Текст книги "Земля: Выживание. Том V (СИ)"

Автор книги: Михаил Ран

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 10

Пробуждение было похоже на медленное всплытие из вязкого, черного киселя. Сначала возвращались звуки: монотонный гул аппаратуры где-то в углу, далекий шорох шагов по бетонному полу коридора, и легкий скрип открывающихся и закрывающихся дверей.

Затем, конечно, как было заведено, ждал нисходящую лавину боли. Вот только тут мне свезло, сразу же она набрасываться на мою обессиленную тушку не стала. А медленно и неторопливо просачивалась в сознание, как если бы змея впрыскивала смертельный яд прямо в череп.

Раненое бедро захватывал огонь, а под пальцами, которыми провел по рубцу на коже, распространялся неприятный жар, как будто мне внутрь забивали раскаленный лом. Помимо этого, плечо тоже решило напомнить о себе, пульсируя в такт размеренным ударам сердца, то и дело отзываясь тупыми и ноющими прострелами на каждом вдохе.

Я открыл глаза, прямо передо мной был привычный потолок с легкой паутиной трещин. Настолько этот вид стал привычен, что никакого удивления даже не было и в помине. Кажется, у меня где-то на душе выбито гвоздями, что видеть при пробуждении я буду только этот фон, и никакой другой.

– Наконец ты очнулся. – не то констатировала, не то упрекнула Вейла. Её голос в моей голове прозвучал с той особой ноткой ехидства, которая обычно означала: «Ты снова торопился на тот свет, но я рада, что ты жив». – Организм подлатать тебе успели. Особенно после твоей кривой попытки прижечь раны. Это, конечно, тот ещё триумф воли над любым здравым смыслом и логикой.

– Сама же знаешь, что у нас не было вариантов лучше. – мысленно прохрипел ей в ответ, пытаясь сглотнуть неприятный комок в горле. Внутри так саднило, словно я наелся тарелку битого стекла. – Сколько я был в отключке?

– Да не переживай, в этот раз не так долго. – флегматично отозвалась наставница. – Каких-то жалких часов десять. В отличие от прошлой ситуации, сейчас это была банальная усталость. Если, конечно, не считать потери крови. – тон Вейлы стал чуть серьезнее. – Зато теперь твой резерв снова набит под завязку, и ты можешь начинать чудить по новой. Вот только… – замешкалась она. – Как и говорила, те крюки не простые, так что лучше бы тебе все равно не перенапрягаться. Он ввел свою энергию в рану, из-за чего могут быть сложности с управлением пси ближайших часов десять, а может и все двадцать. Пока не вычистим.

Игнорировать такие советы было сложно. В любом случае, если говорить совсем уж на частоту, то напрягаться мне и самому не очень то хотелось. Единственное желание, которое у меня сейчас было – поменять собственное положение в пространстве, а то чувствовал, как спина обиженно отзывается на попытки повернуться в другую сторону.

Именно это я и решил сделать, после чего мир неприятно качнулся, а перед глазами заплясали разноцветные пятна, преобразующиеся в чудные цветы. Желудок тоже отреагировал по-своему, намекая о своем собственном существовании, чуть ли не выворачиваясь наизнанку.

В больничном помещении царило спокойствие, которое нарушалось моими охами и вздохами, похожими на то, как медведь ломится через бурелом. Хотя, надо признать, за исключением меня, было слышно ещё бряцанье ложек из соседних палат и коридора. Видимо меня поселили в самый обычный бокс, а не в закрытый, как в прошлый раз.

Неожиданно снаружи начали раздаваться ритмичные, глухие удары, а вместе с ними резкие выкрики каких-то команд. После чего дверь распахнулась, и напротив меня возник полковник Марков.

– Вижу, очнулся. – первым делом сказал мужчина, да с такой интонацией, что я не знал, плакать мне или смеяться.

– И вам добрый день, товарищ полковник. – придерживая себя за раненую ногу, получилось принять сидячее положение.

– Идти сможешь? – коротко спросил мужчина, и развернувшись в дверях, как бы ждал моего ответа.

– Да, могу.

– Тогда пойдем, тебя заждались, заодно и поговорим по дороге о вашем задании.

Спустя минут двадцать после разговора, в котором к моему удивлению, ничего о хвосте и наших приключениях не промелькнуло, мне удалось добраться до тренировочной площадки. Как сказал Марков, именно тут сейчас и были ребята.

Когда дверь открылась, в глаза ударил яркий свет, отражающийся от различных металлических поверхностей. Он выхватывал пыль, поднятую в воздух активной тренировкой, а та искрилась вокруг, создавая над ребятами подобие нимбов.

В самом центре зала стоял Артем. Его лицо, багровое, и налитое кровью от напряжения, выглядело для меня очень непривычно. Особенно бросалось в глаза то, как на лбу сильно вздулись вены, а из носа текла тонкая алая струйка, которую сам парень даже не заметил. Зато перед ним в воздухе дрожали три бетонных блока, каждый килограмм по двадцать, если не больше. И именно на них он сосредоточился.

Скорее всего, это были какие-то куски обрушившейся конструкции, только не ясно, откуда те вообще взяли, если раньше их тут у нас не было. И самое главное, кто сюда их дотащил? Площадка, конечно, большая. Но захламлять её тоже не хотелось. Не одни же мы пользуемся ей.

Однако, внимание до сих пор было сосредоточено на том, что те висели в воздухе. Точнее, правильнее было бы сказать, что они не просто «висят», а медленно вращаются по какой-то собственной траектории, повинуясь воле моего брата.

– О! – раздалось от Вейлы. – Кажется, у него аспект телекинетика. Надо признать, что он достаточно сильный, несмотря на то, что является одним из самых массовых.

– Это хорошо? – спросил у девушки, не понимая, к чему она вообще клонит.

– В целом да. – хмыкнула наставница. – Но он как-то излишне много вкладывает сил в попытках заставить двигаться камни. С другой стороны, вижу что он очень сообразительный малый. Тем более, что он сам разобрался, как справляться с собственными силами.

– Слишком много усилий на вращение! – крикнул брату, пытаясь скопировать тон Вейлы, когда она меня журила за косяки в освоении пси. Но даже так, я был горд им, хоть обычно этого и не показывал.

Чтобы не пошатываться самому, и лишний раз не заставлять их волноваться, прислонился к дверному косяку изображая из себя саму непоколебимость. Мой голос был вполне нормальным, и на слабость ничего не намекало, даже получилось заставить всех моментально на него обернуться.

Массивные и тяжелые блоки моментально рухнули на пол, как только Артем отвлекся от их контроля. Раздался оглушительный грохот, следом за которым поднялась ещё большая туча пыли, чем была до этого.

– У-учитель! – тут же рядом со мной материализовалась Аня, отлипнув от стены напротив. Ей было так неловко, что она очередной раз как-то потупила взгляд в пол.

– Саша! – Артем пошатнулся, вытирая вспотевшее лицо рукавом флисовой кофты. – Ты встал! Мы думали, что тебе опять придется проваляться в кровати несколько дней.

– Ты очень сильно недооцениваешь своего брата. – выдавил я из себя подобие улыбки, но внутренне все равно скривился. Тот факт, что уже и родной брат воспринимает мое пребывание в кровати как норму, увы, не радовал. – Старайся не просто концентрироваться на объекте, Артем, а пытайся сосредоточить силу энергии на самом пространстве. Попробуй еще раз с большей мягкостью. – начал произносить вслух все те советы, которые шли от Вейлы.

Алиса же, сестра, сидела чуть в стороне на потертом стуле и никак не отреагировала на мое появление. С моего места было видно, что её глаза плотно закрыты, а пальцы едва заметно перебирают воздух, словно она касалась невидимых струн арфы.

Как мы успели уже обсудить с Вейлой, после инициации выросли сенсорные способности сестры. Можно сказать, что те подскочили до невероятного уровня. По крайней мере если сравнивать со мной.

– Слева. – не открывая глаз, произнесла девушка.

В тот же момент, Верба, которая делала нечто странное, а именно «тыкала», палкой в девушку напротив, резко распрямилась, силясь достать сестру в голову.

Однако, Алиса, даже не вздрогнув, качнула корпусом ровно настолько, чтобы тупой конец прошел в паре сантиметров от её уха. Ни одного лишнего движения. Идеальный расчет.

– У них отличный потенциал, Алекс. – Вейла звучала почти гордо, как будто это не я их старший брат, а она старшая сестра. – Я не сомневаюсь, что девочка сможет ощущать искажения.

– Что это? – мысленно спросил у наставницы, одновременно с этим шурша в собственной памяти в поисках информации об этом.

– Грубо говоря, она сможет чувствовать, где будут проявляться прорывы Изнанки. – попыталась дать свое объяснение наставница. Вот только все равно было не понятно, как это могло характеризовать потенциал Алисы?

– Артём? – коротко спросил я, надеясь, получить какой-то более точный и прозрачный ответ.

– А вот братец твой… ну, он пока как слон в посудной лавке, правда… Если все пойдет и дальше хорошо, и у тебя получится обеспечить их кристаллами вместе с энергией. Тогда их каналы будут расширяться с поразительной скоростью, как и общее укрепление физических тел. И все будет просто отлично. – закончила монолог наставница, но почему-то решила добавить в конце. – Вообще укрепление уже проходит вполне успешно, но нам бы детально их исследовать, тогда можно сказать больше.

Рядом со мной, словно украв способность ученицы, внезапно вынырнул Нюхач. Он выглядел осунувшимся и очень тихим. Даже для его обычного состояния это было перебором. Взгляд, обычно острый и цепкий, сейчас был полон тяжелого раздумья.

– Командир. – он протянул мне флягу с теплой, отдающей пластиком водой. – Ты бы присел, а то вид имеешь такой, словно тебя переехало поездом.

Я сделал несколько жадных глотков из предложенной емкости, и ответил.

– Вид соответствует состоянию. Как у нас обстановка?

– Тихо. Пока тихо. Как и договаривались, присматриваем за Вербой, обсудили отдельно, что Аня будет держать нос по ветру. – хмыкнул он, намекая, что следит в основном она.

– А разве это не в твоем репертуаре? – улыбнулся от озвученного каламбура, представляя Нюхача в роли сторожевого пса.

Собеседник замолчал, как будто, почувствовал образ в моей фантазии, и посмотрел на Артема, который снова силой начал поднимать блоки перед собой. На этот раз вены на его лбу не стремились вылезти наружу. Значит, он делает все правильно.

– Послушай. – вдруг замялся бывший лесник, нервно теребя ремень на поясе. – Я видел, что ты сделал с ними. С близнецами. Я видел, как они изменились. И я… я тоже так хочу. Мне не хочется довольствоваться только тем, что имею сейчас.

Он повернулся ко мне, пристально наблюдая за реакцией. И в его глазах было прекрасно заметно то, что обычно не ожидаешь увидеть у человека лет пятидесяти на вид – отчаяние, смешанное с надеждой, которые ты возлагаешь на человека чуть ли не вдвое младше себя.

– Проведи со мной такую же процедуру, командир. По возможности, я хочу лично оторвать голову тому ублюдку. Если в завтрашнем дне, к нам заявится этот безумец с крюками, мне больше не хочется оставлять тебя один на один с ним и его зверями.

– Алекс, не лучшая идея. – снова раздался голос наставницы, которая по привычке слушала все мои разговоры.

– Почему? – мысленно спросил у неё, и чтобы не выглядело совсем бестактно, посмотрел на потолок, как бы показывая своему собеседнику всю степень собственной задумчивости.

– Во-первых, он стихийно начал Инициацию. – начал загибать пальцы огромный желтый смайлик перед моими глазами. – Во-вторых, та Инициация, которую прошел ты, и провел близнецам, помнишь, что это я тебя научила? Так вот, напоминаю, это уникальный путь Эона. Ты хочешь каждого встречного ему обучать? – недовольно насупилась девушка. – В первую очередь такое опасно и для них самих.

– Но и ты должна понимать, что они доверились мне. – задумчиво, и не очень уверенно пробурчал ей в ответ.

– Командир? – дотронулся до моего плеча мужчина.

– Ты понимаешь, что это очень большой риск? – задал я на всякий случай этот вопрос, медленно поворачивая голову в его сторону.

– Я готов к любым рискам. – без тени сомнений ответил он.

– Вейла. – мысленно позвал учительницу. – В последний раз. В последний раз я не прислушаюсь к тебе, хорошо?

– Делай как знаешь. – обреченно выдохнула она, снова скрываясь в глубинах разума.

Я посмотрел на натруженные, мозолистые руки мужчины. Нюхач… по-своему он точно был профессионалом. За все время нашего общения, начиная со знакомства и заканчивая сегодняшним днем, тот показал себя вполне достойно, и это несмотря на его спорное прошлое. Но… вопрос выживания?

– Что ж. – тихо начал, стараясь подбирать слова. – Надеюсь, что ты понимаешь серьезность твоей просьбы. Я обязан сказать, что твое тело и твой разум могут этого не выдержать. Ты можешь умереть.

– А разве так я смогу выдержать? Выжить? – он обвел руками помещение, как бы стараясь выйти разумом за его пределы, напоминая о том, что было ещё день назад.

– Хорошо, тебя не переубедить, понимаю. – кивнул ему, чувствуя, как на плечи падает очередной груз ответственности, теперь и за этого мужика. – Но точно не сейчас, мне ещё нужно восстановиться, да и Марков дал задание, завтра с самого утра на него идем. А для твоей инициации нам надо будет подыскать подходящее место, желательно в другой стороне от того, где мы были до этого. И ещё нам потребуются кристаллы.

Следующее утро встречало нас едким серым туманом, который, казалось, имел вкус пепла от только что сгоревшего здания. Сейчас мы двигались сокращенной командой.

Состав подбирался специально так, чтобы дать освоиться близнецам. Хотел, конечно, взять с собой Алису. Но ей надо было помочь матушке, умудрившейся подыскать себе работу. Вот сколько с ней не говори, она совсем не хотела сидеть на одном месте. Так что вышел я, Нюхач, Аня и Верба.

По полученному заданию от полковника, нашей целью все ещё была местность рядом с убежищем, как понял из последнего разговора, Марков собирается начать заселять территории уже сегодня, аккурат в радиусе ста метров от центрального входа. Получалось так, что именно нашу группу направили на запад для зачистки «хвостов», где будут размещаться дальние точки обороны.

Город в этой части был точно таким же, как и во всех других его уголках, где мне уже довелось побывать. И если я правильно прочитал карту, то километрах в десяти по прямой отсюда, было то самое убежище, как там его, «Надежда»? Убежище, где мне временно давали приют «замечательные» люди.

– Ага, которые так и хотели тебя попользовать. – насупилась Вейла и была проигнорирована.

Дома, встречающиеся по дороге, стояли нетронутыми снаружи, но часть из них зияла кривыми пустотами. Самое интересное случилось тогда, когда мы проходили мимо длинной и старой пятиэтажки, которая как коробка с игрушками, хранила внутри себя один из контейнеров.

– Запомни это место, Алекс. – захрумкала Вейла. – Надо будет вернуться сюда потом, порыскать и обыскать его.

– Внимание. – прошептал Нюхач, вскидывая руку вверх. – Чую запах крови, и жженый запах плоти. – перебил начинающийся мысленный диалог с наставницей мужчина.

– Ашениты. – выдохнул я в ответ активировав сферу. – Шесть особей, и с ними ещё кто-то, судя по всему.

Из тумана начали проступать серые, колышущиеся фигуры. Порождения Изнанки не изменяли себе в собственном постоянстве. Они двигались рваными, неестественными рывками, издавая звук, похожий на шелест сухих листьев.

– Огонь по готовности! – скомандовал напарникам.

Нюхач и Аня, без каких-либо сомнений, мгновенно начали стрелять. Пули прошивали противников на вылет, заставляя тех жаться друг к другу в подобие паники. Хотя надо признать, такие эмоции не были им свойственны.

Зато радовало, что ребята не торопились тратить энергию там, где этого можно было избежать. А ведь по началу сколько попыток с их стороны было поспорить? Но стоило им пару раз столкнуться с ситуацией, когда кончился запас сил, так моментально прониклись потенциальными последствиями.

Вдруг земля слегка задрожала. Из-за угла полуразрушенного магазина вырвалась туша форсуна. Тот не стал для меня удивлением. А вот для ребят… стал. Как говорила Вейла, учиться надо всегда и везде. Вот и посмотрим, какие будут действия у моих сокомандников.

И, надо признать, они не подвели. Потому что отреагировали с холодной головой, без паники и лишних действий. Так как Аня и Нюхач разбирались с мелочью, в бой вступила ещё одна девушка.

– Задержу! – вскинула руки вверх Верба, выставляя рядом с противником многогранные пластины янтарных щитов. – Алекс, дело за тобой!

За последнее время огонь мне слишком сильно полюбился, но бить сейчас им не стал. Запах после сожжения врага – мне не очень нравился. Вместо этого сформировал длинное, ледяное копье, напитанное дополнительной энергией. И тут же метнул его во врага.

Снаряд со свистом прошил воздух врезаясь в сочленение шеи, прошивая её на вылет. Такое выдержать монстру было тяжело, инерция броска вместе с энергией, и он затормозил, издавая животный рык, будто пытался запугать своего противника.

– Придави барьерами! – крикнул Вербе в надежде, что получится удовлетворить собственное любопытство. Очень уж мне хотелось узнать о том, насколько вообще реально раздавить уродца, используя только её способности. И где их границы?

Она действовала четко, без спешки, просто сдавливая белесую тушу, от чего часть его конечностей принялась вздуваться. Но увы, взорваться он не взорвался. К сожалению, помер он многократно раньше, просто обмякнув в стальном ухвате барьеров.

– Добивайте ашенитов. – скомандовал Нюхачу с Аней не отводя глаз.

Ученица, услышавшая сигнал, метнулась тенями к оставшейся двойки противников, и яркими росчерками обезглавила замешкавшихся тварей. С виду могло показаться, что весь бой, продлившийся пару минут, дался очень уж просто. Но если пристально наблюдать за ребятами, то было видно, как они тяжело дышали.

Особенно Верба.

– Все чисто. – Нюхач опустил ствол винтовки. – Но их здесь становится всё больше и больше. Нам бы укрытие, из которого сможем выходить на последовательную зачистку.

В целом, я был с ним согласен, в заданный квадрат мы уже вышли – это раз. Два – это то, что действовать нам предстоит в ближайших ста метрах. Ну а три, так это то, что по нашей задаче, нам надо было полностью очистить улицу вплоть до перекрестка.

Поэтому, молчаливо согласившись, мы перешли на другую сторону, наткнувшись на здание старого банка. Массивные стены, небольшие толстые окна и сейфовая комната с тяжелой, толстой дверью, обитой железом.

Идеально, чтобы устроить временную базу.

Внутри царил легкий полумрак из-за отсутствия большого количества источников света. Стеллажи с документами были покрыты приличным слоем пыли, и напоминали собой надгробия в заброшенном склепе.

Много времени на то, чтобы разбить лагерь у нас не ушло. За каких-то двадцать минут распределили между собой задачи. Аня заняла позицию у окна, откуда хорошо просматривалась вся улица, а Нюхач отправился проверять задний ход.

Я же жестом указал Вербе на классический офисный стул, расположенный рядом с кассой. Мне хотелось обсудить с ней кое-что отдельно. Благо она послушно села. Но не сомневаюсь, что она о чем-то догадалась, потому что на каких-то рефлексах слегка ссутулилась, а её шрамы на шее приняли вид живых змеями.

– Нюхач, хвост был? – спросил я, когда мужчина вернулся со стороны черного хода, и не сводил собственных глаз с женщины напротив.

– Нет, командир, все чисто. Никто за нами не шел, я бы почуял их за версту. – покачал отрицательно головой лесник.

С удовлетворением кивнув, сделал несколько шагов к сидящей Вербе, чтобы оказаться на расстоянии не больше вытянутой руки.

– Ну что, Верба, – заговорил тихим голосом я, но тот, противясь, эхом разносился под навесным потолком. – Поговорим? Начистоту. О том, откуда товарищ полковник знает все, и даже больше.

Верба подняла голову.

В её глазах не было страха, только бесконечная, выжигающая душу усталость. Она облизала пересохшие губы и посмотрела на свои руки, сцепленные в замок.

– Ты думаешь, у меня был выбор, Александр? – голос собеседницы был едва ли слышен, пропитанный жалостью и сквозящий обидой.

– Не юли. – поднял перед собой ладонь, давая понять, что меня не интересуют её слезы. – Рассказывай все как есть. – без капли жалости к сидящей напротив девушке, добавил я.

Глава 11

Разговор с Вербой, он же «допрос», как его называл Нюхач, оставил после себя не самое приятное послевкусие. Складывалось впечатление, что мне по языку поводили ржавой вилкой. И не надо спрашивать меня, откуда я вообще знаю эти ощущения.

Девушка говорила долго, иногда захлебываясь словами, а в иных случаях просто срываясь на сухой, лающий кашель. Дарра рассказала о том, как попала в оборот нашей спецслужбы ещё во времена бытностью обычной студенткой, и тут, при сверке оставшихся баз и персональных данных, оказалось с десяток таких людей из выживших на станции.

По итогу остального диалога, получалось, что у неё не было задачи «сдавать» и «сливать» информацию о нас намеренно. Ну, это по её логике, получалось скорее наоборот, охранять, и делать все возможное, чтобы мы добрались обратно живыми. Этакие ценные объекты.

Но докладывала обо всем регулярно. Не очень вяжется, конечно.

Когда девушка закончила свое повествование, в кассовом зале банка повисла такая тишина, что было слышно, как оседает пыль на толстых стеклах.

А у меня не было другого варианта, как оставить её там, одну, в окружении пустых стеллажей и призраков мирной жизни. Ей нужно было время подумать над моим предложением. Да и мне, честно говоря, тоже хотелось подумать.

Тем временем мы не успели заметить, как на город опустилась глубокая ночь, и сделала она это внезапно, словно кто-то просто выключил свет в огромной, разрушенной комнате.

Банк, в котором общим решением было принято обосновать перевалочную базу, напоминал чем-то памятник. Памятник целой эпохи потребления, который сейчас превратился в обычный склеп. С такими же могильными отголосками холода.

Я шел мимо разбитых и вскрытых банковских ячеек, которые когда-то хранили чьи-то сбережения, драгоценности, семейные реликвии. Сейчас же это были просто куски металла, которые ещё не успели растащить на потенциальную переплавку.

Так и добрался до входа, где уже стоял Нюхач. Неприметные, но очень тяжелые двери были приоткрыты ровно настолько, чтобы мы могли контролировать происходящее на улице. Теплый ветер завывал в пустых проемах соседних зданий, принося с собой запах листвы и кислых сточных вод.

Мужчина молча курил, прикрывая огонек сигареты собственной ладонью, чтобы его мерцание в темноте не выдало наше присутствие. Его лицо, иссеченное морщинами и парой свежих ссадин, в слабом свете луны и звезд казалось высеченным из векового дуба.

– Скажи мне, командир. – он выпустил тонкую струю дыма в сторону темного перекрестка. – Мы действительно просто оставим её вот так? Без наручников, без присмотра? Обычно с крысами ведут себя по-другому.

Я прислонился спиной к холодной стене, чувствуя, как мышцы спины начинают деревенеть от её прохлады. – Ты ведь сам сказал мне днем, что она не врет. Кто убеждал всех в том, что твое чутье редко ошибается? Тем более, когда речь идет о человеческой гнили или искренности. – попробовал вернуть ему слова, на которые тот любил апеллировать.

– Не врет. – нехотя согласился бывший лесник. – Но искренность и надежность… все ж таки это разные вещи, Алекс. Человек может искренне верить в то, что он делает благо, пока его за ниточки дергает какой-нибудь кукловод. А Верба… – протянул он последнюю гласную, чем-то напоминая мне старого профессора по вирусологии из университета. – Она не сильна духом, нет, точно нет. А сломанные вещи имеют свойство разлетаться на осколки в самый неподходящий момент.

– Мы достигли определенных договоренностей. – я поднял руку и покрутил пальцем в воздухе, словно рисуя невидимую спираль. – Если будет удобнее, можем назвать это: «взаимным страхованием интересов». У неё есть определенный доступ, которого нет у нас. А у нас… у нас есть то, чего ей не предложит никто другой.

– И что же это? – хмыкнул Нюхач.

– Шанс стать гораздо сильнее, и шанс, что она сможет сама управлять своей судьбой, переставая быть на побегушках других людей.

– Ой, как это поэтично. – раздался протяжный голос в моей голове, конечно же он принадлежал Вейле. – Алекс, ты прямо-таки рыцарь на белом коне, только конь у тебя хромой. Да и внешне не тянешь на рыцаря… Ты ведь понимаешь, что если что-то случится, получится, что виноват именно ты?

– Понимаю. Но мне хочется верить, что люди могут меняться и придерживаться своих обещаний. – мысленно отозвался на ее упрек. По крайней мере именно так мне показалось. – Да и помнишь, я ведь тебе говорил что никому не доверяю. Однако, надо ещё учитывать, что Верба должна осознавать – без нас она в любой момент может стать трупом.

– И всё же. – Нюхач затоптал окурок тяжелым ботинком. – Я буду за ней присматривать, чисто на всякий случай. – мужчина повернулся, и на долю секунды замешкался. – Командир, ты же помнишь про эту, как её, инициацию?

– Присматривай, конечно. – с легкостью согласился на его то ли предложение, то ли констатацию факта. – Как-никак, это твоя работа, но лишний раз тоже не дави. Нам нужно, чтобы она чувствовала себя частью команды, а не узником на поводке. – чуть-чуть запрокинув голову, посмотрел на звездное небо, пытаясь ощутить то тепло, которое несли мириады маленьких точек. – Завтра закончим зачистку вплоть до перекрестка и двинем назад, параллельно поищем кристаллы для тебя. Так что я обо всем помню. – откинувшись назад, добавил. – Иди спи, мой дозор первым.

Следующее утро, как и предыдущее, встречало нас серым киселем тумана. Казалось, что уставший город, вместо того чтобы проснуться, просто становился чуть более видимым для выживших людей.

Я продолжал наблюдать за Вербой последние несколько часов, и она вела себя вполне приемлемо. Сейчас девушка помогала моей ученице разобрать и сложить остатки нашего завтрака.

Они двигались тихо, почти незаметно. А сама Дарра, кажется, вообще пыталась не привлекать к себе внимания. Может оно и к лучшему, радовало, что угрозы от неё пока не чувствовалось. Скорее… какая-то глубокая, и выжигающая апатия.

К счастью, основную нашу задачу и работу, нам удалось закончить за пару дней. Хотя изначально выделяли на это дело около четырех. Сейчас получалось так, что квадрат был чист, насколько это вообще возможно в условиях, когда большинство тварей постоянно мигрируют.

Вот только это не касалось тех, кто был заперт в помещениях и подвалах. Так что мы в основном сосредоточились именно на их ликвидации. А кассовая комната банка на эти дни послужила для нас отличным убежищем. Теперь, когда дело сделано, сидеть на месте больше не имело смысла.

– Собираемся. – отдал я распоряжение команде, проверяя затворы пистолетов, которым пользовался не больше пары раз за эти дни, и то чисто, чтобы тренировать навык стрельбы. – Аня, пойдешь замыкающей, тебе как раз стоит потренировать наблюдательность. – сделал ей непрозрачный намек. – Нюхач, пойдешь первым, в дозоре. А Верба идет рядом со мной.

– Алекс, тебе не кажется, что есть какие-то странные вибрации? – внезапно перебила мои мысли Вейла задумчивым голосом. – Как будто что-то очень тяжелое двигается по улице, и это точно не монстр, слишком однородный ритм.

Прислушавшись к собственной наставнице, я замер, поднимая руку вверх. Группа мгновенно рассредоточилась по залу банка, откуда мы ещё не сделали и шагу. Нюхач, как уже научившийся жизнью вояка, моментально припал к прицелу своей винтовки у окна.

– Командир, вижу движение! – прошептал он. – Машина, какой-то небольшой джип, несется как ошпаренный.

Я подошел к окну где расположился наш дозорный.

По разбитой и вздыбленной дороге, подпрыгивая на колдобинах, несся зеленый автомобиль. Из-под его колес вылетали ошметки поломанного асфальта и мелкая крошка стен разрушенных зданий.

Сейчас до нас доносился звук двигателя, ревущего на пределе собственных возможностей. А сзади виднелись клубы черного дыма, изрыгаемого выхлопной трубой.

Но машина хоть и была интересным элементом, однако больше всего внимания привлекала не она. За её силуэтом, буквально в паре десятков метров, рядом со стенами зданий и по самой дороге неслись две фигуры.

Форсуны.

Этих здоровенных белых тварей, пожалуй, я не смогу забыть никогда. Даже если мне сотрут память, из головы не выбросить того похода за курткой, и как эта падла неслась за мной по этажам. От таких воспоминаний по телу пробежала мелкая дрожь.

Толстые, массивные конечности чудищ, которые состояли из витых мышц, увенчанные здоровенными пальцами и когтями. Морды, с вечной озлобленной и жуткой улыбкой, похожие на застывшие маски трагедии. Они передвигались с такой скоростью, что их движения больше походили на киношные спецэффекты.

– О-они её дог-гонят. – выдохнула Аня, вскидывая собственный автомат на изготовку. – До перек-крестка.

В этот же момент, машина на дороге вильнула, пытаясь сбросить одного из преследователей, который пытался запрыгнуть ей на крышу, чтобы придавить. Но он не достал совсем чуть-чуть, у него выло задеть мчащийся транспорт рукой, самый край.

Вот только даже этого было достаточно чтобы металл жалобно взвизгнул под мимолетным движением Форсуна. Водитель автомобиля, судя по заносу, резко ударил в тормоза, как раз на том перекрестке, вплоть до которого мы проводили зачистку.

Последующий удар… был достаточно страшным.

Машина врезалась в стоящий там троллейбус, потерявший свой ход очень давно. Из-за того что его повело, джип перевернулся, и прокувыркавшись несколько раз, замер на боку, окутанный паром и дымом.

Форсуны, метнувшиеся в последний момент, начали неторопливо обходить загнанную добычу, издавая свой излюбленный крик, напоминающий одновременно смех и первобытный боевой клич.

– Готовьтесь к бою. – крикнул своим, выпрыгивая в пустой проем окна. – Нюхач, привлеки их внимание, особенно того, который справа и жмется к стене. – отдал первую команду, и тут же обратился к ученице. – Аня, отсекай мелких, если появятся!

Оказавшись на пыльном тротуаре, обратился к силе, которая стремительно отзывалась на мои попытки манипуляции. Сейчас, по сравнению с тем, что было три месяца назад, она выглядела как всепоглощающий шторм.

Перекресток, на который открывался вид, и где произошла авария, был завален старым мусором и останками других машин. Остов троллейбуса, в который врезался неудачливый джип, начал зарастать каким-то мхом. Помнится мы с Нюхачом ещё обсуждали, что тот ночью слегка светился.

Каждый элемент нового мира кричал нам о том, что человек перестает быть хозяином планеты. Можно сказать, что мы лишь временные гости, прокладывающие себе путь сквозь причудливую экосистему Земли.