355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Михаил Белозёров » Черные ангелы » Текст книги (страница 6)
Черные ангелы
  • Текст добавлен: 17 сентября 2016, 20:07

Текст книги "Черные ангелы"


Автор книги: Михаил Белозёров



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Как ты думаешь, хватит с нас на сегодня одного планшетника? А?

– Для нас с тобой хватит, – согласился Леха. – Но главный… – он покрутил носом и очень сильно поморщился. – Не-а-а… не поймет…

Казалось, мы с ним подтвердили договор. Но ей богу, я бы сам справился.

– Слушай, – сказал он нетерпеливо. – Мы идем или не идем?

– Идем, – согласился я.

Леха был специалистом во многих вещах, в том числе и по взлому всякого рода замков. Несколько раз он показывал мне свое мастерство, когда мы по роду деятельности вынуждены были проникать в чужие квартиры. Должно быть, нам не хватило каких-нибудь пяти минут. И умение вскрывать замки Лехе не понадобилось – дверь в квартиру Берёзина оказалась распахнутой. В этот момент внизу хлопнула парадная дверь – кто-то выбежал из дома. Официант лежал на кухне в луже крови. У него, как и у блондинки, было перерезано горло. Он еще хрипел. Мы попытались ему помочь, но рана оказалась слишком обширной. Леха вылетел в прихожую вызвать скорую, но в этот момент мы услышали в гулком подъезде голоса.

– Полиция! – почему-то шепотом объявил Леха, и мы, выскочив из квартиры, увидали в пролете лестницы поднимающихся людей. Кажется, среди них была Люся. Я узнал ее по аккуратной прическе с ровным пробором. Стараясь не шуметь, мы на цыпочках прокрались на чердак. И разумеется, не заметили, что сильно наследили – кровавая цепочка следов потянулась вслед за нами. В довершении, Леха, как нарочно, оставил на стене и перилах кровавые отпечатки рук. При данных обстоятельствах нам совершенно не улыбалось встретиться еще раз с Быком и его командой.

Они дали нам фору минуты в полторы, а потом погнались следом. Но их было слишком мало, чтобы оцепить квартал. И я услышал, когда мы уже спустились по чудом сохранившейся пожарной лестнице и уходили в сторону Фонтанки, как Пионов твердит в рацию, понимая безнадежность своих призывов:

– Пришлите людей… Пришлите людей, черт возьми! А?! А?! А-а-а… Я слушаю, идиоты!!!

При его габаритах он был плохим бегуном и руководил операцией из машины. Где-то наверху перекликались Акиндин, Люся и водитель. Признаюсь, я испытал чувство злорадства, представляя, как она лазает по лестницам, а ее заглядывают под юбку. Нечего женщине соваться в такие дела.

Глава 3
Новейшая история

Мы не побежали в сторону Невы или Фонтанки, что казалось наиболее логичным, потому что те мосты, которые не были разведены, наверняка уже были перекрыты полицией, а свернули в сторону Спасо-Преображенского собора и присели подальше от убогих в тени его кущ, где гортанно ссорились мадагаскарские руконоги, а встрепанные стаи рогоклювов перепархивали в тени деревьев. Опять начинался мелкий дождь. С моих ушей капало, и я уже не обращал внимания на мокрую одежду. Вода на асфальте, медленно испаряясь под невидимым за облаками солнцем, превращалась в редкий туман. Откуда-то сразу же появились вездесущие комары и мухи, которые принялись пить из наших истерзанных тел последние капли крови.

– Тебе не кажется странным, что убивают всех, кто имел даже косвенное отношение к блондинке? – спросил Леха, отмахиваясь от насекомых.

Он панически боялся всяких мух и особенно пчел. В прошлый году он пошел в гости к своему дяде, который жил в районе Авиагородка. Дом стоял в саду, а в саду заведись дикие пчелы. Леха с дядей сели под деревом, выпили по здоровенной чарке, и дядя решил похвастаться. Он ударил ногой по стволу, на котором висел улей, и сказал:

– Мне и собаку заводить не надо, у меня пчелы, как собаки!..

– И какие они у тебя? – поинтересовался пьянеющий Леха.

– Цепные!!! – похвастался дядя и еще раз ударил ногой по дереву.

Естественно, пчелы покусали обоих. Мало того, что в Леху вкатили немереное количество лекарства, так он еще неделю походил на крокодила, вымазанного зеленкой.

– Я тоже думал об этом, – признался я, рассматривая, как из собора выходят хлысты, собирающиеся на молитву со всей округи.

У них было особое одеяние – холщовый балахон и кусок веревки на талии. Надо будет спросить у отца Вадима, подумал я, почему они молятся в обыкновенных церквях. Вид у них был, словно они в чем-то сговорились, но считали нужным этого скрывать. Потом я вспомнил его слова: 'Церковь должна объединять всех прихожан независимо от их заблуждений'. Он только забыл, что настоящие, 'дикие' хлысты молятся на голову козла в подземных молельнях и пьют человеческую кровь. Однажды Лехе даже удалось снять репортаж об их ритуале, но материал по политическим соображениям так и не пошел в печать, хотя в последние годы различные антицерковные секты появились, как грибы после дождя. Власти явно не знали, что делать с этим явлением и закрывали на все глаза.

– Зачем они его убили? – спросил Леха.

В его пегой прическе блестели капли влаги, а серые глаза выражали ухарскую беспечность. К середине дня мы оба устали, и пора было перекусить. Мой желудок успокоился и готов был к принятию пищи.

– Бармен мог увидеть планшетник, мог что-то услышать. Да мало ли что. Бармены часто бывают чьими-то информаторами. Хочешь, мы прекратим расследование, падем ниц перед главным и откупимся планшетником?

– Хочу! – заявил он, выпячивая грудь колесом.

– Пошли, – сказал я, понимая, что он валяет дурака. – Пошли…

Один из убогих, обвязанный окровавленной тряпкой, замер рядом с нами.

– Я не сумасшедший! – заявил он, сдирая тряпку с шеи, на которой у него алел здоровенный укус. – У меня просто отклонения в психике.

Он был в засаленном пиджаке, одетом на голое тело. Его щеки в голубоватой сыпи болезненно лоснились то ли от возбуждения, то ли от дождя, а грудь была впалой, словно по ней проехался грузовик. Глаза блестели, на загривке же была большая 'гуля' – опухоль величиной с кулак. Я с тоской подумал, что через десяток лет стану точно таким же, если не сбегу на Марс. Земной климат давно стал вредным для здоровья.

– Господи… – произнес Леха.

При его профессии он еще не потерял способность сострадать: кроме всего прочего, правая часть лица у бедняги тоже была поражена опухолью. Такие опухоли у бродяг и бездомных встречались все чаще и чаще. Кто-то из наших даже написал серию статей на эту тему. Но причина так не была названа. Впрочем, кто будет изучать бездомный? Покажите мне этого человека. Мне кажется, земное общество вместе с обнищанием утратило способность к состраданию.

Леха порылся в своих бездонных карманах и извлек начатый шкалик.

– На, – сказал он, – выпей, батя.

Я знал, почему он так сделал: у него не было отца и он часто подпаивал приглянувших ему бродяг. Единственного он не учел – хлысты вообще ничего не ели и не пили, по крайней мере, на людях. Кроме этого у некоторых вырастали настоящие клыки. Должно быть, для того, чтобы прокусывать сонную артерию на шее жертвы. Эти феномены еще не были до конца понятны, но всезнающий Лука утверждал, что хлысты питаются святым духом, а Забирковичус – что они энерготоники, то есть люди, черпающие энергию из вне, а не из обыкновенной пищи. Хотел бы я верить в подобные объяснения. Тогда зачем хлыстам клыки?

На лице убогого отразилась хитрость. Я мог поклясться, что в его птичьих глазах даже промелькнула хитрая мысль – он посчитал нас за идиотов, раздающих дармовую выпивку. Схватив бутылку, он отскочил на пару шагов. Взгляд его выражал безумие. Кое-кто из толпы обратил на нас внимание. Среди них была пара женщин весом не меньше двух центнеров. Их намерения получить свою долю не требовало особой интуиции. Мне показалось, что губы у них накрашены слишком яркой помадой, но потом понял, что это кровь. Почему-то они причащались таким образом прямо в церкви. Впрочем, в вопросах церковного этикета я разбирался плохо.

– Ты зря это сделал, – заметил я. – Посмотри на себя. – Действительно, дождь еще не смыл с нас кровь бедняги бармена. – Они приняли нас за своих, но за богатеньких.

– Это точно… – понял Леха. – Надо убираться.

Должно быть, это точно была целая секта кровососов-хлыстов. Они бежали за нами четыре квартала до самой Невы. Иногда кто-то вырывался вперед, но жадная стая тут же поглощала его, и тогда мы слышали дикий, безумный вой разочарования. Я решил, что хлысты возмутились самим фактом спаивания их водкой.

Нас спасли желтоватые заросли тамариска и фиттонии. Мы спрятались за ее гигантскими красноватыми листьями и смыли кровь в ближайшей луже. Честно говоря, я уже начинал привыкать к тамошнему климату – влажно и тепло, и каждый раз подсознательно ждал, что сезон дождей никогда не закончится, но рано или поздно выглядывало солнце и наступала беспощадная жара. Говорят, что резкое изменение климата повергло европейцев в шок – одна из причин переселения, ведь на Марс отбыло в основном население умеренных природных зон. Леха отдышавшись, хихикнул:

– Накось, выкуси… – и свернул дулю в сторону безумных хлыстов.

Впрочем, это было в его стиле – рисковать и убегать. В отличие от меня, он получал от этого удовольствие. Меня же вполне устраивали мягкий диван и телевизор. Я дал себе слово, что больше никогда, никогда не впутаюсь ни в одну авантюру. Потом я позвонил в домофон и услышал голос Аллы Николаевны:

– Кто там?

– Алла Николаевна, – сказал я, оглядываясь, толпа тщетно искала нас в гранитных развалинах набережной, – это Викентий Сператов…

Старый разведчик жил на улице Шпалерной, в доме, который еще выглядел вполне прилично: с целой крышей и даже кодовым замком на двери. Благо снова пошел дождь и мы не оставили кровавых следов на пороге, а все остальное дождь тут же смыл в Неву.

– Заходите, – пригласила она.

И дверь открылась. И вовремя, потому что когда мы поднимались на пятый этаж, то через чудом уцелевшее подъездное стекло увидели, как перед домом промчались эти безумные, а следом за ними, разбрызгивая лужи, – полицейская машина. Бык взялся за дело со всей основательность, на которую был способен. Наверное, он решил доказать начальству свою незаменимость.

Юрий Вадимович Бухман был легендарным человеком. Знаменитый боксер и тренер, участник двух 'странных войн', он, казалось, переживет это гнилое время. Мы с ним дружили, и у него была забавная привычка отвечать на незаданные вопросы. Обычно, если я спрашивал его о ранениях, он начинал рассказывать, что этому предшествовало, где и как он их получил и последствия для командования, наступившие после этого. В глубине души он был добрейшим человеком.

– У альнсовцев обычно боевой дозор состоял из пятнадцати человек под командованием сержанта, – рассказывал он. – Они разделялись на группы и прощупывали нашу оборону, ища слабые места. А вооружены были всеми видами стрелкового оружия. Как только слабое место обнаруживалось, туда вводились войска в виде клина. Бока клина атаковали вправо и влево, а центр закреплялся или шел дальше.

– А у нас? – интересовался я.

– У нас обычно использовали разведчиков. Разведчик на войне – хуже некуда. Хуже только в пехоте. Однажды на бассейне Нижней Тунгуски в районе Нидыма нам поставили задачу найти проход в горах, не занятый противником. Проход мы нашли, а когда отходили запасным маршрутом через сопки, попали в чужие окопы. Выстрелить никто не успел. Произошла скоротечная рукопашная. Нас было слишком мало, чтобы втягиваться в бой. Я кричу: 'Бей! , и в это мгновение меня пырнули штыком. Пробили ребра, задели легкое. Хорошо ребята вынесли. И еще одного ранили. Сейчас уже память остыла. Бывали такие моменты, когда судьба решалась в доли секунды… Как-то был случай: мы попали в переплет. Я прикинулся убитым. Альянсовец подошел и пнул ногой. Мне до сих про это снится…

Я прикинул, сколько же ему. Выходило не меньше семидесяти, но при случае он мог еще подраться. Последний раз, кажется, это произошло в общественном транспорте, где он поймал за руку карманников. Их оказалось трое. И всех троих он периодически укладывал на пол автобуса, пока они не перестали шевелиться.

Нас встретила Гера – лохматый, обросший эрдель с очаровательными манерами лизоблюда, и я вспомнил странное изречение: 'Ни один Шекспир не устоит перед собачьим хвостом'. Потом в прихожую вышел Юрий Вадимович, с недоумением посмотрел на нас, и Алла Николаевна сказала:

– Юра, это же Викентий…

– Ах. Да-да-да… А я и не узнал. Проходите, проходите…

Его карьера военного началась в каспийском морском училище. А боксом он начал заниматься у знаменитого Джексона – эмигранта из США.

Юрий Вадимович повертел в руках наш шарик, хмыкнули и полез к сервант.

– Держи, сынок. У меня тоже такие цацки есть.

В коробке из-под конфет находилась целая коллекция планшетников. Но ни в одном из них внутри не переливался правильный многогранник.

Юрий Вадимович уселся напротив нас взял один из шариков в руку и пояснил:

– Типовая объемная карта местности.

– Да, – согласился Леха. – Но откуда?

– Оттуда, – сказал Юрий Вадимович и потыкал себе за спину большим пальцем.

По старой памяти он берег военные секреты пуще глаза. Однако если бы он знал, что Леха два года назад вместе с замглавного – Лукой, побывали в Тунгуской зоне и прислали оттуда несколько репортажей, которые тут же были запрещены к публикации, он бы изменил к нам свое отношение. Правда, Леха держал язык на замке, а все мои попытки разговорить его на эту тему ни к чему не приводили. Я подозревал, что его вместе с Лукой вызвали кое-куда и заставили подписать кое-что, что оказалось сильнее нашей дружбы и моего любопытства. Насколько я знал, зона была законсервирована, и только 'дикие' поисковики на свой страх и риск пробирались туда в надежде разбогатеть. Я бы и сам смотался ради интереса, да не мог из-за судимости. Поговаривали, что в городе существует хорошо законспирированный рынок новых технологий. Но даже Лука не сумел к нему подобраться, а ведь Лука был лучшей ищейкой в нашем славном городе.

– А-а-а… – догадался Леха.

– Ну… а ты что думал? – спросил старый боксер.

Где-то в тунгуских сопках на горе с красивым названием 'Кавказ' была установлена стела, на которой среди шестидесяти пяти имен значилось и его имя. Но он дожил до наших дней, а значит, до лучших времен.

– Я думал, что что-то новенькое, – признался Леха.

– Нет, ребята, все старо как мир. Когда-то было засекречено. Ну-ка дай-ка твой.

Он повертел его в руках и удивленно произнес:

– Странно… такой вроде, но не такой…

Я запустил планшетник. Мы 'пробежались' по окрестностям. Кровососы куда-то пропали, но в подворотне соседнего дома топтался полицейский. Дым сигареты выдал его с головой. Потом я сделал неосторожное движение и мы моментально оказались в незнакомой местности: на горизонте виднелся город, а под нами, петляя, текла река.

– Так это же… гляди!.. – изумленно воскликнул Юрий Вадимович и даже ткнул пальцем.

Это была Москва, заросшая, как и Санкт-Петербург, по уши лесом. Дела обстояли даже хуже, чем у нас: расчищены были только две центральные улицы и Кремль. Людей с такой высоты разглядеть было невозможно, но дым из многочисленных печных труб говорил о том, что столица держится.

– Стоит Москва… – удовлетворенно произнес Юрий Вадимович, и я понял, что столица для него не только символ большой страны, но еще что-что личное, с чем связана вся его жизнь.

С непривычки у нас даже закружилась голова, и мы вернулись. Юрий Вадимович сделал круглые глаза и сказал:

– Ребята, а вот про это я вам ничего не могу сообщить, потому что эти шарики, – он тряхнул коробку из-под конфет, – слепок какой-то одной местности, а у вас универсальный. Не говоря уже о том, что по вашей карте можно передвигаться, как на вертолете. Честно говоря, ничего подобного никогда не видел. Очень похоже на что-то новенькое.

– У вас скопированная технология, – подсказал Леха.

– Все возможно, – согласился Юрий Вадимович, – вы, ребята, осторожней с этим. – И в его голосе прозвучали отцовские нотки. – Найдется много желающих завладеть им. Будь у нас такая техника, мы бы не сидели сейчас в дерьме на нашей родине.

– А чтобы? – спросил я.

– Известное дело, – ответил он многозначительно – кто страну развалил? Подумайте, кому же это нужно?!

Тогда я понял, что планшетник самый настоящий и посмотрел на Леху. Леха поднялся и выглянул в окон. По выражению его лица я понял, что лично для него это не новость.

– Юрий Вадимович, вы думаете, развал неслучаен?

– Я думаю, – горячо ответил он, – что такие глупости просто так не происходят.

– Это можно объяснить коррупцией, воровством, в конце концов утратой веры…

Он засмеялся, как человек, понимающий больше, чем мы с Лехой.

– Ваша наивность умиляет, не будьте детьми. Спросите себя, зачем бросать планету, вполне пригодную для жизни? Зачем низводить ее до уровня колонии? Вашему Марсу сколько?

Он был патриотом. Я это давно понял. Не мусульманином – а патриотом. Разумеется, его не коснулись религиозные веяния: в 2024 году Россия течение всего лишь одного президентского срока была центром мусульманской религии. Президент – не помню фамилии, кажется, Раджимов. С тех пор, несмотря на жару и дожди, некоторые женщины носили хиджабу. Потом случился переворот, и Россия снова вернулась в лоно европейских народов как раз вовремя, чтобы с одной стороны отстоять собственную независимость и не пасть жертвой иллюзий, потому что либеральные законы Европы привели к ослаблению национальных интересов народов, населявших ее, а с другой – не подвергнуться атакам мусульманского мира, который все еще надеялся, что Россия для него не потеряна. К этому времени Белоруссия стала автономной областью России, а Украина разделилась по Днепру и как государство, раздираемое националистическим правительством, перестала существовать. Западные ее области отошли к Польше, а Киев превратился в захолустный польский городок, где выращивали цветы и лазуревых галок. Мой предыдущий шеф держал такую в клетке. Галка оказалась источником политических анекдотов о местном правительстве. За три года, которые я работал в газете, она ни разу не повторилась.

– Сорок… Сорок лет…

– Ха! – удовлетворенно воскликнул он, потому что ждал именно такого ответа. – Вот именно! А Земле?!

– Ну да… – согласился я.

– А теперь думай, кому выгодно, чтобы Земля пришла в упадок?

– Не знаю, – признался я.

Правда, я почему-то подумал о корпорации 'Топик'. И сам себя успокоил – не может же она быть такой всесильной.

– Вот и я тоже. Но кому-то выгодно. Вот главный вопрос. А ты 'зеленые человечки, зеленые человечки'… Стыдно!

У меня на языке давно крутился этот дикий вопрос, но я боялся попасть впросак. Я давно к нему подбирался, а Юрий Вадимович его озвучил. Если так, то в любом случае мы с Лехой на верном пути.

Он поднес два пальца ко лбу и сказал:

– Я всегда думал, что ко всему, что здесь, нужно добавить еще что-то, но не понимал, что именно. А ведь не достаточно просто быть честным, надо быть активным.

И когда он так сделал, а потом произнес эти странные слова, весь обращенный внутрь себя, я подумал, что надо быть честным не только как журналист или фотограф, а еще как землянин. Впервые я подумал о себе как о землянине. Это было открытие. Может быть, во мне проснулась любовь к отчим гробам? А может, я стал взрослее?

– Вот что, ребята, – сказал Юрий Вадимович, – приходите-ка утром в 'Крылья советов'. Завтра титульные бои. Я вас познакомлю с одним человеком, он обо все этом знает больше меня.

* * *

Согласно истории, которую я изучал в марсианском Санкт-Петербургском университете, в 2027 году США и ее союзники готовились к войне против России, которая в то время была мусульманской державой. Если бы мы хотели, чтобы США выиграли в борьбе с нами, они бы выиграли, но они ее проиграли. Правда, это была война, в которой участвовала третья сила.

Итак, 26 апреля 2028 года на Землю упала комета 'Урсула'. Многострадальные Соединенные Штаты в течение минуты были низвергнуты ниже уровня третьего мира. Впрочем, для современного поколения две 'странные войны' давно заслонили падение США, и теперь едва ли кто помнит об их былом могуществе. Тем не менее, история гласит, что восточные районы страны были превращены в пустыню, а на месте Вашингтона образовался кратер диаметром пятнадцать километров. Отныне там плещутся волны Чесапикского залива. Шлейф кометы накрыл территорию от восточного побережья до Нового Орлеана. Миссисипи довершила дело, выйдя из берегов и прорвав все плотины. Город оказался под двенадцатиметровой толщей воды. К тому же один за одним налетели три необычно мощных тропических урагана. Мексику занесло илом и песком. На западном побережье произошли сильнейшие землетрясения – Лос-Анджелес, Санта-Барбара и Сан-Франциско медленно сползли в пучины Алеутской впадины. Но эта катастрофа не шла ни в какое сравнение с землетрясением в десять баллов, прокатившимся по всей Земле. Большинство городов западного континента превратились в руины. Наступили 'новые темные века'. Они продлились восемь месяцев. Солнце светило четыре часа в сутки. Дождь из пепла шел неделю. Дождевые леса Австралии сократились наполовину, тропики в Африке превратились в саванну, а Персидский залив и Панамский канал замерзли. В Катаре, в Мексике и в штате Миссисипи выпал снег, который не таял целый год. Впрочем, рассказывают, что климат столь же быстро изменился в противоположную сторону. Наступило резкое потепление. Земли, пригодные для городов, резко сократились. Города в долинах Европы были погребены под оползнями. Реки вышли из берегов – словно случился всемирный потоп. Голландии не помогли ни знаменитый барьер в Эйссельмере, ни плавающие мосты, ни всплывающие дома. Северное море разлилось по землям Нижней Саксонии: Бремен и Ганновер ушли под воду. Крым стал островом, а в Китае Янцзы смыла каскад плотин и произошла грандиозная катастрофа, отбросившая страну в каменный век. Но об этом, как и о катастрофе в Японии, где архипелаг Хонсю распался на мелкие острова, а Токио погрузился в пучину моря, мир узнал только через два года.

Первую четверть XXI века страны мусульманского пояса провели в беспрестанных атаках на цивилизованный мир. Экономика Европы трещала по швам. Львиная доля национальных доходов тратилась на борьбу с терроризмом. Ежедневно что-то взрывалось или сгорало. Так в течение одного месяца в Польше был взорван дворец Сейма, а в Италии – Миланский вокзал, а Турине – супермаркет 'Сола'. Япония лишилась единственного уцелевшего танкера 'Ямато', который просто пропал, его так и не нашли. В Мадриде взлетел на воздух знаменитый дворец 'Франче-палас'. Досталось и еще одной восточной стране, которая развалилась и канула в лету и название которой я точно не помню, кажется, на букву 'у'. На ее долю выпал взрыв в метро и в подземном магазине. От площади со странным названием 'незалёжность', остался один пшик. Впрочем, эта страна, кажется, просто попала под горячую руку – ее наказали просто за то, что она лизала зад США. В Париже была затоплена знаменитая 'подземка'. По иным странам прокатилась волна не менее значительных террористических актов. США ввели столь беспрецедентные меры безопасности, что практически отделились от всего мира. Это называлось 'политикой священного эгоизма'.

Во взаимоотношениях между западом и мусульманскими странами Россия оказалась третьей силой, впрочем, незримые границы между востоком и западом существуют до сих пор. Мусульманский Запад с подозрением косился на Восток, а Восток традиционно не доверял Западу.

Мусульманский мир оказался более цельным по сравнению с западным, который раздирали политические и экономические противоречия. Вся военная мощь США и их союзников была направлена против здравомыслящего противника, однако в лице подпольных организаций мусульманских стран они столкнулись с полным отсутствием страха.

Страны мусульманского пояса воспользовались всемирной катастрофой. Их глубоко законспирированная сеть агентов активизировалась. В неразберихе первых дней они провели серию террористических актов. Сбылись самые кошмарные опасения американцев: в портах крупных прибрежных городов были взорваны суда с атомными бомбами. В первые минуты в каждом из этих городов погибло до пятидесяти тысяч человек. Этой участи удалось избежать только Нью-Йорку и Бостону. В большинстве крупных континентальных городов также были взорваны 'примитивные' атомные бомбы, что вкупе с уничтоженными атомными электростанциями привело к радиоактивному заражению огромных территорий.

Следы вели в Пакистан, Афганистан и Иран. Будь на месте США другая страна, не имеющая столь живучей военной машины, дело кончилось бы всего лишь позорной капитуляцией. Однако реакция США была мгновенной: в течение одной ночи все крупнейшие города востока были подвергнуты ядерной атаке. В политическом плане был создан союз: США, Мексика, Бразилия, Аргентина и Канада. Позже к ним присоединились Италия, Англия, Германия и Испания.

В следующие две недели каждая из стран, входящая в Евросоюз, по очереди была подвергнута атакам террористов. Маневрируя политически очень искусно и используя противоречия в Евросоюзе, мусульманские страны в течение первой половины двадцать первого века доминировали в Старом свете. Однако атомное оружие в Европе не применялось, ибо мусульманам нужны были незараженные территории. Первой дрогнула Германия. Несколько десятилетий ее сотрясали демонстрации и забастовки внуков и правнуков азиатских переселенцев, которые стали германцами и требовали объединения общин в Баварский (или германский) калифат. Следующая была Испания. Насколько я помню, мавры создали там 'автономную мусульманскую республику'. Евросоюз приказал долго жить – без стратегии, без армии он мало что значил, а европейский Директорат стал тем мифом, который еще долго обсасывался в прессе. Счет времени шел на дни. Единственной силой, пожалуй, предстал Иностранный легион Франции. Однако состоящий на девяносто процентов из русских, он перешел на сторону России, и таким образом Франция не была втянута в конфликт. Следующий удар террористы нанесли по Англии. Оказалось, что за эти годы мусульманские страны не сидели сложа руки – у них появились собственные субмарины с ядерными ракетами. Было выбрано самое слабое звено в западном союзе. Прежде чем подводные лодки были обнаружены и потоплены – бах! и в один прекрасный день от Англии остались лишь Фолклендские и Шетландские острова. В последующие три дня в войну были втянуты Индий и Китай, которые в предыдущие годы были значительно ослаблены эпидемией САРС. Границы этих стран оказались под ударами США. Две или три перехваченные ими крылатые ракеты послужили поводом США для бомбардировки их территорий всеми видами оружия. По странной случайности в это же время в Индийском и Тихом океанах был потоплен вплоть до последнего тральщика шестой ударный флот США, а в районе Северного ледовитого океана пропали три флотилии подводных лодок со стратегическим вооружением. Сражения вспыхивали и затихали спорадически в темноте полярной ночи. А потом произошло очень странное событие – одной прекрасной ночью была уничтожена вся спутниковая система США. Поговаривали, что удар был нанесен из космоса. Позднее командование Международного космического союза (МКС) пришло к выводу, что 'внешние космические силы' (странная терминология!) воспользовались катастрофой на Земле. Правда, продолжение атаки не последовало. Несомненно, правительство знало, кто или что напало на США. Но это была страшная тайна. В народе же ходили слухи, что это дело рук инопланетян, которые таким образом предотвратили гибель земной цивилизации.

С тех пор правительство США больше не могло контролировать большую часть поверхности Земли, а их способность вести войну значительно ограничилась. Это был конец былого могущество. Третья мировая война продлилась полтора года, с конца апреля 2028 по октябрь 2029 года. Европа распалась на 245 мелких государств, а США до конца двадцать первого века не восстановили былых позиций. Потом им помешали две 'странные войны' и климат. Последние два-три десятилетия было не до масштабных войн – страны боролись за выживание в новых климатических условиях.

Впрочем, Россия воевала за технологии с альянсовцами. В 'первой странной войне' – с альянсом, состоящим из Германии, Италии и Турции. Во 'второй странной войне' – с альянсом из США, Германии и Китая. Борьба шла за контроль над территориями Сибири, где якобы произошла высадка инопланетян, больше действительно похожая на пикник у обочины. Все развитые страны ухватились, как за соломинку. Оба десанта не привели к прямому контакту с землянами, однако изменили миропонимание, ибо оказалось, что внеземные технологии дают возможность ступенчатого рывка в развитии. Так что ставки были очень высоки.

В семидесятых первые экспедиции с участием представителей Международного космического союза (МКС) исследовали Марс и строили первые поселения. А на Луне уже существовали базовые пусковые станции, откуда проводились регулярные запуски ракет в космос. Однако с началом военных действий командование МКС было поставлено в условия внутреннего конфликта, который грозил перерасти в боевые столкновения. В последний момент разум взял верх, и командование МКС объявило о независимости колоний на Луне до тех пор, пока на Земле не установится порядок. В отместку американцы попытались уничтожить базы, однако Россия не допустила подобного развития событий, развернув в течение месяца около двухсот спутников на околоземной орбите. Война перешла в стадию локальных конфликтов, и две страны попортили друг другу немало крови. Тогда-то и произошли эти 'странные войны' в Сибири. Первая в 2060–2063, вторая – 2074–2076 годы. Официально в качестве приза земляне получили технологию перемещения в пространстве, планшетник и альдабе, не говоря уже, например, о материаловедение. Не спрашивайте, что такое альдабе. Сам не знаю. Должно быть, страшная тайна для обыкновенных смертных. Мы с Лехой только догадывались, что человечество пользуется лишь жалкими копиями с внеземных оригиналов. Никто не был уверен, что военные открыли все свои секреты. Но о перемещении в пространстве, а точнее о телепортации, теперь знает любой школьник и на Земле, и на Марсе. Впервые объяснил, что такое клеточная телепортация, Петр Гаряев.

Оказывается, так называемые, телепортационные волны, источником которых является аномальные зоны, распространяются вдоль энергетических линий Земли. Кстати, на Марсе таких линий нет. Вся проблема заключалась в том, чтобы найти механизм запуска этих волн, который собственно кроется в ядре планеты, и в котором при накоплении достаточного количества энергии происходила разрядка. И если человек оказывался в центе стоячей волны, то, естественно, его переносило в следующую точку пересечения энергетических линий или дальше, пока волна не затухала. Поэтому вначале порталы были редким явлением, пока ученые не разработали искусственные телепортационные генераторы, скопировав и приспособив их для земных условий. Впервые такие установки были применены именно на Марсе, чтобы проверить эффект Петра Гаряева. Что касается практики, как всегда оказалось, что искусственные порталы гораздо дороже природных. Но это никого особенно не волновало, потому что за дело взялся крупный бизнес и принялся снимать сливки.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю