Текст книги "Наследник для врага брата (СИ)"
Автор книги: Мила Дали
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
Глава 44
– А Фархад где?
– В машине на улице. Нервный какой-то сегодня. Как-никак на барыне женится.
Хорошо, что виски успела отпить и теперь немного полегче. Напоследок проверяю Мурада, целую своего ребятишку. Дружной компанией входим из особняка. Саманта и Жизель придерживают мой подол, чтоб не замарался раньше времени. Врата на территории распахиваются, и я вижу своего айсберга рядом с тачкой украшенной лентами. Спиной стоит, не шелохнется. Аж задымился весь. Ну.
– Фархад, с каких пор ты курить начал?
Мужчина хмуро оборачивается, но едва заметив меня, сменил гнев на милость.
– Ты прекрасна, Кошка. Небеса… как мне повезло с женщиной.
Выкидывает сигарету в сторону, выдувая дым, движется мне навстречу. Алиев очень удивился, когда увидел Викторию Росс после искусных рук стилиста Линды. Сам же, как всегда, безупречен. Роскошный костюм по фигуре, свежая рубашка и галстук. Мне тоже повезло с мужчиной. Фархад у меня как жених даже на повседневках.
– Что-то случилось? М?
– Нет Виктория, табак помогает собраться с мыслями.
– Лучше придумай другое занятие.
Наверное, Жизель не очень приятно наблюдать, как Алиев укладывает свою ладонь мне на поясницу, провожает к авто. Ничего. Если постарается, сможет заполучить в свои хищные лапки другого Алиева. Из прошлой коллекции.
Как ни крути, но свекр хоть и немолод, но совершенно не похож на стог сена. Деда. Скорее на кинозвезду Голливуда. Фигуру сохранил спортивную. Насчет постели не знаю. Это уже пристрастия Жизель. Вулкан разжигать. Магму извергать. Неважно.
Помимо водителя, в нашей машине лишь я и Фархад. Росс тоже просился на правах шурина, но хрен Алиев потерпит с ним находится ближе, чем на десять метров. И я согласна с ним. Я люблю брата, однако, потасовку по пути в загс наблюдать не намерена. Еще бы разнимать пришлось.
Останавливаемся у большого светлого здания со скульптурой на крыше. Два кольца и с краешка голубь. Здесь каждые полчаса церемонии. Нескончаемое количество машин, людей. Невесты в белых платьях контрастируют на фоне общей массы.
Фархад первым выходит из тачки, галантно подает мне руку. Озираюсь по сторонам глазами ищу <<наших>>. Фархад выше меня и сразу находит компанию по платкам. Кстати, наверно снег должен выпасть. Зухра сменила свой любимый сиреневый на ярко-бирюзовый с серебряной нитью.
Машина с братом и Самантой запаздывает в пробке. В запасе еще остается пятнадцать минут. Родственники Алиева ведут оживленную беседу. Я рядом с Фархадом, но ощущаю себя чужой. Я вижу свекровь, что по вторую сторону вцепилась за своего сыночка. И понимаю, насколько сейчас мне не хватает мамы. Отца. Это самый счастливый день в моей жизни после рождения Мурада. И я снова не могу разделить с ними счастье. К н и г о е д . н е т
– Я сейчас вернусь, Фархад.
– Все хорошо?
– Да.
Отбрехиваюсь. Обнимаю себя руками, иду в сторону парковки. Где народу поменьше. Я не знаю, что со мной происходит. Хочется реветь. Не тихо поплакать, а кричать. Навзрыд. Проклинать весь мир и судьбу. За рано ушедших родителей. На улице жарко, а меня колотит в ознобе. Господи. Обмахиваю ладошками лицо, задираю голову. Пытаюсь унять начинающую истерику.
– Ты чё?
– Ни чё…
– Иди обниму.
– Жень, я так скучаю по ним.
Утыкаюсь в грудь брата и позволяю себе тихий скулеж. Росс осторожно гладит меня по голове. Постоянно так делает. Возможно, Женьке тоже иногда плохо. Грустно. Хреново. Я-то хотя бы выросла в надежных руках и ни в чем не нуждаюсь. Брату было сложнее. И хуже. Но он никогда в этом не признается.
– На, палец мой послюни, я тебе моську вытру. Все размазала. Не ной. Кто Силачка, м? – берет меня за щеки, поднимает лицо, в глаза смотрит.
– Я…
– Ну и все, пистуй к своему Фархаду. Скоро церемония начнется.
Недолгая слабина при поддержке брата заканчивается. Пару раз глубоко дышу. И снова в бой. Задираю подбородок и пышный подол юбки. Марширую к семейке Алиевых.
Нам пора заходить в загс. Только сейчас замечаю фотографов. Не дай божже запечатлели меня пока ревела. Фархад крепко обхватывает мою руку и ведет за собой. Приглашенные следом.
Внутри здания снует туда-сюда миниатюрная девочка в брючном костюме. Хрупкая девочка пока не открыла рот и не начала командовать. Бас. Я различаю в ее тоне сорок пять отголосков Джигурды. Фантастика. Она говорит, чтобы гости рассаживались по местам в торжественном зале. Говорит, что новобрачные будут заходить позже и под музычку.
– Волнуешься, Кошка? Мне кажется, ты грустишь.
– Ерунда. Знаешь, у женщин иногда прослеживается меланхолия.
– Ты можешь рассказать мне свою печаль. Я люблю тебя не меньше брата.
Он все-таки увидел нас с Женькой. И наверняка Фархаду обидно. Глупая Росс. Я просто не хотела засирать его мозг воспоминаниями. Настроение портить. Такие вещи привычнее обсуждать с братом. Подбираю нужные слова для объяснений. Не успеваю.
Наши двери распахиваются. Классический Мендельсон. Фархад снова берет мою руку. С ним не страшно. С ним хоть на край земли. Хоть под пули.
Женщина с крупными кудрями и юбке цвета бордо профессионально улыбается. Произносит нужную речь. Тишина в зале абсолютная. Саманта только всхлипывает. От счастья.
– Вы согласны взять в жены Викторию?
– Да.
Ооо… теперь и Зухра всхлипывает. Заглушает Саманту.
Мы ставим росписи и обмениваемся кольцами. Я. Я еще до конца не осознаю, что происходит. Принимаем традиционные поздравления. Меня обнимают, целуют. А я понятия не имею кто все эти люди. Помимо родственников Фархада, здесь еще сторонние. Партнеры по бизнесу. Местная элита. Фархад и Женька их знают.
Мы выходим из загса и рассаживаемся по машинам. Следующий курс на “САХАР”.
– Моя драгоценная жена.
Шепчет Фархад. Касается губами. Целует. Страстно ласкает. Вбивается глубже. Становится стыдно перед водителем. Чуть прикусываю нижнюю губу Фархада.
– Дождись первой брачной ночи. М-муж. Боже, никак не могу привыкнуть.
Подъезжаем к обители Фархадовских пороков. Мой айсберг провел с персоналом вразумительную беседу. И что я вижу?
С порога нас встречают охранники. Причесаны. В белоснежных рубашках с галстучками под цвет моего букета. Бывшие потаскухи с балетными шишками и в концертных костюмах. И след простыл от пилонов на сцене. На их место поставили роскошный стол для новобрачных, украсили живыми цветами стену. Спрятали в подсобке все непотребные скульптуры и картины. Даже косметический ремонт сделать успели. Красота. Я узнаю в ведущем очень известную медийную личность из столицы. Будет живая музыка, а после полуночи диджей.
– Тебе нравится, Кошка?
– Очень.
Усаживаемся на места. Со сцены мне видно всех присутствующих. Начинается развлекательная программа. Тосты. Поздравления с конвертиками от европейской половины гостей. Коллекционные вина и сабли. Раритетные статуи и ювелирные украшения со стороны востока.
Время идет и веселье в самом разгаре. Мужчины уже расслабили галстуки. Фархад отлучился и вместе с братом обсуждают дела бизнеса. Лениво потягиваю виски из бокальчика для шампанского. В пляс бы, да Карим на меня смотрит.
Амебная Жизель только без трусов королева. Тудым-сюдым мимо Карима Рашидовича. А тот и не замечает вовсе.
Я вот так и знала, что без меня у них с Фархадом нихрена не получится. Накануне подрезала маникюрными ножничками швы на платье Жизель. Визуально незаметно. Задницей только потрясти надо. Не трясет. Скромница, ты моя. Наслушалась россказней Фархада и косит под праведную.
Через минут двадцать устаю наблюдать за этой агонией. Самой уже охота повеселиться. Залпом опустошаю бокал, выхожу из-за стола, спускаюсь со сцены. Я намереваюсь прикрыть роток лирической певичке и, наконец, подключить диджея.
Маневрирую между столиков в зале. Меня на ходу перехватывают за запястье. Останавливаюсь. Стискиваю зубы. Карим перешагнул грань дозволенного, но скрывает прикосновение нашими телами. Заводит мою руку между. Склоняется к уху.
– Поздравлю.
– Спасибо, любимый свекр.
– Любимый? Грациозная лань порадовала мое сердце своим вниманием.
– Я Кошка, вообще-то.
Не ругаюсь и говорю с улыбочкой. Мастерски увиливаю. Уверенно исполняю задумку и свет в зале прошу не гасить. Маэстро ставит трек по заказу. Бегу к Жизель и заставляю игриво двигаться. Утягиваю на танцпол ближе к свекру.
– Работай бедрами, сильнее-сильнее Жизель, ты же умеешь!
– Фархад Каримович ругаться будет.
– Его я беру на себя, не бойся.
Понеслась душа в рай. Я как идиотка только размахиваю слоистой юбкой. Мой план работает безупречно до определенного момента. Платье Жизель, как и предвиделось, разваливается пополам. Еп твою мать…
Прикрываю ладошками рот, а стриптизерша ориентируется не сразу. Ведь по обычаю женскому смутиться надо. Но это не главное. Лови пирог, мой обожаемый свекр. Слишком тонкая ткань покрывала тело Жизель. И чтобы выглядеть идеально, девица решила не надевать белья.
Теперь внимание Карима Рашидовича полностью отдано Жизель. Как и всех присутствующих в зале. Не знаю, понравится она ему или нет, но увидел. Увидел ведь. Потом обмозгует. Может у Фархада припрашиваться начнет. А мы скажем что Жизель – моя родственница по четвертой прабабке.
Срываюсь к девице, а она визжит аки резаная. Как же так! Как же совестно. Переигрывает. Поднимаю отвалившуюся часть платья. Увожу Жизель в комнатку персонала. Пусть замаскированные коллеги ее там подлатают.
Я возвращаюсь и в свете последнего события, ищу глазами Фархада. Женьку. Как сквозь землю провалились. Трек из колонок заканчивается и зал на несколько секунд наполняется тишиной.
– Какого хера ты его сюда притащил?!
Не понимаю, где, но слышу разгневанный голос брата.
Глава 45
Фархад.
Я взял в жены самую роскошную женщину из когда-либо созданных. Теперь Виктория моя законная супруга и принадлежит нашей семье. И только одному Аллаху известно насколько мне было сложно сдерживаться.
Держать под контролем необузданную ярость. Разрывала мне вены. Вдребезги уничтожала сердце. Все ради Виктории. Все это время я терпел возле себя убийцу. Нечестивого ублюдка, по вине которого, погибла моя сестра. Унесла с собой в могилу все светлое, что оставалось в моей душе.
Если бы не Вика, не знаю, как дальше жил. Так и барахтался среди шлюх, грязных денег и лжецов. Гнилых притворщиков готовых всадить нож в спину. К старости, возможно, как и отец начал прикрываться Кораном.
Я знаю Евгения Росса. Его называют везучим. Конечно, не своим горбом поднимал многомиллионное состояние. Он просто наследник. И куш выпал ему прямо в руки. У него есть семья и ребенок.
Благодаря мне эта женщина сейчас на празднике радуется вместе со всеми. Я рисковал собой и лично помогал Россу спасать несчастную из хищных лап тирана. Я позабочусь о ней. Саманта ни в чем не будет нуждаться.
Владислав Филатов. Бывший муж Варвары. Саманты. Росс полностью сменил ее документы и выбрал новое имя на свой безумный вкус. Влад крупная рыба в кругах, куда лучше вообще не соваться. Прошло пару лет, но бывший военный заметно постарел. Лет на десять. Осунулся. Саманта была ему нужна как воздух. Только на ней гребаный садист мог вымещать свой гнев, стресс, обиды. Называйте как хотите. Что не мог позволить себе при посторонних. Я называю это одержимостью. Настоящей. Без лишней романтики, навязанной в фильмах.
Филатов лишился жены, но так и не нашел достойную замену. Одноразовых шлюх в расчет не беру. Кто знает, сколько развратных душ погубил этот дьявол за столь короткое время. Росс перекрыл ему кислород. А теперь я перекрою его им обоим. Грязные ублюдки на все готовы ради одной хрупкой женщины.
Мы заканчиваем обсуждать проект по сносу старого завода с Ланским. Оборачиваюсь в сторону своей Кошки. Радушно поглядывает за гостями. Сидит за праздничным столом. Но я знаю, хитрая Кошка потягивает виски, а делает вид, будто пьет игристый напиток. Жгучая. Острая. Как тот крепкий алкоголь, что горчит сейчас ее губы.
– Красивая у меня сестра, да?
– Безусловно. Пойдем поговорим, Росс.
Захмелевший Росс шагает за мной как пес на поводке. Он еще не догадывается, чем для него закончится сегодняшняя ночь. Мы покидаем общий зал, и рядом с выходом Росс замирает как вкопанный. Становлюсь позади. Наблюдаю.
– Какого хера ты его сюда притащил?!
Он видит своего старого знакомого и логично возмущается. Конечно.
– Ты пойдешь с нами, если не хочешь, чтобы твоя жена пострадала.
– Что ты сказал? А ну повтори? – Росс дергается, но охрана клуба преграждает ему путь. – Чего спрятался, Жук навозный? Только попробуй, слышишь? На куски порву.
– Не сомневаюсь.
И Филатов, что сжимает за спиной кулаки, не сомневается. Жаль Росс не доживет до рассвета.
Я пообещал Владиславу вернуть Саманту, в обмен на помощь по устранению Росса. Влад был готов убить его безвозмездно. Однако, я знаю этого человека. Знаю на что способен Филатов. Саманта является гарантией. Что расправа пройдет тихо, и Филатов не перейдет грань дозволенного.
Естественно, я не отдам ему женщину. Она мать племянницы Вики. А значит, тоже наша семья. Евгения Росса я за человека не считаю. Мой персонал якобы случайно запер Саманту в одной из уборных. Чтоб не мешалась под ногами и раньше времени не показалась на глаза. Как только мы покинем клуб, ее отпустят. А дальше Саманту защитят мои люди. Всю охрану я оставляю в клубе. Женька закатывает глаза в потолок и наигранно вздыхает.
– Знал бы что здесь такая канитель намечается, своих бы позвал из Греции.
– Тебе прошлых кровопролитий мало. Не жалко? М? Ответь, Росс.
– Они бы пришили тебя первым. У меня, понимаешь ли, рука не поднимется. Ты же вроде как теперь мой родственничек. А мужикам похрен.
– А невинных ты не пожалел.
Ублюдок до сих пор не осознает, что происходит. Алкоголь лишил его половины рассудка. Филатов толкает уличную дверь. Росс не противится и шагает следом. Каждый должен расплачиваться за свои грехи. И нет тому исключений. Я полностью в этом уверен и тверд в своем намеренье.
За пределами клуба давно стемнело. Немноголюдно. Стоило нам переступить порог, как Росса тут же хватают двое из шестерок Филатова.
– Но! Господа, без рук! Я предпочитаю, чтобы меня касались женщины. – Отмахивается. – Пусти, сам пойду.
Спокойно двигается рядом. Скрываемся за углом клуба. Филатов уже все подготовил. Мы отвезем ублюдка за город в заброшенный ангар. Влад когда-то уже хотел сжечь заживо Росса. Тогда ублюдку повезло, но, видимо, от судьбы действительно не убежать.
– Ты узнаешь эту машину, Росс? Ты же валялся в этом багажнике.
– За это время могли бы и побольше тачку купить. Тесно мне. Ноги затекают.
– Поездка будет последней, давай полезай.
– Алиев, ты совершаешь ошибку. Вот отвечаю. Мне похрен за что, но ты пожалеешь.
– Мансур, – оборачиваюсь к главному шакалу Филатова. – Выруби его. Довольно.
Я больше не желаю смотреть в наглые глаза Росса. Сплевываю. Открываю дверь внедорожника, усаживаюсь на место рядом с водительским. Филатов лично берет управление автомобилем. Заводит мотор. Жмет педаль газа. Остальные шестерки поедут следом.
– Учти Фархад, если играть со мной вздумал, то дорого за это заплатишь.
Сквозь зубы рычит Влад. Нервно сжимает руль и только прибавляет скорости.
– Ты знаешь, что совершил Росс в прошлом. Мне не нужна его женщина. Ты получишь обратно Саманту.
Филатов снова рычит и в исступлении повторяет:
– Не называй. Не называй ее так! Это Варюша. Моя единственная супруга. Она просто оступилась. Она любит меня. Только меня.
– Конечно.
Тварь. Низкая тварь подобная Россу.
Автомобиль стремительно выезжает из города. Мы движемся по трассе и Кошка уже в который раз обрывает мой телефон звонками. Приходится отключить. Я сейчас не в состоянии говорить спокойно. Да и вообще говорить.
Перед глазами и в мыслях Айше. Моя возлюбленная сестра. Моя кровь. Она тоже могла бы выйти замуж. Стать матерью. Подарить нашей семье наследников. Эта рана никогда не затянется. Я до конца дней буду нести траур. Тщательно скрывать ото всех. Айше уже не вернуть.
И я не могу позволить Россу продолжать жить как ни в чем не бывало. Пусть горит. Возвращается в преисподнюю. Его там заждались.
Автомобиль съезжает с трассы в поле. Дальше по грунтовой колее. Филатов сбавляет скорость. Его трясет. Он сильно волнуется. Ему не терпится покончить с ненавистным врагом. В полумраке я вижу ангар. На два этажа высотой, не меньше. Ржавое заброшенное чистилище. Останавливаемся. Выходим из авто. Филатов становится рядом с багажником и подзывает Мансура:
– Плесни из бутылки воды ему на лицо, я хочу, чтобы это жалкое отродье было в сознании, когда я лично жечь его буду.
Мансур выполняет приказ, и Евгений Росс приходит в сознание. Первые секунды, он дезориентирован, но быстро вспоминает. Его вышвыривают из тачки заламывают руки и насильно ставят передо мной на колени. Наглый ублюдок. Он смотрит мне в глаза и ухмыляется. Также нагло он смотрел на Айше, когда лишал ее невинности. Гнев застилает взор. Замахиваюсь. Ударяю Росса в челюсть. Он сплевывает кровь.
– Может, хотя бы объяснишь? М? Алиев. Что я, блять, тебе сделал?
Он снова возвращает взгляд. Смеется. Издевательски пропускает брань в мою сторону.
– Увести. Исполняйте приказ.
Глава 46
Мансур поднимает Росса и тащит в ангар. Смотрю ему вслед.
– Алиев, только не отдавай Саманту! Слышишь? Позаботься о моей жене и дочери.
И не собирался. Филатов слышит заявление. Нервничает. Ходит кругами по земле со скошенным сухостоем. Ржавые двери в ангар со скрежетом открываются. Мансур толкает Росса внутрь, захлопывает полотно. Теперь сталось облить все бензином и чиркнуть спичкой. Филатовские шестеренки подходят к багажникам.
– Нужно много бензина Фархад, я хочу, чтобы отродье еще при жизни испытал боль и ужас.
– Заткнись Влад.
Опять закуриваю. Пять лет назад бросил. И снова за старое. Заранее прокручиваю в голове финал сегодняшней ночи. А стало ли мне легче? Нет. Пальцы обжигает тлеющий фильтр, бросаю его под ноги. Шакалы достают канистры и ставят возле машин. Ртом выдуваю отравляющий дым.
– Подожди Филатов, я должен поговорить с Россом.
– Мы так не договаривались.
– Условия смеешь выдвигать?
Ушлый Влад опять на взводе. Напрягает свою пасть, показывает зубы. Дергается, хрустит шеей. Плевать. Подождет. Быстрым шагом двигаюсь в ангар. Единственная тусклая лапочка слабо освещает потемки. Евгений Росс стоит у железных труб, ведущих к потолку. Меня замечает, недовольно цыкает.
– Ну и нахера ты сюда пришел?
Радоваться должен. Возможно, я подарю Россу право на жизнь. Ублюдок недовольно сопит.
– Замолчи и послушай! – срываюсь на крик, иду к Женьке, на ходу достаю из нагрудного кармана старую фотографию, сложенную в несколько раз. – Смотри, смотри гад, – тычу пальцем в изображение Айше. – Узнаешь эту девушку?
Росс хмурится. Фокусируется. У него плохое зрение. Очков, естественно, с собой нет.
– Снимок моей группы с института? Да, знаю. Айше. А чё?
– Айше Алиева. Моя родная сестра. Что между вами было? Только не смей врать, Росс.
– Ну, нравилась она мне. Хорошая девчонка.
– Не испытывай мое терпение! Вы были близки?
– Были и что с того?
– Ублюдок! – хватаю Росса за грудки, роняю фотографию. – Я лично тебя придушу. Она умерла! Слышишь? Айше была мусульманской девочкой. Ты осквернил ее. Неверный!
Гнев затмевает взор. Снова ударяю Росса по лицу. И получаю обратно.
– Так ты конкретизируй! Мы были близки, как друзья. Да, мне нравилась Айше. Мы даже один раз целовались. Как давно это было? Я не трахал твою сестру. Айше нравился другой парень. – Росс отталкивает меня. Поднимает с пола снимок. – Вот, Женька Колбасин.
Не верю своим глазам.
– Что ты такое говоришь? Лжешь! Моя сестра не могла полюбить этого…толстяка. Рыжего. Со светлыми бровями. В растянутом свитере прадеда, из-под которого торчит воротничок рубашки. Аллах!
– Единственная девушка, отшившая Евгения Росса. Так-то тебе тоже нравятся женщины с пышными формами? Да? Я тогда был откровенным дрищем. Клянусь, что говорю правду. Викой клянусь…
– Нет, не трогай Викторию.
Мой мир рухнул дважды. Я всю жизнь тащил на себе бремя расплаты. Хотел покончить с невинным. Гордыня. Гнев. Злейшие враги чистому разуму. Смотрю в глаза Россу.
– Прости меня. Я не знаю, как подобрать слов…
– Прощаю. Я бы за Вику тоже убил. – Женька заметно нервничает. Места себе не находит. – Все потом, а сейчас уёбывай Фархад, быстрее. Давай, вали, вали уже отсюда! – Толкает меня в плечо. – А, нет. Поздно. Вот так и думал…
Я слышу шаги за спиной и звук аплодисментов одного зрителя. Оборачиваюсь. Вижу вошедшего Филатова со своей свитой. Цинично сморит. Ухмыляется.
– Браво, щенки! И кого вы обмануть хотели? Фархад, ты действительно думал, что я куплюсь на предложенную сделку? Я заберу свою жену. И твою. В доме у меня подметать будет. Смывать кровь. Грязные простыни руками полоскать.
– Только посмей.
Я опять сорвался. Заваливаю на ходу одного шакала. Второго. Мне нужен Филатов. Сложнее двигаться. Я перестаю видеть Влада за плотным кольцом его наемников. Окружают. Удерживают. Трудно дышать и ломит грудину. Ребра. Спину. Слепну от удара в челюсть. Во рту привкус крови. Из носа течет. Рычу. Отталкиваю кого-то. Их слишком много. В голове резкий спазм и боль. Падаю на колени…
***
– Эй… Алиев, ты не помер там?
С трудом вздыхаю. Пошатываюсь. Открываю глаза. Не могу пошевелиться. Ничего не вижу.
– Я, кажется, ослеп, Росс. Где мы?
Вокруг темнота. Ни образов. Ни свечения. Тело ломит, как бульдозером переехало. Чувствую спиной шевеление. Дыхание Росса.
– Я тоже ничего не вижу. Мы здесь же в ангаре. Филатов просто генератор вырубил. Да не дергайся, у нас руки привязаны друг к другу. Вот нахрена ты пришел со своими извинениями? Я бы по трубе залез на крышу и выбрался.
– Совесть.
– И честь. Ну. Теперь Филатов нас точно прикончит. Он сказал, что не собирается поджигать ангар. Думает, наверное, как еще можно совершить расправу.
Кашляю. Во рту снова собирается кровь.
– Нужно уходить.
– Конечно. Можешь прямо сейчас и с вещичками. Не говори ерунды, Алиев. Давай, потрогай меня за задницу! – Росс, кажется, сошел с ума. Он понимает немую паузу. – Не ломайся, Фархад, смелее. У меня там в кармане телефон. Блять. Ничего не видно. Быстрее. Не тупи.
Кара небесная… Чуть подаюсь вперед. Пальцами касаюсь брюк Женьки. Нахожу трубку. Тяну. Смартфон проваливается между нами. Женька ёрзает и возмущается:
– Ну что сидишь? Давай, помогай. Нужно расслабить веревки. Натерли пистец. Кожу разодрали.
Еще несколько минут тратим на высвобождение. Росс вырывается первым. Развязывает меня. На ощупь находит телефон. Экран загорается и освещает крохотное пространство. Я звоню своему начальнику охраны и отдаю приказ оставаться в клубе. Защищать женщин. Девушки продолжают веселиться на празднике и ни о чем не догадываются. Своего телефона не нахожу. Видимо, Филатов отнял.
– Дай сюда трубку! – Росс выхватывает смартфон и тычет по памяти номер. – Громов, привет! Не разбудил? Нет? Отлично. Как твои делишки? – Я начинаю раздражаться. У нас каждая минута на счету. – А… Ждешь алмазы из Якутии? Надеюсь, не в задницах их перевозить через границу будут? Шучу. Не ори. Меня и еще одного уважаемого человека, пришить хотят. А ты сегодня еще никого не убивал? Убивал? Тоже шутишь? Нет. Короче, помощь твоя нужна…
Росс объясняет местонахождение ангара. Я удивлен таким странным знакомствам Женьки.
– Это кто?
– Ты его не знаешь. И лучше не знай. Нам нужно растянуть время. Хули теперь. Действуем по старой схеме. Я думаю, ты – бьешь.
Меня уже неплохо потрепали. Но Росс знает о чем говорит. С болью расправляю плечи. Выпрямляю спину. Лампочка на потолке снова загорается, и я щурюсь от светового контраста. Ржавая дверь распахивается. К нам возвращается Филатов. С победоносным видом гордо шагает к стене напротив. Прокручивает в пальцах ключи от машины. Верная свора шакалов за ним.
– Выбрались щенки. Так даже интереснее. Что ж, я хочу посмотреть на это зрелище.
Филатов никогда не марает руки. Все расправы совершаются проверенными людьми. Влад трус. Он предпочитает наблюдать со стороны.
– Снова прикажешь накинуться толпой?
– Нет, коне-е-ечно, будешь биться по одному. Пока сам не свалишься. Людей у меня много. Росса потом сам уничтожу. – оборачивается к главному наемнику. – Мансур, фас!
Мужчина быстро шагает. Еще двое удерживают Росса, чтоб не мешал. Прошлая боль притупляется. Мне приходится пробуждать в себе то, от чего долгие годы я стремился отказаться. Зверя. Нельзя его выпускать наружу. Сжимаю кулак.
Шакал в полметра от меня. Удар. Еще один. Перед глазами вспышки. Мозг отключается. Тело работает на рефлексах. Мансур сменяется другим. Все на одно лицо. Мне тяжело. Я устаю. Начинаю пропускать побои. Росс что-то кричит, а я не понимаю. Как пьяный. Пошатываюсь. Запинаюсь. Падаю.
Отталкиваюсь от грязного пола и снова встаю. В ноздри забирается свежесть воздуха. Я вижу, как открывается створка ангара. Я вижу человека. Русского. Останавливается у входа. В его глазах нет ни страха, ни ярости. Холодная пустота. За его плечами люди.
– Какого черта? Ты кто такой?
Филатов громко хрипит. Зря. Только выдал себя. Незнакомец ничего не говорит, а сразу направляется к Владу. Хватает за горло. Отрывает от пола. Прижимает к стене. Люди в черных костюмах быстро рассредоточиваются по ангару. Ликвидируют шестерок Филатова. Я слышу звук падающего тела. Русский мужчина, наконец, послабляет захват и опускает руку.
– О! Громов, дружище! Ух как выручил, – растирает содранные запястья Женька, тянет руку для приветствия.
– Не вопрос. Ты просто так не звонишь. Не имей больше дел с такими паскудами. Настанет день, и я могу не успеть приехать.
– А чё Филатов даже не двигается?
– Подойди проверь, если интересно.
Я пошатываюсь. Медленно моргаю. Проваливаюсь в черноту.
