Текст книги "Капитан Химеры (СИ)"

Автор книги: Мирослава Адьяр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

– Лучше следите за своей жопой, сэр, – прошипела девушка, и ее дрожь резко улеглась – будто сейчас рядом стоял совсем другой человек. Только бледность и судорожное облизывание пересохших губ выдавали ее страх.

Люк отъехал в сторону, и первое, что увидел Бальтазар, – самодельную подъемную платформу и древний лазерный резак в руках одного из Падальщиков. Худощавый высокий мужик с совершенно черными глазами замер, не ожидая, что дверь перед ним просто услужливо откроется. И уж точно он не ожидал, что капитан прыгнет вперед, зависнет над платформой на одно короткое мгновение – и обрушится на замешкавшегося Падальщика всем весом, вминая кулак в удивленное лицо.

Засверкали синии линии на руках, мускулы напряглись, заиграли под кожей – и голова врага превратилась в кровавое месиво из осколков черепа и красновато-серых хлопьев разлетевшихся в стороны мозгов.

Платформа заскрипела и заискрила, просела под ударом, а через секунду – с грохотом рухнула вниз.

Бальтазар вскинул голову и с облегчением отметил, что у этих отбросов не изменились привычки: они все еще не пользовались огнестрелом или энергетическим оружием. Повадки брать числом никуда не делись.

Опасение внушали только ржавые арматурины и общее количество врагов, которые, как показалось капитану, пришли поглазеть на “Химеру” всем своим долбаным ульем.

Некогда задумываться.

Пора было жать кровавый урожай.

Как мухи в паутине

За спиной Клары загудели щиты, и поверхность корабля подернулась туманной дымкой и пошла мелкой рябью. Волоски на затылке девушки зашевелились, а полумрак здоровенной пещеры обрушился на плечи, мешая ориентироваться.

Здесь было всего несколько ламп, прожекторов старого образца, которые, скорее, слепили глаза, чем действительно помогали разобрать дорогу под ногами.

Бальтазар ворвался в ряды Падальщиков как таран. Под тонкой майкой перекатывались тугие мышцы, разукрашенные узорами из небесной синевы и глубокого кобальта. Изогнутые линии тянулись из-под ткани, по плечам и вниз до самых запястий; а в растрепанных черных волосах гуляли голубые всполохи.

Капитан действовал безжалостно. Ни капли сомнений, ни секунды на раздумья. Он уничтожал любого, кто оказывался в пределах досягаемости и не успевал уйти с дороги; сминал, как несущийся на полной скорости аэрокар.

– Все к двери! – рявкнул он, и Клара успела заметить массивные стальные ворота на противоположном конце пещеры.

Падальщики – после секундного замешательства – будто пришли в себя. Или кто-то невидимый “щелкнул переключателем”, превращая апатичных, медлительных мужчин и женщин в диких, быстрых и голодных хищников.

Первый же Падальщик, попытавшийся подобраться к Кларе слишком близко, получил два выстрела в грудь и кубарем откатился назад, прямо под ноги собратьям. Их в пещере было много: казалось, что чуть ли не все кодло собралось посмотреть, как будут вскрывать корабль.

Клара не видела среди них детей, и это вдруг очень ее обрадовало: от одной только мысли, что пришлось бы стрелять в ребенка, внутри все переворачивалось, а по спине медленно скатывались капли холодного пота.

Взгляд метнулся в сторону, к стальной двери. Клара уже открыла рот, чтобы окликнуть своих спутников, как в бок ей ударило нечто. Массивное тело сбило ее с ног, а острые зубы вцепились в плечо и сжали с такой силой, что девушка отчетливо услышала хруст собственных костей. В горле забулькал пронзительный крик. Захлебываясь болью, Клара приставила дуло к вытянутой голове, похожей на собачью, и выстрелила дважды. Тварь дернулась и, к счастью девушки, разжала пасть.

Клара откатилась в сторону, застыла всего на мгновение, чтобы перевести дыхание. Плечо пульсировало, а куртка и рубашка пропитались кровью, но девушку едва ли это волновало: адреналин и страх глушили все чувства.

Резкий рывок за шиворот – и ее буквально вздернули над землей и поставили на ноги. Асази обхватил Клару рукой за талию и меткими выстрелами уложил еще двоих нападавших.

– Можешь идти?!

– Да, я могу… псины здесь какие-то невоспитанные.

Оттолкнувшись от мужчины, Клара нашла взглядом Жель и не удивилась тому, что девушку окружало кольцо пустоты, а под ее ногами валялось несколько изувеченных тел. Падальщики чувствовали, что этот противник так просто не даст к себе подобраться.

Волна нападавших откатилась в стороны. Люди замерли, будто в их головах сейчас складывался новый план: медленно вращались невидимые шестеренки, лопались мелкие пузырьки мыслей, сливаясь в один общий поток. Падальщики даже двигались синхронно, и это не могло укрыться от внимания Клары.

Воспользовавшись временной передышкой, она добралась до двери и рассматривала замок.

Заперто. Да еще и с другой стороны.

– А ну-ка отойди! – рыкнул Асази, отодвигая ее от панели замка.

Падальщики выстроились неровным полукругом, отсекая их от корабля. Бальтазар стоял чуть впереди, заслоняя собой Клару. По правой руке капитана вниз стекала тонкая струйка крови из глубокого пореза на плече. Тяжелые алые капли собирались на пальцах и срывались вниз, разбиваясь о темный камень под ногами.

В полукруг вступили странные псы, с одним из которых Клара уже успела познакомиться. Оскалив зубастые пасти, твари тихо зарычали и прижались телами к земле, готовясь к прыжку. Короткие мускулистые лапы, увенчанные мощными острыми когтями, оставляли на камне глубокие царапины.

– Наварро, ваше плечо…

“Все-то он замечает”, – мысленно усмехнулась девушка.

– Переживу, – буркнула она. – Вы же наш командный врач, вы меня потом и заштопаете.

– Я бы на вашем месте не радовался, – капитан чуть повернул голову, но при этом замерших Падальщиков из поля зрения не выпускал. – Асази, долго ты там будешь возиться?!

– Мне нужно еще пять-десять минут.

“Собаки” глухо зарычали и синхронно двинулись вперед.

– Нет у нас десяти минут, – сказала Жель.

Прыгнули твари одновременно. В воздухе защелкали клыки, и полетели в стороны вязкие капли слюны. Пол будто качнулся под ногами, Клара рванула вбок – и мимо пронеслась особенно крупная псина, метившая точно в спину Асази.

Хлопок пистолета вышел оглушительным – и голова хищника просто лопнула, как перезревшая ягода, окатив механика осколками костей и крови.

Асази даже не пошевелился, только зубами заскрипел.

“Почему они просто не навалятся толпой? Почему просто не перебьют всех нас?” – этот вопрос чуть ли не съедал Клару.

Она обернулась и столкнулась нос к носу с двумя Падальщиками. Поднять пистолет не успевала никак – но тут их смело́ с ног пролетевшее мимо тело с рваной дырой в области груди. Еще одного пса девушка уложила буквально в воздухе, когда острые клыки уже готовы были сомкнуться на горле и рвать его в лоскуты.

– Асази!

Где-то позади протяжно загудела дверь и раздался удивленный и испуганный возглас механика.

А через мгновение в спину прилетел мощный удар, поваливший Клару на землю. В позвоночник будто впились раскаленные иголки, и что-то резко дернуло ее за ногу назад. С трудом подняв отяжелевшую голову, девушка попыталась сфокусировать взгляд, но все, что увидела, – это массивное паучье брюхо, покрытое жесткими щетинками, и шесть мощных лап. Все ее тело медленно пеленали в кокон, а приятное тепло медленно поднималось от ступней вверх, лишая всякого желания двигаться.

Кто-то рядом закричал, послышался хруст.

И после тяжелого, болезненного вздоха свет вокруг погас.

Тревога

Очнулась Клара на каменном полу, лежа лицом вниз. Выдохнув, она смотрела, как вверх поднимается облачко красноватой пыли и кружится в луче, отдаленно похожем на солнечный.

Уперевшись здоровой рукой и оттолкнувшись, девушка поднялась, села на колени и осмотрелась. Камера была крохотной, едва ли десять на десять футов. Внутри – пустота. Ничего, кроме каменных стен и такого же пола, покрытого пылью. Судя по тому, что следы виднелись только от ее тела, – тут давно никого не держали. При Кларе осталась только одежда и браслет-коммуникатор. Пистолет предусмотрительно забрали.

Подняв руку, девушка коснулась плеча.

Не перебинтовали, даже куртку не срезали, рану не обрабатывали. Ткань присохла к ней, и каждое движение пробирало тянущей болью до самых костей.

– Значит, живыми мы им не очень-то и нужны. Они бы позаботились, чтобы один из пленников не помер от заражения.

Клара не стала думать о том, что раненого могли пустить в расход, а с остальными вести переговоры. Вон их сколько, целая команда корабля.

А ведь “Химера” все еще стояла где-то там. Что, если ее уже вскрыли? Что они сделают с лисами?

Голова моментально разболелась от одной только мысли, что бедные Эндо попали в эту переделку по ее вине. Она была невнимательна, и вот теперь…

– Не время посыпать голову пеплом. Нужно выбираться, – твердо решила Клара

Это не была новомодная камера с прозрачными перегородками и электронными замками.

Простая каменная комната, где одна из стен – стальная решетка с дверью, и больше ничего.

Прижавшись лицом к решетке, Клара пыталась рассмотреть то, что происходит в коридоре, где сумрак едва разгоняли маленькие желтоватые лампы.

Ничего. Тишина.

Интересно, где держат остальных? Не может же она быть здесь одна.

Где-то в отдалении что-то заскрипело, хлопнула дверь и звякнули засовы. Торопливо отскочив назад, Клара осмотрелась, но под рукой не было ничего, чтобы вырубить врага.

Распластавшись на полу, в такой же позе, как и проснулась, девушка замерла и попыталась выровнять дыхание, чтобы тюремщик подумал – жертва в отключке.

Тяжелые шаги, скрип металлической решетки. Чуть-чуть приподняв веки, Клара успела заметить толстые подошвы сапог.

Рывок вверх. В раненой руке растеклась противная тупая боль, от которой захотелось завыть во все горло, но Клара сцепила зубы и все еще держала глаза закрытыми. Жесткая ладонь обхватила ее горло, по щекам скользнули шершавые пальцы, сдавили и поворачивали голову так и эдак, будто некто рассматривал ее лицо.

– Сойдет, – пробормотал незнакомец над Кларой.

Распахнув глаза, она согнула ногу и резко ударила, угодив точнехонько в грудь тюремщика. Удар вышел не слишком сильный, но, не ожидав нападения, мужчина охнул и разжал руку, дав Кларе встать на ноги.

Еще один удар, рассчитанный и четкий, прямо в горло: тюремщик захрипел, но не растерялся и вцепился железной хваткой в больное плечо. Клара вскрикнула и ударила снова, метя в глаза. Под рукой не было ничего, что можно было бы использовать как оружие, но тут девушка заметила пистолет, висевший на поясе ублюдка.

Резко дернув, Клара от души размахнулась и впечатала рукоятку оружия в висок мужчины. Тот всхлипнул и завалился на бок.

Рана на плече горела огнём, а свежая кровь бежала вниз по груди. Клара подумала, что ей повезло: будь мужик сильнее и тяжелее, она бы не вышла победителем. Хорошо, что Падальщики были больше похожи на долговязых мумий, а не на настоящих наемников.

Кое-как оттащив тело от решётки, Клара выскочила в коридор и захлопнула за собой дверь.

Стоило только замку щелкнуть, как над головой раздался истошный вой сигнала тревоги.

– Мать твою! – Клара быстрым шагом преодолела расстояние до выхода из темницы. Все остальные камеры были пусты – ее здесь держали одну.

Где тогда искать команду?

Куда идти?

Она едва успела прижаться к стене, как одна из дверей распахнулась и внутрь, шурша лапами, вбежал массивный паук. Жирная тварь размерами не уступала бойцовским собакам и издавала странные, пощелкивающие звуки. Подняв пистолет, Клара не медлила ни секунды.

Звук выстрела не походил ни на один из тех, что девушка слышала раньше. Это был короткий и тихий "врум" перед тем, как узкое, игловидное дуло выплюнуло сгусток синего цвета, прошивший паука насквозь.

Войдя через брюхо, сгусток вылетел точнехонько через жвалы и, ударившись о стену в конце коридора, оставил на ней подпалину. Ноги паука подломились – и он осел на пол, медленно растекаясь в разные стороны дымящейся лужей.

– Хорошая вещь, – протянула Клара и, выглянув из-за двери, окинула проход быстрым взглядом. Пока что никого, хоть сирена и продолжала завывать с такой силой, что медленно плавились мозги и вот-вот должны были начать вытекать через уши. – Ну и куда мне идти теперь, а?

Впрочем, чьи-то крики быстро подсказали ей направление:

– Руки от нее убери, дерьма мешок!

Асази?

Коридоры походили друг на друга, как близнецы-братья. Все это – одна большая, плохо освещенная каменная кишка с неровным полом и ребристыми стенами, напоминавшими шахты в какой-нибудь добывающей колонии, где разрабатывали сциловую жилу.

Послышался вскрик и глухой удар. Буквально за соседней дверью.

Потянувшись к ручке, Клара прислушалась, но сигнал тревоги глушил все посторонние звуки, кроме криков и ругани за створкой. Даже если сейчас кто-то выскочит из-за угла – она не заметит приближение врага.

Толкнув дверь, девушка вкатилась внутрь и сразу же вскинула пистолет. Первый энергетический плевок врезался в голову одного из тюремщиков, что сидел сверху на Асази и пытался скрутить ему руки за спиной. Второй – подкосил высокого мужчину, стоявшего над неподвижной Жель.

– Сука такая! – рявкнул Асази и спихнул с себя обмякшее тело. – Жель!

Откатившись в сторону, он рывком оттащил от женщины упавшего тюремщика и бухнулся на колени, осматривая ее, ощупывая и проверяя голову.

– Что они с ней сделали?

– Она попыталась сопротивляться... мы не учли, что этих тварей здесь двое, – бормотал Асази, отводя в стороны волосы андроида. – Ее надо на корабль, для нормального осмотра. Придется нести.

Обведя взглядом помещение, Клара нахмурилась и облизнула пересохшие губы.

– А где капитан?

– Его забрали, – Асази раздраженно отмахнулся, перевернул Жель и поднял ее на ноги. – Помоги, чего рот раззявила?

Устроив женщину на спине Асази, Клара подхватила еще один пистолет и отдала механику. Жель безвольно уронила голову ему на плечо, а ее руки болтались безжизненными макаронинами и бились о грудь мужчины при каждом шаге.

– Проверь их, там должны быть инфобраслеты.

Склонившись над одним из тел, Клара обшарила карманы на нем и достала странную полупрозрачную пластину.

– Это сойдет, давай, – нетерпеливо поторопил ее Асази.

– Что это?

– Инфопланшет, модель старше моей бабули. Надеюсь, на нем есть карта, – он кивком указал на дверь, за которой все еще надрывалась тревога. – Уходим. Нам нужно найти центр управления.

– А как же капитан?!

Механик тяжело вздохнул и окинул Клару таким взглядом, что захотелось сквозь землю провалиться.

– Если не поторопимся – она умрет. А наш капитан сам может о себе позаботиться!

– Мы не можем его бросить!

– Вернемся на корабль – и спасай своего ненаглядного сколько влезет!

Клара замолчала и поджала губы.

– Хорошо. Сойдемся на этом.

Асази кивнул и двинулся к выходу.

– Не жалей никого, – бросил он через плечо. – Они тебя не пожалеют.

Жители темных углов

Бальтазар застыл посреди самой настоящей арены.

Из-за лошадиной дозы транквилизатора голова неприятно гудела и вспышки боли то и дело отдавались в висках и затылке, но на ногах капитан “Химеры” стоял крепко и пытался понять, чего собравшиеся Падальщики хотят.

Воспоминания перед глазами мельтешили противными разноцветными пятнами и мешали сосредоточиться, мозг пух от сотни вопросов. Что случилось с командой? Падальщики не убивают жертв без всяких своих больных ритуалов, но Бальтазар не мог знать, живы ли они. Вдруг какой-то ублюдок мучает и кромсает Наварро или Асази прямо сейчас? И что они сделают с Жель, как только поймут, что она – не человек?

Прикрыв веки, капитан глубоко вдохнул влажный воздух подземелья.

Даже под наркотиками Бальтазар умудрился зашибить пару особенно резвых мужчин и одного паука, пытавшегося спеленать его паутиной.

Впрочем, он все равно здесь, а не на корабле. Все-таки численное превосходство – не пустой звук, – что Падальщики успешно доказали.

Его не пытались связать, не удерживали веревками или цепями – просто оставили точно в центре каменной платформы и расползлись по своим вонючим углам, чтобы наблюдать за представлением со стороны.

Чего они хотят? Чего ждут?

Или считают, что перед жертвоприношением жертву нужно измотать, заставить ее побегать, попрыгать и устроить шоу?

Каменную платформу опоясывал глубокий разлом, не меньше пятидесяти футов в ширину; с противоположной стороны Бальтазар видел мосты и массивные подъемные механизмы. Пути к отступлению ему отрезали, но больше капитана интересовало, что тут вообще происходит.

Под сводами пещеры медленно собирались люди: долговязые, тощие, в каких-то тряпках, что отдаленно походили на одежду. У многих в руках было оружие, но использовать его Падальщики не спешили. Они выстроились на самом краю разлома и, будто по команде, затянули песню, слов которой Бальтазар разобрать не мог.

Обрывки фраз взлетали вверх к потолку и падали вниз холодными камнями. Падальщики раскачивались из стороны в сторону, с поднятыми над головой руками, голоса сливались в один невыносимый гул, бивший по ушам, проникавший под мускулы и выкручивавший каждый нерв до такого состояния, что пальцы де Сото задрожали сами собой. В голове зазвенели сотни колокольчиков, а по венам растекся обжигающий жар. Рисунки под кожей зудели, требовали каких-то действий, но Бальтазар упрямо выжидал. Он не сможет допрыгнуть до противоположного края. Даже у его сил был свой предел и определенные ограничители, которые не давали самоубиться из-за собственной глупости и самоуверенности.

Все, что он мог, – наблюдать и присматриваться.

Песня нарастала, казалось, что свод пещеры вот-вот обвалится вниз, погребая под собой всех собравшихся.

Платформа под ногами вздрогнула, подпрыгнули вверх мелкие камешки.

Первое, что Бальтазар почувствовал, – запах.

Это была невыносимая смесь сцилового топлива, перегнивших фруктов и мокрой собачьей шерсти. Накатившая волна смрада чуть не сбила капитана с ног, вынудила отступить назад, ближе к краю платформы. Гул нарастал, и сейчас Бальтазар уловил его странную цикличность: звук был не постоянным, а прерывистым – будто кто-то топал, обрушиваясь на опору всем своим весом.

В зале резко потемнело, словно огромная ладонь в один момент погасила все лампы, оставив только очаги зеленовато-синей плесени на потолке, что разливала по земле призрачный, едва уловимый свет.

Бальтазар приосанился, когда над краем площадки вздулся темный пузырь. В густом сумраке сверкнула пара желтых глаз; а модификация зрения помогла капитану рассмотреть детали.

Сразу стало понятно, почему так нестерпимо воняло псиной.

Существо и правда походило на собаку. Здоровенная мохнатая тварь, с пастью такого размера, что там мог бы поместиться ребенок целиком. Казалось, что ее морда раскрывалась на все сто восемьдесят градусов, а внушительные клыки тускло поблескивали от слюны. Вязкие тонкие нитки тянулись вниз, до самой земли, и зверюга дышала так хрипло и жадно, что по спине де Сото побежали мурашки.

Ног у твари, правда, было на пару больше, чем у обычной собаки.

Жуткое паучье отродье. Страшно было даже представить, каким образом получился такой “красавец”.

Пение смолкло. Вокруг площади воцарилась гробовая тишина.

Падальщики не двигались: застыли каменными изваяниями у самой границы арены. Казалось, что они даже не дышали и не моргали, чтобы не пропустить ни единого момента из предстоящего веселья.

Псина угрожающе качнулась. Раскрыла пасть, демонстрируя себя во всей красе.

Бальтазар повел плечами, размял шею. Под кожей вспыхнули голубым ленты татуировок.

Бой мог затянуться.

Тварь издала хриплый вой и бросилась вперед: просто сорвалась с места, рассчитывая порвать противника парой точных ударов. Бальтазара спасла только реакция и модифицированное зрение. Будь у него глаза, как у обычного человека, – и замах лапой прошелся бы прямо по животу, разбрасывая вокруг ленты блестящих внутренностей.

Скорость у псины была запредельная.

Откатившись в сторону, капитан вскочил на ноги и увернулся от еще одной смертоносной дуги, нацеленной в горло. Рванув вперед, он оказался вплотную к противнику.

Самым простым было бы – свернуть собаке шею, но у Бальтазара был другой план.

Ухватившись за жесткий загривок, он оказался на спине чудовища и сжал бока ногами. Пальцы вцепились в шерсть намертво – теперь тварь могла бы его скинуть только с собственным скальпом. От пальцев к массивному черепу потянулись тонкие нитки. Человеческий глаз бы их даже не заметил, но капитан отчетливо видел продолговатое бледное свечение.

Они пробрались сквозь густую шерсть, впились в шкуру – и зверь завертелся волчком, захрипел, и внушительные челюсти клацнули прямо у щеки капитана.

Рывок в сторону – и тварь упала на спину, перекатилась и принялась биться о камни в отчаянной попытке стряхнуть седока, но Бальтазар держался крепко, прижавшись к массивному телу.

Быстрее, быстрее!

Нитки добрались до мозга, нашли нужные центры.

Зверюга рыкнула и подкатилась к самому краю, зависнув над бездонной пропастью.

И застыла.

Импульс за импульсом, приказ за приказом.

– Тише, дружище. Я теперь твой любимый хозяин, понял?

Псина захрипела, ударилась головой об пол с такой мощью, что в стороны разлетелись осколки камня и клочки шерсти. Язык вывалился из распахнутой пасти и заелозил по пыли, оставляя влажный след.

– Встать! – рявкнул Бальтазар.

Лапы зверя заскребли по камню. Поднялась эта туша с трудом, нехотя, постоянно мотала головой и сопротивлялась изо всех сил – но куда ей!

Намотав густую шерсть на кулак, капитан вынудил пса встать в центре платформы.

Падальщики все еще хранили молчание, только выражение их лиц сменилось с восторженного на маску какого-то благоговейного ужаса.

– Ну что, Пушок, – хмыкнул капитан. – Надеюсь, мы с тобой эту пропасть перепрыгнем.

Усмешка Бальтазара превратилась в самый настоящий оскал.

– Ты же хочешь жить, правда?

Пора лететь

До центра управления они дошли по карте, и Асази пришлось оставить Жель неподалеку от входа, ведь с ношей на руках разобраться с людьми внутри – слишком сложно.

– Будь снаружи, – бросил он Кларе. – Мне нужно, чтобы ты за ней присмотрела.

– Уверен, что справишься с ними один?

Механик усмехнулся и потрепал девушку по волосам.

– Не переживай, куколка, я и не с такими проблемами справлялся. – Его лицо вдруг стало предельно серьезным. – Ты, главное, никого к ней не подпускай. Головой отвечаешь.

Клара кивнула и оттянула Жель за небольшой выступ коридора, откуда открывался неплохой обзор. Асази встал в полный рост, направился к двери бесшумно, похожий на крадущегося хищного кота. Сверкнув в полумраке зелеными глазами, он осторожно подобрался к металлической перегородке и застыл над панелью замка.

Он расправился с ним так быстро, что Клара даже не успела понять, что произошло. Асази нырнул внутрь, и почти сразу раздались хлопки выстрелов. Кто-то вскрикнул, но вопль мгновенно превратился в булькающий хрип.

Из комнаты вылетело тело и, врезавшись в противоположную стену, мешком осело на пол. Несколько раз дернувшись, Падальщик вскинул голову, медленно поднялся на ноги, как марионетка, у которой подрезали половину ниток. В дальнем конце коридора замаячили тени, и Клара поняла, что просто так им никто сбежать не даст.

– Асази…

Тихий стон Жель заставил Клару вздрогнуть.

Хлопок выстрела – и Асази вывалился в коридор и поспешно закрыл дверь. Еще один выстрел в панель, чтобы испортить и заклинить замок. Высунувшись из-за куска скалы, Клара отправила на тот свет Падальщика, что так и стоял у стены и то и дело дергался, пытаясь схватиться за пистолет непослушными руками; а люди в противоположном конце прохода ускорили шаг, поняв, что творится что-то странное.

В спину механика полетели энергетические плевки. Один прочертил по плечу, рассекая куртку и кожу под ней.

Асази нырнул за укрытие и привалился спиной к камню, в попытке перевести дыхание.

Глянув на Жель, он слабо улыбнулся:

– Резерв зря тратишь.

– У меня мало времени…

Мужчина нахмурился.

– Я знаю. Я тебя отсюда вытащу.

Клара прижалась к камню и стиснула в руках пистолет.

– Нам, вообще-то, в ту сторону! – она кивнула на людей, перегородивших коридор: стоило только голову высунуть – и первый же выстрел разметал бы ее мозги по земле. – Не прорвемся…

Послышались отдаленные крики и приказы. Падальщики собирались вытащить беглецов из-за укрытия, и Клара приготовилась держать оборону.

– Что будем делать, Асази?

– Мы должны прорваться на корабль!

Клара прикрыла глаза и попыталась сосредоточиться, но в голову не приходило ни одной светлой мысли. Судя по карте из старого коммуникатора, им нужно было пройти еще милю, если не меньше: тут всего ничего осталось, но Падальщики не пропустят.

По коридору прокатился громоподобный рев такой силы, что девушке пришлось зажать руками уши, чтобы барабанные перепонки не полопались. В противоположной стороне, прямо на них, неслось нечто. Клубок концентрированной тьмы, сверкающий глазами и клыками.

На спине чудовища, намертво вцепившись в загривок, сидел капитан и походил на безумца, готового снести все на своем пути.

Мужчина подался вперед, ударил по бокам зверя и ускорился настолько, что пронесся мимо укрытия и поскакал дальше, а Клара выскочила следом и наблюдала, как животина на полном ходу врубается в группу Падальщиков, расшвыривая их в стороны, как кегли. Зверь не обращал внимания на выстрелы, а Бальтазар ловко уворачивался от вопящих мужиков, размахивающих пушками. Его бешеный “конь” отбивал нападение еще до того, как кто-то успевал прицелиться и выстрелить.

Клара глазом моргнуть не успела, как на полу остались только тела.

– Наварро, Асази! Вам особое приглашение надо?! – рявкнул Бальтазар и повернул странное мохнатое чудовище.

Механик подхватил Жель на руки и поспешил к капитану. Клара старалась не отставать, но то и дело оглядывалась: не хотелось, чтобы к ним подкрались сзади.

– Наварро, чтоб тебя разорвало!

Опора резко ушла из-под ног – и Клара вскрикнула, на несколько мгновений повиснув в воздухе: капитан буквально поднял ее за шкирку и забросил себе за спину.

Асази был проворнее: он умудрился устроиться на звере с Жель на руках.

– Как ты нас нашел?

– Это не я, – ответил Бальтазар и похлопал черное чудовище по массивной голове. – Держитесь за что можете!

Существо рвануло с места, и только земля замелькала под мощными лапами. Клара вцепилась в плечи капитана с такой силой, что при резком повороте ее ногти оставили на коже мужчины длинные царапины.

Зверь несся вперед, поворачивал уверенно, выбирая только одному ему известные дороги. В голове девушки крутились тысячи мыслей и вопросов о том, что это за зверюга, как капитан его подчинил и что вообще происходит.

В одно мгновение пол просто пропал – и вся команда “Химеры” полетела вниз, дружно вереща. Кроме Бальтазара, конечно.

– Мы падаем! – взвизгнула Клара и обвила капитана руками и ногами, как вьюнок. Крепко зажмурившись, она уткнулась лбом в спину мужчины и отсчитывала секунды до встречи с землей.

Которой не произошло.

Девушка почувствовала только легкий толчок и протяжное рычание.

Распахнув глаза, Клара увидела “Химеру”, облепленную Падальщиками. Щиты все еще держались, но вокруг корабля суетились мужчины с резаками, то и дело пробуя защиту на зуб.

– Ну что, дружище, – пробормотал Бальтазар. – Рви и кромсай! Подари нам несколько лишних секунд.

Он соскочил на землю вместе с обмотавшейся вокруг него Кларой, крикнул Асази слезать и бросился к кораблю.

Тот засек присутствие капитана и послал последний импульс, снимая щиты и отбрасывая в стороны остатки врагов, что и так кинулись врассыпную, заметив приближение обезумевшего мохнатого облака гнева. Защелкали челюсти, к потолку полетели рваные крики. Асази поскользнулся на крови и, проехавшись несколько футов, чуть не упустил ношу из рук.

Ворвавшись на корабль, Бальтазар попытался стряхнуть с себя Клару:

– Наварро, да отцепитесь, во имя всего святого! И бегом в кресло! – зло прорычал капитан. И только сейчас девушка испуганно разжала хватку и кинулась на мостик, где приборная панель уже сверкала всеми огнями. Сразу же в голове закопошились чужие мысли и раздался визг из-за двери каюты, где были лисы:

Клара-Клара-Клара! Что происходит?!

– Да сидите уже тихо!

Клара плюхнулась в кресло, вцепилась руками в штурвал.

– Асази, выпусти нас отсюда!

Механик где-то за спиной громко выругался, а над головой девушки загудело и заскрипело – сдвинулись с мертвой точки массивные врата, отделявшие внутреннюю, грузовую, часть станции от внешней колючей черноты.

– Взлетаем!

Клара не дождалась, пока ворота откроются на полную – слишком боялась, что сейчас кто-нибудь ворвется в центр управления, что-то там исправит, изменит, отрежет путь к свободе, опять схватит их и бросит в клетки, чтобы мучать снова и снова.

Она почти ничего перед собой не видела, лишь рвалась вперед, на полной скорости, – пока кто-то не накрыл ее ладони и не сжал, вынуждая отцепиться от штурвала.

Клара не сразу поняла, почему перед глазами все такое мутное, и, только когда слезы потекли по расцарапанным щекам, почувствовала, как соль въедается в мелкие ранки. Облегчение накатило так внезапно, что в груди стало тесно, а из горла рвались одни невнятные всхлипы, неразборчивые вопросы и сдавленные рыдания.

– Ну что ж вы плакса-то такая? – проворчал Бальтазар, методично вытирая платком катившиеся по ее щекам капли.

Капитан и девушка походили на двух ободранных в драке котов. Грязных, окровавленных и пришибленных.

– Я поведу, – сказал де Сото.

– Х-хорошо…

Боль в плече девушки вспыхнула неожиданно, распустилась раскаленным цветком. Клара покачнулась, откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза. От пронзающей внутренности пульсации в горле застрял тугой комок тошноты.

– Не теряйте сознание, Наварро! Я вас заштопаю, только говорите со мной.

– Что… что вы сделали с тем зверем?..

Язык ворочался с трудом, разум медленно погружался в кисель из размытых образов, но Клара цеплялась за реальность изо всех сил, держала ее за “хвост” мертвой хваткой.

Бальтазар слабо улыбнулся.

– Я расскажу. Только вы не отключайтесь.

Девушка улыбнулась в ответ.

– Есть не отключаться, капитан...

Время вопросов

Клара старалась не закрывать глаза и наблюдала за каждым движением Бальтазара. Он разложил медицинский набор, достал два инъектора, банку с каким-то черным порошком и скальпель.

Капитан перенес ее в свою каюту, где было все необходимое, и усадил у стола. Почему-то именно здесь девушка чувствовала себя в безопасности. Как дома. Никакого смущения уже не было, только чувство, что ей обязательно помогут.

Клара нервно заерзала в кресле, переводя взгляд со скальпеля на мужчину и обратно, но Бальтазар оставался невозмутим.

– Одежку придется срезать. Вы не снимете ее самостоятельно.