Текст книги "Я разрушу твой брак (СИ)"
Автор книги: Мира Амирова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)
Глава 17
Я в полном ауте.
Словно в замедленной съёмке смотрю, как Куприн лениво совершает тот самый марш бросок, ради которого и копил силы. По всей видимости, он предполагал что-то подобное в заранее.
Ла-а-адно. Ладно. Спокойно выдыхаю и оставляю босса разбираться самостоятельно с моими же проблемами. Хотя в его интересах побыстрей попасть в квартиру, потому что перерыв между его приступами совсем не большой. Это мы ещё на дороге поняли, когда пришлось экстренно с моими нулевыми навыками тормозить на обочине.
– Тебе плохо, ты весь побелел? – Растерянно лепечу, глядя на него, отвлекаясь от полупустой дороги.
Что-то мне совсем не понравился его пот, стекающий по вискам, и синие губы на почти безжизненном лице… Боже, пусть он не кокнется прямо сейчас, меня же запишут в убийцы!
– М-м-м, – Промычал что-то нераздельное, когда совсем прижало. – Сук, тормози…
Глаза заметались в поисках какого-либо закутка, машин на парковке навалом и мест практически не было для того, чтобы я смогла зарулить куда-нибудь такую махину. Начала судорожно соображать и тыкать в навигатор. Бесполезно, не успеем…
– Где, здесь везде камеры и платная парковка! – Вспомнила про пакет, который постоянно кладу во все сумки-рюкзаки, для продуктов. Решила ему хоть такой вариант предложить за неимением лучшего. – Давай я тебе пакет достану?
– Нет! – Просипел на исходе сил, когда я обернулась, одной рукой пытаясь нащупать полиэтилен, а другой всё ещё держала руль. – Смотри на д… М-м-м…
– Ладно-ладно. – Поняла, что мы немного вильнули из-за моих неосторожных действий и чуть не вылетели на встречку. – Сейчас-сейчас вон там лесополоса. Откуда она здесь почти в центре?
Быстро лихо, заскакивая на бордюр, останавливаю танк Сергея Викторовича. Куприн быстро вылетает к первой попавшийся урне и склоняется над ней с характерными звуками. Бедный там уже и тошнить-то нечем, а всё равно вон как его полощет-то. Отстёгиваюсь и спешу ему на помощь с бутылкой воды.
– Ну симпатичненько так, – Осматриваясь, произношу, периодически лью на руки начальнику, чтобы тот умылся и прополоскал рот. – Правда, ничего не видно ни лавочек, ни фонарей.
– Кх-хм…
– Чего? – Стучу по спине подавившегося босса и продолжаю нести чушь от нервов. – Ну да, не очень здесь уютно. Не стала бы гулять в таком скверике. Даже просто мимо проезжать не очень, тем более проходить пешком. Бр-р-р…
Передёргиваю плеча от накатившего озноба и смотрю на притихшего Сергея Викторовича.
– Это кладбище…
– …
М-да, больше я той дорого не поеду. Ни за что…
– Ничего не сделаете? – Перевожу взгляд на участкового. – Так-то кража на глазах доблестной полиции вот только что произошла.
– Не понимаю, о чём вы. – Ответил мне и невозмутимо нажал на кнопку вызова лифта. Правда, зачем помогать какой-то девчонке, которую нагло подставили и оставили без крыши над головой. Не дело это для таких сотрудников, как он. Мерзко.
– Придётся освежить вам в памяти сто пятьдесят восьмую статью, уважаемый участковый. – Из меня начало вырываться всё то напряжение, что копилось неделю в виде отвратительного тона сварливой бабки и презрительного взгляда. Я буду ужасной женщиной предпенсионного возраста, если доживу…
– Пишите заявление, в участке примем, – Почесал свой лысеющий затылок и абсолютно не реагировал на мои колкие слова этот недо-полицейский. – На рассмотрение дают несколько суток. Обычно уходит больше положенного, но вы не отчаивайтесь…
О, я уверена, если бы у меня было пришибленное состояние, а не агрессивно-ударное, он бы ещё погладил меня утешающе по плечу. Что ж, я запомнила его и знаю кому написать жалобу. Конечно, не самому мэру Серёженьке, но есть и другие, более приземлённые инстанции.
– Вас к этому уже выпнут из квартиры, – Закончила за участкового нетактичный конец фразы. – Я поняла, спасибо.
– Всего хорошего. – Двери лифта открылись пропуска вперёд.
– Ага, и вам не хворать. – Уже в закрывающиеся створки кинула я, чтобы не оставлять последнее слово за этим неприятным мужиком.
– Я должностное лицо, милочка! – О как, не поленился нажать на кнопку, чтобы двери задержать и покраснев, выкрикнуть мне ответ.
– Корочку покажите. – Решила уж по полной отыграться. Кажется, зря…
Глава 18
– Вот зачем ты ему что-либо вообще говорила, ты мне скажи, а? – Устало поднимает на меня глаза Куприн.
Так и хотелось показать язык этому взрослому и грозному начальнику, чтобы убедился в ребячестве головного мозга своей сотрудницы и отстал от меня такой недоразвитой.
Захотела и полезла к тому дядьке. Сказал бы лучше спасибо, что не на него самого обрушился мой скверный характер. Ну да, заплатил, и что? Этот прохиндей участковый только и ждал, пока ему кто-нибудь, вообще неважно кто, даст на лапу за ночной выезд. Как-то же он на свои номера дурацкие… Ой, ладно, всё…
– Я отдам тебе эти жалкие деньги. – Взмахнула руками, проносясь мимо него в свою комнату и обратно на кухню. Проверяю, всё ли в порядке с моими вещами. Пока что бо́льшая часть из них во время моей проверки оказалась нетронута.
Благо свою комнату я закрыла, а чтобы постараться её открыть, нужно приловчиться к дверной ручке. У нас с ней взаимная любовь где-то со второго-третьего раза. До смазывания была война, и я могла не попадать в комнату и с пятой попытки, и с десятой.
– Сколько ты ему дал? Пять? Десять? – Возвращаюсь к притихшему боссу.
Останавливаюсь в проходе, заглядывая в ванную, где оставила сидеть умирающим лебедем перед унитазом начальника. Сергей Викторович, после того как каким-то секретным образом… Мне никто не рассказывает, как именно он отобрал ключи у сумасшедшей бабки. Загадочным образом босс изъял пока ещё моё имущество у наглой воровки и открыл нам дверь, правда, как зашёл, так и остался в уборной.
Ей-богу, лучше бы не открывал этот чёртов портал в ад. Везде валяются бычки, смятые банки из-под пива. А как заливала-то про интеллигенцию Лизка. Хозяйка не только повесит меня шнуре от оторванной люстры, но и приколотит бездыханное тело к месту, где раньше висело старинное зеркало. Эта махина никогда мне не нравилась. Всё время Лиза просила оставить эту семейную реликвию прапрабабушки нашей квартиросъёмщицы, чтобы умаслить и прикрыть глазки на свои косяки.
Разбитое стекло валялось в прихожей и хрустело под нашими ногами. Хорошо, что ничего не впилось в подошву. Убирать я это не стала из злорадства и какого-то превосходства над гадким предметом, который вечно меня уродовал в своём отражении. Никогда меня не опускали так, как делало это зеркало – то маленький прыщик он показывает, как огромный на пол лица фурункул, который даже не замазывается, то пару килограмм добавит с лёгкостью.
Жаль, что на этом зеркале всё хорошее и закончилось. Дальше меня ожидали только нехорошие потрясения. В кухне разбито пару бокалов и гребанная конфорка с огромной трещиной посередине и маленькими по бокам. М-да… Я за это платить не буду.
– Я ему дал из банка приколов, успокойся. – Отвлекает меня от мыслей осиплый голос. Поднимаю расфокусированный взгляд на всё ещё бледного Сергея Викторовича. Да откуда ему быть розовым, если один треш вокруг творится.
Когда до меня со скрипом дошёл смысл сказанных слов, я снова не смогла сдержать крика:
– Что-о-о?!
– Слишком часто ты чтокаешь. – Тоже заметил мою тупую привычку, ну хоть не чокаю. Развалился на относительно чистом коврике, опираясь на стенку душевой, и теперь ещё свои претензии мне высказывает. – Ладно, не смотри ты так. Вообще-то, кто-то обещал мне свой чудодейственный эликсир. М-м-м, сука, что же так плохо-то?
Его теперь просто спазмирует, но не рвёт. Дело дрянь, надо в аптечке посмотреть, вдруг остался отвар. Как бы потом не придумал что-то по типу: она видела меня, когда я был слаб, не хочу с ней больше разговаривать и видеться. Был у нас такой на мастер-классе, мужик, который изменял своей жене. Та женщина отдала ему свою почку и всё время "до" пересадки и "после" ухаживала за этим скотом. Как мы песочили её муженька, это надо было видеть и слышать. Фу, не хочу про того недо-мужика даже думать!
– Слишком много повторяешь, что тебе плохо, Сергей Викторович. – Кричала уже из своей комнаты, в которую отправилась на поиски бутылька.
– Отставить! – Если есть силы на рявканье, то найдутся и на выздоровление.
– На работе командуйте, а не у меня дома! – Подошла со своей чудо-находкой. Нет у меня настроения на все эти словесные игры – устала жесть просто как столько потрясений за один день. Как будто та гопота за мной гналась в другой жизни, честное слово.
– Технически это мой дом. – Ещё и бесит меня Сергей Викторович. Ну я хотела по-хорошему дать болеутоляющий с успокаивающим эффектом, а теперь получите-распишитесь прочищающий от всякой каки организм «эликсирчик».
– С чего это? – Несмотря на мои вопросы и наш диалог, протягиваю настойку Куприну.
Смотрю, как залпом выпивает, не поморщившись весь бутылёк и пытаюсь держать лицо. Не делать снисходительное лицо, не ухмыляться, не смеяться в открытую над больным человеком…
– А с того это. Кто ключи забрал? Я. Кто открыл эту чёртову дверь? Тоже я.
Поправочка, над не совсем умным и теперь не очень больным, а скорее очень здоровым человеком. Неимоверно здоровым…
– Вот и сиди здесь «я». – Не могла уже сдерживаться, поэтому выпалила и выбежала за дверь. – Сам давай разбирайся со всем, а я пошла вещи собирать, раз не моя квартира.
Быстро ретировалась реально собирать свои скромные пожитки, чтобы съехать, до того как меня заставят за весь этот кошмар платить и линчевать по полной. Внутри у меня шёл отсчёт.
Три…
Два…
О…
– Маша-а-а-а?! Ты что мне дал…
Глава 19
Сергей
– Серёжа, спасибо, Серёжа…
«За что спасибо-то?» – Именно этот вопрос и возник у меня в голове, когда на мне лежала обнажённая Кудряшка.
Мы нежились после очередного захода в её перебуровленной кровати. Перебирал её спутанные волосы. Пятернёй проходился по макушке. Словно кошку гладил, а мне в ответ мурчали на ушко. М-м-м, кайф. Чистый кайф – вот так просто лежать после вчерашнего пиздеца…
Вчера… Вчера!
– Открывайте живо дверь! Я сейчас полицию вызову?!
Истошный крик и удары в дверь вырвали меня, как оказалось, из сна. М-да, а начиналось так красиво…
Искажённое ночными картинками сознание пыталось разделить сны от яви. Там, где было кайфово и горячо – предпосылки этому был хороший вечер в шикарном баре-ресторане и несколько раундов по всей квартире Филимоновой. Только на люстре не успели зажечь.
От этих картинок хотелось быстро встать под холодный душ. И вот при упоминании ванной комнаты меня сразу бросает в холодный пот от правдивых вспышек реальности. Вечер, клуб, плохо, поездка за рулём Маша, мразота Терехов, бабка, плохо, дверь, плохо-плохо-плохо, сон…
Голова трещит после забега по памяти, и теперь ещё и звуки врываются в моё сознание во всей красе.
– Блин, что же они так орут-то? – Меня как гостя уложили на полу на коврике. Ладно, не всё так плохо, просто спиной ощущаю слишком жёсткие условия. Даже удивительно, как мне могло в таком состоянии присниться искажённая счастьем реальность… – Им дверь гонгом представляется или что?
Голос всё ещё был хриплый, и саднило горло от вчерашних и половину сегодняшних приключений. Натравлю проверку на тот сраный клуб что за дикое пойло у них с мгновенным эффектом. Такого, чтобы травиться палёнкой, у меня не было с класса девятого. Такие себе, детские воспоминания, которые ни за что на свете, в моем-то возрасте, повторять не хотелось, тем более при женщине.
Провожу ладонью по лицу, в попытках снять сонливость и отвратительное состояние, натыкаюсь взглядом на безымянный палец, где после одного года в обручалке остался шрам от неровности на кольце. Окс никогда не сидела рядом со мной в такие моменты. Тема на подумать, но не с утра…
– М-м-м, это хозяйка. – Также тяжело и сонно раздаётся откуда-то сверху. – Чёрт, я не всё успела собрать! Это всё ты со своим – давай посидим, давай посидим…
Кудряшка, насколько быстро позволяло ей состояние недосыпа вперемежку с дикой слабостью и мушками в глазах, у меня то же самое просто, поскакала умываться и по-спартански доукомплектовывать свои пожитки.
Ну да, вчера после того, как выпил ту бурду, что дала Филимонова, мне стало так херово в моменте, что даже после странного палёного алкоголя так не было. Как потом понял, такой эффект достигался для удаления за раз всей каки из организма. Вот Мария Семёновна, конечно, удружила. Не будь её в том клубе, я бы, не знаю, стал бы пить… Хотя кого обманываю! Первым делом бы заказал себе расслабиться после долгого перерыва.
– Серёж, – Крикнула мне Кудряшка из кухни, гремя какими-то кастрюлями. – Собери, пожалуйста, в пакет постельное и плед с подушками!
Дёрнулся от её ласкового сокращения моего имени. Дожил бля, растекаюсь уже лужицей, это всё из-за сна.
– А как же ковёр? – Ехидно уточняю, когда уже закончил с выданной мне задачей. Выхожу в коридор, где продолжается свистопляска с угрозами и громкими ударами в железную дверь, закрытую на щеколду.
Это ещё вчера нам пришла мысль на всякий закрыться на все внутренние замки что есть:
– Думаешь и на эту махину тоже надо? – Задумчиво выдала Мария, когда я задвигал со скрипом металлическую задвижку. Обычно вместо неё делают нижний замок, который можно открыть только изнутри ключом, но эта дверь какая-то особенная.
– Ну зачем-то же старуха забрала у тебя ключи. – В минуты, что были отведены мне желудком, не для нахождения рядом с ёмкостями, я с интересом осматривал жилище Маши.
– Как ты, кстати, её заставил отдать их обратно? – Сложила руки на груди, приподнимая её, тем самым, открывая мне достаточно интересный вид. Видимо, невольно этим движением меня хотели заставить проговориться, но нет, так просто не куплюсь.
– Не скажу, это будет моя тайна. – Щёлкнул по носу Кудряшку и прошёл дальше в кухню, чтобы налить себе воды. Пока проходил, заметил не только окурки на подоконнике, но и ту самую трещину в конфорке, на которую сильно ругалась Филимонова. М-да, это то надо было делать…
– Так, нечестно, я тебе тогда не помогу сидеть, как ты просил. – Надувшись, следовала за мной по пятам пока ещё хозяйка этой квартиры. Вполне можно представить неплохую с относительно свежим десятилетним ремонтом квартирку, в которой жили две выпускницы. Как можно было за один вечер превратить нормальное жильё в помойку…
– А я и сам умею сидеть с шести месяцев. – Щёлкнул погнутый чайник, как они умудрились оставить вмятину, а главное, чем?
– Ой, ты меня понял, умник. – Несмотря на свой недовольный тон, Кудряшка достала заварку и с опаской открыла холодильник.
– Вообще-то, Мария Семёновна, попрошу вас…
– Мы не на работе, так что выкладывайте, Сергей Викторович.
– Нет, расскажу, когда будет время.
– Какое же? Рак на горе свистнет?
– Нет, вот будет у тебя ребёнок – скажу.
– Лучше бы мы не трогали эту задвижку… – Пропустила мимо ушей, мою тупую реплику. – Этой штуковиной, как будто никогда не пользовались, и нам про неё ничего не говорили вроде.
– Боишься, что застрянем? – Разлил по чашкам кипяток. Сел вместе с Машей за стол на уцелевшие скрипучие стулья без спинки и опёрся на стену, глядя в глаза Филимоновой.
– Нет, чего мне бояться. Всего лишь седьмой этаж. – Кивнула и сделала глоток ароматного чая. Повторил за ней и удивился, насколько ярко чувствовался вкус обычного заварного пакетика. Странно.
– Зато у нас здесь куча дел. – Намекнул на разгром. Только в её комнате всё более менее, потому что там какая-то своя схема прохода и договорённостей с дверьми.
– Ага, ещё чего, – Фыркнула и потянулась смахнуть какой-то фантик со стола в коробку из-под пиццы на полу. – Пусть сама убирается и платит хозяйке тоже сама. Нашла бездонный кошелёк.
– Она у тебя занимала? – Решил проверить свою догадку. Чтобы не сильно смущать отвернулся к окну и ничего интересного там не найдя, уставился на надпись на кружке. О, она точно принадлежала Кудряшке.
«Да ёпт твою мяу»… А у самой-то искусно вылепленная фактурная ведьма с остроугольной шляпой вместо ручки. Занятно…
– Залог у Снежаны Прохоровны весь полностью мой лежит, который она вряд ли решит мне отдать, по доброте душевной, раз я не виновата в этом погроме. – Ненадолго моего желудка хватило. Блин… – Что опять? Пошли давай, обратно.
И мы практически до утра сидели в ванной и болтали ни о чём и обо всём никогда таких долгих диалогов с противоположным полом не было у меня. Зато сейчас благодарен Марии за то, что отмучился за всё сразу, не продлевая сомнительное удовольствие ещё на три дня.
Подошёл к Кудряшке, она озадаченно застыла перед дверью, за которой слышны теперь только голоса:
– Что? С ковром? Фиг с ним, он не мой. – Нервно повела плечиком, с которого сползала кофточка. – У нас там проблема посерьёзней будет – задвижка не открывается…
Глава 20
Мария
За дверью всё стихло и, казалось бы, всё закончилось, но нет. Просто Снежана Прохоровна придумал новый план и боюсь, что он мне не понравится…
– Ты пробовала? – Отвлекает меня голос Сергея Викторовича. Подошёл с моим постельным и подушками, что я с таким трудом урвала по скидке на маркетплейсе.
В общей сложности моих уцелевших пожитков оказалось не так много. В комнате был небольшой шкаф с одной дверцей, содержимое которого полностью уместилось в большой чемодан. Не захламляла пространство как раз на такие случаи, пригодилось, чёрт.
Пару сумок спортивных небольшого размера дополнили общую картину и коробка с посудой как вишенка на торте. Самой мне всё за раз не утащить, но как раз для этих дел я и оставляла на ночь у себя накачанного Куприна с его танком. Правда, куда везти всё это добро пока не представляю.
Может быть, на первое время закинуть вещи к Саше, у неё своя квартира, в которой она живёт с мамой, но та пока в командировке. К Мишель не вариант, у неё и так маленький ребёнок, блин, а у Мироновой же Рора – кошки не любят мои вещи почему-то. Всегда после ночёвок у Сашки я нахожу то зацепку на любимой маечке, то погрызенный шнурок, то поцарапанный каблук на лакированных туфлях. М-м-м…
Какой-то подозрительно жужжащий звук раздался на лестничной площадке…
Ладно, всё по мере поступления проблем. Чувствую у меня их ещё прибавится.
– Так и будем стоять? – Напомнил о себе босс и выразительно посмотрел на дверь, а именно на дурацкую щеколду, которую у меня не получилось открыть ни с первого, ни со второго раза.
– Ну конечно, я ты видишь здесь кого-то ещё? – Чтобы скрыть нервозность, я, как всегда, вылила капельку сарказма на хмурого Куприна.
– Почему меня не позвала? – Зачем-то обулся, прежде чем, наконец, начать сдвигать металлическую задвижку с двери.
– Думала, что получится, ты так легко вчера её сдвинул.
– Не паникуй, сейчас всё сделаем. – Неторопливо стал раскачивать туда-сюда помаленьку застрявший механизм. Почему я сама до этого не додумалась? – Ты лучше скажи, всё собрала, ничего не забыла?
– Вроде да…
– Вроде или, да? – Даже дыхание не сбилось, только мышцы на руках надулись, и вены выступили сильнее, беспощадно отвлекая меня от нашего диалога с начальником. – Потому что потом вряд ли позволят собрать что-то, даже если это твоё.
– М-м-м, сейчас пять секундочек. – Всё-таки в мою затуманенную голову пробилась наконец здравая мысль. Сбе́гала в свою уже бывшую комнату и достала из-под кровати семейный альбом. Правда, от семейного там одно название, но всё равно в нём же, кстати, и наличка на чёрный день лежала. Теперь точно… – Всё.
– Ну раз всё, тогда обувайся и бери сумку с документами. – Кивнул на оставшуюся пару моих кроссовок и протянул мне кулак с зажатым пультом. – Держи ключи и иди прогревать машину. И давай без твоего любимого вопроса. Пожалуйста.
Было сложно ему отказать, когда на стороне Куприна были и бицепсы, и трицепсы, и вздутые вены, и ощущение безопасности рядом с ним. Такого я не испытывала рядом ни с одним мужчиной.
«Он женат, он женат, он женат…» – Как мантру себе повторяла, пока завязывала шнурки, чтобы очнуться от этого дурацкого флёра.
Задвижка была побеждена, и мы аккуратно приоткрыли дверь.
– Да пилите уже, что вы примеряетесь так долго? – Скрипучий и раздражающий своими высокими нотами голос хозяйки квартиры я узнала бы из тысячи.
Она стояла рядом с соседской квартирой, где была также открыта дверь. Сердобольные молодожёны не смогли отказать и протянули тройник в подъезд, щедро делясь электроэнергией с соседями.
Теперь в кампании «Зайди в разрушенную хату» участвуют ещё две новые личности. Помимо молодой семьи, хозяйки и двух работников с болгаркой ещё в стороне стоит так любимый мною участковый воровка ключей и пара ребят из ларца в полицейской форме.
– Дамочка, мы понимаем время деньги, но вы же дали задачу распилить, чтобы была возможность потом восстановить, а это ювелирная работа так-то. – Осадил высокий рабочий и что-то начал на высоком матерном объяснять своему, по всей видимости, стажёру, м-да, весело.
– Да уже всё равно давайте уже ну! – Повернулась и ткнула на уже открытую дверь. Кто-то не получит опыта работы сегодня, увы.
– Не надо ничего пилить. – Подаёт голос в образовавшейся тишине Сергей Викторович, у меня вырывается смешок. – Прошу, Снежана Порфирьевна.
– Прохоровна она. – Из-за угла появляется моя бывшая соседка, которая вчера разбрасывалась громкими речами. Так-так-так… – Ты ещё кто такой? А-а-а, я вспомнила, ты же же…
– Жертва насилия. – С суровым лицом закончил вместо Лизки босс. Все и так были ошарашены тем, что не надо пилить дверь, так ещё и такие новости сверху. Как бы сердце у самой старшей четы нашего кавардака не прихватило, участкового не жалко…
– Чего-о-о?!
– Ну уже другой хоть вопрос и на том спасибо. – Пробурчал, вынося последние сумки вместе с чемоданом на площадку, Куприн. Кричали все женщины, вместе взятые, и на повышенных тонах. Не мой любимый вопрос и ладно. Радуется он, видите ли. Пф…
Не знаю из-за моего демонстративного недовольства ли или из-за того, что начальник пихал меня в спину, в сторону лифта, меня заметили:
– Ты?! – Ещё и пальцем ткнули, как неприлично, ай-яй-яй… – Ты что сделала, паршивка?
Оправдываться не собиралась всё, что придумал и заварил Сергей Викторович, пусть сам и расхлёбывает, мне велено было спускаться вниз, к машине, так что единственное, что я себе позволяю это скинуть бомбу реактивного реагирования, как ментос в колу:
– Ничего противозаконного – я съезжаю, возвращайте залог…
