра и убрать остатки мусора. Он напоминал ей какого-то ночного зверька, скрывающегося высоко на деревьях, – тихого, быстрого, незаметного и нигде не оставляющего следов.

Кроме, как во мне, подумала Линда.

– Это место для сегодняшней ночевки, – сказала она, удивляясь своему срывающемуся голосу. – Тебе не обязательно должно здесь нравиться.

– Спасибо за предложение, но мне здесь как-то не по себе. – Ричард направился к выходу, ни разу не оглянувшись.

– Ты даже не поднялся наверх. Там есть купол, – она поспешила за ним, – тебе же нравится высота? Ты можешь спать наверху. Оттуда прекрасный вид на озеро, все застеклено.

Мужчина повернулся и посмотрел наверх.

Временами она думала, может быть, он страдал клаустрофобией, поскольку не любил находиться в помещении. В таком случае месяцы выздоровления должны были показаться ему пыткой.

– Ты, конечно, можешь вернуться в дом родителей, – протянула она. – Кто разделит спальню с тобой сегодня?

Наконец Ричард улыбнулся:

– Мой кузен Том. Он страдает астмой и просто весь набит медицинскими препаратами. Бедняга будет сипеть как чайник всю ночь.

Она молча протянула ему ключи.

Он протянул руку, чтобы взять их.

Ей до безумия захотелось схватить его руку и прижать к своей щеке, так что она быстро сунула ключ в его ладонь.

У него были красивые и выразительные руки с длинными пальцами – сильные, ловкие, подвижные, мозолистые, но возбуждающе чувственные. Еще один маленький фактик о нем, который она выкинула из своей памяти, защищаясь от несбыточных мечтаний долгими, холодными, зимними ночами.

Но сейчас было совсем не время думать о его руках. Она подавила в себе нахлынувшие чувства, для одной ночи она и так зашла слишком далеко. Ричард не должен был догадаться о ее глубоких истинных чувствах так скоро, особенно если учесть, что он выкинул ее из своего сердца уже много лет назад.

Он не выкинул, подсказал ей внутренний голос, но слишком тихо.

Ричард мгновенно сунул ключи в карман.

– А теперь, Ежик, прогуляемся.

И он показал на одну из недостроенных конструкций.

– Ты не должен ходить туда, – она бросилась за ним, – Ричард, нет! Это опасно.

Он взглянул на нее и улыбнулся, потому что опасность являлась вторым именем этого человека.

Стены строения были еще не достроены. Крыша частично покрыта дранкой. Внутри дом казался подобным пустой раковине, по которой гулял ветер, врывавшийся через неостекленный купол.

Она последовала за своим непокорным спутником по фанерному настилу, напоминающему лестницу, хотя язык не поворачивался ее так назвать.

– Осторожно, – прошептала она. Там не было перил.

– Стой внизу, – крикнул он, – я только взгляну и вернусь!

– Нет, я поднимусь к тебе.

Линда преодолевала крутые ступени, не глядя вниз. Всю свою жизнь она вынуждена была соблюдать правила и приличия, потому что действующая королева, каковой ее считали все окружающие, не должна терять свое лицо. Хватит! Девушка хотела вырваться из этой тюрьмы и начать жить не придуманной окружающими, а своей естественной жизнью.

Ричард протянул руку и помог ей забраться на последнюю ступеньку. Один быстрый взгляд на второй этаж – и она поняла, что он собирается делать. И если ей не удастся остановить его, то придется последовать за ним, а это невозможно! Однако через мгновение он уже был впереди. Дом имел такой же купол, как и другие строения, только недостроенный, и выглядел как открытый металлический каркас без стекол.

– Подумай, какой вид открывается оттуда, – сказал Ричард, приподнявшись и сунув голову в открытый проем, – красота!

– Ты ничего не увидишь сквозь темноту и деревья. – Она хотела схватить его за ремень, но ремня не было. Только тонкие черные подтяжки, воротничок рубашки расстегнут, рукава задрались до локтей. Прямо-таки Джеймс Бонд после выполнения задания, потрясающе волнующий в своем шикарном одеянии, вызывающе сексуальный.

– Остановись же! – закричала она, когда Ричард, подтянувшись, вскарабкался на край рамы. Для мужчины, казавшегося таким неуверенным в собственных физических возможностях, он был удивительно ловок.

Перегнувшись, тот бросил взгляд на нее поверх плеча, восхищая спутницу показной бравадой. Его лицо потеряло серьезность, которая так ее беспокоила. Он послал ей мальчишескую, лукавую усмешку и... подпрыгнул как кошка, уцепившись за верхнюю балку. Линда едва успела вскрикнуть «ах!» и устремилась к окну, но увидела исчезающие над карнизом ноги Ричарда. Она не могла последовать за ним. Девушка стояла и прислушивалась к звукам, но ничего не слышала. Наконец его голова показалась в проеме.

– Иди сюда, – позвал он.

Она смотрела на него снизу, вытягивая шею:

– Ты ведь делал такие вещи и раньше, да?

– Помнишь старый амбар у дороги? Я часто практиковался там.

– Могу представить себе! – Она поднялась на носочки. – Я надеюсь, вид оттуда был хуже этого.

Отсюда, снизу, его лицо было просто неотразимо. Вся сдержанность покинула этого молодого человека, и он превратился в того самого Ричарда Бейли, которого она помнила. Его всегда привлекала возможность преодолеть какое-нибудь серьезное препятствие. Она была рада, что привела его сюда.

– Хочешь посмотреть? – Ричард протянул ей руку. Девушка потянулась к ней, зная, что все это бесполезно. Шесть футов пустоты разделяло их. Она же ведь не какой-то там Тарзан, огромными прыжками преодолевающий пространство.

– Ты говорила, что хочешь испытать риск, – краска залила его впалые щеки, – а сама боишься?

Ричард всегда был готов бросить вызов опасности. И действительно после всех ее просьб насчет дельтапланов и ралли у нее не было пути к отступлению. Она оглядела комнату в поисках чего-нибудь подходящего, на что можно привстать. У противоположной стены были сложены мешки со штукатуркой. Может быть, здесь есть леса или лестница? До дрожи желая – абсурд, но когда ее влечение к этому человеку было разумным! – хотя бы на этот раз оказаться рядом с ним, она стала ворочать тяжелые мешки со штукатуркой. Нагромоздив их друг на друга, попыталась затем вскарабкаться наверх. Один мешок внезапно соскользнул вниз, и она с грохотом упала на пол, подняв облако белой пыли.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю